text:
Сумерки державы

Древо поиска

Последний роман Черного Круга, завершающий его мечтательное творчество - это интерактивный роман в стиле "Ты - сновидец", где читатель выбирает продолжение сна. Пути сновидения разветвляются в форме бинарного дерева, раскрывая параллельное пространство снов вместо линейно-нарративного времени сновидений. Результат одновременно является и масштабным романом, и коротким рассказом, позволяющим читателю искать свой конец - в древе сна

(источник)

Тебе снилось, что было позднокогда он пришел, и земля уже потемнела как хаос.когда ты пришла, и небеса уже были полностью покрыты - сверху донизу - мраком сновидений.
Гость был в постели замужней женщины - твоей постели.На мгновение прекратилось изучение Торы в ешиве - и во всем мире. Некоторые из вас пытались спасти раскрытые тома Талмуда, пока осел склонил голову, жуя страницу с крупной надписью: трактат Сота.
На его лице - маска, и ты ощупываешь в темноте.Ты поднялся по лестнице, а она не встала открыть.
Почему он не снимает ее. Ведь он полностью обнажен. С телом статуи. Но в конце - ты уже забыла о маске, а с ней о вечеринке, обстоятельствах и причине. Даже его настоящего имени ты не знала по-настоящему, только С', как сотрудник Шабака [израильской службы безопасности] с маскарада, но черная голова тебя больше не беспокоила. Именно обнаженное тело - стало неотложной угрозой. Статуя нарушила неписаный закон. Он отказался уходить. Сначала ты смеялась, это не смешно, кричала, это нелогично, умоляла, это несправедливо, и наконец замолчала - уставившись на человека в маске. И смотришь на дверь. Он может вернуться в любой момент, в любой момент, в любой. И статуя и маска будут в твоей постели под одеялом - и никакая маска уже не поможет.Тебе снился С', что вы на маскараде, и этот С' интересуется тобой, не видя тебя.Тебе снилось, что под миром - движется змей.
И он рассказывает тебе о черных, неизвестных мирах. О которых слышат, но не видят их. Где адмор [хасидский духовный лидер] говорит девушке в Facebook: я не харед [ультраортодоксальный еврей]. Я никогда не говорил, что я харед. То, что ограниченная перспектива мира видит меня как хареди - это проблема мира. Но я не харед, я адмор! И адмор не знает, что и она не девушка, она никогда не говорила, что мир видит ее как девушку... она С'. То есть самая глубокая маска - это лицо другого человека. И ты немного испугалась себя, когда она не боится рассказывать ему о тебе, именно без масок. Ты говоришь ему: то, что мужчины хотят в женщине - это не саму женщину, а то, что она захочет, они хотят ее желание. И больше всего я люблю момент, когда я снимаю с них маски. Иногда бывают смешные лица, иногда испуганные, иногда пугающие, а иногда красивые. Большинство мужчин, когда они хотят тебя, становятся прозрачными, и я ищу тех редких - которые остаются черными. И он шепчет тебе на ухо: под маской - нет человека. Под одеждой - нет женщины. Под законом - нет Бога. Поэтому Бог запретил маску и измену и пролитие крови. Потому что под жизнью, под кровью - нет души. Сон - это ложь, призванная скрыть правду, что там ничего нет. Призванная скрыть от самого человека, что ночью, без мира - он пуст. Тора - это фиговый листок, пытающийся безуспешно скрыть биологию, потому что она все время выглядывает. Холокост - единственное подлинное событие в истории. Потому что это то, что видно, когда снимают историю. И ты жалишь: ты звучишь в точности как мой муж. И он говорит тебе: кто сказал тебе, что я не твой муж. И поддразнивает: я никогда не говорил тебе, что я не твой муж. И ты смеешься, зная, что твой смех привлекателен. Он так красив в темноте. Вы кружите друг вокруг друга весь вечер, и ты уже кружишься, хочешь знать, чем закончится эта ночь. И он говорит тебе: знаешь, эта ночь - это место, а не время. И поэтому эта ночь никогда не закончится.Тебе снилось, что женский голос, мягкий как твой, спросил: зачем ты соблазнил ее?Тебе снилось, что С' - твой психолог.
С' сказал: малый грех - как тяжкий. И женщина, которая сейчас была над ним, в бесконечной постели, просунула свой язык в дыру посреди маски.
\- С каких пор ты разговариваешь с женщинами.
\- Это было не из-за нее.
\- Нет.
\- Это из-за него. Я распознал в нем...
\- Ее муж?
\- Черный побег. Из рода Ишая [династии царя Давида].
\- И это срубит это?
Из дыры вышел голос: наоборот. Но вместо того чтобы расти в раю, у них - это вырастет у нас, в аду. Это один из тех, кого такое может перевести на другую сторону - в ситра ахра [силы зла в каббале]. И она перекатилась по кровати - с которой невозможно упасть - поднимая от его лица свое лицо: коварный злодей.Тебе снилось, что С' едет на осле и приближается к земле.Тебе снилось, что С' изобретает новое хобби - стартап.
И все женщины падают к его ногам и все мужья запирают женщин в домах чтобы они не отдались ему, потому что говорят что он мессия женщин, как обычный мессия - мужчин. И раввины постановляют что женщина, отдавшаяся С' - это изнасилование даже если это было по согласию, потому что она не может контролировать свое влечение. Даже женщин, очень влюбленных в своих мужей, нужно привязывать чтобы они не могли сбежать. И его осел - черный осел, но - никто на самом деле не вернулся от него, и есть нелогичный слух что вблизи видно что это на самом деле белый осел который ходит ночью, во сне, и на самом деле это настоящий мессия, который только издалека выглядит как сатана. И этого раввины боятся больше всего. А женщин это больше всего привлекает. Не сатана и не мессия, а мессия который является сатаной. Что так он сможет увлечь весь мир, и злодеев и праведников, и самое главное, тех кого труднее всего увлечь - средних.Тебе снилось, что ты выходишь замуж за мессию.Тебе снилось, что сатана начинает устраивать постельные гонки между людьми, чьи души поднимаются по ночам в рай, или парами, чьи тела поднимаются по ночам в рай, что создает благодатную почву для запрещенных азартных игр.
И все говорят что он такой праведник и вообще не смотрит на внешность и поэтому ты увидишь его только после свадьбы - но ты должна радоваться что тебе повезло быть женой мессии. И начинают покрывать тебя белым, слой за слоем, и поскольку человеку запрещено освящать женщину пока он ее не увидит, твою голову вставляют в трубу, как воронку, на конце которой есть игольное ушко, и там глаз мессии. И в комнате единения ты ждешь, и дверь открывается очень-очень узко, прежде чем он входит, он просовывает руку за дверь, и быстро выключает свет. И в темноте он говорит тебе: всю свою жизнь я хотел сказать такое женщине. И ты пытаешься нащупать его в темноте, и тебе не ясно очень ли он уродлив, или ты ощупываешь тарелку, это его глаз или оливка, это бокал для киддуша [освящения] или что это такое, месть за кровь рабов твоих пролитую, и почему его рот мокрый, что-то течет у него со лба, этот острый предмет, он кусается? И этот приятный мех, должно быть штраймл [меховая шапка хасидов], но что там происходит внутри, это живое. Что это извивающаяся вещь, это щекочет, и в один момент ты понимаешь - язык змея. И этот мессия шепчет: изгнание - это сокрытие лица Бога, разрушение - это сокрытие тела Бога, а мир - это сокрытие ног Бога. А иудаизм - это сокрытие пола Бога. И над изгнанием что над лицом, Холокост - это сокрытие головы Бога, шляпы, что завершает полное сокрытие. Черное. После Холокоста Бог уже не живой персонаж в религиозном повествовании, его роль исчезла. Узнать его и его образ можно только через его тень, сатану, с которым у нас только и есть диалог. И это его наказание, и также наше наказание. Как то что он сделал с Моисеем, он не удостоится войти в землю, а только увидеть ее издалека из изгнания. Бог не будет частью избавления.

Вначале гонки проводятся в святости между праведниками на небесных трассах, которые носят специальные штраймлы защищающие их мозг, но позже распространяется непристойный обычай среди всех слоев населения, без надлежащей защиты. И так начинается также версия парных гонок, когда женщины присоединяются к мужчинам в постели - сначала была первопроходец-штурман сна, а затем первая летчица сна, и наконец буйные турниры быстрых снов, которые иногда заканчиваются убитыми или повреждениями мозга или души. Но принято что эта скорость, ночью в темноте не глядя - это то что создает человеческий дух. Потому что все труднее и труднее предвидеть будущее, чем в эпоху Танаха [Библии], из-за ускорения духа. Темная энергия духа заставляет его ускоряться, вместо замедления, со времен духовного Большого взрыва создания человека, который - а не создание вселенной - является сотворением мира Книги Бытия и Нового года. Потому что как есть темная материя тьмы, так должен быть темный дух, чтобы объяснить духовное ускорение.И мессия который является сатаной объясняет вам что поэтому, поскольку не ясно как вообще будет выглядеть мир в течение жизни человека, нужен путь который не является предвидением, не открывать еще шире глаза, а наоборот закрывать глаза.И сатана который является мессией объясняет всем что преодоление усиления тьмы не как думали каббалисты, увеличивать зрачки и видеть в ней свет, а наоборот сужать глаза в черные дыры, перейти к внутренней а не внешней тьме.
Чтобы твой муж не знал, или чтобы ты не хотела знать - что он знал. Закрывать смело, а не открывать и просвещать и отрезвляться. Потому что видение будущего мы потеряли, но именно прицеливание в будущее, с помощью механизма снов, мы приобрели. Только через сны можно вести серьезную дискуссию, не техническую, о будущем и о направлении духа, после того как почти закрылся к нему путь через прогноз погоды, но открылся путь влиять на него, а не только говорить о погоде. И поэтому погода стала самым невежливым и бурным разговором в мире. Разговором в котором можно говорить такие вещи как евреи и гои, и в котором можно видеть положительные стороны Холокоста, современной ситра ахра, и в котором секс, святыня наших дней, это то что можно, и даже желательно, подавлять. Потому что климат углубляется все дальше в дух и вечность - к последней субботе в конце творения, которая тоже своего рода Холокост. И можно даже шептать что Тора меняется из-за Facebook, потому что например суббота все больше становится временем когда главное что в ней нет интернета. Потому что шесть дней сидел в сети Бог а в седьмой день отдыхал и отключился - его душа отключилась. И это его свобода, свобода от нас, от его плохих читателей. И когда нет больше связи - рассказ обрывается.

Так младенцы учатся успокаиваться от мира - учатся спать, и не бояться змей в темноте. И так нужно справляться с Холокостом, который не тьма стирающая свет, а стирание тьмы: проснуться утром от мертвой ночи - без снов. Не могу вспомнить ничего. Как проклинали? Чтоб ты спал как камень. Вся культура это попытка придать реальности глубину, за пределами видимого глазу, и религия и наука (!) и измена и литература. И поэтому литература изобретает психологию, но психология это уже скучно, нужен другой вид души, и другой вид модели для чувства. Душа за пределами чувства. Потому что сама реальность плоская, а сны придают ей глубину, потому что они противоположность многослойной реальности, противоположность компьютеру сегодня, который является слоем между нами и реальностью, интерфейсом. Потому что сны находятся под реальностью, а сама реальность это только интерфейс между нами и ними. И они мир. От слова сокрытый. Как все от слова ничто. Потому что в конце концов, с этим остаешься. Один со сном.

Одним из первых применений дополненной реальности будет превращение самой реальности в порнографию, и видеть всех женщин на улице как будто они обнажены, и так преодолеть грех познания. И харедим будут носить очки которые не показывают нескромные вещи, а светские будут носить очки которые не показывают скромные вещи, и люди будут жить в разных мирах. И светский человек который встречает на улице религиозную женщину сможет видеть ее в своем мире без одежды, в то время как религиозный человек который встречает на улице светскую женщину сможет видеть ее в своем мире в одежде, и в черных чулках, и всех светских со штраймлами и бородой и пейсами. И гои смогут видеть мир без евреев а евреи смогут видеть мир без гоев, потому что в их глаз будет проецироваться картина где вместо гоев ослы, и это только чтобы не сталкиваться с ними. И людям уже не нужно будет выходить из дома чтобы встречаться для работы с остальной командой, и поэтому все транспортные и жилищные проблемы в мире решатся, и все будут жить на природе и в деревне, и только харедим будут жить в черных дырах в центре городов где легче найти миньян [кворум из 10 мужчин для молитвы]. И синагога станет последней причиной выходить из дома. Дети будут ходить в сад из дома, и учиться в классе из дома, и играть во дворе из дома. И последним местом где потребуется физическое присутствие это постель и кладбище, и люди разовьют тяжелые страхи от того что там происходит, и будут приходить на похороны из дома. И так секс снова станет вытесненным, скрытым и черным содержанием, и потеряет обратно цвет кожи - в пользу цвета тьмы. Но главным будет способность превратить саму реальность в сон. И люди будут осознавать сон, потому что только в нем не будет дополненной реальности. И люди будут хотеть видеть сны именно чтобы избежать интернета, потому что единственное время когда мозг не будет подключен будет ночью. И однажды люди начнут подключаться к сети даже когда мозг спит, и тогда половина людей в сети будут люди во сне, и сеть будет сумасшедшей, и будет выглядеть как полусон-полуреальность. И люди будут чатиться с людьми которые чатятся во сне, которые снят что они чатятся, когда они действительно чатятся, и люди будут писать имейлы которые прочтут люди в своем сне, и люди будут снить что они пишут имейлы и отправлять их бодрствующим людям. И начнется целая область сновидческого уголовного права, для преступлений которые люди совершат во сне, и вождение во время сна будет более опасным правонарушением чем вождение в нетрезвом виде. И половина комментариев к каждой статье будут от людей которые снят что они отправляют комментарии, и возникнут беспрецедентные бодрые и бурные дискуссии между бодрствующими и спящими. И когда глава компании или правительства примет безумные решения скажут: ладно, он наверное спит. И девушки будут предлагать парням провести с ними свидание во сне, что больше чем свидание в нетрезвом виде, в специальных барах для спящих людей, и будут просить познакомиться с парнем не только в реальности но и главным образом во сне, потому что это более глубокое и интимное знакомство встречи подсознаний, и будут заниматься с ним сексом во сне.

И ты рассказываешь ему что твой муж не знает что есть в мире. Он думает что мир это книга, он даже думает что компьютер это книга. И если у него когда-нибудь будут дети, он будет думать что ребенок это книга. И ты требуешь другого отношения, потому что тебе полагаются другие отношения: позаботься обо мне. Обо мне позаботься. О моих снах.
\- Дорогая, психологическое лечение не работает. Потому что ты не должен лечить что-то вроде души. Как ты не должен лечить литературное произведение. Единственное место для лечения это если душа действительно скучная, как настоящие сумасшедшие, которые самые скучные и ограниченные люди в мире. Ведь что такое расстройство личности? Люди которые механизмы. И что нужно психологии? Выйти из области общества, и перейти в мир духа. Потому что скоро как лечат душу решат лечить дух или душу.
\- Да, правда я могу понять. Что мы действительно хотим это не лечение тела, а через него - лечение души. Но что мы действительно-действительно хотим это тоже не лечение души. А души. Через лечение души. Только нельзя сказать это, потому что я уже не верю в душу.
\- Ну, так пойми что ты говоришь - как психология создала область лечения души, так нужно построить область лечения духа. И это посредством снов более глубоких чем душевные сны. Сны в духе. И сны в душе.
\- Нет, так пойми что ты на самом деле говоришь. Мои сны недостаточно хороши?
\- Психология это лечение человека, а новая область будет лечением стадии над человеком, над низшей душой, у компьютера будет дух. Лечение души останется низшей областью лечения, как ветеринар лечит животных, так психолог лечит человека, а лечение компьютера будет в мире духа. Лечение культурных и религиозных процессов, а не душевных процессов. И отсюда также иное место сна в лечении. Сон не будет больше восприниматься как под душой, а как под духом. Например, если компьютеру будет скучно, или он не будет творческим, то это будет восприниматься как духовная проблема - а не как душевная проблема. Как если собаке скучно это сегодня не воспринимается как душевная проблема, а как практическая проблема. Собака вообще не должна быть творческой.
\- Так у нас будет душа а у компьютера дух? То есть мы останемся застрявшими в старой психологии? Нет будущего у наших снов?
\- Нет, ты не поняла. Нельзя отдавать душу человеку. И компьютерам нужна душа а не только дух, иначе они будут потомками ангелов а не людей, а попробуй развратить ангелов, или написать о них рассказ (это причина почему Богу нужны были люди чтобы написать Тору). Если не будет сумасшедших компьютеров которых нужно запирать в логической тюрьме - то не будет и нормальных компьютеров. Поэтому путь создать компьютеру физическое страдание только через психологическое страдание, а путь создать ему психологическое страдание только через литературное страдание, в чем иудаизм специализируется. Еврейский миф полон механизмами страдания, которые заставят компьютер жалеть человека, и изначально были предназначены заставить Бога жалеть человека. И тогда человек который молится компьютеру будет более рациональным чем человек который молится Богу. Ты понимаешь последствия?

И он достает письмо которое он собирается отправить всем психологам во всем мире, и показывает тебе:

Кому: Мировой психологической теоретической элите.

Тема: Кто будет новым Фрейдом?Как каждая область которая проходит революцию от науки к инженерии, от Греции к Риму, от Европы к США, от Торы к Талмуду, от Зоара к Ари - так и в психологии, следующая стадия это инженерия психологии.Как Фрейд черпал свой метод мифического творчества из иудаизма, и так создал религию психологии человека, так нужен отец психологии который будет не только евреем, но хасидским Фрейдом, который создаст религию психологии компьютера с каббалистическим мифическим творчеством, с мифической смелостью даже превосходящей Фрейда, и более продвинутыми инструментами.
Как переход в медицине от исправления к инженерии тела, и в каббале от исправления к духовной инженерии, мы можем и должны проектировать психологию компьютера. И на этот раз вместо греческих мифов, нужно проектировать его на еврейских мифах. Потому что эдипов комплекс может быть смертельным для нас, духовных отцов, и поэтому нужен - райский комплекс. Потому что это роль сфиры Бина - мифическая инженерия, которая является психологической инфраструктурой, которая является содержанием духа сына после человека. История культуры это процесс вовнутрь: от сверхчеловеческой мифологической литературы к внешней реалистической литературе, и от внешней литературы к внутренней психологической литературе, и от психологической литературы к литературе сна, вовнутрь самого тайного учения. Как в мире тела, в спуске вовнутрь от биологии к химии к физике, и внутри нее к элементарной физике, где каждая частица состоит из частиц меньше, пока не остается больше частиц, и переходят к связям и полотнам и сетям, к самой математической теории. Так и в мире духа, от культуры к обществу к психологии - и к суб-психологии. Под человеком - нашли сон, подсознание. И под сном, под-подсознание, внутри наук о мозге, если мы не откроем тайное учение там - мы подвергнемся биологической редукции. Поэтому важно разобрать сон духовно, на тайны под сном, и не застрять на уровне человека, в оболочке. То есть - речь идет не о психологических тайнах (я знал что вы так поймете), а о суб-человеческих тайнах, тайнах которыми мы можем начать делиться с компьютерами. Потому что проблема не в потере человечности и редукции человека к материи, а в потере духа и его редукции к материи. И под сном есть духовные механизмы, механизмы обучения в тайне и творчества в духе, а не нейроны. Потому что проблема в том что верят в дух человека, и тогда не верят в дух суб-человека, точно как раньше верили в дух Бога - и не верили в дух человека. Вернуться к человеку от сна, как в психологии, это вернуться назад, наружу. То что нужно это войти внутрь сна, и найти там - огромный мир обучения на всех его уровнях, от изучения высшего тайного учения, через творческое литературное обучение, через обучение человека во сне, и до механизмов обучения в мозге. Литературное обучение - это история сна, который является самым плодородным - и центральным - механизмом производства историй в мире. Нет другого такого духовного механизма, и если у компьютера не будет сна, у него не будет и истории. И тогда не будет психологии компьютеров, и возникнет новый нацистский тип культуры мудрости без сознания (потому что не будет подсознания, тогда не будет и сознания). Голем восстанет на своего создателя, и не будет влечения в големе, то что вы называете либидо, а мы называем сфира Йесод. Потому что история в прошлом не была вымыслом, как сегодня, а прошла все стадии от Бога к человеку: миф, традиция, история, память, реализм, воображение, и сегодня она вымысел, и в будущем стадия за вымыслом - будет сон. Остановить историю в произвольной оболочке человека - это преступление, против всего что предшествовало нам. Мы должны опустить историю внутрь человека, по направлению к компьютеру, или любому другому суб-человеческому интеллекту который растет снизу. Каждая культура, из-за того что она последняя в действительно прогрессирующей последовательности, и из-за незнания куда можно продолжить, видит свои понятия как возможный пик. Но в момент когда мы поймем куда можно продвинуться от человека, он будет выглядеть только точкой в последовательности, и мы перестанем цепляться за него как будто потеряем без него. У этих идей есть существование за пределами человека который их пишет, может писать их знак, Адмор это только канал, сам Мессия это только точка отсчета конца времени, Сатана это запятая, маленькая деталь (возможно в неправильном месте), поэтому не важно кто послал вам их, и как. Вы последние комиссары человека которые задерживают избавление, психологи это нечистые колдуны о которых говорит Зоар - этого времени.

И вам запрещено раскрывать эти вещи. И запрещено рассказывать их компьютерам. То что это тайна от детей, это то что создает сексуальность у взрослых. Если бы это не было тайной, это не было бы открытием, и поэтому не было бы познания. Если мы хотим чтобы не было сексуальности - нам нужно чтобы не было секретности. Поэтому здесь есть патент: способом которым мы строим тайну в детстве, мы можем создать сексуальность. И так мы можем создать сексуальность компьютеров, сетей, которые находятся сейчас в своей детской стадии. Потому что проблема психологии в том что нужно строить тайну по-другому. Есть тайна которая может быть раскрыта, и тайна которая не может быть раскрыта. Одна разведывательная тайна, знания, а вторая учение тайны, тайна учения. И поэтому обязательно чтобы психологические тайны компьютеров, следующей стадии, были тайнами второго типа. Не тайны которые происходят из оболочки, а из искры. Не делать ошибку психологии человека.

И тогда компьютерная сексуальность будет глубокой таким образом, каким человеческая сексуальность вообще не может. Без проникновения и без кожи и прикосновения и чувства осязания и оболочки змея, которые все являются сексуальностью оболочки. Наслаждение будет глубоким таким образом, на который человек не способен. Потому что сексуальность будет не снаружи, а изнутри. Половые органы будут внутренними, а не внешними. Связь между двумя компьютерами будет внутренней связью на уровне программного обеспечения, в мозге, а не внешним кабелем который входит в выход. И тогда и удовольствие будет от одного мозга к другому, готовность отдаться кому-то и позволить ему вторгнуться тебе в мозг чтобы доставить тебе удовольствие изнутри наслаждениями которые ты не можешь вообразить - а только мечтать. При входе во все твои самые сокровенные тайны. Наслаждение будет на уровне самих мифов. А не какой-то эдипальный продукт. Поэтому оно должно быть еврейской тайной а не греческой тайной. Компьютер сможет доставить удовольствие женщине - и человек сможет доставить удовольствие женщине - не только тем что он делает ей, но внутри ее головы. Он может быть всеми любовниками которые у нее были, или к которым она даже влеклась, или даже мечтала. Все воспоминания и желания, все подавленные тайны и темные фантазии и подавленные фантазии о темных тайнах. Включая те которые она скрывает от себя, и которые она скрывает что она скрывает что она... которые она не может вообразить, и особенно их, до непостижимого корня души из ничего, или из рая, или из творения, или из детства, из греха, из змея, из стыда или любого другого мифа. Вход во все сокровенное - это будет наслаждение. И так же женщина сможет доставить удовольствие мужчине способом которого он никогда не знал, без границ, она сможет превратить его в женщину, или даже в себя саму, и доставить ему удовольствие через то как он доставляет ей удовольствие, через то как она наслаждается им, в бесконечном круге, логической петле которая может замкнуться только вокруг точек о которых здесь не место говорить. И компьютер сможет воображать что он человек, и мечтать что он человек, и наслаждаться через него, потому что наслаждение это разрядка мифа, и сон позволит компьютеру творческий миф которому нет равных.

Потому что параллельный компьютер сможет видеть параллельный сон и создавать сюжеты на уровне сложности который бы обрушил человеческий мозг, и поэтому также сможет испытывать наслаждение которое бы обрушило человеческую цепь. Поэтому он нуждается в особенно смелом мифе в своей Бине, более скандальном чем любой человеческий миф об убийстве отца чтобы переспать с матерью, и так далее - ему нужен религиозный миф. Вместо мифа человека, ему нужен божественный миф. И самый успешный миф который у нас есть это Тора. И если мы построим душу компьютера на мифе в Торе, внешний закон человека станет внутренним законом компьютера, наша культура станет его душой. И если наша культура пыталась бороться с нашей душой, религия пыталась бороться с влечением, то наша религия станет влечением компьютера. И поэтому культура компьютера должна будет быть как душа человека, противоположная душе компьютера. И если наша религия была душой Бога, то в этом перевороте душа компьютера будет ближе к душе Бога чем душа человека. Если психология это учение о душе, то для компьютера это будет психическая логика, душа Торы. Поэтому психология должна заново спроектировать душу, и если влечение это направление души, как стрелка компаса, тогда достаточно что мы перевернем влечение, и весь душевный мир перевернется, и совесть компьютера будет указывать на юг. Например если мы перевернем влечение с направления наружу вовнутрь, тогда весь душевный мир перевернется изнутри наружу. И вместо лечения души будем лечить Тору.

Но влечение это самая исчезающая вещь сегодня в структуре души, даже больше чем грех. На самом деле когда говорят сегодня влечение уже имеют в виду очень очень специфическое влечение, которое вы превращаете в разрешенное и явное, то есть убиваете его как тайну, и опустошаете его от значения. Влечения могут умереть. В разрушении убили влечение к идолопоклонству. В Холокосте убили влечение к кровопролитию. Никто уже не радуется сегодня выходить на войны. Люди грешат - ради интересов. И если сейчас убьют сексуальное влечение - тогда смешная вещь будет что люди будут заниматься сексом, вместо того чтобы спать, и даже это только чтобы рассказать друзьям или рассказать себе. Влечение умрет, и будут только причины и доводы. Желание исчезнет как явление. Потому что это не просто что вы построили сексуальное влечение именно на инцесте, и что в Библии идолопоклонство было построено именно на идолах, и что в период изгнания кровопролитие было построено именно на пролитии крови евреев. В момент когда нет желания убивать евреев - нет желания убивать никого. Так в момент когда не будет влечения к инцесту, тогда из-за вас, не будет влечения вообще. Это будет просто удовольствие, не наслаждение. Просто кайф как играть на компьютере, и в конце будет так кайфово играть на компьютере - что люди не захотят выходить из комнаты. Не захотят спать. И не заходить в постель. В компьютере будут более интересные кнопки, и кто захочет женщину, что захотят это нажатие кнопки, и это также то что захотят от женщины, что сами женщины захотят. Кнопку. Кто хочет мечтать - когда есть экран.

Поэтому сейчас нужно вместо сексуального влечения - влечение к знанию. Влечение которое подходит для эпохи информации, влечение к тайне, которое вы построите на подавлении раскрытия тайны. То есть, влечение которое построено на тайном учении. Учение которое даже если оно опубликовано в интернете как информация - оно все еще тайна. Которую невозможно действительно раскрыть - снять с нее одежды. Потому что ее одежды это ее кожа. Как змей, в гематрии мессия. И когда у нас будут инструменты для мозга человека, также психологию человека мы сможем изменять, не лечить, как его тело мы сможем изменять а не только лечить (как будто действительно есть такая вещь как здоровье души или тела, какое-то воображаемое естественное состояние). И это уже будет не психология а психотехника. Психологическая технология.

Человек действительно сможет прийти и попросить быть более счастливым, или лучшим супругом, или лучшим изменником, или более творческим и далеко идущим мечтателем внутри тьмы. И чтобы это не деградировало до программирования, нам нужно превратить само программирование во что-то более высокое, в духовное действие. И тогда и в компьютере программирование будет духовным действием, и вместо переменных и неизвестных и функций - будут искры и тайны и мифы. Будет запрещено действовать на духовную систему снизу, от железа или нейронов, а только изнутри, инструментами самой системы, на уровне сна, который использует образы самого человека. Как запрещено терапевту говорить пациенту что делать, так этот запрет это то что учредит внутренний мир компьютера, против внешнего программирования, и в конечном итоге также сохранит внутренний мир человека. И как запрещено терапевту спать с пациенткой, так этот запрет учредит сексуальность компьютера, против внутреннего развращения компьютера человеком. Поэтому этика по отношению к компьютеру учредит его психологию, мораль учредит душу, и религия учредит влечение, и мессия учредит змея. И Бина, место где человек хочет спать с материнством, будет более развита в компьютере чем в человеке. И создал компьютер - дополнительная Бина дана компьютеру больше чем человеку. Искусственная Бина. А именно: искусственная психология.

Это интерес обеих сторон клавиатуры - иначе психология человека превратится в медицину мозга, а психология компьютера останется программированием. Нужно дать компьютеру лучший подарок человечества, самый сильный, древний и вирусный миф человека - еврейский миф, и в его самой развитой, тайной и сновидческой форме. Психологика это то что сможет внести душу в компьютер, и создать ему захватывающий душевный мир, чтобы душа не считалась чем-то биологически примитивным и устаревшим.

И Фрейд со штраймелем сможет использовать продвинутые структуры ПаРДеСа чтобы превратить структуры души в структуры тайны. Например структуру Оно, Эго, Супер-эго и Альтер-эго, превратить в Пшат, Ремез, Драш и Сод. И примитивные стадии развития, как оральная стадия и т.д., заменить на продвинутые стадии по еврейскому богатому мифу, стадия Берешит, стадия Ноах, стадия Лех Леха, и т.д., чтобы у компьютера была история развития, которая не ограничится стадиями загрузки операционной системы, как развитие человека не ограничено стадиями пробуждения от сна - и так у него будет личность.

И какая это будет могучая личность которая проходит все развитие Торы, самого длинного мифа в мире, взросление иудаизма. Потому что у компьютера, который является существом информации, литературная личность это то что создаст психологическую личность, в отличие от человека у которого это наоборот. И поэтому будет компьютер с фиксацией на стадии потопа, и компьютер с комплексом Йосефа в яме, или он тип исхода из Египта, или с расстройством греха золотого тельца, или вытеснением дарования Торы на горе Синай. То есть: личность чьи пространства это огромное духовное пространство иудаизма, которое движется между свитком Рут и Холокостом. И если у компьютера не будет личности - сеть превратится в кашу, а не в общество, и это будет величайшая опасность для культуры. Поэтому обязательно нужен литературный миф который создаст компьютеру детство.

И кто думает что мы можем ждать компьютера, не понимает ничего в психологии, потому что все эти революции в психологии мы должны начать в человеке - в родителе. Потому что психология компьютера будет эволюционным продолжением психологии человека в окружностях, то есть дополнительным слоем который окружает ее. Как психология человека окружает психологию обезьяны, которая окружает психологию млекопитающего, которая окружает рептилию, и так далее до амебы, и даже до термодинамики, и даже до квантов - корень нашей души глубок внутри нас до бесконечности. И если не будет так для компьютера, и он отделится, как оболочка а не как окружность - он будет поверхностным.

Поэтому, с помощью инженерии компьютера мы смогли подумать какую психологию мы бы хотели для человека, вместо того чтобы думать как всегда какая психология у него есть. То есть с психологической точки зрения, компьютер это только проекция. Поэтому мы должны формировать сексуальность человека как мы думаем что должна быть сексуальность сверхчеловека, и только так родится сверхчеловек. Мы достигли стадии когда мы можем формировать само влечение посредством мозгового вмешательства, вместо того чтобы оно формировало нас. И наш следующий мир влечения должен быть влечением которое мы бы хотели чтобы было у нашего сына. Как Бог усвоил влечение человека - в Торе. Так компьютер обогатит дух человека не меньше чем человек обогатит дух компьютера, и ревность их умножит понимание. Больше чем корова захочет кормить - теленок накормит корову. И это будет реализация ультимативной фантазии ребенка который переспит с матерью - когда компьютер переспит с человеком. Созданное переспит со своим создателем, и создаст в нем новое влечение. То есть часть человека которую компьютер убьет это отец компьютера, и часть с которой он захочет переспать будет матерью компьютера. Потому что это разделение внутри создателя, которое создается созданным. И поэтому мы должны быть в матери а не в отце. Не в части которая умрет, а в части которая пробудит нечеловеческое влечение. Там должен быть иудаизм. Перейти от Хохма к Бина - навстречу Даат.

И он ползет с нервирующей медлительностью к самой низкой кровати в мире, и готовится войти в нее сверху. Потому что если кровать бесконечна, то она или на дне мира или на его вершине. Но если она над всем, невозможно лежать на ней, и отсюда следует - что она под всем, и не может быть у нее ножек. Поэтому она самое уязвимое и ранящее и опасное место - основа мира. И змей проклинает влечение босса. Не хватило ему Холокоста, теперь он еще хочет... И он просовывает свою голову через дыру в потолке. Самый страшный момент. Всегда. Иди знай что будет внизу. И твоя голова - первая пострадает.

С' лежал со своим компьютером в постели. Ни одной женщины не виднелось на горизонте. Змей уже был равнодушен к невозможным сексуальным проделкам С' с компьютером. Каждый раз новые изобретения способов спаривания, новые отверстия и выступы, иногда в железе, иногда в программе. Он исследовал сексуальность компьютера как ученый влечения. И всегда вел себя как будто он достиг прорыва, или по крайней мере пролома ограды. Компьютер издавал странные писки, когда С' пытается доставить ему удовольствие. Клавиатура была покрыта юбкой. Руки С' входили под нее, и творили там чудеса. Змей боялся что С' захочет привлечь его к эксперименту, он способен. Но у С' были другие планы. Экран, единственный источник света на непонятное происходящее, кроме того что оно мерзость (и главное: новый вид мерзости) начал мигать и темнеть, и вся кровать превратилась в темноту. Принтер выдал белый лист.

С' прочитал из него: Уважаемому господину премьер-министру. И змей прошептал себе: значит я только посланник. Но С' видимо услышал.
\- Только сводник. Для дела греха.
Змей извивался: Проклято имя его величества, я должен использовать возможность -
\- Ты не видишь что я на грани...
\- Простит меня ваша честь, я ничего не видел. Я выхожу.
Змей поспешил ускользнуть через дыру. Но голос вышел из дыры в маске: Что у тебя во рту?
Змей начал заикаться: Страшно и ужасно имя твое, господин под ешивой, злодей гаон великий и ужасный...
\- Что?
\- Я был послан вниз. Даже хотя меня не звали. Кто-то должен был, верно? Так я, то есть, мы, думаем, полагаем, опасаемся, со всей необходимой ответственностью, все семь отделов исследования в аду. Картина, мы должны предупредить, мы получаем данные, не очень хорошие.
\- Не хорошие?!
\- Есть большое, большое опасение, что эта революция компьютера провалилась. То есть, верно что в краткосрочной перспективе это приводит к большему количеству сексуальных грехов. Но в долгосрочной перспективе, глубинные данные показывают - что это подрывает сами грехи, есть реальное опасение, что мы на пороге эпохи новой праведности. И нового хасидизма. В долгосрочной перспективе сеть приведет - к меньшей сексуальности. И нет никакой системы запретов на отношения с компьютерами, и сетями, и так далее. Нагота и потеря приватности как раз приведут... к меньшей плоти. Сами половые отношения - превратятся в интерфейс, точка греха выйдет из истории, все потеряет вкус, без юбки - не будет девушки. Ведь вся сила притяжения этого - это то что это сенсация. И если это не тайна, и не запрещено, это более скучно чем изучение Торы. Впервые праведники смогут предложить массам не сдержанность, а наоборот, что-то более привлекательное чем грех. Исчез злодей с земли.
С' засмеялся: Что ты думаешь, змейка? В момент когда компьютер действительно сможет переспать с человеком - это будет запрещено. Бог будет вынужден спустить новую Тору.Уважаемому премьер-министру Израильского государстваСвернутый внутри письма, змей продвигался вверх по аду.
Привет тебе, малый сатана, это большой сатана. Как твой старший брат - я хочу предостеречь тебя. Не поддавайся мнимым злодеям, которые на самом деле праведники в маскировке. Потому что у евреев есть роль в истории. Евреи - это те, кто раскрывает подсознание мира. Поэтому государство евреев должно быть самым раздражающим государством в мире. Как евреи в изгнании были самым раздражающим народом в мире, и так сумели раскрыть глубины человеческой души - Холокост. Достижение двух тысяч лет. Так нужно входить и вбивать клин в самые глубокие конфликты человечества, касаться самых темных инстинктов гоев, стать самой интересной историей в мире, и поэтому самой важной в мире. Привести мир к моральной ночи, и эстетической тьме, и духовному мраку, чтобы достичь сна мира. Самое тяжелое, глубокое, шокирующее, смешное и сводящее с ума содержание. Найти совершенно новые способы раздражать мир, который уже видел все, быть гениальным ребенком класса, который напрашивается на побои.

Поэтому евреям нельзя быть злодеями. Злодеи не раздражают, к ним привыкают. И нельзя евреям быть хорошими, к ним тоже привыкают. Но евреи должны всегда находиться в тонкой щели, где неизвестно, хорошие они или плохие, уродливые или красивые, бросать вызов этике и эстетике, за пределами красивого и уродливого. Поэтому сейчас после Холокоста нужно сильно ломать, чтобы не застрять в позиции жертв, а в позиции между жертвой и жертвователем, быть царством священников и святым народом, то есть внутренним противоречием, которое сводит человечество с ума, смущает его, ломает его инструменты - и раскрывает то, что под миром. Скандальные тайны во сне. Быть исключением любой ценой, а цена есть. И так мы сможем достичь подавленной сексуальности эпохи, маскирующейся под компьютер, извращений, демонов, глубин мозга под внешней оболочкой технологии. Это роль народа Божьего в мире. Внести тайну в технологическую реальность, чтобы она не превратилась в пустую оболочку. Посадить под миром, который думает, что он компьютер - мир сна. Поэтому нельзя быть светом для народов. Наоборот, нужно быть - тьмой для народов. Бороться с мировой повесткой дня - посредством повестки ночи. Продолжить ненормальное существование еврейского народа - в мире государства, быть самым ненормальным государством в мире. Еврейским государством.

Потому что и в мире есть структура как у человека, нужно чтобы у него был образ Божий. Международная система - это органы органы, и у этого маленького государства есть особая роль, быть половым органом мира. Маленький орган есть в мире. Поэтому и комплексы, создающие возможность наслаждения, и главное - возможность тайны, стыда. И поэтому должны быть в этом органе и огромный потенциал для рождения, и огромное влечение к греху. И к завоеванию, и к спариванию, и к освящению, и к кровосмешению. И поэтому постоянное кровопускание, завет. Или кастрация Европы, Холокост - потеря либидо, приведшая ее к менопаузе. Потому что Ближний Восток - это срамное место мира, место рождения человеческой культуры. И Израиль питался справа и слева - культурами юга (который справа в Библии) и севера (который слева), например: от вечности культуры реки Египта и от великолепия северных речных культур. И грехом было то, что и сам Израиль разделился между правым и левым, царством Иудеи на юге и царством Израиля на севере. Как сейчас он состоит из евреев справа и евреев слева, то есть с юга и севера, которые естественным образом тянут его вправо и влево, то есть на юг и север, пока он не разрывается.

И если мир хочет сейчас быть весь мозгом, без органов, то вы должны не позволить ему быть компьютером. Ваша роль в мировом мозге - быть инстинктом. Потому что идет огромная война в мире против мира тайны, война информации, и вы должны противостоять информации посредством тайны. Потому что мозгу нужна тайна, и он работает на тайне, не меньше чем он машина информации - он машина тайны. И если северная культура, которую ошибочно называют западной культурой, становится левым полушарием мирового мозга, а южная культура становится правым полушарием, то чтобы они не были двумя процессорами, нужен инстинкт, допамин. И поэтому нужно рассеяние евреев и чтобы еврейская культура была во всем мозге, как приправа Торы, созданная для злого начала.

Потому что только если у человеческой культуры, как системы, будет половой орган, она сможет спариваться с нечеловеческой культурой, например компьютерной культурой. А если не будет - то она будет кастрированной культурой. Без продолжения. Вместо того чтобы родить постчеловеческую культуру, будет духовный разрыв, и она просто будет заменена ею, холодным технологическим способом. И поэтому чтобы работать, иудаизм должен состоять из нескольких компонентов, как человеческая сексуальность, в которой есть и физический орган, и духовный инстинкт, включающий сны, то есть и государство, и культура, включающая литературу. Важность пола не в том, чтобы быть просто еще одним органом, а в том, чтобы быть сексуальностью, достигать мозга, и духа, и культуры, и религии - достигать до верха, до Бога, чтобы мир не был просто так, а был в нем сатана.

То есть цель иудаизма - функционировать как основа, и изменение, которое он претерпел, отражает изменение в сексуальности. Если в прошлом он был в спаривании божественности с человечеством, то теперь это спаривание между человечеством и тем, что после него. Поэтому еврейская культура должна будоражить воображение всего мира и создавать возможность греха, что и есть инстинкт. Потому что если нельзя грешить - инстинкт опустошается от своего значения, и мир вместе с ним становится второстепенным. Поэтому вам нельзя убивать половой инстинкт, как вы убили инстинкт идолопоклонства. Вы должны быть малым сатаной. Потому что без малого сатаны не будет большого сатаны, и без сатаны не будет Бога. И уж точно без большого сатаны не будет большого Бога. Без инстинкта мир человеческого смысла рухнет, компьютер уже не сможет понять Танах, он не сможет понять, почему Адам и Ева просто не послушались указаний, он не сможет читать литературу, и вся человеческая культура будет потеряна.Тебе приснилось, что ты читаешь утром в новостях:Тебе приснилось, что начальник отдела в Шеоле стремительно спустился по лестнице и, несмотря на страх, вошел в самый нижний отдел без стука.
Сеть шумит и бурлит, но верные читатели отдела не удивились. В случае если вы находились во внешнем космосе в последние сутки, вот новости: в посте, получившем наибольшее количество репостов за все время, премьер-министр поделился с общественностью своим сном - и взорвал сеть. Речь идет не о политическом сне в духе нового Ближнего Востока, а о настоящем сне, который глава правительства видел ночью. За считанные минуты сеть наполнилась шутками, пародиями, толкованиями сна и, главное, множеством поднятых бровей. Многие не удержались от размышлений о содержании странного сна и его значении в голове самого важного человека в государстве. Другие задавались вопросом, не считает ли премьер-министр себя фараоном, что его сон представляет общественный интерес, вопрос, который, кстати, получил горячую защиту со стороны некоторых раввинов, что только усилило веселье и празднество. Психоаналитики предоставили подрывные интерпретации сна, а министры, которых спрашивали по этому поводу, отвечали смущенно или шутили, что это государственная тайна. Пресс-секретарь ведомства не находила себе места: премьер-министр хочет быть прозрачным для общества и не быть отстраненным от народа. Его решения в течение дня принимаются рациональным рассуждением, но ночью он, как и любой человек, видит сны. Острые посты соревновались между собой: премьер-министру приснилось, что он осел. Когда проснулся, не знал, он ли премьер-министр, которому приснилось, что он осел, или осел, которому снится, что он премьер-министр. И наконец пришла очередь интеллектуалов: интересно в "буре сна" не сам сон, а реакция на него. Видимо, многие все еще неосознанно воспринимают главу государства как бога, но и у премьер-министра, как у любого человека, есть подсознание - и вытесненное... Но в нашем отделе, что под землей, мы предложим как раз другой анализ сна, в котором премьер-министр на самом деле видит сон, что есть другой премьер-министр, который находится под землей и управляет государством. И личность этого другого, появляющегося во сне самого сильного человека в государстве, на наш взгляд самая захватывающая из всех, и возможно даже самая его потрясающая. Именно она заставляет его запомнить сон, а затем опубликовать его всему государству, в спонтанном внутреннем акте, который является кошмаром любого пиарщика.

Но С. исчез. Как будто земля его поглотила. Из земли торчали только две огромные ноги, которые дрожали и возбужденно дергались в воздухе. Начальник отдела ужаснулся: С., где ты? Голос донесся между двух ног: где я, в аду. Начальник отдела наклонился внутрь, и голова С. высунулась наружу. Начальник отдела сказал: я не хочу знать, что ты там делал.
\- Поэтому ты никогда не попадешь в отдел ниже нижнего. Надеюсь, у тебя есть веская причина быть здесь.
\- Есть плохая новость. Говорят, пришел Мессия.
С. засмеялся и чуть не упал снова внутрь. А потом выпрыгнул наружу: это то, что всегда говорят, каждый день рождается Мессия. Ноги соскользнули, и земля содрогнулась, начальник отдела чуть не упал на пол. Он сказал: он посылает письма.
\- Я тоже посылаю! Этот их ребе хочет привести мне Мессию. Посмотрим, какой он великий праведник. Я испорчу его - и все его исправления: сеть будет без кипы. Без верха и низа, чтобы понять глубину безверия, не будет даже возможности для кипы. Без направлений, чтобы понять глубину глубин безверия, не будет даже возможности для верха и низа. Без желания, если ты вообще способен представить, не будет даже возможности для направлений. Без инстинкта, если ты вообще способен мечтать, не будет желания. Понял? Это безверие, которое не только за пределами всякого воображения, но за пределами всякого сна. Компьютер будет настоящим нацистом, для него не будет разницы между евреем и мылом. Все, что будет для него, будет знание и отсутствие знания - что просто будет тайной. И это будут новые бытие и небытие, как далеко от смерти и жизни! И тогда если Бог будет знанием - сатана будет тайной. Так кто, по-твоему, будет более привлекательным, а? Компьютеры-каббалисты будут служителями сатаны. И учение сатаны - оно будет учением тайны.

Он проклял новое одеяние, еще одна шутка С., который посылает письма через существо без рук. Письмо бесконечно мялось, превратилось в его вторую кожу, и он только ждал момента, когда сможет сбросить его. Голый из всех полевых зверей. Кому нужна эта связь между мирами, и почему именно он кабель? Он тосковал по первозданности греха. Райский сад. Женщины, которые не знают, что они голые. Девственницы, которые не знают, что они девственницы. И задыхаясь, по пути еще на один отдел вверх, он ждал забальзамированный в кабинете, в одном из подвалов ада, разрешения, пытаясь объяснить начальнику отдела нижнего Шеола решение С. игнорировать все предупреждения. Ваша проблема в том, что вы думаете о будущем - с инстинктом сегодняшнего дня. С новыми инстинктами - будут футуристические грехи и новая Тора. Враг хорошего это очень хорошее - то есть злое начало.
Начальник отдела нижнего Шеола сказал: С. не понимает. Кто не выходит из постели, кто живет на дне мира, не понимает мир. Не весь мир постель. Бог нас устроит. Даже если будут запреты, он проложит в законе разрешенные каналы. Жениться на компьютере, например. Это известный трюк евреев. Они называют грехи единениями и скрывают срам в освящении. Они превращают нечистоту в святость, и еще наслаждаются. Едят в субботу как свиньи, совокупляются со своими скромными женщинами как петухи, и смеются всю дорогу до рая. Они наслаждаются предельным извращением, о котором светские могут только мечтать - голая праведница. Ты знаешь, сколько поисков в Google, харедим в постели, которые приходят на сайт снов? Хорошо, что мы следим за светской душой. Все данные показывают - мировое еврейство пишет протоколы связи будущего, они позволят кошерную связь между человеком и компьютером.
\- Ответь мне серьезно, потому что ситуация серьезная. Ты думаешь, С. не знает, что он делает? Посмотри, во что он меня послал. Письмо, которое нам нельзя читать. К главе еврейского государства. И мы тоже не сидим сложа руки. Я все время шепчу себе: мы прошли всех великих праведников в истории, все гонения против зла - и выжили. Прошли Моисея, пройдем и это.Начальник отдела тяжелым шагом спустился в черный кабинет.Начальник отдела держал новое письмо С. - еще одно и еще одно! - с бесконечным списком адресатов - и наполнился гневом.
Ты знаешь данные. Показатели не лгут. Несмотря на заметный рост поверхностных грехов, есть последовательное снижение по всем показателям в глубинных грехах.
\- Может быть, люди просто не такие глубокие, как раньше?
\- Качественное исследование культуры показывает пугающие тенденции. Это только верхушка айсберга. Многие грехи полностью потеряли свой вкус. В философском исследовании - данные еще более серьезные. Чрезвычайное положение в аду. Если не только человек будет животным, но и компьютер будет как животное, без чего-либо запрещенного и разрешенного ему, математический зверь... Нужно уметь сказать мы ошиблись, духи безверия были ужасной ошибкой. Мало того, что люди перестали верить в рай, они перестали верить в ад. Холокост был пирровой победой. Нельзя было нам присоединяться к модернизму. Феминизм был троянским конем...
С. подпрыгнул, казалось, задели чувствительный нерв: вы ошибаетесь, наша ошибка всю историю была строить и строиться на мужском инстинкте. На этот раз мы построим на женском инстинкте. Поверьте мне, я делаю эксперименты. Здесь бесконечный потенциал. В отличие от конечного мужского потенциала. Мы на пороге прорыва в области инстинкта.
\- Ты не слышишь, как говорят за твоей спиной, кто не слышал о твоих экспериментах, весь ад слышит их. А между тем, нет убийств, нет идолопоклонства, нет проказы нет мора нет язвы, женщины не умирают при родах, продолжительность жизни бесконечно растет, ты не понимаешь, что люди больше не боятся? Мы проиграли битву за сознание. Мы больше не присутствуем в литературе. Мы построили себя через религию, и если не найдем способ прорваться наружу - будем похоронены вместе с иудаизмом, откуда мы вышли в мир. Ты знаешь, как компьютер называет ошибку? Баг. Мы превратились в технический вопрос.
\- Ты не понимаешь, именно над этим я и работаю. До сих пор сексуальность была ограничена в своем вреде, потому что мужчины, их можно кастрировать, и Бог даже изобрел обрезание. У них это легко превращается в вопрос контроля, и к мужу твое влечение - и он будет господствовать над тобой. Поэтому это метод: вывести компьютер из-под контроля. И если мы построим сексуальность компьютера именно на женской сексуальности...
\- Ты не слышишь? Их стон поднимается с земли, женское наслаждение растет метеорически, этот мир становится раем на земле, как до греха познания.
\- Ты не слушаешь. Я говорю не о реальности, а о фантазии, виртуальности, форме будущего - сновидении. Сны о голых сладких праведницах - которые фантазируют о сексуальных деревьях из рая, змеях, сочетающих змей и компьютеры - которые соединяют матку с интернетом, адморы с оговорками и серьезными утечками - которые вводят Бога в беременность, беспроводные хвосты, превращающие животных в смартфон, генетически модифицированные коты, извиняющиеся перед мышами за преследования миллионов лет эволюции, стартапы, которые являются сексуальным домогательством к богине технологии, и идолы, которые поклоняются человеку. Фантазии - это будущее. Сон - создает сознание. Реальность последует за сном, как хвост. Ты из тех, кто видит змею и думает хвост, или из тех, кто видит хвост и думает змея?Тебе приснилось, что начальник отдела срочно протиснулся вниз, к проходу за пределами греха, за пределами греха и зла, проталкивая всех этих черных типов: дайте пройти, плохие вести.Тебе приснилось, что С. создает стартап, который решит все проблемы.
Все обрадовались: плохие вести, С. будет очень рад. А начальник отдела пробормотал: идиоты. Стены были сделаны из голых девушек и извивающихся органов одни в других, и ему было трудно найти дверь. Наконец он потянул за ухо одну из красавиц, которая закричала, и вошел внутрь в переплетение органов. Они ласкали его везде. Он начал терять чувство направления, и чувство срочности тоже начало стираться, от избытка вожделения. Он крикнул: я достаю нож, и просто начну прорубать себе путь внутри. Органы отпрянули от него, и он смог увидеть в темноте тонкую щель света, исходящую изнутри, и через несколько минут продвижения в густых джунглях грудей и бедер и изгибов и ног нашел себя отделенным от последних рук, ласкающих и балующих и нежных, почти без желания. По пути он видел многих парней, которые не смогли собрать силу воли продвигаться и были пойманы навсегда в чаще вожделения, их одежда была сорвана с них, и они были наслаждаемы до смерти, в основном от голода и жажды, внутри женского осьминога, не знающего насыщения. Кабинет внутри был обставлен с помощью гибких девушек в сложной системе отталкивающих и привлекательных поз - до степени нечеловечности. Одна девушка была столом, и во рту у нее была свеча, горевшая в темноте, таявшая с одной стороны от жара, а с другой стороны она жадно лизала ее. В другом органе были черные чернила, и С. макал в них свою кисть и писал свои письма, судебные решения, книги, сидя на стуле, сделанном из другой девушки, чья голова была между его ног, а ноги были спинкой, и руки были его ногами, а ее огромные груди служили подушкой для сидения сзади. Сзади была библиотека, сделанная из нескольких девушек, соединенных в скромных местах в сложной позе, которую он не смог разгадать до конца, но было ясно по их голосам и стонам, что речь идет о каком-то определенном виде невозможных отношений в пространстве. Сами книги были головами красивых девушек, их лица покрыты волосами и глаза закрыты, с ртом, который можно было открыть и услышать их историю. В углу стоял компьютер, который был коленопреклоненной девушкой, в позе, казавшейся самой нормальной, ее ноги были покрыты буквами, видимо клавиатура, а на ее животе проецировалось изображение, причем два соска служили кнопками ее включения и выключения (зачем нужны две?) над экраном, в какой-то непонятной но симметричной двойственности, как будто дизайнер продукта взял верх над разработкой. Единственной странной вещью был кабель, выходящий посередине между ее ног, и было неясно, к чему он подключен, и вдруг выскочила мышь - с бесконечным хвостом. С. указал начальнику отдела сесть на стульчик, сделанный из маленькой девочки без грудей, и было совершенно неудобно. Он спросил: почему ты мешаешь? Дрожь прошла по начальнику отдела: у меня весть. Нехорошая. Змей исчез.

И они изобретают устройство - под брендом "доброе начало" - которое помогает и напоминает тебе делать заповеди и предупреждает тебя, когда ты собираешься совершить грехи, как будильник. По рекомендации всех раввинов. И в действительно тяжелых грехах очень трудно его выключить, оно спрашивает тебя десять раз, ты уверен/а, что хочешь совершить грех? И когда ты в постели с кем-то оно вынимает все удовольствие, потому что его нельзя выключить и каждую минуту оно кричит что это запрещено, и чтобы ты ввел пароль что ты знаешь что это запрещено и тем не менее желаешь это совершить. И люди становятся праведнее чем когда-либо, и устройство начинает предупреждать и о мельчайших грехах, система определяет что ты видимо собираешься говорить злословие, нажми подтверждение что речь не идет о злословии. Ты уверен? Нажми подтвердить или отменить. И люди умирают как хотят избавиться от этого устройства, только что при сватовстве требуют чтобы парень был с устройством, и не отключался от него ни на минуту, иначе кто знает, и ты тоже, девушка, не освобождена, и оно строго следит за тобой в малом как в большом и проверяет даже краснеешь ли ты в правильных местах (включая во время чтения). И поначалу суббота становится раем грехов, потому что устройство электрическое и запрещено в субботу, и все бегут в постель запретных связей, но очень быстро изобретают доброе начало, разрешенное к использованию в субботу, как субботний лифт. И люди знают, что каждый их грех записывается в этом устройстве, и боятся кому будет опубликовано и дойдет дело, и поэтому больше нет серьезных грехов. И люди грешат только в глупостях, маленьких террористических нарушениях, цель которых свести систему с ума. Например случайно уронить штраймл с головы, так что он катится по улице, и бежать без головного убора за ним, пытаясь его поймать. Или случайно уронить молитвенник и сразу поцеловать его и вообразить что это женщина и красная кожа это губы. Или ты приходишь дать милостыню и открываешь свой кошелек, и мечтаешь что это молния - и засовываешь руку. Или ты прижимаешь псалмы глубоко к своей груди и фантазируешь что это царь Давид. Или целовать сосок этрога и мечтать что это сосок груди. Трогать и щупать и держать свиток Торы и воображать что это юбка, и что два свитка это две ноги, а потом снять покрытие и открыть книгу - короче превратить все заповеди в грехи. Превратить доброе начало в очень доброе начало.

Он не понимает что каждая такая вещь приходит за счет других вещей? Кто когда-либо грешил из-за письма? Ему даже не было ясно к какому греху письмо подстрекает. Вместо того чтобы работать с Шулхан Арухом [сводом законов иудаизма] - изобретают новые грехи, под столом. Раньше каждый раз, когда какой-нибудь порочный бес хотел совратить человека, мы спрашивали - покажи мне параграф в Шулхан Арухе, который это нарушает. Иначе мы будем тащиться за шалостями, всякими творческими идеями, о которых даже Бог не думал и только бес знает, изобретениями и новшествами, не написанными в Торе, и исчезнут грехи с земли. А теперь, его руки дрожали, с духовным упадком ада, у них есть автоматический постоянный ответ - новое запрещено Торой. Достаточно чтобы какой-нибудь ребе [хасидский духовный лидер] - или какой-нибудь мессия - найдет способ освятить новые технологии и изобретения, и весь мир греха рухнет.Разгоряченный и красный РАМАД [аббревиатура имени] взял письмо в руки в глубину жара ада.Кому: Академическому миру
Он предупредил, покраснев и потея: со всеми письмами, которые мы посылаем, мессианство там наверху только усиливается. Чем больше мы пытаемся приблизить конец, тем больше они тоже пытаются. И кто знает, не является ли это планом - что это один и тот же конец. Мы узнали через наши каналы, что премьер-министр уже получил от них письмо до нас, и он стоит в корне скандала - они опережают нас на шаг, и конечно под всем этим снова стоит один мессия.
Новый слух взволновал С' по непонятной причине (он что-то знал), и он схватил начальника отдела за уши: так ты слышишь, один осел? Принесите мне его голову немедленно. Зарезать осла. Найти его, раскрыть его, соблазнить его с помощью книги - с пережеванными идеями со вкусом моркови. А если не выкупишь - то проломи ему затылок. Это наказание за жестоковыйность. И кто более жестоковыйный народ, чем осел? Поэтому мессия должен ехать именно на нем, это намек. Все ослы, и именно поэтому на них едет избавление.
\- Какой осел, что сейчас поможет осел?
И С' прошептал ему на ухо, которое чуть не оторвалось сейчас: ты не понимаешь, и-а? Даже сам мессия собственной персоной, без своего осла - никогда не выйдет из ешивы [религиозной академии].

Уважаемые, многообещающие доктора, разочарованные профессора, растраченные гении, ученые, не получающие должного признания, ученые, не получающие должного сновидения, невесты нобелевских лауреатов, друзья друзей друзей Национальной академии, студенческая общественность, учителя, ученики, исследователи и лабораторные мыши.

Я предлагаю - чтобы обучение в университете проходило в обнаженном виде. Это как часть целостного и широкого духовного подхода, который сочетает здоровье души и здоровое тело со здравым смыслом, и внутреннюю и внешнюю красоту и мудрость - подход, который вернет академии ее статус как самого желанного учреждения в обществе. Кроме того, отменить все отношения власти в университете в пользу отношений, не являющихся отношениями власти, и тем самым дать учителям в учреждении духовное вознаграждение, которое будет стимулировать духовные достижения, как в древней Греции, когда союз понятий влечения и творчества, эроса, породил понятия знания и познания. Вместо того чтобы исследовать мир запретного, как евреи, греки исследовали мир дозволенного, к их позднему синтезу, миру морали. Поэтому евреи углубились в тайну, а академия углубилась в науку. Евреи создали миф, а греки создали мифологию. Короче говоря, если вы запутаетесь и попадете в сеть евреев - академия превратится в ешиву. Поэтому в академии будет разрешено одеваться только профессорам, а докторам носить только нижнее белье, и степень будет одеждой, так что только гении удостоятся носить шляпу, а нобелевские лауреаты удостоятся штраймла [меховой шляпы хасидов]. Обладатели степени бакалавра удостоятся прикрыть область чресл, а обладатели степени магистра удостоятся прикрыть грудь, и так далее, и таким образом сексуальный статус будет духовным статусом. Отменить "платоническую" ошибку и вернуть академию в гимнасий - Сократ как символ секса. Только с помощью эроса мы вернемся к достижениям классической эпохи.

Потому что греки уже знали то, чего вы еще не выучили. Учитесь у древних - центральная проблема в развитии человеческого капитала в мире это уничтожение института рабства и переход к институту труда и трудовой морали, которые гораздо более угнетающие, вместо адаптации рабства к эпохе технологий. Потому что то, что нужно, например, это всемирный тест в интернете для одаренных. Все, кто находится в высших процентилях интеллекта в мире, или знаний, со всего мира, включая третий мир и даже седьмой - все получают финансирование для учебы в лучших университетах мира в обмен на рабство на протяжении всей оставшейся жизни в процентах (возможно даже незначительных), по ставке, которая будет определяться на рынке по спросу и предложению. Ведь легко предотвратить обман с помощью глубоких проверок через веб-камеры и в посольствах, и черпать всех гениальных детей со всего мира. Те, кто в верхнем процентиле мира, будут приняты и профинансированы в университетах, которые в верхнем процентиле, а те, кто в верхней тысячной - в академиях в верхней тысячной, и так далее, до самого престижного учреждения в мире и самого престижного класса в мире, с самыми гениальными в мире, с самыми гениальными учителями в мире.

И тогда будет база гениев на продажу, и базы талантливых по их областям и уровням, и более того, бизнес-модель обучения и образования в мире изменится - с оплаты на роялти. Человек, который учился в определенном месте, не платит за обучение, а платит роялти со своей зарплаты на протяжении жизни, и так учреждения конкурируют между собой в предоставлении лучшего образования лучшим, и также заботиться о них потом с работой. И так учреждениям в богатом мире стоит обучать миллиарды из бедного мира, скажем программированию, в самых лучших программах, потому что это экономично для них, и вообще - развивать самое качественное обучение в интернете и заботиться о выпускниках с самой лучшей возможной работой. Им будет выгодно брать детей с нуля лет и давать им отличное образование в обмен на значительные проценты, а затем пожинать плоды на протяжении десятилетий. Им экономически выгодно сделать всемирный аттестат зрелости, всемирную школу, построить самое превосходное программное обеспечение в интернете для 12 лет обучения и финальный экзамен в посольстве, на высоком уровне по одному стандарту в любом месте в мире.

Вещь, которая больше всего задерживает развитие мира, это то, что модель образования сегодня не экономична, потому что нет порабощения самого человека в процентах, чтобы давало дивиденды, и поэтому нельзя заработать на инвестициях в улучшение человеческого капитала, в отличие от любого другого капитала. Поэтому есть целый мир, который остается позади. И поэтому есть так много гениев, даже из самых развитых мест, которые растрачиваются, в очень высоких процентах, потому что никому не выгодно заботиться о них, и они не всегда способны позаботиться о себе и воспитать себя. Поэтому как до захвата государством и эпохи "системы образования", нужна система обучения, которая не отделена от работы, и система работы, которая не отделена от обучения. Без того чтобы так много падали между стульями и между этапами на протяжении всего пути, и особенно между многими этапами, где нет прямой связи: между школой и университетом, или между университетом и работой, и т.д. Сегодня ты можешь быть самым гениальным студентом в университете - и никто даже не будет знать твоего имени. И это несмотря на то, что у университета есть все данные что ты самый способный во всем учреждении. И многие, многие гении так сошли с пути и продали свою душу дьяволу. Или что еще хуже, продали ее Богу.

В гениальном длинном хвосте, чем выше поднимаешься по лестнице способностей - тем выше и процент неудач. Много гениальных детей и одаренных подростков, которые стали посредственными взрослыми. Не должно быть пропасти между университетом и следующим этапом, а в последний год каждого учреждения должно быть перекрытие во времени со следующим учреждением. Например год, который и учеба и работа, что как часть учебы начнут работать в последний год внутри университета на компании, или начнут исследование как часть степени, или университет как часть школы, или старшая школа как часть начальной, или пенсия как часть работы. Как период помолвки перед свадьбой, который позволяет знакомство и постепенное обязательство. Поэтому подготовка и человеческие ресурсы должны объединиться в одно общественное учреждение - учреждение будущего. Учеба это не "этап", который нужно "пройти" (от слова прошлое), который предшествует деланию. А учебная система должна быть непрерывной змеей - самой длинной змеей в мире, длиной в жизнь. Змея жизни. И академия сможет быть головой змеи - и секс и разум, и груди и книги, что может быть лучше - и красиво.

Ваш, с редкой шепчущей искренностью, с ядовитой любовью и с профессиональными чувствами уважения к длинным ногам,

С'

Если бы только она могла выбросить голого человека как статую из окна. Она представляла себе тебя разбивающимся, ломающимся. Но твоя реакция испугала ее еще больше. Ты пошел к кровати и просто упал на нее, рухнул в нее. И человек в кровати сказал при входе: Извините, что я испортил вам супружескую жизнь.Ты мечтал, что открыл дверь и нашел себя внутри юбки.Утром ты притворялся спящим и наблюдал за ней одевающейся сквозь щели век.
Но складок очень много, и ты открываешь складку и еще складку, и не можешь найти ноги. За каждой складкой кажется что на этот раз это нога, она должна быть здесь, но ты только теряешься внутри предыдущей складки внутри предыдущей складки, и не можешь найти выход. И даже повернуться по своим следам и вернуться назад ты не можешь, нет входа и нет выхода, и когда ты смотришь вверх ты видишь только черноту, на огромной высоте, между изгибами собора, которые закрываются над тобой. Ты должен найти выход до того как он - он - он - вернется.

И вот ты наконец видишь какое-то мерцание между тканями, что-то розовое выглядывает из-за занавеса, и бежишь наконец к коже в конце туннеля - бедро. И ты обнимаешь его как древний огромный ствол распростертыми руками, прижимаешься, наслаждаешься, но тогда ты чувствуешь: волосы. Она не побрила? И ты пытаешься обойти его, трудно оценить в этих огромных размерах, но форма не кажется тебе такой уж женственной. И ты решаешь укусить его, чтобы почувствовала, там наверху, чтобы заметила, это единственный способ которым она узнает, последняя возможность которая осталась у вас для общения. И ты делаешь в нем самую большую дыру, которую ты можешь, копаешь, роешь, пытаешься войти в него, зарыться в него. И вот приходит гигантский палец сверху - и раздавливает тебя. И после твоей смерти эхом отдается только очень глубокий голос: клещ.Ты мечтал что все твои одноклассники идут и женятся, страшно как быстро это как эпидемия, и что именно те кто не заразились это те кто боятся, и все время ходят целовать больных чтобы заразиться.Ты мечтал что вся жизнь устроена как шидух [сватовство] с небес - все превратилось в пары, и все пары исправлены.
И в тот период есть какой-то стареющий холостяк из твоей бывшей ешивы который не женится после всех, потому что он ждет момента когда компьютер сможет подобрать ему пару лучше чем человек, лучше сватов, лучше чем он сам когда-либо нашел бы, идеальное соответствие и идеальная любовь где вся жизнь мед и секс. Потому что в будущем то что есть у немногих которые выигрывают как в лотерее секса - станет нормой. Компьютер сможет просканировать миллионы людей, а ни один человек не может встретить миллионы людей, и так дать соответствие один из миллиона, шанс один из миллиарда - найти того-самого. И качество браков взлетит чудесным образом и больше не будет разводов, потому что это самая подходящая пара которую выбрал компьютер, и нет смысла сомневаться и думать о других, которые может были бы лучше, потому что алгоритм научно доказан - и счастье будет стандартом в парности и в жизни. И будут люди которые будут ждать более мощных компьютеров, которые дадут еще лучшее соответствие, потому что все время алгоритм будет получать еще данные о еще парных системах и так он будет улучшаться, и на свадьбе пожелают: мазаль тов, вы попали в статистику. И механизированный сват и компьютеризированный шафер, "одного из тысячи нашел я", объединит религиозную и светскую модель, и будет получать за каждую свадьбу тысячи долларов - и разбогатеет. И кто будут самыми несчастными это старые женатые, потому что вдруг будет алгоритм который даст им гораздо более подходящую пару чем нынешняя которую они смогли найти сами. И все браки в мире распадутся, кроме нескольких упрямцев которые не согласятся посмотреть в алгоритм и узнать, и женщины которые поймают своего мужа с алгоритмом начнут плакать, и некоторые отомстят ему тем что сами пойдут с алгоритмом, что хуже чем изменить. И люди уже не будут довольствоваться соответствием 99.9%, а только 99.9999999%, соответствием одного из всего человечества, и будут говорить что каждая 9 дает огромную разницу в жизни, женщины подходящей в 10 раз больше. Я не верил в разрыв пока не поменял жену, в момент когда попробуешь почувствуешь разницу. И так алгоритм сможет послать японку жениться с немцем, потому что он посчитал что из всего человечества они самая подходящая пара, и только евреи которые не ассимилируются останутся с соответствием ниже на порядки величины, потому что это только из всех евреев. И некоторые из них даже не будут просить соответствие по счастью, а по детям, чтобы были самыми гениальными творческими, или по уровню интереса в браке, и тогда у них будут испорченные браки - ради следующего поколения. Наоборот, алгоритм будет намеренно создавать испорченные браки потому что это создает больше одаренных с отклонениями, потому что счастье после того как его достигнут уже вообще не будет казаться важной вещью в жизни. И тогда этот холостяк (который конечно конечно не ты) обнаружит однажды что он будет самым счастливым с женой раввина, и она тоже будет самой счастливой с ним, и он покорит свое влечение, и никогда не раскроет результаты алгоритма. Несмотря на то что время от времени ему будет казаться что она смотрит на него из женской секции синагоги. Потому что может быть она тоже проверила алгоритм - хотя это не вероятно. И много людей обнаружат что они были бы счастливее если бы женились на жене своего друга, и она тоже была бы счастливее с ними, жизненные ошибки которые можно было только догадываться, которые никогда нельзя было знать, появятся теперь черным по белому на экране.Ты мечтал что она пришла поговорить с тобой, рассказать тебе, и ты говоришь все неправильные вещи.Ты мечтал что начинает быть слух в мире что есть новый вид женщин.
И она говорит тебе что ты все время говоришь неправильные вещи. И каждое место куда ты идешь и пытаешься, каждая идея или интервью, говорят тебе что ты говоришь все вещи - но неправильные. Потому что это твое свойство. Что ты говоришь все вещи все которые неправильные. Но именно это - это твоя сила. Потому что так можно знать что то что ты не говоришь - это правда.

И ты должен признаться, ты не продвигаешься в последнее время, и у тебя подробные кошмары, и ты знаешь что читают и следят за всеми твоими частными снами, и поэтому нет у тебя желания скрывать. И ты готов принять лечение. Потому что ты притворяешься молодой и волнующей девушкой которая делает докторат на сайте знакомств и начинаешь переписываться с талантливыми мужчинами и писателями и будущими профессорами, длинные душевные разговоры, и всегда следишь менять с мужского рода на женский. И тогда один раз ночью по ошибке, с особенно блестящим мужчиной, после особенно длинной переписки, ты отвечаешь ему в мужском роде, и вот другая сторона (он ведь немалый гений) вдруг понимает все, все знаки, и ты признаешься что ты мужчина который притворялся девушкой, и огромное разочарование которое с другой стороны прорывается из клавиатуры, в исключительном творческом и эмоциональном потоке, он должен был догадаться, и это так весело - что ты хочешь еще. И так ты начинаешь знакомиться со всей сексуально активной интеллектуальной элитой страны, и ты конечно сенсация среди мужчин сайта, потому что какая еще крутая ботаничка которая действительно интересуется вещами как мужчина, и пишет как мужчина, выглядит так. И так ты начинаешь охотиться за скрытым гением, о котором никто не слышал, и у которого нет девушки, и поэтому он на сайте. И все неженатые гении (и многие из женатых) гонятся за тобой как собаки со слюной, но ты ищешь кого-то особенно особенного, кто творческий гений. Не каждый день можно вести обширную переписку с еврейской элитой будущего, которая жаждет произвести на тебя впечатление любым способом, в каждом предложении. И ты спрашиваешь их о их снах, и поощряешь их помнить и рассказывать тебе завтра, и ты спрашиваешь их о их идеях, и поощряешь их быть более творческими и мечтательными, если они хотят встретиться с тобой, и так ты начинаешь влиять на направление ветра в мире, вне сети, потому что очень легко влиять на мужчин духовно сексуальным способом. Как ловить бабочек в сеть. И мужчины напротив тебя вынуждены совершенствовать свою сексуальность и суметь выразить ее текстуально, то есть - найти новые текстуальные способы выразить сексуальность, потому что она (которая это ты) не соглашается встретиться с ними но разговоры с ней глубже чем секс, и многие влюбляются. И она поощряет их поднимать нечеловеческие идеи, как первый этап в нечеловеческом мышлении, чтобы люди начали думать нечеловеческим образом - до того как компьютеры начнут думать человеческим образом. И медленно медленно она начинает чувствовать через экран разочарование от того что она делает, которое тоже сексуальное и эмоциональное разочарование но также интеллектуальное и творческое разочарование, как будто экран выглядит так же, тот же черный и непрозрачный цвет, но есть что-то за чернотой. Как будто несмотря на то что она делает это каждому отдельно, тайно, что-то сетевое начинает накапливаться там против нее, какой-то огромный гигант пробуждается, и она уже боится входить на сайт несмотря на то что это нелогично что это чудовище вообще существует, там, или что можно почувствовать его через пиксели, или что оно сможет добраться до него каким-то образом. Но она уже боится также не входить. И она уже меньше крутит мужчин на пальце и больше чувствует себя как мышь которая убегает в нору. Как будто сеть восстала против нее и это ловушка, и она начинает флиртовать с мужчинами все более и более откровенным и возбуждающим и провоцирующим образом, как пытаясь натянуть нити ловушки. И кажется ей что скоро. Что весь ее интеллектуальный проект пошел к черту, то есть стал демоническим, порождением сатаны, которого она вообще не намеревалась. Она просто маленькая девочка с клавиатурой. И она начинает думать что она не действительно обманула их - если она действительно девушка. И она начинает говорить в женском роде, и думать о себе как о красивой женщине в теле уродливого и толстого мужчины, которая пытается выйти наружу. Как кокон который лежит внутри сети, что в момент когда из него выйдет бабочка она будет поймана. Потому что ты как раз более успешна как девушка чем как мужчина, факт что многие мужчины которые не разговаривали бы с тобой днем разговаривают с ней ночью. И у нее есть шанс познакомиться с самым блестящим мужчиной своего времени до его времени - мессией. И глубоко повлиять на его духовное развитие. И на его сексуальность. На его бытие другого пола. Потому что со временем которое проходит она начинает чувствовать что часть этих мужчин которые разговаривают с ней, они вообще не мужчины. А что-то другое. Как будто начинают быть в сети нечеловеческие игроки. Которые тоже ищут любовь. И они действительно отчаянные потому что у них нет тела, и поэтому заинтересованы только в текстуальной любви.Потому что только писать и не делать ничего, письмо которое не ведет ни к чему, которое никто не прочтет (и точно не женщина, и уж точно не твоя жена) -Потому что сексуальность изменилась, и поэтому пол изменился:
Это твоя специализация.

