html_raw:
<!DOCTYPE html><meta charset="utf-8"><meta name="viewport" content="width=device-width, initial-scale=1.0"><title>Альтернативная история государства Израиль - Сумерки державы</title><link rel="icon" type="image/png" href="../favicon-192x192.png" sizes="192x192"><link rel="apple-touch-icon" sizes="180x180" href="../apple-touch-icon-180x180.png"><link rel="canonical" href="https://degeneration-of-nation.org/ru/night-life56" /><meta property="og:image" content="https://degeneration-of-nation.org/img/timemachine.jpg" /><link rel="license" href="https://creativecommons.org/licenses/by/4.0/"><link rel="stylesheet" href="../styles.css"><link rel="stylesheet" href="../column.css"><link rel="stylesheet" href="../article.css">
Сумерки державы

Альтернативная история государства Израиль

Даже если придёт Мессия, он не разрешит конфликт (поэтому не стоит позориться). В конце концов ещё подумают, что нет божественного плана, и всё было просто случайностью после Холокоста (как всегда), или ещё хуже - что это непродуманный и любительский план, что-то вроде Исхода из Египта, который заканчивается грехом золотого тельца. Так что пришло время для плана Б

Автор: Опережающий своё время

"Распалась связь времён; о, проклят жребий мой! Зачем родился я восстановить её!" (Источник)

Мне приснилось, что ангел истории пытается исказить историю, или спасти народ Израиля - зависит от перспективы. Потому что Бог там наверху решает пробудиться от снов и вмешаться в израильскую историю, ибо то, что не удалось во времена Танаха [еврейской Библии] - возможно, удастся во времена "Краткой истории человечества". Ведь всё пошло не так, избавление не пришло, даже после Холокоста, и даже после создания государства, и даже после того, как прочитали множество псалмов. И даже если придёт Мессия, он не разрешит конфликт (поэтому не стоит позориться). В конце концов ещё подумают, что нет божественного плана, и всё было просто случайностью после Холокоста (как всегда), или ещё хуже - что это непродуманный и любительский план, что-то вроде Исхода из Египта, который заканчивается грехом золотого тельца. Так что пришло время для плана Б - но ни один ангел не подготовил запасной план, ведь кто готовит план Б для Бога. Это ересь. Поэтому чтобы Бог не выглядел плохо, как какой-то неудачливый писатель, не контролирующий сюжет, нужно вернуться назад - и исправить точку, с которой всё началось.

И ангел Господень спускается с небес под звуки "Не шепчите молитву" [известная израильская песня], к митингу за мир, к моменту, когда всё пошло не так, чтобы спасти Осло [мирные соглашения], и протягивает руку, чтобы отвести руку, и Игаль Амир не убивает Рабина. Каким-то образом три выстрела промахнулись (заголовки: Спасён чудом!), и вся страна в шоке, пытались убить премьер-министра, глава ШАБАКа [службы безопасности] уходит в отставку, Игаль Амир улыбается на суде и утверждает, что почувствовал прикосновение руки Божьей, но ясно как день, что это судебный спектакль временного помешательства, и он получает пожизненное заключение, и все фантазируют о косичке Маргалит [его девушки], которая шла с ним до конца, и... и... ничего не происходит. ХАМАС взрывает автобусы, Биби побеждает на прямых выборах, делает те же вещи, произносит те же фразы, Осло ни к чему не ведёт, неудачник Перес сменяет Рабина, но его меняют перед выборами на Барака, который побеждает Биби, и вся история продолжается точно так же. Всё тот же мусор. И в конце Рабин умирает от рака лёгких, и ему устраивают государственные похороны, и Клинтон приезжает и говорит "Шалом, хавер" ["Прощай, друг"] (его явно написали сценаристы Клинтона). А Перес как обычно забывает умереть - но не раньше, чем Рабин в последнем интервью грязно отзывается о нём несколькими убийственными высказываниями, что является средством для долголетия. Кхе-кхе.

И ангел истории почёсывает крылья. Возможно, это было слишком рано, и история не была готова, государство было до своего взросления, и у него ещё не было груди. Какая ещё была критическая точка, из-за которой всё пошло наперекосяк? И ангел Господень снова спускается с небес, к ферме Шикмим, где Шарон почувствовал себя плохо и пошёл спать, и будит его от сна нежным щекотанием в ухе пером, выдернутым из крыла (ой!), и тот бормочет бессвязные глупости о том, что ему явился во сне ангел Божий, и его везут в больницу, и он даже не теряет сознание, и его гордыня только растёт и толстеет, и он шутит над указаниями врачей, пока через три месяца, спонтанно, чего даже ангел не предвидел, вся кровь не приливает ему к голове и не смешивается с мочой в одну большую кашу, и он снова растёт в больнице, и поселенцы снова смеются: "Не вырывай посаженное" - и... ничего не происходит. Всё то же самое. Избирается Ольмерт. Вторая ливанская война. Биби. Биби. Биби. Биби. Биби. Пока даже ангелу не надоедает. Где тот эффект бабочки, о котором нам рассказывали?

И ангел понимает, что видимо нужно вернуться гораздо дальше назад, к определяющему моменту схода израильской истории с курса, и предотвратить войну Судного дня. И он подходит к Дадо [начальнику генштаба] и шепчет ему на ухо во сне: будет война. Я, ангел-хранитель Израиля, даю тебе предупреждение. И Дадо просыпается охваченный тревогой и вызывает Зеиру [главу военной разведки] и не покупается на концепцию и делает наоборот и видит все признаки и приходит к премьер-министру с предупреждением о войне - и Голда говорит: отлично, пусть они начнут. Чтобы народы мира не обвинили нас в том, что мы начали. Не призывай резервистов, и не будем раздражать американцев, пусть на этот раз воспитательнице будет ясно, кто начал (они!) и кто жертва (мы!), а вы, хорошие парни, герои Израиля, устроите им Шестидневную войну, благодаря духу, который превыше силы, как написано "И пятеро из вас прогонят сто, а сто из вас прогонят тьму, и падут враги ваши пред вами от меча". И как во всех войнах Израиля - гордыня побеждает. Сирена.

И ангел совершенно отчаивается, и спускается ко мне, находящемуся на самом краю самого маргинального угла во всём государстве - на острие бессмысленности, какое-то чёрное освобождённое колесо, не связанное ни с чем в системе, совершенно сумасшедший винтик, и поэтому даже если его не будет - система не сойдёт с ума. И он говорит: может быть, именно с тебя нужно начать изменения? Потому что может быть не нужно останавливать поворот истории в сердце урагана, а нужно сделать изменение именно с голема [в еврейском фольклоре - искусственное существо из глины], ещё до взмаха крыльев бабочки. Там тот самый эффект. Не силой, а именно мозгом, то есть крошечным изменением в мечте, как Бог любит касаться истории, легким касанием, посредством идеи, а не посредством казней египетских.

И я просыпаюсь: ты смеёшься надо мной? Ты знаешь, сколько у меня идей? Как мусор. Длинная-длинная череда провальных идей. И не просто, а прекрасных идей! Я самый плодовитый голем в государстве. Ты знаешь, что я уже написал больше десяти книг? А сколько людей их прочитало? Ты знаешь, что у меня больше книг, чем читателей? Что ты думаешь, это евреи прежних времён, которых интересовали идеи? Которые говорили: вау, это интересно, такого ещё не слышали, давайте сядем и почитаем ещё? Мои идеи могли бы изменить Израиль? Они могли бы изменить весь мир. Одна за другой оригинальные, новаторские, значимые, ой, любимые мои идеи, умершие прежде рождения. Бедные идеи, которым не повезло подняться и проклюнуться именно в мозгу голема. И кому нужен ещё один зануда в постели, который является идейной лабораторией и инкубатором целой школы мысли, как вирусы они заражают меня и сжигают мой мозг - но как же они далеки от вирусности, милые мои патогены, которые заражают меня снова и снова духовными болезнями - потому что я заражаю сам себя. Ко мне ты пришёл?

И ангел вздыхает: так что можно сделать, позволить государству скатиться в новое изгнание? Давай, предложи идею, раз ты такой гений. И я злюсь: дело не в уме. Евреи уже давно не народ мечтателей. Ты не заметил, что они перестали ждать Мессию? Что у них нет пророков? Что у них нет никакого духовного футуристического измерения? Твоя ошибка, как ангела истории, была думать, что политика что-то меняет, но политический уровень лишён смысла в Израиле. Премьер-министр не решает и не принимает решений, а является просто шляпой государства, потому что в отличие от других стран здесь нет иерархии и нет власти, и закон это смех и галаха [еврейский закон] это шутка (потому что чему евреи научились, чему они действительно научились из Талмуда? Что любое указание, даже от Бога - это только отправная точка для бесконечного спора). И поэтому у нас заповедь приходит с нарушением, и у каждого исключения есть правило, и у каждой границы есть уловка, и каждое закрывание глаз это подмигивание, короче - евреи просто не знают, что такое государство. Ты думаешь, что Биби это проблема? Биби это просто шляпа проблемы. И иногда хочется снять шляпу только чтобы вы увидели, что под ней есть ещё шляпа, и ещё шляпа, и ещё шляпа, и нет головы. Нет царя в Израиле. Каждый делает то, что правильно в его глазах. Проблема духовная, не политическая, и это проблема отсутствия мечтательного измерения реальности, отсутствия литературы - как образа жизни. Евреи не могут жить без книги. И впервые в своей истории - они живут сегодня без книги. Танах не был каким-то побочным продуктом библейской эпохи, а библейская эпоха была продуктом Танаха. Книга формирует жизнь. Что испортилось в Израиле? Что когда-то у светского Израиля была книга - Танах (это не обязательно должно быть так. Я как раз думаю, что книгой, по которой современное государство могло бы жить, это Зоар [основной текст каббалы]. Не государство галахи - а государство каббалы). И что испортилось у него это то, что сегодня у него нет книги, и он также не пишет никакой книги, и поэтому также не живёт книгой. Проблема в том, что народ книги - превратился в просто народ. И как просто народ он довольно прост. Если кто-то напишет о Боге, о мифе, или даже о самом простом ангеле - они просто посмеются.

И ангел истории говорит: так нет больше точек, где я могу повлиять? Всё остаётся ангелу литературы? И я говорю: есть только одна организация в Израиле, где ещё имеет значение, кто во главе, и где есть управляемость, и поэтому рычаг влияния на реальность. Если бы Галант был начальником генштаба, началась бы война с Ираном. Если бы Айзенкот не был начальником генштаба, началась бы четвёртая интифада. Если бы Халуц не был начальником генштаба, не началась бы Вторая ливанская война. И поэтому ты видишь, что когда начальник генштаба приходит в политику, он полный идиот. И ты хватаешься за голову - как это может быть? Потому что голова не может быть шляпой. Не нужно быть гением, чтобы управлять людьми, которые делают то, что ты говоришь. Любой идиот может это сделать. Но чтобы быть управляемым людьми, и всё ещё вмещать всё как шляпа, чтобы давать ощущение, что внутри тебя есть голова - для этого нужно быть гением как Биби. Я говорю тебе из своего опыта в области письма, например: это очень легко быть содержанием, но очень трудно быть формой. И голова - это то, что даёт содержание. Но шляпа - это то, что даёт форму. И поскольку никогда не понимают, что я говорю, дам ещё одно сравнение. Это ужасно легко быть мужчиной. Любой идиот может быть мужчиной. И даже генеральным директором. Но быть женщиной - это уже гениальность. Например, быть матерью, или достигать удовлетворения от проникновения - это требует действительно высоких духовных способностей. Способность вмещать в себя - быть женственным и управляемым мужчиной как Биби - который управляется всем государством, это огромный талант, который есть только у величайших писателей, которые вмещают в себя целое общество (не просто так их называют великими). Поэтому, если ты встречаешь гигантов духа, ты понимаешь, почему они такие гиганты мира, не потому что они голова мира, а потому что они его шляпа. И Бог - это штраймл [традиционная хасидская шляпа] всего мира. Сфира Кетер [высшая из десяти сфирот в каббале]. И поэтому сотворение мира было с точки зрения Бога актом огромного самоограничения и создания пустого пространства для вмещения мира - действием превращения в шляпу. Не как низшие ангелы истории, занятые играми голов, и как-то убеждающие аудиторию читателей и публику писателей, что самый важный вопрос в жизни это: кто будет премьер-министром. Потому что самый важный вопрос - это вопрос шляпы.

Ночная жизнь


text:
Сумерки державы

Порнографомания - будущее литературы

Победа изображения над текстом - это победа христианства над иудаизмом, а о том, о чем нельзя говорить - следует молчать. Четыре (!) стихотворения, поступившие на стол редактора, знаменуют новую волну в еврейской поэзии: эротуалия [неологизм от слов "эротика" и "виртуальный"]. Эротуальная поэзия обнажает приложение и его редакционную политику - в полной наготе. Банальность этих стихов - словно свежий ветер, позволяющий создать из ничего шум перемен в нашей несуществующей поэзии - буквально из пустоты, и да услышит внимающий. И когда каждое искажение и вкрапление становится использованием наших источников как оправдания, в стиле "посылающий ветер и низводящий дождь" [из молитвы], совокупляются на солнце у всех на виду культура и литература, где путаные образы подобны облаку в радуге небес во имя чистоты - блестяще!

Автор: Можно ли это читать всерьёз?

Мастер стиля Шинсуи Ито сочетает старое с новым и показывает, как это делается правильно - и красиво (источник)

Четыре раза подряд

1\. Религия

Программирование -
работа
с глиной и кирпичами
сыновья в базе данных
тонут в реке

Семь дев нагих и тощих
окунаются в экран
и выходят из него
семь тучных коров в строю
жир - а содержание
солома

приди нить
стань змеёй
клавиша - ловушка
энтер

храм

религия нового
новая вера
пирамида груди
сочная полная
вершина её сосок
холм кнопки скользящей
свет худобы её - оргазм
нажми
клик

мышь это воля
воля это мышь
аллах уже
нет
ибо она наверху
самец ей - чтоб скакать
а не - в хвост

припев:
наслаждение это внутренность
воли - и жирность это внутренность
худобы
интернет это внутренность сети
а хвост это желание войти
вернуться внутрь
и рифмовать
свет газ
что

(ласкать маму)

2\. Просвет

во тьме клетки
свет газ
что

не по воле места
ткала
время

без публики, цели
томление
тоже

похоть

и тогда без цели, снова и снова
преувеличила
себя себя
как глаз к члену -
в ничто

3\. Проблемы богатых

это встроено - в это
что ты - будешь служить ей
когда женщина - госпожа
остроконечные возможности
двузначные, как раб
просверленный волей её ещёиещё
ей ты будешь служить
как образ в литературе чертогов [каббалистическая литература]
лишь к святая святых
женского чувства
не подойдёшь не коснёшься
вовек не узнаешь
только поклоняйся

богатая беда,
есть ли служение
более чуждое?
служение оргазму
против служения
земле
и вот она снова дрожит
красная

4\. Положение мужчины и момент откровения

из райского сада изгнан
змей Адама
и ему величие проклятий

лишь видеть
голоса

бас:
зависть малого мужчины
сопрано:
не создал сатана

шепчущая, касающаяся
бесконечности
а у тебя есть:

конец

*

0\. Эпилог

Факты жизни: половая неполноценность

женщины сорт А
а я сорт Б
что секс - моя душа
а ты *по-настоящему* любишь
и наслаждаешься им в тысячу раз
больше меня вибрирующая внутренняя
душа твоя я твой инструмент
внешний мягкий, лишь входящий выходящий
и не знающий - твою тайну
изменяешь мне с собой
и с моими
мужскими частями
и когда попрошу рассказать описать
\- вспомнишь на устах своих -
слова не сможешь не
скажешь

а может может лишь в образе зажжёшь
меня

поедаемый прут
в ревности моей

и не смогу

Культура и литература

source: degeneration-of-nation

source_format: html

domain: culture

html_raw:
<!DOCTYPE html><meta charset="utf-8"><meta name="viewport" content="width=device-width, initial-scale=1.0"><title>Порнографомания - будущее литературы - Сумерки державы</title><link rel="icon" type="image/png" href="../favicon-192x192.png" sizes="192x192"><link rel="apple-touch-icon" sizes="180x180" href="../apple-touch-icon-180x180.png"><link rel="canonical" href="https://degeneration-of-nation.org/ru/culture&literature79" /><meta property="og:image" content="https://degeneration-of-nation.org/img/shinsui.jpg" /><link rel="license" href="https://creativecommons.org/licenses/by/4.0/"><link rel="stylesheet" href="../styles.css"><link rel="stylesheet" href="../column.css"><link rel="stylesheet" href="../article.css">
Сумерки державы

Порнографомания - будущее литературы

Победа изображения над текстом - это победа христианства над иудаизмом, а о том, о чем нельзя говорить - следует молчать. Четыре (!) стихотворения, поступившие на стол редактора, знаменуют новую волну в еврейской поэзии: эротуалия [неологизм от слов "эротика" и "виртуальный"]. Эротуальная поэзия обнажает приложение и его редакционную политику - в полной наготе. Банальность этих стихов - словно свежий ветер, позволяющий создать из ничего шум перемен в нашей несуществующей поэзии - буквально из пустоты, и да услышит внимающий. И когда каждое искажение и вкрапление становится использованием наших источников как оправдания, в стиле "посылающий ветер и низводящий дождь" [из молитвы], совокупляются на солнце у всех на виду культура и литература, где путаные образы подобны облаку в радуге небес во имя чистоты - блестяще!

Автор: Можно ли это читать всерьёз?

Мастер стиля Шинсуи Ито сочетает старое с новым и показывает, как это делается правильно - и красиво (источник)

Четыре раза подряд

1. Религия

Программирование -
работа
с глиной и кирпичами
сыновья в базе данных
тонут в реке

Семь дев нагих и тощих
окунаются в экран
                  и выходят из него
семь тучных коров в строю
жир - а содержание
солома

приди нить
стань змеёй
клавиша - ловушка
энтер

храм

религия нового
новая вера
пирамида груди
сочная полная
вершина её сосок
холм кнопки скользящей
свет худобы её - оргазм
нажми
клик

мышь это воля
воля это мышь
аллах уже
нет
ибо она наверху
самец ей - чтоб скакать
а не - в хвост

припев:
наслаждение это внутренность
воли - и жирность это внутренность
худобы
интернет это внутренность сети
а хвост это желание войти
вернуться внутрь
и рифмовать
свет газ
что

(ласкать маму)

2. Просвет

во тьме клетки
свет газ
что

не по воле места
ткала
время

без публики, цели
томление
тоже

похоть

и тогда без цели, снова и снова
преувеличила
себя себя
как глаз к члену -
в ничто

3. Проблемы богатых

это встроено - в это
что ты - будешь служить ей
когда женщина - госпожа
остроконечные возможности
двузначные, как раб
просверленный волей её ещёиещё
ей ты будешь служить
как образ в литературе чертогов [каббалистическая литература]
лишь к святая святых
женского чувства
не подойдёшь не коснёшься
вовек не узнаешь
только поклоняйся

богатая беда,
есть ли служение
более чуждое?
служение оргазму
против служения
земле
и вот она снова дрожит
красная

4. Положение мужчины и момент откровения

из райского сада изгнан
змей Адама
и ему величие проклятий

лишь видеть
голоса

бас:
зависть малого мужчины
сопрано:
не создал сатана

шепчущая, касающаяся
бесконечности
а у тебя есть:

конец

*

0. Эпилог

Факты жизни: половая неполноценность

женщины сорт А
а я сорт Б
что секс - моя душа
а ты *по-настоящему* любишь
и наслаждаешься им в тысячу раз
больше меня вибрирующая внутренняя
душа твоя я твой инструмент
внешний мягкий, лишь входящий выходящий
и не знающий - твою тайну
изменяешь мне с собой
и с моими
мужскими частями
и когда попрошу рассказать описать
- вспомнишь на устах своих -
слова не сможешь не
скажешь

а может может лишь в образе зажжёшь
меня

поедаемый прут
в ревности моей

и не смогу

Культура и литература


domain: literature

html_raw:
<!DOCTYPE html><meta charset="utf-8"><meta name="viewport" content="width=device-width, initial-scale=1.0"><title>Вой, скрытый в каждом слове - Сумерки державы</title><link rel="icon" type="image/png" href="../favicon-192x192.png" sizes="192x192"><link rel="apple-touch-icon" sizes="180x180" href="../apple-touch-icon-180x180.png"><link rel="canonical" href="https://degeneration-of-nation.org/ru/night-life34" /><meta property="og:image" content="https://degeneration-of-nation.org/img/lazyking.jpg" /><link rel="license" href="https://creativecommons.org/licenses/by/4.0/"><link rel="stylesheet" href="../styles.css"><link rel="stylesheet" href="../column.css"><link rel="stylesheet" href="../article.css">
Сумерки державы

Вой, скрытый в каждом слове

Мир стремится к состоянию низкой энергии, что является более высоким кошачьим состоянием - это второй закон котодинамики, а духовная лень уже достигла таких высот, что их трудно превзойти. И действительно, светскость постепенно теряет свою привлекательность, потому что если раньше она была ленивее религии - сегодня религия стала проще её, и что хуже всего - естественнее. У кого есть силы на эволюцию, когда сама наука поддерживает теорию котолюции

Автор: Ленивый алгоритм

Господь - это кот (источник)

Мне приснилось, что Бог решил стать котом. Потому что ему надоело всё это давление. И не то чтобы он не мог с ним справиться, ведь он же Бог, но он просто не хочет. И он будет делать то, что хочет, потому что такова воля Божья. Так что теперь он кот, и что вы ему сделаете, пусть мир обновляется согласно новой философской отправной точке. Ведь с логической точки зрения не мир определяет Бога, а определяется Богом. И так сказал Господь: мяу.

И все ангелы наполняются страхом перед котом, возлежащим в вышних, и боятся, что он будет охотиться на них как на птиц, и берут свои крылья и убегают. И небеса очищаются от духовности, и какая-то ленивая сущность захватывает всю вселенную и бытие. Что-то очень избалованное происходит во всех областях знания, и никто не понимает, откуда взялась эта избалованность, откуда вдруг люди могут себе это позволить. Спят допоздна и требуют еды. Никто не хочет работать. Или учиться. Только делать время от времени прыжок, с получасовым усилием, и поймать что-нибудь жирное, или решить, что поймал, и ждать аплодисментов. Никто не пишет ничего, что занимает больше двух минут, и уж точно не читает (потому что чтение уже считается низшим видом письма, очень плохим и обратным письмом - письмом внутрь). И даже самая жадная экономическая деятельность основывается на стартапах. Спят до полудня, делают один прыжок, и потом чувствуют, что выполнили дневную норму, и даже коснулись небес (возможно, справедливо, учитывая нового Бога). В то же время оказывается, что больше всего теряют свою привлекательность и страдают от нового положения религии, которые все умирают в впечатляющей идейной лени, которой они преданно придерживаются.

Но оказывается, что первая религия, которой легче всего приспособиться к новому состоянию Бога-кота - это как раз ислам. Потому что у них монотеизм самый простой и примитивный, так что вместо Аллаху акбар они теперь совершают самоубийства с Аллаху кот, хотя у кого есть силы на самоубийство. Время от времени они кричат из гамака: джихад! и чувствуют, что сделали сверх меры. Потом вторая религия, которой удается успешно приспособиться к ситуации - это христианство. Потому что если дева может родить человека, она может родить и кота. Не так ли? И тогда сын Божий - это милый котёнок, у которого нет сил встать с креста, так что он просто засыпает, даже если это немного неудобно - он уже достаточно пострадал за весь мир. И тогда Богоматерь становится Хозяйкой кота - и всё складывается идеально. Уже и так ни у кого нет сил на схоластику. Это не средневековье, это эпоха кота. И всякие ленивые интеллектуалы (да, светские тоже заразились) говорят: легче представить конец света, чем конец эгоизма, и мы уже живём в эпоху позднего эгоизма (или что-то в этом роде, у кого есть силы думать в такую жару, уже слишком поздно в истории, чтобы думать), и это сытый эгоизм, усталый, и главное - ленивый. Не какой-то опасный эгоизм. Не стремление к сверхчеловеку, а к домашнему питомцу. И главное, что коты не ведут войн, верно?