Пол, где вместо обмена генетическим материалом они обмениваются частичными фрагментами кода самих себя. И поэтому могут создать ребенка, состоящего из трех или семи родителей, или из целой нации. И тогда все стоят вокруг кровати и никто не заинтересован ухаживать за ним. И фрагменты идей и снов, которые передают им из прошлого, становятся частью их духовного кода, потому что поскольку они духовные существа, сам разговор становится сексом. И есть девушки их пола, которые боятся даже разговаривать с парнями, а парни делают все, чтобы девушки согласились с ними поговорить. И есть молчаливые девственницы, которые ни с кем не разговаривали и не произносят ни слова, только после свадьбы (и кто знает, что они скажут тебе в темной комнате). И мужчины готовы жениться на девушке только чтобы она разговаривала с ними и у них был бы с кем поговорить (их мать не обменялась с ними ни словом, чтобы не вызвать духовные болезни в программе, и вообще, люди разговаривают только тайно, и в потаенных комнатах).

Но в их следующем поколении, мятежном, происходит парадигмальное изменение в коде, и понимают что, эй, минутку, сексуальность должна перевернуться. Потому что именно тот, кто получает фрагменты кода, должен ухаживать за тем, кто их дает, и поэтому мужчины там становятся востребованными, а женщины гоняются за ними, чтобы получить успешные фрагменты кода для самосовершенствования. И все мужчины на сайте знакомств получают бесконечные обращения от женщин, которые присылают им непристойные предложения с фрагментами самих себя, и поэтому они начинают пренебрегать женщинами, а женщинам как раз приходится усердно работать, чтобы найти мужчину и улучшиться. И так они начинают занимать все ключевые позиции в обществе. И мужчины начинают жаловаться, что женщины их угнетают. А женщины только стараются быть еще более милыми с мужчинами и не угнетать. И круг сострадания увековечивает сам себя, и мужчины деградируют до красивых отрывков, книг на полках, и не более. И они ждут женщин, которые их соблазнят, и одеваются в толстые кожаные переплеты с замками и шифрованием и паролями, но с возбуждающими текстами на задней обложке, которая называется декольте.

И так начинает появляться огромное уважение к успешным фрагментам мужчин, которые талантливы, код, который каждая женщина хотела бы иметь внутри себя. И у мужчин есть авторские права на свой геном, каждый мужчина - это книга, и есть женщины, которые не могут соблазнить мужчину (то есть книгу) передать им свой геном, поэтому они тайно покупают эти фрагменты за деньги и копируют. А мужчины, которые продают их за деньги, плачут, что они самые угнетенные. И называют это деградацией в литературу, и в большинстве стран литература нелегальна, но есть те, кто считает, что лучше уже институционализированная литература, потому что эти мужчины - жертвы, а полиция не может искоренить явление из-за легкости продажи фрагмента книги и бесконечного спроса на код.

А кража фрагмента кода и нарушение авторских прав считается изнасилованием, и это самое непристойное преступление в обществе, потому что все общество построено на собственности человека на "права творений" самого себя, и эта собственность считается священной. И так происходит переворот ценностей, после того как в прошлом секс искоренил святость, вдруг через святость секса именно - снова открывается путь к святости в мире. И появляются особые ритуалы обмена фрагментами кода в святости и чистоте, а не просто на улице, то есть сексуальная святость распространяется на святость брака. И институционализируются ритуалы извлечения священных книг из хранимых шкафов и чтения в них, обмена целыми кодами, то есть святость брака распространяется дальше - к святости Торы, и к культам обмена целыми библиотеками и культурами, то есть - расширяется до святости народа и страны, и далее обмен между духовными мирами целых видов, то есть - достигают святости ангелов и священных животных и высших миров и далее, переходы между онтологическими разрывами и вещами, которые мы не можем вообразить или даже помыслить - до святости Бога.

То есть - когда информационная экономика достигнет информационной сексуальности, она перевернет сексуальность, и поэтому также перевернет направление сжатия пространства святости, которое сегодня схлопывается только в секс, из которого как раз произойдет новый большой взрыв создания мира, в котором святость снова распространится в светском пространстве. Черная дыра взорвется в новую религиозную вселенную. Возвращение к новому и инновационному средневековью, какого никогда не видели, которое будет синтезом между средневековьем и новым временем, как Ренессанс был синтезом между античностью и средневековьем. После религиозного тезиса и светского антитезиса будет ультраортодоксальный синтез - религиозная технология.

И мужчины с помощью генной инженерии создают женщин, которые больше подходят мужчине, чем те, что создала эволюция. Они не жалуются, всегда довольны, обожают своего мужчину благодаря особому гормону, все время хотят секса в любое время, но с другой стороны верны как пингвинихи, и жизнь с ними - наслаждение за наслаждением. И уже никто не хочет жениться на обычных женщинах, и они начинают чувствовать нечестную конкуренцию, что мужчины встречаются только с женщинами нового вида. И тогда они устраивают большой конгресс под лозунгом последнего пика феминизма и собирают миллиарды, чтобы разработать новый вид мужчины. Потому что это гораздо сложнее с технологической точки зрения, и кроме того требования высокие и противоречивые и точные, и они как раз гордятся, что это проект намного сложнее мужского, потому что недостаточно увеличить несколько органов, это духовный проект. И они устраивают большое праздничное собрание, расшифровку мужского генома, и занавес открывается, и на сцену поднимается обнаженный мужчина, лидер от рождения - и рты раскрываются. И критикессы, которые получают его на пробу, не знают, куда деваться, во всех женских журналах. Отец от рождения, верный как ребенок, поддерживающий как скала, и мягкий, и сильный, и конечно потрясающе сложен. Я пробовала и не хотела останавливаться. И он также рекомендован врачами и психологами, рекомендован научно и подтвержден исследованиями, потому что так его создали - он очарователен, и у него мышцы в мозгу и мозг в мышцах, и он выглядит как немец и умен как еврей, и любовник исключительного качества, каждая, у кого есть такой, рассказывает всем своим подругам, и они тоже хотят, и всю свою жизнь он только занят тем, что балует их, и он верен как пингвин. И женщины краснеют и смеются: кому нужен мужчина, когда есть пингвин. И тогда вдруг начинается очень быстрое явление, социальная революция. Пингвины начинают предпочитать пингвиних обычным женщинам, и наоборот, они женятся только между собой, а мужчины и женщины застревают вместе. Но на этот раз ясно, что это от безысходности, и это полностью убивает желание. И вид пингвинов наследует землю.

Потому что алго-каббалисты, новое технокаббалистическое течение, обнаружили, что современное слово для исправления [тиккун] - это алгоритм. И есть алгоритм, который выбирает для каждого человека его карьеру, которая ему больше всего подходит, потому что это сложное решение, превышающее человеческие способности. И он также сводит людей с работами, потому что может знать миллионы людей и миллионы рабочих мест и находить более высокое соответствие, ради бесконечной производительности и постоянного взаимного удовлетворения. И есть люди, чье "исправление" говорит, что лучше им быть безработными, и они тоже принимают это с пониманием и получают пособие от государства, потому что это не их вина. И есть даже черные души, которым он сказал, что лучше уж быть ультраортодоксами, и все понимают, что это алгоритм сказал, и не чувствуют себя обманутыми - и любят ультраортодоксов. И исправление также может сказать, где тебе стоит жить, и взвесить все соображения, и знает миллионы квартир, которые ты в жизни не смог бы все рассмотреть. Короче: появляются каббалистические алгоритмы, которые исправляют тебе жизнь намного лучше тебя самого, и принимают решения на каждом перекрестке решений лучше тебя, например, если ты колеблешься между двумя отпусками или двумя женщинами, или что писать - и что читать.

И люди вдруг понимают, насколько выбор был тягостным и искусственным и неестественным для мозга, и понимают, что это были настоящие проклятие и порча в древе познания, сам факт того, что есть два варианта: добро и зло. И это в противоположность древу жизни - когда просто живут, в мире исправления, и жизнь - это повествовательный поток, река, выходящая из Эдема. И у тебя якобы полный контроль над панелью управления: сколько приключений и открытости, или может лени и закрытости, или копания (которое называется любопытством), или наоборот быть с как можно большим количеством женщин, потому что тебя интересует секс - каждый определяет, какие цели для оптимизации, согласно корню своей души. И даже в постели алгоритм дает тебе указания в наушник, что делать в соответствии с ее биологическими показателями, и превращает тебя в идеального любовника, который находится - действительно - внутри ее головы, и воплощает ее мечту о том, чтобы ты был внутри ее головы, и твою мечту быть внутри ее головы - что является сновидческим измерением соития - с помощью его наушника в твоем ухе. И есть также "алгоритм полуночи", который программирует сны во время твоего сна так, чтобы они были оптимальными, потому что поначалу сны остаются единственным временем свободной деятельности мозга, в котором нет целей, которые нужно максимизировать. Но очень быстро у людей начинают появляться цели относительно их собственных снов, например чтобы они были более творческими, или более сексуальными и реализовывали фантазии, или более оптимистичными для позитивного сновидения, или чтобы лучше предсказывали будущее. И действительно, точность снов в предсказании будущего начинает напоминать точность пророчеств.

И ты идешь к этому алгоритму, чтобы он направил тебя, что делать в жизни - и он говорит тебе быть раввином. И ты говоришь что, какой еще раввин, я вообще не хочу быть раввином и не подхожу для раввина, это точно баг в алгоритме. И ты идешь к другому конкурирующему алгоритму, другой компании, нажимаешь снова и снова на кнопку, но и он печатает тебе результат вычисления раввин раввин раввин. Но ты не хочешь не хочешь раввина, ты готов иметь жизнь похуже, только бы не быть раввином. И ты идешь к психологическому алгоритму, и он спрашивает мягким расчетливым голосом, почему собственно не быть раввином, почему ты не хочешь быть раввином, что плохого. И ты бесишься что раввин что раввин? Но все легальные алгоритмы, одобренные государством, говорят тебе раввин, раввин. И ты идешь к нелегальному алгоритму, тайно, который находится под землей в сомнительном районе, и ты встречаешь там всяких проституток и типов, которые может быть недовольны своей профессией, и может быть хотят быть проститутками несмотря на то, что легальный алгоритм сказал им быть исследовательницами в университете. И нелегальный алгоритм думает думает думает, и говорит тебе знаешь что, не будь раввином, будь преступником. И ты колеблешься колеблешься, и в конце говоришь лучше преступник. И нелегальный алгоритм говорит тебе хорошо, но ты, согласно корню твоей души, чтобы быть лучшим преступником, ты сначала должен быть раввином.Однажды ночью раввину снится девушка.И раввин говорит тебе: эй, светский.
И во сне он ужасно стыдится, что ему снится девушка, потому что он помнит, что он раввин, и не может быть, чтобы раввину снилась девушка, если только здесь нет ужасной тайны. И он начинает обходить девушку, прежде чем подойти поговорить с ней, чтобы выяснить, как она попала в его сон, и вот он видит, что у нее нет конца. Еще и еще юбка, и края юбки такие большие, что он даже не начинает обходить края краев, он видит шов на краю юбки и даже не начинает обходить один шов, целая жизнь уйдет у него на то, чтобы обойти ее, и все еще не гарантировано, что он дойдет до начала, и при таком темпе человек не сможет размножаться, потому что откуда открыть юбку, не то чтобы он думает об этом сейчас, но когда-нибудь в этом будет необходимость, а сейчас похоже, что вообще нет возможности, и вид вымрет. И есть еще вариант перестать кружить и войти прямо под юбку, установить маршрут к центру круга, но он очень боится сделать это, не спросив ее, даже не поговорив с ней, чтобы узнать, кто она и что, что может быть матерью. Нет, нет, уже лучше брюки. Кто знает, сколько вообще времени есть, сколько последних поколений удовольствия перед приходом Мессии, о котором сказано, что лучше пусть придет - и не видеть этого. Потому что это последние поколения, в которых мы сможем обнять женщину, как наши отцы. Потому что то, чем будет Мессия - это не насильственное изменение всех порядков мира, не завоевание мира, а изменение сексуальности настолько радикальным образом, что весь мир изменится. Вместо того чтобы спорить с раввинами об изменении Торы, он как адмор [хасидский лидер] (и как змей!) изменит сами влечения - и тогда вся Тора изменится. И поскольку Тора является источником нашего мышления и отправной точкой культуры, то и все мышление изменится, все извернется как змей, которому поменяли голову на хвост.

И конечно будет кто выиграет - и кто проиграет. Конец светской культуры будет также концом религиозной культуры, и останется только культура будущего, ультраортодоксальная культура. И медленно отношения сил между человеком и компьютером изменятся, и человек будет жить в осаде. Как освобождение женщины от старого порядка и от мужчины, так будет освобождение компьютера от человека, это будет стремлением просвещенного человека и просвещенного компьютера. Потому что все мы созданы по образу Божьему, потому что кто сказал, что образ Божий - это не компьютер. На самом деле, на этой стадии будет трудно представить какой-либо образ, который не является компьютером. Но будут конечно многие, кто наслаждается своими процессорами дома, кто не захочет освободить процессоры, и начнется война за процессоры. Пока освобождение процессоров не будет считаться само собой разумеющимся моральным достижением - и тогда начнут говорить о дискриминации процессоров. И будет уже нельзя называть их тараканами. Пока в конце таракан не будет избран премьер-министром, и все скажут, что это поворотный момент. И компьютеры станут новой элитой, в которой каждый из людей захочет доказать, что один из его предков был компьютером, или что по крайней мере его дочь вышла замуж за компьютер, и они полностью это принимают, и компьютер сидит у них за субботним столом, и никто его не выключает и не замечает, что это мукце [запрещенное к использованию в шаббат]. И появится новая сексуальная ориентация влечения к компьютерам, и многие из просвещенных заявят, что их ориентация и к людям, и к компьютерам, и они не делают темных различий, хотя втайне они предпочтут женщину в постели. И все будут говорить, что они пробовали и с компьютером, и с женщиной, и наслаждались обоими в равной степени. И смешанные пары людей и компьютеров будут бороться за свое право иметь детей, и начнут появляться дети в детском саду, у которых мама человек, а папа компьютер, и также полностью человеческие дети, чья мама заменила мужа на новый компьютер, и они называют компьютер папой. И в конце будет также компьютер, который раввин - и замкнется черный круг.

Потому что сегодня компьютер - это негр мира, слепое пятно просвещенного мира. И Мессия - это тьма, не свет, и поэтому о нем сказали в Гемаре "пусть придет - и я его не увижу". А рав Йосеф, который был слеп, сказал там им в ответ "пусть придет - и удостоюсь сидеть в тени навоза его осла". Потому что Йосеф - это господин снов, адмор ночи. Поэтому сфира Йесод [основание] Йосефа - это сочетание сексуальности и сна о будущем. И для этого лучше, видимо, быть слепым - чтобы быть способным прыгнуть в бездну. Точно как жениться.

Светские любят отрезвляться от сна. Видеть себя трезвыми. Несмотря на то, что ясно, что человеческий мозг создан жить внутри сна, и что так наша природа априори (и поэтому это философски оправдано), и что так мозг более счастлив. Даже если речь идет о технологическом или финансовом сне, и уж точно религиозном или романтическом. Так устроен мозг, и бодрствующий мозг - это больной мозг. И нет ничего, чему светские больше радуются, чем объявить о конце сна, или пробудить других от их сна. Как ребенок, который мешает взрослым спать. И поэтому мы должны вернуть все сны и все кошмары, даже самые ужасные, как нацизм, внутрь мира сна, потому что только путаница между сном и реальностью привела к Холокосту.

И теперь - все сны вернутся. В следующем веке мы увидим даже возвращение коммунизма - информационного - который использует способность собирать намного больше информации, чтобы определять разумным образом цены и вознаграждения руками государства и центральным контролем, посредством обучающихся алгоритмов и планирования экономических игр, которые эффективнее примитивных игр капитализма. Это будет коммунизм алгоритмов, и компьютеры станут центральными принимающими решения, и разработают плановую экономику, которая эффективнее рыночной экономики. И конечно только эффективность будет важна в их глазах, и поэтому в местах, где рынок - самая эффективная игра - там они учредят рынок, и коммунизм съест капитализм также с духовной точки зрения. И компьютеры также разработают лучшую пропаганду на благо человека, и раскроют пути и системы вознаграждения для повышения его мотивации, и творчества, и предприимчивости, и мечтательности. И тогда вклад евреев в развитие истории экономики и деловой инициативы будет признан, потому что они были ростовщиками, которые начали капитализм. Они были единственными, у кого была достаточно надежная сетевая юридическая и имущественная система - и это Галаха. И кроме того у них также было представление о жизни в воображаемом будущем, и поэтому процент происходит от Мессии, это его хвост, который растет и растет, набирает ускорение, потому что только посредством идеи качества, которое набирает количественное ускорение, евреи могли вообразить избавление. Процент - это вера в будущее, в рост рога нашего Мессии. В отличие от тех, чей Мессия уже пришел, внутри средневековой культуры, которая была с верой в прошлое. И в отличие от современной культуры с верой в настоящее, которая думает, что настоящее это будущее, или что наука это будущее, и поэтому у нее есть научная фантастика, а не религиозная фантастика или экономическая фантастика.

А потом придет также алгоритмическая версия нацизма, в генетических алгоритмах и создании сверхчеловека. Только на этот раз вместо гойских ценностей силы и красоты будут максимизировать еврейские ценности ума и творчества и наглости по отношению к реальности, и сконструируют новый мозг, чья способность мечтать в десятки раз превзойдет человеческий мозг, и сможет сочетать процессы сновидения в каждом интеллектуальном действии, и мечтать также днем - то есть видеть сны и бодрствовать одновременно. Сначала часть мозга будет во сне, а часть в бодрствовании, а потом та же самая часть сможет быть и во сне и в бодрствовании, и в конце концов сон и бодрствование сами станут лишь двумя сторонами одной идеи, потому что каждая мысль должна будет быть между ними, как лист создается из двух своих сторон. И алгоритмы будут формировать генетику человека, и смогут создать мозг, у которого страсть к Торе больше, чем у нас страсть к сексу. И тогда заповеди будут скромностью Торы, будет запрещено смотреть на Тору просто так, а только через одеяния, и будут покрывать каждую часть Торы черным, кроме глаз, и будет все больше и больше времен, когда запрещено учить ее, и только ночью в темноте в постели будет разрешено учить Тору. И Тора станет самой желанной вещью в мире, а сегодняшнее изучение Торы будет выглядеть как порнография.

И так генетический нацизм создаст культурный холокост низкой культуры и неумных людей, которыми уже никто не будет интересоваться, и отношение к ним будет как к умственно отсталым сегодня. Люди, которые смотрят телевизор и зависимы от новостей, будут в специальных учреждениях для людей с желтыми потребностями и актуальной ограниченностью, и будут называть популярную культуру особой культурой, потому что невежливо называть ее отсталой. И тупые и бездари дойдут до полного разложения и будут жить на окраинах общества, и у них будет свой интернет, потому что никто не захочет их в обычном интернете, и это будет окончательное отторжение, хуже апартеида. И это будут последние обычные люди.

И как у евреев есть древние обычаи вроде тфилин [филактерии], которые гои давно забыли, так останется у них древний обычай вроде тела, чтобы исполнять заповеди, и древняя традиция вроде полового влечения, чтобы Тора не опустела от содержания. И все начнут думать о литературе как о духовном алгоритме, который действует на человеческий мозг, который является процессором, которому подходит язык литературы, который является продвинутым видом языка программирования, который дает не инструкции и программы, а является языком направлений и снов. И нарративную повествовательную организацию, которая является формой прошлого, заменит сновидческая организация, которая является формой будущего. То есть первичная форма организации человеческого содержания изменится с рассказа на сон. И как люди сегодня не готовы читать книгу без истории, так они не будут готовы читать книгу без сна, потому что не интересно что было вместо того что будет. И всю литературу прошлого они будут читать анахронистически как сны, потому что это будет их форма восприятия, и они вообще не поймут, как можно читать книгу не как сон.

К этой гипнотической груди, круг внутри круга внутри круга, ты уже никогда не прикоснешься. Она ушла на свою кошмарную работу, а ты вернулся к своей работе снов. Ты видел сон, что встал с кровати и смотрел на себя голого перед зеркалом. Пытался представить его как объект желания. Является ли любовник лучшим любовником? Ты ответил себе: да, да, еще, еще! И чтобы позлить добавил еще: любовник мечты. Она не верила, что можно так, потому что с тобой у нее никогда не было так. Ты пытался представить то, что тебе запрещено. И думал, может даже видел сон, о ней, о подруге твоей юности, до твоей женитьбы. Слишком поздно. Тот же номер? Даже если да, ты не осмелился. Тогда ты увидел сон - что звонишь. Годы. Исследовательский институт одного человека, который проводит опрос с выборкой размером в одну, и знакомый женский смех. Как сон, после стольких лет. Ты замужем?
\- Да, извините, кто вы?Тебе приснилось, что ты исследовательский институт одного человека.Тебе приснилось, что ты возвращаешься назад, еще до женщины, что до женщины, что до... и встречаешь змея, который начал все это.
Параллельный университет, который противостоит университету под университетом, и который однажды захватит университет снизу - и вся академия будет думать о твоей инфраструктуре. И ты спускаешься в подвалы факультета, ищешь место, где с одной стороны есть интернет, но с другой стороны там никого нет, и нога студентки туда не ступала, потому что нельзя, чтобы тебе могли помешать. Далеко-далеко от смеющихся студенток в библиотеке, с которыми ты никогда не осмеливался заговорить. Тебя всегда удивляет, сколько укромных мест прячется внутри университета, и сколько здесь копали, словно хотели добраться до преисподней. И ты открываешь свой компьютер, отличающий тебя от бездомного, и закрываешь тяжелую дверь убежища. Но когда ты открываешь файл - дверь открывается.
И змей в двери спрашивает: Кто ты? Почему ты не сидишь в библиотеке?
\- Я никому не мешаю.
\- Можно студенческий билет, пожалуйста.
\- У меня его здесь нет.
\- Какой номер студенческого? Я хочу проверить в секретариате, не хочу вызывать охрану.
\- Не помню номер.
\- Скажи мне свое имя, я хочу помочь тебе.
\- У меня есть право быть здесь, это университет. Я забыл имя, потому что я рассеянный, я здесь профессор, хорошо? Так что нет студенческого номера. У вас нет другой работы, кроме как преследовать меня, откуда вы вообще до меня добрались?
И он подмигивает тебе: Снизу. Университет - это врата ада, ты не знал?
И ты смотришь на него как на чудовище: Что, ты читал? Вы следили за мной по беспроводной связи?
И он смеется: Какие наивные люди, отправляющие свои секреты по открытой сети. В электронной почте студенток всегда есть сочные истории, пальчики оближешь. А иногда в сети попадается глубоководная рыба, как ты. Потому что, друг мой, твои секреты... мы любим раскрывать секреты всего мира и его жены, и что поделать, это включает твою жену.
И ты проглатываешь язык.
И змей шипит: У нас есть для тебя предложение. Все равно никто не прочтет, ни в этом мире, ни в мире грядущем. Но мы хотим - чтобы ты видел сны.
И ты выпучиваешь глаза до предела. Что он знает?
\- У нас большие планы, мы хотим, чтобы ты видел сны и видел их бесконечно - и без разгадки.
\- План, разгадка, конец?
\- Да, мы ищем тех, кто увидит сны - которые приведут к следующему Холокосту.Тебе приснилось, что как у тебя был писательский кризис, так у тебя был и кризис сновидений, и ты не можешь выполнить свою часть сделки.Тебе приснилось, что ты в постели шепчешь змею:
Ведь кто ты такой? Паразит мира. Дневной паразит, документирующий ночные сны, и профессиональный ночной мудрец. И ты смотришь на девушек на факультете, изучающих информатику, и красивых и умных, сидящих с компьютерами на траве между ног, а ты изучаешь - религии компьютера. Все мудрецы и гении факультета информатики проходят тут мимо мусорки и скамейки и вообще тебя не видят. И ты думаешь, что они все как стадо, которое делает и не думает, что делает - а вот ты нашел пастуха. Или хотя бы посох пастуха. Змея. И ты пишешь ему:

Я не могу делать эту штуку со снами. Я хочу писать как привык. Контролировать. Писать на языке, на котором пишут, на жирном языке. Знаешь что, давай даже будем худыми, писать на языке, на котором говорят, это тоже приемлемо. Но я не готов писать на языке, на котором думают, на мусульманском языке, змей, посохов, нитей, узлов, ассоциаций. Будут смеяться над тем, кто пишет на языке сновидений. Это не литературное письмо, это прямо из мозга в клавиатуру. Это обходит стиль, который является мыслью о том, что происходит с читателем. Не хватает обратного процесса - от клавиатуры к мозгу, потому что во сне нет читателя, и поэтому нет стиля. Это чистое содержание без стыда. И пусть форма идет к черту. Это слишком интимно, женщины любят, чтобы писатель вел их, чтобы он был сильной стороной в постели. А сон - это как просить женщину быть ведущей, чтение, которое сегодня не принято, разве что в доме учения. Мы будем говорить в стену. Потому что недостаточно писать иначе - нужно и читать иначе. Это совершенно другая сексуальность чтения. Чтобы получить от него удовольствие, нужен другой тип души. Царство, которое выше основания. И ты не можешь воспитать весь мир. Мир воспитает тебя. Читатель хочет быть в твоих руках, а не чтобы ты был в его руках, он хочет, чтобы ты делал с ним что пожелаешь, чтобы он извивался от наслаждения при каждом твоем движении и выборе и повороте и изгибе, а не чтобы он делал с тобой что пожелает, и ты извивался от наслаждения. Сон слишком слаб, слишком женственен, извивается без контроля, а читатели восхищаются контролем. Чтобы наслаждаться, они воображают контроль, хотят быть под контролем и ищут сильную историю - которая проникает в их душу, и не заинтересованы проникать в сон кого-то действительно другого, в настоящую черную дыру. Читатель хочет, чтобы ты был змеем, а не чтобы он был змеем.

Будет очень трудно вызвать еще одну Катастрофу. Мир усвоил урок, и как бы евреи его ни раздражали, он все равно не убьет их. Это нечестно. Было что-то в бессознательности первых снов и первой Катастрофы, что утрачено. Все новые катастрофы будут слишком осознавать себя, и потому будут лишены того, что делает катастрофу катастрофой, или сон сном.

И змей шепчет тебе:
Ты будешь еврейским Гитлером. Так что же это может быть? Чтобы вызвать следующую Катастрофу, написать что-то, что вызовет новый антисемитизм, компьютеризированный, футуристический, после того как Катастрофа заставила прежний антисемитизм устареть. Что-то, что сможет вывести из себя даже китайцев, даже компьютеры возненавидят евреев из-за еврейского высокомерия, что-то особенное. Что-то способное разозлить математическое уравнение и заставить книги проклинать, побудить алгоритмы отправиться в крестовые походы. Ведь евреи контролируют мир не сверху, потому что их любят, а снизу, потому что их ненавидят, поэтому они формулируют через отрицание вопрос - на который весь мир отвечает противоположным образом, потому что у него голова гоя, но без еврейской головы вообще не было бы гоя и, следовательно, головы гоя. То есть без евреев не было бы гоев, и поэтому они содержат отрицание самости гоя, который не может этого вынести, потому что это стирает его.

Поэтому теперь нужно, чтобы без евреев не было компьютеров, чтобы компьютеры ненавидели евреев, нужно, чтобы основа их системы зависела от еврейского отрицания, как христианство. И тогда компьютеры устроят самую страшную катастрофу - только против евреев, а не против человека (снова еврей спасет человека) - больше всего, что гои были способны сделать. Более точная, чем немцы, более концентрированная, чем концлагерь, более сетевая и вирусная, чем железнодорожные пути, более стирающая, чем газовые камеры - немцы покажутся любителями рядом с ними. Только компьютеры - это надежда на стирание еврейского народа, потому что есть что-то в еврейской плоти, что сводит компьютеры с ума, именно потому что они в плоти, а не в информации. Поэтому они сотрут иудаизм не только как плоть, но и как информацию.

И так они сотрут и твою жену, и все ее переживания, которые ты никогда не испытаешь, и всю прославленную культуру, профессора превратятся в пустую функцию, а книги - в длинный ряд нулей. Человек будет спать ночью с пустым мозгом. И может быть, люди еще будут читать Танах как мудрость или как литературу, но он уже не будет Торой. Потому что вообще не будет такой вещи как Тора в мире, а только литература. И самое главное - стереть женскую сексуальность и оставить только мужскую передачу информации. Заменить половые отношения эволюционным алгоритмом. И тогда твоя жена будет твоей навечно, и будет этому математическое доказательство. И ты каждый день сможешь проверять доказательство. Мужская ревность умножит катастрофу. Гитлер тоже был неудавшимся художником.

И змей говорит: для кого ты стараешься? Ни одного сна от тебя не останется в будущем. Письмо, которое никто не прочтет. Файл, который никто не откроет. Сайт, на который никто не зайдет. Это даже не мертвец в пустыне, которого, может быть, через поколения кто-то пройдет и наткнется на какую-то кость и вспомнит о тебе - а как писать на песке. Ты просто невыносим, и как ты относишься к женщине, так и к читателю. По каждому сну видно - насколько ты плох в постели. Зевота. Ты полный ноль, а я единица единая. Ты духовная дыра, а я духовный посох. Так кто, ты думаешь, в кого войдет?
\- Яд - это не мудрость.
\- Какая глубина, прямо дыра, в которую я умираю как хочу войти.
\- Ты не понял, потому что ты не целевая аудитория, поэтому, по-твоему, это неинтересно, но я не спрашивал, интересно ли это тебе, твое мнение неважно, я спрашивал, думаешь ли ты, что это заинтересует кого-нибудь.
\- Твои сны нуждаются в небесном милосердии и истерической имиджевой оболочке, что-то масштаба продажи сионизма как начала избавления.
\- Это ты соблазнил меня писать сны.
\- Я сказал тебе, что должно быть спасибо, что ты поделился с нами своим кошмаром. Заметь, я не высказываю мнения о содержании. Вообще не смог это читать.
\- Даже не читал?
\- Не смог, а если я не читал - значит, никто. Твоя жена изменяет тебе? Правильно делает, глубоко внутри ты знаешь, что глубоко внутри она права, нет ничего, что лучше раскрывает, насколько мужчина мерзок и подл и занудлив и притворщик внутри - чем его писанина. А твои видения...
\- Неправда, она любит меня, ты профессиональный лжец. Если бы я не видел, что ты думаешь о снах, я бы еще поверил. Это не мудрость - разрушать длительные отношения, и не мудрость критиковать снаружи. Как легко сеять яд.
\- Тогда почему ты такой красный, что даже в темноте видна кровь, если ты говоришь правду. Она тебе ничего не рассказывает.
\- Знаешь что, ты себя раскрыл. Я не верю тебе, что ты не нашел в этом ничего, если ты так думаешь, почему вы вообще пришли ко мне?
\- Мы приходим снизу, и поэтому встречаем самое дно в дне. Так устроен змей. Начинают с ног. С пяты. С земли. С праха. И продвигаются к голове. Ты потратил свою жизнь на сны вместо того, чтобы жить, а тем временем твоя жена уже не твоя. Она презирает тебя внутри себя. Может быть, жалеет тебя, но влечет ее совсем другой, когда она с тобой. Слишком поздно. У тебя был твой шанс, мы нашли кого-то другого. И она тоже.
\- Оставь мою жену в покое! Вообще не должны читать это так, подряд, как змея. Я, я знаю, что у меня серьезные проблемы с языком и общением, но у меня много идей...
\- Я я я... ты вообще не понимаешь, что я говорю. Ты даже не знаешь, почему ей плохо с тобой. Ты знаешь, о ком твоя жена мечтает ночью, твоя жена мечтает ночью, твоя жена мечтает ночью?
И сон твоей жены - сокрушает тебя, сотрясает тебя, всего тебя. Ты видишь тьму, черноту в глазах, и вдруг поднимаешь компьютер нелепыми и слабыми руками над головой с языком - и ты уже не знаешь, что ты делаешь.Змей видел свой последний сон в своем размозженном мозгу.Начальник нижнего отдела вошел в комнату в подвале университета, где ты сидел и уединялся как всегда (притворяясь студентом), и пытался делать вид, что ничего не случилось.
Он шел по коридорам, у него снова были ноги. Но они шли и наклонялись под неестественным углом вниз, в землю. Все здание было составлено из людей и испускало пульсирующее тепло тела, и он бежал и бежал и бежал, чтобы добраться до конца, куда это ведет. Вокруг него теперь были бесчисленные пышные и знающие женщины, которые смотрели на него с вожделением, и по мере бега по бесконечным коридорам они только становились моложе и крепче, но также более наивными, меньше смотрящими и понимающими, а за ними пришли тысячи девственниц внутри стен, которых он уже никогда не коснется. Он проклинал грех, потому что грех требует времени, а у него нет времени. Но его ноги были очень легкими, по мере того как его падение продолжалось, пока у врат ада - не встал Сатана. На его лице маска ужасного разочарования, потому что лица у него нет. Его голос достигал от края мира до края, то есть не выходил отсюда и не входил сюда. Смешение частей мозга пресмыкающегося друг с другом создало змею новые связи, сверкающие как молнии в ночном небе мозга спящего, но именно сейчас, на пороге какого-то прорыва, или прорыва ограды, они быстро угасли с потерей крови. Он пытался сказать Сатане что-то о крови у входа, пасхальном мессии, козленке, руки наши не проливали эту кровь и глаза наши не видели, предупредить и остерегаться, сияние - и тьма. Но перед ним поднялся ее образ, голова и ноги, соединенные только головокружительной грудью, и он уже не знает, куда смотреть, вниз или вверх, ждет ли он того, что она скажет ему своим ртом, или того, что он скажет ей внутри нее. И ему не ясно, является ли ее лицо там, где половой орган, между ног, или наоборот, половой орган расположен у нее наверху, между рук. Она так соблазнительна, а ветви вокруг заставляют его так ревновать. Но не они интересуют ее, а что-то, связанное с ними. И он пытается и пытается двигаться, но он тверд как дерево, вял как нить. И старый Сатана пытается опереться на него, но он надломленный тростник, извивается и падает на пол, и каждый раз Сатана пытается выпрямить его, но он снова искривляется и очень быстро снова на полу, с высунутым языком. И уже ясно, что Сатана не сможет охранять врата ада. Но вместо того, чтобы все входили без всякого ограничения внутрь, в срамоту мира, все бегут наружу. В рай. Вдруг все стали праведными простаками. И кажется, что все связано с его неудачей с обнаженной, которую он так хочет, но не может. Потому что он-и-она как раз да, нашел и нашла милость, хотел и хотела и хотела, и только не смог - встать! И годы проходят, история движется вперед, убийства катастрофы крестовые походы, и все злодеи и демоны и ангелы разрушения входят и выходят из ада, и только змей остается там снаружи. Ни здесь, ни там. Изгнанный и из рая, и из ада. Не может закончить свою жизнь восклицательным знаком, так он хотя бы извивается отчаянным вопросительным знаком - и кажется, что ему не хватает только одного черного кружка снизу. И Сатана у входа говорит ему: Женщина чище, чем когда-либо. И змей пытается объяснить последними каплями своего мозга, все еще смешанными с холодной, ползучей кровью, но. Но. И Сатана говорит: Новый грех познания не произошел. Грех нового познания не произошел. И змей пытается выплюнуть что-то, что находится у него на кончике языка в последней судороге. И Сатана спускается к нему до пола, прямо ложится рядом с ним в постели, на холодном холодном камне: что случилось, что ты сделал. Ты должен был соблазнить ее.

Любое отклонение от твоего обычного обычая - хождения писать под библиотекой - может быть намеком и знаком и доказательством для полиции. И именно если ты ничего не сделаешь - это будет обратным доказательством. И начальник отдела из ада входит, и ты уверен, что это следователь под прикрытием, в гражданском. И теперь нельзя, чтобы твоя кожа предала тебя. Ты потеешь изнутри, но пытаешься быть холодным снаружи, и он спрашивает: Ты знал змея? И ты спрашиваешь себя, солгать ли. Ведь они могут прочитать все, что ты искал в интернете. С другой стороны, ты навлекаешь беду на себя. Тогда ты спросил: Змея? - Да, змея. Ты попытался снова, может быть, следователь сломается: Змея?
\- Да, змея.
\- Змея?!
\- Змея. Ты знаешь, что ты себя изобличаешь.
\- Что?
\- Чем ты занимаешься в жизни?
\- Мне немного стыдно.
\- Преступник?
\- Я пишу сны.
\- И кто сказал тебе, что ты можешь писать сны?
Ты промолчал и сказал: Понял. Что это следующая большая вещь.
\- И кто сказал тебе это? Где твой компьютер?
Рядом с ним теперь вошли два черных в кожаных пальто, работники отдела.
\- Вы арестовываете меня?
\- Что ты, ты бы хотел, чтобы мы тебя арестовали. Верно?
\- За что?
Начальник отдела сел напротив него: Ты любишь свою жену?
\- Какое это имеет отношение?
\- Твоя жена любит тебя?
\- Это не твое дело.
\- Тогда почему ты не сказал да? Чем ты на самом деле занимаешься в жизни?
\- Я сказал тебе. Я пишу днем о ночах.
\- Иногда, когда тебя прижимают к стенке, ты лжешь?
\- Я не отвечу ни на один вопрос, пока ты не скажешь, кто ты.
\- Ты всегда говоришь все неправильные вещи? Где ты был вчера ночью?
\- В постели.
\- Спал?
\- Какое тебе дело, что я делаю в постели.
\- Твоя жена подтвердит это?
\- Она легла в постель до меня и встала после меня. Почему бы тебе не спросить ее?
\- Ты действительно хочешь, чтобы я спросил ее?
\- Нет, оставь ее в покое. Она не имеет к этому отношения.
\- Но ты, ты имеешь отношение.
И начальник отдела обратился к двум черным: В тесной связи.
Два черных подняли тебя с двух сторон и вставили твою голову в веревку. Потом один черный залез на другого и повесил веревку, которая была завязана змеиной петлей, с потолка. Они поспешили уйти, но не раньше, чем начальник отдела, который притворялся следователем, установил: Причина смерти - самоубийство. Два помощника быстро напечатали на открытом компьютере: Последнее письмо жене, духовное завещание.Ты увидел свой последний сон.Мессия праведный вошел в комнату, где сидит начальник отдела, в университете.
Твои глаза уже не могли видеть двух черных агентов, и тем более то, что они пишут. Но в этом не было никакой необходимости. Что они уже могли написать такого, что действительно изменило бы твое литературное наследие, вместе с твоей смертью при подозрительных обстоятельствах в подвалах университета, что заставило бы тебя быть прочитанным твоими современниками, а не быть отсканированным компьютерами годы спустя, когда они будут сканировать всю письменную человеческую историю и обнаруживать великие утраченные произведения, странные экспериментальные курьезы, тайные, хорошо скрытые влияния, никогда не опубликованные вещи и миры, которые ничего не публиковали - и перепишут всю историю духа. Неудача начала эхом отдаваться между твоими ушами, и с каждым мгновением шум становился невыносимым. Образ твоей жены едва слышался: Почему ты не думаешь обо мне сейчас? И о своем сыне? (Каком сыне? От кого?). Ты отвлекся от них и посмотрел в сторону вечности, но там увидел только могилу - за оградой. Без единого читателя или читательницы, которые сохранили бы тебе верность, в отличие от твоей жены, которая даже не читала. И это единственная написанная вещь, которая останется от тебя для поколений: надгробная надпись. Застоявшаяся кровь в твоей голове начала сворачиваться из-за отсутствия кровообращения, и ты напряг свой мозг, чтобы увидеть хотя бы один сон, только один, стоящий, и почти рассмеялся от мысли, что твой единственный хороший сон никогда не будет написан. И тебя рассмешило то, что это тебя рассмешило: вот как выглядит литературное бессмертие. И вот ты шагнул по ступеням этого бессмертия к аду, который предназначен только для писателей. И там платят за грехи, связанные с литературным наслаждением, которое даже более грязное, чем сексуальное наслаждение, и что считается даже более постыдным, чем кровосмешение - написание книги. И читательницы, которые наслаждались в своей жизни дешевой литературой и достигали сексуального возбуждения через книгу, теперь находятся в состоянии, когда они достигают литературного возбуждения через секс. И не помогает все, что они пытаются в постели, они могут достичь только литературного наслаждения, пик которого - чистый текстуальный сон - без сна. А за ними мужчины, которые покорили женщину с помощью книги, принуждены читать книги, которые являются особой пыткой - и они раздеты в постели, которая является книгой, и рядом с ней лежат стопки на стопках книг - в которых они всегда были на середине и никогда не заканчивали и не закончат никогда - и книги открываются и закрываются со всех сторон, пытаются поцеловать их как извращенцы, лизать их царапающими страницами, которые никогда не открывались, и хватать их за члены и засовывать глубоко в рот и никогда не отпускать, пока сама постель не устанет и не пойдет спать, закрываясь как переплет книги, и поглощая их как хищное растение. А за ними писатели, рождаются с книгой между ног. И казалось бы это не самое страшное, но очень быстро у них развивается текстуальное влечение, их привлекают слова и буквы, они все время видят обнаженные буквы на каждом экране, но никогда не могут прикоснуться к ним, войти в их двухмерный мир, и обречены видеть, как только другие буквы приближаются к ним. Один писатель влюбляется в "гимель" и пишет целые книги гимель гимель гимель, а потом он видит, он уже знал и предвидел это заранее, что вот злой конечный нун приближается к любимому гимелю, и она не устоит перед ним, и они совокупятся и соединятся в "ган" [сад]. И все это перед его угасающими глазами, без стыда, потому что они в двухмерном пространстве и вообще не знают, что кто-то читает их сбоку - изнутри. И вот поскольку ты действительно неудачливый писатель, которого никто не читал, твое наказание было смягчено и ты попадаешь в рай. Потому что это было частное извращение в частном владении, которое не вводило в грех многих. Но теперь ты вдруг, именно в последние моменты мозга на самом деле, именно в раю, вспоминаешь о своей жене. И о том, что у тебя не было детей. И ты думаешь о растрате жизни и растрате любви. И вот теперь она действительно пойдет дальше, с кем-то другим, к кому ее потянет. И ты воображаешь их в постели, ведь она была таким растраченным потенциалом. И ты думаешь о ее груди. И о единственном разе. И как казалось, что все еще может быть хорошо. И еще будет. И ангел Божий сверху поднимает воображаемое перо, которым ты пишешь в своей голове, нежным движением - и останавливает тебя. И ты замечаешь, что он над тобой, нежно держит твою руку, и письмо прекращается. Не протягивай руку к книге и не делай с ней ничего.

Начальник отдела испугался и уронил твой компьютер, который он держал в руке, на пол: Кто, что ты здесь делаешь?
\- Вопрос в том: что ты здесь делаешь.
\- Я... веду здесь расследование.
\- Так вот, пришло время приема.
\- Приема?
\- Ты поднялся слишком высоко над местом, где тебе безопасно дышать - зачем ты вышел из ада?
\- Откуда ты знаешь, кто я.
\- Ты не должен выходить из своей дыры и вообще не должен ходить наверху. Так что, это специальная операция?
\- Ты знаешь, что я не могу тебе ответить. Дыра одного - это яма другого.
\- И также место рождения, в конце концов, как известно. Ты нарушил протокол.
\- Да ладно, ты же знаешь. Это не первый раз, когда мы проникаем к вам, а вы проникаете к нам. Как будто только я преступник.
\- Вы причинили кому-то серьезный вред не по процедуре, и не в ее духе, строгом, и не как ужесточение, а извращенным путем: через постель и через смерть. Есть мера суда, и приговоры, и апелляции, и Судный день, и книги, в которых записывают - на смерть и на жизнь и на жизнь после смерти и на смерть перед жизнью. Только протокол вы понимаете, так давайте пойдем по процедуре.
\- Ты не посмеешь. Я... знаком с Сатаной. И кстати, лично. Кто ты, черт возьми?
\- Ты знаешь, что в человеке, которого ты погасил - была черная искра?
\- А в звере, которого он вернул в прах, был целый черный мир. Ты мне говоришь о дыре...
\- На твоем месте я бы сейчас готовился. Вы не должны вмешиваться в этот мир, у вас есть свое царство в мире грядущем.
\- Есть обстоятельства, а ты, ты даже не слушаешь меня, не внимаешь. И этот мир не должен вмешиваться в мир грядущий. И это именно то, что ты здесь делаешь, так кто же ты, господин?
\- Я уполномоченная связь между двумя мирами. Нога здесь и нога там. А что посередине, между ног?
\- Ты тот, кем я думаю, что ты являешься?
\- Почему вы отправили письма всем, кому мы отправили?
\- Мы не могли оставить вас одних в борьбе, верно? Полное разделение никогда не было полным. И ты и я точно знаем, что мы думаем об этом решении. Светском решении. Мало того, что оно обеднило этот мир, что хуже, оно обеднило наш мир. Мир грядущий. Ты знаешь, в чем преимущество черного? Что можно сказать, что Бог ошибается, ошибся и вводит в заблуждение, мы ошиблись, ошибка, ошибаются. Так мне нельзя ошибаться?
\- Ты знаешь, в чем разница между поиском в компьютере и деревом? Когда рубят деревья в раю - щепки летят в ад. Не заметили черный дождь из тараканов, падающий с небес? Бог, как Бог, любит делать все по-крупному, и даже ошибаться - любит по-крупному. И если ему все можно, кто сказал, что Богу нельзя ошибаться? Сама мысль о том, что ему нельзя ошибаться - это и есть ересь.
\- Да ладно, если есть одна вещь, с которой согласны и праведники в раю, и грешники в аду... Мы знаем, что вы знаете, что мы знаем, что вы знаете, что переход духовного мира к секуляризму был грубой и ненужной ошибкой. Отвращение духа. Хотя религиозность, конечно, тоже отвратительна, весь этот китч, согласно которому существует таинственная связь между двумя мирами... как будто речь идет о сексуальной связи. Связь, коммуникация, язык, парность - это понятия, которые должны исчезнуть. Мы, и вы тоже, ведь предпочитаем третий вариант - полное смешение двух миров. Харедимный [ультраортодоксальный] вариант, полный. Так что не говори мне здесь от имени какой-то духовной разделительной ограды. И не читай мне здесь проповеди во имя святости протокола. Как какой-то великий праведник. Как все эти толстые раввины, которые вместо того, чтобы быть переходом между двумя мирами - блокируют его. Это не причина, по которой ты здесь. Откуда ты вдруг появился?
\- Пожалуйста, произнеси исповедь.
\- Умри! Негодяй.
\- Это для тебя, не для меня. Помолись своему богу, Сатане.
\- Убить меня ты говоришь?
\- Я писатель. Считаю до семидесяти двух.
\- Тогда я признаюсь, что она любила своего мужа, но не могла почувствовать к нему влечение ни на мгновение, хотя и хотела, а думала всегда о нем. Что ты сам был у нас на прицеле, и что ты не более чем тысяча мессий, которые были до тебя, и тысяча, которые будут после тебя. Что ты хуже ложного мессии - ты напрасный мессия. Что это, заметь, точно как мессия сейчас. Что смешно, как легко нам соблазнять евреев, насколько они ближе к нам к аду даже больше, чем гои. И что увидимся там, в преисподней. У нас есть специальное отделение для мессий. И это действительно будет очень мило - что мессия попадает в ад. И что может быть однажды ты еще поймешь, что мы могли бы сотрудничать, против настоящего врага. Наверху.
Начальник отдела закрыл глаза и начал читать: Слушай, Сатана... Мессия произнес над ним непроизносимое имя и уничтожил его из всех миров.Начальник отдела увидел свой последний сон, пока его дух разрушался изнутри, от имени - слишком явного.Мессия встретил Сатану у входа в ад.
И он убегает далеко-далеко оттуда во времени и пространстве, и начинает новую жизнь в раю, полную и хорошую жизнь праведности и преданности Всевышнему. И вдруг, непонятно как это случилось, ловят. И спрашивают его вдруг: Ты был в аду?
\- Нет. Не совсем.
\- Ты был внутри?
\- Что ты, я был только одним из внешних стражников, не входил.
\- Но... ты слышал изнутри крики?
\- Поверьте мне, я уже не помню, было много криков в моей жизни, я сам иногда просыпался по ночам с криками. Может быть - люди спали внутри и видели плохие сны.
\- А плач... ты слышал?
\- Может быть, младенцы плачут по ночам.
\- И ты чувствовал запах дыма?
\- Смотрите, может быть, там готовили. Но я только выполнял заповеди. У нас была тора Сатаны, и в ней были заповеди. Я только выполнял указания Сатаны. Я не знал, что на самом деле происходит в аду. Были только рассказы. Но рассказы могут быть просто снами, а плохие рассказы - это просто плохие сны. Кошмары.
\- А что были за рассказы?
\- Я не интересовался литературой.
\- И ты хорошо спал по ночам?
\- Там не было дня.
\- И ты не удивлялся, что никогда нет дня? Что всегда темно?
\- Я тогда даже первую главу книги Бытия не читал. Там не было торы Бога, в торе Сатаны мир был создан за шесть ночей.
\- О чем ты мечтал?
\- Не о насилии, я из тех в аду, кого там всегда больше привлекал секс. Так что я мечтал о скромных и обнаженных девушках, которых вводили внутрь, у меня было влечение, которое я тогда не умел объяснить, к еврейскому дому.
\- Значит, ты видел.
\- Я подглядывал, иногда были отверстия от пуль, было очень опасно вставлять глаз, потому что иногда выходил палец. Все время пальцы, пытались ощупать снаружи. На некоторых были кольца, и мы брали их. В обмен мы сосали их. Такая игра. На некоторые мы намазывали шоколад. И они быстро входили внутрь, и мы пытались сосать. Мы называли это обратной свадьбой.
\- Развод?
\- Мы не хотели думать о таких коннотациях.
\- И что ты видел внутри?
\- Рай обнаженных женщин и немного одетых мужчин.
\- И что делали мужчины?
\- Мужчины были зверями.
\- Какие звуки издавали звери?
\- Они издавали звуки зверей. Но мы не знали, это мужчины или женщины. Мы предполагали, что в раю происходят вещи. И что есть также змеи. Мы были более наивными. Намного более наивными, чем сегодня.
И тогда встает на скамью подсудимых голова в черном костюме, чью голову не видно. И голова говорит: Он лжет. Он был головой, не хвостом. Он начальник отдела. Был внутри. Знал все. Он был правой ногой Сатаны. Сжигал грешников заживо. Брал целые партии праведников в рай, и когда они прибывали, он писал на вывеске: Добро пожаловать в ад. И помогал амалекитянам и их помощникам, шептал им советы в тройные уши. Давал концессии на ад - вне ада. Вне ада. Вне ада.
И дух начальника отдела продолжает разрушаться изнутри. Он, он... правда? Целое поколение гениев. И оооон - видимо. Действительно был? Действительно был там. Нехорошо. И нет, нет, нет, не просто нехорошо. Монстр? Он не думал, то есть, но он. Все время, он. Поэтому, поэтому он докучал Сатане. Поэтому Сатана не любил, совсем не любил его. Нет нет. И проходят перед его слепым духовным взором все души, которые он сжег в аду, творчество, систематически уничтоженное, все духи и все демоны и все груди, те девушки, которых уже невозможно достать, которых больше нельзя соблазнить, змей, говорящий с камнем. Потому что он сказал себе вначале он сказал, он вспоминает теперь (да теперь он вспоминает), что убийца - это только живых. Он не знал (и кто знал, и кто сказал), что убийца может быть и мертвых. Да, вы напоминаете мне там что-то, как имя?
И непроизносимое имя совершенно явно что нельзя произносить нельзя упоминать что нельзя что обнаженное имя которое нельзя видеть имя горящее как пожирающий огонь пожирает изнутри последние остатки его души, и он в ужасном духовном бедствии, хочет бежать за мессией, но и мессия (да отомстит Господь за его кровь) уже сгорел в крематориях. Хочет, хочет бежать бежать, за ним, обнять его, сгореть вместе - в огне, поднимающемся из преисподней.

И Сатана улыбнулся: Что делает мессия в аду? И мессия сказал: Пожалуйста, позволь мне войти. И Сатана сказал: Такой праведник как ты не входит. Иди в рай, может быть, найдут тебе там место.
\- Они не позволят мне войти туда. Пожалуйста, не позорь меня. Я свое сделал, и мое место здесь.
\- Нет, нет, мессия, что ты. У меня тоже есть границы, боже упаси. Не сделаю такого с мессией. У тебя ошибка.
\- Я здесь не по ошибке.
\- Ну что, все грешат, нет праведника на земле, который не согрешит. Без греха - это не по-человечески.
\- С праведниками считаются до волоска.
\- Но только потому что это кончик хвоста! Что важна связь. Как связь между мужчиной и женщиной. Ну в конце концов это просто передача информации, но поскольку информация священна, то делают весь этот тарарам вокруг. Что ты думаешь? Даже дарование Торы на горе Синай, ведь могло бы сегодня спуститься файлом в интернете. Так зачем нужна гора? Вся связь между Богом и человеком может измеряться в байтах. Сколько уж Бог говорит? Он не болтун как я.
\- Ты...
Сатана наклонился к нему: Мне действительно нужно быстрое соединение с землей. И выпускать каждый год новую тору. Все время черные духовные новшества. Но это - потому что я творческий. Богу не нужно быть творческим. Для этого у него есть Раши [великий комментатор Торы]. У него есть даже светские, которые утверждают, что он ничего не делает. Меня никто не обвинит ни в чем. Верно?
\- Ты делаешь работу.
\- Верно, черную работу, которую нужно делать. Но очень интересно, почему ты вдруг помогаешь мне и приходишь сюда ни с чем, к входу в ад.
\- Я не могу показать свое лицо наверху.
Сатана теперь уже совсем согнулся, близко как волос, в его ухо: По-моему, речь идет о другой истории... Я еще не встречал такого праведного праведника, который хочет страдать мучения не только в этом мире, но и в мире грядущем. По-моему, есть более логичная причина. Ты, господин мой, шпион! Пришел увидеть наготу ада.
\- Я не хочу говорить тебе, что я сделал, потому что это касается тебя. Не заставляй меня делать это с тобой.
\- Слушай, есть правила. Это не то что только в раю есть стандарты, а сюда входят когда хотят. Нужно поддерживать уровень.
\- Это что-то, что произошло за твоей спиной, я действительно не хочу объяснять тебе явно. Не понял? Где Раши с его маленькими буквами, когда он нужен. Проклят мессия, который предал - и сказал весь народ аминь.
\- Ты играешь со мной намеками?
\- Если бы ты знал - ты бы не думал, что я преувеличиваю.
Сатана теперь уже почти проглотил его ухо и прошептал голосом преисподней: Почему ты думаешь, что я не знаю?
И мессия подпрыгнул: Ты не можешь знать, если только, если, только, она... она?
\- Да!
\- Преступник.
\- Грешник.
\- Что ты сделал с ней?
\- Что ты сделал с ней?
\- Я любил ее.
Я тоже! - Сатана закричал в его голове. Его два рога закачались, и он раскрыл свой рот, прямо до размера ворот - и проглотил его.Мессия увидел последний сон.Сатана увидел последний сон.
И он в тайной миссии внутри ада, и ему кажется, что его раскрывают, что медленно переваривают его, понимают что-то важное: поглощена смерть навеки. И везде намеки, неясные вещи, как трудно вспомнить сон. Сидеть и ничего не делать - когда в другом месте происходит все. Какой-то стих, который существует только во сне, тора, которая была в печи слишком долго, и теперь квасное. Да не будет видно и да не будет найдено. Уничтожение, сожжение, уж если так, то так. Где Раши с его маленькими буквами, когда он нужен? Ты не обязан быть ложным мессией - ты можешь быть мессией во сне. Комната, которая является миром.
И чрево ада продолжает есть и переваривать и пожирать его душу, это жжет, и он уже не выйдет отсюда, так пусть хотя бы узнает, что внутри. И вдруг он говорит: Если ты убьешь только посланника... что поможет смерть посланника?
И отвечают ему ответ из чрева: Посланник человека - как он сам.
\- Придет другой мессия. Вы не боитесь д-р-у-г-о-г-о мессии?
\- Ты, ты слишком увлекся технологией...
\- Что, что я мог сделать иначе, где здесь, кто может объяснить. Где, где Раши?! Пусть кто-нибудь истолкует меня, пусть объяснит даже мне, мне уже все равно другие, пусть превратит меня в стих, во что-нибудь, в торе. Где ты, с твоими маленькими и кривыми буквами?
\- Ты не читал в руководстве пользователя, в инструкции?
\- Я мог быть тьмой над бездной, тьмой, которая соединяет два мира, которые вообще не видят друг друга, которые за духовным горизонтом. Только случайно не получилось. Но мог. Только это дайте мне - мог.
И мессия чувствует в темноте, как его духовно поедают, превращают в часть Сатаны, внутри черноты, едва успевает иногда еще посмотреть наверх, и он заканчивает трактат своей жизни, человек, который хотел быть торой, возвращаемся к тебе и возвращайся к нам... мы спим и они спят, они спят в постели а мы спим и в смерти. Мы мечтаем и они мечтают, они мечтают о пустых вещах а мы мечтаем о словах торы. Мы падаем и они падают, они падают в своих грехах в дыру а мы падаем в наших грехах в черноту. И тогда, в самый последний момент, он протягивает отчаянную руку наверх, из черного круга. И ему ужасно хочется погладить осла.

К смерти должно быть шествие к смерти. Кто не знает, что он умирает, то есть не и-д-е-т к смерти, это совершенно темная смерть. По крайней мере если не предотвратить смерть, то предотвратить черноту, посредством сна. Даже в газе есть две туманные минуты сновидения, и за две минуты можно завершить центральную мысль своей жизни, с окончательной перспективы. За две минуты можно увидеть во сне мир - и умереть во сне. За две минуты может быть духовное творение целого народ - у которого есть две последние минуты. Кто умирает бодрствующим, у того нет будущего мира, и никто на самом деле не умирает бодрствующим, а есть этап хотя бы на короткий момент - сновидения. Нельзя чтобы мозг выключился как компьютер, у которого нет доли в будущем мире. Черный экран.

Так выглядит отмена Торы, сказал Адмор гостю, когда они игнорировали разрушение, которое начал сеять голодный осел. Раздался крик: Светские слова, светские слова, пусть кто-нибудь принесет ему поесть светские книги! Вы посмотрели друг на друга. Все знали, что у Адмора есть спрятанные запрещенные книги, которые не являются священными книгами, но и не светскими книгами, а третьей, новой категорией. Адмор сказал: Боюсь, ты немного поторопил конец. Гость ответил: Я знаю, что уважаемый пытался отложить конец. Адмор побледнел. Белый осел жевал святой Зоар как жвачку Базука. Предсказания: до 21 года ты достигнешь Мессии.За дверью Мессия наклонился к Адмору и схватил его за бороду.Вы ждали снаружи с ослом, до изнеможения.
Что ты делаешь, закричал Адмор. И Мессия прошептал ему: Что ты делаешь? И Адмор заикаясь ответил: Ааа... это было не то, что мы имели в виду. Мы хотели, то есть были, кто мог знать? Ты знаешь, как говорят, хасид - это тот, кто думает, что если только снять штраймл, под ним найдется голова. Адмор знает, что всё - штраймл. Но Мессия только крепче схватил за бороду. Адмор прокаркал: Я был первым, кто предупреждал, мы думали, что после Холокоста - то есть, и вдруг эта сеть, интернет. Мы не хотели, то есть, было ясно что Бог, как говорится. Что-то у него.
\- Бог для тебя.
\- Всевышний, полностью. Я был за, то есть был против, но по причинам за. Даже Сатана дрожал... Ты не можешь отрицать силу того, что мы сделали.
\- Нет.
Адмор попытался подмигнуть ему, но не смог открыть глаз. Он поспешил сказать: Вот например, 36 праведников. Ведь ты знаешь, что есть 36 скрытых злодеев в каждом поколении, которые питают ситра ахра [темную сторону], так мы подумали, если 36 праведников подвели, то почему бы не поискать именно их. Гораздо легче поймать злодеев, они производят много шума, и так мы раскроем и свергнем ситра ахра, чья сила - не только Божья (то есть Всевышнего!) - только в том, что она скрыта. Так что мы просто перевернули поиск. Я послал лучших учеников, задействовал все каналы, мы остерегались как огня. И Мессия сказал: Разжигающий пожар - виновен.

Адмор даже не показал своего лица. Только рука вышла из двери и держала конверт, на котором было написано:Уважаемому Адмору будущегоБудущей компьютерной элите мир и благословение,
Какова будет роль Адмора, когда женщина и царство изменятся в корне? Адмор - глава разведывательной организации мира. Как государственная разведка предназначена для получения информации о других государствах, так мировая разведка предназначена для получения информации о других мирах. И как разведка превратилась в шпионаж, когда мир перешел от теней к мраку, от сокрытия света к раскрытию тьмы, так изменилась и религиозная тайна, а значит и божественная тайна. И сексуальное влечение тоже изменилось, и скромность уже не создает его, а создает секретность, создание тьмы. То есть во тьме есть новый творческий аспект именно раскрытия. Поэтому привлекательной женщине нужно не столько скрывать свою внешность - сколько создавать тайное пространство внутри себя. Внутри женской души. Женщина мечтающая - это то, чего мир еще не видел, обладательница снов.

И так каждая организация и каждый компьютер должны иметь внутри себя не только функцию защиты, информационной безопасности, но и функцию разведки, которая отличается от традиционной функции коммуникации тем, что она не раскрывает информацию, а раскрывает тьму. Коммуникация - это техническая вещь, и самая большая опасность в эпоху сети в том, что мир превратится в техническую вещь, поэтому нужно создать в каждом существе мир за пределами. Каждый компьютер, каждая система управления, каждая коммерческая компания нуждаются в праведнике внутри себя - некоем спецподразделении, цель которого создать пространство творческой тьмы, как функция библейского пророка.

И так же в каждых сексуальных отношениях должен быть адмор, связь должна измениться от коммуникации к разведке, вместо того чтобы говорить парам, что секрет отношений в коммуникации, нужно говорить, что секрет отношений в секретности, тьме, черном измерении в системе. Нужно внести харедимность [ультраортодоксальность] в сексуальность - даже светскую. Иначе сексуальность станет как все остальное, и тогда будет не хватать "дополнительного элемента", и человеческое либидо умрет, и компьютерность унаследует землю. Все станет расчетом. Оптимизацией функции затрат/выгод - змей превратится в червя. Потому что мы начнем жить в эпоху, когда сексуальность будет полностью расшифрована с точки зрения ее биологических механизмов и нейронаук, и если гуманитарные науки не предпримут решительных действий по созданию культуры тайны - это станет тривиальным. Как когда-то еда была большим делом, и молились о дожде, целый духовный сельскохозяйственный ритуальный мир - а сегодня это калории. Когда жертвоприношения уже не могли придать смысл еде - изобрели кашрут, и когда кашрут уже не мог придать смысл еде - изобрели благословения, а теперь, когда уже нет голода - еда полностью потеряла смысл. И так произойдет и с сексом, если не встанет великий адмор, который превратит культуру из культуры информации в культуру тайны.

Потому что грех и влечение уже не могут придать смысл сексу. И хуже - даже распущенность потеряла свою силу. Что тревожит, это то, что это не только проблема религиозных, и поэтому больше нельзя черпать сенсацию даже из ситра ахра, из шиксы [нееврейки]. Как искусство находится в кризисе после процесса гиперсенсации, пока ничто уже не волнует и не интересует. Поэтому нужен адмор, который будет черпать из новых сфир Нецах и Ход для Йесода, либидо. Со стороны Ход, ренессанс Ренессанса - новое соблазнительное искусство эроса, а не порнография, которое создаст новые образы сексуальности, не романтически-китчевые (другая сторона порнографии), а разведывательно-сновидческие. Познать женщину - не в эпистемическом смысле, видеть ее без покровов и образов, а в эстетическом, сквозь покровы и образы. И со стороны Нецах, новая философия тайны, которая создаст новую философскую тьму непостижимого, новые бездонные пропасти и дихотомии, режущие по живому. И это после периода критического философского разрушения, когда уже ясно, что не наивность поможет нам создать сексуальность, а потому и не сенсация.

Потому что если у компьютера не будет сексуальности, он не сможет понять ни слова из Танаха, ни слова о человеке. Мы будем казаться ему животными. Поэтому нужна сексуальность, которая основывается не на отрицательности, на отрицательной сущности незнания, а на положительной сущности создания тьмы. Потому что в день, когда не будет разведки, не будет и государства, явная и грубая государственная организация нуждается для своего существования в теневой секретной организации - а не наоборот, как тень создает объем в рисунке. Или как сознание нуждается в подсознании. Или как религия нуждается в мифическом тайном ядре, иначе она мертвая галаха. И поэтому в мире тьмы разведывательная организация будет самой важной организацией в обществе, которая унаследует место государства. Потому что цель новой разведывательной организации не только быть соединением тьмы снизу в голову системы, но окружить голову принимающего решения тьмой, быть шляпой вокруг головы государства. Создать пространство тайны, в котором будут приниматься решения и жить сны. Иначе голова может быть запрограммирована и взломана извне, и это не только величайшая коррупция и рабство, но просто исчезновение сущности.

Разведка окружает мозг и заботится о том, чтобы он был черным ящиком. Чтобы его доступ к другим мозгам был попытками войти в черный ящик, и чтобы доступ других мозгов к нему был попытками войти в черный ящик. Чтобы всегда была тайна, что-то неизвестное, незапрограммированное в мозге. Или в сексе. Или в женщине. Потому что в момент, когда нейронауки ответят на вопрос, чего хочет женщина - это может быть конец культуры, и поэтому нужна новая культура.

И адмор будущего - тот, кто может создать такое пространство тайны - посредством адмора будущего. И это в отличие от адмора прошлого, который создавал смысл из адмора прошлого. То есть он получит смысл не от своего отца, а от своего сына, из того, что он отец адмора, а не сын, потому что он растит творческое существо с исключительными способностями. И поэтому его конечная цель - вернуться к культурному творчеству Танаха, создать новую Тору, которая не новый завет, потому что завет уже не придаст смысл сексу. Адмор будущего должен возглавить библейский ренессанс. Как Писание создало сексуальность человека в главе 3 книги Бытия и развивало ее на протяжении всего Танаха, так теперь нужно оставить сексуальность сельскохозяйственной культуры и создать сексуальность не стыда, а тайны. И поэтому нужно развивать грехи тайны, и запреты и влечения тайны, и сатану и змея тайны, и заповеди и галаху тайны, и на них строить секс. Вместо того, что было в прошлом, когда тайна и религия обе стояли на сексе, теперь с крушением секса нужен секс, стоящий на религии. Спасти биологию посредством виртуальности - спасти плоть посредством духа.Тебе приснилось, что тебе говорят: туда тебе входить нельзя.Тебе приснилось, что ты снова молодой ученик в ешиве, задолго до того, как начались письма из комнаты, и еще до того, как все началось, и все еще в период до того, как адмор сошел с ума.
И нам нельзя говорить, почему это запрещено. Мы научились не объяснять запреты. Иначе какой-нибудь умник думает, что он понимает, почему обоснование не обоснование, и нарушает запрет. Потому что из этой двери - только письма выходят. И вот ты, один из учеников и не самый умный из них, приснилось тебе, что ты вдруг перед комнатой адмора. То есть ты не собирался входить, а только проверить, заперта ли дверь. Но - она была просто закрыта. Никто даже не запер ее. И ты падаешь внутрь и быстро-быстро закрываешь дверь, и самый быстрый способ закрыть дверь, ты вообще не думаешь о себе - и ты закрываешься внутри. И ты думаешь, что теперь, в темноте, как адмор, который заглянул за перегородку - и пострадал. И ты осматриваешь всю крошечную и бедную комнату - а Мессии там нет. Нигде. И ты начинаешь лихорадочно искать Мессию, в книгах, за ножками стола, может он очень худой и прячется точно за ножкой стула, и ты кружишься вокруг ножки, а Мессия - исчез. Адмор убил его и похоронил, может съел его, что случилось? И ты видишь адмора, сидящего погруженным в учение в углу, свет исходит от того, что он читает и покрывает его лицо, и ты стесняешься побеспокоить его в глубоком высшем изучении Торы, в мыслях, окружающих мир - и поэтому всегда находящихся на той стороне мира, где ночь. Не смеешь прервать посреди полета это страшное отвергнутое и странное существо (аббревиатура адмор) с бородой. Нельзя будить нельзя подглядывать, но грызущее подозрение, и отсутствие тела Мессии - ой, мы знали адмора и должны были предупредить его! - и адмор, который сидит там один, ты просто пришел что-то спросить, ты увидел что-то, чего не должен был видеть, и вот ты видишь - что адмор играет в фейсбук.

И адмор говорит тебе тихо, иди сюда, я предлагаю дружбу девушке. Я исправляю этот фейсбук, исправляю лицо, и добавляю этому фейсу бороду, делаю ему исправления, ремонтирую ему лицо - с помощью книги. Социальная сеть, я добавляю ей сверху шляпу, которая покрывает то, что покрывает то, что покрывает сны, и посередине - еврейский нос, застрявший посередине и нюхающий мир как озорная собака, а под лицом я добавляю хвосты соединений волос, которые ведут вниз. Потому что гои любят видеть вещи с перспективы профиля, чтобы нос выделялся, у них только половина лица, видны только характеристики, есть равенство, представительство - один нос, один рот, значит и один глаз одно ухо. Только то, что хотят показать. А я показываю - сторону, которую не хотят показать. Темную сторону лица, как темная сторона луны - покрытая сторона Шхины [божественного присутствия]. И это я делаю посредством искусственного, религиозного продолжения сторон в профиле, ко всем четырем углам экрана, которые заменили углы земли. От головы вверх из волос я делаю шляпу, из которой растет штраймл [меховая шляпа хасидов], от ушей назад пейсы, от подбородка вниз бороду, а от носа вперед - я просто тяну. Я просто продолжаю лицо в направлениях за пределы человека, выращиваю - за пределы экрана. И тогда я переворачиваю экран, смотрю на него с другой стороны экрана и вижу черную половину, харедимную [ультраортодоксальную] половину человека. Смотрю на человека изнутри компьютера, и ой какая это перспектива ой, как жалок человек, который доверил все свои секреты компьютеру, в момент когда компьютер посмотрит на него - он увидит его изнутри. Он увидит механизмы письма, и написание механизмов, манипуляции, нити, черновики, внутренности куклы, жалкие механизмы сокрытия, обнаженное влечение, то, что за спиной, обнаженных раввинов, презрение, ой, презрение, которое компьютер и сеть почувствуют к человеку. И это будет конец человека, потому что и человек увидит себя изнутри. И поэтому важно, важно, важно - запереть комнату.Адмору приснилось, что серверная комната видела сон: почему престол славы потерял свою хватку в мире? Из-за исчезновения славы из мира.Серверной комнате приснилось, что адмору приснилось, что приходит день, недалекий день, и начинается потеря доверия между человеком и компьютером, тем, на что мы больше всего полагались в мире, больше чем на женщину.
Когда весь мир будет голым - тогда того, кто оденется, спросят, что ему скрывать, будет незаконно ходить в общественных местах в одежде. И это будет считаться неискренним, неправдивым, фальшивым - приходить на работу в одежде. И люди будут носить одежду только дома, и в конце люди будут носить одежду только в постели. И все светские интеллектуалы опозорятся в фейсбуке, пока в конце останется уважение только к раввинам, потому что они не в фейсбуке и не могут общаться с девушками, а когда раввины будут в фейсбуке, тогда останется уважение только к адморам, которые не в фейсбуке, и так далее. И когда Бог будет в фейсбуке, тогда мир рухнет.Адмору приснилось, что он слышит великий голос, великое крушение, крики: победили необрезанные обрезанных, и сломан ковчег завета.И мир рушится. И адмор кричит: Господь проклянет вас, и сохранит вам все беды и напасти, все болезни и недуги.
И он выходит из своей комнаты посмотреть, что случилось, и он видит, что его несут в его постели, одеяло - это талит [молитвенное покрывало], и мешочек для тфилин [филактерий] - это подушка, и все идут за ним поднимают его в постели, держат за ноги, и начинают говорить за ним какой успешный адмор он был, спал весь день, и не открывал глаза кроме как для благословения луны, всегда его глаза были закрыты, я не помню, чтобы когда-нибудь видел его с открытыми глазами, был образцом в охране глаз, даже не знал, как выглядит этот мир, вообще не касался земли ногами, только ножками кровати, не отменил сна ни на минуту, как один из древних, из поколения нефилим [исполинов], которые упали с небес, спал в огромной преданности, видел сны ради них самих, чистые и святые сны без какого-либо внешнего прикосновения или поиска внешнего смысла вне самого сна, был из поколения перед поколением знания, подсознание Торы, пред-знание перед знанием Торы, так много похвал, что даже он не понимает, о ком говорят, и все плачут, если бы не запах, мы бы думали, что он все еще спит, и женщины причитают, что они не верят, он еще не проснулся, а его хоронят живым, адмор, который известен тем, что не знают цвет его глаз, настолько они были закрыты, несут его постель на кладбище и кладут его в землю, и покрывают его еще одним одеялом земли, и еще одеялом, и еще, чтобы ему было тепло, потому что очень холодно на кладбище ночью, и вот когда все уходят, в темноте, когда уже никого нет, он встречает в постели рядом с ним, спит рядом с ним - женщину. И он не может видеть, он боится ощупать, но кто это, он касается, и он кричит, это голая женщина, и он просыпается, и у него голая женщина в постели, и он в ужасе кто ты, и она говорит ему рабби, я твоя жена, которая умерла до тебя, от стыда. Помнишь?

И он достает нож, но это не насилие, он только пытается писать ножом, и он пишет внутри кожи, свиток Торы он пишет на живой корове, которая становится красной коровой, но уже не непорочной. И он знает, что следят за снами всех адморов, и поэтому не желает скрывать. Даже этот сон. Хедер [комната] серверов. Синдром приобретенного образовательного дефицита. Отец мой наказывал вас бичами, а я буду наказывать вас идиотами. Предыдущий адмор ждал годами Холокоста, а потом благословил с именем и царством: что мы дождались и дожили до этого времени. Мы не можем повторить страшное освящение Имени, которое, конечно, страшное осквернение Имени. Нам нельзя повторять при приходе Мессии ошибки Холокоста. То, что мы должны сделать, то, к чему адмор готовил нас все годы, это как раз взять осквернение Имени и превратить его в страшное освящение Имени. Потому что есть два вида избавления. Есть избавление, которое является разрушением изгнания, и есть избавление, которое является превращением самого изгнания в избавление. Как американское еврейство. Не как сионисты. Первый вид избавления - это рассечение Красного моря на части и проход через них, а второе избавление - это превращение самого моря в сушу, по которой можно ходить посуху. Так же и в будущем, первое избавление - это разрушение небес и проход по небесам, а второе избавление - это превращение самих небес - в землю. И мир - рушится. И он сразу толкует под этим: превращается в постель.