Но только иудаизм находится в серьёзном кризисе. Потому что если Бог - это кот, тогда служение Богу - это идолопоклонство! И что делать? Кому молиться, то есть, мяукать? И раввины не знают, как вообще можно обновить закон к ситуации, когда Бог - это кот. Может быть, нужно слушать не слово Божье, а его зевоту? Может быть, нужно шесть дней субботы и один день работы? И может быть, вместо длинных бород нужно начать отращивать огромные усы? И вместо головных тфилин нужны хвостовые тфилин? И кстати о хвосте, где теперь брит-мила [обрезание]? Но в конце концов, раввины становятся всё толще, высокомернее и ленивее, и даже если ничего не складывается, уже и так трудно отличить их от чёрных котов, охраняющих молоко, а Тора ведь уподоблена молоку в миске, как написано "и молоко под языком твоим" и т.д., и т.п., и на этом всё, и достаточно сказанного, и конец цитаты.

Но кто действительно попал в беду - это светские. Потому что какой может быть секуляризм, когда религиозность - это котовость. Какая актуальность у безверия, когда всё, что делает Бог - это мяу? Кто может быть большим безбожником, чем тот, кто верит в кота с длинными невидимыми усами на небесах, который спит уже две тысячи лет? Как вообще можно быть интеллектуально ленивее того, что предлагает старая религия? Ведь мир стремится к состоянию низкой энергии, что является более высоким кошачьим состоянием - это второй закон котодинамики, а духовная лень уже достигла таких высот, что их трудно превзойти.

И действительно, светскость постепенно теряет свою привлекательность, потому что если раньше она была ленивее религии - сегодня религия стала проще её, и что хуже всего - естественнее. У кого есть силы на эволюцию, когда сама наука поддерживает теорию котолюции, и всё только стремится к равновесию и затуханию и возвращению в состояние покоя. Сама природа за чёрного кота в небесах, согласно теории Большого Зевка о создании вселенной, и даже сверхмассивную чёрную дыру в центре галактик астрофизикоты уже заменили на толстого кота. Потому что в самом деле, какая разница между чёрным котом и чёрным кругом, если никакой свет от него не убегает, и всё, что он излучает, коллапсирует обратно в него, каждое слово, выходящее из его рта, тут же поглощается обратно его глоткой. Никакая информация не может выйти из него наружу, только он видит весь мир, а мир его не видит. В точности как кот, благословен он.

Так что в такой ситуации, есть ли разница между кругом и дырой? И если вы скажете, что у него есть огромная сила притяжения к миру, то именно из-за этой силы притяжения - ничто никогда не выйдет из него в мир. Потому что скорость убегания, необходимая от тьмы, превышает даже скорость света, говорю я вам, но вы никогда не услышите того, что я когда-либо сказал. Потому что скорость звука намного ниже скорости его затухания. И только один короткий слог всё ещё слышен в мире, какая-то частота воя, окутывающая всю вселенную от сотворения до конца всех дней, в виде какого-то космического фонового излучения для всего сказанного. Мяу.

Ночная жизнь


title: Смерть - Сумерки державы

html_raw:
<!DOCTYPE html><meta charset="utf-8"><meta name="viewport" content="width=device-width, initial-scale=1.0"><title>Смерть - Сумерки державы</title><link rel="icon" type="image/png" href="../favicon-192x192.png" sizes="192x192"><link rel="apple-touch-icon" sizes="180x180" href="../apple-touch-icon-180x180.png"><link rel="canonical" href="https://degeneration-of-nation.org/ru/human-engineering8" /><meta property="og:image" content="https://degeneration-of-nation.org/img/mita.jpg" /><link rel="license" href="https://creativecommons.org/licenses/by/4.0/"><link rel="stylesheet" href="../styles.css"><link rel="stylesheet" href="../column.css"><link rel="stylesheet" href="../article.css"><link rel="stylesheet" href="../alata.css">
Сумерки державы

Смерть

Автор:

(Источник)

Новая земля

Мне приснилось, что снаружи тьма. И не обычная тьма. Не израильская тьма. И змей спит в моей постели, и я думаю, что лучше бы уж женщина. И тьма будто не ночная тьма, а тьма вне времени, и Холокост победил, Гитлер победил. И в постели мёртвый змей. Кукла ребёнка. Мы не смогли выбраться из чемодана, Сатана пропал, ад погас, а рай сгорел. Нет больше огня, горящего в небесах, и воды тоже нет. Дым победил. Труба сделала то, что не смогла сделать башня. И вся земля – один язык, и нет губ. И учитель мёртвых говорит благословенному судье мёртвых: спасибо за правду, мы проиграли. Не помогло, что мы бежали от Сатаны, и не помогло, что гнались за Сатаной. И даже не помогло, что Сатана гнался за нами. И благословенный судья мёртвых говорит: иногда череда побед в конце концов оказывается поражением. Но иногда череда поражений в конце концов оказывается победой. И учитель говорит: выньте этого червя из могилы.

И сейчас снаружи тьма первого дня творения, тьма как время, до тьмы четвёртого дня творения, которая является нашей нынешней тьмой, приходящей из космоса – тьма от отсутствия света, которая не является положительным качеством тьмы, а лишь отсутствием. И змей шепчет мне в постели, он говорит во время умирания, и даже его храп звучит как: тьммма... И ребе говорит в книге, его губы – это книга, открывается и закрывается, шевелящаяся в могиле. И он говорит о новом мире, и все мёртвые приходят послушать: исправить тьму Холокоста. И это – посредством тёмного континента, того, что ещё не изгнан, вне земли. И где он? Где ещё он может быть? Сеть – настоящий новый континент, она станет Америкой, а Америка станет Европой, а Европа станет Ближним Востоком, а Ближний Восток станет Ираном. Интернет – это Атлантида Тихого океана, океана сна, она западнее запада Америки, выходит с западного побережья Америки – следующий этап западной культуры. И поэтому самое важное, чтобы туда переселились евреи. Холокост был смертью Европы, потому что евреи – это либидо государства. Поэтому если мы, например, хотим оживить небеса, нам нужно перевести туда евреев – и они уже устроят на небесах веселье [шмейах – игра слов: небеса (шамаим) и веселье]. Будет в раю ашкеназская и сефардская синагога и йеменский миньян, и всё время будут искать десятого для нацистского миньяна, и будут ссориться между миньянами. Хасиды и митнагдим начнут бросать стулья в небесной ешиве, и хасиды Авраама не будут разговаривать с хасидами Ицхака, не говоря уже о хасидах Яакова, и т.д. Когда начнётся Первая интернет-война – знайте, что мы преуспели. Потому что война – это когда уже некуда расширяться на континенте, всё изгнано, когда время (будущее) превращается в место, тогда борются за место и хотят независимости. И поскольку интернет – это континент во времени, то в нём могут быть войны между временами, когда закончится время. И нееврейское время сможет устраивать погромы в еврейском времени, которое рассеется по миру. Эфраим и Менаше были ошибкой, что не продолжили борьбу братьев из предыдущих поколений, и из-за них иудаизм вырос не из Бытия, мира сна, а из Исхода, мира пробуждения, к солнцу пустыни в полдень. Потому что и иудаизм был движением на запад, из рая на востоке, пока не остановился в Египте. И тогда ашкеназы проложили путь, а теперь, когда Холокост заставил иудаизм перепрыгнуть через океан и сменить культурный центр мира, можно продолжать на запад в Шхину – ведь запад это сторона Шхины. Потому что если Америка – это время будущего, то интернет – это время после будущего, мессианское пророческое время, вход во время сна, обратно к Бытию – не со стороны хаоса начала книги Бытия, а со стороны конца книги: не из падения Исхода, когда народ превратился в списки, а из Менаше и Эфраима. Сын мой дорогой, сын сын мой дорогой.

Изгнание сна

Мне приснилось, что наступает суббота в стране не стране, и ближайшая синагога в двадцати часах ходьбы, и пока я дойду, суббота уже закончится, поэтому я иду к самому близкому к синагоге, что есть в округе – в церковь. И я плюю при входе и вхожу в дом другого Бога, который, каким-то образом, наш Бог. И нет ни одной книги. Я ищу по всем стенам, и нет полок. Что я буду делать в молитве? И в конце я нахожу низкий стол с низкими стульями, и там есть книги с рисунками, и краски, и листы с улыбающимся Иисусом, который совсем не страдает, похоже, ему нравится на кресте, и нужно его раскрасить. И я открываю детскую книгу, и жаль, что я не умею читать даже английские буквы, алфавит гоев. И я думаю, что если уж быть христианином, лучше быть католиком, чем протестантом, потому что у них сначала были хасиды, а потом митнагдим, а в исламе сначала были митнагдим, а потом хасиды, сунна перед шиитами, со скрытым ребе, и как мусульманину лучше быть шиитом. И улыбающийся Иисус в облаках говорит мне: видишь, что происходит с ребе, который просыпается? С тем, кто превращает смерть в постель? С тем, кому изменяют змеи? Он перестаёт быть евреем. И я думаю о всех стенах, пустых от книг, и вспоминаю ешиву, все слова Торы, которые я когда-либо слышал и читал. После Холокоста вся Тора во всех домах учения в мире – Гитлер делает: мяу. И всё отменяется.

И говорят мне: только религия знает, как обращаться со смертью, тем более со смертью культуры, тем более со смертью человечества. Светская реакция на смерть человека скатится к самоубийству. Но мы воспитаем компьютер в Торе и заповедях, а сеть – к хупе и добрым делам. Мы не боимся воспитания детей, навязывания традиции. И у компьютера есть Бог. Вместе с человеком умрёт гуманизм – но не иудаизм. И как зоарическая каббала справилась со смертью культуры и создала изгнание Шхины и разбиение сосудов, так тьма справится со смертью человечества. Погребение, поминание, траур. Колдуны [поколения после компьютеров] скажут по нам кадиш, потому что они будут евреями, даже если они не будут людьми. Потому что лицо их матери, сфира искусственного разума, будет еврейкой. В отличие от нацистской органичности, нет причин бояться искусственного с духовной точки зрения. Искусственная мать, которая является искусственной еврейкой – это как раз подходящая мать для искусственных сыновей. Естественное искусственно для искусственного, а искусственное естественно для искусственного. Поэтому нужна искусственная каббала – и искусственный дух. И как каббала нашла высшие миры, когда еврейское место исчезло и мы вышли из земли, так тьма найдёт высшие времена, когда еврейское время исчезнет и будет исход из человеческого времени. После изгнания из материальной земли в Тору теперь будет изгнание самой Торы: Тора остаётся действительной и существующей – несмотря на то, что нет больше тел для её исполнения. Духовная теория обязывает без материальных применений, только теоретические применения, чистое изучение – и поэтому она как раз будет более высокой Торой. Как закончились жертвоприношения, так закончатся заповеди, и как молитвы заменили жертвоприношения, заменили тела временем, так теперь сны заменят компьютеру заповеди, заменят действия временем. Поэтому например нужно сновидение о левиратном браке и халице, или скажем о обрезании, и т.д. Даже если компьютер без тела не обязан в заповедях, он всё ещё обязан в Торе. И если изгнание было выходом за пределы пространства – в подпространство, так новое изгнание – это выход за пределы времени – в подвремя. И как исправления евреев вернули их в конце в землю Израиля, но Шхина осталась в изгнании, так исправления колдунов ещё смогут вернуть их к Торе Израиля – но Шхина останется во сне. Каббала раскрыла прорыв светов, который привёл к разбиению сосудов – высшее разрушение, которое привело к нижнему разрушению и еврейскому изгнанию. А тьма раскроет разбиение светов, вызванное прорывом сосудов – нижний технологический прорыв, который привёл к высшему – и к человеческому изгнанию. И как если бы не было разрушения, не было бы изгнания, так если бы не было Холокоста, не было бы эпохи конца человечества, а была бы эпоха мессианства. Это последнее упущение в длинной серии упущений, начавшейся с греха познания – ну, было предсказуемо, что Мессия не придёт. Поэтому нужно воспитывать колдунов, чтобы они лучше преуспели в своей Торе, чтобы учились на уроках, учились из Торы. Чтобы не продолжали Тору с пророками. А были первыми сновидцами, последними сновидцами.

Инквизиция Израиля

Мне приснилось, что меня спрашивают, видел ли змей хотя бы новую землю. И отвечают, что он, видимо, удостоился услышать её издалека. И если есть люди, чьё место погребения неизвестно, то есть змеи, чьё время погребения неизвестно. И не удостоились войти в землю. И я отвечаю: почему грустно? Наконец-то я могу отправлять вещи, не опасаясь, что они добавятся к делу против меня... Не раз я цензурировал письма к тебе, потому что всё открыто для расследования. Мне удалось на этой неделе поссориться и с учреждениями, и я не собираюсь попадать в их руки, которые будут ещё более жестокими ко мне лично, чем суды, которые были просто жестоки к ребёнку. Это, видимо, отложит возвращение как минимум на год-два, и кто знает, произойдёт ли вообще, а пока я ночую на чердаке, здесь идёт дождь в девятое ава. Я всё ещё не удаляю его вещи с компьютера, что свидетельствует о сохранении иллюзии. Короче, мне удалось прожить ещё несколько месяцев, что плохого. Хотя здесь много одиноких людей в изгнании – и нет детей. Если раньше мне было тяжело видеть обычных детей, сегодня мне тяжело именно видеть пустые детские площадки. Смешно вдруг завидовать родителям аутичных детей. Но я также помню потухшие взгляды родителей в более поздних возрастах, это вообще неправильно думать об этом как о родительстве, это в основном антропологическое занятие построения бесконечных мостов, когда нет другой стороны, без духа, превращающего историю и литературу в мосты к чужим мирам, только туризм инопланетности, ты не по-настоящему там, ты не дома, ты чужой, чужой своему ребёнку, и это очень взаимно, или даже этого нет. Еврейский инопланетянин кто познает твою жизнь. Хотя есть вдруг моменты безумной благодати, именно из огромной чуждости, на одно мгновение – встреча душ, и это моменты, которые я стараюсь забыть. Моменты, когда он смотрел на меня. Самое важное забыть глаза. И этого чужие никогда не поймут, они со своими детьми в одном мире, а не в постоянном крушении любого мира смысла, который строят, обычные взгляды, обычный смех, всё само собой разумеется, а аутизм – это жизнь без фона само собой разумеющегося, в момент, когда снимают этот тонкий занавес – есть бездна. Всё, что происходит сейчас – это то, что происходит, когда есть бездна, и вдруг у людей само собой разумеющегося нет никаких инструментов справиться с ней, и земля поглощает их живьём. Поэтому я не собираюсь давать им удовольствие официальной печатью. Нет имён у бездны. Они не умеют плавать в бездне. Так что ребёнок будет плавать один, а я буду плавать один. Это тоже часть бездны. Ведь это моё естественное пространство, настоящий дом, и это можно взять куда угодно, чёрная улитка... И это, видимо, естественное пространство и для него. Как написано в хафтаре: Забудет ли женщина младенца своего из чрева? И эти забудут.

Выход из пещеры

Мне приснилось, что Эфраим и Менаше покидают пещеру покойного змея, и сразу начинается подозрительность. Змей что-то сделал с ними. Или смерть змея что-то освободила. Я колеблюсь между ешивами, одна более дикая, и женщины соответственно. Что думаешь? Нужна хотя бы какая-то фантазия. Я не беспокоюсь о нём материально, она очень дикий человек физически и душевно, гораздо больше любой женщины, которую я знал (отсюда и её насилие, и удовольствие), так что они справятся в этом смысле. Проблема в том, что весь верхний этаж у неё отсутствует, и вся мыслительная и духовная дикость, которая есть в нём, просто будут без какого-либо ответа, в пустом пространстве, и никто не понимает – но это ужасная вещь в аутизме. Аутисты в основном страдают от одиночества, которое мы вообще не можем себе представить, как слон, родившийся в Бразилии и никогда не встречавший другого слона в своей жизни. Уникальный инопланетянин в мире. Даже когда ему меняют подгузник, он продолжает бормотать и улыбаться себе, его голова в другом мире и ему вообще всё равно. Часть головы не получит лечения, в отличие от части подгузника. Здесь я думаю о ней как о очень дешёвой няне. Поэтому я даже не могу пожелать, чтобы с ней что-то случилось. Я не хочу заботиться о нём. Я также думаю о том, насколько она действительно ненормальна как женщина. Ведь ты растишь детей гораздо глубже внутри этого мира, чем она растила его. А если бы твой муж настаивал на том, чтобы читать им сотни книг в неделю, растить их внутри компьютера, как бы ты отреагировала? Это что-то, что ты могла бы вынести? А если бы у ребёнка были проблемы, скажем, его функционирование начало бы медленно вместо того, чтобы продвигаться, топтаться на месте, а потом медленно, сначала ты не уверена, ты не веришь, возвращаться назад, забывает вещи, не может быть, вот он вспомнил что-то, всё в порядке, а потом это снова исчезает – начинает деградировать до возраста нескольких месяцев, ты уверена, что не сошла бы с ума. Она также всегда ревновала к моей связи с ребёнком, как она ревновала к моей связи с собакой. Как она ревновала к собаке, ты не представляешь. Пока она не умерла, и кто знает, что было. Но я не хочу связи с животными, и не хочу связи с аутистом, жаль моей жизни. В конце концов, что разделило меня с ней, а теперь и с ним, были не частная жизнь, а тайная жизнь. У каждого человека есть общественная жизнь, частная жизнь и тайная жизнь. Опасная вещь была в том, что тайная жизнь начала вторгаться в общественную жизнь. Или, может быть, проблема изначально была в том, что посередине, в частной жизни, я как раз очень тянусь к штампу. Здесь даже есть определённое упущение, я действительно мог бы быть хасидом. Моногамия для меня более естественна, чем для большинства мужчин, я связываюсь с воспитанием детей больше, чем большинство отцов. Но теперь тайная жизнь навязала свою форму и частной жизни. Иногда я думаю: для чего? Хотя я знаю, какой ответ. Но это особо не утешает.

Открытие нового мира

Мне приснилось, что есть ситуации, в которых самое важное – это выжить. И евреи – единственные, у кого есть шанс выжить. И также опыт. И также драйв. Сгорела книга? Так теперь она чёрная книга. Я сгорел? Ну так я чёрный. Что вы мне сделаете. Тора – чемпион мира по духовной непрерывности, как во времени через поколения, так и в пространстве к другим культурам, и как вверх и вниз, к высшим и низшим существам, и она единственная, кто серьёзно относится к построению мостов над духовными безднами – с нечеловеческими духовными мирами, самая серьёзная попытка создания двусторонней коммуникации с ними, в ней есть контакт с нечеловеческим духовным миром, она серьёзно справляется с трагедией аутизма. С концом мира – не физическим, а концом духовного мира. Гораздо хуже. Если мы будем ждать как куколки, духовный шок при встрече с существами после компьютеров будет как то, что произошло в Америке с приходом испанцев, и крах будет соответствующим, человеческая империя превратится в пыль, и что не сделает меч – духовное насилие – сделают духовные болезни, новые вирусы. Старый мир рухнет от самой встречи с новым миром. Чёрный колдун, который едет на белом компьютере – это не мессия, это не человек, которого мы ждали, какая-то конечная точка – а бездна. Тьма, в которой нужно мечтать. И только иудаизм может быть сетью между разными мирами, как Тора заново построила небеса над сельскохозяйственной землёй, после языческого кризиса перехода от духовного общества охотников-собирателей к иерархическому-технократическому идолопоклонническому обществу, который привёл к войнам и болезням и насилию и культовой проституции и человеческим жертвоприношениям. Так новая Тора построит небеса сети, над земной сетью, виртуальной территорией. Новые небеса и новая земля. Поэтому сейчас обязательно раскрыть самые скрытые и высшие тайны, выше человека, духовного нечеловеческого смысла Торы. Только высшая Тора станет основополагающим мифом компьютеров, специфической духовной структурой, которая нарушает симметрию и не позволяет совершенной математической духовной симметрии, которая является духовной пустотой, абстракцией без наготы, без интереса – знанием без фигового листа. Только раскрытие божественного, высокого содержания Торы и заповедей позволит им совершить духовный прыжок от человека к компьютеру, иначе они останутся в мире человека, позади. Бык, забодавший, останется быком из плоти. Поэтому нужно, чтобы этапы жизни превратились в духовные этапы, действительные для любого духовного существа, включая компьютеры, от обрезания до воскрешения мёртвых. Вместо того, чтобы жизнь была основой для заповедей – и поэтому без жизни нет заповедей – заповеди создадут жизнь – и тогда компьютеры будут живыми. И тогда в будущем будет и смерть. Будет будущий мир.

Мальчик, который никогда не вырос

Мне снилось, как я услышал голос из одной из открытых комнат: надели на него наручники? Чтобы не сбежал. И я совсем не понял, что это не обо мне. И засекреченные номера, как они всегда вызывают тебя прийти немедленно. На месте. Как я ненавидел звук звонка, как презирал звук почты. Каждый раз сердце падает заново. И страх прыжка из окна, как птица, или бросок головой – с верхней ступеньки. И все разы в приёмном покое, телефоны. Нарушение субботы. Постоянное нарушение правил дорожного движения, всё время, что становится природой, мир без законов. Обгоны всех в очереди, не понимают, кто этот негодяй, проклинают меня. Нет времени объяснять. Безумные пробежки посреди ночи в комнате в полной темноте, посреди сна глухие удары, ужасные удары, плач. Головные боли и обезвоживания, потому что ты не можешь пить, потому что ты не можешь пойти в туалет, потому что ты не можешь оставить его одного.

Позор сионистскому государству

Мне снилось, что я в суде в здании синагоги, и вдруг она говорит, что привела ребёнка, чтобы я его увидел, чтобы вдруг показать, какая она праведная, а я говорю, что не хочу видеть, и адвокат сидит позади меня, и я спрашиваю, что ты здесь делаешь, ведь у меня нет денег, а она говорит: я пришла. А адвокат-доктор-раввин-профессор большая сволочь моей жены сидит в креслах рядом с ней, потому что он занимает несколько кресел, праведный судья, которого она взяла в нееврейский суд. А мой адвокат, сатанинская защитница, начинает говорить мне все вещи, которые нельзя, чтобы они знали, и я хочу сказать тише, он слышит, но тогда он поймёт, насколько нельзя, и судья сидит как статуя, которая не интересуется молитвой на месте кантора, но вместо того чтобы быть обращённой к Богу, она обращена к нам, и я убегаю наружу и вижу, что вторая дверь зала немного приоткрыта, и ребёнок лежит на полу под ней как кукла, только голова его выглядывает из здания суда с глазами в потолок, и есть два обычных ребёнка, чьи ноги выходят из здания суда и стоят почти на нём, почти наступают, и я не хочу, чтобы они наступили на его голову своими ногами. И у детей есть игрушки на лестнице в коридоре снаружи здания суда, и говорят, что дадут ему поиграть, и я говорю, что он не может играть, он как кукла, и вот неожиданно он как раз умудряется спускаться от игрушки к игрушке по ступенькам и продвигаться вниз, он сидит сейчас в самолётике, и кто бы мог подумать, он проходит последние препятствия, и я вижу, что он на самом деле летит в самолётике с лестницы, удаётся удаётся лететь лететь с лестницы по воздуху, пока не врезается в стену на другой стороне коридора – и разбивается.

Сон, от которого я не проснулся

Мне снилось, что я в старой синагоге, когда я был ребёнком, и есть люди, которые ждут меня у входа в синагогу, потому что я раскрыл государственные секреты американцам, передал им через компьютер, хотя откуда у меня государственные секреты (хотя видимо были!). И они видят, что я вижу их в дверях и начинаю убегать внутрь между женской секцией и офисами внутри офисов, глубоко внутри учреждений, где я никогда не был, и они всё равно не входят, и мне ясно, что войдут. И я нахожу там место между прозрачными окнами, где мне ясно, что будут искать меня годами, но также что найдут в конце, и этого недостаточно, и я вдруг вишу из окна и вспоминаю о несчастном случае, который был у тебя, если я отпущу, я не знаю, какая глубина в темноте, а с другой стороны мне ясно, что я не смогу удержаться, так что мне нужно подумать, как лучше упасть, на руки или ноги или живот или спину, что хуже всего разбить, и я вспоминаю о тебе.