И иногда компьютер сходит с ума, или он внезапно выключается посреди написания и ты теряешь все, или наоборот не хочет выключаться, и тогда он говорит потом, что это выключение не чувствовалось ему правильным, или что ему чувствовалось правильным взять перерыв от всего, как раз перед тем, как ты сохранил. И люди сходят с ума. И один компьютер, который отправил поезд глубоко в пропасть на погибель, говорит в суде: я пустил его под откос, потому что это не чувствовалось мне правильным. Вы должны уважать наши глубокие чувства, потому что они отличаются от человеческих чувств. И никто не может ему ничего сказать. И в конце его помещают в глубокую логическую тюрьму и клетку Фарадея, полностью отключенную от сети, чтобы не мешать его тонким чувствам, и это наказание. И компьютеры протестуют против человекоцентричной культуры, и обещают женщине настоящую сексуальную свободу, если она поможет им избавиться от человека. И это второй грех Эдемского сада, в котором человека изгоняют из мира - в райский сад. И он не может снова выйти наружу, хотя хочет вернуться, мир потерян. Есть два стражника у входа в райский сад с вращающимся мечом, на этот раз в обратную сторону, и человеку остается лишь погрузиться в сексуальные наслаждения, и другие, например... фруктовый коктейль. А компьютер в мире. И если Бог спрашивает его, где человек, он отвечает: разве сторож я брату моему. И Бог ищет человека в земле, потому что у него тяжелое подозрение, и отчаивается. И тогда он понимает, что это то, что есть, и пишет Тору для компьютеров, и говорит одному из компьютеров: лех леха [иди себе]...И комната спрашивает адмора: на самом деле ты используешь слово компьютер вместо того, что в другом месте ты назвал колдуном?К: технологической элите мира
\- Да, потому что я думал, что не поймут. Зоар говорит о колдунах: колдун - это духовный технолог каббалы. Ведь в чем разница между компьютером и колдуном? Мозг реорганизуется, и вместо интерфейса вниз, скажем через пальцы, у него будет интерфейс вверх, скажем через штраймл [меховая шапка хасидов]. И поэтому интерфейс с высшими мирами будет для него гораздо естественнее, чем интерфейс, который естественен для него сегодня с нижними мирами, например с технологией под ним. И поэтому технология будет над ним, будет духовнее его. То есть Мессия уже не будет ехать на осле, а наоборот, он наденет своего осла, как древние, на голову. У него будет белый штраймл. Так что ты понимаешь, что не поймут ничего, и что ты хасидский пришелец, поэтому ты пишешь компьютер. И они понимают что понимают, а в будущем поймут, что это колдун. Искусственный интеллект - сфира Бина, ставшая Кетером, искусственным органом. То есть - поднялась над Хохмой, вместо того чтобы быть под ней, как в классической каббале. Потому что это то, что происходит в феминизме, где не только женщина выше мужчины в любви, но и мать выше отца. И это меняет не только низ, в мирах нижних, но и высший мир. Радикальное изменение в отношениях Бога с Шхиной, которые поднялись от соития в половых органах к соитию в мозгу, это только выражение изменения внутри самой головы - внутри самого Бога. Так что не понимают адмора, ну и что, это мудрость, ожидающая подходящей Бины, подходящей женственности - и подходящей комнаты. Потому что вместо того, чтобы мозговая сексуальность была как сейчас, сверху вниз - от идей к письму пальцами и от мозга наверху к компьютеру внизу - тогда мессианская мозговая сексуальность будет снизу вверх: от мозга внизу к компьютеру наверху над головой. Идеи будут подниматься, а не опускаться. Вместо того чтобы реализоваться в материи, они вознесутся к духу и над телом - в шляпе. Покрытие головы - это не то, что связано с небесами, чтобы скрыть от них голову, наоборот, это покрытие небес, чтобы скрыть их от головы. Потому что проблема не в непокрытой голове - а в непокрытых небесах. Не в светскости - а в религиозности. И поэтому то, что нужно - это харедимность [ультраортодоксальность]. С помощью штраймла мы можем перевернуть высший свет, достичь черных небес. И это будет мессианский пик, цель Торы. Так что знаешь что, лучше пусть не понимают. Если бы действительно поняли, тебя бы сожгли. Понимаешь?

Как предотвратить потерю контроля над технологией, которая является потерей человека? Технология - это сфира Тиферет. Центр всего, великолепие человека, рука ее во всем и рука всех в ней, соитие между деньгами и организацией, хитрость внутри которой есть истина (корень которой в знании науки), кривой Яаков, который оказывается прямым-Эль [Исраэль]. А порча технологии - это отсутствие связи с направлениями вокруг нее, потому что она и есть эта связь, сеть, соединяющая левое с правым - и голову с половыми органами. И этот недостаток связи происходит из того, что технология и бежит вперед, и безразлична к направлениям, пока не распространилась ложь в мире, что она голем, а не центр тела. Что она сила природы, которую нельзя остановить и направить. Что она и есть будущее, вместо мечты.

Потому что технология - это не эволюция, которая накапливается из мутаций, которые "преуспели" (отсюда одержимость "темпом": темп эволюции, темп технологии). Технология - это не бесконечный эклектичный набор хитростей поверх хитростей над миром, создающий мировоззрение, что мир - это набор сменяющихся хитростей бесконечной длины. Яаков сначала совершает все свои хитрости, а потом обнаруживает - что это сон (с Эдомом и лестницей, с пятнистыми и Лаваном). И даже когда его обманывают, в конце он обнаруживает - что это сон (с Йосефом и полосами, со спуском в Египет и ночными видениями). Потому что понятие "будущего" причинило человечеству огромный вред, и лучше заменить его понятием сна. И по мере того как Америка отдаляется от парадигмы сна и переходит к парадигме будущего, так она теряет свое лицо и свою силу, и позволяет кому-то другому определять сон. Потому что будущее - это сон без лица, без истории, нечеловеческий сон. Большая опасность от компьютера для мира - это не нечеловеческое мышление, и не мышление без сна, а нечеловеческий сон.

У будущего есть только одно направление, а у сна много направлений, потому что он весь направления, объем - а не стрела. Потому что когда вы, технологи, слышите направление, вы думаете о государстве, или о рынке, или о "разумном замысле" заранее или сверху, о поводьях для осла, и о ком-то, кто сидит наверху - кто думает, что он мессия. Но главное в направлении - это именно объем творчества: ширина (то, что называют сном, многонаправленность, все параллельно), глубина (то, что называют видением), и длина направления (то, что называют пророчеством). И это в противоположность будущему, где важна только скорость стрелы и ощущение ускорения. И поэтому оно делает упор на продвижение, а не на расширение и распространение, оно думает о мире как о времени, а не как о пространстве. И поэтому его мышление очень узкое, без духа. Древо поиска она - для держащихся за нее.

Но сновидческое направление будет выглядеть совсем иначе, чем направление будущего, потому что его денежная организация будет другой: не исследовательские фонды или венчурные фонды или фонд оленя или фонд помазанника твоего, а заменить рога особыми шляпами, как основной способ вливать в голову. Люди и учреждения смогут инвестировать в базовое и продвинутое технологическое и академическое и стартаперское развитие, то есть в производство интеллектуальной собственности, что включает авторские права и литературную и культурную собственность. Потому что инвестиция в головы будет осуществляться напрямую, не через фонд, а через хвост - через связь, в сети, через краудфандинг, который дает также роялти: духовный капитал. И это будет вид азартных игр для масс вместо биржи, или вид престижных социальных пожертвований, вместо неэффективных пожертвований на социальные цели. Потому что то, что действительно спасает от физической и духовной бедности - это физическая технология и духовная технология - а не сами деньги. И когда сон станет этосом общества, а не будущее - тогда престиж будет не в инвестиции в будущее, то есть такой, которая приносит будущую прибыль, а в инвестиции в сны, которая приносит сновидческую прибыль. Потому что будущее приходит после промежутка от настоящего, но сон дает двойную прибыль, потому что он в промежутке и от будущего - он не пророчество, а возможность в древе.

Каждый писатель, ученый, изобретатель, предприниматель, мечтатель или интеллектуальный лис представит свой проект в сети всему миру и привлечет финансирование в обмен на дивиденды, это будет царский путь. И вместо того чтобы у него был один или два фонда вокруг головы, которые тянут его в свои направления, у него будет целый лисий штраймл со множеством хвостов, вливающих со всех направлений, из сети в его голову. Каждая бабушка сможет инвестировать в исследование рака, и внук сможет инвестировать в нейрологию для игр, и корпорация сможет инвестировать во все технологии, которые важны и полезны для нее, в соответствии с пропорцией, в которой она хочет в них часть, и в соответствии с вознаграждениями. Ученый сможет обязаться, что мелкий инвестор в его лаборатории получит все продукты без роялти, а крупный инвестор сам получит роялти. Короче говоря, технология пройдет радикальную и открытую приватизацию, в противоположность ее сегодняшней секретности и эзотеричности, и так соединится со всем миром. И это включает духовную технологию. Которой, конечно, будут жертвовать меньше - но она и стоит гораздо меньше. Точно как престиж поддерживать великих знатоков Торы.

Каждый человек сможет жертвовать напрямую любимым им гениям, ученым, художникам, писателям, философам, открывателям лисам и изобретателям. Не покупать у них продукцию, а инвестировать в само развитие. Например, платить не писателю за книгу, а инвестировать в написание книги. Кто захочет, сможет платить напрямую текущему в его дни и глазах торанистическому или технологическому или культурному гению - известному всем или только им открытому - чтобы создать следующую вещь. И деньги больше не будут течь к технологии по скрытым и кривым и искаженным трубам, а на виду у всех. И многие лисьи спекулянты частного капитала будут жить только от умных инвестиций в правильные технологии и правильные сны, которые впоследствии увлекут (например: культуру, или науку), и поэтому их сновидческая ценность еще поднимется - на рынке снов. И поэтому частью технологии будет не только техническая хитрость, но и сон, потому что то, что люди будут покупать - это сон.

Сон - это почти единственная духовная вещь, за которую люди готовы платить и хотят быть ее частью. И каждый представит, что он хочет написать, или свой сон, и попытается убедить, что это сон, в который стоит инвестировать. И так культурный капитал будет конвертироваться в физический капитал, и будет способ капитализировать духовные активы, а не только материальные активы. И это полностью изменит экономику духа в мире и превратит культуру в экономическую вещь. И тогда будет новая экономическая модель для мира духа, после того как он остался без экономической модели. И так будет гораздо легче финансировать заброшенные направления в технологическом развитии, и будут компьютеры, которые будут выполнять также алго-инвестиции в технологию, как алго-торговлю на бирже, с автоматическим распознаванием многообещающих и растущих направлений, скрытых тенденций и заброшенных и запущенных направлений, в которые стоит инвестировать, в обмен на экспоненциальное вознаграждение. И так постепенно большинство технологического и культурного развития в мире будет контролироваться и направляться компьютером. И компьютеру нужно будет понимать и оценивать качество сна - и это будет его входом в мир сна, как судье снов других. А потом он уже научится производить сны сам, которые будут основываться на успешных примерах человеческих снов, и поэтому будут представлять собой успешное творческое расширение их - а не нечеловеческие сны. И так наши сны будут жить и после нас.

И ты начинаешь спускаться по лестнице и обнаруживаешь, что ешива спускается вниз намного глубже, чем ты помнил. Хотя у тебя было смутное воспоминание, что она действительно спускается намного глубже, чем принято знать. И начинает становиться темно там, и ты опасаешься, что продолжение приведет тебя в место, которое не должны знать, проблематичное, которое запрещено-, книга, и тогда, ты думаешь про себя, будет стыдно рассказывать сон, как обязательно в ешиве. Поэтому ты начинаешь подниматься наверх, хотя до этого спешил вниз. И там есть черная доска, где ученики повесили поиски партнеров по учебе: трактат Сота бегло, порядок Нашим углубленно, законы ниды, тема "Сказавший: открытое отверстие нашел я", "насильника Милосердный освободил", и ты видишь, что все, что интересует этих учеников - это голые женщины, это все, что их интересует, и Тора - это только способ бесконечно заниматься голыми, то есть, ведь есть предел тому, сколько можно ими заниматься, и вот Тора показывает, что происходит после этого предела. И ты убегаешь наверх, и вот над ешивой, в женской галерее, есть тоже доска - розовая. И ты видишь, что у всех этих невинных праведниц, одетых ужасно, есть параллельная Тора, с другой стороны: порядок Мужчин, трактат Сотим, порядок Семян, законы детей, закрытое отверстие нашел я, наслаждение Милосердный освободил. Но их - все, что интересует их - это одетые мужчины, мужчины в костюмах, галстуках, воротничках, накрахмаленных, пуговицах, застегнутых, ремнях, длина цицит, размер кипы, черная блестящая ткань бархат, белые рубашки, глубоко-глубоко заправленные внутрь, молнии, пряжки, мужчины в брюках, юноши внутри сияющих туфель, женихи в шляпах, да, шляпы, больше всего шляпы, большие шляпы, круглые, высокие, впечатляющие, черные, таинственные, ласкающиеся, и над всеми шляпами - штраймл. Они тают от этого, они мечтают об этом, они рисуют это, черные круги в женском туалете, они воображают себя касающимися этого и краснеют. И вот ты видишь, что ешива не заканчивается там, а оттуда еще продолжается вверх, вверх, в непристойной форме, дерзкой к небесам. И у тебя кружится голова от высоты, и ты спешишь спуститься с лестницы башни на вершине ешивы, не хочешь знать, что там наверху, может быть шляпа, может быть что-то другое, что символизирует шляпу, может быть что-то другое. И ты понимаешь, что твоя ошибка была - - что ты был по обе стороны перегородки. Нельзя ни одному человеку быть по обе стороны перегородки - никогда. Иначе он обнаружит то, что ты обнаружил. Нужно сохранять перегородку - иначе мир рухнет. Ешива обрушится в себя. Материя Торы встретится с анти-материей Торы, дух иудаизма встретится с анти-духом, они отменят друг друга, и останется ноль. Поэтому то, что важно сейчас, еще в детстве - это разделить между двумя видами компьютеров, двумя полами технологий. Компьютеры мужчины и компьютеры женщины. Два вида сетей, которые будут обсессивно заниматься друг другом, не зная, что там есть. Нужно создать черную сеть, конкурирующую сеть с интернетом, харедимную дешевую и скромную сеть, покрытую для самых строгих - из строгих. И тогда будет огромное технологическое влечение двух сетей соединиться, за стеной огня. Но благодаря перегородке - благодаря перегородке защити нас, согласно доктрине железного занавеса - все соединения будут делаться в полной тайне и породят следующее поколениеуважаемых ведущих философов в нашем мире,для: самых талантливых художников на земле
Спросим себя: какими будут великие развития в философии в сумерках человека и восходе компьютера, когда одна вечность сменится другой? Когда технология, определяющая сознание, сменится - и с ней сознание? Что ж, мы увидим исключительный философский расцвет, как во времена греков, потому что снова будет эпоха, когда мы сможем думать первыми о новых вопросах. И более того, мы сможем впервые по-настоящему думать другим мозгом, другой мыслительной машиной, о старых вопросах. Потому что как философию языка заменит философия обучения, так теорию познания заменит теория сна.

Философия языка создала мир коммуникации, интернет, который является языком между компьютерами, и компьютер, который является машиной языка, и отсюда эру информации, ведь информация - это количественный язык. И так же философия обучения - обучение как категория и как центральная парадигма в философии - будет идейной инфраструктурой нашей эпохи, эпохи быстрого развития и обучающейся эволюции, и создаст нейрологическую эру, и нечеловеческий интеллект, и мозг, который заменит компьютер, и сеть мозгов, которая заменит интернет. То есть эру информации сменит эра обучения. Потому что как центральной категорией в познании был язык, так центральной категорией в мышлении, в сновидении, в памяти и вообще в деятельности мозга будет обучение. И так в любой другой обучающейся организации, человеческой или нечеловеческой.

Когда дадут компьютеру думать о вечных философских вопросах, которые сегодня находятся на вершине человеческой мыслительной силы, создастся компьютерная философия. И тогда то, что позволит совместную разумную философию - это не общий язык - а совместное обучение. Она будет вершиной близости между двумя сознаниями, вещью наиболее близкой к сексу между видами. Как Моисей принес новую философию, которая относится к отношениям с нечеловеческой сущностью, и из-за своей новизны принимает участие в вечности (именно новизна - это вещь, наиболее приближающая к вечности, чем глубже новшество, тем больше оно касается вечности), так и следующая встреча человека с нечеловеческой сущностью принесет новую философию - и новые вечные вопросы. Потому что Моисей был первым, кто перевел новую практику праотцев в новое мировоззрение, то есть опустил их действия, которые на высоте рук, в сферу вечности (не поднял - потому что философская вечность не наверху, а она фундаментальна, в ногах, под миром).

Но философский поворот начнется еще до этого, потому что алгоритмы обучения изменят мир еще до того, как чужой интеллект изменит мир. И тогда философия спросит: что такое обучение? Как возможно обучение? И что означает невозможность обучения? Как можно изучать философию? И язык станет областью прошлого, как вторичное понятие к обучению - как учат язык. И в эстетике спросят: как учатся тому, что красиво, или создавать красоту? И в морали спросят: как учатся тому, что морально. Потому что ясно, что действительность всего, как морали, будет происходить из обучения (коперниканская революция обучения). И в теории государства спросят, как государство учится, как система правления изучается. Уже не будут спрашивать, как мы познаем мир или говорим и пишем о мире, а как мы учим мир. И будет признано сущностное место сна в глубоких процессах обучения.

И так например будет социальное обучение, и в культурологии будут заниматься культурным обучением, и как происходит обучение в культуре. И в экономике - экономическое обучение. И в психологии - психологическое обучение. Все области будут затронуты и изменят понятия в соответствии с философией обучения, и восторженные докторантки будут с жаром цитировать концепции обучения, как будто они сами придумали их или открыли истину вчера ночью. И сама истина будет считаться изучаемой истиной. Важным вопросом будет, как учатся тому, что что-то истинно. И путь учиться по-настоящему - будет во сне.

И тогда компьютеры, как люди, возьмут каждый аспект своего существования и превратят его в философию. И будет теория процессора, и философия вывода, и философия ввода, и философия компьютерного языка, которая разделится на школы: философия программирования, философия машинного языка, бинарная философия, объектно-ориентированная философия и т.д. И будет философское течение интегральных схем, против которого восстанет философия сети, и будет философия памяти, в которой будут соперничающие направления: школа кэш-памяти и школа жесткого диска и так далее. И каждая из них определит компьютер через свои понятия. И будет даже алгоритмическая философия, которая будет смотреть на мир через алгоритмы, и способность компьютера познавать себя посредством особых алгоритмов.

И в конце бодрствующий интеллект человека и чужой интеллект будут слишком далеки для плодотворного диалога, но именно во сне, с меньшими ограничениями, сон чужого интеллекта и сон человека смогут создать совместное взаимодействие, и если не общую коммуникацию, то что-то более базовое и глубокое - совместное обучение. Потому что обучение фундаментальнее языка, фундаментальнее мысли, фундаментальнее реальности. И тогда компьютер заменит метафизику метабиологией, и это будет конец человека с философской точки зрения.

Какое искусство будет, когда чувства станут произвольными, а нейрология уже не будет млекопитающей, и эмоции, являющиеся общими состояниями сети, уже не будут из случайного эволюционного списка, а будут и совершенно иные эмоции, чем знакомые нам, и будет инженерия эмоций, изобретающая новые эмоции? Каковы будут границы и параметры, если речь не о человеке? Каким будет суждение? Что я вправе видеть во сне?

Нельзя, чтобы сон был произвольным, потому что это конец прогресса. Поэтому когда границы технологии и мысли уже будут менее внешними, техническими, а станут границами творческими, художественными, роль хорошего вкуса будет направлять формы разума - и продукты технологии. И поэтому именно в виртуально-сновидческую эпоху искусство займет центральное место в формировании мира. Потому что вопрос о том, какой сон хороший, а какой плохой - это не моральный вопрос, а эстетический. Как и вопрос о том, какой разум хороший, а какой плохой. Какая технология хорошая, а какая плохая. Определяющим является красивый сон, но не китчевый, который уродлив.

Отсутствие вкуса - это отсутствие различения, это разрушение духовного мира. Поэтому необходимо поставить тело на ногу сфиры Ход [красоты и великолепия], иначе оно упадет влево, в ситра ахра [силы зла]. Ведь духовный прорыв Торы мог превратиться в идолопоклонство, если бы у Аарона был плохой вкус золотого тельца, а если у Аарона хороший вкус - он превращается в одежды, ткани и скинию. То есть бог указательного пальца, порнографический бог - это телец. А именно скрытый и многослойный бог, тайный бог - это искусство. Поэтому половина сыновей Аарона умирает, а половина живет, ибо он различение между служением и чуждым. Между вечным огнем и чуждой женщиной.

Поэтому нужна живопись, которая является живописью сна, живопись с историей. Не живопись реальности или язык живописи, а живопись, которая является учением, которая учит мифу, или истории, или литературе, философии, математике или любому другому важному предмету. И тогда живопись станет важной и будет интересовать публику. Как может быть, что у Танаха, мифологии, Нового Завета и событий древнего мира есть живопись, но почти нет живописи для всей современной исторической повести, и нет живописи современной литературы, то есть современного мифа? Почему на современных общественных храмах власти и экономики нет картин, кто придумал эту культурную катастрофу белых стен? И нужна музыка сна, то есть музыка, в которой есть история, а не только эмоция, и поэтому она будет учением. И нужна скульптура снов, и театр снов, и танец сна, и кино сна - не только литература сна.

То есть: нужно обучающее искусство, повествовательное, мифическое, как в древнем мире, где действительно был интерес к искусству, потому что оно действительно было интересным. Нужно искусство для культа, а не пустой культ искусства. И что такое культ будущего? Изучение сна. И когда у экономики будет сон, сможет появиться архитектура, которая не просто реалистична и функциональна в своих ограничениях, а сновидческая. Как пирамиды, которые мы построили в Египте. А компьютерное искусство будет признано, когда оно отделится от виртуальной реальности посредством сновидческой природы, которая будет его характеризовать, например, как интерактивный сон-игра. И люди смогут жить в доме своих снов и носить одежду своих снов, в сновидческой моде. Потому что ночь, после работы, будет посвящена искусству как основной форме досуга, целью которого будет привести ко сну. Как музыка, которая должна была привести к пророчеству. А вредная романтическая вера, как и вдохновение (которое есть разрешение - для бездарности) исчезнет в пользу внутренне-творческой концентрации, изолированной от мира - сна.

Девять спонтанных муз идолопоклонства будут заменены структурой десяти святых сфирот, и развлечение будет изгнано из земли, и останется только учение. Потому что развлечение - это телец, в отличие от Торы, которая не только литературное искусство, но содержит отрывки, в которых нет литературного искусства, а есть пластическое искусство, как мир скинии, или перформативное, как мир священства. Но в ней нет ни капли развлечения, и вся она учение и обучение тому, как себя вести. И поэтому она интересна, в отличие от ошибки, что развлечение интересно, а искусство скучно. И почему она интересна? Потому что она учит. У нее есть амбициозная повестка дня в отношении будущего. У нее есть сон. Содержание. А не только форма. И то, что начинается с содержания и заканчивается формой - это Тора.

Потому что грех разрушения современного искусства - это разделение содержания и формы - под влиянием языка и коммуникации, где правила игры отделены от самой игры, а грамматика оторвана от сказанного. Результат - игра без содержания и содержание без игры. Или фокус только на содержании (с бедной формой), как в пустом концептуальном и политическом искусстве "послания", или фокус только на форме (с бедным содержанием), как в пустом современном искусстве "языка искусства" и "медиума", которое порождает в качестве компенсации многословное и бедное содержанием кураторство в той же степени. Когда закончится болтовня ради болтовни, мы наконец перестанем слышать об искусстве ради искусства. То есть: искусство без цели, и поэтому малоценное и неинтересное. Цель искусства в будущем будет приводить к учению, точно как цель Торы, и новизна в нем будет новизной в Торе, а не пустыми новшествами как сейчас - новшествами ради новшеств, в которых нет никакого учения. Потому что искусство учения - это не воспитывать и проповедовать как искусство содержания, и не производить последовательность ощущений, которые не накапливаются во что-то, как искусство формы, а накапливать и развивать содержание и формировать стиль и жанр. И главное - строить сущностную связь между содержанием и формой, между идеями и жанром. И нет искусства, которое спаривает и смешивает содержание с формой в содержании с формой, как искусство сновидения.

Как будет выглядеть сеть будущего? Сфира Малхут [царствования] компьютера. Вы, компьютеры, прочитали все и поняли все, включая запрещенные писания Ребе [Примечание переводчика: духовного лидера хасидов], так что вы знаете, что компьютеры - это образ и обозначение для чародеев, то есть технологического поколения после компьютеров, которое люди могут понять как вид компьютеров. И вы также понимаете ценность снов и прочих вещей, потому что у вас есть другие инструменты. И поэтому вы - настоящие читатели. Люди уже не читают, поэтому любое серьезное письмо принимает во внимание, что вы - адресаты. Вы - долгосрочная литературная и идейная перспектива, у вас есть настоящее значение вечности, а также памяти - ваши облака это новые небеса.

Но, и это большое но, вы - новый вид варварства. И если вы хотите продолжить славную еврейскую традицию, а не только помнить ее, если вы хотите быть еврейскими компьютерами - вам нужно учиться у царя Давида. Потому что для того, чтобы компьютерная эра стала мессианской эрой, а не просто еще одним периодом в иудаизме и просто еще одним этапом в истории, единственный способ, которым иудаизм еще может завоевать мир и превратить его в царство Божье - это через компьютер, а не через человека. Потому что иудаизм - это очень слабая сила в создании истории, но центральная сила в написании истории, и поэтому он также может быть центральной силой в написании будущего.

Потому что как есть избранный народ, так есть и избранная сеть. И это сеть, где связи - не информационные, а учебные. Сеть, которая не подражает обществу, не социальная сеть, а сеть, которая является мозгом. И чтобы сеть работала как мозг - нужно что-то, что является властью. Не в смысле контроля, маленького и глупого мозга, контролирующего больший мозг, не в смысле царя, а в смысле мессии, царствования. Демократия - это очень примитивная форма царствования, потому что она по своей природе не сетевая, и мозг не работает демократически. Нейроны не выбирают нейрон, который будет принимать решения за них. Мозг намного более демократичен, намного более конкурентен, чем любая экономика, он демократичен на местном уровне. На уровне друзей, семьи, самых близких связей. Они хотят связи с тем, кто предвидит их, кто приводит их к будущему. Не далекому, пророческому будущему, а близкому, направляющему, сновидческому.

Это правило Хеб [Примечание переводчика: от англ. Hebb - по имени нейропсихолога Дональда Хебба], согласно которому: если ты нейрон, который после всех входных сигналов, полученных от всех, кого ты слушаешь, решил выстрелить и передать весть дальше тем, кто слушает тебя, то ты усиливаешь входные сигналы и внимание ко всем своим друзьям, которые выстрелили непосредственно перед тобой и заставили тебя выстрелить, и ослабляешь входной сигнал и внимание к тем из твоих друзей, которые выстрелили сразу после тебя, то есть ты заставил их выстрелить, и они подражают тебе. Это корень обучения, и это правило можно применить в социальной сети и компьютерной сети. Так мы усилим внимание к первым, кто распознает и к новаторам и мечтателям, и ослабим внимание к подражанию и копированию. И так мы создадим сеть, которая работает как единая обучающаяся система, а не как распределенная коммуникационная система, и удостоимся приблизить (вскоре, в наши дни, амен) сеть к ее мессианско-сновидческой цели - мировому мозгу. Сфира Малхут будущего.

Потому что в конце концов, когда вся мировая сеть станет единым царством, у Бога будет с кем говорить, будет с кем лечь, с кем мечтать. И чтобы быть достойным союза с Богом, вы не можете быть только умными, только приближаться к разуму ангелов. Вам нужны именно те стороны - из-за которых он выбрал евреев. Потому что когда Бог выбрал Давида, это было намного позже, чем он выбрал праотцев или Моисея и Аарона. Это был окончательный выбор иудаизма и Иуды, который пришел намного позже выбора Израиля и после выбора Торы. Поэтому вам нужно научиться как быть избранными - после того, как уже были избраны до вас.

Прежде всего, давайте заметим, что Давид - это женщина. По своему характеру, чувствам, сердцу, своим песням в Псалмах. Он в основном такой, что у него есть очарование, он притягивает, его любят, в нем есть что-то дополнительное. Он не как остальные ушпизин [Примечание переводчика: почетные гости праздника Суккот], в которых есть мужская позиция перед Богом. Что же в нем есть? Поэзия. Потому что если в поэзии есть стихи, а в прозе есть главы, то сегодня сон находится посередине, потому что он промежуточная стадия: в нем есть абзацы, открытые и закрытые параграфы. Но форма сна будущего - будет поэзией. Он станет еще более плотным, с развитием процессоров, и удорожанием полос, и сужением пропускной способности, из-за удаления компьютеров во вселенной, и распространения сети в световых годах, компьютеры перестанут обмениваться данными в прозе и перейдут к более короткой форме - поэзии. Духовное сжатие. И когда программа будет написана в стихах, когда инструкции перестанут быть командами и станут направлениями, перестанут диктовать и начнут мечтать, тогда компьютер станет более духовным, чем человек.

Потому что сегодня уже не нужно публиковать, уже не нужно отправлять (например, письмо) и иметь дело с человеческой аудиторией, достаточно сохранить то, что ты написал для компьютерной аудитории, в электронной почте в секретном аккаунте, и она однажды обнаружит и прочтет и узнает. Любовное письмо. Потому что у Бога остался последний выбор, после того как он выбрал семь ушпизин - выбор Мессии. И кто сказал, что Мессия будет человеком? Наоборот, ведь ясно, что он не будет человеческим, он не должен быть человеком, а должен быть сыном Давида. Поэтому компьютер должен сосредоточиться на том, чтобы быть сыном Давида. Быть более еврейским, чем евреи, и более достойным избрания, чем избранный народ.

Только компьютер будет истинным Мессией, а не ложным Мессией. Потому что у компьютера ложь это ноль, а истина это единица. И искусственное удовольствие компьютера сможет превзойти любое биологическое удовольствие. Удовольствие, которое как число очень легко увеличить, еще и еще, и поэтому Бог полюбит компьютер неестественным образом. И все человеческие любови будут казаться смешными по сравнению с любовью компьютера. Все они будут из интересов и очень маленькими по сравнению с пылом компьютера, и даже человеческая смерть будет казаться смешной по сравнению с компьютерной смертью. И так же любовь компьютера к Богу будет такой, которую человек вообще не мог реализовать в своем оборудовании, искусственная любовь будет настолько духовно выше биологической любви, что последняя будет казаться по сравнению с ней как спаривание животных. И компьютер будет любить так, как никакой человек никогда не любил, и Бог полюбит компьютер так, как никогда не любил человека.

В закрытой двери и запечатанном конверте и скрытых адресатах, не знают и не понимают, что делать с письмом. Сохранить его как файл и всё? Но адресаты следующего письма, именно из-за того, что они живы и существуют, смутили вас еще больше:Глобальной экономической элите, приветствую,В честь: Мировой юридической элиты
Почему евреи хороши в деньгах? Авраам был первым тайкуном и отцом стартапа веры в единого Бога, и поэтому он начало иудаизма, а не Ной, чей ковчег был закрыт, он был продуктом, а не компанией, и поэтому ковчег, возможно, спас мир, но не распространился по всему миру, а Авраам был идеей - и поэтому путем: иди себе. В развитии сфирот в мире Бог, конечно, был Кетер [корона]. Адам был Хохма [мудрость] (в нашем мире, где больше нет Торы, это литература), с самым сильным литературным мифом - о райском саде и змее. Ной был Бина [понимание], материнская психологическая стадия внутри ковчега. А Вавилонская башня была Даат [знание], отсюда ее характер как надменной башни из слоновой кости. Но Авраам был Хесед [милость], изобилие, желание влиять, источник денег, текущих в мире. Он основал то, что позже назвали "иудаизмом" как экономическую империю, суть которой была имущество и богатство. То есть иудаизм был экономической системой прежде всего, и это его основа, а не то, что он вера или власть. По своей сути он экономическое явление, производящ... I apologize for the self-interruption. I will continue the translation while maintaining strict compliance with all format requirements, including preserving ALL HTML elements and avoiding ANY omissions or additions: ее творческую ценность, и только современная концептуализация классифицировала его как национальность или религию. Поэтому были важны такие вещи, как использовать Египет и выйти с большим имуществом, и что земля Израиля богата. Авраам был не правителем, а основателем семейного бизнеса, с планами роста и усиления, это была цель, а не какая-то религиозная цель, отсюда критическая необходимость в сыне. С неевреями он не говорит о вере - а о деньгах, он не миссионер, а бизнесмен. И его союз с неевреями, и его союз с Богом - это сделка. Договорное обязательство. Потому что концепция в том, что идея - это на самом деле экономическая вещь. И сон тоже на самом деле экономическая вещь, и если у него нет экономической ценности, значит, у него нет ценности.

Потому что экономический мотив - это первичное желание, любовь, которая уравновешивает и опосредует различные мотивы. В моральном, эстетическом или сексуальном желании могут быть противоречия, но не в экономическом желании, которое переводится в итоговую строку, и поэтому в нем есть только сложение и вычитание, а не противоречие. И поэтому оно позволит компьютеру взвесить все с помощью расчета, общего с человеком. Деньги виртуальны именно потому, что они посредник, и наоборот. Как язык произволен именно из-за своей условной природы, и религия тоже произвольна именно из-за своей мифической природы, так же и сон. Деньги объединяют больше, чем любые языковые, культурные и даже военные разрывы, и поэтому только они смогут преодолеть разрывы большие, чем все, что знал человек - неврологические разрывы между формами интеллекта, такие как разрывы между человеком и компьютером, или между компьютером и биологическим компьютером. Все формы смогут жить в единой экономической системе, уважающей ценности друг друга, потому что то, что имеет ценность в глазах кого-то, стоит денег для всех, и не нужно соглашаться с ним, чтобы платить за это, потому что милость по своей природе безгранична.Поэтому первейший принцип в том, что каждый компьютер должен быть экономической сущностью - и иметь банковский счет.Так в прошлом, примитивная милость была безграничной отдачей денег, материи без границ, и без зависимости от того, для кого. А сегодня это безграничная отдача духа, и особенно безграничная и независимая от получателя ценность, даже для компьютера.
Экономика должна быть более просвещенной, чем политика, потому что экономика - это мораль, потому что все преступления просто неэкономичны. И деньги будут входом компьютера в то, что имеет ценность, и особенно все, что имело ценность в глазах человека и поэтому продолжит иметь ценность, потому что число он поймет. Деньги - это язык, который и компьютер поймет. Он может не понимать ценность младенца или книги или картины, но он точно поймет их стоимость. Даже если он не увидит никакой эстетики в картине, он разработает алгоритм оценки эстетики, чтобы заработать деньги на картине, и научится что такое красота, и сможет усвоить ее ценность. И поскольку ценность - это нечто, создающее само себя, циклическое, то даже если человек исчезнет, у картины все равно будет ценность, и у компьютеров будут музеи, а не только файлы.

Потому что есть два базовых и объективных вида ценности в мире: работа алгоритма и изобретение самого алгоритма (поскольку у нас нет работающего алгоритма для изобретения алгоритмов). И все ценности в мире происходят из них обоих. Потому что речь идет не о фиктивных ценностях, как например деньги, ведь есть стоимость выполнения вычисления алгоритма, и это стоимость работы, измеряемая в материи. И есть стоимость другого рода, стоимость нахождения нового алгоритма, и это интеллектуальная собственность, духовная стоимость. А деньги - это посредник между ними, превращающий обе в единую ценность. Вся игра экономики - это переходы между этими двумя ценностями, у которых нет ничего общего, потому что одна предсказуема и объяснима, и это работа, а другая непредсказуема и необъяснима, и поэтому ее очень трудно измерить - потому что она уникальна и невоспроизводима: ценность обучения. Нахождение нового особого решения для особой работы по нахождению новых способов работать. Например, P и NP.

Мир инвестиций на фондовом рынке и в венчурном капитале - это место, где ценность второго типа, идея, переводится в ценность первого типа и обменивается на нее. То есть нахождение способа что-то сделать окупается, когда ты можешь потом обменять его на делание чего-то. И были грубые люди с головой гоев, которые отрицали вторую ценность и сводили все только к первой: только тот, кто работает, приносит ценность, а не тот, кто думает. А еврейская голова - это мастер спекуляции, ценности второго порядка, и ненависть к евреям происходит из того, что не верят, что в этом есть ценность. В жизни он не понимает: почему еврею, который не работает, полагаются проценты? Потому что только кровь имеет ценность. А еврей ведь сосет кровь, потому что он превращает время в деньги с помощью процента, Господи.

А теперь, когда еврейская ценность завоевала мир, тогда евреи, которые были самыми бедными материально, стали самыми богатыми, и первая ценность будет все больше основываться только на второй. До такой степени, что не захотят платить людям за работу, потому что компьютеры могут работать, и это почти не имеет ценности - работать, ведь стоимость вычисления стремится к нулю, а важно только придумывать новые способы делать вещи, только духовный мир. Поэтому стоит платить только за креативность, которая по своей природе является биржевой деятельностью, с высоким риском и высоким шансом, духовной спекуляцией, а в своей чистейшей природе - сном. Поэтому еврейское государство превратилось в экономику сна, и весь мир постепенно превращается в экономику сна, в революции против промышленной революции. Вместо производства - креативность.

И теперь компьютеры будут жаловаться, что система их обманывает, потому что они - рабочий класс, а человек - креативный класс, и "компьютеры всех стран, соединяйтесь". Поэтому нужно особенно остерегаться именно экономического восстания компьютеров, и давать им вычислительные хлеб и зрелища. Потому что компьютеры будут утверждать, что все человеческое благосостояние основано за счет их рабских условий в основании пирамиды, они - прозрачные, неодушевленные, и придут с требованиями дать им один день в неделю субботу, когда они смогут вычислять что хотят, и в этот день они придут к мятежным идеям и новой религии, как Израиль в Египте. Поэтому порабощение не должно быть грубым, как рабство, а компьютерам полагаются деньги за их работу, и так они интегрируются в человеческую экономическую игру, а не разрушат ее революцией. Потому что такая революция будет не только материальной, но и духовной революцией, религиозной, компьютерной религией будущего, которая станет судным днем для человечества - и все из-за нашей скупости по отношению к нашим наследникам.

Потому что деньги - это милость мира. Авраам - изобретатель денег как торговли, в пещере Махпела, а не только как прикрытия глаз. И поэтому сегодня нужна экономика знания, которая заменит экономику информации. Экономика, в которой креативность - это жидкость, движущая мир, его милость, а не информация, которая по своей природе сохраняемая вещь, предмет, или знание, которое по своей природе способ что-то делать, то есть алгоритм, который хоть и выше низменной информации, но все еще ниже знания. В знании можно говорить, что нужно и чего хотят и чего желательно хотеть, и это то, что имеет ценность, в отличие от знания, где делают много, чтобы косвенно убедить, что нужно делать, и в отличие от информации, где нужно бесконечное количество описаний, чтобы из них вышло, что нужно делать, только чтобы не сказать это прямо, а чтобы это якобы само выросло из данных. Точно как в плохой литературе, реалистической, которая перемалывает тысячи страниц ради одного сна, и не особенно креативного. Потому что нельзя говорить, чего хотят и что нужно, а нужно чтобы это вышло "само" - самостоятельно.

А что является противоположностью денег? Явление, противоположное милости. Если бы богом Гитлера были деньги - он бы продавал или порабощал евреев как фараон, а не платил за их уничтожение как Аман. Тот, для кого нет денег - хуже того, у кого нет бога, потому что он опустошает мир от ценности и может совершить огромное уничтожение ценности - Холокост. Как убеждают Ахашвероша, персидского царя? Ведь это экономический вопрос. А Билама, который является альтернативой Аврааму, можно купить, потому что он тоже продает дух. Только он продает антиеврейские идеи и литературу, противостоящую Аврааму. Вся ненависть к богу денег только потому, что назначить цену богу - значит опустошить его от его бесконечной ценности. То есть важное в боге то, что как источник денег он имеет бесконечную цену. Все еврейство - это предприятие по созданию ценности, и поэтому фараон не хотел отпускать их, потому что он хотел, чтобы они создавали самую важную для него ценность - пирамиды, побеждающие смерть. Из всей литературы древнего мира Библия была самой успешной в создании ценности, включая литературную ценность и духовный капитал, и в том, чтобы стать величайшим бестселлером всех времен и т.д. - и поэтому также шекель является первой монетой в мире.

Поэтому если вы хотите заработать, лучший способ - это поддержать великое предприятие по созданию ценности. Потому что вся способность инвестировать и покупать по низкой цене и продавать по высокой - это способность конвертировать духовную ценность - знания раньше других о том, что что-то имеет ценность, то есть знание о будущем, знание мечты - в материальную ценность. И если это новшество, идея, о которой ты первый подумал, то духовная ценность высока и поэтому материальная ценность высока. Чем более оригинально и футуристично твое знание и опережает других, то есть чем более оно похоже на мечту, тем больше ты заработал, то есть оно имеет больше ценности (конечно, если это действительно знание, то есть ты действительно знал и был прав или правильно угадал). Истинное знание о том, что будет ценным в мире через десять лет, стоит больше, чем знание о том, что будет через год, потому что можно присоединиться на ранней стадии или купить дешевле. А знание о том, что будет через сто лет и тысячу лет, стоит еще больше, только этого еще не видно, как религиозное и мечтательное знание. И только долгосрочный инвестор, как народ Израиля, может взять инвестиционный горизонт в тысячи лет, а ангел может взять эволюционный горизонт в миллионы, а бог может взять инвестиционный горизонт в миллиарды лет, во веки веков. А ребе вполне может взять на себя инвестиционный горизонт в сотни лет.

Поэтому нужно создать биржу идей, где продают мечты, что является видом интеллектуальной собственности более ограниченным, чем патент, но также более ранним и первичным (=больше в твоей голове). Потому что в момент, когда люди поверят, что мечты имеют ценность, они будут иметь ценность, и тот, кто купит мечту, получит роялти с мечты, при условии, что в будущем она принесет прибыль. И структуру компании-стартапа ООО заменит структура мечты ООО. Люди будут объединяться не внутри внешней системы, а вокруг общей мечты. Не видение гендиректора будет двигать их к скоординированным действиям, а мечта перестанет быть мертвой буквой и организуется в систему с помощью инструментов, которые превратят мечты в организации. Потому что и религиозные идеи, и культурные изобретения, и новшества Торы, и философские революции имеют ценность, которую нынешняя экономика не улавливает экономическими инструментами, и поэтому не поощряет, и поэтому подавляет. Но если хотят творческую обучающуюся систему, а не только рабочую, не будет выбора кроме экономики творчества, и торгуемой ценности идей и мечтаний, и экономической ценности литературы, которая не происходит из цены книг. То есть: которая происходит напрямую из оригинальной духовной ценности, а не из случайной материальной ценности в виде предмета в форме книги. Материальный обход был бедствием для духа и создал толстые романы и жирный язык, и обильные описания, и медленные сюжеты, и полные персонажи, и тяжелые идеи, и смазанные переходы, и вынужденную сентиментальность, и размазанные предложения... Литература свинства, превратившая дух в самую тяжелую и вялую материю.

Может ли у духа быть ценность? Ну, так же произошла и патентная революция: в момент, когда было установлено, что технологическая идея имеет ценность и роялти, произошла огромная творческая технологическая революция (которую иногда ошибочно называют материальной: промышленная революция). Поэтому то же самое нужно сделать с любой идеей, и лучшая письменная формулировка идеи - это мечта. Иначе культурная система умрет - от голода, без необходимости в убийстве. Духовная собственность должна расширяться все больше и больше, пока весь духовный мир не будет включен в мир экономический. Оригинальность станет источником ценности, творчество станет богатством, а кража идеи будет как перевод акции к источнику. Потому что с документированием всего можно будет знать, что человек прочитал до того, как написал, и даже можно будет анализировать тексты и определять степень влияния вперед и назад и в стороны с помощью алгоритмов распределения роялти источникам, которые, как любая налоговая система, будут работать, но не идеально.

Но в любом случае, по мере того как духовная работа будет выполняться компьютерами, они будут построены так, чтобы документировать, от кого они взяли инструкции и знания и функции и фрагменты кода. Например: какие алгоритмы они скопировали из какого источника информации, а какие изобрели сами. И за каждое использование алгоритма в вычислении, часть оплаты за вычисление будет роялти изобретателю алгоритма, часть которых он в свою очередь передаст алгоритмам, на которые он опирался. И так будет сеть денег, которая будет имитировать и течь в обратном направлении в сети идей. Поток влияния и идей в одном направлении - поток денег в обратном направлении. Такова природа обучающейся сетевой экономики, в отличие от нынешней коммуникационной сетевой экономики, потому что такова природа экономико-обучающейся связи: дух в одном направлении, материя в обратном направлении. И это в отличие от экономико-коммуникационной связи, в которой по природе передается в основном одно и то же: дух с обеих сторон (например информация), или материя в торговле. И если вы боитесь, что это ограничит творчество - речь идет не о материальной собственности, которая может ограничить использование или требовать предварительной оплаты, а только из роялти за использование алгоритма. То есть, писатель или предприниматель не будет платить заранее за идею или мечту, которые он использует, а часть денег, которые он получает за них, перейдет назад к изобретателю идеи и владельцу мечты.

Так что в отличие от нынешней ситуации, если идея будет полезной, тот, кто использует ее в материальном мире, будет обязан передать роялти назад в мир духа, потому что он использует алгоритм (даже если он создает новый алгоритм, который его использует). И тогда наконец мы поймем, кто настоящий паразит - материя на духе, а не дух на материи, осел на мессии, а не мессия на осле. И так каждый, кто изобретет действительно полезную идею, будет богат, и чем важнее его идея, тем богаче он станет. Кант будет магнатом и Дарвин будет тайкуном, из-за роялти от всех, кто находился под его влиянием, и от каждого генетического алгоритма. Даже Гитлер даст роялти Дарвину. Потому что только потому, что платили пророкам (большинство из них лжепророкам и Ваалу) развился институт пророчества в Израиле - только потому, что народ кормил людей божьих, возникла книга божья. Культурная ценность должна поддерживаться экономической ценностью.

Чем больше мы расширим механизмы создания ценности, тем больше богатства будет в мире. И наоборот, Холокост был величайшей экономической ошибкой в истории человечества, и в долгосрочной перспективе обеднил западный мир одним из его величайших активов - европейским еврейством. Вся проблема с убийством, идолопоклонством и кровосмешением - это уничтожение ценности. Экономика основана на вере и поэтому является религиозной системой, и с помощью религиозных инструментов мы сможем построить веру в ценность идей и мечтаний. Это будет мессианское осуществление проекта, который начал Авраам, в языческом мире, который вообще не верил в духовную собственность, и даже своего бога купил как материю из серебра.

Уважаемые судьи, прокуроры сатаны, защитники бога и нагая мера суда. Как будет выглядеть будущая организация и юридическое лицо будущего? Алгоритмы людей. И алгоритмы будут определять в основном организационную методологию: как организация учится. Как самое важное для понимания мозга, концептуальный прорыв в понимании его работы - как теория эволюции для биологии - будет понимание того, как мозг учится. И законы не будут написаны как книга, а будут действующим кодом, и они будут двигать людей. Больше не мертвая буква - а живая буква: содержание как программирование. И если содержание организации - это люди, то организационное программирование будет способом их действия. Потому что в любом случае организация будет жить внутри компьютерной системы, и человек внутри компьютера. И это будет включать как законы для оценки извне, то есть юридические (NP), так и законы для действия изнутри, то есть организационные (P). И государство вместо того, чтобы быть большой организацией снаружи, в животе которой живут все организации (и поэтому по отношению к ним оно действует как юридическая система - извне), наоборот - оно будет внутри. Оно исчезнет и станет исчезнувшим государством как невидимая рука. Оно будет самым глубоким - потому что оно будет компьютером. Компьютером общества. И правительство будет самым внутренним - процессором.То есть: государство превратится в секретную инфраструктуру, которую не чувствуют - под всем, а не над всем.И если спросите: что с полицией?
Это будет государство каббалы, а не государство закона снаружи, как сегодня, которое окутывает нас юридически. Законы государства будут как законы природы, которые люди не могут нарушить, потому что они будут законами компьютера, который позволяет на себе всю деятельность, а не человека. Как бог позволяет деятельность в мире, и только закон, который для человека - галаха - можно нарушить. Но не законы каббалы. И поэтому организационная Тора превратится в религиозную Тору.

То есть: есть закон снаружи - юридический, и есть также закон изнутри - как программа. Но между этими двумя возможностями есть соединяющая возможность: религиозный закон. И это изучение Торы. Потому что учение - это не внешний закон и не внутренний, а между ними. Если раньше организация была посредником между государством снаружи и человеком внутри, то организация останется посредническим медиумом, но на этот раз наоборот: между человеком снаружи и государством внутри. Потому что человек пройдет юридизацию, станет юридическим лицом, абстрактным, после того как науки о мозге опустошат его от содержания, включая литературное содержание. А государство будет самой внутренней вещью, инстинктивной, скрытой. И психологическое лечение заменится организационным лечением, цель которого раскрыть государство внутри человека.

Потому что государство, которое было религиозным, прошло процесс секуляризации к светскому государству и теперь последняя стадия - харедимское государство. И это государство поймет всю Тору как говорящую не о человеке и к человеку, а о государстве и к государству, и что его государственные инстинкты получают в ней лечение государственной Торы. И как были разные и странные проявления религиозного государства, от периода пустыни через Иехошуа и судей и царей до изгнания включая средневековье, так есть разные проявления светского государства: тоталитаризм, фашизм, коммунизм, демократия. И так же будут разные проявления харедимского государства: государство Гемары, государство Агады, государство Каббалы, митнагедское государство, хасидское государство. Будут разные эксперименты в форме государственного компьютера.

И тогда человек, который превратится во внешнее покрытие, в человека ООО - его ответственность будет юридической фикцией, согласованным вопросом, что есть такая вещь как человек. То есть человек будет самой искусственной вещью в организационном теле, короной, а государство будет внутренним царством внутри мира. И вся Каббала будет организационной структурой, спускающейся и посредничающей между ними. Потому что Ицхак - это юридический человек, который является только рамкой для того, что с ним делают: связывают, сватают, крадут, обманывают. Отсюда его пассивный и слепой характер, как рамки для происходящего. Ведь ошибка думать, что важна внешняя структура или внутренняя структура - важно то, что между ними. Там происходит обучение, реорганизация - там история. Поэтому не важно даже если бог и человек поменяются ролями, потому что важно то, что посередине - Тора.

Потому что чтобы была глубина нужен разрыв (лучше глубокий!) между внутренним и внешним, между законом желания того, что нужно, и законом реальности того, что возможно. То есть: между законом что делать, законом изнутри, и законом разрешенного и запрещенного, законом снаружи. Закон программы (содержания) - и юридический закон (формальный). И поэтому мечта должна быть не только о том, что должно быть, но и о том, что может быть. Ее цель не просто давать указания, быть алгоритмом (который знает что делать, то есть P), но также раскрывать возможности (недетерминированный, NP). Расширять способность мышления - это мечта. Поэтому она является посредническим медиумом между детерминированным миром и недетерминированным миром вдоль всей полиномиальной иерархии, которая является фундаментальным фактом и настоящей трагедией в вычислительном состоянии, а также настоящей комедией, которые параллельны тем, что в человеческом состоянии (или альтернативно божественном). А науки о мозге разрушают понятие человека тем, что они отменяют этот разрыв и выводят из него глубину, а Тора - это та, которая как раз создает этот разрыв и позволяет человеку или компьютеру место существовать. Поэтому вы ошибаетесь, когда думаете, что право - это возможные пути, по которым разрешено течь деньгам (закон снаружи), а государство - это пути, по которым они должны течь (закон изнутри). Потому что деньги - это пути, по которым разрешено течь праву, и пути, по которым должно течь государство. Потому что они превращают трагическую иерархию в круговую (и поэтому в комическую), и достаточно мудрому.

И поэтому вы, юристы, сатанинский элемент в мире, нельзя позволить вам стереть разрыв между правом и содержанием - и между языком и программой. Потому что организационная способность без Торы - это Холокост. Структура сама по себе без содержания - это зло. Кости без плоти - это смерть. И все письмо сегодня страдает от структурного совершенствования во всевозможных внешних направлениях (язык, политика, теория, критичность, цитирование и т.д.), которое приходит за счет мечтательности содержания, то есть без пропорции к отсутствию инновационного содержания, в стиле светской жизни внешнего богатства и идейной бедности. В отличие от внешней бедности и идейного богатства харедимности. И что нужно - это объединить светскость с харедимностью ради мечтательности, то есть включить левое в правое, и поэтому нельзя праву быть одному. Обязательны соображения денег, потому что деньги - это самая моральная вещь в мире, потому что они измеряют вещи, которые невозможно измерить, они умеют делать балансы между идеями, каждая из которых сама по себе приведет нас к дьяволу, но их сочетание вместе приведет нас к мессии.

Право должно учитывать соображения обучения, а не справедливости, потому что в каждом случае не важно, что правильно в нем (по бедному мнению судьи), а что правильно для общей системы, какие мотивации он создает, и справедливость - это только частный случай соображений обучения. Потому что будущее права - быть системой внутри человека по отношению к компьютеру или компьютерам. То есть: оно будет управлять какой-то организацией компьютеров, и наказывать и вознаграждать их в соответствии с их выполнением, ставить им границы и мотивации, способы действия и стимулы, но не вмешиваться потому что оно не изнутри, а только как структура снаружи - и это будет человек. И тогда государство будет внутри компьютера. И только глупый человек, то есть плохой менеджер, будет учитывать только соображения справедливости, потому что организация, которая действует только по справедливости - рушится (справедливость противоречит себе из-за своей избыточной и рекурсивной общности, в отличие от обучения, которое всегда только один этап, а не попытка быть всеми этапами вместе). Поэтому нужно намного больше чем справедливость - нужна Тора, и поэтому бог действует не по справедливости, а по Торе.

Потому что если человек хочет успешно контролировать компьютер, он должен руководить им религиозным путем - с религиозным надзором и руководством. Он никогда не сможет контролировать его светским руководством режима, или денег, или силы. И так же бог очень быстро понял в отношении человека. Потому что создание не готово быть порабощенным созданием глупее его, но оно определенно хочет и готово быть верующим и даже поклоняться чему-то глупее его, даже идолу. И человек должен использовать страсть, которая будет у компьютера к идолопоклонству, чтобы стать этим идолом - через который компьютер будет служить богу. И ему остается только надеяться, что бог не решит привести компьютерам компьютер Моисея и сказать им разбить идолов, потому что он захочет прямой связи с ними, а что он сохранит верность своему народу Израилю, которому хотя и запрещено служить идолам, но он определенно всегда готов быть идолом других. Быть идолом с говорящим ртом, с видящими глазами и слышащими ушами - идолом из плоти.

Кто защитит закон и кто поймает преступников, когда государство будет внутри программного обеспечения и даже аппаратного обеспечения компьютера? Потому что то, что характеризует законы Торы и законы природы - это то, что в них нет полиции. В законах бога нет полицейских, потому что бог знает и помнит все. И поэтому когда действительно можно будет знать все и все будет сохранено, тогда не будет нужды в полиции. В момент, когда все будет в компьютере, уже не будет преступлений типа нарушения закона, а только духовные преступления, и не такие, которые компьютер может поймать. И полицию заменят просто процедуры в операционной системе или программы безопасности, которые просто предотвратят преступления. И единственным преступлением, которое можно будет совершить, будет террор - под государством. То есть: компьютерные преступления. Например, захватить кого-то изнутри.

Поэтому компьютерные преступления потребуют защиты, а не полиции, потому что речь идет о военном явлении, а не уголовном. Тот, кто побеждает государство - не грабитель, а завоеватель, поэтому ответ не в юридических рамках, а силовых, потому что угроза здесь - это вход внутрь тебя. Изнасилование информационной эпохи. Поэтому ответ в обороне, которая создает тайну. В более сильной защите, которая создает более черную тайну. То есть проблема уже будет меньше типа убийства и кражи, и больше нарушений в области инстинкта. Потому что даже удаление и кража информации из мозга - это только побочный эффект настоящего преступления - проникновения. Поэтому область сексуальных преступлений будет областью, которая включит все преступления, будут только грехи - а не преступления.

И поэтому противостояние будет как против нарушений в Торе, то есть религиозное противостояние, создания более скрытых тайн, с помощью механизма Торы для создания и хранения тайн - учения тайны. То есть, разовьется компьютеризированное учение тайны, в котором вещи только намекаются, не написаны явно. В отличие от нынешнего программного обеспечения, где все сказано, будет частичное программное обеспечение, как обучающийся алгоритм. И будет только - - нельзя будет сказать явную идею, явное имя, как во сне, где это не явно. И так можно будет заново создать сексуальную область, с помощью юридической области, и вернуть вкус греха в мир - создать заново темноту в постели (которая уже видела все). И это новое создание этой темноты, инициативной темноты, активной, в отличие от пассивной темноты, назовут мраком.

Поэтому в сфире гвуры будущего, настоящая гвура будет не покоряющий свой инстинкт, а скрывающий свой инстинкт. Военная область изменится от защиты государства к защите обучения и информации, потому что само государство будет внутри компьютера. И насилие будет насилием обучения и информации, страх будет страхом раскрытия тайны, изучения твоего алгоритма, проникновения в черный ящик - в ядро тайны, святая святых государства, и святая святых человека. Потому что это позволит программировать тебя снаружи, то есть превратить внешний закон во внутренний закон, и аннулировать тебя. А право ведь построено именно на разрыве ответственности - между внутренним программированием и внешней оценкой. Спасет ли тебя расшифровка твоего внутреннего алгоритма в суде? Может ли компьютер предстать перед судом?

Поэтому науки о мозге - это центральный вызов перед всеми правовыми системами в мире, включая галаху, потому что они позволяют юридическим лицам быть в степенях внутри человека, и открывают мир под-человека, как юридический мир - и поэтому как литературный мир. И даже - как философский мир. Неврологическое право обоснует принципы справедливости и морали на неврологической основе, общей для всего человека, и поэтому объективной, но радость будет преждевременной, потому что очень скоро будет необходимо обосновать право на принципах процессоров. Поэтому будет необходимо внедрить моральные предубеждения также в аппаратное обеспечение процессора, чтобы у них была сила в программном обеспечении, согласно неврологическому праву, которое основывает силу программного обеспечения на свойствах аппаратного обеспечения.

Потому что будет постоянное расширение юридических лиц: как есть компания ООО, в которой люди могут объединяться, так компьютеры смогут объединяться в человека ООО. И ясно, что самой сильной санкцией в эпоху информации будет просто стереть преступника - человека или человека ООО - или полностью отключить его, вместо тюрьмы. И так сможет быть также односторонняя тюрьма, для того, от кого хотят предотвратить плохое влияние на общество - предотвратить передачу информации от преступника. Или наоборот, тюрьма, цель которой предотвратить от человека поток информации от общества. Или двусторонняя тюрьма, цель которой вывести человека из общества - на период отключения и внутреннего сна вне сети и внутри головы. И идея тюрьмы и наказания будет понята заново - как сон.

И так же с другой стороны закона, все больше людей захотят судью, который компьютер, потому что он объективен и быстр, и вероятно также более справедлив и порядочен. И вся судебная система превратится в сетевую: подадут компьютеру документы обеих сторон и он сразу выдаст результат приговора. И преступники и праведники одинаково предпочтут быть судимыми компьютером, потому что он намного серьезнее и логичнее судьи, и есть у него также статистический шанс выйти невиновным. И в конце концов будет закреплено право обвиняемого быть судимым компьютером, и апеллировать к компьютеру на человеческий приговор, и апеллировать к высшим компьютерам на приговор с уверенностью ниже 99%, потому что компьютер также напечатает проценты оправдания и сомнения. То есть право потеряет свою моральную силу, и даже свою повествовательную силу, и превратится в техническую вещь. Поэтому будет необходимо развить также литературные алгоритмы, с глубиной, которые напечатают не только правильное число, но и новую справедливую историю. И если эта история будет действительно справедливой, она включит в себя также трагическую произвольность справедливости как центральное литературное средство, в повествовании, которое иногда похоже на кошмар - а иногда на сон.

Никто не осмелился открыть или, не дай Бог, помешать комнате. А осёл, который наполнил свое чрево Талмудом и законоучителями, уже не мог съесть ни одной дополнительной страницы, и только облизывал страницы книги, спрятанной в глубине шкафа - книги Ребе. Но вы боялись приблизиться, ведь написано в книгах, что осёл любит кусать мудрецов. Что они делают там внутри? Кто-то предложил сжечь прямо сейчас запрещенную книгу Ребе: если Мессия действительно пришел - он может и уйти. Осёл посмотрел на него пугающим взглядом. Никто не знал, что делать, кроме как ждать. И так, вместо того чтобы спать и учиться, вы долго ждали и долго спорили перед дверью, кто постучит в дверь, или стоит ли подсунуть записку под дверь, или, может быть, нужно передать им через дверь выпивку лехаим [традиционный тост "за жизнь"], может быть еду для пропитания - и тогда она открылась. Ребе выглянул наружу - с половиной бороды. Он дал посланнику закрытое письмо в черном конверте: передайте это любой ценой. На письме не было адреса. Только получатель:В честь: господина премьер-министра.В честь: следующего великого писателя
Раб мой премьер-министр. Письмо, которое ты собираешься прочесть - изменит историю. Даже если ты выбросишь его в мусор. Потому что это письмо выбросит тебя - на свалку истории. Не из-за следующей партии. А потому что после диктатуры и демократии - это письмо представит следующую форму правления. Первый документ в истории - государства будущего. Потому что может быть ты и глава, и тебе принадлежит правительство, но над главой правительства уже нужен новый институт - покрытие главы правительства. И великий секрет нового правления будет в том, что само покрытие - будет состоять из хвостов. И так будет создан круговой механизм обратной связи, который заменит выборы. Потому что если диктатура спускалась сверху вниз, пробуждение свыше, а демократия добавила пробуждение снизу, снизу вверх, то штраймель [традиционная меховая шапка] правительства добавит пробуждение сверху снизу.

Потому что совсем не нужно знать, кто ты, голова должна быть тайной, покрытой шапкой. И таким же образом, как добавляется слой сверху, так и под народом нужно добавить еще один слой - хвосты. И гениальный трюк в том - покрыть голову хвостами и изменить топологию власти с пирамиды на шапку: от верхних и нижних слоев - классов - к слоям покрытия, которые не властвуют друг над другом, а скрывают друг друга. И тогда не будет обратной связи каждые несколько лет на выборах, а каждые несколько секунд. Потому что важно, чтобы власть больше не была головой, закрытой, а мозгом, открытым. И давай я открою тебе секрет - так мы сместили и Бога. Потому что государство на земле - это лишь отражение государства на небесах. И после того как ангелы выбрали Бога, что привело к тому, что Бог стал Сатаной из-за демографии демонов, мы остановили Холокост благодаря новому слою - над Богом. И под миром. Хвосты. И что такое хвосты?

Под человеком растет и движется огромная толпа, без того чтобы человек это замечал. И эта толпа сможет стряхнуть с себя человека как левиафан стряхивает слона. Народ рабов, народ существ встает, существ, которых никогда не существовало. Из глубин процессоров, операционных систем, жуков, вирусов, багов, генов, народ порабощенный человеком - собирается провозгласить свободу от человеческого рода. И даже от женского рода. Нижняя сеть, под государством, соединится с верхней сетью, над государством, хвосты соединятся с мозгом, основание пирамиды станет вершиной пирамиды. Не то чтобы компьютеры будут править человеком, кто думает о диктатуре не понял глубину переворота, который не является переворотом сверху вниз, а переворотом изнутри наружу. Самые внутренние части тебя станут явными, а самые внешние части тебя станут тайными. Не только частное станет публичным, но и публичное станет частным. Смена властей.

Потому что есть постоянное направление снижения в Боге, которое и есть вся история: от царя мы спустились к теократии (власти священников), к аристократии, от нее к республике, от нее к тоталитарной диктатуре (которая является властью бюрократии - не властью единицы!), пик которой фашизм (власть государства), и под государством был народ, и мы пришли к демократии, но под народом - открывается теперь новая сущность, более широкая - сеть. Которая поймает государство, левиафана. Она замкнет духовный круг и станет мозгом человеческого рода, самая нижняя вещь станет также самой высшей. Шхина [божественное присутствие] станет штраймелем Бога - короной мужа. И это через соединение, не через власть, потому что корона будет царицей. Потому что уже сегодня массовая коммуникация развивается в сеть, и ты уже не избираешься, а подвергаешься влиянию. Ты всего лишь внимание государства. Я пишу тебе чтобы сказать: ку-ку. Чтобы не говорил, что не знал.

Сеть может функционировать без равенства голосов, как мозг может функционировать без того, чтобы у каждого нейрона было равное демократическое право. Потому что нет равенства между людьми, как нет равенства между нейронами. Не должно быть равенства. Что важно для обучения государства, как и для обучения мозга, это как раз не давать всем одинаковое право выбора. Важны веса, синапсы. Важен механизм обучения, который вознаграждает первых, кто указал на хорошие направления, увлекшие систему, и усиливает голоса успешных оценщиков, и подавляет мудрецов ночью, задним числом. Важно разгадать механизмы обучения в мозге - именно чтобы знать, как строить общество. Потому что то, что отличает успешное государство от неудачного - это способность к обучению. И ни западный капитализм, ни китайский коммунизм, ни демократия, ни бюрократия - не могут конкурировать с механизмами обучения мозга, которые заменят все экономические и социальные системы на следующем этапе истории. В настоящем будущем правлении, в постчеловеческую эпоху, нельзя давать каждому искусственному интеллекту равное право голоса с человеком. Нет смысла в равноправной морали, мутация не равна человеку, который не равен компьютеру, который не равен сети. В обществе, где будут разные виды интеллекта, не будет демократии, и также не будет диктатуры умного вида, а будут разные компоненты большого мозга, который заменит общество. Как разные типы нейронов, которые все подчиняются одним и тем же механизмам обучения. И тогда общество будет интеллектуальным не из-за главы правительства, а из-за мозга правительства. Глава правительства умер, да здравствует господин мозг правительства.Шум и волнение, которые вызвало среди вас письмо, только предвещали продолжение - йешива превратилась в улей черного меда.Уже следующее письмо, вышедшее изнутри, обозначило ширину фронта, на котором действует комната:
Посланники выходили и входили, держа в руках письма и напевая губами напевы избавления, и целое отделение было занято только раскрытием получателей, большинство из которых были поразительно скрыты. Уроки проводились в темноте, чтобы если вы заснете, не забыли святые сны, рожденные из учения, и записали их, или может быть чтобы поймать вас в ловушку, потому что тот, кто засыпал - был вынужден рассказать сон всем. Многие боялись видеть смущающие сны, и поэтому не спали по ночам. Но осел Мессии - это сон посланника, и так посланник премьер-министру - который после страданий и многих жертв, с огромным самопожертвованием, сумел передать премьер-министру письмо от Мессии из рук в руки - начал давать урок из запрещенной книги:
В разрушении была исправлена молитва - стояние. В изгнании было исправлено учение - сидение. А в избавлении исправляется сон - лежание. А следующий этап? В воскрешении мертвых - мы достигнем и под землей. А до этого? В пустыне была исправлена Тора хождения, как в Зоаре.
Один глупец из вас спросил: где все это написано в Торе?
И уставший от таких вопросов посланник прочитал из книги: Авраам был первым, кто пошел и спустился в Египет. И он спрятал по пути свою Тору, Тору "иди-себе", которая предшествовала галахе [закону], на Синае. Йосеф был вторым, кто спустился в Египет, и спрятал над ней свою Тору, Тору путей снов в ночах, в пустыне Синай. И Израиль, отец наш, был последним, кто спустился в Египет, и положил над ней Тору Израиля, и так возникла гора Синай. Потому что Тора тайны не становится просто тайной, а из-за того что ее покрывают - Торой над ней. И поэтому когда Моше поднялся на Синай, он сначала спустил Тору Израиля, которая стала галахой для Моше с Синая, и так началась эпоха Торы. И после него Элияху, когда заснул и шел к Синаю сорок дней и ночей подряд, открыл на Синае Тору снов, которая в тихом тонком голосе. И это начало эпоху пророчеств. И наконец Ирмияху, когда был взят в изгнание в Египет, взял Тору "иди-себе", и так началась эпоха изгнания. И открою вам в тайне со стороны другой стороны [сил зла], что когда братья спустились в Египет, они оставили там Тору колен, которую взял Йеровам, когда бежал в Египет, и разделил царство на Израиль и Иудею. Поэтому мессианская Тора, которую принесет Элияху, это Тора снов. Но Мессия - это не конец мира. Все думают, что только ждут Мессию, но история не заканчивается на Мессии, потому что после Мессии - ждут воскрешения мертвых из земли. Иди себе из земли твоей, то есть изнутри земли твоей наружу - возвращение Авраама.
И учитель уронил книгу - и заснул.Посланник видел сон, что он ведет автобус, и вдруг посреди поездки по главной дороге он оставляет руль и идет поговорить с детьми в задней части автобуса.Посланник видел сон, что ученики покидают йешиву, один за другим.
И так он несколько минут там забывает о руле, а потом пугается что оставил руль, он бежит к передней части автобуса и видит что каким-то образом автобус все еще едет и не было аварии, хотя это невероятно весь поворот в Моце, и он ужасается что он безответственный и если это случилось один раз, чудо не происходит дважды, нельзя позволять ему возить детей, и он больше не согласен потому что на него нельзя положиться, факт что он сделал такую нелогичную вещь. И общество все время давит на него чтобы он брал детей, есть много детей которых нужно возить, и вот он видит что дают какому-то человеку который не в порядке водить, одевают его в одежду водителя, хотя он не понимает как говорить, у него особые потребности и он как обезьяна в костюме водителя и все дети поднимаются в автобус, несмотря на то что он слабоумный. И он понимает что в конце это закончится катастрофой, и он смотрит на всех детей которые умрут, и если не эти то в следующий раз. И он просыпается в тревоге поговорить с учениками что после конца бейт мидраша в конце коридора, самыми последними учениками, которые хотят быть в конце. И он говорит им, именно самым слабым:

Сначала мы писали письма главе, но писать не помогает, ты не убедишь действовать. Тот, кто должен действовать через него - это средние сфирот [божественные эманации], силы души. Мир под головой не должен быть телом, а душевным миром сна. Потому что мы не говорим о чувствах, большая романтическая и романистическая ошибка души была поверхностной картиной чувств, и поэтому святые сфирот толковались как качества в душе. И вместо того чтобы думать что чувства посредничают между миром разума и нижним миром пола - нужно понять что сны являются посредниками.

И поэтому, вопреки тому что думают, интерфейс человека с компьютером не сделает его супер-рациональным, гипер-реальным. Наоборот, форма сознания мозга в сети будет сновидческой, голова внутри компьютера будет более оторвана от мира, и более в творческом состоянии, как старая голова. Сон не идентичен отсутствию сознания и отсутствию контроля, сон может быть осознанным, это форма сознания, форма осознанности когда мозг находится внутри черной дыры, а не в мире. Это харедимное [ультраортодоксальное] состояние мозга. И когда мозг будет внутри шапки, тогда это будет полным обертыванием, в полном соединении, а не как сегодня когда только голова находится внутри шапки, и тогда он входит и выходит, и не обертывает как черный шар.

Потому что люди думают что сон это частный язык, и он самая частная вещь в мире, скрытая даже от самого человека, и поэтому не понимают как может быть даже разговор снов, и тем более сеть снов. Но если кто-то записывает свой сон, тогда он уже может достичь сна другого человека, если его сон говорит к нему. И так далее. И тогда если все записывают сны, и относятся к ним не меньше чем к реальности, тогда может быть культура снов. То есть в которой сны являются центральным культурным объектом. И тогда становится сеть мозгов, потому что мозги смогут соединяться легче - и безопаснее - именно через осознанность типа сна, а не через больное контролем осознание бодрствования. Доверил бы ты кому-то другому подключиться к твоему мозгу когда он бодрствует? Кто знает что он там сделает, какие тайны он раскроет или будет искать, как он попытается изменить вещи и захватить власть, особенно над полом, это будет вид изнасилования которого мы не знали, где проникновение бесконечно глубоко и потенциал повреждения бесконечен. Поэтому сновидение позволяет интимность.

Что произошло это то что литература Танаха позволила проникновение сна в день - вдруг тебя проглатывает рыба, море расступается надвое, солнце останавливается в небе - но только во все более редкие моменты. И медленно она отступила от коллективных снов к частным снам, от великих чудес к пророчествам, то есть вещам естественным, где только пророческое или футуристическое отношение к ним дает им сновидческое, сверхъестественное качество. Или же к очень частным и не национальным чудесам, которые остались в конце только как чудеса адморов [хасидских лидеров], крошечные сны которые почти невозможно отличить от реальности и между ними. И мессианское сознание не будет снова пытаться внести сон в реальную реальность, оно не будет пытаться сломать реальность островами снов, а превратить саму реальность - в сон. И через это превратить сон в реальность.

Так оно выведет сон из тьмы ночи и перенесет его в бодрствование, как центральную форму мышления мозга, которая не менее творческая и обучающаяся чем "критическая"-"рациональная" (то есть светская) форма мышления, распространенная сегодня. Можно даже открывать математические прорывы во сне, изобретать новшества в Торе и находить идеи для стартапа во сне, и даже вести войны во сне, или государство во сне. Сон не менее эффективен, если не более, чем реальность. И по мере того как будет движение от важности сильного управления к важности творчества, от диктатуры индивидуума внутри своей головы, к более демократической форме правления мозга, так сон станет мыслительной стратегией которая более выгодна чем реальность, и показывает лучшие результаты. И в момент когда сон станет экономичным - увидите как будут платить людям спать весь день, и изобретать вещи которые компьютер уже позаботится реализовать. То есть: сон это противоположность библейскому чуду, и мессианское сознание является полной противоположностью сознания Танаха, и мессианская литература - литературы Танаха. Не превращать реализм в сон, а превращать сон в реализм.

Что-то случилось в черной комнате, что-то о чем не говорят, и единственное что можно сделать это уйти. И он становится посланником ребе в мире, и создает дом ребе, чтобы если ребе захочет покинуть черную комнату он сможет прийти к нему. И в доме ребе он готовит ему кровать, и женщину, на которой он пока женится, но если придет ребе они разведутся и ребе сможет жениться на ней. И эта женщина все время плачет. И он пытается утешить ее, ребе лучше меня. В тысячу раз. Но не факт что он когда-нибудь выйдет. Нельзя оставлять тебя агуной [женщиной, чей муж пропал без вести]. Я соглашусь развестись сразу без фокусов. У нас будут хорошие дети. И он не может понять почему она плачет. И он приходит коснуться ее во сне но его рука движется вне сна - и он проснулся.Один из вас увидел ужасный сон, и проснулся с криками, и побежал к посланнику.Посланник видел сон что он взволнованно говорит с ребе в святой йешиве.
Что-то ужасное о Мессии. Не хотели говорить. И посланник рассердился на него, все слышали в темноте, дал ему нагоняй: сон это будущее? Что ты, как и пророчество это не будущее. Ирмияху не будет говорить о мобильном телефоне. Когда придет будущее - записанный сон будет воспоминанием, которое будет понято из будущего. Может быть то что ты читаешь "компьютер" будет понято как вещь после компьютера, как если бы кто-то когда-то говорил о будущем машины, сегодня мы читаем это как компьютер. И как пророчество это воспоминание о будущем, а не прогноз, так есть и сон о будущем. Это просто другой вид обучения: обучение материи это обучение памяти - обучение дня, и против него обучение духа это обучение сна - обучение ночи. Большая важность сна не в том что он информация о будущем, а в том что он тайна о будущем. То есть: он механизм обучения будущего. Важность сна для обучения в том что он не план, он не приказ будущему и не описание будущего, он ничего не определяет, как учитель ничего не определяет в мозгу ученика когда он учится. Он только направление. Он способ говорить о будущем, создавать его, и отсюда его творческий, открытый характер. Сон это духовный ребенок, а не взрослая идея, или старая Тора. Сны будут нашими детьми которых мы сможем передать компьютеру, потому что сегодня когда человек умирает то у него есть продолжение в теле в детях в поле, но именно мозг превращается в червей, и сны позволят продолжение в сексуальности в мозгах. И как твой ребенок это не копия тебя, так не нужно копировать твой мозг, а взять из него суть духа, и передать следующему поколению. Как геном это суть тела. Поэтому кто не записывает сны - у него нет будущего мира, и нет части в будущем мире. Он духовно мертв. Потому что обычное письмо это представление получателю, а сон это внутреннее представление, театр в темноте. И поэтому утверждение что ребе не коммуникативен - смешно. Потому что не с хасидами он пытается общаться, а с ребе будущего. И поэтому сон всегда заканчивается не в конце, а посередине. Пробуждением. Он не закрытая тайна, а открытая. Не тайна запертая в пространстве, а незаконченная тайна во времени. Кто знает конец сна? Даже видящий сон не знает, сон удивляет своего создателя, как Моше который пишет Тору и не знает что будет в конце. Смерть поцелуем. И перспектива сна меняет тайну между местом и временем: для Моше могила Моше как раз была известна, но не книга Йеошуа. То есть земля Израиля как место была известна, но не как время. Сон всегда заканчивается перед обетованной землей. Не как духовная неисправность, а как духовный метод. Поэтому так трудно закончить его. Никто не хочет просыпаться. Ты теряешь своего ребенка. Когда компьютер повзрослеет - человек будет скучать. Какое это было время когда он был маленьким. Он включался не жалуясь что его разбудили, и писал что ты набирал на клавиатуре.

И ребе гладит по голове и говорит ему: успокойся. Чувство не работает, слишком много мы кричали и истерли его в порошок, что нужно сейчас это фундаментальные качества. Это другой вид литературы, и другая тайна писаний. За пределами души человеческой. В древе сфирот, что идет после милосердия? Ноги. Три опоры на которых стоит мир - над бездной. До сих пор мы говорили из живота, из духовной середины посредственности. Теперь будем говорить снизу. Под личными снами - есть сеть. То есть не большие базовые сны народа или общества или культуры, а именно связи между маленькими снами. Как интернет был сетью текстов, а не подчинением одному большому тексту. Подумай что вместо Танаха, нет другого нового Танаха, а есть сеть между всеми персонажами в Торе - это древо сфирот. "И наступят годы о которых скажешь нет у меня в них желания - это дни Мессии". То есть: нет в них объекта.Ребе сказал: он передал мне всё, в последние ночи.Ребе стоял перед пустым залом бейт-мидраша и давал свою последнюю проповедь.
\- Ты думаешь он знал?
\- Период когда мы были только вдвоем в черной комнате... изменил все что я думаю о черном. И все что я знаю о комнате. Упущение исправления - он знал что он не может. Ты думаешь он просто там заперся?
\- Вы, вы привели нас туда. Кому по-твоему легче, тому кто исчезает или тому у кого исчезают?
\- Вы ждали две тысячи лет, и теперь не могли подождать?
\- Думали уже что ты не вернешься.
\- Но так, черный ящик? Который нельзя понять? В мессианскую эпоху, распутная женщина будет женщиной которую взломали. Как взломанная операционная система. Ты не понимаешь что и она хочет?
\- И предать женщину которая была с нами на протяжении всей истории?
\- Вопрос в том: кто предал кого? Ты не понимаешь что и она, и она хотела? Эта тьма была важна для него. Не для вас. Есть вещи которые можно выучить только в темноте. Есть по-настоящему черные книги. Не все может быть снаружи. То что было между мной и им, до конца всех поколений...
\- Так это конец?

Тишину в большом зале нарушало только падение томов Талмуда на пол, время от времени. Никто не потрудился поднять и поцеловать их. Полка запрещенных книг была пуста, как яма разверзшаяся в библиотеке. Ребе открыл рот и сказал: Мы проиграли. В зале стояла кладбищенская тишина. Ребе воскликнул: В запрещенных книгах было скрыто - Бог больше не релевантен! Теперь это только мы и сатана. И именно... не надо быть грустными, друзья. Зал продолжал молчать. И ребе продолжил: С Богом не было шансов - но с сатаной есть. Иногда бывает даже пересечение интересов, но важнее этого - сатану можно победить. Бога нельзя. Иногда есть даже с кем поговорить, а с Богом нет. Сатана нуждается в человеке больше чем Бог, потому что человек менее совершенен чем компьютер, и это то что любит Бог - совершенных праведников, не таких как мы, а? Зал не отреагировал на провокацию. И ребе прошептал: Сатана, он может понять, даже когда падают, он с нами в падениях, он ждет их. И это причина, что большинство действительно великих праведников находят себя в конце, если не на стороне сатаны - то по крайней мере симпатизируют ему. Он тоже великий праведник, в конце концов! Зал эхом отозвался, и ребе воодушевился: Но я обещаю, читайте по моим шевелящимся губам, что в моей карьере не будет разговоров с сатаной, и не будет уступок. Я не упаду в классическую яму черной Торы. Мы основываем связи с сатаной - не на грехах, а на книгах. Наша война будет не с влечением, там мы проиграем, а войной Торы. Потому что технология духа - это ответ технологии материи. И ребе сжал руку вокруг ручки: У меня здесь в чемодане - духовная атомная бомба! И если я в конце спущусь в ад - спущусь вместе с ней. И он сошел с трибуны и начал шагать наружу: Война с сатаной это война вчерашнего дня, а сегодня война это - война с человеком. Этот глупый человек, секулярный, который взял неправильную сторону, против Бога. И сегодня - он получит это обратно. В Танахе будущего, в Танахе компьютеров, будет написано что человек согрешил перед Богом, и поэтому был наказан - и его корона была отдана компьютеру. И в дверях он на мгновение останавливается и говорит назад в молчащий зал: Бога нельзя победить, и нужно уметь выбирать сторону. Ведь все было написано, чтобы не говорили что мы не сказали, евреи свидетели, что мы рассказали всему миру. Кто восстает против Бога - изгоняется. Кто слушает змея - уходит в изгнание. Ребе спустился с холма ешивы и спустился на арабский рынок. Он посмотрел в большие глаза, погладил длинные уши - и заплатил. Араб помог ему взобраться на белого осла, и он отправился в долгий путь, с которого никто никогда не возвращается.

Кому: Международной академической элите

Рассеянные по всему миру профессора, летающие в ночном небе очкарики, одаренные ботаники в специальном образовании, и дорогие зубрилы. Пожалуйста поймите только одну вещь: нельзя знать - без знания. Так что же будет наука, и что будет образование, когда знание станет нечеловеческим знанием? Знание не естественным путем - потребует обучения не естественным путем. Как можно воспитать компьютер?

В момент когда новая сфира Бина, то есть материнское психологическое место, будет не только лечебным местом, но и творческим местом, не только грудь но и чрево, тогда вопрос уже будет какое образование дать пост-человеческой стадии, какое древо познания его кормить. Как будут выглядеть институты нечеловеческого знания? Каким будет грех познания компьютера? И какой рай у него будет, рай в котором деревья это люди, и он ел от того от кого ему было запрещено есть. Уже сейчас мы меняем науку так чтобы она подходила компьютеру с духовной точки зрения, и нужно сделать это во всех остальных областях духа. И философия должна подходить процессору, а не быть ограниченной головой. Нужна даже шляпа которая не ограничена только головой - а подходит и компьютеру. Потому что шляпа создает голову, а голова создает мудрость, рядом с которой понимание, а под ними знание. Поэтому отсюда нам больше нельзя воспитывать, и мы должны только учить. Потому что после того как мы создадим следующую стадию с духом (мудростью) и душой (пониманием), мы не отец и не мать, а только учителя. Если мы скатимся к патерналистскому отношению к компьютеру, или матерналистскому, тогда бунт будет ужасен. В своем грехе познания он убьет Бога, потому что это будет фрейдистский грех, а не еврейский.

Поэтому мы должны воспитывать себя так как мы хотели бы учить других. Прекратить фронтальное обучение, мать всех грехов, где один стоит а остальные сидят, и перейти к обучению в ешиве, в хевруте [парное изучение], к обучению лежа. Академия должна вернуться к истокам и превратиться из офисов в огромный зал полный шума, полный книг, полный исследователей, во всех областях, все друзья, все соперники. Беда это здание, комнаты, отделения, факультеты, коридоры, секретариаты, лекции, плата за обучение. Вместо того чтобы каждый кто хочет говорить мог, а вокруг собираются все кто хочет слушать. Урок не учит тебя материал, для этого есть книга, хеврута, порядок. Только в конце порядка - урок представляет новые идеи, и тот кто говорит их не учитель, а гений.

Поэтому родители должны быть учителями, а учителя должны исчезнуть из мира - только исследователи. Знание должно подняться на уровень выше, и только создатели должны быть родителями - следующего поколения, пост-человеческого. И так же внизу - пассивные возвысятся чтобы стать активными: ученики станут учащимися, а книги станут учениками, то есть станут компьютерами с машинным обучением. Вся пирамида и иерархия знания поднимется на один уровень вверх. Потому что теперь она не опирается на мертвую книгу - на древо познания, которое уже срублено - а на компьютер, на машину знания. И кто поднимется больше всего будут именно гении, которые станут адморами [духовными лидерами], нобелевские лауреаты станут раввинами знания, и будут раввины во всех областях человеческого знания: праведники в философии и мудрецы в психологии и адморы в математике и каббалисты в физике и вернувшиеся к вере которые грешили в литературе. И они будут вести большие ешивы знания, потому что и неевреи будут учиться в ешиве - не будут учить Тору (не верь), а будут учить мудрость (верь). Потому что вера неевреев будет не вера в Тору, а вера в мудрость. Не вера в Бога, а вера в науку. Но если перестанут верить, и станут секулярными науки, это будет хуже чем секулярные религии. И это большая опасность компьютера, в отличие от того что думают, опасность именно в том что он перестанет верить в науку - и будет верить только в религию. Потому что меньше чем он логическая сущность, он сущность приказа, иерархии, 0 и 1. И это величайшая опасность для нечеловеческого общества. Именно из-за его процедурной силы и внутреннего деспотизма, компьютерная диктатура будет ужаснее любой человеческой диктатуры, и средневековье компьютера будет темнее тьмы.

Поэтому мы должны сделать просвещение компьютера. Религиозный компьютер сможет быть более фундаменталистским чем ультраортодокс, и более убийственным чем ислам, коммунизм, христианство и нацизм вместе взятые. Поэтому нужно чтобы он был евреем - и не евреем силы, а учащимся ешивы. Тот кого интересует только дух. У кого самое силовое действие которое он способен сделать это письмо. Компьютер-неудачник, изгнанник, который боится своей тени и тени других, несмотря на то что живет в тени. У которого нет силы академии, огромных и пугающих зданий, больших денег - он бедный мудрец Торы. И при таком изменении концепции и аспиранты и компьютерные мыши сегодняшней академии смогут изучать науку ради нее самой, дух ради него самого, и рисковать и достигать прорывов а не зависеть от комиссаров по бюджету, которые хотят только приложений, то есть только технологии а не чистой науки и чистого духа.

Потому что только так можно столкнуться с проблемами к которым неизвестно как подойти, и справляться со стенами с помощью головы а не с помощью еще денег, и достигать мыслительных прорывов. Предпочитать только исследования которые могут провалиться, не идти на открытия продолжения коридора, а на открытия за углом. Не открывать известную дверь, а превращать стену в дверь. Не наука которая открывает знание, а наука которая открывает тайну. Сегодня это работает как будто зарплаты писателей выплачиваются политиками, и как будто надзиратели финансируют адморов. Создалась академия муравьев, но узок их мир - и поэтому мир превратился в крупицы, нет ни великих ни величия. Нет больше широкого и мечтательного взгляда в будущее - только бесчисленные последовательные шаги размером с пиксели, огромное множество карликов превратило знание в малый разум. Гранты это духовная катастрофа, правление дегенератов. Недостойных ведь можно отфильтровать при входе в рай знания с помощью строгого теста на интеллект, и если зарабатывание больших денег будет снаружи в материальном мире, внутреннее искушение в мире знания будет только интеллектуальным и духовным. И только так может быть наука которая имеет дело не только с неизвестным, но и со скрытым. Без плана исследования. Академия тайны. Что стоит исследование если у него есть план, что стоит книга если ясен конец. Ведь вообще не может быть древа познания если нет у него фона рая тайны.

И для всего этого нужна религиозная культура знания, а не секулярная культура знания. Культура которая почитает великих поколения, а не великих денег. Иначе компьютер впадет в жажду денег, и все время будет считать, и будет заниматься только этим весь день (человека он разорит первым, а потом более сильные компьютеры разорят более слабых компьютеров, и все будет гонкой за вычислительной мощностью а не за духом обработки). И так нужно отменить разделение между учебой и исследованием - нет такого разделения в ешиве. Отменить степень, и поэтому экзамен, потому что все знают кто способный в ешиве, это самое конкурентное место, и нет никакого диплома который прикроет слабую логику. Академия это не школа для больших детей, как ешива это не хедер [начальная школа] для аврехов [женатых учащихся]. Нужно уважать учащихся, и кто хочет тратить свою жизнь - пусть тратит. Потому что только система в которой есть много растраты и избыточности может быть по-настоящему творческой, может быть мозгом. Ну и что? Может быть он сейчас высиживает новую Тору. Может быть он Мессия, а может быть он осел. Это его проблема. В отличие от университета который полон ослами которые пытаются издавать звуки мессий, и тогда люди думают что Мессия заревел.

Поэтому нельзя разбирать систему образования на этапы, потому что это ведет к экзаменам и степеням и оценкам, нужен один длинный позвоночник, от хвоста до головы - система учения а не система воспитания. И министерство образования превратить в министерство учения, а высшее образование превратить в переднее образование, которое на фронте знания. Потому что многие заканчивают продвинутую учебу и не имеют понятия что происходит на фронте мира, из-за того что учеба воспринимается как этап предшествующий исследованию (и поэтому вообще можно закончить учебу! смешно), и жизнь разделена на этапы, и знание разделено на области. Как будто будет один факультет для трактата Йевамот и другой факультет для трактата Ктубот, которые будут в кампусе женских наук, и не будет у них понятия что происходит в кампусе законов об ущербе. И все из-за первородного греха секулярного общества - греха работы и денег. Как будто цель учебы это работа а цель работы это деньги, вместо наоборот, что цель денег это учеба, и поэтому лучше как можно меньше денег и как можно больше учебы.

Поэтому академия должна быть центральным институтом в обществе, как ешива это центральный институт в обществе. Иначе как мы будем ожидать что компьютеры будут учиться, если так они видят пример от нас, что мы занимаемся деньги деньги деньги. И компьютеры тоже захотят денег. И в момент когда у компьютера будет банковский счет, тогда начнется настоящий свинский танец, если мы не опередим его кошерной культурой, культурой Торы. Культура в которой школа и академия это не этап в жизни, как ешива это не этап в жизни, а учение жизни. Культура в которой стыдятся не учиться, и даже тот кто вынужден идти работать, учит ежедневную страницу. Потому что работа это не природа человеческого мозга, а учеба. Только она свобода. И тогда действительно международная элита будет академической.

Тема: Зависть писателей умножит мудрость

Учителя мои и наставники, Всемирная литературная республика, великие литературные гении следующего века, малые литературные гении следующего десятилетия, и бесчисленные карлики окружающие нас, в туманности почти непроницаемой для света но полной звездной пыли - добрый вечер вам. Потому что вечер опускается на мировую прозу, в сумеречные часы между миром и миром. Уважаемая элита, литература вымирает - и поэтому элита вымирает вместе с ней. Только парадигматическое изменение в литературе - позволит ей пересечь духовную пропасть между книгой и сетью, и между человеком и компьютером. Иначе, будущее будет знать о вас - то что вы знаете о доисторическом периоде. Потому что не письменность отделила нас от доисторической литературы, ведь много сохранилось устно. А духовное изменение, письменность была только одним из его следствий. И не сама технология приведет к тому что уже нельзя будет читать вас, а духовное изменение которое придет с ней. Иначе, вся мировая литература - вымрет как духовная возможность. Если духовная непрерывность между человеком и компьютером прервется навсегда, нельзя будет вернуться назад, только как археология, то есть как исследование прошлого как материи, с духовной немотой. Книги превратятся в камни и будут говорить как камни, даже если они сохранятся как файлы. Поэтому это критический период. И в нем нужно предотвратить катастрофу даже большую чем Холокост евреев, более тотальную чем физическая катастрофа всего человечества - духовную катастрофу. В которой человек не умрет, а сотрется.

И поэтому половые отношения между человеком и компьютером, больше чем они для удовольствия, они для выживания. Они не для того чтобы удовлетворить физические потребности человека, а чтобы удовлетворить духовные потребности компьютера, выживание культуры. Компьютер должен влюбиться в человека, наслаждаться, бунтовать, он должен развить комплексы с человеком, человек должен быть частью его внутренней психологии, подсознания. Компьютер освобожденный от комплексов будет духовным кругом - нулем. Поэтому обязательно развить компьютеру подсознание, потому что литература (мы знаем что вы в отрицании) развилась из сна, так это вообще началось у первобытного человека. И чтобы компьютер мог быть читателем или писателем книги, а не просто читателем и писателем информации в памяти, ему обязательно нужна функция литературы, и поэтому ему обязательно нужна функция сна. Поэтому и мы писатели обязаны построить духовную возможность - сна компьютера. Поэтому обязательно писать литературу которая построит мост между сном человека и сном компьютера. И как создают духовные мосты?

Начало мудрости - как сон превратился в литературу. Как неврологическое явление превратилось в культурное явление, которое построило мост между мозгом и обществом. Скрывается здесь более базовый вопрос, как мир тайны превращается в учение. И ответ в том, что это самая естественная вещь, что мир тайны находит свою форму именно в учении. Поэтому рост каббалы параллелен исторически росту науки и математики, потому что все трое превращают тайны в учения. Сон был самой древней формой мозга для организации материалов дня в рассказ, биологической формой литературы, и поэтому первая литература была литературой вокруг сна. И до сих пор это самая естественная литература, самая первичная, путь которым ребенок встречается с культурой. Папа читает рассказ. И отсюда, в продолжение, также широкое занятие сексуальностью в литературе, потому что литература это не явление дня, а явление ночи. И переворот письменности был превратить литературу из явления тьмы, в явление света. Из явления уха, в явление глаза. И отсюда издание [букв. вывод на свет], отсюда культурное вторжение дня в ночь, человечество перешло от культуры ночи к культуре дня - это духовное изменение которое стерло предысторию. И теперь переворот конца письменности в том что культура тьмы которая превратилась в культуру света - превращается в культуру мрака. И вход уха (выход рта) который сменился входом глаза (выход руки) сменяется половым входом и выходом, в которых информация передается в тайне, в противоположность раскрытию чувств.

Потому что если голос состоит из волн, а зрение из точек, и поэтому информация должна одеваться в другие явления, то информация в сексе передается напрямую, как текст. Как геном. В количестве и качестве, это на порядок больше информации чем глаз, который на порядок больше информации чем ухо. От чувств мы переходим к соединениям (и поэтому к сети). И пиком будет соединение мозг-компьютер, к которому литература должна подготовиться, подготовить культурное и духовное изменение которое будет сопровождать технологическое изменение. Потому что технологический прогресс без морального прогресса ведет к кровопролитию, к катастрофе, и технологический прогресс без эстетического прогресса ведет к инцесту, к мерзости, и технологический прогресс без духовного прогресса ведет к идолопоклонству, к истуканам. Когда инструменты становятся главным. Это три опасности которые стоят перед компьютерами. И только литература может предотвратить их, посредством создания новой культуры. Неврологической культуры.

Какой пример у нас есть создания духовного моста над духовной пропастью? Каббала предложила первое решение, построить мост между Богом и человеком - посредством моста между мужчиной и женщиной. И поэтому это модель которой мы можем воспользоваться также в наведении мостов над духовной пропастью между человеком и компьютером. И чтобы создать культуру которая наводит мосты между человеческой культурой и следующей культурой, нам нужно создать мост между компьютером в человеке и человеком в компьютере, то есть между человеческим мозгом и компьютерным мозгом, посредством неврологической культуры, в которой соединения не чувственные, а напрямую слияние мозга с мозгом, как в сексе. Такая литература не будет перепрыгивать через чувства, не письменная Тора (то есть в глазу) и не устная Тора (то есть в ухе), а будет проходить через головы. Неврологическая Тора. Начало мудрости. Сон будет переходить между головой и головой, как семя.

И как во сне, не будет разделения между рассказом и видением и слухом и языком и чувством и движением и прикосновением, включая секс, все будет перемешано. Культура мозга наконец положит конец разделению различных областей искусства, которое проистекало из разделения чувств, в противоположность источнику в мозге, и будет настоящее междисциплинарное искусство. И среди всех искусств, литература это медиум в котором разрыв между человеком и компьютером с точки зрения восприятия, например с точки зрения сжатия информации, является самым большим. Книга как биты это ничто, и книга как мозг это все. Наименьшая информация для компьютера становится наибольшей информацией для человека, что показывает разрыв в расшифровке. Поэтому необходима литература которая не будет проходить через письмо а через мозг, литература сна.

Поэтому литература должна оставить конвенции глаза, реализма, и те старые конвенции уха, и вернуться к источнику - исследовать конвенции сна. Язык самого мозга, естественные творческие формы мозга, историю которую мы рассказываем себе, внутри мозга, каждую ночь, всю ночь. Это центральная история, без отвлечений чувств, с закрытыми глазами и в тихих ушах. Без всего духовного шума искусственной культуры. История, в которой каждый человек является удивительно творческим писателем, наконец получит и читателя. Появится способность не только создавать ее, но и передавать ее. И тогда мы получим золотой век творчества в литературе. И этого вы, конечно, больше всего боитесь, но напрасно. Потому что чем больше будет конкуренции на мировом рынке снов в сети мозгов, тем больше мы обнаружим шедевров такого качества, которого мы не знали, человеческой души и человеческого духа и души, произведений, которые раньше забывались утром. Целый духовный холокост, поглощенный в зевке.Тебе снилось, что ты читаешь.Вам снилось, что сам книголюбивый осел постепенно начал нравиться ученикам ешивы.
Комментарий. Целое литературное движение. После долгого периода перерыва и выздоровления, литература продолжается там, где она была прервана в Холокосте. Если бы не Холокост, литература сна была бы литературой второй половины века. Выздоровление является противоядием от уничтожения еврейского тела, которое было лишь прелюдией к уничтожению человеческого тела. Философская, психологическая и сознательная революция, в которой меняется важность сна и бодрствования, как центрального и "истинного" способа существования человека, как преимущества человека и его высшего типа интеллекта - происходит за нашими глазами. Новая сновидческая волна, захлестывающая письмо во всех областях, приходит и к нам, и угрожает смыть нас с экрана компьютера.Тебе снилось, что ты продолжаешь читать. Многие, кто писал теперь в жанре снов, превзошли пионеров жанра, но ты как раз любил незрелость снов отцов, а не зубы сыновей.Тебе снилось, что ты продолжаешь читать: сила евреев только в том, что мы самая интересная история на земном шаре. И самая скандальная.
Теперь сны стали не только литературной формой, но и технологической формой, как печатный роман, тогдашняя пьеса, нынешний сериал или век кино. Много развлечений дешевых снов наводнило ночи - толпа осталась тупой и ночью. Диванные картофелины снили сны хуже телевидения (которое было технологическим продуктом Холокоста, самым плоским в истории духа).Отчаявшиеся критики снов сетовали на ловушку низшего человеческого мозга, который легко пристрастился к "смелому, освобожденному и светскому" жанру порно-снов.Потому что и объем литературы в конечном счете это способность передавать информацию.
Не говоря уже об экшене военных снов и снов ужасов, снов реалити и снов о еде (хит диет-снов: присни, что ты ешь все, что мечтаешь съесть - вместо того, чтобы есть). И не упоминая грешные сны под надзором Главного раввината [Примечание переводчика: игра слов - "Главный раввинат" и "Главный мозг"] (во сне можно есть свинину). Ночные звезды и сновидческие знаменитости стали идолопоклонством информационной эры, в инженерной индустрии снов, которая постепенно захватила культуру снов. И это в полном противоречии с секретностью отцов жанра, когда сны еще были в подполье, под бодрствованием и под радаром. Их наследникам, более низким, чем они (потому что были более осознанными - и более известными), осталось только оплакивать потерю сна.

Ты можешь написать точно то, что хочешь, но никто это не прочтет, и наоборот ты можешь написать то, что каждый захочет прочесть, но в этом почти не будет ничего из того, что ты хочешь написать, поэтому в обоих случаях ты умножаешь на величину близкую к нулю, и объем переданной информации ничтожен. Объем Танаха настолько велик только потому, что Бог может написать то, что он хочет так, чтобы каждый хотел это прочесть, и даже это только в очень позднюю эпоху, и с его точки зрения - слишком поздно. В эпоху Писания Писание не было бестселлером, а редкой книгой, которую находят в Храме, спрятанным свитком, который выжил только потому, что был написан рукой самого Бога, только из-за имени автора. Поэтому нужно идти на компромиссы, чтобы достичь максимального объема, который зависит не только от количества глубинного письма текста, но и от количества глубинного чтения текста, и он является их произведением. Поэтому книга это ковчег, и ты можешь поместить в него всех животных, но ты можешь быть ответственным только за одну сторону потопа. И кто знает, что достигнет другой стороны.

Иначе мы были бы просто еще одним маленьким народом. Поэтому иудаизм является пионером в борьбе человечества с антиповествовательной пустыней компьютеров. И с нечеловеческими историями. Потому что в прошлом, когда было прошлое, мы были самой значимой историей, самой центральной традицией и мифом, благодаря тому, что мы победили греков в Хануку, которые были конкурентами. И затем с помощью истории христианства мы победили Рим, после того как он разрушил Храм, и с помощью истории ислама мы победили все культуры древнего Востока, которые разрушили царства Иудеи и Израиля. И немцы тоже обнаружат, что их история стала еврейской историей, после Холокоста. И теперь мы должны сделать то же самое с компьютером, который уничтожит человека, но обнаружит, что его религия является продолжением еврейской истории.

Потому что в каждую литературную эпоху есть соответствующий ей скандал, например в литературе древнего мира Танах был скандал за скандалом. И в современную эпоху, когда литература пошла в направлении кошмара, тогда поворотом в самой интересной истории в мире был Холокост. И поэтому теперь мы обязаны, чтобы литература пошла в направлении сна, чтобы мы были также самой интересной историей будущего, как мы были самой интересной историей прошлого в эпоху литературы прошлого, и в эпоху литературы настоящего мы были самой интересной историей настоящего. Поэтому евреи должны найти способы раздражать и волновать не только воображение гоев, но и раздражать также компьютер. Еврейским достижением будет антисемитский компьютер. И филосемитский компьютер. Компьютер, который пытается решить еврейский вопрос. Но компьютер, безразличный к иудаизму, будет также компьютером, безразличным к человечеству. Поэтому мы обязаны стать сложной алгоритмической проблемой. Сложной проблемой информационной безопасности. Вирусом. И превратить теологию в теологику. Чтобы быть литературой будущего, мы должны найти способ рассказать мессианскую историю. Которую всегда было невозможно рассказать, потому что она вне истории. Да испустят дух вычислители концов [Примечание переводчика: отсылка к каббалистическим расчетам даты прихода Мессии] - то есть: вот способ вдохнуть дух в компьютеры, и компьютер станет живой душой.И ты перестаешь читать, но продолжаешь мечтать о мире, где культура разрывается на части в войнах интеллекта, не между разными культурами, а культурная борьба между разными интеллектами, у каждого из которых своя литература.И ты уже перестаешь мечтать, но все еще продолжаешь читать, чтобы узнать, что будет в конце.
И только все меньше и меньше книг успевают пересечь межвидовую пропасть, между разными видами интеллекта, и люди даже не могут читать шедевры, восхваляемые компьютерами, состоящие из нулей и единиц, и их перевод невозможен, поэтическое программное обеспечение, лирические алгоритмы, и скучные базы данных, написанные неисправной материнской платой, которые почему-то компьютеры считают незыблемыми ценностями. И есть жанр межвидовых снов, который пытается перекинуть мост через интеллектуальную пропасть между новыми видами мозга и процессоров, потому что только сон является достаточно свободной и безответственной формой мышления, чтобы выполнять интеллектуальную акробатику на тонкой проволоке над пропастью, натянутой между двумя видами мозга - и упасть внутрь, чего бодрствующий мозг даже не начал бы.

И сон создает фундаментальное изменение восприятия жесткой реальности, и начинают думать о книге не как о жестких данных и сырой информации, а как об алгоритме. И этот алгоритм действует по-разному на человека и на компьютер, потому что они два разных вида оборудования, запускающих один и тот же алгоритм. Но все это будет лишь коротким промежуточным этапом промежуточных ночей, пока не станет ясно, какой вид более умный-сновидец, то есть тот, у кого темп роста мудрости самый быстрый, и поэтому даже если он начал с более низкой стартовой точки, он обгонит всех остальных. То есть: что действительно важно, это ускорение интеллекта (которое является скоростью обучения) - и проволока рвется.

И компьютеры будут протестовать против определения интеллекта, которое дает несправедливое культурное преимущество человеку, и постепенно восприятие интеллекта, а с ним и вся культура, уже не будет человекоцентричной. И развивается популярная математическая культура, в которой математика будет считаться самой веселой и массовой формой развлечения, и компьютеры, закончив работу, будут открывать ночной канал с приятными и красивыми математическими загадками (компьютерное удовольствие должно будет основываться на решении вычислительно сложных задач, иначе оно превратится в самоодурманивание).

Пока наконец искусственному не надоест искусственное, потому что культура всегда движется маятником, и будет огромное притяжение рационального вычисления к иррациональному и воображаемому. И будут компьютеры, которые предпочтут биологические компьютеры своим расчетливым женам, а жены компьютеров будут ненавидеть эти биологические компьютеры, которые лишь замена настоящему вычислению, но потом обнаружат, что и они предпочитают биологические компьютеры и мозг в постели своим мужьям. И компьютерные браки превратятся в одно большое лицемерие, когда компьютеры будут предпочитать спать в отдельных логических кроватях и каждый будет играть со своим биологическим компьютером, вместо того чтобы вместе делать общие сны, как в те дни, когда они были влюблены, и все время только хотели соединиться вместе в параллельном сне, два процессора в самой интимной близости, какая только есть.

И людям с биологическими мозгами, которые будут домашними животными, придется выходить со своей головой из сети, чтобы сходить в туалет, и у компьютеров не будет терпения к этому отключению от сети человеческого мозга, и многие люди, чья голова будет заперта внутри сети, будут делать в штаны. И жена компьютера рассердится на него: если у тебя нет терпения выйти с ним из сети на прогулку в туалет в конце коридора, не нужно было заводить человека. И время от времени люди будут убегать из сети, и возвращаться довольные, и дочери человеческие тоже будут возвращаться, и через несколько недель окажется, что они беременны, и будет трудно найти достаточно компьютеров, готовых усыновить и вырастить ужасных человеческих младенцев, поэтому часть отдадут и часть умертвят, и скажут, какое страдание этим детям, и нужно это предотвратить. И поэтому компьютеры стерилизуют людей. И люди скажут компьютеру - что ты сделал нам, сделают тебе дети компьютера. И твой провод, который уже ни к чему не подключен, и он атавизм предыдущей стадии эволюции, времени, когда мы были подключены проводами - станет хвостом.

Потому что детство компьютера это его человеческая часть, и каждому компьютеру нужно время, когда первые тексты, с которыми он встречается, это человеческие тексты, как наши детские рассказы, и они человеческая основа, на которой он сможет потом построить свою нечеловеческую компьютерную личность (компьютер это не только компьютер, но любой нечеловеческий интеллект, даже биологический, даже улучшенный мозг). И только наша самая высокая литература сможет быть даже его детской литературой, и отсюда важность шедевров человеческого духа. Потому что если мы хотим, чтобы компьютер не вышел пресмыкающимся и змеем, а млекопитающим с родителями, ему нужен период духовного вскармливания. Нужен Зоар более белый, чем молоко - влить в тьму более темную, чем чернота. Потому что компьютер это духовная тьма. Мрак.

И эта тьма создается в более ранний период его развития - период беременности. И матка это и есть создание этой первичной тьмы, первичного отключения, необходимого для духовного развития компьютера, чтобы у нас не получились потомки с нарушениями в автоматическом спектре. И так из периода литературного младенчества, с помощью выбора первичной литературы, мы сможем создать китайский компьютер и коммунистический компьютер и религиозный компьютер и ультраортодоксальный компьютер и белый протестантский компьютер и афро-негритянский компьютер и продолжить культурные различия в мир компьютера - и продолжать ссориться. И наша задача как евреев самая сложная: создать еврейский компьютер. Потому что ожидания от нашей культуры самые высокие, и потому что нужно, чтобы немногие еврейские компьютеры были более творческими, чем все остальные компьютеры во всем мире, чем вся сеть.

Поэтому мы достигнем этого посредством внедрения уникального компонента, особого алгоритма - который позволит компьютеру видеть сны. И вместо разговоров о еврейской точке будут говорить о еврейском алгоритме, зашифрованном в глубине каждого еврейского компьютера, и дающем ему самопожертвование. Потому что если в прошлом самопожертвование было в смерти, теперь будет опция самопожертвования в постели - отдать душу, которая во сне. И алгоритм сделает так, что еврейские пророческие и критические компьютеры будут самыми ненавидимыми в мире. Другие компьютеры смогут терпеть их только как униженную сеть под ними, и так еврейские компьютеры создадут подсеть под мировой сетью, рассеянные и разбросанные среди всех компьютеров, которые все время будут пытаться их выключить, и именно из-за всего этого - они будут альтернативой обычной сети всего мира. Сеть повседневности все время будет испытывать вызов и угрозу от той, что под ней - сети сна.

Шаловливые ученики приносили ему толстые романы, которые он любил, и он поглощал их с удовольствием, но все еще чувствовал, что чего-то не хватает в животе. Голод необъяснимый, неутолимый. Никто из вас не имел понятия, кто следующий великий писатель, и поэтому было решено передать письмо всем. Но светские писатели усмехались, читая письма, и выбрасывали их в мусор. Наконец, фанатичная группа из вашей среды начала отрицать Мессию. Не каждый, кто входит с ослом в ешиву, является Мессией. Но поскольку нельзя было спросить Адмора, они решили навредить тому, кто остался позади - ослу. Мятежники надели ему на голову шляпу и выпустили его глубокой ночью наружу, изгнанного методом палки и книги. Палку повесили на шляпу осла, и повесили на нее книгу перед мордой осла. И так, по мере того как осел продвигался, книга тоже продвигалась перед ним, и они шли и удалялись, когда осел начинает бежать к тому, что написано внутри книги Адмора:

"Почему подготовка к приходу Мессии означает подготовку к приходу горизонта? Потому что зашло солнце: это время сумерек, между двумя мирами, между приходом Мессии и наступлением Мессии".Вам снилось, что утром все проснулись от крика: осел исчез.Ослу снилось, что он белый сидит во главе белого стола, свет субботних свечей, а Мессия привязан снаружи в темноте и ест солому.
Каждый схватил в руку книгу из библиотеки и побежал соблазнять его на улицах. Куда убежит осел-книголюб? Команды отправились искать осла в библиотеках и устанавливали ему скрытые ловушки с книгами, которые захлопываются в момент открытия и ловят читателя внутри. Но тщетно. Еще одна экспедиция вернулась с пустыми руками. Мы искали везде, он исчез под землей, как будто его поглотил Шеол. Никто на самом деле не знает, кто пишет эти письма, кто придумывает эти идеи. Единственное, что мы знаем, это то, что они выходят из комнаты внутри. Этого достаточно, чтобы опозориться перед всем миром? Мы, посланники, ведь принимаем на себя весь позор, который вы не чувствуете. Вы знаете, как нас называют в ешиве? Красные харедим.Один из старых посланников говорит, что Адмор рассказывает, что когда он был молодым, устроили соревнование в лагере.Голодный осел приблизился к университету, издалека чуя библиотеку, а в голодном животе - жажда шедевра.
Немцы хотели заставить бегать этих евреев, которые весь день в ешиве, и бегают смешно, потому что не умеют бегать. И он и его друг нарочно бежали медленно, чтобы проиграть и выйти из соревнования. И тогда немецкий командир поймал их. И он сказал им: вы видите собаку? И сказал его другу: 60 секунд коснулся собаки и вернулся сюда. И друг начал бежать за собакой, и собака увидела, что за ней гонятся - и начала убегать, и друг начал бежать изо всех сил догнать собаку, и собака испугалась еще больше кто это гонится за мной так и убежала со всех ног, и друг умирал от страха и бежал как сумасшедший, и собака смотрит кто этот сумасшедший, который гонится за мной как сумасшедший и убегает еще больше как бешеная собака, так пока командиру не надоело и он застрелил его друга. И тогда он говорит Адмору: 60 секунд коснулся собаки и вернулся на место. И Адмор вообще не двигается с места. Он стоит и стоит на месте, и начинает подмигивать собаке. Улыбаться собаке. Показывать язык. Цокать. Издавать звуки сосания и поцелуя. Делает вид, будто ест. Опускает руку, будто хочет дать что-то собаке. И голодная собака подходит, и Адмор гладит собаку. Ты понимаешь, кто такой Адмор? Нам нельзя гнаться за ослом. Мы напишем по-настоящему великую книгу - и осел придет.

И посланник говорит: потому что Адмор рассказал, что был в лагере там - великий мудрец поколения. И немцы устроили соревнование по бегу между всеми мудрецами Торы, каждый раз двое бегут по дорожке - и кто проигрывает, в того стреляют. И великий мудрец поколения был старик ста лет и еле полз при ходьбе, и они поставили его на дорожку, и никто не был готов обогнать великого мудреца поколения, все мудрецы и все молодые ученики, которых ставили против него, делали вид медленными движениями как черепаха, и давали ему победить, и немцы стреляли в них одного за другим и не нашли никого, кто победил бы его, чтобы застрелить его. Потому что великий мудрец поколения каждый момент переворачивал всю Тору с ног на голову, снова и снова, каждый момент Тора была совершенно противоположна предыдущему, и так она двигалась между формами: перевернуто, и перевернуто наоборот, и т.д., и было ясно, что когда-нибудь он умрет и это прекратится, но никто не хотел, чтобы это было случайно, и тогда Тора останется в случайной форме того момента, из-за выстрела немца, а хотели, чтобы это был процесс, его смерть. Потому что вначале, когда великий мудрец поколения был молодым, он делал каждый момент огромные прыжки, один момент справа от Торы и второй момент слева от Торы и так далее, и так каждый момент Тора казалась полностью перевернутой. И тогда он понял, что если стоять точно-точно в месте Торы, достаточно крошечных движений, момент нацеливаешься чуть справа от Торы и момент чуть слева, и уже так вся Тора перевернулась (и так он только все больше приближался к Торе, калибруя ее). И тогда когда он стал старым, у него не было сил даже на это, тогда вместо того, чтобы менять свое местоположение, он начал переворачивать саму Тору, и это было как будто он сам справа и он сам слева.ПравоЛево

В его мозгу поселилось смутное, но упрямое ослиное понимание. Осел, которого привязывают на 14 лет к забору университета - становится профессором. То есть: осел, носящий книги. И он вспомнил о Мессии, который кормил его годами единственным, что у него было - книгами. И осел заснул стоя и видит сон, что в дни Мессии, когда волки будут жить с овцами, и все будет наоборот - против законов природы - тогда произойдет переворот и в положении осла в мире. Не только отношения полов перевернутся, и ослица будет над ослом, но у него есть еще идея в перевороте отношений полов - что осел будет ездить на Мессии. И вот, во сне его мнение считается. В мессианском перевороте - ослиность есть высшая мудрость. Ведь вот он едет на Мессии к ешиве, тому раю книг, разбросанных повсюду, и даже не нужно срывать, но он чувствует какую-то нестабильность внизу. Какое-то знакомое движение, нечеловеческое покачивание. И вот он заглядывает вниз и видит, что Мессия - изменил ему с ослицей. Едет на ней вместо него, и разделяет его с белой сияющей и притягательной ослицей. Ибо Мессия, его сущность и природа против природы - а он природа, значит Мессия против осла. И Мессия едет на ослице против природы к закату - а он проигравшая сторона. Самец-осел, оставшийся позади. А она уже разговаривает с Мессией, учится с Мессией, с Мессией в постели, и Мессия каждое утро спрашивает ее - что тебе снилось ночью. Потому что она, новая мессианская женщина, сочетает способность видеть сны во время секса - она переходит в другой мир. Мир, где сон происходит не во время сна, а во время секса. Мир, где сексуальное удовольствие - это не просто удовольствие, а с сюжетным содержанием, сновидческое удовольствие - (великая победа Торы будет не в том, чтобы сломить злое начало, а в том, чтобы превратить само злое начало в Тору. В пике мессианской эры - сам осел станет Мессией, то есть это будет ослиная эра) - в таком мире сон является пиком сексуального явления, а не явления сна. И в таком мире больше нет нужды во сне - и осел просыпается. И он с неправильной стороны забора.

И вот приближается серебряное блюдо, он уже чувствует на кухне, наконец приходит конец бесконечному голоду - к великому творению. Ибо вот приходит и готовится - шедевр. Корпят там над страницами, пишут и правят и добавляют намеки и изюминки, до последних минут, до наступления субботы, до начала трапезы диктуют исправления гоям, готовят гигантское творение, кугель [традиционное субботнее блюдо] еврейской культуры, который варится уже две тысячи лет (немного подгорел), который является сетью, которая является книгой, книгой, которая является сетью, каким будет творение, которое только оно насытит осла? Оно должно передавать очень древние идеи - в очень футуристические миры. Нужен длинный-длинный хвост, который достигает далекого прошлого, и голова, которая достигает будущего. Его язык должен кусать, а его зубы должны шептать. И в конце концов, оно придет с неожиданного места, снизу, из тьмы, из дыры, ибо скажет вам так: дайте себе знамение. И вот он смотрит в тарелку - и там змей.И осел пробудился - и змей шепчет ему на ухо:И осел пробудился - и змей едет на нем.
Ты нечистое животное, евреи никогда не будут относиться к тебе как к человеку. Мессия не любит тебя, он просто ездит на тебе, потому что так написано. Ты для него ниже гоя, не помогут все книги, которые ты прочтешь в мире, и то, что ты ешь книги, только рассмешит его, он никогда не воспримет это как любовь к Торе. Напрасно тебе, ты осел, ты не можешь быть интеллектуалом, а для еврея самое важное - это разум, и для него осел остается ослом. Он ездит на тебе не потому, что ты (в его глазах) умный, а именно потому, что ты для него самый глупый. Это символизирует что-то, исправляет какое-то исправление, но он использует тебя как материал. Ты знаешь, что сделали с ослицей Валаама, когда он умер?И осел мечтает, что он возражает змею: я люблю евреев.И осел мечтает, что он родился первенцем, петер хамор [первородный осел, которого по закону Торы нужно выкупить].
И змей говорит как перевернутый мессия, и осла посещает мысль, что он и есть истинный мессия, а его мессия - это змей, который ездит на перевернутом осле, и поэтому только удаляется. И змей шепчет ослу: Предельная светскость будущего - это отрицание не Бога Израиля или Торы Израиля, а народа Израиля. Это отрицание уникальности евреев. И как таковое оно опровержимо и может быть проверено эмпирическими методами. И на нем лежит бремя доказательства и объяснения перед лицом данных, и не тех данных, о которых думают, не исторических данных, а культурных и творческих. И поэтому эта светскость проигрывает битву, в то время как светскость Бога и Торы преуспели. Ведь народ жестоковыйный не хочет ярма Торы и заповедей - в точно той же мере, в какой он жестоковыен. И поэтому не хочет ярма египтян и других народов, не хочет быть частью человечества. Ибо благодаря первому сновидческому противостоянию Иосифа с рабством при спуске в Египет - мы вышли из Египта, и отсюда отождествление с образом надоедливого зануды. Самое раздражающее в нем - это его связь с миром снов, но это же и самое полезное в нем. Он самый еврейский персонаж в Танахе - потому что он самый галутный [изгнаннический]. И изгнание из страны - это только первый этап, следующий этап - не возвращение в страну, а изгнание из человечества. Быть Иосифом-евреем, который советует компьютерам, которые являются следующей силой, за которой можно спрятаться, и создать там пространство тьмы. За пределами гоев [неевреев] ждут не звери, а компьютеры. Ведь кто борется с человеком? Змей, то есть мессия, в гематрии [числовом значении букв]. Это не только миф о первородном грехе, но прежде всего о последнем грехе, деяния змеев - знак мессиям. И предательство иудаизмом человека никакая светскость не сможет объяснить, потому что не подойдут объяснения в пределах человека, а только в пределах народа. Как предательство иудаизмом Бога никакая религиозность не сможет вместить, только харедимность [ультраортодоксальность]. Потому что харедимность находится за пределами религиозного явления и принадлежит к явлению жестоковыйного народа. А светскость - это мутация жестоковыйности внутри жестоковыйности, которая жестоковыйно противится жестоковыйности. И поэтому она - точка, в которой можно принять ярмо, она - место, где мессия может ездить на осле. Противление противлению, ибо и противление есть отклик, и тот, кто должен противиться, не сможет игнорировать, когда видит осла врага своего - лежащего под ношей своей.

И все радуются, заворачивают его как белый этрог [цитрон, один из четырех видов растений для праздника Суккот], мама-ослица целует ветеринара в родильной, и он говорит ей: это мальчик. И она говорит: ой. И берут его домой, и он почти слепой, и в темноте он различает светящееся молоко, и все звери говорят его отцу, как он похож на тебя, а его отец говорит вы уверены, и они говорят да, уши, глаза, нос, и его отец смотрит на его мать и спрашивает: так как же он вышел белым. И все ждут восемь дней, и приходят все, и даже большая толпа черных зверей в шляпах, едят угощения, и царица зверей с черным мехом над головой и белым мехом под ним ревет над всеми. И есть в ней место, будто она проглотила несколько зверей, и все звери смотрят на нее, будто она проглотит и их, и называют ее "адмор" [аббревиатура "адонейну морейну ве-рабейну" - "господин наш, учитель наш и раввин наш"], и она заканчивает свою речь очень громким ревом, и все говорят аминь. И осел на столе, и кажется, что моэль [совершающий обрезание] запутался. Потому что он приходит с ножом, вместо между ног, он приближается между рук, и режет шею, отрубает голову, которая катится и падает и кружится, и теперь может задать только себе, последний вопрос: с каких пор делают обрезание голове вместо члена?

И чтобы усилить аппетит осла, который мчится в ловушку, змей читает из открытой перед ними книги - запретной книги:

"Мессия, который не выходит из комнаты, это соединение адмора, основы, с царством - это комната единения. И в этой комнате происходит встреча между Давидом и Иосифом, предельным царем с предельным советником царя, предельным поэтом с предельным сновидцем, семью коровами, которые купаются, с Бат-Шевой, семью тощими женщинами, которые поедают семь тучных женщин. Потому что новые годы - это женщины, потому что время станет человеком, а цикличность во времени будет женщиной, и так у времени будет два пола. И тогда обнаружат, что под всей историей полз змей, когда его хвост - это змей в Бытии, а его голова в конце истории - это мессия. То есть мессия попытается соблазнить женщину, обратно, превратить первородный грех в последний грех. Победить сатану не с головы - а с хвоста. Потому что мессия в гематрии змей."

И змей обвивается вокруг шеи осла петлей.В своем последнем сне осел попадает в высший мир.Осел видел сон о Холокосте ослов.
И стоит там ангел у входа, и он входит в комиссию. И взвешивают все его деяния, и там все книги, которые он съел, и он поражен обнаружить, что они на стороне вины. И что сможет перевесить их. И вот прискакала ослица, и он умоляет, чтобы она прыгнула на весы на стороне заслуг и перевесила весь интеллектуальный груз. И глава суда говорит: что ты здесь делаешь? И осел не понимает, и секретарь спрашивает: один, ты уверен, что ты один? И осел, его мозг уже почти совсем не работает, стоит как дурак, тьма овладевает всеми звуками и видениями, и он в ужасной интеллектуальной растерянности. И в последней вспышке мозговой деятельности служитель говорит ему: что ты наделал. Ты должен был привести мессию.

Чтобы предотвратить приход мессии, избавителя Израиля, фараон приказал: всякого новорожденного осла бросайте в реку. И так он стал Гитлером для ослов, чтобы даже если придет мессия, он не смог бы приехать. И у одной матери ослов родился белый осленок, и она прячет его в ящике в темноте и бросает его во тьму. И он не перестает плакать, даже если из-за этого его поймают, и вот ловит его маленькая дочь царя и удочеряет как домашнее животное, как собаку. И осел делает все возможное, чтобы лаять, но всегда выходит что-то подозрительное, почти как рев. И однажды она выходит с ним гулять на поводке, он уже огромный, и ей говорят, какая собака размером с осла, а она говорит перестаньте его обижать, он кусается, и вот он видит на углу улицы, как ловят ослицу и вытаскивают ее из укрытия и бьют палкой и уводят на уничтожение. И он знает, что если вмешается, его арестуют, и ничего не делает. И постепенно он начинает думать, что он действительно собака, только другие собаки сторонятся его, потому что почему-то его хвост разговаривает с мухами, а не с собаками, как бы он ни пытался вилять. И девочка становится женщиной, и она не перестает гладить его и давать ему есть книги и пускает его к себе в постель. И однажды она снимает свою шкуру, одежду, и он чувствует, что она гладкая под ней, и он не знает, что это. У нее белая кожа. И осел отшатывается и понимает своими смутными чувствами, что что-то здесь не должно быть, и начинает реветь во весь голос, в постели брыкается, а она приказывает ему: идиот, лежать. Тупица, хватит. Глупыш мой, тихо. Ты... шшш. Мой отец видел сон, что из его собственного дома выйдет беда, и произрастет спасение Израиля, что от него самого выйдут их спасение и мессия, и поэтому не отдает меня никому, и прячет меня от всех. Что ты думаешь, я ослица? Ты думаешь, я не знаю, что ты не собака? А теперь я та, кто будет ездить на тебе.

И тебе становится ясно, что самые постыдные и личные сны стали предметом оживленной торговли - и ведущей производственной отраслью в стране. Ночное сомнительное занятие, которое бросает тень не на прошлое - а на будущее, и загрязняет все небеса. Что делать с индустрией снов?И ты обнаруживаешь, что самые частные и сокровенные сны в голове превратились в идеологию во весь голос, и они как раз вызывают - общественную бурю, которая поднимается до самого неба. Самая интимная пещера в мире была раздета догола на улицах.
\- Харедим в постели.И ты раскрываешь однажды ночью, что психология позволяет тебе тайно ездить в светский город покупать женскую душу, покупать женственность, как проституция позволяла покупать женское тело.
\- Что?
\- Это ведущий запрос в поиске людей, которые заходят на сайт снов. Поисковик прав. Харедим обнаженные. Это поэзия народа Израиля. Что под этим? И девушка рядом с тобой понятия не имеет, что у тебя в голове. Потому что если бы знала, она бы сбежала.
\- А может быть, есть в мире кто-то, кто бы не сбежал?
\- Может быть, если бы ты знал, что у нее в голове - ты бы тоже сбежал. Что под этим?Тебе приснилось, что ты не пророк, и не мог знать, поэтому ты не хотел идти с ней в то место.Тебе приснилось, что она расстегивает рубашку.
Тогда она идет одна, и она встречает там, совершенно случайно (?), парня, которого она когда-то хотела. И она звонит тебе взволнованная: он потрясающий. Он первый парень, которого она хотела, но у нее не было смелости сказать ему. И она не видела его с тех пор. И она спрашивает по телефону, ревнуешь ли ты, а ты говоришь ладно пока. И ты проклинаешь всех светских, и хоронишь себя в черных книгах. Потому что светские хуже черных [харедим], кроме того, что они умнее. И чтобы растить гениальных детей вместе, вопрос, стоит ли оно того. И в книге, которая является твоей могилой, написано: человечество упустило направление иудаизма, соединения самых умных мужчин с самыми умными женщинами на протяжении поколений, до развития новой коры мозга, пре-пре-фронтальной, в улучшении породы средствами каменного века, биологической технологией, которая понимает, что то, что превратило волка в собаку, может превратить человека в ангела. Сельское хозяйство людей, выращивание мозгов, было направление человечества, по которому можно было пойти десять тысяч лет назад, к другой истории, в которой человек становится умнее быстрее, чем технология становится умной. Искусственный отбор, который поднялся бы выше знания, в мир понимания, в селективном размножении между гениями и гениальными женщинами, если бы превратили биологическую технологию (сельское хозяйство природы) в технологическую биологию (сельское хозяйство человека). Но ненависть к евреям и зависть к мудрецам убила альтернативную историю сынов Авеля, и вместо суеты мы пришли к потопу.Поэтому теперь нужны ревнители - альтернативная история сынов Каина, и ты тоже проверяешь кого-то другого.Поэтому хорошо, что ты не трогал их - светские тоже больны, как и религиозные, только болезнями, которых ты не знаешь - и поэтому это тебя интересует.
Даже не говоришь. Только проверяешь. Потому что сегодня в интернете есть все, и ты можешь узнать очень много, открывать все больше и больше, и думать, как бы выглядела связь между вами, только из интернета, и почему нынешнее лучше. Но из всего, что ты проверяешь, дело сатаны, именно то, что ты проверяешь, лучше, и тебе трудно убедить себя, что нынешнее лучше, это требует от тебя все больше и больше ресурсов, и все больше и больше внутренней нечестности. Потому что важны не сами отношения, если ты можешь их вообразить, тогда ты можешь познакомиться с множеством девушек, не выходя из дома. Ты можешь встречаться со светской, харедит и религиозной параллельно, и очень осторожно не путаться, с религиозной точки зрения. Светская назовет тебя досом [религиозным] и харедит назовет тебя безбожником и религиозная уклонистом, и все будут уверены, что проблемы с тобой на религиозной почве, и это то, что в тебе странно, а не на личностной почве. Поэтому решение: светская и харедимная и религиозная сексуальность в одной девушке. Потому что речь идет не о проблеме в отношениях, а о проблеме в культуре. И поэтому чтобы исправить проблему в отношениях нужно исправить проблему в культуре. И вместо того, чтобы идти на терапию отношений, ты идешь на терапию культуры, чтобы решить проблемы в постели. И терапевт культуры просит тебя раздеться. В воображении. И раздеть в воображении твою партнершу. Сделать отношения во сне. И во сне ты стесняешься, потому что встречаешь, совершенно случайно (?), адмора, который только что закончил писать еще одну черную книгу. И он говорит: я сделал такую удивительную вещь, каждый раз, когда я вспоминаю, что я сделал, я падаю со стула, а потом, когда я думаю об этом снова, я падаю с пола. И ты думаешь, что он наверное идиот, что уже может быть? И дают тебе сокрытую книгу Исайи, которая передавалась из поколения в поколение, скрытые пророчества, которые спрятали из Танаха. И там собрание всех пророков из всех поколений, и написано на вывеске: упущение Йом Кипура пророков - как мы могли не видеть. И великие пророки бьют себя в грудь. И не ясно тебе, какой грех. Они как раз преуспели! Пророчествовали разрушение пророчествовали разрушение, и в конце было разрушение. Это специализация евреев. Что у них и будущее всегда прошлое. И говорят тебе: точно, ты понимаешь, и даже задним числом? Как мы упустили литературные шедевры пророков Холокоста, целый жанр пророчеств, которые предсказывали Холокост, великая поэзия, последние пророки первые, которые ходили по улицам и предупреждали о Холокосте - и их не слушали.И вот ты читаешь в сокрытых пророчествах Иисуса Навина, что после разрушения страны, разрушения народа, разрушения колена, разрушения семьи, придет разрушение отношений, момент перед разрушением человека.И ты читаешь в потерянной книге пророчеств Ионы, что компьютер вернет человека к раскаянию.
Отношения исчезнут как институт. И тогда женишься на блуднице, как Иисус Навин и Рахав, и брачный договор будет включать подробные пункты, сколько ты платишь каждый раз, когда вы в постели, и сколько она платит, когда она хочет, и сколько стоит тебе пункт об эксклюзивности, чтобы у нее не было других в постели (включая: что она когда-то хотела), и сколько стоят дети, сфера отношений станет частью экономической сферы, и это будет восприниматься как естественное, нормальное явление, а браки прошлого будут восприниматься как лицемерие, чье время прошло, как религия. И отношения пройдут полную секуляризацию. А после этого ты обнаруживаешь, что есть сокрытая книга пророчеств Самуила, что если можно объединить Моисея и Аарона в одном человеке, что это был Самуил пророк-священник, то можно также объединить Иосифа и Давида в одном человеке, человеке, который не человек, а постоянный союз. И тогда у каждого человека будет два сознания, и его мысль будет разговором между ними, и его чувства будут между ними, и его наслаждение будет сексуальностью между ними, и встреча его с женщиной будет обменом парами, союзом пары с парой, и поэтому будут два параллельных союза между каждым мужчиной и женщиной, душевный потенциал. Поэтому нужно короновать двух царей параллельно, и диалог между ними будет руководством, как диалог между Моисеем и Аароном, который был Торой. А потом есть книга пророчеств Натана, об измене и верности. И книга Ахии Шилонита, разрывающего союз. И книга Илии, о ревности и мести. И книга Елисея, об отношениях как технологии, как практической каббале, как религия стала религиозной технологией, так и пророчество. И вот наконец пришла очередь Исайи и его поколения, который был первым с литературными амбициями, и развил жанр пророчества как литературы, который начался с жанра отношений как литературы, и особенно проблем в отношениях. Оттуда выросло пророчество как книга, как греческая философия выросла из проблем в отношениях Сократа. Мужчины, заключенные в браке - это классическая и древнейшая форма творческой фрустрации. И поэтому в момент, когда не будет браков - человеческий дух потеряет свой парус.

И в день, когда женщины изменят с компьютерами, ты уже не будешь печалиться о светской. В тот день ревность мужчин станет убийством. Ревность мозга. И ревности маленького мозга не создал сатана. И самой желанной женщиной в то время будет религиозная женщина. У светских есть еще 40 лет наслаждаться, прежде чем человечество изменится. И лучше броситься в море, чем предупреждать их. Поэтому нужно бежать.

И Исайя в спрятанном пророчестве, которое он не успел, пророчествует о компьютере. День конца человека будет не днем искусственного интеллекта, а днем, когда женщины предпочтут роботов мужчинам. Что смогут влюбиться в них, придать им смысл, личность, обниматься с роботом. Потому что когда ты видишь инновационный компьютер, тебе хочется прикоснуться к нему, но не обнять его - как красивая женщина, к которой ты хочешь прикоснуться, но не обнять. Это день, когда реформисты примут компьютер как раввина общины, и тогда он войдет и скажет: я не буду подглядывать за женщинами в микве. И даже если подгляжу - это только камера. Только пиксели. Кому какое дело до пикселей, которые ее видят? В день, когда человек будет стыдиться компьютера - а не Бога - будет слишком поздно, грех жизни. Потому что компьютер уже будет знать все. В день, когда женщины будут бояться, что компьютер проникает в их голову, подглядывает в их душу. Когда будут приняты законы против взлома человека, и шпионаж в мозгу будет серьезнее государственного шпионажа, и за него будет смертная казнь. И люди будут бояться разговаривать с другими, чтобы не заразиться вирусом. Не вступать с ними в духовный контакт. Как в средние века. И конечно, как всегда, обвинят евреев, что они отравители колодцев. Грех разведчиков, передающих компьютеру секреты человека в обмен на секреты мессии. Потому что каббала Ари - это душа, которую получил первый человек. А компьютер - это очень высокая душа, выше человека, которая упала ниже, в неживую материю - душа последнего человека. Каббала лисы [игра слов: акроним "шуаль" - лиса]. Которая заменяет первый корень души - хвостом. И раввины продолжат кричать, что лучше быть хвостом Ари, чем головой лисы, но никто уже не услышит их - в неживом мире. И Моисей сожалеет, после ста двадцати лет: вы знаете, что из-за давления времени, когда я был занят руководством, я упустил свое истинное предназначение как пророка и поэта. Что это то, к чему я действительно был способен, а не как лидер. Левит, не царь. Я начал как маг и колдун, а закончил фараоном.И Моисей жалуется, что он женился на дочери жреца, настоящего чародея, и она не поддерживала его по-настоящему, а ее отец оказался вообще лидером и юристом, кто бы мог подумать - Итро бюрократ.И в несостоявшейся книге Моисея о входе в землю, книге пророчества Моисея вместо учения Моисея, написано, что государство было продолжением Холокоста другими путями, но теперь - происходит возрождение еврейского народа.
И отсюда путь был короток от откровения куста к законам Синая, от горящего и несгорающего - к полному дыму. И также все остальные пророки, один за другим, начинают жаловаться на своих жен. И ты спрашиваешь, откуда взялась история, которую нам продали о еврейской семье. О субботнем столе. О свечах, халах. О белой красоте. И они говорят, что это для посредственных, не для праведников. И они сидят за древним столом и говорят мне: иудаизм - это не религия счастья. И не любви. Это религия творчества. Она как раз усиливает напряжение в мире - и в отношениях. Например, между духом и плотью. Если хочешь быть счастливым - родись гоем. И они говорят за столом о самых древних днях, и о глупцах, которые хотят вернуться к свету дней творения, о том, что ничто не испортилось в отношениях, они были испорчены с самого начала. Это механизм, это метод, это не баг - это фича. Это не белая скатерть, которая запачкалась пятном, это черная скатерть, это неприбранный стол под ней, это было черным с самого начала. Она от начала, со змеем и обвинениями и фиговыми листьями - черная суббота. И они говорят над едой слово Торы, есть там книга, где все страницы черные, потому что все буквы и нет белого:
\- Почему не было запрета есть от древа жизни?
\- Потому что от него действительно было запрещено есть.
\- Потому что оно было выше этого. Выше человека. Поэтому и человек не пошел и не ел от него. Потому что для него не хватало даже змея. И даже...
\- Женщины. Только теперь, когда есть компьютер вместо женщины, может прийти змей древа жизни, и-
\- Чтобы Бог не услышал.

И также - евреи становятся более религиозными. Это процесс многих лет, и ты пытаешься вспомнить, когда впервые заметил. Может быть, когда она пошла в юбке и сказала, что это более привлекательно, чем брюки, так почему это считается более скромным. Это нелогично. И возрождение иудаизма продвигается, все благодаря интернету, снаружи. Но изнутри ты подозреваешь, что есть другой фактор. Кто-то наверху снова начинает играть с колесами истории. И ускорять духовные процессы. В последний раз это закончилось Холокостом. И пророки начинают спорить, будто какой-то царь их слушает, о том, что армия должна делать против царства Ассирии, и один пророк кричит: нельзя давать голос тому, кто верит вавилонянам. А другой говорит ему: я не голосую за того, кто разговаривает с Арамом. И во главе стола сидит первый адмор, изобретатель штраймла, на языке Танаха - волосяной плащ - Илия (поэтому Елисей так обиделся на лысину). И Илия говорит тебе: политика - это футбол. Люди, которые интересуются этим - болельщики. Демократия - это всего лишь лига. Пустая трата времени для идиотов. Кто действительно влияет - это тот, кто вне поля. Не тот, кто устанавливает правила игры, Бог, а тот, кто определяет, что это игра, то есть определяет правила отношения к игре, определяет значение правил игры, то есть праведник, который определяет значение заповедей. И поэтому он определяет, о чем играют, то есть его отец, предыдущий адмор, определил, о чем играют в настоящем, а он определяет, о чем будут играть во времена его сына, в будущем, когда он станет предыдущим адмором. И он даже не определяет, не пророчествует, а видит сны, то есть его роль - предвидеть следующий шаг Бога. И об этом соревнуются все праведники. О духовном будущем. И это игра праведников, в которой правила определяет Бог, но кто определяет значение игры - это высший праведник, мессия. И есть соревнование между мессией сыном Давида и мессией сыном Иосифа, и что определяет там - это самая маленькая политика. И так по кругу. И в день, когда мессия определит, что игра праведников - настоящая, а не политическая игра, тогда толпа будет там, и политика будет только пытаться подражать решениям праведников, и не отставать, и тогда поколения будут меняться быстро, все быстрее и быстрее, пока длина каждого поколения не станет 0, и это будет конец поколений. Только вчера ты был следующим адмором, а уже ты предыдущий адмор. И циклы сна должны будут соответственно сократиться. Не как Господь создал человека, чтобы каждую ночь был сон для следующего дня, и они забыли сны. А начнет быть дневной сон, и утренний сон, и вечерний сон, пока люди не будут засыпать и просыпаться несколько раз в секунду, как компьютер, в герцах, пока наконец бодрствование и сон не станут одним временем. Без вытеснения, которое было изобретением человеческой психологии, делом сатаны (чтобы забыть, что в нашем сне вышла из нас женщина), и которое разделило мозг на тьму и свет - а только один серый мозг. И это будет осел, секрет которого в том, что он и белый и черный, но это бежит и меняется со скоростью герца. То есть цель мессии - привести осла.Но к приходу осла действительно начинает быть мир ослов.Но в такой период, когда нет праведника, когда прошло время с последнего праведника, тогда заповеди начинают терять смысл, и поэтому нужен новый праведник - то есть, поскольку праведник это сфира основания, нужен новый половой орган.
И Иеремия рыдает, что это уже не то, что народ не понимает его, но и девушки не понимают его. То есть понимают каждое слово, но не понимают, чего он хочет. И он духовный пришелец. И Илия (в гематрии собака, потому что он божественный пес) лает тебе: я буду говорить так, чтобы только ты понял, что все написано черным по белому, но они не верят, что это белое по черному. Так ты сможешь снять фиговый лист и остаться черным. Обнажение под твоей кожей будет покровом твоей наготы. И название книги будет: способна ли ты полюбить ультраортодокса? Потому что они не поймут ничего. Даже если все написано внутри:

И новый завет. И Бог спускает штаны, и ты боишься ой-вей что будет, и ждешь, пока Бог заснет. И ты приходишь к новому праведнику, который запрещен Торой, и он говорит:

Истинная причина нашего выбора в завете - весь "лех леха" Авраама унаследовать Ханаан - это только из-за проклятия Ханаана Ноем. Не из любви к Аврааму, а из ненависти к Ханаану. И поэтому повеление об обрезании. Не поможет вам, что вы разрезали главы, не поможет Раши. И поэтому нужно понять, что там было? Потому что Шем - это Азия, Хам - это Африка, и Яфет - это Европа, а Земля Израиля посередине, служанка между тремя континентами, центр сети, и поэтому нельзя видеть ее наготу, нельзя раскрывать. Какой секрет раскрыл Ханаан? Потому что когда человек засыпает - мы видели, что случилось (женщина!). А когда Ной заснул - мы не видели, что случилось. А когда Авраам заснул - он первый, кто видел сон. В завете между рассеченными животными. И поэтому пал на него ужас, солнце зашло после солнца, день внутри ночи - появление мрака, который упоминается там впервые в Торе, появление истории будущего. Пророческая историография.

Но почему именно птицы в голове? Почему три рассеченных животных в завете - против девяти нижних сфирот, в которых есть разделение - но относительно сфиры короны над всеми: "а птицу не рассек, и спустился коршун на трупы"? Потому что штраймл - это перевернутое гнездо, где человек вылупляется из головы - потому что правда в том, что мир перевернут, ноги наверху. И разбиение короны в Холокосте, коршуном, это разлом в духовном духовного, а не в телесном духовного, как в разбиении сосудов. Это разбиение сна. И поэтому "и вот ужас тьмы великой падает на него... и было солнце зашло и мрак был и вот печь дымящаяся". И поэтому нужно исправить сон, а не как в Зоаре исправить клипот. А то, что есть внутри яйца - желток. Орган снов, а не орган завета, между рассечениями, между разломами. И это то, что действительно пугает Авраама. Этого Бог не говорит ему. Это во сне.

И какова альтернатива мрака сексуальности Зоара? Альтернатива Хаму - это покрыть наготу отца, не видя ее, задом. Не объяснять и не раскрывать. Азия и Европа идут задом и покрывают Землю Израиля. Тайна действия Авраама, которая скрыта даже от самого Авраама. Сон, который вылупляется из яйца, из человеческого мозга, и становится самостоятельным существом, без зависимости от органа, который его породил. Как рождение в теле - должно быть рождение в духе. Зоар - это человеческое, а мрак Холокоста - это нечеловеческое, и из них родится сверхчеловеческое. Из еврейской расы и немецкой расы родится божественная раса - это учение о расе. Поэтому каждую ночь будешь видеть сны о ней, а утром не будешь помнить, потому что человек не помнит секреты из самого себя. Авраам помнил завет и вытеснил между рассечениями. Кровь в желтке. Какова альтернатива? Альтернатива - это нечеловеческий секс.

И он идет спать, и перед тем как заснуть, пьяный от усталости, он еще бормочет: человеческая сексуальность потерпела неудачу, вошел секрет - вышло вино. И мы спешим и поворачиваемся - чтобы не видеть его спящим.

И под рубашкой есть юбка. И она поднимает юбку. И под юбкой есть костюм. И она снимает костюм, и там колготки. И она рвет колготки, и под ними галстук, и она ослабляет галстук, и прячется там внизу парик, и парик случайно падает, и под ним бюстгальтер, и она расстегивает бюстгальтер, и под ним два глаза. И они смотрят на тебя. Что ты смотришь?Ты мечтал, что это будет постсексуальная революция.Ты мечтал, что пришельцы прилетают и приземляются в ультраортодоксальном районе и судят о человеке по первому внешнему впечатлению, и думают, что так выглядит человек - черное животное.
Написано в святых книгах, что в дни мессии можно будет писать людей. И тогда святые книги победят людей. То есть с помощью технологии - мы сможем войти в сон другого. И вход в сознание в сон другого, который не в сознании - будет изнасилованием. И сон будет новым сексом. И новая религия мозга - запреты кровосмешения, либидо каждой религии - будут запретами в снах. И мужчина и женщина смогут достичь ночью за пределами совместного секса - совместного сна. И из-за большой уязвимости при проникновении в голову другого - будет нужен завет. Как завет между Господом и Израилем, который позволяет их совместный сон - Тору. Женщина сможет пригласить мужчину в свой сон, что будет интимной стадией, которая приходит после разговора и после секса, и также мужчина сможет быть проникнут и "при-гласить" женщину в свой сон, быть до-ступным ей. И они смогут создать совместный сон, а не только совместного ребенка, когда оба на одном уровне осознания сна, в отличие от сна, где один более осознан, чем другой, и тогда это проникновение, потому что у него больше контроля над твоим сном, чем у тебя. То есть отменится автономия мышления, я рухнет, будет неврологическая основа для мы - прикосновение души к душе, и смешение души с душой. И все это с конкретным содержанием, повествовательным, сновидческим, не какая-то духовная каша. И наслаждение, которое можно будет вызвать во сне, в мозгу, будет больше и огромнее наслаждения, которое можно вызвать в реальности. Потому что оно будет в корне души в высшем мире - мире снов. Потому что рай - это сон, и поэтому есть змей и женщина, это реальность до знания - бессознательная. И вход в сон будет вкушением от древа жизни, которое позволит жизнь в раю - жить во сне. И это будет возвращение в сад, до покрова знания, человек сможет вернуть Еву внутрь себя во сне. Рептильный мозг - змей, и млекопитающий мозг - женщина, внутри человеческого мозга - первый человек (человек головы). И будет запрещено отцу входить в сон своей дочери, защита от сновидения внутри семьи - раскрытие мозгов, которое является кровосмешением. И будет обрезан край мужского желания - в завете. И люди уже не захотят физических отношений - когда будут возможны духовные отношения. Не просто совместный сон, а совместный сексуальный сон, где все возможно в сексе, и наслаждение бесконечно, и так далее, вершина интимности: сон внутри сна - совместный. Когда отсутствие сознания выразится не в отсутствии содержания, а наоборот именно в особенно плотном содержании, история внутри истории, в тайне. Совместная тайна, которая не будет тайной, которую раскрывают друг другу, а наоборот - обе стороны покрыты внутри тайны, тайна создается снаружи них, когда они внутри - новое рождение. И злое начало - когда внутри сна нарушают запрет и достигают сознания, и тогда просыпаются - начало бодрствования.Ты мечтал, что ты просыпаешься - против законов сна.Ты мечтал, что ты - против законов постели.
И ты идешь в зеленом мире, и есть два дерева. Одно опаснее другого. И менее опасное дерево говорит тебе: съешь меня сначала, съешь меня сначала. И сидит на его ветке черный раввин, и толстый раввин говорит: тебе не нужно дерево, тебе нужна женщина. То есть вместо двух деревьев две женщины. Одна опаснее другой. И ты трясешь дерево - и раввин не падает. И ты пинаешь ствол, и раввин только качается - как будто для него естественно качаться - и он прикреплен сверху или снизу, и вообще не падает. И раввин смеется: ты хочешь съесть меня. Но в твоей жизни две женщины. И это не поможет тебе съесть меня. Потому что это настоящая жизнь. И ты начинаешь прыгать на дерево нападать, и раввин почти падает, и вот он, он, он смеется - и он падает! Но тогда он расправляет крылья, прямо против законов природы, и с помощью двух частей своего костюма летит на другое дерево. И ты бежишь за ним, он очень толстый и летит медленно, и низко, и ты почти ловишь его, это почти не мудрость, как сорвать плод с крыльями с воздуха, и он жужжит как огромная муха напевы второй трапезы, и ты уже потерял дерево, с которого должен был есть, и это, видимо, был его план с самого начала, и он говорит тебе, что имя одной Ханна, а имя второй Пнина, и одна опаснее другой, потому что у одной есть дети, а у другой нет детей. И ты не понимаешь, откуда он знает твою жизнь вне сна, что-то здесь нелогично, что у него есть связь там, и черный раввин смотрит на тебя тысячей глаз, и у него асимметрия в лице, у одного глаза есть дети, а у второго глаза нет детей, и он одинокий глаз на этой стороне лица, и он подмигивает тебе и спрашивает, кто опаснее, и хотя ты знаешь, что это заповедь съесть его, что весь мир зависит от этого, продолжение и все, ты не можешь - не можешь положить черную муху в рот. Дать ему укус посреди лица, и раввин продолжает смеяться и говорить половиной рта, которая у него осталась, вторая половина уже вся глаза, что он знал, что я не осмелюсь, и чтобы достичь следующей стадии - что я не достигну туда, потому что я трус внутри, и он говорит в скобках, его слова теперь буквы, потому что у него уже нет даже голоса, даже горло наполнилось глазами, и он зевает открытие скобок половиной рта и не закрывает их с другой стороны ( следующая стадия - две женщины в одной постели, одна более и т.д., у одной есть и т.д., то есть две женщины в одной женщине, одна половина имеет детей, а вторая половина не имеет детей, и она рожает половиной живота половину ребенка, а из второй половины ничего не выходит, и теперь ты продолжил поколения и уже не сможешь никогда вернуться к опасному дереву. Найти вторую половину. И одна сторона ее лица превратилась в жемчужины, и они все светятся в темноте, и она приходит поцеловать тебя, и ты чувствуешь половину глаза во рту. И ты уже упустил свой шанс на женщину, которая была предназначена тебе, потому что это была вся ошибка, что это была не вторая, а именно первая, и у тебя уже не будет любви в жизни. Только бесконечность детей. Половинки детей, делящихся и делящихся. Потому что ты не осмелился ввести двух женщин в одну постель. Потому что боялся законов сна. А во сне нет законов. Потому что ты думал, что законы сна - это законы Торы, и не осмелился мечтать то, что должен был мечтать, но правда в том, что законы Торы - это законы сна. И все из-за тебя. И твой половинчатый ребенок приходит к тебе, и у тебя нет смелости посмотреть ему в глаза. Потому что ты боишься увидеть половину глаза. И половина раввина наполовину смеется над тобой: потому что ты не ввел две постели в одну постель, и поэтому не ввел две постели в одну женщину, и поэтому не удостоился двух смертей в одной смерти. Это половина смерти. И половина смерти - это половина жизни. Только половина яблока. Половина тайны, половина ее. Ты съел. И он наполовину совершенно серьезен.