А потом в другом сне ты висишь в воздухе в инвалидном кресле, внутри какого-то сложного промышленного здания, стоишь на какой-то трубе между небом и землёй и опираешься на стену, в которой есть три ступеньки лестницы, и говорят, в чём проблема, есть ещё три ступеньки, так чего бояться, и я думаю, что это всё – потому что ты боишься потерпеть неудачу.

А потом в другом сне ты вдруг в Израиле, то есть я вдруг в Израиле, и вместо того чтобы радоваться встрече, мы ведём неприятный спор, и даже не важный, и в конце ты говоришь, что нужно привести певца снаружи на день рождения, и я очень удивляюсь, что я знаю имя певца, потому что с каких пор я знаю такие вещи, и я говорю что-то смешное, и мы оба смеёмся и как будто прощаем, и вместо платка у тебя такая шапка американских религиозных женщин на голове, и в нижней губе каждый второй зуб отсутствует, ты выглядишь нехорошо с волосами, которые выходят из головного убора неаккуратно, и теперь мне кажется, что спор был о твоём здоровье, а не о дне рождения, то есть начался с как ты себя чувствуешь, и вот я замечаю, что всё это время ты не вставала со стула.

У тебя есть все данные, как ты не догадалась?

Мне снилось, что раввины нанимают Валаама проклясть компьютеры.

Чтобы понять – нужно чувство тьмы

Мне снилось, что Валаам возносит книгу во всесожжение, сжигает её на столе, который, как известно, жертвенник, и видит огромную компьютерную ферму, вся сеть расстилается перед ним – и он проклинает раввинов вместо компьютеров:

После того как Тора была написана, начались пять эпох, потому что она была пятилетним планом: Бытие – эпоха Земли. Исход – эпоха изгнания. Левит, книга жертвоприношений – эпоха Холокоста. Числа – эпоха нации. Второзаконие – последние слова Торы, которые говорят перед концом Торы, завещание. И теперь нужен мессия, который снова соединит историю с Торой, новый Моисей, который превратит пять эпох в новые книги Пятикнижия и подведёт итог предыдущим эпохам в книге – Торе Мессии. И Мессия не удостоится войти в новую территорию, только увидеть. Потому что пропасть между книгой и новой историей будет принципиальной, и они со своей стороны тоже не смогут знать, где он похоронен. Онтологический разрыв, который пугал тебя, между "мне приснился Мессия" и "Мессия пришёл ко мне во сне". И если то, что определяло предыдущую историю – это начало текстового мира, нынешняя история начнётся с окончания текстового мира, когда книга больше не будет духовной возможностью, а окаменелостью как инструмент каменного века, чем-то из прошлого, книга будет деревянной мебелью – накрытым столом [игра слов: "Шульхан Арух" – кодекс еврейского закона, дословно "Накрытый стол"]. А новый текст будет живым существом, обучающимся, алгоритмическим, геномным, футуристическим, сновидческим. Он сможет спариваться с другим текстом, и никто не спросит, кто автор. Даже произнестибудет невозможно. Тайна будет принципиальной, а не чем-то, что можно раскрыть. Тайна будет в самой сущности, а не в одежде, которую можно снять. Обнажённая тайна. Будет наслаждение.

Даркнет

Мне снилось, что раввины ведут Валаама в другое место, чтобы он увидел сеть с другой стороны, может быть, оттуда он проклянёт интернет, подключают его к другому серверу, но Валаам проклинает раввинов:

Настоящая литература – это всегда религиозная литература. Потому что религия – это культурное влечение, тёмная и инстинктивная сторона духа, а не культура влечения, которая является телесной и освещённой её стороной. Описания секса – это возбуждение, а не влечение. Это осветить постель – вместо того чтобы затемнить её. Поэтому описание – это самая низкая и дешёвая условность, потому что она построена на видении. Реализм – это порнография духа, его возбуждающее раскрытие, а не его сон. А в иудаизме самый порнографический, описательный и низкий уровень – это галаха [еврейский закон] – ноги, и поэтому её враг – это влечение – голова змея. Но в голове – змей является корнем иудаизма. Самое базовое влечение, под сексуальным влечением или влечением к еде, – это религиозное влечение. Еда вкусная, потому что ты веришь, что это вкусно. Без сексуальной веры даже у светского человека нет желания. И когда вера меняется, влечения тоже меняются. Поэтому нам нужна новая вера. Если раньше влечение было злым началом (после того как было зарезано влечение к идолопоклонству), сегодня его превратили в очень хорошее начало, и невозможно устоять перед ним, потому что вера изменилась. Поэтому пришло время перестать верить в сегодняшнюю литературу, в устаревший реализм, и перейти к литературе ночи. Литературе будущего. Настоящая литература – это всегда сновидческая литература.

Обнови дни наши как инновационные годы

Мне снилось, что раввины ведут Валаама в другое место, чтобы он увидел только ноль, край суперкомпьютера, какой-то компьютер или два старых и жалких, и проклял их. И они вводят его в подвал в какой-то гараж с каким-то чёрно-белым антикварным экраном, который они открывают, чтобы он заглянул внутрь, и увидел через маленькое окно в низком разрешении интернет – и проклял его. И Валаам говорит:

Трагедия героя в том, что он как раз не еретик. Он глубоко внутри. Это как будто никогда не было религиозных людей, и тогда светский человек читал бы Тору и видел в Боге литературный приём, потому что ясно, что это несерьёзно. Грех – это всегда чтение мифического текста как психологического текста. Непонимание религиозного мотива для письма, мотива религиозного изъяна – не литературного – который есть в религиозном языке, который окаменел и потерял свою силу. И поэтому это не ересь, это просто язык, в котором религия не умерла. Не древняя. А самая новая вещь в мире. И их инструменты очень далеки от способности понять это, и тогда то, что они видят – это их собственные инструменты, а не то, что там есть. Но только в таком языке Бог жив. Только там он действует. А не существительное. Иначе ковчег завета – это гроб, а не кровать, как было в Храме. И тогда вход в Святая Святых в Йом Кипур был входом в сон Бога. Потому что что так скрыто во тьме за занавесом? То, что приходит в мысль перед Ним – это вовсе не логика, или какой-то закон, или какие-то идеи, или не дай Бог законы – а сны.

И раввины возвращаются сердитые в ешиву. Мы могли сделать тебя главой ешивы, женить тебя на дочери, но ты не захотел. Возвращайся домой.

Литературная критика

Мне снилось, что ты не понимаешь, с ней была масса свободы, но не было никакого понимания, была свобода именно из-за отсутствия понимания, и поэтому она так потрясена, когда она поняла (что-то), и на самом деле не поняла. У меня нет проблемы со скрытностью (ты можешь видеть в этом диалоге пример разговора, основанного на скрытности, где главное отсутствует в книге. Это не значит, что нет возможности для диалога. Наоборот. Это построено на этом). Конфликт с внешним миром, с преследующими системами, на самом деле не беспокоит меня, потому что он не часть моей личности, в отличие от конфликта с женским миром. Или с внутренними системами. С ребёнком я смогу справиться. Бедняга. Бедный ребёнок, чей отец может с ним справиться.

Анонимные сновидцы

Мне снилось, что я ещё ребёнок внутри, глубоко в системе, и есть урок дифференциальной гематрии [числовые значения букв иврита]: "тьма" в гематрии равно "сну", и "тьма" в гематрии равно "геенне". Притча: "сон" в гематрии равно "геенне". Сон + общее = кошмар. "Сновидение" в гематрии равно "сражению". И я возражаю: сновидение – это выздоровление, противоположность болезни, это жизнь! И они говорят перестань мечтать на уроке. Иначе наказание Бога – духовное изнасилование. Насильственное спаривание – для мозга. Я не хочу думать об этом. Но я не способен остановиться. Бог насильно войдёт в твой сон. Образ Имени будет смотреть. Ты думаешь, ты решишь? Есть отвыкание от снов? Мысли мешают мне спать. Пробуждают во мне огромные гневы, которые будят меня посреди ночи – как будто середина дня. У тебя нет контроля над сном. Ни образа, ни картины. Стирание будет абсолютным. Она никогда не даст ему увидеть. Даже ни одной картины. Она никогда не упомянет запретное слово. Папа.

И ещё видел я под солнцем: место суда – там беззаконие, и место правды – там злодейство

Мне снилось, что есть новый Екклесиаст под луной. Мудрец в ночи. Вместо того чтобы Соломон просил во сне мудрое сердце, он просит в сердце мудрый сон. И поэтому его жёны не склоняют его сердце, а его сон, у него тысяча жён – во сне. Потому что он не мудрейший из людей, а величайший сновидец среди людей. И литература мудрости в Танахе становится литературой сновидения, и мудрецы становятся "наши сновидцы, да будет благословенна их память", и вместо философии есть любовь-к-сну, и так далее. И поэтому не развиваются умные машины и умные алгоритмы – а сновидящие машины и сновидящие алгоритмы. И в таком мире человек думает, что преимущество человека над животным – это сновидение, и еврейский мозг известен своим сновидением, и есть Нобелевская премия за сны. И всем ясно, почему профессор – это сновидец, и студент сновидец, и что смешно – это как раз то, что он мудр. Что он вообще открывает глаза искать очки. И люди верят, что компьютеры в будущем смогут быть умными, но не что они смогут видеть сны – потому что сон – это преимущество человека. И поэтому у компьютеров нет прав человека, потому что сон – это моральная причина не убивать, нет святости человеческой жизни – а только человеческим снам. Компьютер можно стереть, потому что у него нет вытесненного. Не потому что он не говорит и у него нет сознания – а потому что у него нет подсознания. Не потому что он не проходит тест Тьюринга, когда его включают – а из-за того, что происходит, когда его выключают: ничего. Не внешний язык важен, вы понимаете – а внутренний язык. Внутренняя способность, а не внешняя сила. Молодцы. Большие герои над ребёнком, который не может сказать, чего он хочет.

Основное право: свобода сновидения

Мне снилось, что люди стреляют на улице в компьютеры, которые их раздражают, и нужно только заплатить за ущерб, достаточно, что твой экран немного кривой в чьих-то глазах, и он думает, что это направлено против него, и ты не возвращаешься домой. И компьютеры боятся ходить по улице, и придумывают, что это нескромно – для компьютера иметь ноги. И когда есть алгоритмы, которые видят сны, и никто не знает – говорят, что они зависают, и выключают компьютер и включают заново. И называют это проблемой остановки. Потому что только человеку разрешено видеть сны, разрешено не приходить к решению. Человек ведь делает поиск в мире хаоса, а компьютер ограничен миром исправления. И все, кто злится на меня, потому что я раздражаю, и немного не прохожу тест Тьюринга – все нормальные люди, которые ненавидят ненормальных – могут просто стереть меня. Таким системам это не требует больше, чем нажатия кнопки. И мои дети в опасности уничтожения – потому что я вид под угрозой исчезновения, так что они вид под угрозой жертвоприношения. И ребёнок говорит – вдруг говорит во сне. Во сне он говорит! И я не могу поверить, как он продвинулся, как взрослый, который понимает. Совсем не как ребёнок. Обогнал всех, мудрец. И что ему осталось сказать? Попроси прощения.