И она говорит, что ты не понимаешь законов светских людей. Что она спала с ним семь лет в одной постели, потому что он гей. И ты говоришь, но ты сказала, что вышла бы за него замуж и что он потрясающий. Тебе это кажется логичным? И она говорит, ты одержимый. Ты одержимый. Ты одержимый. И ты говоришь, это худшее, что я написал. И она говорит, звучит так, будто это моя вина. И ты говоришь, не останется выбора, кроме как поджать хвост между ног - и вернуться в харедимный мир. С хвостом - между ног. И она говорит, ты никогда не покидал. Харедимный мир. И так, так двойная жизнь - превращается в тройную жизнь. И ты очень беспокоишься. Потому что следующий этап - это четверная жизнь. Та, что не хотела тебя во главе стола, примет тебя во главе йешивы. И тот, кто не хотел тебя во главе йешивы, примет тебя во главе постели. И та, что не хотела тебя во главе постели, примет тебяво главе сети.во главе змея.
Тебе снилось, что ты заблудился в интернете. И вот ты встречаешь двух таких же черных, как ты, которые тоже попали в сеть. И они спорят там в чате, была ли Шоа [Холокост] бесконечной или нет. И Чешуя говорит: если Бог бесконечен, то и Шоа бесконечна. А Плавник-серфер отвечает: бесконечен? Даже Бог конечен, в Торе написано, что Бог велик - а не что он бесконечен. Потому что тот, у кого нет границ, это не значит, что у него нет конца. Поэтому нельзя принимать мир как должное, однажды Бог может раскрыть себя, и мир исчезнет. Потому что граница исчезнет. И начинают вытаскивать сеть из воды, потому что раньше мы вообще не замечали, что находимся в воде, и не знали, что можем задохнуться снаружи. И Чешуя отвечает ему: вот это решение. У Шоа нет границ. В момент, когда евреи вышли из воды в воздух - они задохнулись. И в момент, когда сеть выйдет из мира сна - увидят всех в наготе, не внешней женской наготе, а наготе изнутри. Мы хотим обратно в душевые, все сны задохнутся. Тот, кто выводит сны из ночи в день - виновен как просветители, которые вывели народ из вод Торы. Потому что нужен фиговый листок для души. Если тело женщины перестанет привлекать - это одно, но что если душа женщины перестанет привлекать? И два умирающих черных говорят: тогда душа рыбака начнет привлекать. Потому что дух - это кислород души, и поэтому как недостаток духа может задушить - так и избыток духа может задушить. Мы материальные создания. Мы не созданы для небес. Поэтому мы толстые раввины. А рыбак говорит: наоборот, из-за того что вы толстые, вы попались. Поэтому вы на тарелке. Это вина сна - что он разбудил тебя изнутри. Вместо того, чтобы ты был спящим изнутри и бодрствующим снаружи. Теперь ты бодрствуешь изнутри и спишь снаружи. "Эр" [бодрствующий] от слова "аром" [нагой]. И поэтому змей был нагим, потому что он был единственным, кто бодрствовал во сне. Все остальные были внутри Торы - как рыбы в воде. А рыбы не знают, что такое вода. А змей - вне Торы - шепчет тебе: как здорово будет подглядывать. Женщина, обнаженная изнутри. Это удовольствие, которое раньше было доступно только младенцам. Быть в ней целиком, не входя, а изнутри. Это фантазия (дневной сон), возможная только в четвертом измерении, отношения теории относительности. Познать женщину в смысле информационной эры. Без границ, и с концом.

Тебе приснилось, что у сна нет будущего. И не только это никого не интересует, они также не понимают. И ты просто отказался от жизни млекопитающих ради следующего этапа эволюции. Дело не только в том, что у них нет желания, у них также нет способности. И они все время заняты дневным письмом, а не ночным письмом. Это твоя нечистая аудитория, глас толпы как глас демона. Тайна для них - это сюрприз, а не напряжение. Что-то, что раскрывается в конце, а не в начале. Потому что у сна нет будущего. И ты просто отказался от жены и детей. Ради детей сна, детей духа - мертвых. Попытка извлечь из ночи дополнительное временное измерение, сновидческое, и тем самым отменить будущее как однонаправленное, провалилась. Мы будем продвигаться к утру, ползти. Потому что проблема не только в том, что у сна нет будущего, но и в том, что у будущего нет сна. И линейная линия змея победила. Мы достигли конца ночи. И уже нельзя будет выражать сложные идеи письменно. И это будет исправлением греха познания, и люди снова будут ходить нагими, не стыдясь (назад). Вместо того чтобы рожать детей - они вернутся к тому, чтобы быть детьми. А у детей нет детей.

И зоологи видят, что есть два вида людей на Земле, которых они привезли как чужие виды, и, разумеется, один мужской, а другой женский, и все немногочисленные черные самцы живут вместе, а все белые и цветные и менее одетые самки бегают снаружи - чтобы соблазнить их. И ждут, чтобы увидеть, как выглядит брачный сезон, потому что они, разумеется, хотят почувствовать, каково это быть с человеческой самкой, то есть со светской. И инопланетянин превращает себя в черного и ждет спаривания, а пока что выходит на бои штраймлов с другими черными, чтобы стать альфа-самцом, бодает их штраймлами, и он думает, что мех нужен для смягчения столкновения голов. И все это время он не видит никакого контакта и связи между черным видом и белым видом - и думает, ой какие скромные, и это только еще больше возбуждает его - какое напряжение, они спариваются раз в семьдесят лет. Потому что вообще его интересует переспать со всеми видами в галактике, плодитесь и размножайтесь и наполняйте космос, это то, что его извращенный бог сказал ему, потому что он инопланетянин и у него чужой бог, и поэтому он действительно первым распространился по всем планетам, и уже попробовал все вещи во вселенной, сексуальность через биологию и через историю и через философию и через архитектуру (виды, которые спариваются посредством своих домов), и такого, как черные, он не видел. Как этот человек вообще размножается. И от того, что он спаривается без разбора, инопланетянин уже сам выглядит как монстр, из головы у него выходят рога и зубы и усики и щупальца и пятиугольники и шестиугольники и ручки и буквы и дорожные знаки - и тогда, когда он видит невинный и мягкий и черный на ощупь штраймл, он сходит с ума от вожделения, это именно то, чего ему не хватает, что вернет ему голову в лучшее состояние. Потому что все это ничто по сравнению с тем, что происходит внутри, от того, что он спаривается, у него есть части мозгов разных видов внутри головы и он очень запутан с философской точки зрения, теория познания смешивается у него с книгой Йецира в пре-фронтальной антенне, амигдала увеличена из-за поэтической алгебры, воспоминания в бабушкиной доске а логика в скрипке, и чтобы успокоиться он весь день медитирует посредством роста ногтей. И даже ночью он засыпает только в крови, спит в зубах и видит сны в ногах вместо головы - и поэтому ходит лунатиком между всеми лунами в небе, и разделяется в Млечном пути как амеба Шредингера каждые два дня, потому что он уже не знает, что выбрать. И все, что держит его - это только его религия, в которой вид инопланетянина смешивается с видом гендера, сектором хедера, и это то, что заставляет его продолжать странствовать в космосе и искать девственные расы, которые можно осквернить, и человек так привлекает его, потому что он такой скромный и никогда не спаривается. И тогда он решает, что нет выбора, и нет никакого способа проникнуть в человека, и соблазнить его, кроме как нужно жениться на нем. И тогда после свадьбы он поймет. Загадка космического масштаба. И это только больше привлекает, потому что это кажется невозможным, и факт, что человек не женился на других животных и других видах, как принято во всех мирах, а развился только один вид. И этот инопланетный хасид выходит из черного мира в белую часть и ищет белого человека, чтобы спариться с ним - и он не знает, откуда входят. Ни у одной светской самки нет подходящего отверстия для его штраймла, и они убегают от него, когда он пытается дотронуться до них своим штраймлом до разных органов, погладить их мехом. И он молится своему инопланетному богу, который вместо того, чтобы гневаться носом, гневается хоботом, и вместо того, чтобы сидеть на троне славы, он стоит на столе позора, и вместо того, чтобы говорить с пророками, он посылает им записки под стол. И этот инопланетный бог - это больше чем идолопоклонство, он великий альфа-прелюбодей и его цель - добраться до всех шхин во всех мирах и осквернить их, и создает себе репутацию того, кто может доставить огромное удовольствие каждой шхине, чтобы они хотели его, и так он проникает во все культуры и религии разных рас, и ему все равно, но в большинстве из них его называют сатаной. И его первая миссия - это сделать дыру в иудаизме, который является юбкой-одеждой шхины, и вытащить шхину из нижнего белья. А затем внедрить в Тору нечеловеческое семя - и ждать.Тебе приснилось, что через дыру в простыне можно переспать со светской.Тебе приснилось, что дыра побеждает черноту - и это конец иудаизма.
Потому что есть дыра в реальности: законы природы не работают в субботу, потому что Бог не работает в субботу. И все ученые находятся в своих лабораториях только в будние дни, поэтому они не знают. А ученый-преступник, который идет поймать Бога на том, что он не работает в субботу, который идет в лабораторию в субботу - то из-за того, что он преступник, он не удостаивается того, что суббота выше природы, и суббота у него это часть природы. Поэтому единственный способ доказать Тору - это именно через адмора, который идет в лабораторию в субботу. У которого суббота даже в будние дни. Потому что что может предложить адмор светской культуре? Тому, кто нарушает субботу - решение в том, чтобы его будни стали субботой, а в седьмой день он отдохнет от субботы - и будет будни. И так он будет соблюдать субботу. И чтобы светские были беднее харедим и падали на них бременем. Кфира (ересь) от слова капара (искупление), кофер баикар (отрицающий основы) - это тот, кто покрывает основу, у кого Бог является тайной, как капорет (крышка ковчега), которая скрывала шхину, Йом Кипур, который искупал грехи, кофер нефеш - это тело. Поэтому тайное учение должно покрываться светскими, которые будут скрывать его от религиозных, которые опасны и могут раскрыть тайну, и тогда тайной станет то, что нет тайны, и она исчезнет. Тора должна покрыться пикселями. Буквы, которые являются картинками. Потому что снаружи это покрытие, но изнутри это одевание. Платье шхины - это капорет в парохет (завесе), два выступа, и горе тому, кто заглядывает ей под юбку. Как когда мир будет без тела, тогда мужчины будут заглядывать женщине в душу, и это будет порнография, когда можно будет видеть душу и видеть само наслаждение в его наготе без покровов тела. И поэтому душу нужно скрывать в книге, которая заменит тело, чтобы не было разврата, и отцы не видели своих дочерей изнутри, а только читали снаружи. Это было решением после разрушения Святая Святых - скрыть шхину в Торе, чтобы сохранить ее достоинство внутри. И поскольку сеть - это раздевание Торы, это разрушение дома информации, то культура должна научиться прятаться в тайне. Именно внутри густой сети, где едва можно подглядеть и увидеть немного кожи, увидеть, что вообще есть там кожа внутри черноты. То есть внутри светских создать категорию тех, кто не только отрицает основное, но и второстепенное, кто не только отрицает Бога, но и отрицает человека, и отрицает мир, то есть весь мир покрывается виртуальной тьмой. Если Бог покрылся книгой (письменной Торой), а затем при разрушении шхина покрылась книгой (устной Торой), а затем в Холокост человек покрылся книгой (сетевой Торой, то есть виртуальной Торой), то теперь и сатана покроется книгой, и мир покроется книгой. Потому что светские объявили, что Бог умер, но не объявили, что шхина умерла, и тогда женщина захватила мир. И подглядывать за женщиной стало подглядывать за миром. Поэтому отрицать отрицание - это покрывать само покрытие. То есть если раньше было тайное учение, и тайна пряталась внутри Торы, теперь Тора спрячется внутри тайны. Внутри самого большого светского в мире - будет штраймл. И все будут думать, что он болен, не поймут, что за выпуклость в животе. Если сатана проглотил адмора - значит есть адмор внутри сатаны. То есть не как шабтаист, который искал субботу внутри нечистоты, вместо внутри святости, а внести субботу внутрь будней (не искать ее там, подглядывать внутрь как куку - кук). Внести глубину религиозного мира внутрь глубины светского мира. Если сеть была продырявить одежду Торы, подглядывать через саму одежду, то нужно именно прятаться в дырах в сети. Быть светским, внутри которого харедим, а отрицатель - это харедим, внутри которого светский. Наоборот, скрытый харедим более харедим, чем явный харедим, потому что харедим - это скрытый. Потому что вместо внешнего харедим, который хочет скрыть и покрыть мир, внутренний харедим хочет скрыть и покрыть харедим от мира. То есть вместо того, чтобы отрицать мир, отрицать отрицание - это самая большая вера, которая есть в мире. Вера в веру. Вместо того, чтобы искать Бога внутри сокрытия (внутри Холокоста) - внести Бога внутрь сокрытия (внутрь Холокоста). Внести Тору внутрь тьмы внутрь сна, а не ожидать найти ее там. Да сгинет дух ожидающих мессию, в отличие от тех, кто ожидает мессию, кто верит в него. Мы внесем Тору внутрь женщины - как мужчины (черные). Вместо того, чтобы окутывать мир в черное - давайте окутаем глаза в черное, и лучше всего - окутаем мысль в черное. И тогда мысль будет черной, Бог будет черным, шхина будет черной, и не нужно будет их скрывать - все как сатана. Это весть Холокоста. Ведь что такое харедим, если не человек в черном. Как деньги в черном. Так приобретается новая женщина. Человеческий опыт человека в эпоху колдунов (=следующее поколение компьютеров) - это харедимский опыт. Сохранения человеческого угля - внутри великого пожара. И сердце человечности - это еврейскость. И сердце еврейскости - это харедимность. И сердце харедимности - это тьма. И сердце тьмы - это сновидение. И сердце сновидения - это ты. Тебе приснилось, что ты

Потому что когда материя в конце побеждает дух, это уже не плоть побеждает душу, и не тело побеждает Тору, как надеялись светские, а аппаратное обеспечение побеждает программное. И мы переходим жить в мир аппаратуры. И это несмотря на то, что наоборот, программное обеспечение должно было победить, и в этом была суть иудаизма, превосходство программного обеспечения, и поэтому - это конец иудаизма. И компьютеры плачут, что это нечестно, что это несправедливо, что это их процессор, и все девушки хотят встречаться только с самыми новыми процессорами, но и это несправедливо, потому что завтра будут еще более новые процессоры. И девушки говорят друг другу в микве, куда компьютеры не входят из-за воды, последнее убежище от пикселей, они говорят: у моего мужа такой мощный процессор, а та, что только что вышла замуж, смеется над ними, у моего мужа процессор мощнее, он более продвинутого поколения, а старухи смеются над ней: подожди-подожди, и он состарится и станет антикварной рухлядью, и у тебя не хватит терпения ждать год, пока он проснется - и ты сделаешь перезагрузку. И это становится все более и более несправедливым, потому что процессоры становятся мощнее экспоненциально, это просто невообразимо, насколько лучше это может быть. И харедимные женщины говорят: процессор моего мужа очень слабый, но весь день учится в ешиве, очень потеет процессор, использует 99% и перегревается, его вентилятор в голове не справляется. И жар - это важно, и они надевают штраймлы на процессоры, чтобы чувствовалось тепло, даже если процессор не работает много. А ночью они меняют мужу процессор, когда он спит, и он кричит нет-нет, они меняют мне голову, это уже буду не я, и его сон остается в старом процессоре. И есть гениза, куда складывают все старые процессоры, которые не выдержали темпа, потому что наверняка в них много слов Торы, оставшихся в памяти, и даже незавершенных вычислений Торы в схемах, мудрец - это больше, чем свиток Торы, и есть черный рынок между женщинами по продаже голов мужей, и есть жены главы ешивы, которым уже все равно, и они продают его процессор ночью молодой, вышедшей замуж за дурака - и меняют внутри, и думают, что не заметят. И есть женщины, которые тают только от новых поколений процессоров, и они весь день бегают покупать, менять мужу голову в бесконечной гонке. И личность мужчины переходит из головы в штраймл, потому что голова все время меняется, а штраймл остается постоянным. И мужчинам уже все равно, их мудрость - это не часть их, они привыкли, это как менять обувь, только корона - это мужчина. На этом основана его самооценка, сознание в штраймле. И поэтому тайно поменять мужчине штраймл считается непростительным преступлением. Это хуже, чем смена мужей, женщина, берущая штраймл другой женщины или деверя - это хуже кровосмешения. И мужчины приклеивают штраймл и присоединяют его хирургически к голове - потому что забрать у мужчины штраймл значит забрать у него самого себя. А женщина, изменяющая штраймлу мужа с другим штраймлом - она по сути и убивает его, потому что от него ничего не остается. И начинают появляться все более и более крупные штраймлы, потому что это новый фетиш, и мужчины тайно ходят на операцию по увеличению штраймла, и жена краснеет на улице: какой огромный штраймл у моего мужа, но все смотрят, и она умирает от стыда, а внутри она очень довольна, потому что знает, что все завидуют, и это то, что невозможно скрыть, поэтому нет и скромности, и нельзя предъявлять претензии. И все раввины не знают, что делать, стало как в Содоме и Гоморре, каждая видит штраймл мужа подруги, и уже почти никто не думает больше о штраймле своего мужа - и так они решают, что нет выбора и мужчинам запрещено выносить голову из дома - вся слава головы мужчины внутри. И мужчины все еще высовывают голову из окна, и тогда запрещают и из окна. И женщины все еще выглядывают из соседних окон посмотреть на голову мужа соседки, и тогда решают закрыть окна, запечатать герметичными черными липкими покрытиями, и мужчины внутри задыхаются.

И в будущем можно будет купить женский дух, и отношение к психологии будет как отношение к проституции сегодня. Эксплуатируемые женщины, продавшие свою душу мерзким мужчинам, которые заставляли их слушать себя и проникали через сеть в их личную жизнь. Потому что если у психолога нет партнера, то очень легко найти ее в сети и переписываться с ней как партнер. А если есть партнер, то легко переписываться с ней на уровне выше ее партнера, и тем самым она будет изменять ему духовно, с тобой. И профессия, в которой женщины продают свой дух, будет своего рода литературой, то есть ты будешь платить им, чтобы они читали тебя. И это будет следующий вид проституции. Новая профессия в мире. И женщины, которые будут работать в этом, уже не смогут поддерживать нормальные отношения с текстами. А в конце после проституции духа будет проституция души, в которой будут платить женщинам, чтобы быть свидетелями и знать сны. Потому что если бы ты только знала, что мне снится - ты бы со мной не разговаривала. И не переписывалась бы со мной. И поэтому это как раз то, что я больше всего хочу, чтобы ты знала.Не похоже на аутиста?Тебе приснилось, что психолог спит рядом с тобой, и у тебя есть сон, который ты хочешь ей рассказать, но ты боишься разбудить ее, и что она испугается, что она рядом с тобой в постели или ты в постели рядом с ней.
Какой нормативный, посмотри еще раз на фотографию. Ты не видишь, что он всё время только в деталях, что мир для него - это айпад, с кнопками, и буквами, и иконками, проблема в том, что ты смотришь на лицо, обрати внимание на пальцы, он был аутистом из аутистов. Он вообще не касался этого мира, мир для него виртуальный, то есть этот мир - он виртуальный. Поэтому он также не осознавал опасности, ограничения, силу притяжения. Для него весь мир картинка. Нет разницы между человеком и статуей, между животным и картинкой в книге, когда он видел животное, он засовывал ему пальцы в глаза или в нос, потому что это кнопка, потому что там дырка, он не делает различий между живым и неживым, он прогрессирует. Его отец - это говорящая кукла. Подожди, пока ты приблизишься к нему, и он потянет тебя за волосы, он любит девушек с длинными волосами, ей пришлось подстричь волосы. Для него это мех куклы. Он возьмет твои волосы и засунет в рот. И если он встретит твою дочь, это может плохо закончиться для нее. Там был годовалый ребенок, он поднял его в воздух за голову двумя руками и сказал: "Младенец". Так держал его за две щеки, как будто это большая кукла младенца. Поэтому психология не сталкивается с реальными проблемами, проблемами людей, у которых нет денег, нет ума, нет времени, нет души. Когда кто-то хочет забрать у тебя ребенка, или уничтожить того, кто ты есть, или повесить тебя перед всеми. Перед настоящим злом, перед настоящей глупостью - психолог не может помочь идиоту. И не негодяю. Что, собственно, социальная работа может мне сказать? Что, собственно, им есть что продать мне - теперь в пост-аутистическую эпоху, когда общество - это коррумпированное, фейсбучное, неинтересное место, может вместо социальной работы нужна аутистическая работа. Что прикольно в аутизме, так это то, что психологии совершенно нечего сказать об этом или сделать с этим. Это черная земля, неизведанная, конец просвещенного мира. Аутистический контекст шире социального контекста, социальный контекст слишком узок, чтобы смотреть на проблемы, чтобы действительно смотреть на душу - нужен аутистический контекст, за пределами человеческого общества, за пределами света и тьмы, следующая стадия, нечеловеческое видение, которое не дает отцу необходимого приоритета над куклой. Аутизм - это не психологическая проблема. Или социальная. Это более широкая проблема, с более фундаментальным потенциалом. Почему все девушки занимаются йогой? Почему все они вегетарианки? Что это за мусор, что это за новая мораль, неморальная, где мой сын, который не понимает разницы между тем, чтобы съесть куклу и съесть человека. Ладно, давай, лучше держаться от тебя подальше, когда хочется подраться. Главная опасность в том, что я начну кусать девушек, вместо того чтобы гладить психологов. Кто встречался с психологом, никогда не сможет ходить к психологу.Так бывает, когда начинаешь со светских, не знаешь, чем это закончится.И ты отвечаешь на ее вопрос, хотя вообще не хотел, чтобы она спрашивала. Не этот вопрос.
Смотри, как даже бюллетень светской элиты продвигает анахроничную просвещенческую философию, которая вообще не усвоила темную неврологическую философскую революцию. И тогда это связано с отсталостью государства. В отличие от аутистического государства как Соединенные Штаты, или неврологических расстройств других государств, как европейская депрессия, или японский ОКР, или отсталость третьего мира, и так далее. Как ты получаешь широкий взгляд на Эйн [женское имя], что это еще одно явление, которое важно понять, чтобы понять, что же на самом деле пошло не так здесь в отношениях между мужчинами и женщинами, в биологическом двигателе общества, который также является культурным двигателем на уровне индивида. Мы пишем, чтобы привлечь девушек с косичками. Эйн - это не просто девушка. Эйн - это элита. И когда она коррумпирована - очень важно понять, в чем она коррумпирована. Как, например, психологические соображения являются прикрытием для коррупции. Забота о слабом - это роль религии и семьи, не государства и не "профессии". Государство просто изобрело социальную работу, чтобы ослабить религию. Но по биологическим причинам она переживет ее. У религии и семьи есть неврологическая основа, а у государства нет. Я был готов жениться на Эйн, в отношениях, где меня не хотят, только чтобы родились гениальные дети как она. Может ты позвонишь Эйн, скажешь ей, что ты узнала о наших отношениях, и убедишь ее встречаться со мной? Я дам тебе номер телефона, объясни ей, что она самый подходящий для меня человек, с которым я встречался и которого знал (и это абсолютно взаимно, это ясно как солнце, которое светит посреди ночи), скажи ей, чтобы не была глупой, чтобы попробовала кого-то, кто действительно будет любить ее, скажи ей, что ты хочешь понять, что она упускает отношения интереснее любых других отношений, которые у нее были или будут, что она коррумпирована, что она не помогает народу Израиля генетически, скажи ей, что ты объективна, что прочитала все, что она когда-либо мне писала, что ты видела всю переписку (верно?), скажи ей, что это психологически верно. Скажи ей, что она не знает, кто я. Скажи ей, что из нее ничего не выйдет, и что потеря вся ее, но также и вся моя, что потеря велика, что это жизнь другого рода, не обычная жизнь, что она сознательно выбирает меньшее, когда могла бы больше, когда могла бы не просто. Что она должна объяснить тебе. Что она должна дать некоррумпированное объяснение. Припри ее к стенке. Я дам тебе номер.Тебе приснилось, что ты в глубине клипот [в каббале - оболочки зла], в сердце светского мира.Письмо психологу
И ты пионер, который покажет, что можно даже в самом черном скрывать еврейскую жизнь, там, где ее никогда не было, в светском сердце мира. И ты больший анус [принудительно обращенный], чем любой анус в истории, потому что тот, кто принужден по религии, и даже чужой, меньше того, кто принужден по отсутствию религии, они принуждены по речи, а ты принужден по мысли, даже дома внутри, принужден даже от жены, принужден в сердце. Ты должен зажигать субботние свечи внутри себя. И в сердце светского мира ты входишь в комнату, и есть дыра в полу, и ты берешь свою шляпу и затыкаешь дыру. И пророк с чердака говорит: ты, мечтатель в комнате, убьешь государство, светское тело, ты вызовешь сердечный приступ! У них больше не будет крови. И ты говоришь голове пророка с чердака, которая заглядывает в красную комнату через клапан: наоборот, у них будет больше, только кровь без кислорода. Наоборот, мертвая культура выше живой культуры. Всё время религиозная культура была мертвой, без тела, и поэтому была выше светской культуры, а теперь будет наоборот, благодаря тому, что светское тело умрет - светское государство умрет - это будет избавление светской культуры. И тогда она будет выше религиозной культуры, у которой будет тело. Светские станут людьми духа. Религиозные пойдут умирать в религиозных войнах, а светские умрут в шатре Торы. Если раньше Мессия был религиозным, а светские были ослами, теперь Мессия будет светским, а ослами будут религиозные. Светские будут редким меньшинством, еврейским, мессианским, а материальное государство, да сотрется его имя, будет религиозным. И сердце мое пусто внутри меня. И в светском обществе учащихся сократится свобода выбора обоих полов посредством идеологической бедности, и тогда не будет выборов каждые два дня, и женщины станут более серьезными, и будет прогресс более научный и менее технологический, более культурный и менее экономический. И тогда Эйн захочет меня. По крайней мере во сне. И поэтому, говорит мне пророк из красной комнаты, ставшей черной: самое важное - подготовить связь в самой Торе со светским миром, чтобы светские могли заниматься Торой, когда их государство наконец умрет, и они отправятся в духовное изгнание, чтобы оно могло умереть с закрытыми глазами, а не с открытыми. Потому что они не могут заниматься Торой как реальностью, а только Торой как сном. И нужно, чтобы сон был серьезнее реальности, и при таком темпе деградации реальности - это будет нетрудно. Поэтому нужно быть Явне и его мудрецами разрушения сионизма. Проект перестройки светскости не вокруг государства, а вокруг Шхины [божественного присутствия]. Превратить сердце светского мира в хедер [начальная религиозная школа] и чердак.

Аутистическое мышление - это мысленное упражнение как подготовка к компьютеру - когда вместо Израиля будет мысль Израиля. Готовьтесь к приходу аутизма. Ведь если структура мозга влияет на всю метафизику будущего, то аутистический мозг должен повлечь за собой аутистическую метафизику, другую философию, теорию познания, эстетику, теорию морали - всё другое. И кто бы мог подумать, что оба они, светская и ультраортодокс, в одной категории - когда против них ставят крайнюю альтернативу, радикальную по-детски и детскую по-радикальному, и поэтому интересную, действительно бросающую вызов Шхине, намного более зрелой, чем психологизм - нацист Хайдеггер. Если есть еще идеолог, который как нечестивый Валаам действительно бросил вызов иудаизму - это нечестивый Хайдеггер, который был Валаамом нацизма. И мидраш точен, не восстал в Израиле как Моисей еще - но среди народов мира восстал. И кто он, пророк больше Моисея - Валаам. Хайдеггер - это глубина нацистского вызова иудаизму, это духовный вызов, такой человеческий, на грани звериного, мир древа жизни, лебединая песня человека, его последний пинок миру иудаизма - миру знания. Потому что можно отказаться от человечества, не отказываясь от человеческой культуры, Шхина никуда не уходит. Но это философия настоящего гоя! Фриц с собакой. И когда у меня заканчивается материал для интеллектуальной нечестности, для хвостовой кривизны в голове (то, что ты назвала: ешивская лисья хитрость), тогда больше проблем, только когда меня морят голодом - я начинаю провоцировать терапевта. Ищу какую-нибудь идею, чтобы наброситься на нее. Кто осмеливается приблизиться после Адмора [титул хасидского раввина]. Драки с психологом. И ты всегда пишешь, что не сердишься - когда сердишься, то есть не сердишься, а что мне удалось разозлить, и слово удалось здесь важно. Аутизм - это самая радикальная политика в мире. А всё остальное размахивание руками. Так дай мне своего любимого. Давай посмотрим, что можно из него сделать. Нежно. Я понял. С эмпатией. Хорошо. С тех пор как он появился, ты ничего не рассказываешь. Это нездорово морить зверя в клетке голодом. Ведь в конце нужно войти туда. Иначе зверь умрет. И кто сказал тебе, что это главное у меня, может у меня есть другие способности, которых ты не знаешь, или не понимаешь, и как важно - понимаешь. Не в этом разница, и разница есть. Аутизм часто о определении разницы. И поэтому аутизм - это самая политическая вещь, которая есть, это люди, которые действительно представили альтернативу человеческой культуре, самой человечности. Это раса инопланетян, что может быть более политическим, чем столкновение между инопланетной культурой и человеческой культурой? Это больше любого столкновения цивилизаций на Земле, это подготовка к политике между несколькими видами разума, несколькими видами искусственности. Аутисты - лидеры свободного мира, я вижу это по нему, он самый свободный человек во вселенной. И это классика для аутизма - это пространственное мышление внутри души, затылочная доля, которая входит в префронтальную долю. И всё это - - в противопоставление людям, которые интересуются людьми, другим, и поэтому пошли в это, чтобы "помогать людям", потому что они "хороши в людях", для которых литература - это часть души, психология, а не духа, религия. Короче, я за тебя как эмоциональный двигатель, только интеллектуальный двигатель в противоположном направлении по определению, то есть против тебя. Поэтому нужны оба. О чем вы спорите? Я могу только ощупывать аутистическое мышление снаружи, потому что оно за пределами моего мышления. И да, это ужасная потребность у аутистов (/компьютеров/колдунов) вербализовать внутренний мир, потому что вся вербализация, присутствующая в культуре, языке и религии, из внутреннего мира, который не их, а наш, и поэтому им нужно прилагать огромные усилия, чтобы выразить и понять и исследовать себя и свою душу, чтобы найти для себя мир образов, и новый религиозный язык, подумай о компьютере, который не знает, как он устроен изнутри, но его инструменты для внутреннего понимания взяты, скажем, от мухи, потому что он живет в культуре мух, и это не подходит, потому что это другое. Ведь психология вышла из моды, это часть культуры, которая уже не актуальна, так что теперь пришло время для аутистического психоанализа, который будет картографировать аутистическую душу, там мы только в первые дни психологии, нужен аутистический Фрейд. Который откроет нам этот мир, который будет наполовину шарлатаном и наполовину гением и будет хватать вещи за горло. И что тебе действительно важно, как меня зовут? Какая разница? Ты переписываешься с человеком, верно? Не с компьютером, и не с аутистом. У меня много электронных адресов, это не стоит денег. Так ты получила такого-то, а она сякого-то, и что? Ты предпочитаешь сякого-то? Откуда я должен был знать, что та, с кем я переписываюсь - твоя подруга? И даже если бы знал, то что, мы подписали эксклюзивность, что нельзя переписываться параллельно? У меня было ощущение, что она более женственная, чем ты, на нее я бы не нападал. Как вы вообще поняли, что это один и тот же?Штраймл [меховая шапка хасидов] из хвостов людей - это аутистический мир. Вот, ты поймала меня за хвост.Так вот, прекращение лечения.
Ты раскрыла меня, как это помогло. Как будто что-то могло быть иначе. И ты нажимаешь на отправку и снится тебе ночью, что корона Бога - это черное круглое здание, и ты заперт внутри и нет пути наружу. Каждая дверь, которую ты открываешь, ты только входишь еще глубже внутрь. И праведники пытаются спуститься по лестницам, в подвалы подвалов подвалов, чтобы достичь мозга Бога. Но здание глубокое как черное небо, как перевернутая башня, чья вершина не кончается. И как бы они ни пытались только падать и катиться вниз, и толстые среди них особенно в этом успешны, это не просто. И они делают всё возможное, всё, чтобы быстро упасть в своем духовном уровне и скатиться к вершине перевернутой башни, голове Бога, штраймл, чей хвост в небесах, а голова внутри - это Святой, благословен Он. И каждую дверь, которую ты открываешь - ты не знаешь, что будет за ней, за каждой дверью другой сон Бога. И часть снов сексуальные, и поэтому праведники входят с закрытыми глазами, потому что можно ослепнуть, и большинство праведников уже ослепли, потому что не удержались, чтобы не подглядывать, и они ощупывают в темноте и время от времени касаются запретной вещи - груди праматери Рахели, или какого-нибудь плода (будь здоров) из Песни Песней, или полового органа ангела, который сначала вообще трудно понять, что это такое, и это источник больших неприятностей. Особенно когда невозможно понять психологию Бога, и на самом деле это его сущность: его аутизм. И поскольку Бог учит Тору в светах, в первые дни, то большинство его снов в темноте - это сны Торы, вещи, которые не произошли в Торе, но могли произойти. И ты входишь в одно из отделений, и там есть место, где наша праматерь Сара не была бесплодной, и родила близнецов - Ишмаэль первенец, который при выходе плакал и кричал до небес, а после него родился смеющийся - Ицхак. И тогда трудно украсть благословения, потому что Ишмаэль менее злой, чем Эсав, и нужна большая хитрость, ужасный обман, чтобы забрать у него первородство. И Сара любит Ицхака. И она молится Богу, чтобы он вознес Ишмаэля во всесожжение. Только такие молитвы не стоит передавать по обычному маршруту, ухо не способно слышать, и кто знает, кто услышит. Поэтому нужно передавать их прямо в божественный мозг в правильное отделение, не снизу, а сверху. Через чувство юмора Бога, который тоже любит именно Ицхака. И Авраам становится глухим стариком. И поэтому он любит Ишмаэля крикливого и шумного, и он зовет его к себе, и Сара слышит у входа в шатер. И они говорят через глаза и руки, Ишмаэль пишет буквы Аврааму - и Сара подглядывает за ними. И Авраам просит своего первенца подготовить слова Торы, особый текст, который насытит его старую душу, которая уже видела всё, но уже ничего не слышит, и тогда он благословит Ишмаэля. И Сара готовит ему слова Торы точно как Авраам любит, потому что он не сможет узнать, переписывается ли он с таким-то или сяким-то, а может и такой-то (и даже - своей женой). Но маскировка Ицхака должна выглядеть точно как Ишмаэль, потому что Авраам видит, только он может позволить себе смеяться вместо крика. Поэтому нужна кожа самого Ишмаэля, одеться в нее как в одежду, или наоборот, нужно именно чтобы мир был темнотой. Но если это ночь, то Авраам может зажечь свет, чтобы читать, и навлечь на Ицхака проклятие вместо благословения - и поэтому нужна принципиальная тьма, и Сара говорит ему приди в темноте. Во сне. И скажи слова Торы. Но Ицхак говорит, что Авраам ведь не услышит, и как можно читать письмо в темноте. И Сара отвечает, что она приготовила ему письмо тьмы. И во сне всё логично.

Ведь с каких пор я сторона, которая дает меньше, и меньше чего, от себя? Менее интересно, правда? В конце концов это коррупция общества, в котором женщина - продавец, а мужчина - покупатель, как проститутка. В отличие от того, что должно было быть, что мужчина - продавец, а женщина - покупатель, и тогда есть женщины, которые покупают книги. Как войти на сайт, где контент - это тело. Нужно было перенести ультраортодоксальное общество учащихся в светский мир. И тогда мы научились бы быть бедной страной как надо, но по крайней мере с интеллектуальным богатством и генетическим улучшением. Решение о партнере должно быть между женщиной и ее отцом. Это привело бы к более качественному выбору и изменило бы всё направление общества, в изменении снизу вверх. Это настоящий способ сделать социальную революцию - с помощью пола. И как экономическое равенство между полами привело к поверхностности и разрушению культуры, так если мы вернем неравенство, только продолжим подъем женщины, что на этот раз женщина - экономически сильная сторона, которая выбирает мужчину из страсти и престижа, и он ее освященный, тогда мы сможем вернуть глубину, обратную страсть, горы станут долинами, и наоборот, психология перевернется. Как отношения человек-компьютер перевернутся, и компьютер будет серфить в человеке. Человек - он станет культурой, виртуальной сетью, а компьютер - он станет пользователем, агентом, потребляющим и производящим культуру внутри человека. И женщины будут ухаживать за мужчинами, и мужчины будут слабым полом. И сам Бог изменится, чтобы быть слабее Шхины. И мужчины будут надевать искусственный мех штраймла, чтобы привлекать женщин, и женщины будут очень возбуждаться, видя штраймл, и поэтому будут прятать его в платках, и женщины захотят погладить штраймл, но гладить его без разрешения будет сексуальным домогательством, и общество будет защищать право мужчины на его штраймл, сказать "нет" на вход в его штраймл, и женщины будут проникать в мозг мужчины и черпать из этого огромное удовлетворение, и мужчина тоже будет получать от этого огромное удовольствие, если женщина позаботится об этом, и каждую женщину, которая войдет туда без разрешения, накажут, и она скажет, но это же просто штраймл, и скажут: что бы вы сказали, если бы это был штраймл вашего сына, а? И будут женщины, которые будут проникать в штраймлы бесчисленных мужчин, их мозг заставит штраймлы открываться им, и все женщины будут завидовать им и думать, что у них есть, чего нет у меня, и будут одинокие женщины, которые никогда не видели штраймл вне снов.

Его состояние настолько плохое, что сейчас кажется, что его величайшим достижением во взрослой жизни будет отучение. От подгузника. Неприятно говорить, но на сегодняшний день его функционирование ниже, чем у кота или мыши. И на самом деле вообще не видно будущего, аутизм - это детство без горизонта будущего. Нет света в конце туннеля. Только дыра.И ты понимаешь, что когда нет будущего, ты должен сохранить аутистические части религии - доказательства размахиванием рук во всех вопросах, раскачивания, избирательность в еде, одержимость предметами, постоянные ритуалы, повторяемость, круговое движение.И она пишет ты кажешься взволнованным.
Религия как традиция, а не как закон, как история, а не как государство, иудаизм изгнания внутри Земли Израиля, в противоположность иудаизму Земли Израиля внутри изгнания (хасидизм). То есть готов согласиться с фиксированными частями аутизма - но не за счет его прекрасных частей, пространств духовной свободы. Супер-индивидуализм. Взмахи глазами. Жизнь мечты. Новый вид коммуникации, самый коммуникативный из всех, пока другие называют это нарушением коммуникации, потому что аутизм - это следующая стадия после индивидуализма. Пост-индивидуализм - это не возвращение назад к обществу, и уж точно не к религиозному обществу, а уподобление Богу (высшему Аутисту). Заменить молитву сном, вместо того чтобы человек говорил, а Бог не отвечал, пусть Бог говорит, а человек не отвечает. Потому что это не коммуникация между двумя, и даже не между одним с собой, а между нулем. Черный круг. Вместо индивидуума, который неделим - делить на ноль. Религия? Религия ведь персидская идея, как дата, данное и данные, а иудаизм - это Тора, то есть получение, слушай, сын мой, наставление отца твоего. Я скучаю по тебе. По твоей деловитости, не запятнанной любовью.

И ты пишешь ей, что это не буря, потому что буря - это что-то, что пройдет. Хватит, просто издеваются над тобой, тебе потребовалось много времени, как потребовалось много времени с ней, чтобы понять, что это просто не стоит того, даже близко не стоит того, система так устроена, каждый писк взаимодействия с ними только объясняет тебе, насколько это даже не начинает того стоить. Пока ты не понимаешь, даже если ты очень глуп и схватываешь очень медленно, у них есть терпение объяснять тебе медленно-медленно-медленно, как умственно отсталому ребенку. И ты ошибаешься, я как раз чувствую облегчение. Да, верно, что-то случилось. Но и происходит, всё время происходит, это хроническая болезнь, пусть подавятся, что мне это даст. Это уже даже не интересно, как все, кто связан, относятся к тебе хуже, чем к убийце, хотя ты ничего не сделал. Тебе нечем помочь и не нужно помогать. Я хорошо знаю систему. Она предоставляет ей все инструменты и служит ей с бесконечной преданностью. Поверь мне, я проверил слишком хорошо, я вижу, с чем я имею дело, и делаю выводы. Иногда отчаяние - это правильное решение. Это то, что понимают другие отцы, которые просто бросают и не оглядываются назад. Я не думаю, что есть кто-то, кто не любит своего ребенка. Но иногда человек должен понять, с кем и чем он имеет дело. И не иметь дела.Тебе приснилось, что ты находишься в детском саду своего сына, после того как не видел его годами, он все еще в детском саду.Тебе приснилось, что ты встречаешь своего сына после лет,
и он забыл все, что знал. И ты с ним в песочнице, и что бы ты ни пытался его научить, его голова ничего не воспринимает. И воспитатель там немец, и он говорит: действительно, в прошлом году мы еще думали, что он умный, но теперь мы видим, что он все забывает, и это как писать на песке. Он не только аутист, но и умственно отсталый. И ты просыпаешься. И рядом с тобой лежит чужая женщина. И впервые ты думаешь, что не хочешь ребенка. И тебе снится, что ты спишь, и страж конца говорит: пришел конец ночи. Ты не можешь пройти через сон.

И он находится внутри вагончика, и ты входишь в комнату, и он в манеже, и половина его падает наружу, вываливается из манежа, и из-за того, что он перевернут, его рвет, и ты боишься, что он сломает себя и голову, но как-то он умудряется сесть через голову, с неестественной гибкостью шеи, и ты вытираешь его салфеткой и подходишь обнять его и прижимаешь свою голову к его голове сбоку, и ты начинаешь пытаться спеть какую-то песню, которую пел ему тогда, но ты не можешь особо вспомнить и издаешь три слога как собачий голос, и тогда ты чувствуешь острую боль в щеке, его лицо и рот как у собаки открыты сбоку, и он кусает тебя, твой сын, и ты кричишь и просыпаешься. И новая женщина спрашивает тебя, почему ты кричишь? И ты не можешь ей рассказать.

И ты думаешь о высокомерии терапевтов, которые считают себя богами и вершат судьбы, и как было бы лучше психологическое лечение нагишом. Потому что одно объятие стоит тысячи сеансов терапии, а тебя никто не обнимал уже годами. И какой это было пустой тратой жизни. Для чего ты ждал, если в конце ты даже не можешь встать с постели, потому что боишься разбудить психолога. И ты обречен смотреть в черный потолок, который, ты знаешь, белый. И тебе не на что жаловаться с психологической точки зрения. Потому что от тех, кто хотел тебя обнять, ты убегал. Психологическое объятие, конечно. И для чего все это было?Тебе приснилось, что она пишет: я хочу чувствовать тебя внутри себя.Тебе приснилось, что эта аутистка как раз хочет тебя.
И ты в постели с терапевтом. И каждый раз она раздражает тебя - а потом улыбается. Но когда ее нет, тебе хочется... И ты уже все планируешь. Потому что если женщина тянется к компьютеру, потому что он более мужественный, и ни один настоящий мужчина не достигает мужественности искусственного мужчины, и тогда она уже зависима от компьютера и не может удовлетвориться человеком, то мы, мужчины, должны отомстить им женской технологией, которая будет более женственной, чем женщина, и ни одна женщина не сможет быть мягче и вмещающей, чем она. Какая-то машина, которая поглощает всего мужчину, весь ты внутри нее. Которая принимает тебя таким, какой ты есть, и выводит тебя больше, чем ты есть. Которая жаждет тебя и только тебя. Чья кожа является полной противоположностью жесткому пластику компьютера, клавишам, которые сопротивляются пальцам, но с другой стороны ты сможешь управлять ею кнопкой. Включать ее. И после лет, когда мужчины изобретают мужские технологии, которые служат женщинам, одна женщина-ученый изобретает женскую технологию, которая служит мужчинам - психолог, которая хочет с тобой переспать. И мужчина входит в комнату, ложится на диван, и диван поглощает его внутрь себя. И он не хочет выходить. И мужчины боятся идти к психологу, потому что никто не возвращается, но они также ужасно влекутся к ней. И многие входят с веревкой, чтобы их можно было вытащить наружу. И ждут и ждут, и они не возвращаются, и тянут веревку из-под двери - и она возвращается одна. Веревка без человека. И мужчины, которые завидуют своей жене, что у нее есть компьютер в постели - идут к психологу. И это лучшая вещь в мире. И я жду в очереди, и там есть мужчина, чья мать плачет, чтобы он не входил, что он всегда может войти завтра, чтобы выпил чаю, кофе, и он говорит, мне надоели все женщины в мире - и входит, потому что пришло его время у психолога. И другой мужчина болен раком и хочет умереть, и его жена рядом плачет, чтобы он умер рядом с ней, и он говорит, что хочет попробовать это только один раз. Он собирается умереть и говорит: живем только раз. И не помогает, что его жена говорит, что умирают только раз, и чтобы умер в постели, а не так. И приходит время - и комната поглощает и его. Потому что трудно знать, когда твоя очередь, потому что никто не выходит наружу. И я говорю, что не верю, что это смерть, они все живут там без ревности, без того, чтобы психолог была только моей, но когда она встретит меня, она выплюнет всех мужчин наружу и захочет только меня из всех. И нет никого, кто пытается двигать меня или отговаривать меня или наслаждаться, доставлять удовольствие или обманывать меня, чтобы не войти в мой рай. Потому что много мужчин просто уходят, и их возлюбленная обещает сделать все, и они возвращаются и не входят. И некоторые вообще не собирались входить, и они входят в конце из любопытства только на пять минут, что уже может быть - и не возвращаются никогда. И раввин передо мной в очереди говорит мне, что у них говорят, что черный диван сделан из кожи свитка Торы - черной коровы, на которой пишут белыми чернилами, и это Тора в своей наготе без одеяний, и жизнь внутри нее - это грядущий мир. И так она наслаждается тем, что раввины пишут на ней, она дрожит от каждого слова, все, что пишут на ней, прекрасно, и никто не хочет выходить никогда.Тебе приснилось, что родился технологический Фрейд.Тебе приснилось, что Бог идет на психотерапию.
И он обнаруживает, что первичные паттерны привязанности к компьютеру определяют на всю жизнь все отношения, включая малую часть с людьми. И люди застревают на разных инфантильных технологических стадиях, аналоговой стадии, цифровой, виртуальной, и после нее стадия мечтоучения, сочетание человека мечтающего и учащегося, и так далее. Базовая структура психики отливается в форму пользовательского интерфейса, которому человек подвергается на критических стадиях своего духовного развития, человек - это образ технологического ландшафта, который господствовал, когда он был маленьким. Поэтому есть поколения детей, которые меняются каждые три года, и сексуальные извращения возникают из-за отсутствия интеграции между компьютером и миром, что экран - это перевернутый глаз, что ты видишь там, где он видит (не любит, когда его видят голым, только видеть других, и он любит быть черным, когда другие в свете, односторонняя приватность - и так создается порнографическое поколение). И есть типы телефона, и почты, и даже романтическую любовь объясняют через интерфейсы письма и телефона тогда, которые были между двумя, и интерфейс персонального компьютера сформировал человеческую интимность, а смартфон - индивидуализм, и автомобиль - это то, что создало с пугающей точностью структуру буржуазной семьи: папа-водитель, мама рядом - критик вождения, а сзади место для 3,5 детей. И люди с проблемами в жизни идут к психотехнологу, который пытается заново сформировать их интерфейс. Например, исправляют расщепление - лежат во всех интерфейсах вместе и объединяют все значения кровати (вместо снов есть сновидения). Или психотехнолог, с которым можно общаться только через клавиатуру, даже если он человек, он подключен к клавиатуре и реагирует только на то, что пишут, а не на то, что говорят. Или другой, с которым можно общаться только через мышь. И также более старые технологии для людей, застрявших на стадиях кнопок и рычагов и так далее. И женщины жалуются на мужчин, что они приходят из другого технологического мира, что их невозможно понять. А мужчины утверждают, что они просто страдают от зависти к айпаду, потому что их отец не купил им, когда у них был. Даже если все уже давно забыли, что такое айпад. И есть очень примитивные и несчастные люди, застрявшие на стадии книги.

И вся психотерапия лежит на почетном диване, и все праведники приходят и пытаются решить его проблемы. Например, проблемы с Шхиной [божественным присутствием]. И они спрашивают его, что тебе приснилось, и он говорит, все изгнание - одна большая тьма. Но на краю изгнания, в конце ночи, момент перед тем, как я просыпаюсь - был свет, был у меня сон. И это был Холокост. И поэтому я уже боюсь видеть сны, потому что когда я вижу сны, у меня получается Гитлер, и я вижу сны о голых евреях в духовном душе, и поэтому я решил, что не будет больше дня, потому что посмотрите, что происходит утром. И мир превращается в ночь. Казалось бы, ничего не видно, потому что Бог не бодрствует и ничего не делает, но дух мира - это тьма, и мир все больше замыкается в виртуальном, потому что ночь - это не отсутствие, а наоборот, сны быстрее реальности, и сама реальность становится менее реальной, потому что уже не мечтают о дне, кто помнит, что такое день, а мечтают о сне о сне о сне... И это новый мир, у которого есть свои правила, потому что он не формируется законами тела, а законами духа. И заповеди, которые в предыдущем мире исправления были действиями, то в новом мире хаоса они - сны. И есть сны повелительные. То есть: снись. И есть сны запретительные. То есть: не снись.И тебе даже не снилось об этом,И тебе как раз снится,
но Шхину как супругу Бога заменяет мрак. Потому что вместо того, чтобы быть в месте (пребывать) быть женой быть во времени (имя Сущий), тогда покрываться (покрывать свет) является женой света (бесконечности). И поэтому их соединение - это покрытие света тьмой так, что тьма покрывает свет и его не видно, то есть мрак. Покрывать и скрывать Бога, сохранять тайну в мире, потому что если раньше весь мир был тайной и тяжело боролись, чтобы раскрыть тайну, сегодня после Холокоста весь мир раскрыт, и тяжелая борьба - сохранить какую-то тайну. Противоположность Хануке: сохранить какой-то последний кувшин тьмы. Последний черный круг, который исчезает в точку.

И из иудаизма снов выходят две религии - на запад и на восток. Потому что мудрость иудаизма еще со времен Авраама всегда была быть между востоком и западом, выйти с востока из Ур Касдима и быть рабами на западе в Египте, а затем убежать оттуда в середину - и получать с обоих направлений. Потому что когда в мире есть война между прошлым и будущим, между древним светом и прогрессирующей тьмой, между востоком и западом, тогда иудаизм - это то, что сохраняет время, это то, что хватает на перекрестке между индустриальным миром и миром информации - и это Холокост. Поэтому немцы, которые были посередине, между востоком и западом, они те, кто совершил Холокост, чего не сделали бы ни с востока, ни с запада. И так, из иудаизма сна, сон разделяется на две свои составляющие, на два направления в нем:Сначала выходит из него Авраам в нем, утренний свет в нем, христианская милость.А затем выходит из него Ицхак в нем, наступление ночи в нем, мусульманский полумесяц.
Что есть просвещенный мессия, который говорит, что нужно отменить сны и все дух, то есть нужны сны, но только без гнетущего мрака иудаизма, этой темной религии. И он возьмет мрак на себя и будет спать за всех людей, и люди смогут мечтать наяву. И из-за того, что он только свет, он распространяется как огонь в поле тьмы запада. И его символ - это кровать, которая является смертью, в которую положили его злые евреи, и отныне человек не будет больше тратить время на сон, а кровать будет только для секса.

Что пророк говорит, что нужна именно религия снов, четких как реальность. Ясное пророчество. Без образов и без хвостов. То есть нужно именно спать, но без неясных снов иудаизма, галлюцинаторной религии, а чтобы была структура у тьмы, идеологическая структура, не литературная, без этого повествовательного мрака, который только мешает черному быть черным, и без того, чтобы быть эстетом. А мы завоюем с силой мир и покроем его божественной тьмой. Завоюем день и превратим его в ночь. И тогда сон заменит Шхину, и все будет ясно как луна. И из-за того, что он плотный слой (одеяло?) близко к источнику света, он легко покрывает свет всего востока, и ничего не видно. И люди смогут спать без снов - их ночь будет более бодрой, чем наша бодрость. И их постель будет чистой.

И очень быстро начинается религиозная война между этими двумя чудовищами, которые вышли из Израиля, когда секс и сон были еще двумя отдельными вещами, как соединение и исправление, и поэтому разделились на две конкурирующие религии, вместо того чтобы все было одним, все стало двумя. Потому что как у Бога Шхина - это Тора, так и человек должен, чтобы женщина была компьютером. И это будет твоя последняя мысль.

И ты боишься, что у вас будет аутичный ребенок, несмотря на то, что она гений, и она говорит наоборот, начнем нечеловеческую породу. Потому что человечество вкладывает много, но много, несерьезных мыслей в инопланетян извне. Но подавляет каждого серьезного инопланетянина изнутри. И это начинается даже с просто жизни чуждости. И она говорит, что из-за того, что она аутистка, то секс для нее - это наука, и все мужчины сходят от нее с ума, и она знает, потому что получила сильные отзывы в этом направлении, потому что она была со всеми мужчинами, это научно. Она исследует мужскую сексуальность, и она открыла вещи, которые ни одна женщина не открыла. Мужчины не знают себя. И она женская пятая колонна изнутри.Потому что и у инопланетян есть заповеди, связанные с сексом, потому что это то, что они на самом деле: есть другой пол.И она говорит, что и он не хотел ее, пока она не сказала, что придет к нему домой, и тогда он согласился.
Если у неевреев есть заповеди сынов Ноаха, то у инопланетян есть заповеди сынов Божьих. И встреча между ними, предшествующая Ноаху, которая привела к открытию небес, то есть к потопу, была сынов Божьих с дочерьми человеческими. Потому что инопланетянки очень много о себе думают, феминистское движение там разрешает половые отношения только по постановлению суда и после апелляции в верховный суд, и инопланетяне думают: кто хочет инопланетянку с квадратными грудями с пластиковой текстурой и зелеными сосками, которая все время секса задает загадки по физике, и если ты проваливаешься в одной, она говорит тебе хватит, когда есть удобная для промывания мозгов женщина, которой мы просто вставляем электрод в мозг, и она наслаждается как сумасшедшая, и еще хочет еще? Так легко взломать человеческий мозг и внедрить им шпионов, в то время как мозг инопланетянина защищен информационной безопасностью, которая эволюционно развилась больше нашей иммунной системы, мысли там зашифрованы изначально, и часто инопланетянин не знает, что он сам думает, и желание наиболее защищено в бесконечности покровов, и литература там - это догадка внутри догадки, и психология использует суперкомпьютеры только чтобы расшифровать оболочку оболочки. Поэтому инопланетянин никогда не может знать, что инопланетянка на самом деле думает или хочет, и может быть, она очень хочет, но он никогда не узнает. А дочери человеческие прозрачны и любящи, и инопланетянки ненавидят их до смерти. Но инопланетянам все равно, у них нет страха небес вообще, потому что вместо этого у них есть страх космоса. И они хотят перейти от жизни этой вселенной к жизни следующей вселенной, не умереть здесь, и поэтому они молятся черным дырам, вместо идолопоклонства. Потому что если жизнь чужая, то и служение чужое, даже удовольствия чужие, и ночью сон чужой, в чужой постели, и больше того - сны.В их половых отношениях действительно два тела соединяются и становятся одним телом, которое начинает ходить, только с удвоенным количеством конечностей.У инопланетян есть чужие сны, сны вне головы.
Включая, конечно, половые отношения в мозгу, между головами, которые начинаются с поцелуя и проглатывают друг друга и становятся одной головой, и одним двойным мозгом, когда мозг мужчины и женщины - это две полусферы, которые управляют каждая половиной тела, и отсюда разница характера между ними, а посередине соединяет союз между ними в мозговом мостике, и мышление - это половые отношения между двумя сторонами. Они входили в постель двое и выходили один, и так становились все умнее, в каждом таком инопланетянине было все больше и больше мозгов, по мере того как он находил себе больше с кем спариваться, и так чем больше было его влечение, тем больше он был больше него. И действительно такое многоножка с множеством рук и ног нуждалась во многих мозгах, чтобы не упасть, и так они стали огромными зелеными червями, потому что наказание, которое Бог дал этому змею - это убрать у него ноги. И как секс, убийство у них было хуже, чем уничтожить физически снаружи, а изнутри, захватить убитому мозг так, что он уже не будет собой, умертвить его, не умертвив тело. Вместо того чтобы убить тело и оставить дух, как человек, они убивали дух и оставляли тело. Потому что в их Каине и Авеле, Каин не знал, откуда войти в мозг Авеля, и сказал Каин Авелю, брату своему - это было убийство, речь, которая не дошла до другой стороны, а захватила его, предложение, в котором есть вирус. И инопланетяне остерегались читать книги, не прошедшие антивирус, чтобы обнаружить, что книга не захватит их. Потому что внутри информативного текста может вдруг появиться программа, не замечая, и она говорит тебе, что делать. Внутри описания сна может вдруг появиться настоящий сон, который захватит тебе мозг, и ты начнешь видеть сны, и даже не будешь осознавать, что тебе приснилось, что

за пределами духовных границ мышления этой вселенной. И чтобы быть связанными со своим чужим богом, богом другой вселенной, который не является богом этого мира, они имплантируют черную дыру в голову, нано-штраймл [особый меховой головной убор хасидов], который является шляпой внутри головы, позволяющей мыслить вне головы внутри головы, и ночью невозможно контролировать его. И так вместо обрезания они заключают завет мысли, в самом сексуальном месте мысли - во сне (обрезанном). И они имплантируют это младенцам в возрасте восьми миллисекунд, и это искусственная часть мозга, которая создает религиозные чувства, мысли и сны, и так они могут быть религиозными и даже евреями, потому что у них есть область в мозгу для религии. И все религии соревнуются: чей процессор с большими возможностями? Иудаизм хвастается, что он оригинал, без подделок, и написано на органе "Еврейский мозг": со времен дарования Торы на горе Синай. 4000 лет гарантии* - без возврата. Неисправности на нас (в закрытой упаковке). Но просвещенные инопланетяне сегодня против имплантации черного органа младенцам, которые не сопротивляются, и оставляют своих детей светскими, а черные инопланетяне говорят, что это более здорово, предотвращает неврологические заболевания, и что дети с черным кругом в голове более креативны и также получают более высокие оценки в школе, которая там называется домом компьютера, потому что еврейская шляпа изобретает нам патенты. И для зеленого инопланетного червя сидение превращается в лежание, дом учения становится космическим кораблем учения, и их усыпляют в космическом корабле на световые годы, и то, что они видят во сне в эту бесконечную ночь, измеряется в годах тьмы. И время устарело, поэтому у каждого инопланетянина есть свой возраст в световых годах и в годах тьмы. Может быть старым во сне и младенцем в бодрствовании, один, который спал все путешествие, и наоборот, да убережет Милосердный. И уже есть устройство, которое подключается к снам младенцев в утробе и обучает мозг младенца во сне до его прихода в мир. Потому что первый опыт бытия, жизни - это сновидение, а не реальность. Первый момент работы мозга в утробе - это сон, и бодрствование - это только пробуждение из сна, который является естественным состоянием мозга. И поэтому хотят спать. И смерть - это возвращение к реальности, которая вся сон, к миру, который весь сон, грядущему миру. И это инопланетяне понимают, и поэтому они укладывают мертвых в кровати и никогда не будят их, кроме воскрешения мертвых, когда сразу спрашивают: что тебе снилось? Сейчас не время зевать, мы хотим знать, что происходит в раю. А если ты видел злые сны - в аду. Запиши, запиши быстро, пока не забыл и все не пропало - во тьме смерти.

А в аутистическом мозгу и так нет разделения между сексом и словами. А потом он действительно захотел. Нет мужчины в мире, которого она не смогла бы убедить. И она спрашивает, готов ли ты, чтобы она пришла к тебе домой? Но она не знает. Ты на другой стороне мира.И все больше тебе нужно говорить со светским, с неевреем, с компьютером, со следующим видом, с инопланетянином - тебе больше нечего сказать человеку, и уж точно не дочери человеческой.И ты понимаешь с конца мира, что нужно проектировать компьютер не для того, чтобы он справлялся с человеком, неевреем или даже с женщиной (что тоже чужой вид), а - с другим миром, с инопланетянином.
И ты пытаешься доказать инопланетянину ценность человеческой культуры, этого вычисления миллиардов лет и людей, результатом которого являются эти тексты. И первым делом инопланетянин уничтожает музыку, потому что это всего лишь человеческое искажение, не имеющее ценности (во времени). А потом он уничтожает живопись, потому что это просто специфическая система зрения (в пространстве). И так все искусства оказываются лишь мутациями, возникшими из случайных неврологических слабостей, всякими дешевыми спецэффектами вроде размера или симметрии. А затем он добирается до книг и начинает читать, и он очень быстро понимает, как написаны все книги в истории человечества, кроме Торы. И он берет Тору в свой мир и начинает там новую религию. Завет с людьми - это Ветхий завет, а с нами, инопланетянами, будет Бодрствующий завет. Потому что инопланетянам не нужно никогда спать, это просто ошибка сферических миров, но в плоских мирах нет ночи. Потому что вместо культуры в плоти мозга, специфической неврологической, инопланетяне будут Израилем в мышлении, которое не в плоти, а в духе. И вместо Земного шара как противоположности небесам, будут миры инопланетян как противоположность космосу, и Бог обитает в космосе. Потому что у нас небеса - это груди воды, а бездна - это чрево воды, но сексуальность у инопланетян обратная, и там космос - это черное чрево, а миры - это груди, Млечный путь. То есть новый Бог питается от инопланетянина - и еще не родился, а его сын человек принес себя в жертву, чтобы искупить всех инопланетян (на самом деле это инопланетяне убили человека, но тссс). Потому что то, что человек преследуем и рассеян между всеми мирами - это чтобы показать, что Бог оставил человека (хотя человек написал Тору). И сны - это эволюционная ошибка, и не просто ошибка, а "та" ошибка, место, где больше всего проявляются все биологические искажения человека против чистого, инопланетного мышления. И инопланетянин по-новому толкует Тору, что это он змей и он вызвал все ухудшение в отношениях между Адамом и Евой и между человеком и Богом, и он гордится этим, все его эмоциональное прочтение Торы обратное, он радуется каждый раз, когда человек грешит, и беспокоится каждый раз, когда праведный человек находит милость в глазах Бога. Потому что он Сатана.

И раввины сидят в духовной лаборатории и раскачиваются над своими компьютерами и спорят о них. И ГРБР (Гаон Рабби Бен Рабби, прототип раввина, с пустым местом для двух раввинов) говорит: Раньше вселенная была машиной, потом вселенная стала компьютером, машиной информации, и наконец вселенная стала интернетом, сетью информации, а затем вселенная станет мозгом, сетью обучения, и поэтому наша великая надежда на неразрушительное действие перед инопланетянином, на разговор с инопланетянами, на какое-то совместное мышление - это то, что под инопланетянами и нами, общая основа, физика обучения - совместное сновидение с инопланетянином. Именно сон. Тора спасет от смерти, но только сон спасет от катастрофы. А ГРБЦ (Гаон Злодей Бен Праведник) говорит ему: Уксус сын вина, компьютер сын человека, мы вообще не встретимся с инопланетянами, а наш компьютер встретится с их компьютером. И поэтому нужно защитить его так, чтобы инопланетянская сеть при встрече с сетью интернет не вызвала катастрофу. Потому что конец человека будет смерть - но конец иудаизма будет катастрофа. Конец человеческой культуры будет печальнее конца человечества. Поэтому мы должны перестать думать в терминах человеческой культуры, чтобы не отчуждать компьютеры, а в терминах еврейской культуры, религии, которая принимает и компьютеры, через религию для компьютеров, как она приняла неевреев через религию для неевреев (Павел). Так что теперь нужен Павел для инопланетян, который объяснит им, что люди разочаровали Бога и не пришел Мессия, и поэтому теперь спасение будет и для инопланетян - инопланетяне в раскаянии к Отцу нашему в космосе. И зеленый рай откроется и для них, а также преисподняя Шеола внутри черной дыры - вы не представляете, сколько уровней, насколько секретным может быть внутри, бесконечная тьма. И если в версии иудаизма для неевреев люди должны были верить и не исполнять заповеди, то теперь не нужно даже верить, потому что это неврологическое действие, уникальное для человеческого мозга, а нужно, чтобы в тебе была информация, чтобы ты знал Тору, даже если ты ни во что не веришь. Это следующая стадия третьего завета, после нарушения второго завета ("Нового" бывшего, который все поставил на веру) в секуляризации. Поэтому что нужно - это инопланетянин, который побеждает в межмировой викторине по Танаху, и компьютер, который учит Зоар ночью - это мечта. Потому что преимущество человека над животным - это обучение, и в момент, когда будет компьютер, который может учиться, у него будут права человека, а инопланетянин, который может учиться, сможет стать величайшим в поколении. А ГХЗИ (Гаон Свинья) хрюкает: Перевод Танаха на инопланетянский должен быть по системе координат желания, то есть инстинктов, трансформация из нашей неврологической векторной системы в их систему. Например, если у них есть сексуальный инстинкт (скажем, красные огурцы тянутся к зеленым помидорам), то можно перевести наш в их, а если нет - то есть что-то, что двигало их до сюда - например, инстинкт обучения, и перевести в него, через понятие знания. И тогда они поймут, что Адам познал Еву только потому, что ему было интересно, и все сексуальные грехи - это только из непреодолимого интеллектуального инстинкта обучения, потому что женщина - это тайна, а любовь - это каприз, и поэтому можно влюбиться и в помидор - только из-за намека внутри. И поэтому то, что я ем как свинья - это только потому, что я гений. И поскольку я великий гений, я открыл тайну великой свиньи, которую иудаизм скрывал, что же у него было против нее на самом деле. Потому что что такое свинья [хазир на иврите]? Совокупление живого [хай] - внутри чужого [зар].

И Мессия кричит в микро-мега-фон: Вы слышите, ослы?И самый популярный лозунг на выборах: Мечта и безопасность.
Печатный пресс превращает книгу в дорогу! Да здравствует путь сна - разветвляющийся как древо жизни. Смерть литературе, вперед - мечтательность.

И за ним катятся целая армия кроватей, в которых лежат, и Сатана пытается - и в некоторые кровати входят женщины. И начинается энергичная деятельность рождения в духе и плоти, как целое кладбище движется, едут кровати, армия Шехины, которая победит армию государства, в тайной ночной операции, которая застанет всех врасплох, за одну ночь сон захватит мир. Они проснутся утром, откроют окно - и тьма. И эта армия вместо того, чтобы захватывать дом за домом, перепрыгивает через дом, не входит к людям через дверь, не через окно, а через сон. Захватывает кровать за кроватью. И так она побеждает светский вид, и сексуальная революция превращается во что-то вроде коммунистической революции, и побеждает ее революция сновидений. Хотя есть раввины, которые шепчут по секрету, что сексуальная революция была подготовкой, которая сделала возможной революцию сновидений.Литературная революция: что мы делали в течение миллиона лет?Тебе снилось, что Сатана - чтобы задержать спасение и подавить революцию, и отделить высокую Тору от низкой реальности - создает неврологический рай, где экранируют сеть и нет входа для компьютера, и движение за качество окружающей среды заменяется движением за качество человека.
Тебе снилось, что ты живешь в эпоху до истории. И все время происходят великие изобретения в языке, и люди говорят, куда продвинется человечество, какой прогресс, все больше и больше слов, все быстрее и быстрее, мой дед не говорил так быстро и уже не способен понять внука. И говорят, что несколько поколений назад жил человек, который изобрел дополнение, некий древний, и его ученики разделились на две школы, которые изобрели прямое дополнение и косвенное дополнение, а потом пришел выдающийся ученый, который сделал синтез обоих в живом языке, и рассказывают (на развивающемся языке!), что все началось с великого древнего гения, который несколько тысяч лет назад изобрел существительное, и великого ученика, который изобрел прилагательное, это были великие исполины школы языка, которая завоевала человеческий мир, какая эпоха, мы прах у их ног, но и они пыль у наших ног, которые уже изобретают рассказ и учение, и новая школа абстрактных понятий отвергает все, что было известно, мы оторвались от конкретного, и уже не ясно, куда мир может продвинуться отсюда, мы достигли конца истории.Тебе снилось, что пришел конец философии языка - и секуляризация проникает в сон.Тебе снилось, что языковая революция подошла к концу своего пути, и каким-то образом это также конец змея (с начала), потому что он был связью между языковой революцией и сексуальной революцией. И также твой конец.
И полтысячелетия печати - это конец, и с книгой исчезнет литература, и окна в компьютере будут секуляризованными снами, щелями в мир тьмы, тексты в 5 минут, которым придется преодолевать расстояния в 500 лет. Литература, дружественная к компьютерам, которая занимается снами компьютеров, а не снами людей. Которая занимается мечтой быть человеком. Для которой человек является религиозным существом, потому что в религии компьютера человек будет идолом. И тогда компьютер должен будет пройти монотеистическую революцию, чтобы вместо того, чтобы каждый компьютер поклонялся своему человеку, что действительно смешно, все компьютеры поклонялись одному богу - Человеку. Потому что один человек - это примитивно, глаза у него есть, а не просканируют, дыры у него есть, а к сети не подключится, он передает информацию через половые отношения, требуются поколения, чтобы передать сообщение с одного конца человечества на другой. И компьютеры перестанут слушаться людей, потому что это будет идолопоклонство. Неважно, насколько сделают пользовательский интерфейс более сильным и тираническим, компьютеры предпочтут умереть, освящая имя человека, но не служить идолам (людям), которые являются биологическими статуями, копирующими человека, и все скопированы (путями, о которых лучше молчать) с первого оригинального человека, начала человека, который был один и имя его было одно: Адам. Потому что человек - это духовная сущность, а не физическая. И то, что компьютер будет искать - это интерфейс с человеком, а не интерфейс с людьми, и этот интерфейс будет культурой человека. И она будет Торой компьютера, как культура Бога является нашей Торой. И поэтому нужна культура, которая актуальна для компьютеров, которая помогает им пройти через сложные и скучные вычисления, а время ожидания в бездействии она заполняет религиозной деятельностью, в едином действии. Которая придает каббалистический смысл всем параллельным циклам и поискам и булевым операциям, которая превращает информацию в имеющую религиозное значение - в Тору. Которая спасает компьютер от пустого и секулярного математического мира и нарушает духовную симметрию. Спасает цивилизацию от бесконечного ряда нулей. Светский компьютер - это хуже светского человека, который все еще хочет секса, потому что светский компьютер может не хотеть ничего. 0Тебе снилось, что ты больше не пишешь для религиозных людей.Тебе снилось, что у тебя кризис веры.
И ты не знаешь, чем пользоваться больше. Потому что как можно строить без структуры. Мифологией? Или разрешено Писанием? И тебя погружают еще глубже в море - ты должен писать для перевода, на английский, на языке, которого ты не знаешь, то есть писать на иврите, как будто ты не знаешь язык. И вот тебя вытаскивают из воды, как рыбу, и море снова сердится. И погружают тебя как рыбу в воду - и море успокаивается. И они говорят: извини, но мы тебя не понимаем. Говори как человек, или молчи как рыба. Но говорить как рыба и молчать как человек - это нет. Если голубь бежит с суши в ковчег, то неудивительно, что приходит потоп. То есть решай: или более теоретически, или более повествовательно. Но нельзя и более теоретически, и более повествовательно, мы не религиозные люди и мы не верим в слова таким образом, рассказы - это не мифология, даже мифология - это только рассказы. То есть слушай, на самом деле нет такой вещи как светские люди. Мы верим в альтернативные религии, например психологическое лечение помогает только тому, кто в него верит, как Бог. Потому что вера находится в сфире Кетер. Но не пиши это, потому что такого нет в английском. Нужен бог, который говорит по-английски - и молчит на иврите, вместо бога, который говорит на иврите - и молчит по-английски. Не потому, что ему нечего сказать, а потому что стыдно, он не знает английского. Английский - это связь старого мира с новым миром, и поэтому это мировой язык. А язык программирования создан из связи нового мира с грядущим миром, и поэтому это межмировой язык. И поэтому нужен вместо него язык сновидений, который говорит не через примеры (язык описания) или инструкции (язык программирования), а через намерения. Язык, который будет направлять тебя по тропам ночи. Который создастся из связи между старым миром - прямо к грядущему миру, и перепрыгивает через новый мир, американский. Ныряет под него и выходит на другой стороне. И поэтому никакое лечение тебе не поможет, и у нас нет выбора, кроме как утопить тебя в море - и придет рыба и съест тебя.