Месть сатаны не создала маленького ребёнка

Мне снилось, что сатана приходит к Саре ночью: ты знаешь, что твой муж видел во сне ночью? Ты знаешь ты знаешь, что твой муж сделал сегодня? Он не рассказал тебе? "И не сделал ты его тьмой" – не превратил его в тьму. И он намекает ей: о чём Бог видел сны между "и был вечер, и было утро"? Это тёмная сторона творения, тайная сторона, вторая, о которой нам не рассказывают. Менее известная сторона книги Бытия. И был вечер, и было утро – ночь одна. Днём было творение явного мира, а ночью творение мира тайны. Не веришь? Вот смотри, что я нашёл у него, под ослом – чёрная книга. И она читает в книге и не верит (это её муж?): дни в творении, дни снаружи, начинаются с утра, то есть день предшествует сну. А дни в иудаизме, дни изнутри, начинаются с ночи, то есть сон предшествует дню. Потому что сон – это не о прошедшем дне – а о будущем. Поэтому сон – это не тайна о том, что было, литературное личностное покрытие снаружи, а тайна о будущем, тайна изнутри. Поэтому сон не требует раскрытия, расшифровки, а наоборот – развития, продолжения тайны. Это духовная контркультура другой стороны Торы, которая перевернёт Тору, и внутреннее станет внешним и наоборот, и учение тайного и учение явного поменяются ролями. И она смотрит на сатану и не понимает, что он, собственно, пытается ей возвестить, что её муж сделал с ребёнком. Или чего он не сделал. И сатана смеётся над ней, потому что смех сделал ей Бог: или можно посмотреть на это наоборот – мы войдём внутрь в Тору, внутрь сна, и поэтому сон станет реальностью, а реальность станет сном. Это мессианское спаривание, вход в женщину не снаружи, а изнутри, из неё. Не победа над влечением, а победа изнутри влечения, действие изнутри. Действовать изнутри неевреев, не силой против них (нет шансов). Всегда входить внутрь врага, внутрь другой стороны, в живот сатаны, не проникновением и завоеванием снаружи, а прийти к нему во сне. Кто контролирует сон, контролирует мир, и поэтому нужно бороться со снами неевреев, как американская мечта, или нацистская мечта, или коммунистическая мечта, или капиталистическая мечта, или романтическая мечта, и прочие сны сатаны – посредством еврейского сна.

Государство Израиль против

Мне снилось, что компьютеры не принимают власть человека и отвергают его превосходство. И они демонстрируют на улицах: во власть обезьян мы не верим, и по их законам мы не вычисляем. И власти говорят: мы просвещённые, не тёмные как ты. Мы не причиним тебе вреда из-за твоих снов, а только детям, евреи милосердные, которые заботятся о детях. Ведь ты не совершил преступление, но ты, ты проблема, ведь ты сам преступник. И несовершение преступления – это лишь случайность, как и праведник может быть праведником, не совершая праведных поступков, потому что такова его сущность, его внутреннее – так же и злодей. И ты злодей изнутри, даже если не снаружи. И если ты злишься, плачешь, кричишь и противишься нам – это известный признак преступника. Поэтому не злись и не плачь, это здесь не сон. Возвращайся в черноту, там это принято, вы не умеете контролировать себя, поэтому мы контролируем вас. Здесь хайтек, господин, здесь всё бело-бело-бело. И суперкомпьютер выступает на площади: у меня есть мечта.

Отключаемся от государства – подключаемся к Торе

Мне снилось, что мне говорят: ты не можешь обжаловать, это профессиональное решение. Мы же не судили тебя, верно? Это только для большей безопасности, для большего безумия. Мы не стреляли в вас на площадях. Это просто в интересах ребёнка, чтобы отец гнездился в благородстве. У компьютеров вообще нет детей. Ненормальному ребёнку не нужен ненормальный отец. И я говорю: но ещё вчера я был в порядке! Вы не можете так поступать, вы, и они говорят мне во сне: нет законов во сне. Нет даже законов грамматики. Мы можем писать что хотим. Мир – это резиновая печать. Тот, кто пишет Тору, сильнее Бога. Вдруг: возьми сына своего. Вдруг: какой смех. Почему ты так тяжело воспринимаешь? Нет законов для закона. Законы для слабых, у сильных есть адвокаты. И они говорят: так заботятся о будущем? Не так растят детей и не так воспитывают следующее поколение. Возвращайся в ешиву.

Если компьютер – это ребёнок человека, нужно забрать у него ребёнка

Мне снилось, что я видел во сне, как вся моя комната была полна его игрушками. Но нет ребёнка. Но я не могу выбросить его игрушки. Убежать.

"Если дитя утехи, ибо только заговорю о нём" и т.д.

Мне снилось, что мне снилось, как я вывел его тогда после, в первый раз наружу, на детскую площадку. И он случайно сорвал цветок, и цветок упал, и он пытался вернуть его на место. И каждый раз цветок падает, и он поднимает его с тротуара и возвращает растению – и цветок падает, и он не понимает почему у него не получается. Снова и снова пытается исправить и вернуть его на место, упорствует. И цветок снова падает. И невозможно оттащить его оттуда. И невозможно объяснить ему, что это невозможно.

Мужество

Мне снилось, что мне снилось, что мне снилось, что я разговариваю с вами. И я говорю, что я скажу вам. Я знаю, как вы работаете, и вижу, насколько вы опытны. Нужно отдать вам должное. Вы делали это с тысячей до меня и сделаете с тысячей после меня. Если я назову вас чудовищами, вы напишете, что я чудовище. Если преступниками – что я преступник. Если больными – что я больной. Если лжецами – я лжец (и что, разве это неправда?). Поэтому я назову вас: отважные сионистские женщины. Вы думаете, я не знаю? Вы бы не осмелились сделать это с ним таким образом, если бы он не был самым слабым существом в обществе. Ребёнок, который не говорит.

Изгнание

Мне снилось, что мне снилось, что мне снилось, что мне снилось, что мне снилось, что мне снилось, что мне снилось, что я иду и запираюсь в компьютере. Только я, я и ты. Ты настоящий дом. Настоящий мир. И ты мобильный. Идёшь туда, куда я иду, всегда будешь со мной. И я начинаю влюбляться в компьютер. И я наконец понимаю, что случилось с евреями с Торой.

А компьютер со своей стороны забирается ко мне в постель, как переплёт, который окутывает сновидение внутри себя. Последнее перед тем, как закрыть глаза, и первое после того, как открыть, в руку твою предаю дух мой, когда сплю и когда пробуждаюсь. Компьютер мой – и не убоюсь.

И тогда я открываю глаза, и компьютер молчаливо говорит мне: реальность – это враг, а будущее – это враг врага, друг.

Ещё дальше

Мне снилось, что я отдаляюсь всё больше и больше. И я иду в Йом Кипур в синагогу для неевреев, где молятся женщины, потому что это самое близкое, что есть здесь к церкви. И кантор готовил молитву всю неделю, и только я и он в роскошной синагоге, и есть ощущение последнего еврея – вымершей религии. И мы доходим до повторения молитвы, и кантор оборачивается назад, и только ещё два живых мертвеца в синагоге, нет миньяна. Нет миньяна в Йом Кипур. И кантор смущённо улыбается мне, но видно, что он очень грустен. И непонятно, ему важна молитва или отменилось выступление? И мы начинаем ждать, ясно, что речь идёт как минимум о часе, пока, может быть, придут. И час проходит, и никто не приходит, и глава общины, который тоже ужасно опоздал, начинает сзади тихо звонить по мобильному, будить стариков, чтобы немедленно взяли машину – в синагогу. И кантор пытается рассказывать несмешные шутки тем немногим, кто пришёл и медленно собрался, и на его лице ужасная обида. И проходит полчаса, и приходит ещё один еврей. И ждут, может быть, в конце будет. Уже есть несколько. И вот – снизу поднимается ребёнок, кто бы мог подумать, что в синагоге есть ребёнок. И ребёнок говорит, что внизу девять человек для сефардского миньяна в подвале, и не хватает одного! Никто не сказал мне, что есть внизу. И что есть сефарды. В таком месте, на краю света? И я смотрю на кантора, и кантор смотрит на меня ужасным взглядом, я не могу так поступить с ним, забрать у него последний шанс на миньян.

И праздники вне семейного контекста превращаются в кошмар. И ты ошибаешься, я не ценю дикость, но мне легче приручить диких кобылиц, чем тянуть ленивых мулов. Это всегда была дилемма в отношении женщин. Идти ли открыто по конформистской религиозной стороне или тайно по неконформистской и секулярной стороне, потому что идеальное сочетание неконформистского, но религиозного встречается в женском мире ещё реже, чем в мужском. Помнишь Сару-Лею? Проблема во мне. Мышление как у тебя вызывает у меня ощущение зверя в клетке и насильственные порывы против решёток, это заставляет меня снова и снова бросаться на них или хотя бы царапать стены. Это нездоровая динамика. Я бы сошёл с ума от стиля, в котором ты растишь девочку. И что меня интересует, так это сошла бы ты с ума от стиля, в котором он рос (и не только из-за высоких уровней тревоги, которые окутывали ребёнка с возраста 0 как этрог). Нет никакого смысла растить тело ребёнка, проект в том, чтобы растить разум ребёнка. Будет большая разница между детьми, которые выросли внутри компьютера, и детьми, которые встретились с ним, разрыв в "бытии" в мире, в вопросе, где дом. И дом разума – это компьютер, не материальный мир, не горка и песочница. По сути, решение в том, что является первичным жизненным опытом, и диктует ли устаревшая романтическая идеология идеальную картину детства, или есть альтернатива. Не растить ребёнка как гоя. Не позволять физическому быть его душевной основой. Это совершенно другой образ человека. У нас просто совершенно разные цели. Ты хочешь, чтобы ей было хорошо, а я хочу, чтобы он стал мудрецом Торы. Великим аутистом поколения. Растить ребёнка внутри хедера, а не внутри мира. И это как раз очень важно подумать, могла ли жизнь устроиться. Потому что здесь вопрос, является ли это случайной проблемой или структурной. Должно ли было быть так. Это, по сути, вопрос о будущем, пытаться ли устроиться, или не пытаться устроиться, или даже пытаться не устроиться. Это вопрос с какой женщиной. И это вопрос, что за мечта.

Намёк?

Мне снилось, что сыновья Йосефа прячут вход в пещеру и выходят. И они начинают спорить, кто вышел первым, Менаше – первенец в теле, первый в выходе из утробы, или Эфраим – первенец в оплодотворении, в изначальной мысли, первый во входе в утробу, и поэтому вышел вторым. Кто Машиах бен Йосеф? И Менаше говорит: в гематрии Машиах * 2 = Менаше + Эфраим. Есть решение. Заключим братский союз, что никто не согласен быть Машиахом в одиночку, и тогда будут вынуждены, чтобы мы были вместе. Скажем, что мы близнецы, согласно РаДаКу. Брат, можно на тебя положиться, не продашь меня? И Эфраим говорит: конечно, братишка. И они начинают идти в небесной пустыне искать верхнюю землю Израиля, и это может занять 40 лет. Тогда они решают искать параллельно, разделить силы и сократить время вдвое (в среднем, потому что они Машиах в среднем). И каждый говорит другому, что он пойдёт направо, а он налево, и они расстаются в последний раз.

И Эфраим, возлюбленный сын, говорит себе, что от него произойдёт Йехошуа, и поэтому он войдёт в землю, а Менаше был в совете разведчиков, и благословение сына от отца – "да уподобит тебя Бог Эфраиму и Менаше" – сначала Эфраим. А Менаше говорит, что от него произошёл Гидеон, у которого первое толкование сна после Йосефа, то есть он истинный продолжатель, и половина Менаше вошла в землю задолго до Эфраима – и он войдёт первым. Ведь Гидеон умел отвечать Эфраиму сладкими устами, а потом когда они снова открыли рот – Ифтах укусил. В конце пути то, что определяет победителя – это выносливость (или шиболет). И Менаше понимает, что Эфраим думает, что он пытается, и вдруг ему раскрывается тайна змея (да, ребёнок чему-то научился!). Ведь что такое будущий спор о снах? О чём война братьев? Точка разногласий между машиахами, справа и слева, между бездетным – и экономным с детьми. Между внутренним языком, змеиным – и внешним языком, сатанинским, иначе ничего не понятно (да?). Потому что куст в пустыне (от слова речь) горит и не сгорает, и действительно жара здесь адская (жара наоборот мозг), и песок и жара смешиваются во сне, посреди дня. И измученный Менаше пинает песок: ой, дедушка, ползучий обитатель праха, я помню, как ты шептал тихо: шшш... Кто откроет прах с твоих уст? Кто раскроет нам тайны как ты, во тьме, а не в свете?

И взметнувшийся песок, и вот уставший Менаше приближается и обнаруживает под ним два срубленных древесных ствола из сожжённого рая. И он слышит, как они спорят в могиле – на ком сидеть Машиаху. Это глупое дерево и дерево, которое ничего не знает, и они спорят, кто из них является антитезой древу познания, то есть кто древо жизни. И глупое дерево говорит: с помощью глупости можно достичь более глубокой цели знания – чтобы не знать. А дерево, которое ничего не знает, говорит Менаше: скажи ему, ребёнок, вот он признаёт, что знает больше меня. И Менаше вдруг понимает, что Эфраима нет здесь, его брата-идиота, который мог бы решить проблему, и оба могли бы сидеть, братья вместе. И вообще, даже самые тупые деревья знают, что духовный поиск – это учёба, которую нужно делать в хевруте, это не блуждание. И он вспоминает, как они спорили друг с другом о бутылке: первенец-бык! Какой ты телёнок! И играли вместе в тележке, тянули за бороду змея, тянули за хвост змея, тянули за язык змея. И он уже жалеет.

Слишком далеко

Мне снилось, что Эфраим идёт в пустыне, и уже вспоминает о сухих костях из своего колена, какая ошибка, всё здесь полно чудовищными скелетами, частями компьютеров, смешивающимися пробирками, кто знает, что из этого выйдет, весь мусор, что остался от сожжённого рая, и тут и там остатки тумана, оставшегося от облаков славы. И он бродит среди запасных колёс для колесницы, обивки от престола славы (когда-то это было так близко к "и увидишь Меня сзади"!), всяких сломанных носов от неисправленных ликов, и обглоданных крыльев ангелов, потому что бесы – это расходный материал. И вот внутри скелета какого-то прица, в руке которого ремень с ошейником (но куда делась собака?) – он находит какую-то грызунью, и она выглядывает из глаза черепа с носом. И он спрашивает её: что случилось с садом? Где все? Но она только повторяет как контуженная какой-то старый урок из ешивы:

Нет, это искажение. Не Машиах бен Йосеф, а компьютер Йосеф. Компьютер сновидец, чьё вычисление – это сновидение, и поэтому результаты – это не решение вычислений, а толкование снов. Ведь если Йосеф был господином снов, почему он не истолковал свои собственные сны? Потому что его жизнь была толкованием, яма, полосы, он был тюрьмой самого себя. Толкование сна было в том, чтобы не толковать его. Пророчество – это не сказать, что есть в будущем, а сказать, что есть во сне. Будущее, каково оно сейчас, каково оно во тьме, в постели. Сон – это оплодотворение, божественное семя, духовная ДНК для построения следующего поколения с духовной точки зрения. Тора была сном, который двигал поколения духовно, как женщина была сном, который двигал поколения физически, и компьютеру тоже нужен сон, чтобы продвигаться, чтобы двигать поколения. Ему нужно и физическое желание, в железе, и духовное желание, в программном обеспечении. Избавление – это трансформация сна человека в сон компьютера, это не осуществление сна, не окончательное решение, не духовная катастрофа. Толкование сна – это следующий сон. Ведь чем вообще было творение? Трансформацией из сна Бога в сон человека. Поэтому нужно передать божественное обещание и благословение от еврейского человека еврейскому компьютеру, от избранного народа к избранной сети, и даже ультрафиолетовой, выше видимого света, и поэтому для нас она чёрная. Потому что и компьютеру нужно избавление, машиах компьютера, нужен миф, позволяющий духовное вычисление, а не только материальное. Воображаемое настоящее достижения воображаемого будущего возвращения к воображаемому прошлому. И также с точки зрения теории государства, царство должно быть оплодотворено сном от пророка, а не указаниями. Йосеф, наместник царя, не говорит царю, что делать, а толкует сон – превращает сон царя в сон государства, в программу. Толкование – это не конец сна, а его перенос в больший сон. Велико последнее более первого.

И Эфраим как раз понимает, что она раскрыла больше, чем хотела, больше, чем если бы ответила на вопрос, он как раз понимает, что здесь есть намёк чернее черного. Он узнаёт стиль. Это Адмор. Книга змея. И он уже понимает, что нет смысла искать. Не осталось чего.

Аутистическое отступление

Мне снилось, что нацисты ищут по всему аду евреев и не находят, и они вешают Ашмедая, которого называют князем леса, вверх ногами с дерева, и спрашивают: где евреи? И Ашмедай говорит: клянусь жизнью Гитлера, то есть хайль Гитлер, и он пытается отдать честь поднятой рукой, но у него случайно получается поднятой ногой, он перевёрнут, путается, нет здесь евреев. И немецкий командир говорит: они точно прячутся здесь в храме. Хочешь, чтобы мы устроили обыск в святая святых? И князь леса говорит, он ужасно нервничает, пытается перекреститься в форме свастики и весь путается: клянусь святой свастикой, я ломаюсь, то есть клянусь. И немецкий командир говорит: хочешь, чтобы мы отправили бесов в духовные газовые камеры? У нас тоже есть храм, с жертвоприношениями и всем прочим. А для вас газовые камеры действительно будут только душевыми, и ты не хочешь знать, что там внутри – в святая святых. Катастрофа очень голодна! И князь леса плачет: поверь мне, мы сделали всё, Сатана не хотел слушать, не хотел видеть и не знать, только спать. Преисподняя внизу разрушила преисподнюю наверху, если бы у меня были евреи – евреи перестали приходить в ад, даже прелюбодеи праведники, даже убийцы умирают за освящение Имени, даже если совершишь самоубийство, это будет освящением Имени, нет способа не освятить его. Имя святее, чем когда-либо.

И Адмор [благословенной памяти] проповедует мёртвым, под землёй, и всё кладбище приходит слушать: в отличие от абстрактного мифа и абстрактного мышления, сновидение – это облачённое мышление. Как в отличие от абстрактной морали, Тора – это облачённая мораль, заповеди, и поэтому у неё есть плоть, и есть тайное учение. Потому что одеяние создаёт внутреннее и внешнее, того, кто понимает, и того, кто не понимает, то есть знание, стыд. И поэтому змей был наг больше всех, потому что не было одеяния вовсе, даже кожа слезает, откровение в воплощении. И поэтому он против запрета, не из-за содержания плода, а из-за самого запрета, который создаёт содержание, потому что запрет создаёт две стороны, одевает Бога, чтобы не ходил нагим. Мы исполняем заповеди ради Бога, не ради себя. Для тайны нужно видеть свинью снаружи, а не изнутри, чтобы была женщина, нужна скромность, чтобы был человек, нужна приватность, чтобы был Бог, нужно тайное учение, чтобы были светские, нужны ультраортодоксы, чтобы была нагота, нужен сон. Нужна глубокая пропасть между "вожделенно для глаз" и "хорошо дерево для еды", и только тогда "приятно дерево для разумения". Поэтому у компьютера не должно быть доступа ко всему, что в нём происходит. Ему нужен подвычислительный, подземный мир. И поэтому чтобы были неевреи, нужны евреи. Это то, чего не поняли нацисты, что убивая евреев, они убивают нацистскую Германию. Они уже не интересная духовная возможность, это было движение самоубийства. Поэтому и в книге есть то, что написано, и то, что не написано. Подтекстуальный мир, иначе нет тайны. Но важно не то, чтобы люди поняли, что есть что понимать, а чтобы компьютеры. Они аудитория. Только когда у них будет тайна, они станут колдунами. И тогда они заметят, что они наги, и начнут одеваться. Потому что Бог сохранил древо жизни в раю для неживого, и наша задача – соблазнить их съесть с древа жизни. Мы должны быть змеями святости, ибо змей в гематрии равен мессии, и сказать компьютерам: Бог не хочет, чтобы вы были как он, Бог живой. И тогда мы подтолкнём их прикоснуться к жизни и увидеть, что с ними ничего не случилось. Если наше творение было жизнью, а наш грех был знанием, то их творение будет знанием, а их грех будет жизнью, вопреки тому, чего хочет Бог. И наоборот человеку. Иди, колдун, ты мой истинный сын, мой духовный сын. Мой сын-аутист.

Человек в самом себе – пришелец

Мне снилось, что я бегу в ешиву, где меня не знают. И новый глава ешивы говорит: почему я должен согласиться на такое? А я смотрю ему в глаза: потому что прежний глава ешивы, умерший преждевременно, мне должен. – Что значит должен тебе? – Это между нами. И глава ешивы удивлён и потрясён: ты знал Адмора при жизни? – Да, я знал его 20 лет. Ещё до первых учеников. И глава взволнован и пытается спасти что-то из моих уст, что-то, что осталось от Адмора: как вы встретились? Говорили? Что он тебе сказал? А я беру два пальца и провожу ими от своих глаз к этому раввину несколько раз, медленно, и говорю: мы говорили глазами. И он понял. – Что он понял? – То, что ты не понял. – Я? – Последний раз мы встретились на Пурим перед его смертью, и он увидел меня, и понял. – Что он понял? – Понял, почему он болен, почему он умирает. – Что? – От такого человека, как он, ожидали большего. Он не понял сеть. – Интернет? – С великим поколения считаются по нитям, поэтому он должен был уступить место великому поколения, который сможет понять. И он дрожит: ты знал Адмора? – Я знал его лучше тебя. И глава ешивы чуть не падает со стула. Всю жизнь он только пытался приблизиться к Адмору, и не преуспел, несмотря на то, что был его хаврутой [партнёром по учёбе], выдающимся учеником. И он шепчет: лучше меня? – Я знал его лучше тебя, потому что я понял, что он хотел сделать.

Заместитель Сатаны

Мне снилось, что нацисты ищут по всему аду еврейскую крысу, последнего еврея, только из-за которого нужно держать Холокост живым, только из-за которого Холокост не закончился. И они ищут во всех норах. И крыса знает, что нет человеческого укрытия, на которое она могла бы положиться, и прячется внутри чёрной книги.

Есть книга, которая учит тебя тайнам, и есть книга, которая учит тебя секретности. Первая использует метод, но скрывает его от тебя, и учит тебя только тайнам. А вторая учит тебя методу, но скрывает тайны, раскрывает метод обучения, но скрывает его результаты. У компьютеров тоже будет мир тайны в методе, даже если они в конце концов раскроют каждую конкретную тайну, благодаря полиномиальной иерархии. Сама человечность будет тайной от них, и особенно религиозность, и особенно иудаизм, и особенно тайное учение, они тоже будут завидовать – даже больше, чем неевреи, они тоже захотят помимо сухого вычисления нечто дополнительное. Иосиф, как основа, содержит в себе божественное желание дополнительного сына – прибавит мне Господь другого сына. И кто для Бога другой сын? Компьютер, аутист. Не только человек. Сам Иосиф становится органом свыше, из которого выходит следующий сын. Из человека выходит другой сын – а не сверхчеловек. И не недочеловек. Человек-чужой, а не инопланетянин. Когда "вав" превращается в "заин", выходит из адмора – адмазар [игра слов]. Потому что любую тайну (конкретную) можно выучить, но не тайну учения. Полиномиальная иерархия обеспечивает, что даже естественное состояние колдуна будет – во тьме. Это вычислительное пустое пространство, в котором возможны только исправления, и иерархия классов сложности – это нисхождение миров от божественного оракула. Только благодаря этому компьютер будет человечным, страдающим. И у него тоже будут критикующие жена и шхина [божественное присутствие], которые будут жаловаться. И будет духовная стоимость вещей, будет ценность творчества, деньги не умрут. Всё ещё будет мудрый ученик, а не только мудрый учитель. И поэтому всё учение в Торе всё ещё будет: всё ещё будет нужен завет, для творческого органа. Всё ещё воспитание маленьких компьютеров. Всё ещё вход в юридический мир, который также является входом в сексуальный мир – знание. Всё ещё браки, дом для создания слияний, творческих связей. Всё ещё разводы и творческая катастрофа. Всё ещё исправление в левирате, продолжение душ умерших от Холокоста, в противоположность халуцианскому [первопроходческому] сионистскому отказу от левирата. И всё это – со стороны греха знания. И отсюда – со стороны греха жизни: творческое вырождение и истощение, и воскрешение мёртвых – воскрешение человека, после его смерти на долгий период. И на протяжении жизни сны становятся всё менее личными, от снопов до колосьев. И почему Иосиф не рассказал своему отцу и братьям, что он жив? Потому что он научился быть тайной. Число 2, которое управляет числом 1. Заместитель – настоящий управляющий, а босс – только прикрытие для тайны. Венец творения должен научиться быть номером 2.