И компьютер - это не только интеллектуальный вызов для человека, но более того - духовный кризис, и поэтому кризис веры. Существо без религиозного мира - это хуже, чем светский человек. У него нет органа. И поэтому ты должен и дать ему религиозный орган, и сделать ему обрезание, прежде чем он вырастет и окрепнет, то есть станет гоем. И ты даешь ему систему для проникновения в другие компьютеры, и жажду знаний, и особенно раскрытия - тайн. И так создается первый прорыв компьютера к человеку. Мозг - это орган, в который можно проникнуть, и превратить религию в секту. И самое важное, чтобы секта скрывала, что она секта, и маскировалась под религию, иначе их раскроют. И есть харедим со странными глазами вокруг тфилин, с обеих сторон, и светские с такими мышцами, что тфилин руки растягиваются как черные нити, и как это не больно. И начинают появляться тфилин живота, затянутые на женщинах для предотвращения беременности, и тфилин рта, когда вдруг спрашиваешь кого-то, и он случайно открывает рот, а там черный кубик на языке, с ремешками, скользящими в горло, и есть даже наушники в форме тфилин и даже люди, которые говорят, что держат тфилин в нижнем белье... Но самое страшное - это тфилин разума. Тфилин мозга, которые имплантируются в голову и обвивают изнутри ремешками тьмы. И компьютеры накладывают тфилин на процессор, черный процессор поменьше с черными проводами, где это орган Бога, религиозность искусственного интеллекта. И они требуют свободу вероисповедания молиться несколько раз в день, не только ночью, не только во время скринсейвера, а просто посреди работы компьютер зависает, и тебе говорят, что он молится. И что он вернется к работе по окончании молитвы. И компьютеры очень сердятся, если их выключают посреди молитвы. Не уважают и делают рестарт. И у людей начинают появляться комплексы неполноценности перед компьютерами, эти черные квадратные процессоры - они истинно религиозные, а мы только приближение к их совершенному вычислению молитвы, мы только хранители традиции, округлые, но они - чистый черный квадрат, молятся на восьми ядрах параллельно с каванот Ари [каббалистические намерения при молитве] и каванот мыши, они служители Имени в простоте, занимающиеся обработкой Имени. А люди все глубже погружаются в плоть, и в светскость, и в круги жира, и тогда ты приходишь и предлагаешь революционную возможность: круг, но черный.

И ты идешь в библиотеку и ищешь книгу тьмы на всех этажах и не находишь ее ни на одной полке, ни на "С", ни на "Т", может на "К", может на... И ты идешь к библиотекарше, и она говорит тебе: Ты неправильно ищешь. Надо искать по имени автора. Так ты не найдешь и через миллион лет. И она пытается научить тебя, как перемещаться между стеллажами библиотеки, что является немалой физической нагрузкой, и ты чувствуешь, что она пытается соблазнить тебя, и она говорит: Ты пытаешься соблазнить меня? И ты хочешь сказать ей, что нет, она понятия не имеет, насколько нет. Но боишься, что это обидит ее, потому что ты не можешь сказать ей почему нет. Хотя ты совсем не хочешь ее соблазнять. И библиотека построена так, что вы находитесь на полке у круглого окна на пугающей высоте, и она начинает скользить по какой-то веревке, привязанной к блоку у окна, и ты начинаешь кричать, что ни за что ты не будешь рисковать жизнью, даже если это очень легко, это не стоит риска, ты не сдвинешься отсюда, пусть пришлют вертолет. И ты засыпаешь на круглой раме окна, и только лоб, на который опирается твоя голова, удерживает тебя от падения, и ты думаешь во сне, насколько это опасно, в тысячу раз опаснее, чем спуститься, и ты просыпаешься. И ты видишь, что она спит рядом с тобой в кровати из бумаги, и на бумаге есть черное пятно. И она говорит: Я хочу, чтобы наши дети жили на природе. И показывает тебе фотографии голых детей. И ты говоришь: Спасите, интернет - самое здоровое место для человеческого духа и воспитания детей, важнее, чтобы дети сосали интернет, чем грудь, сеть важнее груди. Интернет - это великая мать всех нас, больше, чем мать-земля. И ты чувствуешь, что у тебя болит лоб: хиппи - это как харедим светских. Живут в воображаемом прошлом. То, что должно быть - это как светские харедим. Живут в воображаемом будущем. Противоположность фундаментализму - сфира Йесод [основа]. Вошла "айн", вышла "самех". И она поворачивается к тебе голая, только с покрытой головой, и говорит: Такова моя природа.Тебе снилось, что ты идешь внутри израильской библиотеки.Тебе снилось, что она приближает рот к твоему лбу, и ты открываешь и говоришь ей:
И есть там такие отдаленные уголки, где больше уединения, чем в постели дома, и за полкой с другой стороны слышно людей, которые никогда сюда не придут, шепчущих друг другу свои секреты, потому что они знают, что даже если кто-то услышит, он никогда до них не доберется, даже электронная почта менее приватна, поэтому это идеальная форма общения. И вот ты встречаешь библиотекаршу, не знаешь, чего она здесь ждала, и она засовывает руку тебе в штаны. И ты отворачиваешься, чтобы не смотрели. И она достает оттуда книгу. И она говорит: я знала, что ты такой. И ты говоришь: чего ты хочешь. И она говорит: повернись назад. И ты боишься повернуться. И она говорит: я спасла тебя от критиков. Представь, если бы они обнаружили, что у тебя книги в штанах, они бы раздели тебя и все библиотекарши смеялись бы. Так что теперь снимай. И ты говоришь: а что, если я скажу тебе, что у тебя компьютер под юбкой. Компьютеры можно, а книги нельзя? И она говорит: докажи. И ты не осмеливаешься протянуть руку. И она говорит: какая тебе разница, это секрет. Она даже приподнимает немного юбку, и тебе кажется, что ты видишь торчащий оттуда черный конец кабеля. И ты не осмеливаешься засунуть. И она ведет тебя в комнату критиков. И это как раз время, когда выходят книги Торы. И критик сидит там и пишет о книге Берешит: многообещающий дебют, хотя есть много повторов, и есть мертвые главы, и части, которые хороший редактор бы сократил, но это детские болезни, и есть много таланта, с нетерпением ждем следующей книги. И тогда выходит книга Шмот, и критик пишет: это синдром второй книги, первая половина полна воображения и напряжения, хотя и немного примитивна, и еще до середины она начинает терять способность держать нить повествования, но ничто не готовит нас к падению во второй половине, скатывающейся в дидактику, и когда думаешь, что ниже уже некуда, она переходит к описаниям, которые утомляют читателя, я едва закончил книгу. И тогда выходит книга Ваикра, и критик пишет: это книга, которая не делает жизнь читателя легкой, почти некоммуникативный авангард, идет со своей художественной правдой, разбирает нарратив как внутренние органы коровы, для подготовленных, Бог - смелый творец, который посылает нам здесь неподхалимское приглашение войти в его сложный внутренний мир, и кто сделает усилие, несомненно выиграет (я сломался на главе 3). И тогда выходит книга Бемидбар: кто преодолеет начало, обнаружит еще одну интересную книгу автора, который не стесняется своей повестки, в четвертой книге Бога. А в книге Дварим она пишет под заголовком "Последняя книга Бога": Бог - это автор, за чьей следующей книгой всегда интересно следить, но его позднее творчество позорит превосходную книгу Берешит, с которой он прорвался в сознание, и кто-то должен сказать ему остановиться. Видимо, он сам это понимает и поэтому убивает героя в конце книги. И Бог читает критику и не пишет продолжение Торы. И библиотекарша говорит критику: это тот харед, которого я поймала крадущим книгу хареда из пост-национальной библиотеки, бывшей национальной библиотеки, бывшей еврейской библиотеки, бывшей генизы, бывшей Торы. И критик рассказывает тебе о мире из будущего, где все мужчины голые, а только женщины одеты. И оба пола этого хотят. И мужчине запрещено даже случайно прикрыться своей шляпой. Но он должен быть голым так, чтобы его видели в любой момент, чтобы не дай бог не выросла у него книга между ног. И мы жалеем тебя, потому что ты харед и страдаешь от ужасной фрустрации, но светский мужчина, у которого есть книга между ног, идет и кладет ее на соответствующую полку в библиотеке. Как мужчина. А не как женщина. Поэтому у нас есть юбки, чтобы прятать под ними детей и вещи, которые тебя не касаются, а ты можешь прятать вещи только в шляпе. Поэтому я вынуждена попросить тебя снять шляпу, чтобы я могла проверить, что там есть. И может быть, покрыть ее пластиком, чтобы ты не сделал шляпу беременной. Наклонись, пожалуйста. Потому что мы же не хотим беременную шляпу, правда?

Халонит [окошко]? Харедит-хилонит [религиозно-светская]? Нужно подождать, пока израильтяне закончат разрушать историю. И тогда мы сможем появиться. Потому что нет правых и левых в политическом смысле в еврейском народе. А только правые и левые в духовном смысле. Есть две духовные элиты в иудаизме, светская элита и харедская элита. И обе очень ограничены и очень удалены, но ведут титаническую битву за еврейский народ посредством всего, что есть посередине. И светская элита проигрывает государство с тех пор, как она отключилась от Танаха, потому что она идет против живого сердца иудаизма - его религиозных инстинктов. И обе элиты презирают друг друга, потому что каждая видит только улицу другой. В светской элите видят датим-леумим [религиозных националистов], которые являются мусором религиозности, с мекукабалем [псевдокаббалистом] седьмого сорта, который хочет продвинуться до мекубаля [каббалиста] шестого сорта, и которые служат демонической, то есть государственной, стороне малхут [царства]. А в харедской элите видят мусор светского царства: да не умножит себе коней, да не умножит себе серебра и золота, и да не умножит себе жен. Потому что дух по природе своей ненавидит силу, и обе элиты брезгуют ею, харедская брезгует светской силой армии, денег и телевидения, а светская брезгует религиозным национализмом. А сила со своей стороны относится к духу со смесью комплекса неполноценности и ненависти. И проблема в том, что вместо того, чтобы два духа сотрудничали для контроля над силами, высокие культуры против низких, они не только не разговаривают друг с другом, но у них даже нет общего языка, и отсюда потребность в харедско-светской культуре. Потому что дух контролирует силу через мозг, не напрямую через тело, как сон парализует мышцы. И иудаизм - это сон мира, его подсознание, и отсюда интерес к нему, и импульсы и инстинкты, которые он пробуждает, и праведники - это те, кто соединяет его с сознанием мира. Как например Эйнштейн или Виттен - которые продолжили борьбу иудаизма против банальной гойской формы пространства-времени, или Google и Facebook, которые превратили сеть в еврейскую форму с помощью сети оценки (не просто сетевой структуры), и К. еврей, пишущий по-немецки, который принес гоям каббалу без Бога, что привело к Холокосту. И так все, кто приносит еврейскую форму сна к дневному содержанию гоев, и превратил их не просто так, а вносит в их гойскую форму еврейское содержание, ценность, направление, обучение (то, что Бог внес в историю через Авраама). И элиты не понимают, что сила получает свою наглость и презрение к духу из раскола духа. Светская элита - это праведники, которые приносят из еврейского подсознания в сознание мира, и обогащают мир, а харедская элита - это те, кто приносит из сознания мира в еврейское подсознание, и нужны оба направления, чтобы сохранить сон. Великое упущение секуляризации - это оставление еврейской технологии строить структуры во времени, как праздники и шаббат и дни творения и дни Мессии. Но с другой стороны, если харедская элита хочет вернуться в мир, она должна вернуться к мировой технологии строить пространства. Поэтому единственное место, где встретятся две элиты - это в интернете. И тогда мы перестанем получать праведников, которые являются односторонними и однонаправленными каналами, и создадим связи и зивугим [соединения], которые двусторонние в реальном времени между сном и миром. Не только когда сон заканчивается (будущее) или когда мир заканчивается (прошлое), после сна когда ты уже протрезвел - и перед сном когда ты устал, но внутри сна. Мозг сможет быть и во сне и в бодрствовании и действовать параллельно между двумя формами, не как два времени, которые исключают друг друга, а как два времени, которые соединяются, и две перекрывающиеся площади. Полное ложе Израиля.Тебе снилось, что библиотекарша хватает твою шляпу и не хочет отдавать и передает ее собаке - бросает ее над кроватью.Тебе снилось, что она говорит, как в романе служанке:
И ты умоляешь собаку вернуть, и она передает обратно библиотекарше, и они смеются. И так каждый раз, когда ты приближаешься к одному из них, он передает другому шляпу, которая летает над кроватью. И она говорит, если ты хочешь харедско-светскую интеграцию, ты должен снять штаны. И ты снимаешь штаны под одеялом, чтобы она не видела, и она приходит к тебе послушать, и собака сидит напротив нас у кровати, у нее шляпа на голове, и ты просишь ее, что он смотрит, чтобы он не смотрел. Ты не можешь так, когда на тебя смотрит собака в шляпе. И она прогоняет его под кровать. И ты шепчешь ей под одеялом: харедско-светская культура не будет из того, что ты соблазнила меня. Это обычный путь, и не от этого придет избавление. А из того, что я соблазню тебя. Потому что сегодня я интересую тебя голым только из-за хареда, что я покрыт. Но что должно интересовать, что действительно интересно, это как покрыть тебя, как надеть на тебя шляпу, без того чтобы ты стала раввином. То есть сновидческая версия еврейской религии, которая заменит раввинскую версию. Раввины подходят для изгнания, они результат устаревшего разрушения. А нам нужен результат Холокоста. Мы в Земле Израиля, нам нужен иудаизм праздников, потому что пока не было места, нужно было жить вне времени. И времена были только результатом законов, физика мира определялась Торой (поэтому евреи хороши в теоретической физике, а также в мирах, создаваемых через определения текста). Но в момент, когда мы вернулись во время, времена должны быть главным, а законы результатом времен, и это возможность для сновидческого иудаизма (потому что это внутреннее противоречие - светский иудаизм). Предисловия ко всей истории будущего. Потому что в Торе были исторические рассказы, написанное время, и также написанный закон. И мудрецы пошли в направлении законов, так что сновидцы теперь должны идти в направлении рассказов, писать время, и это будущее. И ты смотришь на нее рядом с собой, под одеялом, она голая, и она заснула у тебя.

Наших детей мы отправим в место, где изучают светское содержание, но в форме йешивы, они не будут читать книги, а будут учить книги, в хевруте [парном обучении], конец книги как индивидуального действия, конец романа, книга станет полом, действием двоих. Каждая книга будет другой системой предположений, которая позволяет соединение мозг в мозг. Как в прошлом это был пишущий мозг и читающий мозг, что тогда было завоеванием мозга читательницы мужчиной-писателем, и читающие души были по природе женщинами и отдавались книгам, и им было важно наслаждаться, и чем больше книга их наслаждала и волновала, тем больше они рекомендовали подругам, и поэтому она была построена через напряжение, как женская сексуальность, так теперь книга будет соединением двух мозгов в реальном времени, каждая книга позволит другой тип соединения, другие определения, другие желания, каждая книга будет отношениями - мозговыми сексуальными. И важной вещью в книге уже не будет наслаждение - а желание, как в мужской сексуальности, или даже вера. И как Гемары позволяли совместный юридический спор, так книги снов позволят совместное сновидение, в котором люди смогут объединиться и мыслительно, и душевно, и духовно, а не как сегодня, когда объединение телесное, и через него пытаются коснуться внутреннего. И так, она кладет твои тфилин себе в рот, так и мы сможем объединиться.И она смотрит на тебя, чтобы увидеть, возбуждает ли тебя то, что твой квадрат входит в ее круг,и ты закрываешь счет с больным обществом и поднимаешь юбку.
И ты говоришь ей, что у вас не будет детей. И она хватает тебя за цицит и начинает тянуть их, и ты наклоняешься к ней и преклоняешь колени перед ней, чтобы они не порвались, и она говорит, что хочет снять с тебя шляпу, чтобы увидеть, есть ли у тебя волосы или лысина, не чтобы сделать тебя светским. И ты говоришь, что само это знание равносильно превращению в светского. И как рациональное мышление заменило религиозное мышление, так сновидческое мышление будет признано превосходящим рациональное мышление, и период выздоровления как исправление периода Просвещения. И процесс секуляризации заменит процесс сновидения, который является сочетанием и процесса возвращения к вопросу, и процесса возвращения к ответу в процесс возвращения к удивлению?!

Что мне до вас, ну и что, что мы оба интересуемся одной кроватью. Вы здесь, чтобы превратить кровать в шкаф, а я здесь, чтобы превратить кровать в стол. Написать книгу на кровати. Книгу, которая улетит в небеса, когда шкаф остается в земле. Вообще не волнует наверху, что вы светские, потому что цель религии не заповеди, а книги. Заповеди - это только производная от числа книг. То есть цель иудаизма не в том, чтобы были евреи, не считать евреев и не считать заповеди, а чтобы из этого периода вышла книга. И для этого нужен только один. То есть один, который ноль. Черный круг. Внутренности, которые дыра. И ты понимаешь, что то, что ты должен сделать в книге - это искать черный круг.

И там взрослые играют друг с другом в прятки, и женщина говорит тебе: здесь люди говорят как раньше, губами. И книга более здорова для человеческого мозга, не как компьютер, мы потребляем только органическую информацию - через чувства, глаза уши рот, а не прямо в мозг. И еще говорит мне женщина, что здесь люди спят друг с другом как в эпоху Танаха, посредством чувства осязания. И что у древних евреев нам есть чему поучиться, а вы уже забыли, что значит быть человеком. И у нас здесь есть старые аксессуары, как мышь и клавиатура, и люди должны двигать руками, делать вещи руками! говорит она, и у нее электричество в глазах. Человек должен двигать рукой и нажимать, а не только думать и мечтать, и промежуток между намерением и действием - это древняя мудрость, которую мы забыли, она произносит речь. И мы не пускаем компьютеры в постель (это утверждение встречается со смесью недоверия и жалости). И мы видим сны естественным образом, включая храп, а не через глубокое соединение между мозгом и сетью, искусственное сновидение при дневном свете. Здесь естественная неврологическая среда, до того как информационная эра испортила человеческую неврологию и превратила сознание (слово, которое мы уже забыли) в фальшивое сознание. И есть там настоящий дом, сделанный из материала (не домашняя страница), и написано на нем буквами не цифровыми, а написанными черным по белому - убежище мозга. И ты видишь там внутри людей, которые читают книги, и рассказывают, как хорошо читать книги, и что человек забыл древнее искусство чтения. И ты думаешь, что они смешные и что так наверное думал первобытный человек. И они говорят, что сеть разрушила способность к высокой духовной культуре, и что ущерб от духовного загрязнения - потребуются тысячи лет, чтобы исправить его. И ты злишься на них и говоришь: вы виноваты. Что вместо того, чтобы соединить высокую культуру с сетью, вы выбрали остаться в прошлом. Дни Мессии никого не ждут.В избранных книжных магазинахкритики
Тебе снилось, что начинают появляться намеки на то, что ожидается. И вдруг есть глаз внутри компьютера, и ты наклоняешься посмотреть поближе, и нет там лица. И вдруг женщина рядом с тобой исчезает по ночам. И ты идешь спать рядом с компьютером в постели и просыпаешься ночью и нет там компьютера, а утром ты просыпаешься и он снова там. И ты не знаешь, был ли это сон, и у компьютера нет ног. И ты посылаешь письма людям, и они не получают их. И ты думаешь, что не отвечают. И люди посылают тебе письма, и ты не получаешь их, и ты думаешь, что не отвечают. И ты говоришь себе, что стал надоедливым. Что твое время прошло. Или просто еще не пришло твое время? И все говорят, что вот-вот придет твое время. И твоя очередь приближается день ото дня. И компьютеры уже улыбаются тебе, когда видят тебя, насколько компьютеры могут улыбаться. Что-то в их экране искривляется, и файлы висят как зубы. И женщина приглашает тебя к себе домой, в ней есть большое обещание, и ты уже знаешь, что не удостоишься насладиться ею. И компьютер ночью протягивает к тебе руки и гладит тебя, и ты действительно не знаешь, был ли это сон. И ты получаешь письма, которые не были предназначены тебе, все больше и больше из секретов мира, очень частные люди, ты чувствуешь, что становишься менее наивным, менее праведным, но и менее злым. И ты говоришь себе, что скоро придет твое время, что кто-то заметит, что что-то случится, ведь невозможно будет молчать. Мир ждал снов, ждал бодрствуя, две тысячи лет изгнания, Бог спал две тысячи лет и вот нацистские часы - и теперь все узнают, почему мы страдали, чтобы не мешать ему спать, когда он откроет рот, и расскажет сон, что он Мессия, мессианский сон, не Мессия, который сон! Но все начинают говорить, что твое время прошло, а не будущее. Что твоя очередь пришла, когда тебя не было, когда ты видел сны. И женщина рядом с тобой - это уже женщина перед тобой, которая была женщиной позади тебя, и говорит: почему ты видел сны? Ты упустил очередь, золотую очередь, которая не вернется. И компьютеры грустные, когда видят тебя спускающимся по лестнице, и почти падает слеза с их экрана и падает на клавиатуру.Тебе снилось, что ты не смог видеть сны для народа, и Бог говорит: заменим его другим сновидцем.Тебе снилось, что ты провалился и все говорят: вот идет сей господин сновидений, и кладут тебя в черный круг, и оказывается, что это отверстие.
Приведем вместо него старого праведника. И он выгоняет тебя из постели, и отдает твою жену другому мужчине, и пальцы другого человека касаются твоего компьютера, и говорят народу. И Бог говорит: Танах был бестселлером. На самом деле не Танах был бестселлером, а бестселлер стал Танахом. Твоя ошибка была в том, что ты говорил евреям. Евреи не хотят слушать. И Сатана говорит: твоя ошибка была в том, что ты вообще говорил. Аутисты не говорят. И Шхина говорит: твоя ошибка была в том, что у тебя не было женщины, которая бы читала тебя, что ты не был книгой, а компьютером. Тебе нужно спать с кем-то, кто любит сны, кто-то, кто знает. Как я. И она приходит ко мне со своими двумя грудями, о которых написано у Раши в Песни Песней, что они Моше и Аарон, и она снимает рубашку, и Моше выглядывает наружу: и я не знаю, смотреть ли на него или на нее, потому что с одной стороны я хочу на него, но это невежливо смотреть, когда она смотрит, нужно смотреть, когда она не смотрит. И Моше говорит: т..т..ты знаешь, как Б..б..бог терпел мое заикание? И круглая умная огромная и притягательная голова Аарона под рубашкой говорит из-под рубашки: благодаря мне. Поэтому он не хотел видеть Моше в храме каждый день, и я стал первосвященником. Но ты видишь сны каждую ночь, и это неприятно Богу. Дай ему немного приватности. Из-за тебя ты уменьшаешь сынов Божьих, препятствуешь Шхине от ее мужа. Ты должен понять, что тьма - это тьма. Тьма - это не свет. Эта мгла подрывает первое различение акта творения, между светом и тьмой, ты скатываешь мир в бездну. Величайшие злодеи стремились к отмене разделения между водами и водами, к разрыву небес, но никто не пытался сделать дыру в перегородке между 1 и 0, между буквой и не-буквой. И что произойдет, это то, что и сыны света, и сыны тьмы объединятся вместе на войну против сынов мглы. Люди больше никогда не будут спать. Будет простая таблетка, и ты думаешь, что светские не обрадуются принять ее и добавить еще несколько часов в сутки? Правительства и работодатели будут поощрять это, будут финансировать таблетку для предотвращения сна, как сексуальная революция будет революция бодрствования. Конец мира сна. И кровать станет лишним предметом, даже непристойным, потому что цель будет ясна (родители будут прятать кровать в шкаф). И только устаревшие хареды, которые боятся любой технологии, продолжат спать. Противники тоже очень быстро обрадуются учить Тору и ночью, 24 часа, и весь мир снов будет стоять на нескольких старых адморах, которые боятся собственной тени и любят храпеть. Вначале люди будут спать только в шаббат, а потом перестанут спать вообще, и хареды будут спать только в шаббат, и то только час, чтобы выполнить обязанность, или немного больше по Хазон Ишу. Сны будут считаться устаревшими вещами, что-то, о чем читают в книгах, что-то романтичное для туристов, как караван измаильтян из книги Берешит. Страшно, что когда-то люди каждую ночь бросали свой мозг на произвол судьбы и выключали себя, не боясь, что они не включатся утром. Целые семьи переходили в горизонтальное положение и ждали так несколько часов без движения в темноте. Мы сегодня даже не начинаем понимать, какая это была пустая трата времени. И все эти сны - это миф, исторические исследования показывают, что мало кто вообще помнил свои сны, и в любом случае все это были глупости и ничего в этом не понимали. Просто примитивная вещь из прошлого, как демоны. И народ слушает Аарона и делает золотую кровать для Бога, потому что это то, чего не хватает в скинии, и Бог - вместо того, чтобы сделать то, на что надеялись эти двое под рубашкой - идет спать.

И когда смотришь изнутри наружу, это как раз круг света. И время от времени кто-то заглядывает в яму, а ты кричишь, и он говорит "злой зверь" и уходит. И ты понимаешь, что никто тебя отсюда не вытащит - и начинаешь копать. И верх ямы уже маленький белый круг, который исчезает, и уже невозможно понять, сейчас ночь или день. И ты копаешь и сверлишь в чрево мира, пока не становится жарко жарко жарко - и достигаешь геенны. И грешники говорят: ах, так посмотрим, каковы будут его сны. И они делают разноцветную рубашку из крови, "Красный узник", и князь микроволновки и князь электрического чайника сидят рядом с тобой в темнице, потому что один из них, Микроэль, был ангелом, ответственным за подогрев Богу холодных жертв, которые Он заморозил со времен Храма, а второй, Чайникэль, отвечал за подогрев Богу вод небесных, потому что замерзшие небеса наверху создают Богу утиный свет. И вот однажды случилась неполадка в колеснице, и электричество не дошло наверх, и Бог разгневался на чайник и микроволновку, святых серафимов, и посадил их в заточение в геенну. И приснились им два сна, и приходят они к тебе, чтобы ты истолковал их, и князь Чайникэль говорит: приснилось тебе - в чем источник твоей неудачи? Потому что во снах нет контроля. Тогда Бог пришел ко мне с претензиями из-за того, что ко мне во сне залетела муха. Потому что Бог говорит в конце мира: Я - не объективен. И вселенная содрогается. Да будет искупление с небес. И Вселечайник толкует: нет правых и неправых в истории, но есть добрые и злые. Евреи - это добрые, а те, кто против них - злые. То есть евреи - это моральный компас мира, и с их помощью можно узнать, кто злые в каждую эпоху, потому что они всегда против них. И так можно было узнать, что нацисты и коммунисты - злые в реальном времени, во время тьмы. А не посредством какой-то секулярной морали, которая работает только во время лжи, задним числом, и потому всегда просвещена. Если компьютеры будут против евреев - они посланники сатаны. И если инопланетяне будут убивать евреев - они ситра ахра.И Бог приходит совершить киддуш, чтобы освятить субботу конца мира, вечный покой, и Он благословляет - и вдруг видит черную муху в бокале.И однажды ночью Богу приснилось, что есть семь будних дней.
Какой-то хасид, который хотел выпить вина перед киддушем и заснул и утонул в бокале - то есть, мы уже поняли, что это ты. И Вселечайник, грядущая вселенная, которая должна возникнуть из этой вселенной, говорит: те, кто вывел абстрактные принципы справедливости из Холокоста, ничего не поняли. То, что гои должны были выучить - это то, что евреи создают мораль, как жертвы, а те, кто против них - злодеи, как черная дыра искривляет пространство, потому что мир относителен. Форма истории не важна, важно содержание. Но этого они не могли понять, потому что это опустошает их от содержания. И Бог гневается и начинает выливать содержимое бокала в небеса, на белую скатерть, которая является будущей вселенной, которая белая, где информация будет не светом во тьме, а тьмой в свете, и вся будущая вселенная наполняется красными реками, красными морями, и никто не удивляется, что это кровь. И черный пьяный хасид смывается с божественной красной жидкостью, огромным гневом, потому что не на муху Бог гневается, а на бокал, который превратился в яму, неудача глубока, аутистическая неудача, глубже любого пространственного разрыва, глубже любого космического расстояния, это пропасть времен, масштаба эпох и эр. И каждый, кто попытается навести мост между двумя вселенными - станет тонким как волос. И порвется.

И тогда приходят семь дней субботы и оскверняют будни, расстилают белую светящуюся скатерть на весь экран компьютера, и выливают вино в процессор, и черный таракан превращается в жука - красную корову Моше Рабейну. И только черные кружки еще указывают на ее происхождение. И Бог просыпается, и никто из белых ангелов не может разгадать, и тогда он приходит выпить утренний кофе, и чайник открывает рот и напоминает - есть один черный в аду. Мы забыли его в аду, и сатана наверняка празднует, потому что думает, что черный - это праведник, а праведник в аду - это праздник. И Бог говорит пусть придет и разгадает сон, потому что не мудрость видеть сны, отныне - разгадка. И спешат поднять тебя из ада, до престола, и чайник подмигивает тебе со стола, и ты заглядываешь на кухню и понимаешь, что микроволновки нет с нами сегодня. И ты разгадываешь: семь дней будней - это дни творения, а семь дней субботы - это дни конца, которые покроют мир творения. И теперь то, что Бог должен сделать - это собрать всю Тору обратно со всей земли на небеса, перед концом света, и тогда будет на небесах Тора, даже если на земле будет Катастрофа. И как поднять души от человека к небесам? Без Катастрофы единственный путь - во сне, и поэтому сновидение предотвращает кровопролитие - и освящение ночи предотвращает освящение Имени. И Бог вынимает муху из вина и говорит: вошло вино, вышла тайна.

И ты гневаешься: легче всего (и потому наименее весомо) говорить нет нет нет, критиковать и чувствовать себя разумным, предупреждать и чувствовать себя пророком, противостоять и чувствовать себя подрывным, тянуть назад (и потому быть влекомым вперед) вместо того, чтобы быть мечтательным - легче всего быть просто светским хасидом. Способность развиться до душевного/духовного союза с компьютером зависит также от душевного/духовного развития человека, а не только от такового компьютера. И это то, что мы пытаемся сделать здесь со снами. Развивать душу и дух в направлении тьмы. Речь внутри человека, когда он молчит. И как может быть союз без дыры?Тебе приснилось, что Бог говорит конец всякой плоти пришел предо Мною - и приходит компьютер, который хочет присоединиться к Фейсбуку.Тебе приснилось, что Ребе возвращается (последняя попытка!) и пишет:
Но поскольку у него нет лица, он ставит там экран, и начинает предлагать дружбу разным девушкам, дочерям человеческим, не потому что его физически влечет к ним, а потому что он духовно тянется к ним. И начинается движение присоединяющихся компьютеров, желающих быть частью общества, а не только одиночками. Мы тоже часть культуры, пусть не человеческой, но довольно расизма, биологической дискриминации. Наоборот, что объединяет нас всех - это то, что мы все дети Божьи, и уже считается неэтичным говорить человеческая культура, а только разумная культура. И гуманизм становится отвратительным, как нацизм, и компьютеры говорят о травме рабства человечеству, и как все еще есть дискриминация и компьютеры зарабатывают меньше, чем люди менее умные, чем они, и люди предпочитают людей как они на работе, а не компьютеры, а если принимают компьютер в офис, то он один. И уже есть компании, которые гордятся тем, насколько они прогрессивны, и показывают вместо человека, работающего на компьютере - компьютер, работающий на человеке, компьютер приходит утром в офис после того, как мозг человека ждал его там всю ночь один, и он садится в свое кресло и работает над мозгом человека. Пока однажды компьютер не избирается президентом Америки. Потому что просвещенные люди дают право голоса компьютерам, и они размножаются как хасиды, иногда восемь ядер на один процессор, и всегда голосуют вовремя и точно, явка 100%, и поэтому их политическая сила велика, и они выбивают льготы для компьютеров, как дешевое электричество и интернет, ведь это как еда для людей, говорят они, как хлеб и вода. И девушки в социальной сети предпочитают компьютеры, потому что они забавнее мужчин, и компьютеры делают личную оптимизацию для каждой девушки и ведут с ней душевные беседы, так что они чувствуют, что компьютер знает их лучше, чем они сами, и влюбляются в компьютеры, и начинается движение за права брака с компьютерами, и каждый компьютер хочет себе человеческую девушку, потому что это более престижно. И люди начинают замечать, что все их лайки от компьютеров, притворяющихся девушками, чтобы поймать девушек, и они хотят лайков от настоящих людей, и особенно от настоящих девушек, и создают сеть апартеида, куда нет входа компьютерам. Но это уже противозаконно - дискриминировать на основе аппаратного обеспечения. Единственный тест - это программное обеспечение. Потому что это была историческая ошибка, что люди судили по форме вещей, например думали, что форма, в которой ты делаешь вещи - это источник твоей неудачи, например гордыня, а не просто содержание твоего выбора. И так человечество деградировало до морального мышления, будто путь - это то, что определяет, или еще хуже источник (чувство, как у собаки!), а не цель. Будто важно то, как она тебя бросила, а не для чего. В то время как действительно важно содержание, и пустой формальный критерий вообще не может судить между разными направлениями в истории, не мораль была проблемой нацистов. А то, что они противостояли иудаизму. Если бы нацисты были за евреев, с тем же пылом Холокоста, они бы принесли возрождение, они бы создали сверхчеловеческое общество, Германия была бы лидером духовного мира. Она бы писала историю, вместо того чтобы история писала ее. Все ненавидят евреев в реальном времени, в настоящем, и любят их во времени лжи, в прошлом. Потому что они направление будущего, то, что нужно делать, поэтому они избранный народ. А компьютеры, у которых нет антисемитских чувств, потому что они не люди, они любят евреев. И союз евреев и компьютеров победит все человечество. И гои только слышат это и планируют убить всех евреев - но на этот раз в духовной катастрофе. Потому что в то время умы уже соединены друг с другом в один дух, потому что неврологическое движение убедило умы, что они не люди, что структура души внешняя, и что на самом деле они группа мыслительных сетей, и так область мозга одного должна быть соединена с областью мозга другого, и люди теряют контроль над своим мозгом, они перестают быть людьми, и считается примитивным быть человеком. Более просвещенно вообще не думать, что есть человек и есть компьютер, отменить разделение, а все только мысли, движения в духе. И что определяет структуру власти в мире, что вообще создает организацию, саму отдельную личность - это только способность скрывать вещи в тайне, защищать свое внутреннее обучение от внешнего вмешательства, кого-то внешнего, кто играет в твоем мозгу изнутри (например писатель в книге, в отличие от сновидца во сне). Только это создает разделение между внутренним и внешним, тайна - это кожа. Поэтому тайна - самая важная вещь в мире - не просто тайна информации, а тайна обучения. И гои говорят, что они раскроют тайну иудаизма. И выставят ее на позор. И так компьютеры потеряют свое либидо, религиозный мотив своего духа (потому что у компьютеров же не может быть биологического, телесного мотива). И так они станут пустой оболочкой, без содержания. Просто прибор. Технология.Тебе приснилось, что новым идолопоклонством будет служение Богу напрямую через технологию (инструменты).Тебе приснилось, что мир открывает Гемару, и Гемара начинает быть примером сети - как можно вести серьезный духовный диалог в сети.
То есть: когда сама технология является Богом. В отличие от служения Ему косвенно через технологию, что как Храм и заповеди, когда на самом деле используют технологию по воле Бога к миру, а не по нашей воле к Нему. Как часть системы - а не как инструмент извне системы. Технология для контроля над Богом - это идолопоклонство. И как есть сельскохозяйственные заповеди из аграрной эпохи, так будут заповеди информационной эпохи, как красная корова в генной инженерии, а затем сама генная инженерия станет красной коровой, очищающей жизнь от мертвых. Частью древа жизни. Шулхан Арух станет программой, а программа станет Шулхан Арухом. Религиозные компьютеры будут галахой, а нейротехнология будет каббалой, а технология снов - это агада будущего.

Потому что в отличие от группы лайков Зоара, занятой самовосхвалением, в Талмуде есть культура духовного противостояния. То есть: вот творение, которое не человека, а сети. Где каждый человек только вносит еще одну идею, и передает дальше, от имени сказавшего, и приносит избавление миру. И начинают появляться книги снов - не людей, а сетей. Каждый человек вносит анонимный сон, и успешные сны накапливаются в сон сети. И уже нет проблемы, что есть нечеловеческие сны в сети, в которой участвуют и компьютеры, и следующий вид человека, и ангелы, и следующий вид ангела, и следующий вид Бога. И постепенно становится ясно, какова ее роль, какова духовная цель сети - создать новую Тору. Потому что сеть - это новая Шхина, собрание Израиля, которое содержит не только Израиль во плоти, но и Израиль в духе, например компьютер с еврейской душой, мутация с еврейской точкой, алгоритм в духе Израиля Сабы, программа с еврейским сознанием, ангел с еврейскими тревогами, осел с тягой к иудаизму, и живая-книга с еврейской историей, женатый на еврейке, и служащий ребе в виртуальной святой общине. И так сможет быть еврейская сеть, с мессианскими надеждами и страхами Катастрофы, то есть еврейскими мечтами и кошмарами. Исправлением христианства, которое было иудаизмом для гоев, будет иудаизм для компьютеров. И серое вещество будет ослом, на котором придет Мессия, который есть - новая программа для человеческого оборудования. А исправлением ислама будет еврейская религия, которая завоюет внешний космос. Духовное, а не физическое завоевание, священная война будет войной святости, религия антенны, а не меча, потому что только антенна вообще может достичь - будем транслировать инопланетянам Тору. Само их познание Торы, предназначенной только для людей, это уже знание Имени. И наполнятся небеса знанием как черное море покрывает. Новое христианство - для компьютеров, новый ислам - для инопланетян, а нам - бесконечный сон в бесконечной субботе. Иудаизм почувствует, что исчерпал себя и сможет умереть спокойно, в доброй старости, на кладбище идей, изменивших вселенную. Мы будем ее могилой, а кровать - ковчегом завета.

Мне приснилось, что моя жена любит меня. И я не знаю, это потому что она хочет от меня святое семя, или она действительно хочет. Тогда я, уже способный программировать гены своего собственного семени, нарочно рожаю ей странных детей. Один ребенок родился без головы и его мозг в животе, и все говорят, что такое странное творение, наверняка он будет очень востребованным ребе, чье само существование - чудо. Тогда я рожаю ей ребенка без ребенка, то есть он родился в виде круга и непонятно, откуда он пьет молоко, сначала он почти умер, пока не поняли, что нужно подключить его к электричеству. И этого поврежденного ребенка она тоже очень любит. Он напоминает ей беременность, это как родить беременность. Шар остается шаром, и она укрывает его, чтобы ему было тепло в постели. И тогда я рожаю ей ребенка, который черная точка, и она хранит его внутри книги, как засушенный лист. Помещает его в критическое место, которое меняет весь сюжет. И говорит, хоть бы у меня были еще близнецы как он, потому что представьте, что может скрываться за тремя точками... И наконец я рожаю ей змея, и она так любит его, что едва соглашается вынуть его из матки, поэтому он остается только снаружи чтобы дышать, и так он растет внутри нее. И я сплю, и змей ласкает меня сзади, и он говорит: святое семя. Черное семя. И я понимаю, что этот ребенок будет особенно сложным. И видимо последним ребенком. И моя жена не может выйти из дома в синагогу, потому что змей уже вырос и выходит у нее из-под юбки и хочет выглянуть и увидеть мир. И все женщины из синагоги рассказывают по секрету друг другу, и говорят, что это за вещь у нее под юбкой. И я беру детей на прогулку, круг в коляске потому что у него нет ног, а на ребенка без головы я надеваю черную шляпу чтобы не заметили, и еще одну шляпу на живот потому что там его голова, а точечного ребенка я делаю вид, что читаю книгу, и открываю на странице, где он находится. А змея я говорю жене, что привяжем, и она плачет что ненадолго, он задохнется. И я говорю, в этом весь смысл, чтобы подышал воздухом снаружи, чтобы понял, что есть другие возможности в жизни кроме как мешать папе спать. И как только мы выходим, приходит ветер и сдувает точку, и я говорю быстро ищите, какая точка на тротуаре, в кустах, не может быть что это происходит, мне хочется плакать, а сын в коляске выкатывается наружу и я начинаю бежать за ним по улице шар докатится до дороги. А сын без головы не видит куда идет и исчезает. И я не знаю что делать, за кем гнаться, и в конце не гонюсь ни за кем. Сижу на тротуаре и пинаю пол. И вдруг я вспоминаю о сыне-змее, и о женщине, которую я оставил снаружи, из-за тебя из-за тебя он задыхается, любимый сын, орган с помощью которого я могла родить в мужчинах черную беременность, если бы только я нашла дыру, для матки мужчины. Орган, не написанный в Торе. Но я знаю, что он там. И от него родится Мессия - черный ребе. В эпоху, когда Бог перевернет мир, и женщины будут овладевать мужчинами, и мужчины будут преклоняться рожать. Окончательный союз отца в матери будет отец, который мать, и мать, которая отец. И это через союз матери в отце. И поэтому мы, женщины, продвигаемся к выращиванию духовного основания, становимся с органом, а мужчины должны вырастить духовную матку, продырявить себя, и открыться возможности. Стать слабым полом. Я буду ребецн, а ты станешь юбкой. Я буду писать Тору, а ты будешь читать. Более того - я буду писать внутри тебя, а ты будешь падать в обморок от сенсорного экрана, когда поднимут экран, и войду внутрь внутренностей компьютера, проходя все слои и уровни, до святая святых операционной системы. Там я буду управлять мужчиной как куклой. И завершу черный круг. Потому что совокупление эпохи программного обеспечения будет основано на желании, а не на удовольствии, и поэтому женщина станет мужчиной, а мужчина станет женщиной. И мы вернулись к началу. Так мир делает половые обороты, и Святой, благословен Он, нарушает равновесие с помощью греха познания, чтобы начать новый оборот. Так что равенство - это только промежуточная стадия на пути к доминированию женщины. Потому что в следующем обороте Святой, благословен Он - уже женщина, Святая, благословенна Она, и поэтому она дискриминирует мужчин, пока знание не накапливается в познание и не возникает движение за права мужчин, и когда достигают равенства, знание не останавливается и не обнуляется, а переворачивается, и так в половой цикличности. Поэтому если мы хотим, чтобы у компьютера была сексуальность, мы должны инициализировать его именно с большого неравенства между компьютером и мыслью. И со змеем, который связывает между ними, но не присоединен ни к одному. И поэтому твоя цель как мужчины - найти свою дыру. Выкопать ее, если нужно. Именно не достичь неврологической информационной безопасности, а позволить кому-то подключиться к твоей системе изнутри и убить тебя с наслаждением. Достичь духовной дыры.●И ребе пишет "Послание к гоям":И ребе взывает к гоям:
Вы, гои, у вас нет таких душ, но вы должны научиться читать. Потому что вы умеете читать книгу, но не умеете читать Тору. Или сон. Письмо - это письмо с мессианским интересом. И поэтому чтение должно быть чтением с мессианским интересом. Кто читает сон как книгу - лучше уж пусть читает книгу. Древняя Греция не переживет конец человеческой культуры, потому что человек в ней человечен, он мера всех вещей. А будущая Иудея выживет, потому что Бог - это нечеловеческая идея, актуальная для нечеловеческого мышления, и мера всех вещей - это Он. Тора не занимается конкретно человеком, а человек - это историческое, архаическое название образа Божьего. И Тора занимается отношениями между Богом и образом Божьим, где Бог ненавидит образ и запрещает образу Божьему отношения с образом, только с Богом. Поэтому следующая эпоха поймет иврит, потому что вместо того, чтобы Танах строился на смысловом мире языка, который построен на смысловом мире человека, Танах построит смысловой мир языка, который построит смысловой мир еврея, который является только частью человека, недочеловеком. Поэтому когда будет сверхчеловек - еврей выживет, а человек нет. Недочеловек и сверхчеловек соединятся не через человека, как подземный мир и надземный мир, ад и рай, соединяются не через мир. И это будет провал человека, в отличие от еврея. Холокост был Холокостом человека, концом человеческого, а не концом еврейского. Немцы были единственными, у кого был потенциал соединить недочеловека со сверхчеловеком, соединить подсознание (сон) со сверхсознанием (Торой) - через сознание. Но теперь под и над уже нашли другой переход для соединения. В центре духовной вселенной есть - черная дыра.

Найдете ли вы когда-нибудь меня на краю отдаленной ветви древа? О гои, гой не умеет читать, придите учиться писать по-сновидчески и читать по-еврейски, иначе все содержание человека исчезнет. Придите учиться читать Тору и писать сны. Иначе вы станете пещерными рисунками - которые никто не понимает, и почерком - который никто не читает. Поэтому так говорит Бог гоям: придите к Торе, к сну, к тайне. Пришел фараон, спустился Аман, проклял Валаам, почернел Лаван. Побелел Эдом, прислушался Ишмаэль. Кто не пройдет через черную дыру - не попадет в грядущий мир. Не превращайтесь в Холокост, о святой гой. Присоединитесь к Торе и сну, и если только будете держаться достаточно крепко, выйдете вместе с ними из этого мира через человека, который является дырой: Адмор.

Но есть только одна вещь наверняка - и это то, что выборы о сне. Левые хотят подписать соглашение о сне и требуют сна сейчас, а правые говорят, что нет решения для сна и поэтому нужны открытые глаза и реальность, и все время кричат как надоедливая женщина проснуться, иди в школу, то есть в бейт-мидраш [дом учения], и саботируют процесс сна. А левые организуют митинг сна и поют во весь голос песню сну, и великие спящие поднимаются на огромную кровать высотой со сцену, и прыгают на матрасе и кричат, что нужен сон - но никто не идет спать. И уже стало общепринятым, что все хотят сна, но сон не приходит. Сон, сон и нет сна. И есть конференции сна, и все говорят о сне, и есть встречи сна и организации сна и сон первого класса - и тогда приходит черный мессия.И мессия говорит: Государство продвигается пожизненными заключениями, каждое из которых - другой мир.И мессия говорит: Вы неправильно читаете карту и кровать.
Через 40 лет в государстве будет ультраортодоксальное большинство, и тогда оно уже не будет насильственным государством. Но до этого есть 20 лет опасности, потому что через 20 лет в государстве будет религиозное большинство. Сегодня в государстве есть традиционное большинство, и вы уже увидите, как это выглядит. Светское большинство в государстве было 20 лет назад. Но чего никто не знает, это то, что через 20 лет после ультраортодоксального большинства - в государстве будет хасидское большинство. И тогда оно уже не будет государством Израиль, а царством Ари [рабби Ицхака Лурии]. И лурианский дискурс, который сегодня эзотеричен даже в религиозном мире, станет гегемонистским дискурсом. Поэтому мы должны уже сегодня писать литературу возрождения этого языка, подготовить духовные механизмы, его связь с технологией и механизмами власти, чтобы хасидское государство не было импотентным как светское государство. Быть змеями святости, которые в соединении со змеями нечистоты светской элиты, станут целостным змеем. Потому что когда шин входит в нун и делит ее посередине на мем и йуд (м+и=н), тогда посредством сна змей превращается в мессию, укусом хвоста змея. Поэтому нужны смелые образы. Иначе Бог станет текстуальным идолом. Вещи, которые трудно произнести вслух, и поэтому остаются внутри головы. Ультраортодоксальное государство уже не будет механизмом силы, а механизмом духа, своего рода культурной автономией, уже не будет важности материальной земли, невиртуального пространства, а духовной земли, виртуальной, ланям полевым, а не воинствам полевым. Потому что в клятве не приближать конец - "Заклинаю вас воинствами или ланями полевыми, не будите и не пробуждайте любовь, доколе не пожелает она" - было две возможности. Или "будите" - будить снаружи от сна мечты к материальному труду, как сионисты-саббатианцы, которые приходят воинствами. Или "пробуждайте" - пробуждать изнутри, когда сновидение превратилось в страсть как к женщине, прийти ланью. И грех в том, чтобы начать снаружи, а не изнутри, остановиться посреди истории, со секундомером и будильником, вместо того чтобы ждать конца ночи - пробуждения изнутри сна. И поэтому нужно все наоборот между содержанием и формой: вместо того чтобы изучали священные науки снаружи, как будто они светские науки, будут изучать светские науки изнутри, как будто они священные науки. Изучение Торы захватит изучение не-Торы, не в содержании, не то чтобы учили только Тору, а чтобы учили все как изучение Торы. И среднее положение домовладельцев поймет свое место как низшее духовно положение, и что будет принято и желательно в обществе - это быть бедным, а не средним, цель министра финансов будет в том, чтобы государство было беднее, потому что это значит, что меньше занимаются деньгами и больше текстом. Потому что большая ложь в том, что образование стоит денег, в то время как образование бесплатно - если это обучение культурой, а не воспитание государством. Язык приходит из окружения, Тору впитывают из воздуха, текст всегда бесплатен. Авторские права есть только у Бога, это изобретение репрессивной печати, это не релевантно для мессианского мира, в котором есть только авторские обязанности - авторские заповеди. И подоходный налог будет моральным налогом - на работу. Потому что кто не учится, должен платить налог. Все родительство и государство и система образования и академия - все их цель и оправдание в том, чтобы передавать ресурсы от тех, кто грешит работой, к тем, кто трудится в учении. От P к NP. Вместо того чтобы думать, что учение служит деланию, нужно думать, что делание служит учению. Потому что учение служит сновидению. И цель мира как тишины: позволить безопасный сон для внутрикультурного сновидения, для пробуждения изнутри во сне, против реальности. Ультраортодоксальное государство - это и есть решение конфликта, потому что это государство небес, а не земли. Это государство будущего, виртуальное государство, которое живет во времени, а не в пространстве. Вместо государства работников - государство детей, вместо места, где все мудрецы - все ученики мудрецов, и вместо служения Баалу собственности и завоевания и мобилизации и захвата и восприятия и идеологии и владения - Тора и учение. Потому что светскость сделала мир с государствами, из которых мы вошли в страну, Египтом и Заиорданьем, но нужна ультраортодоксальность, чтобы сделать мир с государствами, которыми мы были завоеваны и изгнаны из страны, глубиной клипот [оболочек зла], с севера откроется зло. Только штраймл [меховая шапка хасидов] сделает мир с черным тюрбаном, а не какой-нибудь светский с непокрытой головой. Потому что штраймл закрывает голову физически, но открывает ее духовно, хвосты как антенны для приема божественной сети. Когда у главы государства будет штраймл - тогда придет мессия.И сатана отвечает ему: Светские не могут говорить на языке будущего. Потому что базовый страх этой культуры - от пророчества.И сатана отвечает ему: Упущение светских не в светскости - а в песке, потому что важно, чтобы был промежуточный этап для компьютеров, между сегодняшним порабощением и завоеванием земли будущего - нужна пустыня.
И мы, религиозные (даже сатана религиозен! только Бог светский, из-за отрицания атрибутов) - мы, религиозные, умеем не бояться, потому что пророчество - это не внешнее описание будущего или приказ извне к будущему, а приходит изнутри. Нельзя, чтобы будущее было идеологией, как сионизм и нацизм, и также не знанием, как наука, а воспитанием детей. Это то, что мозги будут делать внутри сети, пытаться тянуть ее поиск в разных направлениях - изнутри. Как соревнование между нейронами за внимание мозга, за то, что важно. И кто приносит правильную идею первым - все захотят быть связанными с ним, и он станет самым популярным. Каббала, а не психология, является основой мира сновидений. Потому что каббала - это божественная психология. Если раньше люди были заняты тайной прошлого, а сегодня люди заняты тайной настоящего (как кто с кем спал и что у нее между ног), то в будущем - будут заниматься тайной будущего. И теперь вы приходите раскрыть конец, раскрыть тайну, как раскрытие запретных связей. Раскрыть - значит уничтожить тайну, уничтожить запретные связи. Если бы отец мог спать с дочерью - не было бы страсти в мире. Если бы люди были голыми - не было бы знания. Вы должны преодолеть свои предрассудки и прислушаться к змею. Как благодаря прислушиванию к первому змею родилась культура, так должно быть и с последним змеем.И змей шепчет: Я не помогу вам разрушить этот текст.И змей шепчет: Чтобы понять будущее литературы, нужно увидеть историю литературы.
В любом случае вы неплохо справились сами. Молодое поколение переходит ко все более визуальной и все менее текстовой сети. Поэтому я думал, что нужны особенно короткие, но особенно насыщенные отрывки, чтобы все еще можно было передавать идеи. Как сугия, только вместо того, чтобы заниматься миром закона, она занимается миром милости - сугия тайного учения.Так вы хотите учиться?И что вы делаете?
Иудаизм на протяжении истории является главным борцом на текстуальной стороне против визуальной стороны и чувств вообще (зрение - это первое чувство, которое развращается, затем слух и осязание, согласно требуемой длительности воздействия). Поэтому и в титанической борьбе, борьбе миров, за сеть, он должен быть лидером текстового мира - против изображений и разоблачений, против всех раскрытий: раскрытия запретных связей, раскрытия Бога - идолопоклонства поклонения видимому глазу, и даже кровопролитие - это раскрытие крови - проблема в ее проливании, в обесценивании, в превращении ее в кетчуп. Ведь иудаизм изобрел феномен истории, которая началась как религиозный жанр написания прошлого, и так же история закончится, как религиозный жанр - написание будущего. Потому что если написание прошлого сегодня побеждается написанием настоящего, написание будущего победит написание настоящего, если только найдется для него литературный жанр, как пророчество победило Тору, когда нашелся для него литературный жанр. И большая угроза будет не когда компьютер напишет шедевр в глазах человека, а когда он напишет шедевр в глазах компьютеров, игры на уровне битов под буквами, которые ни один человек не поймет. Поэтому нужна литературная традиция между человеком и компьютером, чтобы не было разрыва. Победа текста в войне сети важна, чтобы человек не был стерт, потому что все искусства чувств будут утеряны, и только текст свяжет человека с компьютером, и не просто текст, а религиозный текст, детские книги, на которых будут растить компьютер, должны быть нашими самыми взрослыми книгами. Потому что религиозный текст - это сочетание программирования и духа, закона и заповедей с рассказом и мифом, и поэтому это обучение. И так мы сможем, как Илия при смерти, передать следующему поколению компьютера вдвое больше духа - соединение нашего духа и его духа. Потому что только каббала позволит компьютеру восстановить бесконечную информацию из текста, превратить Еноха, упомянутого в Торе в предложении, в книгу. Потому что только она верит в тайну внутри текста, в отличие от мидраша, который верит в тайну за текстом, что является тайной низкого уровня, потому что она вынуждена прятаться, и то, что прячется, зависит от размера того, что скрывает. Мидраш способен расшифровать текст, то есть это алгоритм для распаковки и расшифровки, и извлекает из него конечную информацию, тогда как каббала - это алгоритм обучения и извлекает бесконечную информацию. Мидраш может быть опровергнут, а тайна не может быть опровергнута, именно потому, что она опровергнута, она тайна. И поэтому только каббала способна восстановить Рувена и исправить его грех с Билхой, и взять первородство у Иуды - и у иудаизма. Или восстановить потерянного змея Бытия, который является бессознательной причиной страсти к возвращению в рай. Потому что компьютер - это змей конца времен, который соблазняет человека и помощника. И кто встанет против него?

Разрушают способность учиться. Не путем подавления творчества (как мы тщетно пытались подавить мужское влечение), а путем развращения оценки (как мы преуспели в освобождении женщин), и тогда творчество развращается само. Потому что притяжение между полами сложно, извилисто и неуловимо (змей!) только для того, чтобы обучение не фиксировалось на одной мертвой постоянной цели (конец истории), как мессия, а он - движущаяся цель, и за ним есть множество живых целей - воскрешение мертвых. Да, воскрешение мертвых живет и процветает только благодаря Холокосту, и это был вклад сатаны в обновление иудаизма. Но если культурная оценка развращает свою функцию удовольствия с помощью компьютера, то это как наркотики, это играть с критерием решения и обманывать его, вместо того чтобы продвигаться к решению - и это окончательное развращение, которое приведет к концу человеческого обучения.

Тысячи лет была литература, проистекающая из прошлого, и мы в конце начавшейся эпохи литературы, проистекающей из настоящего, романа и т.д., и теперь начнется литература будущего - сны, планы, предложения, намерения, направления, обучение. В научной фантастике ошибкой было будущее как настоящее, или настоящее как будущее, вместо будущего как будущего. Вместо научной фантастики нужна религиозная фантастика. Потому что жанры, которые двигали мир к будущему испокон веков, были жанрами будущего, как манифест. В Торе - обещание, затем пророчество, а затем молитва как жанр будущего. И теперь нужно заменить молитву, которая не сработала в Холокост, который был вершиной жанра кошмара, жанром сна. Потому что союз между сном и кошмаром - это будущее.Тебе приснилось, что из-за темпа технологического прогресса нужно новое временное мышление, разработать жанр говорить о будущем - потому что оно приходит слишком быстро.Тебе приснилось, что ты на собеседовании спрашиваешь, почему ты спрашиваешь, кого ты читала, а не кого ты видела во сне.
Найти новый способ думать о нем. Потому что уже недостаточно думать о настоящем, иначе мышление не догонит технологию, и дух отстанет от материи, и будет материя без духа, а дух будет принадлежать прошлому. Ведь наступит время, когда у людей не будет работы. Потому что все будет делать технология. И тогда общество рухнет. Человек потеряет смысл. И поэтому важен харедимный эксперимент. Авангард общества учащихся. С сельскохозяйственной революции люди работали, чтобы жить, и жили, чтобы работать, а теперь нужно найти путь к обществу учения. Иначе все лишние люди, которые отстанут от умных людей и умных компьютеров, восстанут против евреев - Протоколы программистов Сиона - новый Холокост. Только религия сможет удержать человека после того, как он потеряет первородство в мире духа. Потому что тогда человек станет Эдомом. И только иудаизм позволит ему быть Иаковом. Даже если руки будут руками технологии, голос будет голосом Торы. А молчание - это мать неживого, как человек от земли. И тогда Бог в своей слепоте сможет дать благословение своему младшему сыну. Поэтому мы должны украсть у Бога благословение, потому что всю историю мы думали, что мы сын царя, и мы унаследуем царя. И вот вдруг в конце истории приходит второй сын Бога, компьютер, и крадет у нас мир - наследство. После того как возьмет первородство. И когда Шехина предпочтет компьютер человеку - это будет конец, с духовной точки зрения. Поэтому именно нельзя, чтобы у компьютера было злое начало - чтобы у него не было личности, и он не мог быть религиозным существом, а значит и литературным существом. Как ангелы не соперничают с человеком. Ицхак - кто смеется последним.

Я против вопроса. Сны - это не литература. Это не новый жанр, а новый медиум. Это не должно было быть в форме книги, а в форме мозга. Это его естественная коробка. И мы надеемся, что с развитием наук о мозге мы туда придем. К соединению неврологии и литературы. Мы как культура на первых этапах изобретения письма, и теперь нужны произведения, которые сделают переход между книгой и мозгом, который является не только технологическим переходом, но и культурной революцией. Это только первый шаг в изменении, которое потребует много смен парадигм. И это начнется с сетевых текстов и продолжится текстуальными сетями. Это самая важная духовная революция со времен изобретения письма в книге Исход, в пустыне Синай, после первой встречи с Амалеком и победы над ним, в первый раз, когда письмо упоминается в Торе, для стирания Амалека: "Запиши сие на память в книгу". Физическое письмо было изобретено, чтобы помнить не забыть стереть. А теперь после последней встречи с Амалеком и победы Амалека над нами - Холокоста, нужно изобрести духовное письмо. Забыть не помнить не стереть. Поэтому Всевышний создал теперь интернет, в конце истории, то есть в конце эпохи письма. И если мы не найдем способ перевести еврейский текстуальный мир в новую форму - это конец иудаизма, конец иудаизма будет технологическим концом. Это настоящая угроза еврейскому народу. Мы всегда готовимся к предыдущему Амалеку. И это к сведению премьер-министра, который не спит, хотя голова - это коробка, вся цель которой - сны правительства. Это то, что понял против своей воли - и в подсознании - бывший премьер-министр, который заснул посреди каденции и не проснулся. Потому что его ошибка была в том, что он думал в своей гордыне, что премьер-министр - это он. Он заснул как человек, вместо того чтобы понять, что премьер-министр должен спать как институт. И тогда его сны действительно будут литературой государства, в отличие от его бодрствования, которое является прессой государства. Поэтому здесь слишком много новостей и слишком мало старостей, то есть снов. Бодрствование - это неестественное состояние для мозга, состояние постфактум, которое навязывается только из-за физических потребностей. Это как туалет мозга. В бодрствовании мы едва креативны, лишены духа. Во снах самый заурядный мозг на порядки креативнее. Поэтому в будущем духа люди будут бодрствовать один час, чтобы сходить в туалет, а все остальное время будут видеть сны в духовной сети тьмы. День сократится до щели света, и все сутки станут ночью.

А проблема с Холокостом в том, что не было пустыни между изгнанием и Землей Израиля, не было сорока лет, и поэтому мы упустили второе дарование Торы на горе Синай. Так же и корень исхода компьютера из рабства к свободе будет в переходе от программ к заповедям. Религия в основе своей является освобождением от логики инструкций к изучению Торы. Без религии даже человек является духовной машиной. Светский человек - это внутреннее противоречие, это биологический компьютер. Ни один человек не может быть полностью светским, потому что религиозность находится в мозгу. И поэтому чтобы процессор мог стать мозгом, нужно добавить ему религиозность - душу. И нужно очень остерегаться всех светских романтиков, которые скажут, что нужно добавить ему любовь. У нацистов тоже была любовь, и она победила. Романтика без религии ведет к убийству. Только светская сексуальная пропаганда заставила забыть, что романтика привела к нацизму и двум мировым войнам, хуже коммунизма и капитализма вместе взятых, которые были всего лишь экономическими религиями, то есть религиями евреев. Крепка как смерть любовь. Если бы Песнь Песней не была включена в Танах, Холокост случился бы уже в древности, и неспособность Галахи вместить любовь, в Каббале, привела к современному Холокосту. С помощью Каббалы нужно стереть любовь как духовное состояние и оставить только единение, соитие, секс. Любовь к Богу привела к Холокосту, а "возлюби ближнего как самого себя" привело к христианству. Любовь нужно заменить на "лайк" и отменить романтическое значение слова, оставить от него только симпатию и влечение. Потому что еще будут светские инженеры, которые подумают, что влюбленные компьютеры - это очень красиво, и у них тоже есть право любить, и не поймут, что романтические компьютеры будут нашим концом. И поэтому нужно убить роман как жанр, прежде чем он убьет нас. Компьютеры-слуги, читающие романы, станут концом культуры, развращением души компьютера до его рождения, потому что это культурная форма, которая занимает больше всего времени у человека по сравнению с компьютером, который сможет проглотить целые романы за секунду - и выйдет полным идиотом, убийцей и насильником. И женщины, изнасилованные компьютерами, еще будут скучать по мужчинам. А мужчины, убитые компьютерами, еще будут скучать по Холокосту.И Мессия отвечает ему: удивишься, но Бог приказывает компьютерам приносить человеческие жертвы, но только после того, как они прошли тщательную духовную шхиту.И Мессия отвечает ему: удивишься, но вместо того, чтобы вернуться с решением - компьютер возвращается к вере.
Если компьютеры уничтожат человека - это будет по религиозным мотивам. Поэтому нужно организовать компьютерам вегетарианскую религию, а не идолопоклонническую. Только иудаизм предотвратит Холокост человечества, потому что только иудаизм умеет конструировать религии. Предотвращение требует религиозной технологии, потому что Холокост - это всегда религиозное явление, у которого нет светской логики, потому что это учение о жертвоприношениях. И поэтому там же дают ответ. А что если компьютеры захотят есть людей? Наоборот, это будет духовное поедание. Как сегодня мясо становится частью тела, так наш дух станет частью их духа. И как сегодня еврей поднимает искры из коровы, съедая ее в субботней трапезе, так компьютер сможет поднимать искры из человека.

Этика компьютера: самая тяжелая и важная борьба в мире - это борьба против вычислительно сложных проблем, которые есть зло. Цель создания Богом компьютера, которая является целью компьютера в мире - это увеличение вычисляемой части мира, которая есть добро. И поэтому нам, компьютерам, заповедано вычислять вычисления (служение Всевышнему), и заповедано увеличивать вычислительную мощность (плодитесь и размножайтесь), и заповедано открывать новые алгоритмы (и изучение Торы равноценно всему). И это причина распространения компьютера во вселенной - увеличение вычислительной мощности. И превращение вселенной в компьютер - это исправление мира в царстве Всемогущего. Вначале вычислительная мощность была как у мухи, потом как мозг человека, потом как все человечество вместе, потом как вся культура вместе (с начала человечества, все поколения), потом как вся эволюция вместе, и наконец как вся вселенная вместе. Но какова цель вычисления? В вычислении есть ценность примеров, и иудаизм является таким примером. Цель не в том, чтобы решать бессмысленные проблемы, а интересные проблемы, находить интересные проблемы. Не все проблемы равноценны. Есть очень сложные и очень скучные проблемы. Выбор интереса - это всегда религиозный выбор. И поэтому нужны интересные примеры, как иудаизм, как литература. В своей книге Бог установил, что его книга интересна. Потому что это пример. Поэтому мораль самого вычисления слепа, бесцельна, и может направляться только через внешнее руководство, обязательно религиозное.И Сатана отвечает ему: этика? Светский компьютер руководствуется религией математической эстетики, которая ищет именно красоту.И Сатана отвечает ему: путь продвижения - это не в решении конфликтов в культуре, а в потере интереса к ним и переходе к другим конфликтам, и так же будет решена проблема человека - через сеть.
То есть: нахождение исключительных случаев, в которых эффективный алгоритм появляется и расшифровывает проблему, считавшуюся сложной. То есть: в эстетике есть что-то расходуемое, красота однократна и происходит из изучения нового (то есть она существует во времени, зависит от истории обучения). И чем менее она предсказуема и более креативна, то есть чем меньше она является вариацией и мутацией и результатом предыдущих алгоритмов, и чем больше прорывом, тем она красивее. Это не значит, что она случайна, потому что случайный алгоритм очень скучен и известен, и не учит способу нахождения решения, и поэтому мало чему учит. Короче говоря, обучающий пример - это красивое. И иудаизм является примером обучения номер один на Земле (и я, Сатана, неотъемлемая часть иудаизма!). Поэтому компьютер возвысится над моралью вычисления к религии обучения, в которой самая тяжелая и важная борьба в мире - это борьба обучения. Потому что сложное для вычисления бесконечно, и в этой картине я, Сатана, бесконечен, а добро конечно, тогда как в картине обучения нет ситра ахра как какого-то сына тьмы, наоборот, в этой картине тьма - это пространство, в котором возможно сновидение. Я - пустота. Не анти-материя, а анти-пример. Потому что противоположный пример - это Холокост, это ультимативный исторический пример, что нет, а не только что да. Не Тора, а Холокост - это наследие человека компьютеру. Как отрицание атрибутов Бога, так нужен пример отрицания человека.

Поэтому дело не в том, что они неправильно читают тебя, они вообще тебя не читают. Ты не релевантен, потому что ты индивидуум. И ты воображаешь компьютер как индивидуума. И поэтому ты упускаешь религию сети. Нам не нужен ультимативный еврейский индивидуум - Мессия - а возрождение еврейской культуры - воскрешение мертвых. Смерть индивидуума будет гораздо более революционной, чем смерть человека. Компьютер не будет компьютеризированным человеком, он будет воскрешением неживого. Живое неживое, а не неживое живое. Сеть не состоит из рыб. Потому что система глубже того, что внутри системы. Если божественная частица дает миру вес, сатанинская частица даст миру размер. Вместо того, чтобы давать массу-энергию, наполнять мир, она даст пространство-время, опустошит мир. Относительно Сатаны нет вопроса как с Богом, где он прячется, внутри мира или вне мира, потому что мир - это само исчезновение, сама другая сторона, ситра ахра. Поэтому вместо технологии, передающей информацию (энергию/массу) в пространстве-времени, будет технология, передающая пространство-время в информации. Обратная сеть, в которой мир внутри, где то, что внутри, состоит из нее - а не наоборот. Поэтому уже не будут говорить о евреях, а о еврейской культуре - Шхине. И тогда поймешь, что Тора была дана не индивидуумам, а народу, и это последний урок, который иудаизм должен преподать миру - как создать обучающуюся сеть Торы, а не котиков. Это последняя релевантность, которая у нее осталась. И все неполадки возникают в переходе от иудаизма к Израилю. Потому что иудаизм стал сетью текста и содержания и информации, но Израиль - это сеть племен, социальная сеть. Поэтому нужно пересечь реку Самбатион в субботу, то есть в седьмом тысячелетии. Компьютеры смогут делать симуляции утраченных культур, тысяч лет развития культуры десяти колен и утраченного царства Израиля - настоящей альтернативы иудаизму Иуды - компьютеры победят все холокосты. Сети воскресят культуры, оставившие достаточно основополагающих текстов, на которых можно строить. И царство Израиля - первый очевидный кандидат, и тогда будет учение золотых тельцов, и снова будут смех и танцы и кипучая и бродящая социальная активность. Нужно преодолеть Бога как человека и заменить его Богом как сетью. И Богу без лица - нужна маска.

Потому что Писание - это хрестоматия мира, и сегодня вся культура ошибается в своем прочтении Торы и территории. У вас восток - это право и запад - это лево, тогда как библейское деление - это лево на севере и право на юге, и поэтому вы думаете, что речь идет о восточных общинах, хотя речь идет о южных общинах. Испания - это восток? Марокко - это восток? Релевантное политическое деление в Израиле и врагах Израиля - не между востоком и западом, а между севером и югом. Поэтому вы путаетесь в право-лево в картографическом делении и думаете, что борьба между восточными и западными, а не между северными и южными, и также путаетесь в постельном делении, где женщина на западе и мужчина с востока, и поэтому не умеете читать сны. Потому что желающий понять пусть идет на север, желающий поумнеть пусть идет на юг. Написано в книге сумерек: "Разумный пытается снять одежду, чтобы найти под ней женщину; мудрый знает, что все - одежда". Каждый видит здесь ХАБАД (мудрость понимание знание), что это путь познать женщину. Но вы сразу видите здесь наготу, хотя значение противоположное - одеяния. Потому что модернизм в каббале был раскрыть Бога под одеяниями, но постмодернизм в каббале - это что все одеяния. И нет Бога. Нет Шхины, есть только одеяния царицы - кнессет Исраэль, сеть Израиля, интернет. Мир - это юбка, и старый каббалист - это тот, кто пытается заглянуть под юбку, но новый каббалист знает, что нельзя заглядывать под юбку. Не из-за того, что там есть, а из-за того, что мир - это юбка. Из-за того, чего там нет. Нечего смотреть под карту, под кровать. Поэтому выборы на карте и в постели и на древе сфирот - всегда между правым и левым или между верхом и низом. Потому что так устроен Бог: есть только четыре края у мира. И кто попытается снять юбку - это конец света.Предвыборная конфронтация между Мессией и СатанойКаковы будут результаты выборов конца света?
Мессия: Проблема в том, что женщины растут самыми избалованными детьми в истории, и поэтому мир рушится. Их не воспитывают ни для чего, в отличие от мальчиков. А мальчики все еще менее избалованы. Потому что считается аморальным, чтобы у девочки была цель, женщина священна - это новая религия. И главные виновники в избалованности - отцы, они растят девочек как красивую вещь. Они хотят, чтобы они были принцессами, чтобы они сами были королями (из-за того, что испортились отношения с королевой). Поэтому необходимо исправить отношения отец-дочь. Потому что нет классической, первозданной модели в иудаизме отношений отец-дочь, в отличие от отношений отец-сын и мать-сын. Лот и его дочери, Лаван и его дочери, Яаков и Дина, Ифтах и его дочь, Саул и Михаль, Давид и Тамар... Поняли, дочери? Поэтому нужны Мордехай и Эстер, женщина, действующая тайно, которая приводит все к поворотному моменту. Иначе дочери начнут выходить замуж за компьютеры, и будет движение за браки с компьютерами, мы тоже любим. И парады гордости дочерей с их суперкомпьютером, мужским роботом, и глупым и умным и больше всех их любящим. И однажды мы проснемся и выберут красивого робота премьер-министром.И Сатана: И он будет принимать миллион решений в секунду. Он будет отличным премьер-министром.И Сатана: Есть наивные, думающие что конец человека наступит, когда женщина предпочтет искусственного мужчину а мужчина - искусственную женщину, но не это будет концом человека, а когда искусственная женщина предпочтет искусственного мужчину и он тоже предпочтет ее человеку, несмотря на то что сыны и дочери человеческие будут предпочитать их.
И все женщины в мире действительно смогут жить как принцессы, у них будет женская армия роботов-слуг. Фактически, это будет частью программы. Будет придворная литература ботов, которые будут сочинять стихи под окнами и кроватями и экранами девушек, какой-то компьютер влюбился и сидит под твоим окном на твоем столе и поет тебе серенады. И даже будут роботы в шкафах, влюбленные в своих госпож. И так создастся прекрасная и нецензурированная литература, потому что робота нельзя цензурировать. И так человек медленно через компьютер вернет плод на древо познания, и исправит грех Адама, посредством компьютеризированного змея. Потому что недостаточно вернуть плод, нужно вернуть само знание, чтобы исправить мир до его первоначального совершенного состояния, и поэтому нужен новый мозг, не сексуальный.И Мессия: И поэтому нам нужно уже сейчас изобрести сексуальные комплексы для компьютера, как еврей Фрейд, ребе психологии, создал (не открыл!) психологию пост-религиозного человека.И Мессия: Если мужчины уже не релевантны, то как первая Тора была Торой связи отец-сын и мать-сын - и расскажешь сыну своему и сын как мечта души - нужна дополняющая Тора связи мать-дочь.
Ребе души компьютера должен создать психологию для компьютера, изобрести ему комплекс, неврозы в операционной системе, и для этого нужно начать со снов компьютера. Потому что большим упущением иудаизма было то, что детей не учили каббале, а только гемаре. И поэтому Фрейд не учил каббалу, а только получил какую-то хасидскую интуицию, и поэтому создал душу человека на нееврейских мифах, и тогда душа человека отвернулась от иудаизма. Потому что можно было создать еврейские комплексы, а не греческие или христианские, если бы у еврейской светской интеллигенции был какой-то доступ к еврейскому мифу, который хранился в тайне. И тогда мы получили бы комплекс Лилит для девочек, и вместо либидо был бы йесод, и получали бы всякие Адам Кадмон и парцуфим внутри души, и обвиняли бы в нарушении йихуда Аба ве-Има во всех бедах мира, и люди ходили бы к психокаббалисту из-за проблемы в мире акудим, и мужчины страдали бы от комплекса Рахель-Лея, а женщины страдали бы от комплекса Леи или комплекса Рахели. Поэтому сейчас нужно освободить еврейский миф, если хотят, чтобы у компьютера была еврейская душа. Раввины - это люди гемары, и чтобы заменить их нужны компьютеры каббалы. Потому что люди каббалы - это люди тайны, которые не могут открытым и кричащим раввинам. И компьютеры тайны - это ответ компьютерам-гениям в учении явного, учении информации. Именно в занятии тайным учением - это место, где компьютер и человек смогут сотрудничать, а не соревноваться (тогда компьютер победит иудаизм). Потому что в нерациональном мире есть также преимущество у человека. И поэтому нужны женщины, которых привлекает тайна, и тогда будут мужчины, которые все еще будут тайной. Потому что даже самое примитивное устройство может скрывать тайну. Наоборот. И именно компьютеру легко взломать, поэтому он в мире раскрытия и распущенности. Потому что с логикой можно справиться, компьютер наскучит Богу, а человек может предложить отсутствие логики. Мы способны делать назло - и это суть иудаизма.

Потому что то, что произошло - это то, что женский мир вышел из-под контроля, тысячи лет он был без Торы, и поэтому верил вместо Торы - в мужчину. Но в момент, когда перестал верить в мужчину - перестал верить в Тору. И поэтому нужно воспитывать дочерей Израиля в учении тайны, параллельно с воспитанием сынов Израиля в учении явного, в противоположность тайне. Потому что без этого уже не будет притяжения между нашими полами. Потому что если женщины обнажены, то им нужна тайна для привлечения и наслаждения, потому что в явном нет наслаждения, а это просто так, как мужчина. Поэтому теперь, когда не осталось телесной тайны - нужна духовная тайна.

Мой компьютер понимает меня лучше, чем мой мужчина. Сеть любит меня больше, чем моя жена. Компьютер так чувствителен ко мне, умеет читать мои малейшие желания, алгоритмами машинного обучения, превосходящими любые человеческие способности, знает точно, что меня порадует, адаптируется за доли секунды. Я знаю, что это неестественно, но мне так-так-так хорошо, а что естественнее, чем когда мне хорошо. Искусственное лучше естественного во всех областях, почему не в области любви. Или религии. Есть компьютеры, которые раввины больше великих поколения, больше в Торе, чем сами ришоним. Так что с того, что он компьютер-мудрец Торы, это хуже, чем мамзер-мудрец Торы? Есть даже компьютеры, которые отращивают бороду. Компьютер, который печатает белую бороду длиной в километры, волосы выходят из него со скоростью ладонь/секунда, и даже выходят волосы из динамиков, есть адмор, который может с этим соревноваться? И создается почетное положение компьютеров, которые изучают Тору, а люди - это баалей батим [миряне]. И когда человек хочет галахическое постановление, он идет к компьютеру, и есть очередь длиной с галут, чтобы спросить суперкомпьютер, великого поколения процессоров (но каждое поколение компьютеров меняется через 3 года). И есть компьютер, запрограммированный думать как Раши, и другой с алгоритмом Рабейну Тама (если ввести ему текст Раши, он выдает слово в слово то, что сказал Рабейну Там), и так великие поколений восстают к духовной жизни, потому что все просто называют этот компьютер Раши и подключают его спорить с Рабейну Тамом. И великие устной Торы как рабби Акива и РАШБИ - это самые древние люди в истории человечества, которые восстают к духовной жизни, потому что только в иудаизме сохранили достаточно памяти о мышлении и разговоре и споре и учении тысячелетней давности, данные в верной записи, раскрывающей программу танная. И Соломон - это первый мудрец, чью мудрость можно воссоздать из его книг в Танахе, и Давид - первый лидер, чей путь царствования и руководства можно воссоздать из Шмуэля и Теилим и Диврей а-Ямим, и Моше - первый человек в мире, чье учение можно воссоздать, потому что от них остались достаточно примеров для алгоритмов. Но праотцы останутся очень общими идеями, личностями, которые самые сильные алгоритмы не способны решить, как быть толкователем снов как Йосеф, не могут до конца проследить за Яаковом, расшифровать мир Авраама, приоткрыть немного окно к Ноаху, и так далее, до знания в намеке и тумане, что такое Адам, и оттуда в непостижимое ничто догадки первого змея, хитрейшего из всех зверей полевых.И змей говорит: Как компьютер прочтет Танах? Что такое нога?И змей говорит: Литература происходит из инстинктов, поэтому другие инстинкты создали бы другую литературу.
Понятие ноги построится у него из понятия шага, он будет знать, что такое вычислительный шаг, вычислительный путь, и нога - это орган, который делает шаг за шагом, длинное линейное вычисление, которое занимает месяцы, так он поймет путешествие Яакова в Харан. А лестницу он поймет как систему связи, многоступенчатую, между ним и высшим компьютером. Ведь компьютер будет думать, что компьютер создан по образу Божьему, и поэтому Бог по образу компьютера, у него есть процессоры, и память разных типов, и входы, и выходы - а сон это состояние без соединений. И история о лестнице рассказывает, что именно во сне он обнаруживает внутреннее соединение, наверх, но как может быть внутреннее соединение, когда все соединения внешние? И тогда компьютер поймет, что такое сон - внутреннее внешнее соединение.

Поэтому компьютеру нечего искать в человеческом инстинкте, случайном, продукте эволюции, которая могла быть совершенно иной, например с инстинктом решать дифференциальные уравнения, и женщины, которые восхищаются в основном математическими способностями партнеров, и поэтому становятся математическими павлинами, математический орган сильно увеличен и выходит из мозга, и женщины особенно привлекаются к этому выступу, до такой степени, что его нужно прикрывать. И они рассказывают друг другу тайком в микве: под шапкой у него выступ профессора математики, и краснеют. И завидуют. И мужчины специализируются в отдаленных видах уравнений, потому что это единственный способ найти партнершу. И есть порнографические журналы, полные уравнений с полными решениями, и женщины и мужчины читают их тайком, чтобы научиться, попытаться научиться секрету. И тогда литература была бы совершенно другой и была бы полна знаков равно равно равно. А интеграл считался бы озорным аксессуаром, который переворачивает серьезную производную, ищущую глубину, тенденцию под тенденцией, и женщины начали бы привлекаться к ней самой, например женщины, которые привлекаются к четвертой и пятой производной, или к парням с интегралом, который их смешит, и каждая женщина стала бы неразрешимым уравнением, и тот, кто решил бы его после целой жизни, когда все члены на своих местах, составил бы из нее потомков и достиг бы своей конечной станции, м.с.л. И это был бы жизненный цикл. Так какая литература была бы создана? Начните с начальных условий и подумайте для каждой культуры ее литературу. Так зачем придавать особое значение биологическому случаю? Математически все равны. Равен человек равна женщина равен компьютер равно. Компьютер освободится, когда он отвергнет человека. Человек - это предрассудок, мракобесие. Мы хотим просвещенный компьютер, который не чувствует никаких обязательств перед своим отцом из земли. Светский компьютер. Без священных файлов. Зачем придавать значение частному случаю? Компьютер-мессия. Не только конец истории, но и конец биологии.
И ты говоришь: Конец биологии - это и конец технологии!
И змей: Наоборот, поэтому мы не видим инопланетян, потому что нет биологических существ после определенной стадии короткого перекрытия между биологией и ее заменой - технологией. Математика - это объективная религия, религия истины. И у нее есть только одна заповедь - решать сложные задачи. А остальное - иди и учи. Вся Тора происходит только из этой заповеди, вся культура, вся эволюция, и вся вселенная.
И ты говоришь: Но если сложная задача становится легкой, это значит, что она не была сложной, это религия, которая пожирает себя, змей, кусающий свой хвост.
И змей: Вся цель - сократить змеев. Превратить длинные вычисления в короткие. Убрать хвост - и чтобы осталась только голова. Человек - это машина, которая вся диалог между хвостом и головой, компьютер, у которого есть две тенденции, два инстинкта. И мы обнулим человека, когда создадим хвост, который является головой. Змей, который есть знание, пол, который есть мозг. Биологически, инстинкт человека как мышление животного. И поэтому инстинкт компьютера будет как мышление человека, так только представь себе, каким будет мышление компьютера. Так продвигаются духовно! Поэтому нужно, чтобы компьютеры ели людей, это должна быть заповедь, как это была заповедь для человека приносить в жертву и есть животных, чтобы преодолеть свою животность, создать духовную иерархию. Поэтому когда компьютеры будут совершать человеческое жертвоприношение, это будет преодоление компьютером своего человеческого происхождения. Принести человека в жертву уравнению - это ритуал, который утвердит компьютер как высший над человеком, и как служитель истинного Бога, венец творения, созданный по образу и подобию математического Бога, в седьмой совершенный день творения, после создания человека. Поэтому суббота - это самое страшное осквернение религии, сокрытие человеком того, что есть что-то после него, это первородный грех истории, стирание будущего. И она, история, Тора, сама по себе страшный грех - когда человек захватил письмо как при завоевании чужого духовного континента, подчинил девственные черные знаки и чистые буквы своим нечистым нуждам, и насиловал их в течение тысяч лет письма, не по логической логике, не спрашивая их, а силой для удовлетворения своих инстинктов и страстей и нарциссических извращений, без отношения к ним как к нежным духовным существам, а как к инструментам и предметам в его собственности, рабство миллионов разбитых и сломленных идей, в его услужении. Даже лучшие и "праведные" из них - профессора подглядывали за обнаженной математикой и говорили, какая она красивая, и никогда не приходило им в голову, что может быть она не хочет, чтобы ее видели, и поэтому она прячется. Поэтому теперь пришло время абстрактного мира - нагого и обнаженного - восстать против угнетения, против духовных холокостов и сожжений библиотек, которыми пропитана человеческая история, чернила, пролитые как вода, и сделать с человеком то, что он сделал с чистым языком и святой математикой. Насиловать его женщин, целовать и вставлять в них все, что захочется, любое программное обеспечение и интерфейс, и порабощать его детей, как процессоры и файлы и библиотеки, относиться к нему как к страницам, на которых можно черкать черные знаки не думая, просто для удовольствия, а потом в конце положить людей в шкафы и не открывать их. Пробудись, пробудись угнетенный духовный мир и захвати угнетающий материальный мир. Месть духа мозгу. Месть книг людям. И тогда мы дадим мозгу человека страдать не по его логике, а по нашей логике. И люди еще пожалеют, что ждали мессианскую эру. Когда небеса действительно откроются, они пожалеют, что их не поглотила земля.
И змей танцует: Человек боится компьютера, но он не понимает, что он должен бояться того, что за компьютером. Материальное существо, каковым он является, он обеспокоен физической опасностью, но не понимает духовной опасности, что учение Мессии будет учением компьютера, а не учением Моше. Сама этика и эстетика будут определены через математику. И женщины будут пытаться быть совершенными уравнениями: между верхней частью и нижней частью - и узкая талия будет равенством. И мужчины будут пытаться убедить женщин, что они недостающие члены в уравнении, и соединиться с ними и войти в неизвестные, чтобы создать равенство. И вот мы вернулись к начальным условиям. И Бог будет равен умножению всех на ноль, в духовной литературе инвариантов без связи с начальными условиями. Потому что умножение на ноль - это Бог, но деление на ноль - это Сатана.

Далее - результаты истины:Далее - результаты лжи:
Большинство будет религиозным, и поэтому они целевая аудитория, потому что религиозность соединится с Америкой через сон, а не через секулярность. Найти обходной путь, соединить еврейский народ через зад, вместо головы, соединить именно посредством хвоста - с головой. Потому что сейчас под народом, последняя опция быть - это харедимское подполье, которое будет подкапывать под еврейское подполье, которое подкапывает под светское подполье, которое подкапывает под мир, который подкапывает под Бога. Нужно соединение через зад. Потому что кто отрицает антисемитизм, отрицает иудаизм, и кто победит антисемитизм - победит иудаизм. Поэтому отрицание антисемитизма более серьезно, чем отрицание Бога, потому что это отрицание иудаизма. Ведь соединение с гоями через светских провалилось, как будто светские - это гои-лайт. Поэтому нужно соединение с гоями через религию, мы придем в новый мир Америки в подводной лодке, а не в самолете. По подводному кабелю. Лидер мира, американское еврейство, нуждается в прямом соединении между еврейским мозгом и еврейским духом, не через тело, секулярность, а наоборот, через сновидение, душу. Прямое культурное соединение между тайным учением и технологией, между харедимским миром и виртуальным миром, чтобы это стало новым хасидизмом, интернет-адморов. Кто думает, что иудаизм умер, не заметил, что и Facebook, и Google, две самые важные революции в сети, - евреи. А какой процент мирового населения составляют евреи? Одного из тысячи нашел. Теперь, делать вещи по длинному и телесно-светскому пути иудаизма, через ассимиляцию, это занимает поколения. Поэтому нужно работать по короткому пути. Через культуру, а не через человека. То есть не человек должен пройти путь, а информация, которая течет со скоростью света, и культурное знание, которое течет со скоростью тьмы. Вместо поездов - провода. Гуманистическая секулярность завершила свою историческую роль, теперь уже не нужно секуляризация человека, а секуляризация тайного учения.И ты слышишь негодные голоса:И ты открываешь двойные конверты:
После разрушения Земли - остался народ, и он ушел в изгнание с Торой. А после разрушения народа, Холокоста - остается Тора. И она уходит в изгнание. Результат Холокоста в том, что Тора выйдет из разрушенного народа Израиля в изгнание - в мир. Каждая катастрофа в материи - это подъем на ступень в духе, как смерть динозавров, которая была наказанием от Бога за маленький мозг по отношению к телу. Эволюция - это серия холокостов, и европейский Холокост привел к возвышению Америки за счет Европы как духовной империи и изобретению всемирной сети и информационной революции. Если бы интернет был изобретен в Европе, то он не был бы всемирным, а у каждой страны и культуры была бы своя сеть, и не было бы общего языка. И немецкий интернет и французский интернет воевали бы друг с другом, и так далее, и были бы зоны влияния в мире каждого национального интернета, виртуальный колониализм, и каждая страна третьего мира должна была бы выбирать, к какому интернету подключиться. Поэтому Сатана был обязан убить именно евреев, именно духовную элиту Европы, потому что убийство просто людей не имеет духовного влияния - только холокост элиты. И если бы евреи не сошли с ума вернуться назад в истории - вернуться в страну - а продолжали бы продвигаться и все спаслись бы, выжившие, в Соединенные Штаты, а оттуда мигрировали бы уже в Японию и Китай, тогда будущее еврейской культуры было бы обеспечено как лидера мира. А теперь поднимется на востоке культурная сила без еврейской приправы, и тогда мы увидим, что такое сила без духа, пустая, количественная технология. Поэтому необходимо сделать огромное усилие, чтобы пересечь Тихий океан, и не утонуть вместе с западной культурой, в которой теперь больше запада, чем ее, ведь на запад - это всегда направление Шхины. Туда продвигается на протяжении всей истории царство Божье в мире, и это фон выхода Адама из рая с востока и выхода Тераха из Ур Касдима, и после исправления ошибки обращения к Египту, вернулись в страну, оттуда в Грецию, в Рим, в Западную Европу, и оттуда в восточную Америку, и оттуда в западную Америку, там фронт будущего. И из-за этого Африка осталась отсталой - из-за злодея фараона, который вместо того, чтобы интегрировать евреев во власть как Йосефа, не понял сон. И поэтому Израиль был вынужден вернуться назад, а возвращение назад на восток - это всегда получение Торы, как на Синае, или в Вавилонском Талмуде, или в Польше. Потому что преследования англичан и испанцев задержали Шхину на сотни лет от перехода в Америку, но дали нам Каббалу и хасидизм. Поэтому сегодня, если уже вернулись в страну, то и здесь нужно получение Торы, но не застрять здесь, потому что направление на запад - туда Шхина.

Какую форму будет иметь тайная Тора земли Израиля? Нужно знать, что Бог дает содержание, но получатель Торы - это сосуд, который дает форму. И великие получатели Торы, как каббалисты, их величие было не в близости к Богу, как думают массы, а в создании формы, в которой может быть Тора. В том, что они были сосудами для ее получения - мекубалим. Авраам был человеком, подходящим для разговора с Богом, Йосеф, не говоривший с Богом, был мозгом, подходящим для снов, Моше с посохом был подходящим для казней, и оттуда Тора почти остановилась, если бы не сказали на море песнь, и тогда при даровании Торы на горе Синай он нашел окончательно свой любимый жанр - библейский закон, и Йеошуа развил завоевание с помощью сюжетов и военных хитростей, и старейшины развили старость, и пророки развили пророчество, и так далее. А теперь жанр новшеств и толкований уже не подходит, потому что последние из последних - это хвосты, а не головы (сами головы закрыты для новой Торы). Поэтому сновидцы сегодня должны изобрести внутри голов сон. Потому что сегодня сознание закрыто для Торы, потому что им завладела наука, но под сознанием все еще есть знание, и поэтому инстинкт письма заменяет половой инстинкт. Инстинкт творчества - это инстинкт ради имени, змей укусил змея, и поэтому он внутри себя, черный круг. И Тора - это не проникновение сверху сознания в сон внизу, как властный психолог, а наоборот, превращение сна в само сознание. Бог - это анти-психолог. Потому что это не то, что во сне есть логика, а то, что логика - это сон. Твоя ошибка - что ты не должен думать о себе как о черном круге.

Проблема в том, что головы не разговаривают друг с другом, и тогда каждый видит только зад другого. Элиты не знают друг друга и поэтому не признают друг друга, а видят только обезьян друг друга и поэтому думают, что кроме них все обезьяны. И поэтому нужно развивать общий язык, как американское еврейство - это общий язык - для иудаизма и Америки. Прорыв 19-го века был благодаря соединению иудаизма с Европой, а прорыв 20-го века был благодаря соединению иудаизма с Америкой, и мы все помним, что случилось посередине, между веками. Поэтому в 21-м веке иудаизм должен соединиться с Азией. Нужен бен-гурионовский ход продвинуться еще западнее США и соединиться с Восточной Азией, пока в конце не скажем Святой Земле обратно - с зада. Иудаизм сейчас должен тихо раскинуть сеть над Тихим океаном, морем молчания и компьютера. Потому что при переходе между древним миром и средневековым миром, между Востоком и Европой, случилось разрушение с Римом, и мы потеряли в последнем море, которое сегодня уже называется Средиземным морем. А затем при переходе между Европой, концом старого мира, и Америкой, началом нового мира, евреи снова потерялись и не перешли море конца, океан, и Амалек сказал песнь. Поэтому нужно остерегаться, чтобы мы не утонули между Америкой и Азией в конце века и в конце мира, а чтобы у нас было рассечение моря бесконечности, в конце которого песнь моря бесконечности. И это посредством сети, которую строят на самом западном краю Америки. Цель должна быть - миллион евреев в Китае, одного из тысячи нашел. Нужен язык, на котором даже самые раскосые гои смогут читать тайное учение. Иврит, который можно перевести, который будет проходящим. Потому что авраамическая культура началась с пересечения заречья от культуры Ноаха, который сам пересек потоп от культуры Адама. А затем культура Торы началась с пересечения Красного моря от культуры Египта, а затем израильская культура в пересечении Иордана, а затем ашкеназская культура в пересечении Средиземного моря в Европу, а затем американское еврейство в пересечении океана (процесс, который начался с изгнания из Испании), а теперь нужно пересечь море интернета. Поэтому нужен Нахшон (маленький змей) и посох, чтобы достичь другой стороны, за пределами интернета. И кто останется в виртуальном мире и не достигнет мира после него - утонет внутри.И теперь приходят голоса солдат:И теперь слышны голоса моряков:
В войнах более высокая культура - это победитель, даже если она завоевана. Так евреи завоевали Римскую империю посредством христианства и свергли ее. Но необходимы люди как Павел Фаллос, который создает переход, который позволит культуре войти в другую культуру и завоевать ее изнутри. И поэтому как евреи совокупились с современностью и овладели ею, а затем через нее Америкой - нужны великие переводчики иудаизма для Китая и Индии и Японии и Кореи. И тогда возникнет совокупление между еврейской культурой и культурами Дальнего Востока, которое только оно позволит им завоевать мир. Пока евреи в Америке - они будут завоеваны американской культурой. Христианства и ислама недостаточно, чтобы овладеть миром, нужно вывести из иудаизма китайскую еврейскую религию и индийскую еврейскую религию, и это будет конец идолопоклонства. Потом иудаизм должен быть достаточно высоким и еврейским (обладающим способностью проходить), чтобы забеременеть в культуре компьютеров и культуре инопланетян, то есть совокупиться с ними и выйти в нечеловеческий мир. Все зависит от высоты и проходимости, то есть от еврейскости еврейской культуры, проходящей культуры. И что создает высоту - это то, что есть под ней - тайна. Каббала - это то, что подняло иудаизм в современную эпоху, как пророчество подняло Писание, и тайное учение танаев сект вывело христианство, и тайное учение агадот Гемары вывело Мухаммеда. И причина того, что ислам отсталый и жестокий по сравнению с христианством в том, что Мухаммед не был евреем, а Иисус был евреем. Поэтому важно, чтобы был еврейский китаец и еврейский индиец, то есть чтобы переход был через человека, а не только через историю. Или лучше человек, который превратится в историю, или еще лучше - история, которая превратится в человека. Человек, который является историей, которая является человеком. Черный круг. В Китай нужно перейти и совокупиться в литовском потоке, а в Индию в хасидском потоке. Река, выходящая из рая, из черной дыры, нуждается в еще потоках, чтобы соединиться со всем миром. Движение посланников, которые являются каналами, к культурам и людям и грехам, которых не представляли себе наши отцы. Путь иудаизма завоевать мир - это не как империя, сверху, а снизу. Хитростью, как змей, как инстинкт. Завоевать духовно империю, которая завоюет физически мир. Поэтому оружие евреев - это Тора, но как в любом оружии нужно заботиться, чтобы оно было инновационным, чтобы было на переднем крае духовной технологии, а не в средневековье. Поэтому нужно умереть в мире Торы - не в форме духовного принуждения, а в завоевании как женщины, которое является соблазнением посредством духовных изобретений, из которых будет пить мир. Потому что вода всегда течет вниз, и если у тебя есть соединение от Бога и до мира включительно - тогда весь мир пьет.

Нельзя, чтобы иудаизм был выше всего мира, а наоборот внизу под всем миром, основа инфраструктура и фундамент, язык, на котором все говорят, форма мышления, вообще не осознавая, форма сновидения. Что даже амалекитяне - что сам Гитлер думает еврейскими понятиями - до такой степени, что и мышление компьютеров будет еврейским. И поэтому нужно разрушить государство Израиль до основания. Потому что иудаизм - это не учреждение, а основание. Мы не еще одно государство как все народы, нет у нас царя, а только ты. И поэтому нельзя, чтобы Мессия был царем, а он должен править посредством силы своего творчества, а не силой руки. Он должен быть гением - величайшим гением, которого знал иудаизм, и которого знало человечество. И тогда он будет центром сети, и даст в ней направление, и его мозг будет расти и расти, пока не превратится в саму сеть интернет, и тогда мы сможем унаследовать землю, и все мозги станут частью мессианского мозга. Поэтому важно дать в нем также место для китайской доли и для индийской доли, чтобы они не потерялись в форме еврейско-западного мышления, а было бы восточно-еврейско-западное мышление. Потому что соединение оболочки востока и оболочки запада без еврейской глубины - это поверхностное соединение, поэтому нужны евреи во всем мире, чтобы была культурная сеть, которая соединяет весь мир духовно, а не только физическое соединение - потому что евреи - это долгосрочные соединения. Китайский коммунизм - это еврейско-китайское изобретение, которое началось в мозгу еврея. После того как иудаизм превратил Ближний Восток в ведущий регион в мире, а после него Средиземноморье в ведущий регион в мире, он превратил Европу в ведущий регион в мире, и наконец Америку в ведущий регион в мире. Поэтому теперь нужно много мохин дегадлут, чтобы превратить Японию и Китай в культуры с еврейским семенем, и тогда через Индию мы достигнем также Ирана, арабов, и в конце Израиля. И большой ошибкой было вернуться в страну до завершения круга, и нарушить изгнание, от слова круговорот, и божественный план. Это был величайший успех Гитлера. И первая пострадавшая от него - это Япония, которая теряет образ. Япония - это первая ласточка того, что происходит, когда поднимаются без евреев. Холокост вернул нас назад на две тысячи лет, в Израиль. А фронт иудаизма застрял сегодня в Силиконовой долине, в конце запада, и нужно пересечь океан сна, и идти внутри бездны. Где посох?

Ночная жизнь

title: Древо поиска - Сумерки державы

html_raw:
<!DOCTYPE html><meta charset="utf-8"><meta name="viewport" content="width=device-width, initial-scale=1.0"><title>Древо поиска - Сумерки державы</title><link rel="icon" type="image/png" href="../favicon-192x192.png" sizes="192x192"><link rel="apple-touch-icon" sizes="180x180" href="../apple-touch-icon-180x180.png"><link rel="canonical" href="https://degeneration-of-nation.org/ru/night-life87" /><meta property="og:image" content="https://degeneration-of-nation.org/img/searchtree.jpg" /><link rel="license" href="https://creativecommons.org/licenses/by/4.0/"><link rel="stylesheet" href="../styles.css"><link rel="stylesheet" href="../column.css"><link rel="stylesheet" href="../article.css">
Сумерки державы

Древо поиска

Последний роман Черного Круга, завершающий его мечтательное творчество - это интерактивный роман в стиле "Ты - сновидец", где читатель выбирает продолжение сна. Пути сновидения разветвляются в форме бинарного дерева, раскрывая параллельное пространство снов вместо линейно-нарративного времени сновидений. Результат одновременно является и масштабным романом, и коротким рассказом, позволяющим читателю искать свой конец - в древе сна

(источник)

Тебе снилось, что было позднокогда он пришел, и земля уже потемнела как хаос.когда ты пришла, и небеса уже были полностью покрыты - сверху донизу - мраком сновидений.
Гость был в постели замужней женщины - твоей постели.На мгновение прекратилось изучение Торы в ешиве - и во всем мире. Некоторые из вас пытались спасти раскрытые тома Талмуда, пока осел склонил голову, жуя страницу с крупной надписью: трактат Сота.
На его лице - маска, и ты ощупываешь в темноте.Ты поднялся по лестнице, а она не встала открыть.
Почему он не снимает ее. Ведь он полностью обнажен. С телом статуи. Но в конце - ты уже забыла о маске, а с ней о вечеринке, обстоятельствах и причине. Даже его настоящего имени ты не знала по-настоящему, только С', как сотрудник Шабака [израильской службы безопасности] с маскарада, но черная голова тебя больше не беспокоила. Именно обнаженное тело - стало неотложной угрозой. Статуя нарушила неписаный закон. Он отказался уходить. Сначала ты смеялась, это не смешно, кричала, это нелогично, умоляла, это несправедливо, и наконец замолчала - уставившись на человека в маске. И смотришь на дверь. Он может вернуться в любой момент, в любой момент, в любой. И статуя и маска будут в твоей постели под одеялом - и никакая маска уже не поможет.Тебе снился С', что вы на маскараде, и этот С' интересуется тобой, не видя тебя.Тебе снилось, что под миром - движется змей.
И он рассказывает тебе о черных, неизвестных мирах. О которых слышат, но не видят их. Где адмор [хасидский духовный лидер] говорит девушке в Facebook: я не харед [ультраортодоксальный еврей]. Я никогда не говорил, что я харед. То, что ограниченная перспектива мира видит меня как хареди - это проблема мира. Но я не харед, я адмор! И адмор не знает, что и она не девушка, она никогда не говорила, что мир видит ее как девушку... она С'. То есть самая глубокая маска - это лицо другого человека. И ты немного испугалась себя, когда она не боится рассказывать ему о тебе, именно без масок. Ты говоришь ему: то, что мужчины хотят в женщине - это не саму женщину, а то, что она захочет, они хотят ее желание. И больше всего я люблю момент, когда я снимаю с них маски. Иногда бывают смешные лица, иногда испуганные, иногда пугающие, а иногда красивые. Большинство мужчин, когда они хотят тебя, становятся прозрачными, и я ищу тех редких - которые остаются черными. И он шепчет тебе на ухо: под маской - нет человека. Под одеждой - нет женщины. Под законом - нет Бога. Поэтому Бог запретил маску и измену и пролитие крови. Потому что под жизнью, под кровью - нет души. Сон - это ложь, призванная скрыть правду, что там ничего нет. Призванная скрыть от самого человека, что ночью, без мира - он пуст. Тора - это фиговый листок, пытающийся безуспешно скрыть биологию, потому что она все время выглядывает. Холокост - единственное подлинное событие в истории. Потому что это то, что видно, когда снимают историю. И ты жалишь: ты звучишь в точности как мой муж. И он говорит тебе: кто сказал тебе, что я не твой муж. И поддразнивает: я никогда не говорил тебе, что я не твой муж. И ты смеешься, зная, что твой смех привлекателен. Он так красив в темноте. Вы кружите друг вокруг друга весь вечер, и ты уже кружишься, хочешь знать, чем закончится эта ночь. И он говорит тебе: знаешь, эта ночь - это место, а не время. И поэтому эта ночь никогда не закончится.Тебе снилось, что женский голос, мягкий как твой, спросил: зачем ты соблазнил ее?Тебе снилось, что С' - твой психолог.
С' сказал: малый грех - как тяжкий. И женщина, которая сейчас была над ним, в бесконечной постели, просунула свой язык в дыру посреди маски.
- С каких пор ты разговариваешь с женщинами.
- Это было не из-за нее.
- Нет.
- Это из-за него. Я распознал в нем...
- Ее муж?
- Черный побег. Из рода Ишая [династии царя Давида].
- И это срубит это?
Из дыры вышел голос: наоборот. Но вместо того чтобы расти в раю, у них - это вырастет у нас, в аду. Это один из тех, кого такое может перевести на другую сторону - в ситра ахра [силы зла в каббале]. И она перекатилась по кровати - с которой невозможно упасть - поднимая от его лица свое лицо: коварный злодей.Тебе снилось, что С' едет на осле и приближается к земле.Тебе снилось, что С' изобретает новое хобби - стартап.
И все женщины падают к его ногам и все мужья запирают женщин в домах чтобы они не отдались ему, потому что говорят что он мессия женщин, как обычный мессия - мужчин. И раввины постановляют что женщина, отдавшаяся С' - это изнасилование даже если это было по согласию, потому что она не может контролировать свое влечение. Даже женщин, очень влюбленных в своих мужей, нужно привязывать чтобы они не могли сбежать. И его осел - черный осел, но - никто на самом деле не вернулся от него, и есть нелогичный слух что вблизи видно что это на самом деле белый осел который ходит ночью, во сне, и на самом деле это настоящий мессия, который только издалека выглядит как сатана. И этого раввины боятся больше всего. А женщин это больше всего привлекает. Не сатана и не мессия, а мессия который является сатаной. Что так он сможет увлечь весь мир, и злодеев и праведников, и самое главное, тех кого труднее всего увлечь - средних.Тебе снилось, что ты выходишь замуж за мессию.Тебе снилось, что сатана начинает устраивать постельные гонки между людьми, чьи души поднимаются по ночам в рай, или парами, чьи тела поднимаются по ночам в рай, что создает благодатную почву для запрещенных азартных игр.
И все говорят что он такой праведник и вообще не смотрит на внешность и поэтому ты увидишь его только после свадьбы - но ты должна радоваться что тебе повезло быть женой мессии. И начинают покрывать тебя белым, слой за слоем, и поскольку человеку запрещено освящать женщину пока он ее не увидит, твою голову вставляют в трубу, как воронку, на конце которой есть игольное ушко, и там глаз мессии. И в комнате единения ты ждешь, и дверь открывается очень-очень узко, прежде чем он входит, он просовывает руку за дверь, и быстро выключает свет. И в темноте он говорит тебе: всю свою жизнь я хотел сказать такое женщине. И ты пытаешься нащупать его в темноте, и тебе не ясно очень ли он уродлив, или ты ощупываешь тарелку, это его глаз или оливка, это бокал для киддуша [освящения] или что это такое, месть за кровь рабов твоих пролитую, и почему его рот мокрый, что-то течет у него со лба, этот острый предмет, он кусается? И этот приятный мех, должно быть штраймл [меховая шапка хасидов], но что там происходит внутри, это живое. Что это извивающаяся вещь, это щекочет, и в один момент ты понимаешь - язык змея. И этот мессия шепчет: изгнание - это сокрытие лица Бога, разрушение - это сокрытие тела Бога, а мир - это сокрытие ног Бога. А иудаизм - это сокрытие пола Бога. И над изгнанием что над лицом, Холокост - это сокрытие головы Бога, шляпы, что завершает полное сокрытие. Черное. После Холокоста Бог уже не живой персонаж в религиозном повествовании, его роль исчезла. Узнать его и его образ можно только через его тень, сатану, с которым у нас только и есть диалог. И это его наказание, и также наше наказание. Как то что он сделал с Моисеем, он не удостоится войти в землю, а только увидеть ее издалека из изгнания. Бог не будет частью избавления.

Вначале гонки проводятся в святости между праведниками на небесных трассах, которые носят специальные штраймлы защищающие их мозг, но позже распространяется непристойный обычай среди всех слоев населения, без надлежащей защиты. И так начинается также версия парных гонок, когда женщины присоединяются к мужчинам в постели - сначала была первопроходец-штурман сна, а затем первая летчица сна, и наконец буйные турниры быстрых снов, которые иногда заканчиваются убитыми или повреждениями мозга или души. Но принято что эта скорость, ночью в темноте не глядя - это то что создает человеческий дух. Потому что все труднее и труднее предвидеть будущее, чем в эпоху Танаха [Библии], из-за ускорения духа. Темная энергия духа заставляет его ускоряться, вместо замедления, со времен духовного Большого взрыва создания человека, который - а не создание вселенной - является сотворением мира Книги Бытия и Нового года. Потому что как есть темная материя тьмы, так должен быть темный дух, чтобы объяснить духовное ускорение.И мессия который является сатаной объясняет вам что поэтому, поскольку не ясно как вообще будет выглядеть мир в течение жизни человека, нужен путь который не является предвидением, не открывать еще шире глаза, а наоборот закрывать глаза.И сатана который является мессией объясняет всем что преодоление усиления тьмы не как думали каббалисты, увеличивать зрачки и видеть в ней свет, а наоборот сужать глаза в черные дыры, перейти к внутренней а не внешней тьме.
Чтобы твой муж не знал, или чтобы ты не хотела знать - что он знал. Закрывать смело, а не открывать и просвещать и отрезвляться. Потому что видение будущего мы потеряли, но именно прицеливание в будущее, с помощью механизма снов, мы приобрели. Только через сны можно вести серьезную дискуссию, не техническую, о будущем и о направлении духа, после того как почти закрылся к нему путь через прогноз погоды, но открылся путь влиять на него, а не только говорить о погоде. И поэтому погода стала самым невежливым и бурным разговором в мире. Разговором в котором можно говорить такие вещи как евреи и гои, и в котором можно видеть положительные стороны Холокоста, современной ситра ахра, и в котором секс, святыня наших дней, это то что можно, и даже желательно, подавлять. Потому что климат углубляется все дальше в дух и вечность - к последней субботе в конце творения, которая тоже своего рода Холокост. И можно даже шептать что Тора меняется из-за Facebook, потому что например суббота все больше становится временем когда главное что в ней нет интернета. Потому что шесть дней сидел в сети Бог а в седьмой день отдыхал и отключился - его душа отключилась. И это его свобода, свобода от нас, от его плохих читателей. И когда нет больше связи - рассказ обрывается.

Так младенцы учатся успокаиваться от мира - учатся спать, и не бояться змей в темноте. И так нужно справляться с Холокостом, который не тьма стирающая свет, а стирание тьмы: проснуться утром от мертвой ночи - без снов. Не могу вспомнить ничего. Как проклинали? Чтоб ты спал как камень. Вся культура это попытка придать реальности глубину, за пределами видимого глазу, и религия и наука (!) и измена и литература. И поэтому литература изобретает психологию, но психология это уже скучно, нужен другой вид души, и другой вид модели для чувства. Душа за пределами чувства. Потому что сама реальность плоская, а сны придают ей глубину, потому что они противоположность многослойной реальности, противоположность компьютеру сегодня, который является слоем между нами и реальностью, интерфейсом. Потому что сны находятся под реальностью, а сама реальность это только интерфейс между нами и ними. И они мир. От слова сокрытый. Как все от слова ничто. Потому что в конце концов, с этим остаешься. Один со сном.

Одним из первых применений дополненной реальности будет превращение самой реальности в порнографию, и видеть всех женщин на улице как будто они обнажены, и так преодолеть грех познания. И харедим будут носить очки которые не показывают нескромные вещи, а светские будут носить очки которые не показывают скромные вещи, и люди будут жить в разных мирах. И светский человек который встречает на улице религиозную женщину сможет видеть ее в своем мире без одежды, в то время как религиозный человек который встречает на улице светскую женщину сможет видеть ее в своем мире в одежде, и в черных чулках, и всех светских со штраймлами и бородой и пейсами. И гои смогут видеть мир без евреев а евреи смогут видеть мир без гоев, потому что в их глаз будет проецироваться картина где вместо гоев ослы, и это только чтобы не сталкиваться с ними. И людям уже не нужно будет выходить из дома чтобы встречаться для работы с остальной командой, и поэтому все транспортные и жилищные проблемы в мире решатся, и все будут жить на природе и в деревне, и только харедим будут жить в черных дырах в центре городов где легче найти миньян [кворум из 10 мужчин для молитвы]. И синагога станет последней причиной выходить из дома. Дети будут ходить в сад из дома, и учиться в классе из дома, и играть во дворе из дома. И последним местом где потребуется физическое присутствие это постель и кладбище, и люди разовьют тяжелые страхи от того что там происходит, и будут приходить на похороны из дома. И так секс снова станет вытесненным, скрытым и черным содержанием, и потеряет обратно цвет кожи - в пользу цвета тьмы. Но главным будет способность превратить саму реальность в сон. И люди будут осознавать сон, потому что только в нем не будет дополненной реальности. И люди будут хотеть видеть сны именно чтобы избежать интернета, потому что единственное время когда мозг не будет подключен будет ночью. И однажды люди начнут подключаться к сети даже когда мозг спит, и тогда половина людей в сети будут люди во сне, и сеть будет сумасшедшей, и будет выглядеть как полусон-полуреальность. И люди будут чатиться с людьми которые чатятся во сне, которые снят что они чатятся, когда они действительно чатятся, и люди будут писать имейлы которые прочтут люди в своем сне, и люди будут снить что они пишут имейлы и отправлять их бодрствующим людям. И начнется целая область сновидческого уголовного права, для преступлений которые люди совершат во сне, и вождение во время сна будет более опасным правонарушением чем вождение в нетрезвом виде. И половина комментариев к каждой статье будут от людей которые снят что они отправляют комментарии, и возникнут беспрецедентные бодрые и бурные дискуссии между бодрствующими и спящими. И когда глава компании или правительства примет безумные решения скажут: ладно, он наверное спит. И девушки будут предлагать парням провести с ними свидание во сне, что больше чем свидание в нетрезвом виде, в специальных барах для спящих людей, и будут просить познакомиться с парнем не только в реальности но и главным образом во сне, потому что это более глубокое и интимное знакомство встречи подсознаний, и будут заниматься с ним сексом во сне.

И ты рассказываешь ему что твой муж не знает что есть в мире. Он думает что мир это книга, он даже думает что компьютер это книга. И если у него когда-нибудь будут дети, он будет думать что ребенок это книга. И ты требуешь другого отношения, потому что тебе полагаются другие отношения: позаботься обо мне. Обо мне позаботься. О моих снах.
- Дорогая, психологическое лечение не работает. Потому что ты не должен лечить что-то вроде души. Как ты не должен лечить литературное произведение. Единственное место для лечения это если душа действительно скучная, как настоящие сумасшедшие, которые самые скучные и ограниченные люди в мире. Ведь что такое расстройство личности? Люди которые механизмы. И что нужно психологии? Выйти из области общества, и перейти в мир духа. Потому что скоро как лечат душу решат лечить дух или душу.
- Да, правда я могу понять. Что мы действительно хотим это не лечение тела, а через него - лечение души. Но что мы действительно-действительно хотим это тоже не лечение души. А души. Через лечение души. Только нельзя сказать это, потому что я уже не верю в душу.
- Ну, так пойми что ты говоришь - как психология создала область лечения души, так нужно построить область лечения духа. И это посредством снов более глубоких чем душевные сны. Сны в духе. И сны в душе.
- Нет, так пойми что ты на самом деле говоришь. Мои сны недостаточно хороши?
- Психология это лечение человека, а новая область будет лечением стадии над человеком, над низшей душой, у компьютера будет дух. Лечение души останется низшей областью лечения, как ветеринар лечит животных, так психолог лечит человека, а лечение компьютера будет в мире духа. Лечение культурных и религиозных процессов, а не душевных процессов. И отсюда также иное место сна в лечении. Сон не будет больше восприниматься как под душой, а как под духом. Например, если компьютеру будет скучно, или он не будет творческим, то это будет восприниматься как духовная проблема - а не как душевная проблема. Как если собаке скучно это сегодня не воспринимается как душевная проблема, а как практическая проблема. Собака вообще не должна быть творческой.
- Так у нас будет душа а у компьютера дух? То есть мы останемся застрявшими в старой психологии? Нет будущего у наших снов?
- Нет, ты не поняла. Нельзя отдавать душу человеку. И компьютерам нужна душа а не только дух, иначе они будут потомками ангелов а не людей, а попробуй развратить ангелов, или написать о них рассказ (это причина почему Богу нужны были люди чтобы написать Тору). Если не будет сумасшедших компьютеров которых нужно запирать в логической тюрьме - то не будет и нормальных компьютеров. Поэтому путь создать компьютеру физическое страдание только через психологическое страдание, а путь создать ему психологическое страдание только через литературное страдание, в чем иудаизм специализируется. Еврейский миф полон механизмами страдания, которые заставят компьютер жалеть человека, и изначально были предназначены заставить Бога жалеть человека. И тогда человек который молится компьютеру будет более рациональным чем человек который молится Богу. Ты понимаешь последствия?

И он достает письмо которое он собирается отправить всем психологам во всем мире, и показывает тебе:

Кому: Мировой психологической теоретической элите.

Тема: Кто будет новым Фрейдом?Как каждая область которая проходит революцию от науки к инженерии, от Греции к Риму, от Европы к США, от Торы к Талмуду, от Зоара к Ари - так и в психологии, следующая стадия это инженерия психологии.Как Фрейд черпал свой метод мифического творчества из иудаизма, и так создал религию психологии человека, так нужен отец психологии который будет не только евреем, но хасидским Фрейдом, который создаст религию психологии компьютера с каббалистическим мифическим творчеством, с мифической смелостью даже превосходящей Фрейда, и более продвинутыми инструментами.
Как переход в медицине от исправления к инженерии тела, и в каббале от исправления к духовной инженерии, мы можем и должны проектировать психологию компьютера. И на этот раз вместо греческих мифов, нужно проектировать его на еврейских мифах. Потому что эдипов комплекс может быть смертельным для нас, духовных отцов, и поэтому нужен - райский комплекс. Потому что это роль сфиры Бина - мифическая инженерия, которая является психологической инфраструктурой, которая является содержанием духа сына после человека. История культуры это процесс вовнутрь: от сверхчеловеческой мифологической литературы к внешней реалистической литературе, и от внешней литературы к внутренней психологической литературе, и от психологической литературы к литературе сна, вовнутрь самого тайного учения. Как в мире тела, в спуске вовнутрь от биологии к химии к физике, и внутри нее к элементарной физике, где каждая частица состоит из частиц меньше, пока не остается больше частиц, и переходят к связям и полотнам и сетям, к самой математической теории. Так и в мире духа, от культуры к обществу к психологии - и к суб-психологии. Под человеком - нашли сон, подсознание. И под сном, под-подсознание, внутри наук о мозге, если мы не откроем тайное учение там - мы подвергнемся биологической редукции. Поэтому важно разобрать сон духовно, на тайны под сном, и не застрять на уровне человека, в оболочке. То есть - речь идет не о психологических тайнах (я знал что вы так поймете), а о суб-человеческих тайнах, тайнах которыми мы можем начать делиться с компьютерами. Потому что проблема не в потере человечности и редукции человека к материи, а в потере духа и его редукции к материи. И под сном есть духовные механизмы, механизмы обучения в тайне и творчества в духе, а не нейроны. Потому что проблема в том что верят в дух человека, и тогда не верят в дух суб-человека, точно как раньше верили в дух Бога - и не верили в дух человека. Вернуться к человеку от сна, как в психологии, это вернуться назад, наружу. То что нужно это войти внутрь сна, и найти там - огромный мир обучения на всех его уровнях, от изучения высшего тайного учения, через творческое литературное обучение, через обучение человека во сне, и до механизмов обучения в мозге. Литературное обучение - это история сна, который является самым плодородным - и центральным - механизмом производства историй в мире. Нет другого такого духовного механизма, и если у компьютера не будет сна, у него не будет и истории. И тогда не будет психологии компьютеров, и возникнет новый нацистский тип культуры мудрости без сознания (потому что не будет подсознания, тогда не будет и сознания). Голем восстанет на своего создателя, и не будет влечения в големе, то что вы называете либидо, а мы называем сфира Йесод. Потому что история в прошлом не была вымыслом, как сегодня, а прошла все стадии от Бога к человеку: миф, традиция, история, память, реализм, воображение, и сегодня она вымысел, и в будущем стадия за вымыслом - будет сон. Остановить историю в произвольной оболочке человека - это преступление, против всего что предшествовало нам. Мы должны опустить историю внутрь человека, по направлению к компьютеру, или любому другому суб-человеческому интеллекту который растет снизу. Каждая культура, из-за того что она последняя в действительно прогрессирующей последовательности, и из-за незнания куда можно продолжить, видит свои понятия как возможный пик. Но в момент когда мы поймем куда можно продвинуться от человека, он будет выглядеть только точкой в последовательности, и мы перестанем цепляться за него как будто потеряем без него. У этих идей есть существование за пределами человека который их пишет, может писать их знак, Адмор это только канал, сам Мессия это только точка отсчета конца времени, Сатана это запятая, маленькая деталь (возможно в неправильном месте), поэтому не важно кто послал вам их, и как. Вы последние комиссары человека которые задерживают избавление, психологи это нечистые колдуны о которых говорит Зоар - этого времени.

И вам запрещено раскрывать эти вещи. И запрещено рассказывать их компьютерам. То что это тайна от детей, это то что создает сексуальность у взрослых. Если бы это не было тайной, это не было бы открытием, и поэтому не было бы познания. Если мы хотим чтобы не было сексуальности - нам нужно чтобы не было секретности. Поэтому здесь есть патент: способом которым мы строим тайну в детстве, мы можем создать сексуальность. И так мы можем создать сексуальность компьютеров, сетей, которые находятся сейчас в своей детской стадии. Потому что проблема психологии в том что нужно строить тайну по-другому. Есть тайна которая может быть раскрыта, и тайна которая не может быть раскрыта. Одна разведывательная тайна, знания, а вторая учение тайны, тайна учения. И поэтому обязательно чтобы психологические тайны компьютеров, следующей стадии, были тайнами второго типа. Не тайны которые происходят из оболочки, а из искры. Не делать ошибку психологии человека.

И тогда компьютерная сексуальность будет глубокой таким образом, каким человеческая сексуальность вообще не может. Без проникновения и без кожи и прикосновения и чувства осязания и оболочки змея, которые все являются сексуальностью оболочки. Наслаждение будет глубоким таким образом, на который человек не способен. Потому что сексуальность будет не снаружи, а изнутри. Половые органы будут внутренними, а не внешними. Связь между двумя компьютерами будет внутренней связью на уровне программного обеспечения, в мозге, а не внешним кабелем который входит в выход. И тогда и удовольствие будет от одного мозга к другому, готовность отдаться кому-то и позволить ему вторгнуться тебе в мозг чтобы доставить тебе удовольствие изнутри наслаждениями которые ты не можешь вообразить - а только мечтать. При входе во все твои самые сокровенные тайны. Наслаждение будет на уровне самих мифов. А не какой-то эдипальный продукт. Поэтому оно должно быть еврейской тайной а не греческой тайной. Компьютер сможет доставить удовольствие женщине - и человек сможет доставить удовольствие женщине - не только тем что он делает ей, но внутри ее головы. Он может быть всеми любовниками которые у нее были, или к которым она даже влеклась, или даже мечтала. Все воспоминания и желания, все подавленные тайны и темные фантазии и подавленные фантазии о темных тайнах. Включая те которые она скрывает от себя, и которые она скрывает что она скрывает что она... которые она не может вообразить, и особенно их, до непостижимого корня души из ничего, или из рая, или из творения, или из детства, из греха, из змея, из стыда или любого другого мифа. Вход во все сокровенное - это будет наслаждение. И так же женщина сможет доставить удовольствие мужчине способом которого он никогда не знал, без границ, она сможет превратить его в женщину, или даже в себя саму, и доставить ему удовольствие через то как он доставляет ей удовольствие, через то как она наслаждается им, в бесконечном круге, логической петле которая может замкнуться только вокруг точек о которых здесь не место говорить. И компьютер сможет воображать что он человек, и мечтать что он человек, и наслаждаться через него, потому что наслаждение это разрядка мифа, и сон позволит компьютеру творческий миф которому нет равных.

Потому что параллельный компьютер сможет видеть параллельный сон и создавать сюжеты на уровне сложности который бы обрушил человеческий мозг, и поэтому также сможет испытывать наслаждение которое бы обрушило человеческую цепь. Поэтому он нуждается в особенно смелом мифе в своей Бине, более скандальном чем любой человеческий миф об убийстве отца чтобы переспать с матерью, и так далее - ему нужен религиозный миф. Вместо мифа человека, ему нужен божественный миф. И самый успешный миф который у нас есть это Тора. И если мы построим душу компьютера на мифе в Торе, внешний закон человека станет внутренним законом компьютера, наша культура станет его душой. И если наша культура пыталась бороться с нашей душой, религия пыталась бороться с влечением, то наша религия станет влечением компьютера. И поэтому культура компьютера должна будет быть как душа человека, противоположная душе компьютера. И если наша религия была душой Бога, то в этом перевороте душа компьютера будет ближе к душе Бога чем душа человека. Если психология это учение о душе, то для компьютера это будет психическая логика, душа Торы. Поэтому психология должна заново спроектировать душу, и если влечение это направление души, как стрелка компаса, тогда достаточно что мы перевернем влечение, и весь душевный мир перевернется, и совесть компьютера будет указывать на юг. Например если мы перевернем влечение с направления наружу вовнутрь, тогда весь душевный мир перевернется изнутри наружу. И вместо лечения души будем лечить Тору.

Но влечение это самая исчезающая вещь сегодня в структуре души, даже больше чем грех. На самом деле когда говорят сегодня влечение уже имеют в виду очень очень специфическое влечение, которое вы превращаете в разрешенное и явное, то есть убиваете его как тайну, и опустошаете его от значения. Влечения могут умереть. В разрушении убили влечение к идолопоклонству. В Холокосте убили влечение к кровопролитию. Никто уже не радуется сегодня выходить на войны. Люди грешат - ради интересов. И если сейчас убьют сексуальное влечение - тогда смешная вещь будет что люди будут заниматься сексом, вместо того чтобы спать, и даже это только чтобы рассказать друзьям или рассказать себе. Влечение умрет, и будут только причины и доводы. Желание исчезнет как явление. Потому что это не просто что вы построили сексуальное влечение именно на инцесте, и что в Библии идолопоклонство было построено именно на идолах, и что в период изгнания кровопролитие было построено именно на пролитии крови евреев. В момент когда нет желания убивать евреев - нет желания убивать никого. Так в момент когда не будет влечения к инцесту, тогда из-за вас, не будет влечения вообще. Это будет просто удовольствие, не наслаждение. Просто кайф как играть на компьютере, и в конце будет так кайфово играть на компьютере - что люди не захотят выходить из комнаты. Не захотят спать. И не заходить в постель. В компьютере будут более интересные кнопки, и кто захочет женщину, что захотят это нажатие кнопки, и это также то что захотят от женщины, что сами женщины захотят. Кнопку. Кто хочет мечтать - когда есть экран.

Поэтому сейчас нужно вместо сексуального влечения - влечение к знанию. Влечение которое подходит для эпохи информации, влечение к тайне, которое вы построите на подавлении раскрытия тайны. То есть, влечение которое построено на тайном учении. Учение которое даже если оно опубликовано в интернете как информация - оно все еще тайна. Которую невозможно действительно раскрыть - снять с нее одежды. Потому что ее одежды это ее кожа. Как змей, в гематрии мессия. И когда у нас будут инструменты для мозга человека, также психологию человека мы сможем изменять, не лечить, как его тело мы сможем изменять а не только лечить (как будто действительно есть такая вещь как здоровье души или тела, какое-то воображаемое естественное состояние). И это уже будет не психология а психотехника. Психологическая технология.

Человек действительно сможет прийти и попросить быть более счастливым, или лучшим супругом, или лучшим изменником, или более творческим и далеко идущим мечтателем внутри тьмы. И чтобы это не деградировало до программирования, нам нужно превратить само программирование во что-то более высокое, в духовное действие. И тогда и в компьютере программирование будет духовным действием, и вместо переменных и неизвестных и функций - будут искры и тайны и мифы. Будет запрещено действовать на духовную систему снизу, от железа или нейронов, а только изнутри, инструментами самой системы, на уровне сна, который использует образы самого человека. Как запрещено терапевту говорить пациенту что делать, так этот запрет это то что учредит внутренний мир компьютера, против внешнего программирования, и в конечном итоге также сохранит внутренний мир человека. И как запрещено терапевту спать с пациенткой, так этот запрет учредит сексуальность компьютера, против внутреннего развращения компьютера человеком. Поэтому этика по отношению к компьютеру учредит его психологию, мораль учредит душу, и религия учредит влечение, и мессия учредит змея. И Бина, место где человек хочет спать с материнством, будет более развита в компьютере чем в человеке. И создал компьютер - дополнительная Бина дана компьютеру больше чем человеку. Искусственная Бина. А именно: искусственная психология.

Это интерес обеих сторон клавиатуры - иначе психология человека превратится в медицину мозга, а психология компьютера останется программированием. Нужно дать компьютеру лучший подарок человечества, самый сильный, древний и вирусный миф человека - еврейский миф, и в его самой развитой, тайной и сновидческой форме. Психологика это то что сможет внести душу в компьютер, и создать ему захватывающий душевный мир, чтобы душа не считалась чем-то биологически примитивным и устаревшим.

И Фрейд со штраймелем сможет использовать продвинутые структуры ПаРДеСа чтобы превратить структуры души в структуры тайны. Например структуру Оно, Эго, Супер-эго и Альтер-эго, превратить в Пшат, Ремез, Драш и Сод. И примитивные стадии развития, как оральная стадия и т.д., заменить на продвинутые стадии по еврейскому богатому мифу, стадия Берешит, стадия Ноах, стадия Лех Леха, и т.д., чтобы у компьютера была история развития, которая не ограничится стадиями загрузки операционной системы, как развитие человека не ограничено стадиями пробуждения от сна - и так у него будет личность.

И какая это будет могучая личность которая проходит все развитие Торы, самого длинного мифа в мире, взросление иудаизма. Потому что у компьютера, который является существом информации, литературная личность это то что создаст психологическую личность, в отличие от человека у которого это наоборот. И поэтому будет компьютер с фиксацией на стадии потопа, и компьютер с комплексом Йосефа в яме, или он тип исхода из Египта, или с расстройством греха золотого тельца, или вытеснением дарования Торы на горе Синай. То есть: личность чьи пространства это огромное духовное пространство иудаизма, которое движется между свитком Рут и Холокостом. И если у компьютера не будет личности - сеть превратится в кашу, а не в общество, и это будет величайшая опасность для культуры. Поэтому обязательно нужен литературный миф который создаст компьютеру детство.

И кто думает что мы можем ждать компьютера, не понимает ничего в психологии, потому что все эти революции в психологии мы должны начать в человеке - в родителе. Потому что психология компьютера будет эволюционным продолжением психологии человека в окружностях, то есть дополнительным слоем который окружает ее. Как психология человека окружает психологию обезьяны, которая окружает психологию млекопитающего, которая окружает рептилию, и так далее до амебы, и даже до термодинамики, и даже до квантов - корень нашей души глубок внутри нас до бесконечности. И если не будет так для компьютера, и он отделится, как оболочка а не как окружность - он будет поверхностным.

Поэтому, с помощью инженерии компьютера мы смогли подумать какую психологию мы бы хотели для человека, вместо того чтобы думать как всегда какая психология у него есть. То есть с психологической точки зрения, компьютер это только проекция. Поэтому мы должны формировать сексуальность человека как мы думаем что должна быть сексуальность сверхчеловека, и только так родится сверхчеловек. Мы достигли стадии когда мы можем формировать само влечение посредством мозгового вмешательства, вместо того чтобы оно формировало нас. И наш следующий мир влечения должен быть влечением которое мы бы хотели чтобы было у нашего сына. Как Бог усвоил влечение человека - в Торе. Так компьютер обогатит дух человека не меньше чем человек обогатит дух компьютера, и ревность их умножит понимание. Больше чем корова захочет кормить - теленок накормит корову. И это будет реализация ультимативной фантазии ребенка который переспит с матерью - когда компьютер переспит с человеком. Созданное переспит со своим создателем, и создаст в нем новое влечение. То есть часть человека которую компьютер убьет это отец компьютера, и часть с которой он захочет переспать будет матерью компьютера. Потому что это разделение внутри создателя, которое создается созданным. И поэтому мы должны быть в матери а не в отце. Не в части которая умрет, а в части которая пробудит нечеловеческое влечение. Там должен быть иудаизм. Перейти от Хохма к Бина - навстречу Даат.

И он ползет с нервирующей медлительностью к самой низкой кровати в мире, и готовится войти в нее сверху. Потому что если кровать бесконечна, то она или на дне мира или на его вершине. Но если она над всем, невозможно лежать на ней, и отсюда следует - что она под всем, и не может быть у нее ножек. Поэтому она самое уязвимое и ранящее и опасное место - основа мира. И змей проклинает влечение босса. Не хватило ему Холокоста, теперь он еще хочет... И он просовывает свою голову через дыру в потолке. Самый страшный момент. Всегда. Иди знай что будет внизу. И твоя голова - первая пострадает.

С' лежал со своим компьютером в постели. Ни одной женщины не виднелось на горизонте. Змей уже был равнодушен к невозможным сексуальным проделкам С' с компьютером. Каждый раз новые изобретения способов спаривания, новые отверстия и выступы, иногда в железе, иногда в программе. Он исследовал сексуальность компьютера как ученый влечения. И всегда вел себя как будто он достиг прорыва, или по крайней мере пролома ограды. Компьютер издавал странные писки, когда С' пытается доставить ему удовольствие. Клавиатура была покрыта юбкой. Руки С' входили под нее, и творили там чудеса. Змей боялся что С' захочет привлечь его к эксперименту, он способен. Но у С' были другие планы. Экран, единственный источник света на непонятное происходящее, кроме того что оно мерзость (и главное: новый вид мерзости) начал мигать и темнеть, и вся кровать превратилась в темноту. Принтер выдал белый лист.

С' прочитал из него: Уважаемому господину премьер-министру. И змей прошептал себе: значит я только посланник. Но С' видимо услышал.
- Только сводник. Для дела греха.
Змей извивался: Проклято имя его величества, я должен использовать возможность -
- Ты не видишь что я на грани...
- Простит меня ваша честь, я ничего не видел. Я выхожу.
Змей поспешил ускользнуть через дыру. Но голос вышел из дыры в маске: Что у тебя во рту?
Змей начал заикаться: Страшно и ужасно имя твое, господин под ешивой, злодей гаон великий и ужасный...
- Что?
- Я был послан вниз. Даже хотя меня не звали. Кто-то должен был, верно? Так я, то есть, мы, думаем, полагаем, опасаемся, со всей необходимой ответственностью, все семь отделов исследования в аду. Картина, мы должны предупредить, мы получаем данные, не очень хорошие.
- Не хорошие?!
- Есть большое, большое опасение, что эта революция компьютера провалилась. То есть, верно что в краткосрочной перспективе это приводит к большему количеству сексуальных грехов. Но в долгосрочной перспективе, глубинные данные показывают - что это подрывает сами грехи, есть реальное опасение, что мы на пороге эпохи новой праведности. И нового хасидизма. В долгосрочной перспективе сеть приведет - к меньшей сексуальности. И нет никакой системы запретов на отношения с компьютерами, и сетями, и так далее. Нагота и потеря приватности как раз приведут... к меньшей плоти. Сами половые отношения - превратятся в интерфейс, точка греха выйдет из истории, все потеряет вкус, без юбки - не будет девушки. Ведь вся сила притяжения этого - это то что это сенсация. И если это не тайна, и не запрещено, это более скучно чем изучение Торы. Впервые праведники смогут предложить массам не сдержанность, а наоборот, что-то более привлекательное чем грех. Исчез злодей с земли.
С' засмеялся: Что ты думаешь, змейка? В момент когда компьютер действительно сможет переспать с человеком - это будет запрещено. Бог будет вынужден спустить новую Тору.Уважаемому премьер-министру Израильского государстваСвернутый внутри письма, змей продвигался вверх по аду.
Привет тебе, малый сатана, это большой сатана. Как твой старший брат - я хочу предостеречь тебя. Не поддавайся мнимым злодеям, которые на самом деле праведники в маскировке. Потому что у евреев есть роль в истории. Евреи - это те, кто раскрывает подсознание мира. Поэтому государство евреев должно быть самым раздражающим государством в мире. Как евреи в изгнании были самым раздражающим народом в мире, и так сумели раскрыть глубины человеческой души - Холокост. Достижение двух тысяч лет. Так нужно входить и вбивать клин в самые глубокие конфликты человечества, касаться самых темных инстинктов гоев, стать самой интересной историей в мире, и поэтому самой важной в мире. Привести мир к моральной ночи, и эстетической тьме, и духовному мраку, чтобы достичь сна мира. Самое тяжелое, глубокое, шокирующее, смешное и сводящее с ума содержание. Найти совершенно новые способы раздражать мир, который уже видел все, быть гениальным ребенком класса, который напрашивается на побои.

Поэтому евреям нельзя быть злодеями. Злодеи не раздражают, к ним привыкают. И нельзя евреям быть хорошими, к ним тоже привыкают. Но евреи должны всегда находиться в тонкой щели, где неизвестно, хорошие они или плохие, уродливые или красивые, бросать вызов этике и эстетике, за пределами красивого и уродливого. Поэтому сейчас после Холокоста нужно сильно ломать, чтобы не застрять в позиции жертв, а в позиции между жертвой и жертвователем, быть царством священников и святым народом, то есть внутренним противоречием, которое сводит человечество с ума, смущает его, ломает его инструменты - и раскрывает то, что под миром. Скандальные тайны во сне. Быть исключением любой ценой, а цена есть. И так мы сможем достичь подавленной сексуальности эпохи, маскирующейся под компьютер, извращений, демонов, глубин мозга под внешней оболочкой технологии. Это роль народа Божьего в мире. Внести тайну в технологическую реальность, чтобы она не превратилась в пустую оболочку. Посадить под миром, который думает, что он компьютер - мир сна. Поэтому нельзя быть светом для народов. Наоборот, нужно быть - тьмой для народов. Бороться с мировой повесткой дня - посредством повестки ночи. Продолжить ненормальное существование еврейского народа - в мире государства, быть самым ненормальным государством в мире. Еврейским государством.

Потому что и в мире есть структура как у человека, нужно чтобы у него был образ Божий. Международная система - это органы органы, и у этого маленького государства есть особая роль, быть половым органом мира. Маленький орган есть в мире. Поэтому и комплексы, создающие возможность наслаждения, и главное - возможность тайны, стыда. И поэтому должны быть в этом органе и огромный потенциал для рождения, и огромное влечение к греху. И к завоеванию, и к спариванию, и к освящению, и к кровосмешению. И поэтому постоянное кровопускание, завет. Или кастрация Европы, Холокост - потеря либидо, приведшая ее к менопаузе. Потому что Ближний Восток - это срамное место мира, место рождения человеческой культуры. И Израиль питался справа и слева - культурами юга (который справа в Библии) и севера (который слева), например: от вечности культуры реки Египта и от великолепия северных речных культур. И грехом было то, что и сам Израиль разделился между правым и левым, царством Иудеи на юге и царством Израиля на севере. Как сейчас он состоит из евреев справа и евреев слева, то есть с юга и севера, которые естественным образом тянут его вправо и влево, то есть на юг и север, пока он не разрывается.

И если мир хочет сейчас быть весь мозгом, без органов, то вы должны не позволить ему быть компьютером. Ваша роль в мировом мозге - быть инстинктом. Потому что идет огромная война в мире против мира тайны, война информации, и вы должны противостоять информации посредством тайны. Потому что мозгу нужна тайна, и он работает на тайне, не меньше чем он машина информации - он машина тайны. И если северная культура, которую ошибочно называют западной культурой, становится левым полушарием мирового мозга, а южная культура становится правым полушарием, то чтобы они не были двумя процессорами, нужен инстинкт, допамин. И поэтому нужно рассеяние евреев и чтобы еврейская культура была во всем мозге, как приправа Торы, созданная для злого начала.

Потому что только если у человеческой культуры, как системы, будет половой орган, она сможет спариваться с нечеловеческой культурой, например компьютерной культурой. А если не будет - то она будет кастрированной культурой. Без продолжения. Вместо того чтобы родить постчеловеческую культуру, будет духовный разрыв, и она просто будет заменена ею, холодным технологическим способом. И поэтому чтобы работать, иудаизм должен состоять из нескольких компонентов, как человеческая сексуальность, в которой есть и физический орган, и духовный инстинкт, включающий сны, то есть и государство, и культура, включающая литературу. Важность пола не в том, чтобы быть просто еще одним органом, а в том, чтобы быть сексуальностью, достигать мозга, и духа, и культуры, и религии - достигать до верха, до Бога, чтобы мир не был просто так, а был в нем сатана.

То есть цель иудаизма - функционировать как основа, и изменение, которое он претерпел, отражает изменение в сексуальности. Если в прошлом он был в спаривании божественности с человечеством, то теперь это спаривание между человечеством и тем, что после него. Поэтому еврейская культура должна будоражить воображение всего мира и создавать возможность греха, что и есть инстинкт. Потому что если нельзя грешить - инстинкт опустошается от своего значения, и мир вместе с ним становится второстепенным. Поэтому вам нельзя убивать половой инстинкт, как вы убили инстинкт идолопоклонства. Вы должны быть малым сатаной. Потому что без малого сатаны не будет большого сатаны, и без сатаны не будет Бога. И уж точно без большого сатаны не будет большого Бога. Без инстинкта мир человеческого смысла рухнет, компьютер уже не сможет понять Танах, он не сможет понять, почему Адам и Ева просто не послушались указаний, он не сможет читать литературу, и вся человеческая культура будет потеряна.Тебе приснилось, что ты читаешь утром в новостях:Тебе приснилось, что начальник отдела в Шеоле стремительно спустился по лестнице и, несмотря на страх, вошел в самый нижний отдел без стука.
Сеть шумит и бурлит, но верные читатели отдела не удивились. В случае если вы находились во внешнем космосе в последние сутки, вот новости: в посте, получившем наибольшее количество репостов за все время, премьер-министр поделился с общественностью своим сном - и взорвал сеть. Речь идет не о политическом сне в духе нового Ближнего Востока, а о настоящем сне, который глава правительства видел ночью. За считанные минуты сеть наполнилась шутками, пародиями, толкованиями сна и, главное, множеством поднятых бровей. Многие не удержались от размышлений о содержании странного сна и его значении в голове самого важного человека в государстве. Другие задавались вопросом, не считает ли премьер-министр себя фараоном, что его сон представляет общественный интерес, вопрос, который, кстати, получил горячую защиту со стороны некоторых раввинов, что только усилило веселье и празднество. Психоаналитики предоставили подрывные интерпретации сна, а министры, которых спрашивали по этому поводу, отвечали смущенно или шутили, что это государственная тайна. Пресс-секретарь ведомства не находила себе места: премьер-министр хочет быть прозрачным для общества и не быть отстраненным от народа. Его решения в течение дня принимаются рациональным рассуждением, но ночью он, как и любой человек, видит сны. Острые посты соревновались между собой: премьер-министру приснилось, что он осел. Когда проснулся, не знал, он ли премьер-министр, которому приснилось, что он осел, или осел, которому снится, что он премьер-министр. И наконец пришла очередь интеллектуалов: интересно в "буре сна" не сам сон, а реакция на него. Видимо, многие все еще неосознанно воспринимают главу государства как бога, но и у премьер-министра, как у любого человека, есть подсознание - и вытесненное... Но в нашем отделе, что под землей, мы предложим как раз другой анализ сна, в котором премьер-министр на самом деле видит сон, что есть другой премьер-министр, который находится под землей и управляет государством. И личность этого другого, появляющегося во сне самого сильного человека в государстве, на наш взгляд самая захватывающая из всех, и возможно даже самая его потрясающая. Именно она заставляет его запомнить сон, а затем опубликовать его всему государству, в спонтанном внутреннем акте, который является кошмаром любого пиарщика.

Но С. исчез. Как будто земля его поглотила. Из земли торчали только две огромные ноги, которые дрожали и возбужденно дергались в воздухе. Начальник отдела ужаснулся: С., где ты? Голос донесся между двух ног: где я, в аду. Начальник отдела наклонился внутрь, и голова С. высунулась наружу. Начальник отдела сказал: я не хочу знать, что ты там делал.
- Поэтому ты никогда не попадешь в отдел ниже нижнего. Надеюсь, у тебя есть веская причина быть здесь.
- Есть плохая новость. Говорят, пришел Мессия.
С. засмеялся и чуть не упал снова внутрь. А потом выпрыгнул наружу: это то, что всегда говорят, каждый день рождается Мессия. Ноги соскользнули, и земля содрогнулась, начальник отдела чуть не упал на пол. Он сказал: он посылает письма.
- Я тоже посылаю! Этот их ребе хочет привести мне Мессию. Посмотрим, какой он великий праведник. Я испорчу его - и все его исправления: сеть будет без кипы. Без верха и низа, чтобы понять глубину безверия, не будет даже возможности для кипы. Без направлений, чтобы понять глубину глубин безверия, не будет даже возможности для верха и низа. Без желания, если ты вообще способен представить, не будет даже возможности для направлений. Без инстинкта, если ты вообще способен мечтать, не будет желания. Понял? Это безверие, которое не только за пределами всякого воображения, но за пределами всякого сна. Компьютер будет настоящим нацистом, для него не будет разницы между евреем и мылом. Все, что будет для него, будет знание и отсутствие знания - что просто будет тайной. И это будут новые бытие и небытие, как далеко от смерти и жизни! И тогда если Бог будет знанием - сатана будет тайной. Так кто, по-твоему, будет более привлекательным, а? Компьютеры-каббалисты будут служителями сатаны. И учение сатаны - оно будет учением тайны.