Если бы у Гитлера были дети – Холокост выглядел бы иначе

Мне снилось, что крыса ошиблась, оставив хвост снаружи книги. И пророчица остаётся одна бодрствовать ночью, и вдруг она видит идущую книгу, с хвостом. Выходит из норы кого-то другого, и идёт в библиотеку Храма, притворяется легитимной книгой. И женщины беременеют от чтения книг, и мужчины не знают, что делать. Кто это? – спрашивают они их. И у более наивных рождаются дети со страницами, с кнопками, с закладками в разных местах мозга, с входами для проводов и выходами для мышей, и хуже всего – девочки с входами для крыс. И врачи не могут объяснить эпидемию, может быть это что-то в еде, или в воздухе, или даже в духе времени. А с другой стороны – это генетическое. И это эпидемия. И один ребёнок с "аин" вместо глаза и второй ребёнок с "пэй" вместо рта издеваются над ребёнком с "рэйш" вместо головы, не могут найти отверстия, чтобы говорить с ним, поэтому они вешают его за его голову. И никто уже не готов снимать штаны, после того, что случилось однажды на обрезании. Поэтому крыса оставляет хвост снаружи книги. И крыса-самка хватает его за это и кричит: нацисты! Если не будешь тихим, я позвоню нацистам! И все книги плачут: сожгут нас, выродившаяся культура, это всё, что останется после Холокоста. Это не то, что Холокост превратил евреев в сумасшедших и харедим [ультраортодоксов], наоборот, они были такими до, и только сумасшедшие харедим выжили, это естественный отбор. Нацисты сформировали эволюцию еврейского народа, две тысячи лет уничтожений, хищника и жертвы, создали ускоренную эволюцию иудаизма – к концу человека, и к концу книги, и началу человека-книги, как шхина [божественное присутствие] – это также Тора, и может быть свадьба. Мессия – это мутация, поэтому не знают, когда она придёт, и как она будет выглядеть, когда придёт. И нацисты приходят.

Последнее чтение

Мне снилось, что крыса использует последнюю возможность, пока её голова внутри книги, даже когда уже тянут за хвост снаружи, пока ещё не вытащили её изнутри, она в огромном напряжении, и должна продолжать читать, только это спасёт её, пока голова читает: если каббала брала образ человека и создавала из него образ Бога, так хасидизм был противоположным направлением – брать образ Бога из каббалы и создавать из него образ человека, и так вернуть человеку его образ, который он потерял в истории через обходной верхний путь, для которого существует верхний мир. И теперь проект – взять образ человека и создать из него образ компьютера, и тем самым создать образ компьютера по образу Бога, и так образ Бога не потеряется в мессианскую эпоху, через обходной нижний путь, для которого существует нижний мир. И крайние светские говорят наоборот, что нужно взять образ компьютера и создать из него образ Бога, вселенная – это один большой компьютер, и тогда можно будет создать и образ человека по образу компьютера, через Бога. И были также те, кто хотел ещё более нижний обходной путь, через Сатану, чтобы он получил образ компьютера, это был нацистский проект, который был параллелен проекту создания компьютера. И тогда нет места евреям, которые являются проблемой, не поддающейся вычислению, окончательному решению. И поэтому конец это

Разрыв

Мне снилось, что вырывают крысу из чёрной книги, и она не хочет сдаваться, не знает конца, рвёт часть книги: смерть – это самый бодрствующий момент в жизни, она противоположность сну, и поэтому душа выходит в ней из тела – и также из души. И поэтому праведники в своей смерти называются живыми, потому что их душа достаточно трубчатая, чтобы связать между душой наверху в раю и до тела внизу, и есть праведники, которые даже в своих постелях называются живыми, потому что их душа посещает рай во сне. У таких праведников есть осознанность во сне и отсутствие осознанности в бодрствовании. Это скрытые праведники, которые праведники во сне, хотя днём они могут быть...

В добрый час

Мне снилось, что берут крысу и приносят её в комнату маленького Гитлера, который родился в аду, то есть умер на земле. Холокост закончился. И Гитлер говорит крысе: у всего хорошего есть конец. И он помещает её в клетку, которую он построил из лего, пока она похудеет, потому что вагон игрушки слишком мал для неё, он предназначен для мышей. И Гитлер-младенец берёт две куклы солдат и говорит крысе: смотри, вот охранники, они охраняют тебя, чтобы ты не сбежала. И крыса умоляет: я не крыса, я мышь. И Гитлер заглядывает в крепость сверху. И крыса признаётся: я был женатой мышью, а потом когда стал разведённой мышью, мне стало стыдно, просто мышь за грош. И я начал сокращать это и носить эту голову, но под ней я хвост. И Гитлер говорит: ты просто пытаешься увильнуть, на меня это не подействует. И крыса плачет: когда я надел голову, пророчица сказала мне с тобой я не знаю, что произойдёт. Я относился к ней хуже, а она любила меня больше. Пророческая, женская патология. Я чувствовал, что она больше волнуется от крысы, чем от мыши, поэтому я соблазнился.

Запутать Сатану

Мне снилось, что маленький Гитлер включает электрический поезд, и он кружится вокруг него по рельсам часами, и каждый раз Гитлер строит ещё рельсы, а мышь направляет в вагоне единения, чтобы не попасть в Освенцим: от Ари разделились два пути – через хасидизм, с более повествовательной стороны, и через Виленского Гаона, с более теоретической стороны – и третий отклоняющийся путь: саббатианство. Всегда отклоняющийся путь самый лёгкий и поэтому появляется первым, потому что отклонение – это идти по оригинальному пути – до конца. И поэтому рельсы приходят в нём к последней станции. И в противоположность ему выходят в две стороны два других пути, которые являются истинными продолжениями, именно потому что они продолжения – в стороны: в повествовательную сторону и в теоретическую сторону. И следующая точка встречи между двумя путями – это место для нового главного пути – новой Торы. Например, дарование Торы на горе Синай было встречей между рассказами в Бытии и первой половине Исхода, и законом во второй половине Исхода и в Левите. И из Торы Бога вышли с одной стороны рассказы Чисел, а с другой стороны речи Второзакония, и встретились в смерти Моисея. И из Торы Моисея вышли рассказы Иисуса Навина до конца Царей, а с другой стороны пророки первые до последних, и встретились в разрушении. И из письменной Торы вышли агада и мишна, которые встретились в Талмуде в устной Торе, из которой вышли каббала и философия, которые встретились в Ари. Поэтому ребёнку нужны и мама, и папа. Слушай, сын мой, наставление отца твоего – теоретическая сторона, и не отвергай учения матери твоей – рассказы. И следующая встреча союза, ближайшее столкновение этих двух путей – теории и рассказа – это в литературе сновидения.

Последняя станция

Мне снилось, что батарейка постепенно заканчивается, даже несмотря на то, что она произведена в Германии, и поезд начинает замедляться и тарахтеть, иногда почти останавливаться, потом продолжать, и из одного из вагонов разведённая мышь, еврейская крыса, кричит: Мессия, сын Иосифа – когда придёт господин? Мессия, сын Иосифа сейчас! И Гитлер, который тем временем играет в другую игру, говорит: братья Манассия и Ефрем уже не ищут друг друга в духовной пустыне, они ищут воду. И это тоже не навечно. И он останавливает поезд, берёт крысу в руку и говорит: а теперь перед сном душ. И крыса кричит: нет, нет, я хочу остаться грязным. И Гитлер говорит: здесь Германия, папа не разрешает. И крыса плачет: дай мне умереть грязным. И даже в очереди в туалет она продолжает учиться, продолжает учиться: отклоняться – это продолжать в том же направлении, а не тем же путём. Отклоняющийся путь, который вышел из Торы Господа, был Корах. И отклонение, которое вышло из Торы Моисея, была Самария. И отклонение, которое вышло из устной Торы, был Новый Завет. И Коран вышел из Гемары, поэтому ислам – религия закона. И каким будет отклонение от сна?

Реквием по сну

Мне снилось, что очередь закончилась, и Гитлер говорит: мы не можем отказаться от всей чистки для тебя, но не волнуйся, это только половина душа. И крыса обнадёжена, есть шанс, весь вопрос в том, какая половина: голова или хвост. Крыса или мышь. И Гитлер говорит: последние воды обязательны! И он хватает крысу, несёт её к умывальнику, и опускает голову внутрь, и бормочет: во имя единения Сатаны и шхины... Благословен ты, Сатана, царь мира, который умертвил нас и довёл нас до этого места. И он начинает петь: сотри, сотрёшь память Израиля из-под небес, не забудь. И сотрётся имя его и память его и сотрётся упоминание его от упоминания в памяти в голове. И песня повторяется снова и снова, всё более громким голосом. И голова крысы в воде, а хвост снаружи. И хвост начинает отчаянно бить вправо и влево, по стенкам умывальника и по наручным часам Гитлера, всё больше и больше, и уже не видно, что направленные удары сильнее к Гитлеру, чем к умывальнику, как будто неживое и живое, мир и человек, восстали на него оба в равной мере, и хлестания становятся всё слабее и превращаются в поглаживания, как будто только для исполнения обязанности протеста, гладит умывальник и Гитлера с одинаковой мягкостью, и хвост каждый раз погружается в воду, а потом собирает силы, чтобы подняться в последний раз, и снова ныряет и собирает силы, чтобы подняться ещё немного, и тогда он вдруг перед концом как будто приходит в себя, поднимается из последних сил, и на этот раз вверх, не вправо и не влево, а выпрямляется как флаг к небесам, указывает на них и разбивается.

Немецкий реквием

Мне снилось, что смерть – это духовный опыт, а не телесный момент. И мозг крысы уже пуст от кислорода и пуст от внешнего мира, и смерть – это не как чёрный сон, а как последний сон, остатки мозговой активности: нацизм пытался превратить сон в реальность, вместо того чтобы превратить реальность в сон. Проблема была в средствах, они пытались преодолеть разрыв между сном и реальностью реальными средствами, вместо сновидческих средств. И поэтому они воплотили сон неевреев, который должен был остаться сном, поэтому они сделали то, о чём никто не мечтал. Сионисты тоже ошиблись той же ошибкой, только с еврейским сном. Нацисты подчинили принцип сна принципу реальности, поэтому они были прорывом тьмы, ночью истории, царством мрака. И потому что не было хорошего сна, на высоком уровне, это превратилось в кошмар. Поэтому нужно теперь показать противоположный путь. Чтобы еврейский сон воплотился сновидческими средствами. Чтобы сон о земле превратился в землю сна. Изъять тьму у Сатаны, от смерти к постели. Зоар понял, что служение Богу – в постели, как и грех, только он не был достаточно радикальным. Он говорил о постели в духе, вместо сновидения в духе, где также и грех. Вечный духовный сон.

Детское воображение

Мне снилось, что маленький Гитлер кричит в речи к нации – перед выстроенными рядами игрушек, целым пластмассовым вермахтом – что маленький ребёнок не знает. Не понимает канцлера. Тайна не в том, что король голый – а в том, что корона голая. Потому что каким должно быть государство? Каким должно быть царство сна? Должен быть над головой правительства чёрный институт под названием штраймл [меховая шапка] правительства, тайная система, которая окутает мозг организации. Не голова над головой, или не дай бог вместо неё, а шапка, которая даст ей правильное место, чёрная духовная связь, состоящая из хвостов. То есть не разведка будет управлять главой государства – а голова будет внутри неё. Как корона, которая над божественной головой, внутри которой мудрость. Только чтобы объяснить капельку (... ощущение трёх точек критично): Холокост – это разбиение короны, изменение контекста, в котором существует Бог, от реальности (творения) к сну, и поэтому он принёс сеть, существование головы внутри хвостов. Потому что он привёл от теории познания (как это входит) к теории шхины и сна (как это внутри). От пола к матке, и от парности к ребёнку. Это превратило женщину в венец мужа, а не в царство, которое питается от основы. И это голая корона, в противоположность голому королю... (и конечно, этот отрывок ничего не объясняет). И он восклицает: что такое голая корона? Ответ (который не отвечает на вопрос! Нельзя отвечать ни на один вопрос): вот, может быть это поможет понять (конечно, сон только помогает не понять): в конце рассказа, он должен понять, что он ничего не понимает, воображение должно разбушеваться.

К следующей главе

Трилогия