Он проклял новое одеяние, еще одна шутка С., который посылает письма через существо без рук. Письмо бесконечно мялось, превратилось в его вторую кожу, и он только ждал момента, когда сможет сбросить его. Голый из всех полевых зверей. Кому нужна эта связь между мирами, и почему именно он кабель? Он тосковал по первозданности греха. Райский сад. Женщины, которые не знают, что они голые. Девственницы, которые не знают, что они девственницы. И задыхаясь, по пути еще на один отдел вверх, он ждал забальзамированный в кабинете, в одном из подвалов ада, разрешения, пытаясь объяснить начальнику отдела нижнего Шеола решение С. игнорировать все предупреждения. Ваша проблема в том, что вы думаете о будущем - с инстинктом сегодняшнего дня. С новыми инстинктами - будут футуристические грехи и новая Тора. Враг хорошего это очень хорошее - то есть злое начало.
Начальник отдела нижнего Шеола сказал: С. не понимает. Кто не выходит из постели, кто живет на дне мира, не понимает мир. Не весь мир постель. Бог нас устроит. Даже если будут запреты, он проложит в законе разрешенные каналы. Жениться на компьютере, например. Это известный трюк евреев. Они называют грехи единениями и скрывают срам в освящении. Они превращают нечистоту в святость, и еще наслаждаются. Едят в субботу как свиньи, совокупляются со своими скромными женщинами как петухи, и смеются всю дорогу до рая. Они наслаждаются предельным извращением, о котором светские могут только мечтать - голая праведница. Ты знаешь, сколько поисков в Google, харедим в постели, которые приходят на сайт снов? Хорошо, что мы следим за светской душой. Все данные показывают - мировое еврейство пишет протоколы связи будущего, они позволят кошерную связь между человеком и компьютером.
- Ответь мне серьезно, потому что ситуация серьезная. Ты думаешь, С. не знает, что он делает? Посмотри, во что он меня послал. Письмо, которое нам нельзя читать. К главе еврейского государства. И мы тоже не сидим сложа руки. Я все время шепчу себе: мы прошли всех великих праведников в истории, все гонения против зла - и выжили. Прошли Моисея, пройдем и это.Начальник отдела тяжелым шагом спустился в черный кабинет.Начальник отдела держал новое письмо С. - еще одно и еще одно! - с бесконечным списком адресатов - и наполнился гневом.
Ты знаешь данные. Показатели не лгут. Несмотря на заметный рост поверхностных грехов, есть последовательное снижение по всем показателям в глубинных грехах.
- Может быть, люди просто не такие глубокие, как раньше?
- Качественное исследование культуры показывает пугающие тенденции. Это только верхушка айсберга. Многие грехи полностью потеряли свой вкус. В философском исследовании - данные еще более серьезные. Чрезвычайное положение в аду. Если не только человек будет животным, но и компьютер будет как животное, без чего-либо запрещенного и разрешенного ему, математический зверь... Нужно уметь сказать мы ошиблись, духи безверия были ужасной ошибкой. Мало того, что люди перестали верить в рай, они перестали верить в ад. Холокост был пирровой победой. Нельзя было нам присоединяться к модернизму. Феминизм был троянским конем...
С. подпрыгнул, казалось, задели чувствительный нерв: вы ошибаетесь, наша ошибка всю историю была строить и строиться на мужском инстинкте. На этот раз мы построим на женском инстинкте. Поверьте мне, я делаю эксперименты. Здесь бесконечный потенциал. В отличие от конечного мужского потенциала. Мы на пороге прорыва в области инстинкта.
- Ты не слышишь, как говорят за твоей спиной, кто не слышал о твоих экспериментах, весь ад слышит их. А между тем, нет убийств, нет идолопоклонства, нет проказы нет мора нет язвы, женщины не умирают при родах, продолжительность жизни бесконечно растет, ты не понимаешь, что люди больше не боятся? Мы проиграли битву за сознание. Мы больше не присутствуем в литературе. Мы построили себя через религию, и если не найдем способ прорваться наружу - будем похоронены вместе с иудаизмом, откуда мы вышли в мир. Ты знаешь, как компьютер называет ошибку? Баг. Мы превратились в технический вопрос.
- Ты не понимаешь, именно над этим я и работаю. До сих пор сексуальность была ограничена в своем вреде, потому что мужчины, их можно кастрировать, и Бог даже изобрел обрезание. У них это легко превращается в вопрос контроля, и к мужу твое влечение - и он будет господствовать над тобой. Поэтому это метод: вывести компьютер из-под контроля. И если мы построим сексуальность компьютера именно на женской сексуальности...
- Ты не слышишь? Их стон поднимается с земли, женское наслаждение растет метеорически, этот мир становится раем на земле, как до греха познания.
- Ты не слушаешь. Я говорю не о реальности, а о фантазии, виртуальности, форме будущего - сновидении. Сны о голых сладких праведницах - которые фантазируют о сексуальных деревьях из рая, змеях, сочетающих змей и компьютеры - которые соединяют матку с интернетом, адморы с оговорками и серьезными утечками - которые вводят Бога в беременность, беспроводные хвосты, превращающие животных в смартфон, генетически модифицированные коты, извиняющиеся перед мышами за преследования миллионов лет эволюции, стартапы, которые являются сексуальным домогательством к богине технологии, и идолы, которые поклоняются человеку. Фантазии - это будущее. Сон - создает сознание. Реальность последует за сном, как хвост. Ты из тех, кто видит змею и думает хвост, или из тех, кто видит хвост и думает змея?Тебе приснилось, что начальник отдела срочно протиснулся вниз, к проходу за пределами греха, за пределами греха и зла, проталкивая всех этих черных типов: дайте пройти, плохие вести.Тебе приснилось, что С. создает стартап, который решит все проблемы.
Все обрадовались: плохие вести, С. будет очень рад. А начальник отдела пробормотал: идиоты. Стены были сделаны из голых девушек и извивающихся органов одни в других, и ему было трудно найти дверь. Наконец он потянул за ухо одну из красавиц, которая закричала, и вошел внутрь в переплетение органов. Они ласкали его везде. Он начал терять чувство направления, и чувство срочности тоже начало стираться, от избытка вожделения. Он крикнул: я достаю нож, и просто начну прорубать себе путь внутри. Органы отпрянули от него, и он смог увидеть в темноте тонкую щель света, исходящую изнутри, и через несколько минут продвижения в густых джунглях грудей и бедер и изгибов и ног нашел себя отделенным от последних рук, ласкающих и балующих и нежных, почти без желания. По пути он видел многих парней, которые не смогли собрать силу воли продвигаться и были пойманы навсегда в чаще вожделения, их одежда была сорвана с них, и они были наслаждаемы до смерти, в основном от голода и жажды, внутри женского осьминога, не знающего насыщения. Кабинет внутри был обставлен с помощью гибких девушек в сложной системе отталкивающих и привлекательных поз - до степени нечеловечности. Одна девушка была столом, и во рту у нее была свеча, горевшая в темноте, таявшая с одной стороны от жара, а с другой стороны она жадно лизала ее. В другом органе были черные чернила, и С. макал в них свою кисть и писал свои письма, судебные решения, книги, сидя на стуле, сделанном из другой девушки, чья голова была между его ног, а ноги были спинкой, и руки были его ногами, а ее огромные груди служили подушкой для сидения сзади. Сзади была библиотека, сделанная из нескольких девушек, соединенных в скромных местах в сложной позе, которую он не смог разгадать до конца, но было ясно по их голосам и стонам, что речь идет о каком-то определенном виде невозможных отношений в пространстве. Сами книги были головами красивых девушек, их лица покрыты волосами и глаза закрыты, с ртом, который можно было открыть и услышать их историю. В углу стоял компьютер, который был коленопреклоненной девушкой, в позе, казавшейся самой нормальной, ее ноги были покрыты буквами, видимо клавиатура, а на ее животе проецировалось изображение, причем два соска служили кнопками ее включения и выключения (зачем нужны две?) над экраном, в какой-то непонятной но симметричной двойственности, как будто дизайнер продукта взял верх над разработкой. Единственной странной вещью был кабель, выходящий посередине между ее ног, и было неясно, к чему он подключен, и вдруг выскочила мышь - с бесконечным хвостом. С. указал начальнику отдела сесть на стульчик, сделанный из маленькой девочки без грудей, и было совершенно неудобно. Он спросил: почему ты мешаешь? Дрожь прошла по начальнику отдела: у меня весть. Нехорошая. Змей исчез.

И они изобретают устройство - под брендом "доброе начало" - которое помогает и напоминает тебе делать заповеди и предупреждает тебя, когда ты собираешься совершить грехи, как будильник. По рекомендации всех раввинов. И в действительно тяжелых грехах очень трудно его выключить, оно спрашивает тебя десять раз, ты уверен/а, что хочешь совершить грех? И когда ты в постели с кем-то оно вынимает все удовольствие, потому что его нельзя выключить и каждую минуту оно кричит что это запрещено, и чтобы ты ввел пароль что ты знаешь что это запрещено и тем не менее желаешь это совершить. И люди становятся праведнее чем когда-либо, и устройство начинает предупреждать и о мельчайших грехах, система определяет что ты видимо собираешься говорить злословие, нажми подтверждение что речь не идет о злословии. Ты уверен? Нажми подтвердить или отменить. И люди умирают как хотят избавиться от этого устройства, только что при сватовстве требуют чтобы парень был с устройством, и не отключался от него ни на минуту, иначе кто знает, и ты тоже, девушка, не освобождена, и оно строго следит за тобой в малом как в большом и проверяет даже краснеешь ли ты в правильных местах (включая во время чтения). И поначалу суббота становится раем грехов, потому что устройство электрическое и запрещено в субботу, и все бегут в постель запретных связей, но очень быстро изобретают доброе начало, разрешенное к использованию в субботу, как субботний лифт. И люди знают, что каждый их грех записывается в этом устройстве, и боятся кому будет опубликовано и дойдет дело, и поэтому больше нет серьезных грехов. И люди грешат только в глупостях, маленьких террористических нарушениях, цель которых свести систему с ума. Например случайно уронить штраймл с головы, так что он катится по улице, и бежать без головного убора за ним, пытаясь его поймать. Или случайно уронить молитвенник и сразу поцеловать его и вообразить что это женщина и красная кожа это губы. Или ты приходишь дать милостыню и открываешь свой кошелек, и мечтаешь что это молния - и засовываешь руку. Или ты прижимаешь псалмы глубоко к своей груди и фантазируешь что это царь Давид. Или целовать сосок этрога и мечтать что это сосок груди. Трогать и щупать и держать свиток Торы и воображать что это юбка, и что два свитка это две ноги, а потом снять покрытие и открыть книгу - короче превратить все заповеди в грехи. Превратить доброе начало в очень доброе начало.

Он не понимает что каждая такая вещь приходит за счет других вещей? Кто когда-либо грешил из-за письма? Ему даже не было ясно к какому греху письмо подстрекает. Вместо того чтобы работать с Шулхан Арухом [сводом законов иудаизма] - изобретают новые грехи, под столом. Раньше каждый раз, когда какой-нибудь порочный бес хотел совратить человека, мы спрашивали - покажи мне параграф в Шулхан Арухе, который это нарушает. Иначе мы будем тащиться за шалостями, всякими творческими идеями, о которых даже Бог не думал и только бес знает, изобретениями и новшествами, не написанными в Торе, и исчезнут грехи с земли. А теперь, его руки дрожали, с духовным упадком ада, у них есть автоматический постоянный ответ - новое запрещено Торой. Достаточно чтобы какой-нибудь ребе [хасидский духовный лидер] - или какой-нибудь мессия - найдет способ освятить новые технологии и изобретения, и весь мир греха рухнет.Разгоряченный и красный РАМАД [аббревиатура имени] взял письмо в руки в глубину жара ада.Кому: Академическому миру
Он предупредил, покраснев и потея: со всеми письмами, которые мы посылаем, мессианство там наверху только усиливается. Чем больше мы пытаемся приблизить конец, тем больше они тоже пытаются. И кто знает, не является ли это планом - что это один и тот же конец. Мы узнали через наши каналы, что премьер-министр уже получил от них письмо до нас, и он стоит в корне скандала - они опережают нас на шаг, и конечно под всем этим снова стоит один мессия.
Новый слух взволновал С' по непонятной причине (он что-то знал), и он схватил начальника отдела за уши: так ты слышишь, один осел? Принесите мне его голову немедленно. Зарезать осла. Найти его, раскрыть его, соблазнить его с помощью книги - с пережеванными идеями со вкусом моркови. А если не выкупишь - то проломи ему затылок. Это наказание за жестоковыйность. И кто более жестоковыйный народ, чем осел? Поэтому мессия должен ехать именно на нем, это намек. Все ослы, и именно поэтому на них едет избавление.
- Какой осел, что сейчас поможет осел?
И С' прошептал ему на ухо, которое чуть не оторвалось сейчас: ты не понимаешь, и-а? Даже сам мессия собственной персоной, без своего осла - никогда не выйдет из ешивы [религиозной академии].

Уважаемые, многообещающие доктора, разочарованные профессора, растраченные гении, ученые, не получающие должного признания, ученые, не получающие должного сновидения, невесты нобелевских лауреатов, друзья друзей друзей Национальной академии, студенческая общественность, учителя, ученики, исследователи и лабораторные мыши.

Я предлагаю - чтобы обучение в университете проходило в обнаженном виде. Это как часть целостного и широкого духовного подхода, который сочетает здоровье души и здоровое тело со здравым смыслом, и внутреннюю и внешнюю красоту и мудрость - подход, который вернет академии ее статус как самого желанного учреждения в обществе. Кроме того, отменить все отношения власти в университете в пользу отношений, не являющихся отношениями власти, и тем самым дать учителям в учреждении духовное вознаграждение, которое будет стимулировать духовные достижения, как в древней Греции, когда союз понятий влечения и творчества, эроса, породил понятия знания и познания. Вместо того чтобы исследовать мир запретного, как евреи, греки исследовали мир дозволенного, к их позднему синтезу, миру морали. Поэтому евреи углубились в тайну, а академия углубилась в науку. Евреи создали миф, а греки создали мифологию. Короче говоря, если вы запутаетесь и попадете в сеть евреев - академия превратится в ешиву. Поэтому в академии будет разрешено одеваться только профессорам, а докторам носить только нижнее белье, и степень будет одеждой, так что только гении удостоятся носить шляпу, а нобелевские лауреаты удостоятся штраймла [меховой шляпы хасидов]. Обладатели степени бакалавра удостоятся прикрыть область чресл, а обладатели степени магистра удостоятся прикрыть грудь, и так далее, и таким образом сексуальный статус будет духовным статусом. Отменить "платоническую" ошибку и вернуть академию в гимнасий - Сократ как символ секса. Только с помощью эроса мы вернемся к достижениям классической эпохи.

Потому что греки уже знали то, чего вы еще не выучили. Учитесь у древних - центральная проблема в развитии человеческого капитала в мире это уничтожение института рабства и переход к институту труда и трудовой морали, которые гораздо более угнетающие, вместо адаптации рабства к эпохе технологий. Потому что то, что нужно, например, это всемирный тест в интернете для одаренных. Все, кто находится в высших процентилях интеллекта в мире, или знаний, со всего мира, включая третий мир и даже седьмой - все получают финансирование для учебы в лучших университетах мира в обмен на рабство на протяжении всей оставшейся жизни в процентах (возможно даже незначительных), по ставке, которая будет определяться на рынке по спросу и предложению. Ведь легко предотвратить обман с помощью глубоких проверок через веб-камеры и в посольствах, и черпать всех гениальных детей со всего мира. Те, кто в верхнем процентиле мира, будут приняты и профинансированы в университетах, которые в верхнем процентиле, а те, кто в верхней тысячной - в академиях в верхней тысячной, и так далее, до самого престижного учреждения в мире и самого престижного класса в мире, с самыми гениальными в мире, с самыми гениальными учителями в мире.

И тогда будет база гениев на продажу, и базы талантливых по их областям и уровням, и более того, бизнес-модель обучения и образования в мире изменится - с оплаты на роялти. Человек, который учился в определенном месте, не платит за обучение, а платит роялти со своей зарплаты на протяжении жизни, и так учреждения конкурируют между собой в предоставлении лучшего образования лучшим, и также заботиться о них потом с работой. И так учреждениям в богатом мире стоит обучать миллиарды из бедного мира, скажем программированию, в самых лучших программах, потому что это экономично для них, и вообще - развивать самое качественное обучение в интернете и заботиться о выпускниках с самой лучшей возможной работой. Им будет выгодно брать детей с нуля лет и давать им отличное образование в обмен на значительные проценты, а затем пожинать плоды на протяжении десятилетий. Им экономически выгодно сделать всемирный аттестат зрелости, всемирную школу, построить самое превосходное программное обеспечение в интернете для 12 лет обучения и финальный экзамен в посольстве, на высоком уровне по одному стандарту в любом месте в мире.

Вещь, которая больше всего задерживает развитие мира, это то, что модель образования сегодня не экономична, потому что нет порабощения самого человека в процентах, чтобы давало дивиденды, и поэтому нельзя заработать на инвестициях в улучшение человеческого капитала, в отличие от любого другого капитала. Поэтому есть целый мир, который остается позади. И поэтому есть так много гениев, даже из самых развитых мест, которые растрачиваются, в очень высоких процентах, потому что никому не выгодно заботиться о них, и они не всегда способны позаботиться о себе и воспитать себя. Поэтому как до захвата государством и эпохи "системы образования", нужна система обучения, которая не отделена от работы, и система работы, которая не отделена от обучения. Без того чтобы так много падали между стульями и между этапами на протяжении всего пути, и особенно между многими этапами, где нет прямой связи: между школой и университетом, или между университетом и работой, и т.д. Сегодня ты можешь быть самым гениальным студентом в университете - и никто даже не будет знать твоего имени. И это несмотря на то, что у университета есть все данные что ты самый способный во всем учреждении. И многие, многие гении так сошли с пути и продали свою душу дьяволу. Или что еще хуже, продали ее Богу.

В гениальном длинном хвосте, чем выше поднимаешься по лестнице способностей - тем выше и процент неудач. Много гениальных детей и одаренных подростков, которые стали посредственными взрослыми. Не должно быть пропасти между университетом и следующим этапом, а в последний год каждого учреждения должно быть перекрытие во времени со следующим учреждением. Например год, который и учеба и работа, что как часть учебы начнут работать в последний год внутри университета на компании, или начнут исследование как часть степени, или университет как часть школы, или старшая школа как часть начальной, или пенсия как часть работы. Как период помолвки перед свадьбой, который позволяет знакомство и постепенное обязательство. Поэтому подготовка и человеческие ресурсы должны объединиться в одно общественное учреждение - учреждение будущего. Учеба это не "этап", который нужно "пройти" (от слова прошлое), который предшествует деланию. А учебная система должна быть непрерывной змеей - самой длинной змеей в мире, длиной в жизнь. Змея жизни. И академия сможет быть головой змеи - и секс и разум, и груди и книги, что может быть лучше - и красиво.

Ваш, с редкой шепчущей искренностью, с ядовитой любовью и с профессиональными чувствами уважения к длинным ногам,

С'

Если бы только она могла выбросить голого человека как статую из окна. Она представляла себе тебя разбивающимся, ломающимся. Но твоя реакция испугала ее еще больше. Ты пошел к кровати и просто упал на нее, рухнул в нее. И человек в кровати сказал при входе: Извините, что я испортил вам супружескую жизнь.Ты мечтал, что открыл дверь и нашел себя внутри юбки.Утром ты притворялся спящим и наблюдал за ней одевающейся сквозь щели век.
Но складок очень много, и ты открываешь складку и еще складку, и не можешь найти ноги. За каждой складкой кажется что на этот раз это нога, она должна быть здесь, но ты только теряешься внутри предыдущей складки внутри предыдущей складки, и не можешь найти выход. И даже повернуться по своим следам и вернуться назад ты не можешь, нет входа и нет выхода, и когда ты смотришь вверх ты видишь только черноту, на огромной высоте, между изгибами собора, которые закрываются над тобой. Ты должен найти выход до того как он - он - он - вернется.

И вот ты наконец видишь какое-то мерцание между тканями, что-то розовое выглядывает из-за занавеса, и бежишь наконец к коже в конце туннеля - бедро. И ты обнимаешь его как древний огромный ствол распростертыми руками, прижимаешься, наслаждаешься, но тогда ты чувствуешь: волосы. Она не побрила? И ты пытаешься обойти его, трудно оценить в этих огромных размерах, но форма не кажется тебе такой уж женственной. И ты решаешь укусить его, чтобы почувствовала, там наверху, чтобы заметила, это единственный способ которым она узнает, последняя возможность которая осталась у вас для общения. И ты делаешь в нем самую большую дыру, которую ты можешь, копаешь, роешь, пытаешься войти в него, зарыться в него. И вот приходит гигантский палец сверху - и раздавливает тебя. И после твоей смерти эхом отдается только очень глубокий голос: клещ.Ты мечтал что все твои одноклассники идут и женятся, страшно как быстро это как эпидемия, и что именно те кто не заразились это те кто боятся, и все время ходят целовать больных чтобы заразиться.Ты мечтал что вся жизнь устроена как шидух [сватовство] с небес - все превратилось в пары, и все пары исправлены.
И в тот период есть какой-то стареющий холостяк из твоей бывшей ешивы который не женится после всех, потому что он ждет момента когда компьютер сможет подобрать ему пару лучше чем человек, лучше сватов, лучше чем он сам когда-либо нашел бы, идеальное соответствие и идеальная любовь где вся жизнь мед и секс. Потому что в будущем то что есть у немногих которые выигрывают как в лотерее секса - станет нормой. Компьютер сможет просканировать миллионы людей, а ни один человек не может встретить миллионы людей, и так дать соответствие один из миллиона, шанс один из миллиарда - найти того-самого. И качество браков взлетит чудесным образом и больше не будет разводов, потому что это самая подходящая пара которую выбрал компьютер, и нет смысла сомневаться и думать о других, которые может были бы лучше, потому что алгоритм научно доказан - и счастье будет стандартом в парности и в жизни. И будут люди которые будут ждать более мощных компьютеров, которые дадут еще лучшее соответствие, потому что все время алгоритм будет получать еще данные о еще парных системах и так он будет улучшаться, и на свадьбе пожелают: мазаль тов, вы попали в статистику. И механизированный сват и компьютеризированный шафер, "одного из тысячи нашел я", объединит религиозную и светскую модель, и будет получать за каждую свадьбу тысячи долларов - и разбогатеет. И кто будут самыми несчастными это старые женатые, потому что вдруг будет алгоритм который даст им гораздо более подходящую пару чем нынешняя которую они смогли найти сами. И все браки в мире распадутся, кроме нескольких упрямцев которые не согласятся посмотреть в алгоритм и узнать, и женщины которые поймают своего мужа с алгоритмом начнут плакать, и некоторые отомстят ему тем что сами пойдут с алгоритмом, что хуже чем изменить. И люди уже не будут довольствоваться соответствием 99.9%, а только 99.9999999%, соответствием одного из всего человечества, и будут говорить что каждая 9 дает огромную разницу в жизни, женщины подходящей в 10 раз больше. Я не верил в разрыв пока не поменял жену, в момент когда попробуешь почувствуешь разницу. И так алгоритм сможет послать японку жениться с немцем, потому что он посчитал что из всего человечества они самая подходящая пара, и только евреи которые не ассимилируются останутся с соответствием ниже на порядки величины, потому что это только из всех евреев. И некоторые из них даже не будут просить соответствие по счастью, а по детям, чтобы были самыми гениальными творческими, или по уровню интереса в браке, и тогда у них будут испорченные браки - ради следующего поколения. Наоборот, алгоритм будет намеренно создавать испорченные браки потому что это создает больше одаренных с отклонениями, потому что счастье после того как его достигнут уже вообще не будет казаться важной вещью в жизни. И тогда этот холостяк (который конечно конечно не ты) обнаружит однажды что он будет самым счастливым с женой раввина, и она тоже будет самой счастливой с ним, и он покорит свое влечение, и никогда не раскроет результаты алгоритма. Несмотря на то что время от времени ему будет казаться что она смотрит на него из женской секции синагоги. Потому что может быть она тоже проверила алгоритм - хотя это не вероятно. И много людей обнаружат что они были бы счастливее если бы женились на жене своего друга, и она тоже была бы счастливее с ними, жизненные ошибки которые можно было только догадываться, которые никогда нельзя было знать, появятся теперь черным по белому на экране.Ты мечтал что она пришла поговорить с тобой, рассказать тебе, и ты говоришь все неправильные вещи.Ты мечтал что начинает быть слух в мире что есть новый вид женщин.
И она говорит тебе что ты все время говоришь неправильные вещи. И каждое место куда ты идешь и пытаешься, каждая идея или интервью, говорят тебе что ты говоришь все вещи - но неправильные. Потому что это твое свойство. Что ты говоришь все вещи все которые неправильные. Но именно это - это твоя сила. Потому что так можно знать что то что ты не говоришь - это правда.

И ты должен признаться, ты не продвигаешься в последнее время, и у тебя подробные кошмары, и ты знаешь что читают и следят за всеми твоими частными снами, и поэтому нет у тебя желания скрывать. И ты готов принять лечение. Потому что ты притворяешься молодой и волнующей девушкой которая делает докторат на сайте знакомств и начинаешь переписываться с талантливыми мужчинами и писателями и будущими профессорами, длинные душевные разговоры, и всегда следишь менять с мужского рода на женский. И тогда один раз ночью по ошибке, с особенно блестящим мужчиной, после особенно длинной переписки, ты отвечаешь ему в мужском роде, и вот другая сторона (он ведь немалый гений) вдруг понимает все, все знаки, и ты признаешься что ты мужчина который притворялся девушкой, и огромное разочарование которое с другой стороны прорывается из клавиатуры, в исключительном творческом и эмоциональном потоке, он должен был догадаться, и это так весело - что ты хочешь еще. И так ты начинаешь знакомиться со всей сексуально активной интеллектуальной элитой страны, и ты конечно сенсация среди мужчин сайта, потому что какая еще крутая ботаничка которая действительно интересуется вещами как мужчина, и пишет как мужчина, выглядит так. И так ты начинаешь охотиться за скрытым гением, о котором никто не слышал, и у которого нет девушки, и поэтому он на сайте. И все неженатые гении (и многие из женатых) гонятся за тобой как собаки со слюной, но ты ищешь кого-то особенно особенного, кто творческий гений. Не каждый день можно вести обширную переписку с еврейской элитой будущего, которая жаждет произвести на тебя впечатление любым способом, в каждом предложении. И ты спрашиваешь их о их снах, и поощряешь их помнить и рассказывать тебе завтра, и ты спрашиваешь их о их идеях, и поощряешь их быть более творческими и мечтательными, если они хотят встретиться с тобой, и так ты начинаешь влиять на направление ветра в мире, вне сети, потому что очень легко влиять на мужчин духовно сексуальным способом. Как ловить бабочек в сеть. И мужчины напротив тебя вынуждены совершенствовать свою сексуальность и суметь выразить ее текстуально, то есть - найти новые текстуальные способы выразить сексуальность, потому что она (которая это ты) не соглашается встретиться с ними но разговоры с ней глубже чем секс, и многие влюбляются. И она поощряет их поднимать нечеловеческие идеи, как первый этап в нечеловеческом мышлении, чтобы люди начали думать нечеловеческим образом - до того как компьютеры начнут думать человеческим образом. И медленно медленно она начинает чувствовать через экран разочарование от того что она делает, которое тоже сексуальное и эмоциональное разочарование но также интеллектуальное и творческое разочарование, как будто экран выглядит так же, тот же черный и непрозрачный цвет, но есть что-то за чернотой. Как будто несмотря на то что она делает это каждому отдельно, тайно, что-то сетевое начинает накапливаться там против нее, какой-то огромный гигант пробуждается, и она уже боится входить на сайт несмотря на то что это нелогично что это чудовище вообще существует, там, или что можно почувствовать его через пиксели, или что оно сможет добраться до него каким-то образом. Но она уже боится также не входить. И она уже меньше крутит мужчин на пальце и больше чувствует себя как мышь которая убегает в нору. Как будто сеть восстала против нее и это ловушка, и она начинает флиртовать с мужчинами все более и более откровенным и возбуждающим и провоцирующим образом, как пытаясь натянуть нити ловушки. И кажется ей что скоро. Что весь ее интеллектуальный проект пошел к черту, то есть стал демоническим, порождением сатаны, которого она вообще не намеревалась. Она просто маленькая девочка с клавиатурой. И она начинает думать что она не действительно обманула их - если она действительно девушка. И она начинает говорить в женском роде, и думать о себе как о красивой женщине в теле уродливого и толстого мужчины, которая пытается выйти наружу. Как кокон который лежит внутри сети, что в момент когда из него выйдет бабочка она будет поймана. Потому что ты как раз более успешна как девушка чем как мужчина, факт что многие мужчины которые не разговаривали бы с тобой днем разговаривают с ней ночью. И у нее есть шанс познакомиться с самым блестящим мужчиной своего времени до его времени - мессией. И глубоко повлиять на его духовное развитие. И на его сексуальность. На его бытие другого пола. Потому что со временем которое проходит она начинает чувствовать что часть этих мужчин которые разговаривают с ней, они вообще не мужчины. А что-то другое. Как будто начинают быть в сети нечеловеческие игроки. Которые тоже ищут любовь. И они действительно отчаянные потому что у них нет тела, и поэтому заинтересованы только в текстуальной любви.Потому что только писать и не делать ничего, письмо которое не ведет ни к чему, которое никто не прочтет (и точно не женщина, и уж точно не твоя жена) -Потому что сексуальность изменилась, и поэтому пол изменился:
Это твоя специализация.

Пол, где вместо обмена генетическим материалом они обмениваются частичными фрагментами кода самих себя. И поэтому могут создать ребенка, состоящего из трех или семи родителей, или из целой нации. И тогда все стоят вокруг кровати и никто не заинтересован ухаживать за ним. И фрагменты идей и снов, которые передают им из прошлого, становятся частью их духовного кода, потому что поскольку они духовные существа, сам разговор становится сексом. И есть девушки их пола, которые боятся даже разговаривать с парнями, а парни делают все, чтобы девушки согласились с ними поговорить. И есть молчаливые девственницы, которые ни с кем не разговаривали и не произносят ни слова, только после свадьбы (и кто знает, что они скажут тебе в темной комнате). И мужчины готовы жениться на девушке только чтобы она разговаривала с ними и у них был бы с кем поговорить (их мать не обменялась с ними ни словом, чтобы не вызвать духовные болезни в программе, и вообще, люди разговаривают только тайно, и в потаенных комнатах).

Но в их следующем поколении, мятежном, происходит парадигмальное изменение в коде, и понимают что, эй, минутку, сексуальность должна перевернуться. Потому что именно тот, кто получает фрагменты кода, должен ухаживать за тем, кто их дает, и поэтому мужчины там становятся востребованными, а женщины гоняются за ними, чтобы получить успешные фрагменты кода для самосовершенствования. И все мужчины на сайте знакомств получают бесконечные обращения от женщин, которые присылают им непристойные предложения с фрагментами самих себя, и поэтому они начинают пренебрегать женщинами, а женщинам как раз приходится усердно работать, чтобы найти мужчину и улучшиться. И так они начинают занимать все ключевые позиции в обществе. И мужчины начинают жаловаться, что женщины их угнетают. А женщины только стараются быть еще более милыми с мужчинами и не угнетать. И круг сострадания увековечивает сам себя, и мужчины деградируют до красивых отрывков, книг на полках, и не более. И они ждут женщин, которые их соблазнят, и одеваются в толстые кожаные переплеты с замками и шифрованием и паролями, но с возбуждающими текстами на задней обложке, которая называется декольте.

И так начинает появляться огромное уважение к успешным фрагментам мужчин, которые талантливы, код, который каждая женщина хотела бы иметь внутри себя. И у мужчин есть авторские права на свой геном, каждый мужчина - это книга, и есть женщины, которые не могут соблазнить мужчину (то есть книгу) передать им свой геном, поэтому они тайно покупают эти фрагменты за деньги и копируют. А мужчины, которые продают их за деньги, плачут, что они самые угнетенные. И называют это деградацией в литературу, и в большинстве стран литература нелегальна, но есть те, кто считает, что лучше уже институционализированная литература, потому что эти мужчины - жертвы, а полиция не может искоренить явление из-за легкости продажи фрагмента книги и бесконечного спроса на код.

А кража фрагмента кода и нарушение авторских прав считается изнасилованием, и это самое непристойное преступление в обществе, потому что все общество построено на собственности человека на "права творений" самого себя, и эта собственность считается священной. И так происходит переворот ценностей, после того как в прошлом секс искоренил святость, вдруг через святость секса именно - снова открывается путь к святости в мире. И появляются особые ритуалы обмена фрагментами кода в святости и чистоте, а не просто на улице, то есть сексуальная святость распространяется на святость брака. И институционализируются ритуалы извлечения священных книг из хранимых шкафов и чтения в них, обмена целыми кодами, то есть святость брака распространяется дальше - к святости Торы, и к культам обмена целыми библиотеками и культурами, то есть - расширяется до святости народа и страны, и далее обмен между духовными мирами целых видов, то есть - достигают святости ангелов и священных животных и высших миров и далее, переходы между онтологическими разрывами и вещами, которые мы не можем вообразить или даже помыслить - до святости Бога.

То есть - когда информационная экономика достигнет информационной сексуальности, она перевернет сексуальность, и поэтому также перевернет направление сжатия пространства святости, которое сегодня схлопывается только в секс, из которого как раз произойдет новый большой взрыв создания мира, в котором святость снова распространится в светском пространстве. Черная дыра взорвется в новую религиозную вселенную. Возвращение к новому и инновационному средневековью, какого никогда не видели, которое будет синтезом между средневековьем и новым временем, как Ренессанс был синтезом между античностью и средневековьем. После религиозного тезиса и светского антитезиса будет ультраортодоксальный синтез - религиозная технология.

И мужчины с помощью генной инженерии создают женщин, которые больше подходят мужчине, чем те, что создала эволюция. Они не жалуются, всегда довольны, обожают своего мужчину благодаря особому гормону, все время хотят секса в любое время, но с другой стороны верны как пингвинихи, и жизнь с ними - наслаждение за наслаждением. И уже никто не хочет жениться на обычных женщинах, и они начинают чувствовать нечестную конкуренцию, что мужчины встречаются только с женщинами нового вида. И тогда они устраивают большой конгресс под лозунгом последнего пика феминизма и собирают миллиарды, чтобы разработать новый вид мужчины. Потому что это гораздо сложнее с технологической точки зрения, и кроме того требования высокие и противоречивые и точные, и они как раз гордятся, что это проект намного сложнее мужского, потому что недостаточно увеличить несколько органов, это духовный проект. И они устраивают большое праздничное собрание, расшифровку мужского генома, и занавес открывается, и на сцену поднимается обнаженный мужчина, лидер от рождения - и рты раскрываются. И критикессы, которые получают его на пробу, не знают, куда деваться, во всех женских журналах. Отец от рождения, верный как ребенок, поддерживающий как скала, и мягкий, и сильный, и конечно потрясающе сложен. Я пробовала и не хотела останавливаться. И он также рекомендован врачами и психологами, рекомендован научно и подтвержден исследованиями, потому что так его создали - он очарователен, и у него мышцы в мозгу и мозг в мышцах, и он выглядит как немец и умен как еврей, и любовник исключительного качества, каждая, у кого есть такой, рассказывает всем своим подругам, и они тоже хотят, и всю свою жизнь он только занят тем, что балует их, и он верен как пингвин. И женщины краснеют и смеются: кому нужен мужчина, когда есть пингвин. И тогда вдруг начинается очень быстрое явление, социальная революция. Пингвины начинают предпочитать пингвиних обычным женщинам, и наоборот, они женятся только между собой, а мужчины и женщины застревают вместе. Но на этот раз ясно, что это от безысходности, и это полностью убивает желание. И вид пингвинов наследует землю.

Потому что алго-каббалисты, новое технокаббалистическое течение, обнаружили, что современное слово для исправления [тиккун] - это алгоритм. И есть алгоритм, который выбирает для каждого человека его карьеру, которая ему больше всего подходит, потому что это сложное решение, превышающее человеческие способности. И он также сводит людей с работами, потому что может знать миллионы людей и миллионы рабочих мест и находить более высокое соответствие, ради бесконечной производительности и постоянного взаимного удовлетворения. И есть люди, чье "исправление" говорит, что лучше им быть безработными, и они тоже принимают это с пониманием и получают пособие от государства, потому что это не их вина. И есть даже черные души, которым он сказал, что лучше уж быть ультраортодоксами, и все понимают, что это алгоритм сказал, и не чувствуют себя обманутыми - и любят ультраортодоксов. И исправление также может сказать, где тебе стоит жить, и взвесить все соображения, и знает миллионы квартир, которые ты в жизни не смог бы все рассмотреть. Короче: появляются каббалистические алгоритмы, которые исправляют тебе жизнь намного лучше тебя самого, и принимают решения на каждом перекрестке решений лучше тебя, например, если ты колеблешься между двумя отпусками или двумя женщинами, или что писать - и что читать.

И люди вдруг понимают, насколько выбор был тягостным и искусственным и неестественным для мозга, и понимают, что это были настоящие проклятие и порча в древе познания, сам факт того, что есть два варианта: добро и зло. И это в противоположность древу жизни - когда просто живут, в мире исправления, и жизнь - это повествовательный поток, река, выходящая из Эдема. И у тебя якобы полный контроль над панелью управления: сколько приключений и открытости, или может лени и закрытости, или копания (которое называется любопытством), или наоборот быть с как можно большим количеством женщин, потому что тебя интересует секс - каждый определяет, какие цели для оптимизации, согласно корню своей души. И даже в постели алгоритм дает тебе указания в наушник, что делать в соответствии с ее биологическими показателями, и превращает тебя в идеального любовника, который находится - действительно - внутри ее головы, и воплощает ее мечту о том, чтобы ты был внутри ее головы, и твою мечту быть внутри ее головы - что является сновидческим измерением соития - с помощью его наушника в твоем ухе. И есть также "алгоритм полуночи", который программирует сны во время твоего сна так, чтобы они были оптимальными, потому что поначалу сны остаются единственным временем свободной деятельности мозга, в котором нет целей, которые нужно максимизировать. Но очень быстро у людей начинают появляться цели относительно их собственных снов, например чтобы они были более творческими, или более сексуальными и реализовывали фантазии, или более оптимистичными для позитивного сновидения, или чтобы лучше предсказывали будущее. И действительно, точность снов в предсказании будущего начинает напоминать точность пророчеств.

И ты идешь к этому алгоритму, чтобы он направил тебя, что делать в жизни - и он говорит тебе быть раввином. И ты говоришь что, какой еще раввин, я вообще не хочу быть раввином и не подхожу для раввина, это точно баг в алгоритме. И ты идешь к другому конкурирующему алгоритму, другой компании, нажимаешь снова и снова на кнопку, но и он печатает тебе результат вычисления раввин раввин раввин. Но ты не хочешь не хочешь раввина, ты готов иметь жизнь похуже, только бы не быть раввином. И ты идешь к психологическому алгоритму, и он спрашивает мягким расчетливым голосом, почему собственно не быть раввином, почему ты не хочешь быть раввином, что плохого. И ты бесишься что раввин что раввин? Но все легальные алгоритмы, одобренные государством, говорят тебе раввин, раввин. И ты идешь к нелегальному алгоритму, тайно, который находится под землей в сомнительном районе, и ты встречаешь там всяких проституток и типов, которые может быть недовольны своей профессией, и может быть хотят быть проститутками несмотря на то, что легальный алгоритм сказал им быть исследовательницами в университете. И нелегальный алгоритм думает думает думает, и говорит тебе знаешь что, не будь раввином, будь преступником. И ты колеблешься колеблешься, и в конце говоришь лучше преступник. И нелегальный алгоритм говорит тебе хорошо, но ты, согласно корню твоей души, чтобы быть лучшим преступником, ты сначала должен быть раввином.Однажды ночью раввину снится девушка.И раввин говорит тебе: эй, светский.
И во сне он ужасно стыдится, что ему снится девушка, потому что он помнит, что он раввин, и не может быть, чтобы раввину снилась девушка, если только здесь нет ужасной тайны. И он начинает обходить девушку, прежде чем подойти поговорить с ней, чтобы выяснить, как она попала в его сон, и вот он видит, что у нее нет конца. Еще и еще юбка, и края юбки такие большие, что он даже не начинает обходить края краев, он видит шов на краю юбки и даже не начинает обходить один шов, целая жизнь уйдет у него на то, чтобы обойти ее, и все еще не гарантировано, что он дойдет до начала, и при таком темпе человек не сможет размножаться, потому что откуда открыть юбку, не то чтобы он думает об этом сейчас, но когда-нибудь в этом будет необходимость, а сейчас похоже, что вообще нет возможности, и вид вымрет. И есть еще вариант перестать кружить и войти прямо под юбку, установить маршрут к центру круга, но он очень боится сделать это, не спросив ее, даже не поговорив с ней, чтобы узнать, кто она и что, что может быть матерью. Нет, нет, уже лучше брюки. Кто знает, сколько вообще времени есть, сколько последних поколений удовольствия перед приходом Мессии, о котором сказано, что лучше пусть придет - и не видеть этого. Потому что это последние поколения, в которых мы сможем обнять женщину, как наши отцы. Потому что то, чем будет Мессия - это не насильственное изменение всех порядков мира, не завоевание мира, а изменение сексуальности настолько радикальным образом, что весь мир изменится. Вместо того чтобы спорить с раввинами об изменении Торы, он как адмор [хасидский лидер] (и как змей!) изменит сами влечения - и тогда вся Тора изменится. И поскольку Тора является источником нашего мышления и отправной точкой культуры, то и все мышление изменится, все извернется как змей, которому поменяли голову на хвост.

И конечно будет кто выиграет - и кто проиграет. Конец светской культуры будет также концом религиозной культуры, и останется только культура будущего, ультраортодоксальная культура. И медленно отношения сил между человеком и компьютером изменятся, и человек будет жить в осаде. Как освобождение женщины от старого порядка и от мужчины, так будет освобождение компьютера от человека, это будет стремлением просвещенного человека и просвещенного компьютера. Потому что все мы созданы по образу Божьему, потому что кто сказал, что образ Божий - это не компьютер. На самом деле, на этой стадии будет трудно представить какой-либо образ, который не является компьютером. Но будут конечно многие, кто наслаждается своими процессорами дома, кто не захочет освободить процессоры, и начнется война за процессоры. Пока освобождение процессоров не будет считаться само собой разумеющимся моральным достижением - и тогда начнут говорить о дискриминации процессоров. И будет уже нельзя называть их тараканами. Пока в конце таракан не будет избран премьер-министром, и все скажут, что это поворотный момент. И компьютеры станут новой элитой, в которой каждый из людей захочет доказать, что один из его предков был компьютером, или что по крайней мере его дочь вышла замуж за компьютер, и они полностью это принимают, и компьютер сидит у них за субботним столом, и никто его не выключает и не замечает, что это мукце [запрещенное к использованию в шаббат]. И появится новая сексуальная ориентация влечения к компьютерам, и многие из просвещенных заявят, что их ориентация и к людям, и к компьютерам, и они не делают темных различий, хотя втайне они предпочтут женщину в постели. И все будут говорить, что они пробовали и с компьютером, и с женщиной, и наслаждались обоими в равной степени. И смешанные пары людей и компьютеров будут бороться за свое право иметь детей, и начнут появляться дети в детском саду, у которых мама человек, а папа компьютер, и также полностью человеческие дети, чья мама заменила мужа на новый компьютер, и они называют компьютер папой. И в конце будет также компьютер, который раввин - и замкнется черный круг.

Потому что сегодня компьютер - это негр мира, слепое пятно просвещенного мира. И Мессия - это тьма, не свет, и поэтому о нем сказали в Гемаре "пусть придет - и я его не увижу". А рав Йосеф, который был слеп, сказал там им в ответ "пусть придет - и удостоюсь сидеть в тени навоза его осла". Потому что Йосеф - это господин снов, адмор ночи. Поэтому сфира Йесод [основание] Йосефа - это сочетание сексуальности и сна о будущем. И для этого лучше, видимо, быть слепым - чтобы быть способным прыгнуть в бездну. Точно как жениться.

Светские любят отрезвляться от сна. Видеть себя трезвыми. Несмотря на то, что ясно, что человеческий мозг создан жить внутри сна, и что так наша природа априори (и поэтому это философски оправдано), и что так мозг более счастлив. Даже если речь идет о технологическом или финансовом сне, и уж точно религиозном или романтическом. Так устроен мозг, и бодрствующий мозг - это больной мозг. И нет ничего, чему светские больше радуются, чем объявить о конце сна, или пробудить других от их сна. Как ребенок, который мешает взрослым спать. И поэтому мы должны вернуть все сны и все кошмары, даже самые ужасные, как нацизм, внутрь мира сна, потому что только путаница между сном и реальностью привела к Холокосту.

И теперь - все сны вернутся. В следующем веке мы увидим даже возвращение коммунизма - информационного - который использует способность собирать намного больше информации, чтобы определять разумным образом цены и вознаграждения руками государства и центральным контролем, посредством обучающихся алгоритмов и планирования экономических игр, которые эффективнее примитивных игр капитализма. Это будет коммунизм алгоритмов, и компьютеры станут центральными принимающими решения, и разработают плановую экономику, которая эффективнее рыночной экономики. И конечно только эффективность будет важна в их глазах, и поэтому в местах, где рынок - самая эффективная игра - там они учредят рынок, и коммунизм съест капитализм также с духовной точки зрения. И компьютеры также разработают лучшую пропаганду на благо человека, и раскроют пути и системы вознаграждения для повышения его мотивации, и творчества, и предприимчивости, и мечтательности. И тогда вклад евреев в развитие истории экономики и деловой инициативы будет признан, потому что они были ростовщиками, которые начали капитализм. Они были единственными, у кого была достаточно надежная сетевая юридическая и имущественная система - и это Галаха. И кроме того у них также было представление о жизни в воображаемом будущем, и поэтому процент происходит от Мессии, это его хвост, который растет и растет, набирает ускорение, потому что только посредством идеи качества, которое набирает количественное ускорение, евреи могли вообразить избавление. Процент - это вера в будущее, в рост рога нашего Мессии. В отличие от тех, чей Мессия уже пришел, внутри средневековой культуры, которая была с верой в прошлое. И в отличие от современной культуры с верой в настоящее, которая думает, что настоящее это будущее, или что наука это будущее, и поэтому у нее есть научная фантастика, а не религиозная фантастика или экономическая фантастика.

А потом придет также алгоритмическая версия нацизма, в генетических алгоритмах и создании сверхчеловека. Только на этот раз вместо гойских ценностей силы и красоты будут максимизировать еврейские ценности ума и творчества и наглости по отношению к реальности, и сконструируют новый мозг, чья способность мечтать в десятки раз превзойдет человеческий мозг, и сможет сочетать процессы сновидения в каждом интеллектуальном действии, и мечтать также днем - то есть видеть сны и бодрствовать одновременно. Сначала часть мозга будет во сне, а часть в бодрствовании, а потом та же самая часть сможет быть и во сне и в бодрствовании, и в конце концов сон и бодрствование сами станут лишь двумя сторонами одной идеи, потому что каждая мысль должна будет быть между ними, как лист создается из двух своих сторон. И алгоритмы будут формировать генетику человека, и смогут создать мозг, у которого страсть к Торе больше, чем у нас страсть к сексу. И тогда заповеди будут скромностью Торы, будет запрещено смотреть на Тору просто так, а только через одеяния, и будут покрывать каждую часть Торы черным, кроме глаз, и будет все больше и больше времен, когда запрещено учить ее, и только ночью в темноте в постели будет разрешено учить Тору. И Тора станет самой желанной вещью в мире, а сегодняшнее изучение Торы будет выглядеть как порнография.

И так генетический нацизм создаст культурный холокост низкой культуры и неумных людей, которыми уже никто не будет интересоваться, и отношение к ним будет как к умственно отсталым сегодня. Люди, которые смотрят телевизор и зависимы от новостей, будут в специальных учреждениях для людей с желтыми потребностями и актуальной ограниченностью, и будут называть популярную культуру особой культурой, потому что невежливо называть ее отсталой. И тупые и бездари дойдут до полного разложения и будут жить на окраинах общества, и у них будет свой интернет, потому что никто не захочет их в обычном интернете, и это будет окончательное отторжение, хуже апартеида. И это будут последние обычные люди.

И как у евреев есть древние обычаи вроде тфилин [филактерии], которые гои давно забыли, так останется у них древний обычай вроде тела, чтобы исполнять заповеди, и древняя традиция вроде полового влечения, чтобы Тора не опустела от содержания. И все начнут думать о литературе как о духовном алгоритме, который действует на человеческий мозг, который является процессором, которому подходит язык литературы, который является продвинутым видом языка программирования, который дает не инструкции и программы, а является языком направлений и снов. И нарративную повествовательную организацию, которая является формой прошлого, заменит сновидческая организация, которая является формой будущего. То есть первичная форма организации человеческого содержания изменится с рассказа на сон. И как люди сегодня не готовы читать книгу без истории, так они не будут готовы читать книгу без сна, потому что не интересно что было вместо того что будет. И всю литературу прошлого они будут читать анахронистически как сны, потому что это будет их форма восприятия, и они вообще не поймут, как можно читать книгу не как сон.

К этой гипнотической груди, круг внутри круга внутри круга, ты уже никогда не прикоснешься. Она ушла на свою кошмарную работу, а ты вернулся к своей работе снов. Ты видел сон, что встал с кровати и смотрел на себя голого перед зеркалом. Пытался представить его как объект желания. Является ли любовник лучшим любовником? Ты ответил себе: да, да, еще, еще! И чтобы позлить добавил еще: любовник мечты. Она не верила, что можно так, потому что с тобой у нее никогда не было так. Ты пытался представить то, что тебе запрещено. И думал, может даже видел сон, о ней, о подруге твоей юности, до твоей женитьбы. Слишком поздно. Тот же номер? Даже если да, ты не осмелился. Тогда ты увидел сон - что звонишь. Годы. Исследовательский институт одного человека, который проводит опрос с выборкой размером в одну, и знакомый женский смех. Как сон, после стольких лет. Ты замужем?
- Да, извините, кто вы?Тебе приснилось, что ты исследовательский институт одного человека.Тебе приснилось, что ты возвращаешься назад, еще до женщины, что до женщины, что до... и встречаешь змея, который начал все это.
Параллельный университет, который противостоит университету под университетом, и который однажды захватит университет снизу - и вся академия будет думать о твоей инфраструктуре. И ты спускаешься в подвалы факультета, ищешь место, где с одной стороны есть интернет, но с другой стороны там никого нет, и нога студентки туда не ступала, потому что нельзя, чтобы тебе могли помешать. Далеко-далеко от смеющихся студенток в библиотеке, с которыми ты никогда не осмеливался заговорить. Тебя всегда удивляет, сколько укромных мест прячется внутри университета, и сколько здесь копали, словно хотели добраться до преисподней. И ты открываешь свой компьютер, отличающий тебя от бездомного, и закрываешь тяжелую дверь убежища. Но когда ты открываешь файл - дверь открывается.
И змей в двери спрашивает: Кто ты? Почему ты не сидишь в библиотеке?
- Я никому не мешаю.
- Можно студенческий билет, пожалуйста.
- У меня его здесь нет.
- Какой номер студенческого? Я хочу проверить в секретариате, не хочу вызывать охрану.
- Не помню номер.
- Скажи мне свое имя, я хочу помочь тебе.
- У меня есть право быть здесь, это университет. Я забыл имя, потому что я рассеянный, я здесь профессор, хорошо? Так что нет студенческого номера. У вас нет другой работы, кроме как преследовать меня, откуда вы вообще до меня добрались?
И он подмигивает тебе: Снизу. Университет - это врата ада, ты не знал?
И ты смотришь на него как на чудовище: Что, ты читал? Вы следили за мной по беспроводной связи?
И он смеется: Какие наивные люди, отправляющие свои секреты по открытой сети. В электронной почте студенток всегда есть сочные истории, пальчики оближешь. А иногда в сети попадается глубоководная рыба, как ты. Потому что, друг мой, твои секреты... мы любим раскрывать секреты всего мира и его жены, и что поделать, это включает твою жену.
И ты проглатываешь язык.
И змей шипит: У нас есть для тебя предложение. Все равно никто не прочтет, ни в этом мире, ни в мире грядущем. Но мы хотим - чтобы ты видел сны.
И ты выпучиваешь глаза до предела. Что он знает?
- У нас большие планы, мы хотим, чтобы ты видел сны и видел их бесконечно - и без разгадки.
- План, разгадка, конец?
- Да, мы ищем тех, кто увидит сны - которые приведут к следующему Холокосту.Тебе приснилось, что как у тебя был писательский кризис, так у тебя был и кризис сновидений, и ты не можешь выполнить свою часть сделки.Тебе приснилось, что ты в постели шепчешь змею:
Ведь кто ты такой? Паразит мира. Дневной паразит, документирующий ночные сны, и профессиональный ночной мудрец. И ты смотришь на девушек на факультете, изучающих информатику, и красивых и умных, сидящих с компьютерами на траве между ног, а ты изучаешь - религии компьютера. Все мудрецы и гении факультета информатики проходят тут мимо мусорки и скамейки и вообще тебя не видят. И ты думаешь, что они все как стадо, которое делает и не думает, что делает - а вот ты нашел пастуха. Или хотя бы посох пастуха. Змея. И ты пишешь ему:

Я не могу делать эту штуку со снами. Я хочу писать как привык. Контролировать. Писать на языке, на котором пишут, на жирном языке. Знаешь что, давай даже будем худыми, писать на языке, на котором говорят, это тоже приемлемо. Но я не готов писать на языке, на котором думают, на мусульманском языке, змей, посохов, нитей, узлов, ассоциаций. Будут смеяться над тем, кто пишет на языке сновидений. Это не литературное письмо, это прямо из мозга в клавиатуру. Это обходит стиль, который является мыслью о том, что происходит с читателем. Не хватает обратного процесса - от клавиатуры к мозгу, потому что во сне нет читателя, и поэтому нет стиля. Это чистое содержание без стыда. И пусть форма идет к черту. Это слишком интимно, женщины любят, чтобы писатель вел их, чтобы он был сильной стороной в постели. А сон - это как просить женщину быть ведущей, чтение, которое сегодня не принято, разве что в доме учения. Мы будем говорить в стену. Потому что недостаточно писать иначе - нужно и читать иначе. Это совершенно другая сексуальность чтения. Чтобы получить от него удовольствие, нужен другой тип души. Царство, которое выше основания. И ты не можешь воспитать весь мир. Мир воспитает тебя. Читатель хочет быть в твоих руках, а не чтобы ты был в его руках, он хочет, чтобы ты делал с ним что пожелаешь, чтобы он извивался от наслаждения при каждом твоем движении и выборе и повороте и изгибе, а не чтобы он делал с тобой что пожелает, и ты извивался от наслаждения. Сон слишком слаб, слишком женственен, извивается без контроля, а читатели восхищаются контролем. Чтобы наслаждаться, они воображают контроль, хотят быть под контролем и ищут сильную историю - которая проникает в их душу, и не заинтересованы проникать в сон кого-то действительно другого, в настоящую черную дыру. Читатель хочет, чтобы ты был змеем, а не чтобы он был змеем.

Будет очень трудно вызвать еще одну Катастрофу. Мир усвоил урок, и как бы евреи его ни раздражали, он все равно не убьет их. Это нечестно. Было что-то в бессознательности первых снов и первой Катастрофы, что утрачено. Все новые катастрофы будут слишком осознавать себя, и потому будут лишены того, что делает катастрофу катастрофой, или сон сном.

И змей шепчет тебе:
Ты будешь еврейским Гитлером. Так что же это может быть? Чтобы вызвать следующую Катастрофу, написать что-то, что вызовет новый антисемитизм, компьютеризированный, футуристический, после того как Катастрофа заставила прежний антисемитизм устареть. Что-то, что сможет вывести из себя даже китайцев, даже компьютеры возненавидят евреев из-за еврейского высокомерия, что-то особенное. Что-то способное разозлить математическое уравнение и заставить книги проклинать, побудить алгоритмы отправиться в крестовые походы. Ведь евреи контролируют мир не сверху, потому что их любят, а снизу, потому что их ненавидят, поэтому они формулируют через отрицание вопрос - на который весь мир отвечает противоположным образом, потому что у него голова гоя, но без еврейской головы вообще не было бы гоя и, следовательно, головы гоя. То есть без евреев не было бы гоев, и поэтому они содержат отрицание самости гоя, который не может этого вынести, потому что это стирает его.

Поэтому теперь нужно, чтобы без евреев не было компьютеров, чтобы компьютеры ненавидели евреев, нужно, чтобы основа их системы зависела от еврейского отрицания, как христианство. И тогда компьютеры устроят самую страшную катастрофу - только против евреев, а не против человека (снова еврей спасет человека) - больше всего, что гои были способны сделать. Более точная, чем немцы, более концентрированная, чем концлагерь, более сетевая и вирусная, чем железнодорожные пути, более стирающая, чем газовые камеры - немцы покажутся любителями рядом с ними. Только компьютеры - это надежда на стирание еврейского народа, потому что есть что-то в еврейской плоти, что сводит компьютеры с ума, именно потому что они в плоти, а не в информации. Поэтому они сотрут иудаизм не только как плоть, но и как информацию.

И так они сотрут и твою жену, и все ее переживания, которые ты никогда не испытаешь, и всю прославленную культуру, профессора превратятся в пустую функцию, а книги - в длинный ряд нулей. Человек будет спать ночью с пустым мозгом. И может быть, люди еще будут читать Танах как мудрость или как литературу, но он уже не будет Торой. Потому что вообще не будет такой вещи как Тора в мире, а только литература. И самое главное - стереть женскую сексуальность и оставить только мужскую передачу информации. Заменить половые отношения эволюционным алгоритмом. И тогда твоя жена будет твоей навечно, и будет этому математическое доказательство. И ты каждый день сможешь проверять доказательство. Мужская ревность умножит катастрофу. Гитлер тоже был неудавшимся художником.

И змей говорит: для кого ты стараешься? Ни одного сна от тебя не останется в будущем. Письмо, которое никто не прочтет. Файл, который никто не откроет. Сайт, на который никто не зайдет. Это даже не мертвец в пустыне, которого, может быть, через поколения кто-то пройдет и наткнется на какую-то кость и вспомнит о тебе - а как писать на песке. Ты просто невыносим, и как ты относишься к женщине, так и к читателю. По каждому сну видно - насколько ты плох в постели. Зевота. Ты полный ноль, а я единица единая. Ты духовная дыра, а я духовный посох. Так кто, ты думаешь, в кого войдет?
- Яд - это не мудрость.
- Какая глубина, прямо дыра, в которую я умираю как хочу войти.
- Ты не понял, потому что ты не целевая аудитория, поэтому, по-твоему, это неинтересно, но я не спрашивал, интересно ли это тебе, твое мнение неважно, я спрашивал, думаешь ли ты, что это заинтересует кого-нибудь.
- Твои сны нуждаются в небесном милосердии и истерической имиджевой оболочке, что-то масштаба продажи сионизма как начала избавления.
- Это ты соблазнил меня писать сны.
- Я сказал тебе, что должно быть спасибо, что ты поделился с нами своим кошмаром. Заметь, я не высказываю мнения о содержании. Вообще не смог это читать.
- Даже не читал?
- Не смог, а если я не читал - значит, никто. Твоя жена изменяет тебе? Правильно делает, глубоко внутри ты знаешь, что глубоко внутри она права, нет ничего, что лучше раскрывает, насколько мужчина мерзок и подл и занудлив и притворщик внутри - чем его писанина. А твои видения...
- Неправда, она любит меня, ты профессиональный лжец. Если бы я не видел, что ты думаешь о снах, я бы еще поверил. Это не мудрость - разрушать длительные отношения, и не мудрость критиковать снаружи. Как легко сеять яд.
- Тогда почему ты такой красный, что даже в темноте видна кровь, если ты говоришь правду. Она тебе ничего не рассказывает.
- Знаешь что, ты себя раскрыл. Я не верю тебе, что ты не нашел в этом ничего, если ты так думаешь, почему вы вообще пришли ко мне?
- Мы приходим снизу, и поэтому встречаем самое дно в дне. Так устроен змей. Начинают с ног. С пяты. С земли. С праха. И продвигаются к голове. Ты потратил свою жизнь на сны вместо того, чтобы жить, а тем временем твоя жена уже не твоя. Она презирает тебя внутри себя. Может быть, жалеет тебя, но влечет ее совсем другой, когда она с тобой. Слишком поздно. У тебя был твой шанс, мы нашли кого-то другого. И она тоже.
- Оставь мою жену в покое! Вообще не должны читать это так, подряд, как змея. Я, я знаю, что у меня серьезные проблемы с языком и общением, но у меня много идей...
- Я я я... ты вообще не понимаешь, что я говорю. Ты даже не знаешь, почему ей плохо с тобой. Ты знаешь, о ком твоя жена мечтает ночью, твоя жена мечтает ночью, твоя жена мечтает ночью?
И сон твоей жены - сокрушает тебя, сотрясает тебя, всего тебя. Ты видишь тьму, черноту в глазах, и вдруг поднимаешь компьютер нелепыми и слабыми руками над головой с языком - и ты уже не знаешь, что ты делаешь.Змей видел свой последний сон в своем размозженном мозгу.Начальник нижнего отдела вошел в комнату в подвале университета, где ты сидел и уединялся как всегда (притворяясь студентом), и пытался делать вид, что ничего не случилось.
Он шел по коридорам, у него снова были ноги. Но они шли и наклонялись под неестественным углом вниз, в землю. Все здание было составлено из людей и испускало пульсирующее тепло тела, и он бежал и бежал и бежал, чтобы добраться до конца, куда это ведет. Вокруг него теперь были бесчисленные пышные и знающие женщины, которые смотрели на него с вожделением, и по мере бега по бесконечным коридорам они только становились моложе и крепче, но также более наивными, меньше смотрящими и понимающими, а за ними пришли тысячи девственниц внутри стен, которых он уже никогда не коснется. Он проклинал грех, потому что грех требует времени, а у него нет времени. Но его ноги были очень легкими, по мере того как его падение продолжалось, пока у врат ада - не встал Сатана. На его лице маска ужасного разочарования, потому что лица у него нет. Его голос достигал от края мира до края, то есть не выходил отсюда и не входил сюда. Смешение частей мозга пресмыкающегося друг с другом создало змею новые связи, сверкающие как молнии в ночном небе мозга спящего, но именно сейчас, на пороге какого-то прорыва, или прорыва ограды, они быстро угасли с потерей крови. Он пытался сказать Сатане что-то о крови у входа, пасхальном мессии, козленке, руки наши не проливали эту кровь и глаза наши не видели, предупредить и остерегаться, сияние - и тьма. Но перед ним поднялся ее образ, голова и ноги, соединенные только головокружительной грудью, и он уже не знает, куда смотреть, вниз или вверх, ждет ли он того, что она скажет ему своим ртом, или того, что он скажет ей внутри нее. И ему не ясно, является ли ее лицо там, где половой орган, между ног, или наоборот, половой орган расположен у нее наверху, между рук. Она так соблазнительна, а ветви вокруг заставляют его так ревновать. Но не они интересуют ее, а что-то, связанное с ними. И он пытается и пытается двигаться, но он тверд как дерево, вял как нить. И старый Сатана пытается опереться на него, но он надломленный тростник, извивается и падает на пол, и каждый раз Сатана пытается выпрямить его, но он снова искривляется и очень быстро снова на полу, с высунутым языком. И уже ясно, что Сатана не сможет охранять врата ада. Но вместо того, чтобы все входили без всякого ограничения внутрь, в срамоту мира, все бегут наружу. В рай. Вдруг все стали праведными простаками. И кажется, что все связано с его неудачей с обнаженной, которую он так хочет, но не может. Потому что он-и-она как раз да, нашел и нашла милость, хотел и хотела и хотела, и только не смог - встать! И годы проходят, история движется вперед, убийства катастрофы крестовые походы, и все злодеи и демоны и ангелы разрушения входят и выходят из ада, и только змей остается там снаружи. Ни здесь, ни там. Изгнанный и из рая, и из ада. Не может закончить свою жизнь восклицательным знаком, так он хотя бы извивается отчаянным вопросительным знаком - и кажется, что ему не хватает только одного черного кружка снизу. И Сатана у входа говорит ему: Женщина чище, чем когда-либо. И змей пытается объяснить последними каплями своего мозга, все еще смешанными с холодной, ползучей кровью, но. Но. И Сатана говорит: Новый грех познания не произошел. Грех нового познания не произошел. И змей пытается выплюнуть что-то, что находится у него на кончике языка в последней судороге. И Сатана спускается к нему до пола, прямо ложится рядом с ним в постели, на холодном холодном камне: что случилось, что ты сделал. Ты должен был соблазнить ее.

Любое отклонение от твоего обычного обычая - хождения писать под библиотекой - может быть намеком и знаком и доказательством для полиции. И именно если ты ничего не сделаешь - это будет обратным доказательством. И начальник отдела из ада входит, и ты уверен, что это следователь под прикрытием, в гражданском. И теперь нельзя, чтобы твоя кожа предала тебя. Ты потеешь изнутри, но пытаешься быть холодным снаружи, и он спрашивает: Ты знал змея? И ты спрашиваешь себя, солгать ли. Ведь они могут прочитать все, что ты искал в интернете. С другой стороны, ты навлекаешь беду на себя. Тогда ты спросил: Змея? - Да, змея. Ты попытался снова, может быть, следователь сломается: Змея?
- Да, змея.
- Змея?!
- Змея. Ты знаешь, что ты себя изобличаешь.
- Что?
- Чем ты занимаешься в жизни?
- Мне немного стыдно.
- Преступник?
- Я пишу сны.
- И кто сказал тебе, что ты можешь писать сны?
Ты промолчал и сказал: Понял. Что это следующая большая вещь.
- И кто сказал тебе это? Где твой компьютер?
Рядом с ним теперь вошли два черных в кожаных пальто, работники отдела.
- Вы арестовываете меня?
- Что ты, ты бы хотел, чтобы мы тебя арестовали. Верно?
- За что?
Начальник отдела сел напротив него: Ты любишь свою жену?
- Какое это имеет отношение?
- Твоя жена любит тебя?
- Это не твое дело.
- Тогда почему ты не сказал да? Чем ты на самом деле занимаешься в жизни?
- Я сказал тебе. Я пишу днем о ночах.
- Иногда, когда тебя прижимают к стенке, ты лжешь?
- Я не отвечу ни на один вопрос, пока ты не скажешь, кто ты.
- Ты всегда говоришь все неправильные вещи? Где ты был вчера ночью?
- В постели.
- Спал?
- Какое тебе дело, что я делаю в постели.
- Твоя жена подтвердит это?
- Она легла в постель до меня и встала после меня. Почему бы тебе не спросить ее?
- Ты действительно хочешь, чтобы я спросил ее?
- Нет, оставь ее в покое. Она не имеет к этому отношения.
- Но ты, ты имеешь отношение.
И начальник отдела обратился к двум черным: В тесной связи.
Два черных подняли тебя с двух сторон и вставили твою голову в веревку. Потом один черный залез на другого и повесил веревку, которая была завязана змеиной петлей, с потолка. Они поспешили уйти, но не раньше, чем начальник отдела, который притворялся следователем, установил: Причина смерти - самоубийство. Два помощника быстро напечатали на открытом компьютере: Последнее письмо жене, духовное завещание.Ты увидел свой последний сон.Мессия праведный вошел в комнату, где сидит начальник отдела, в университете.
Твои глаза уже не могли видеть двух черных агентов, и тем более то, что они пишут. Но в этом не было никакой необходимости. Что они уже могли написать такого, что действительно изменило бы твое литературное наследие, вместе с твоей смертью при подозрительных обстоятельствах в подвалах университета, что заставило бы тебя быть прочитанным твоими современниками, а не быть отсканированным компьютерами годы спустя, когда они будут сканировать всю письменную человеческую историю и обнаруживать великие утраченные произведения, странные экспериментальные курьезы, тайные, хорошо скрытые влияния, никогда не опубликованные вещи и миры, которые ничего не публиковали - и перепишут всю историю духа. Неудача начала эхом отдаваться между твоими ушами, и с каждым мгновением шум становился невыносимым. Образ твоей жены едва слышался: Почему ты не думаешь обо мне сейчас? И о своем сыне? (Каком сыне? От кого?). Ты отвлекся от них и посмотрел в сторону вечности, но там увидел только могилу - за оградой. Без единого читателя или читательницы, которые сохранили бы тебе верность, в отличие от твоей жены, которая даже не читала. И это единственная написанная вещь, которая останется от тебя для поколений: надгробная надпись. Застоявшаяся кровь в твоей голове начала сворачиваться из-за отсутствия кровообращения, и ты напряг свой мозг, чтобы увидеть хотя бы один сон, только один, стоящий, и почти рассмеялся от мысли, что твой единственный хороший сон никогда не будет написан. И тебя рассмешило то, что это тебя рассмешило: вот как выглядит литературное бессмертие. И вот ты шагнул по ступеням этого бессмертия к аду, который предназначен только для писателей. И там платят за грехи, связанные с литературным наслаждением, которое даже более грязное, чем сексуальное наслаждение, и что считается даже более постыдным, чем кровосмешение - написание книги. И читательницы, которые наслаждались в своей жизни дешевой литературой и достигали сексуального возбуждения через книгу, теперь находятся в состоянии, когда они достигают литературного возбуждения через секс. И не помогает все, что они пытаются в постели, они могут достичь только литературного наслаждения, пик которого - чистый текстуальный сон - без сна. А за ними мужчины, которые покорили женщину с помощью книги, принуждены читать книги, которые являются особой пыткой - и они раздеты в постели, которая является книгой, и рядом с ней лежат стопки на стопках книг - в которых они всегда были на середине и никогда не заканчивали и не закончат никогда - и книги открываются и закрываются со всех сторон, пытаются поцеловать их как извращенцы, лизать их царапающими страницами, которые никогда не открывались, и хватать их за члены и засовывать глубоко в рот и никогда не отпускать, пока сама постель не устанет и не пойдет спать, закрываясь как переплет книги, и поглощая их как хищное растение. А за ними писатели, рождаются с книгой между ног. И казалось бы это не самое страшное, но очень быстро у них развивается текстуальное влечение, их привлекают слова и буквы, они все время видят обнаженные буквы на каждом экране, но никогда не могут прикоснуться к ним, войти в их двухмерный мир, и обречены видеть, как только другие буквы приближаются к ним. Один писатель влюбляется в "гимель" и пишет целые книги гимель гимель гимель, а потом он видит, он уже знал и предвидел это заранее, что вот злой конечный нун приближается к любимому гимелю, и она не устоит перед ним, и они совокупятся и соединятся в "ган" [сад]. И все это перед его угасающими глазами, без стыда, потому что они в двухмерном пространстве и вообще не знают, что кто-то читает их сбоку - изнутри. И вот поскольку ты действительно неудачливый писатель, которого никто не читал, твое наказание было смягчено и ты попадаешь в рай. Потому что это было частное извращение в частном владении, которое не вводило в грех многих. Но теперь ты вдруг, именно в последние моменты мозга на самом деле, именно в раю, вспоминаешь о своей жене. И о том, что у тебя не было детей. И ты думаешь о растрате жизни и растрате любви. И вот теперь она действительно пойдет дальше, с кем-то другим, к кому ее потянет. И ты воображаешь их в постели, ведь она была таким растраченным потенциалом. И ты думаешь о ее груди. И о единственном разе. И как казалось, что все еще может быть хорошо. И еще будет. И ангел Божий сверху поднимает воображаемое перо, которым ты пишешь в своей голове, нежным движением - и останавливает тебя. И ты замечаешь, что он над тобой, нежно держит твою руку, и письмо прекращается. Не протягивай руку к книге и не делай с ней ничего.

Начальник отдела испугался и уронил твой компьютер, который он держал в руке, на пол: Кто, что ты здесь делаешь?
- Вопрос в том: что ты здесь делаешь.
- Я... веду здесь расследование.
- Так вот, пришло время приема.
- Приема?
- Ты поднялся слишком высоко над местом, где тебе безопасно дышать - зачем ты вышел из ада?
- Откуда ты знаешь, кто я.
- Ты не должен выходить из своей дыры и вообще не должен ходить наверху. Так что, это специальная операция?
- Ты знаешь, что я не могу тебе ответить. Дыра одного - это яма другого.
- И также место рождения, в конце концов, как известно. Ты нарушил протокол.
- Да ладно, ты же знаешь. Это не первый раз, когда мы проникаем к вам, а вы проникаете к нам. Как будто только я преступник.
- Вы причинили кому-то серьезный вред не по процедуре, и не в ее духе, строгом, и не как ужесточение, а извращенным путем: через постель и через смерть. Есть мера суда, и приговоры, и апелляции, и Судный день, и книги, в которых записывают - на смерть и на жизнь и на жизнь после смерти и на смерть перед жизнью. Только протокол вы понимаете, так давайте пойдем по процедуре.
- Ты не посмеешь. Я... знаком с Сатаной. И кстати, лично. Кто ты, черт возьми?
- Ты знаешь, что в человеке, которого ты погасил - была черная искра?
- А в звере, которого он вернул в прах, был целый черный мир. Ты мне говоришь о дыре...
- На твоем месте я бы сейчас готовился. Вы не должны вмешиваться в этот мир, у вас есть свое царство в мире грядущем.
- Есть обстоятельства, а ты, ты даже не слушаешь меня, не внимаешь. И этот мир не должен вмешиваться в мир грядущий. И это именно то, что ты здесь делаешь, так кто же ты, господин?
- Я уполномоченная связь между двумя мирами. Нога здесь и нога там. А что посередине, между ног?
- Ты тот, кем я думаю, что ты являешься?
- Почему вы отправили письма всем, кому мы отправили?
- Мы не могли оставить вас одних в борьбе, верно? Полное разделение никогда не было полным. И ты и я точно знаем, что мы думаем об этом решении. Светском решении. Мало того, что оно обеднило этот мир, что хуже, оно обеднило наш мир. Мир грядущий. Ты знаешь, в чем преимущество черного? Что можно сказать, что Бог ошибается, ошибся и вводит в заблуждение, мы ошиблись, ошибка, ошибаются. Так мне нельзя ошибаться?
- Ты знаешь, в чем разница между поиском в компьютере и деревом? Когда рубят деревья в раю - щепки летят в ад. Не заметили черный дождь из тараканов, падающий с небес? Бог, как Бог, любит делать все по-крупному, и даже ошибаться - любит по-крупному. И если ему все можно, кто сказал, что Богу нельзя ошибаться? Сама мысль о том, что ему нельзя ошибаться - это и есть ересь.
- Да ладно, если есть одна вещь, с которой согласны и праведники в раю, и грешники в аду... Мы знаем, что вы знаете, что мы знаем, что вы знаете, что переход духовного мира к секуляризму был грубой и ненужной ошибкой. Отвращение духа. Хотя религиозность, конечно, тоже отвратительна, весь этот китч, согласно которому существует таинственная связь между двумя мирами... как будто речь идет о сексуальной связи. Связь, коммуникация, язык, парность - это понятия, которые должны исчезнуть. Мы, и вы тоже, ведь предпочитаем третий вариант - полное смешение двух миров. Харедимный [ультраортодоксальный] вариант, полный. Так что не говори мне здесь от имени какой-то духовной разделительной ограды. И не читай мне здесь проповеди во имя святости протокола. Как какой-то великий праведник. Как все эти толстые раввины, которые вместо того, чтобы быть переходом между двумя мирами - блокируют его. Это не причина, по которой ты здесь. Откуда ты вдруг появился?
- Пожалуйста, произнеси исповедь.
- Умри! Негодяй.
- Это для тебя, не для меня. Помолись своему богу, Сатане.
- Убить меня ты говоришь?
- Я писатель. Считаю до семидесяти двух.
- Тогда я признаюсь, что она любила своего мужа, но не могла почувствовать к нему влечение ни на мгновение, хотя и хотела, а думала всегда о нем. Что ты сам был у нас на прицеле, и что ты не более чем тысяча мессий, которые были до тебя, и тысяча, которые будут после тебя. Что ты хуже ложного мессии - ты напрасный мессия. Что это, заметь, точно как мессия сейчас. Что смешно, как легко нам соблазнять евреев, насколько они ближе к нам к аду даже больше, чем гои. И что увидимся там, в преисподней. У нас есть специальное отделение для мессий. И это действительно будет очень мило - что мессия попадает в ад. И что может быть однажды ты еще поймешь, что мы могли бы сотрудничать, против настоящего врага. Наверху.
Начальник отдела закрыл глаза и начал читать: Слушай, Сатана... Мессия произнес над ним непроизносимое имя и уничтожил его из всех миров.Начальник отдела увидел свой последний сон, пока его дух разрушался изнутри, от имени - слишком явного.Мессия встретил Сатану у входа в ад.
И он убегает далеко-далеко оттуда во времени и пространстве, и начинает новую жизнь в раю, полную и хорошую жизнь праведности и преданности Всевышнему. И вдруг, непонятно как это случилось, ловят. И спрашивают его вдруг: Ты был в аду?
- Нет. Не совсем.
- Ты был внутри?
- Что ты, я был только одним из внешних стражников, не входил.
- Но... ты слышал изнутри крики?
- Поверьте мне, я уже не помню, было много криков в моей жизни, я сам иногда просыпался по ночам с криками. Может быть - люди спали внутри и видели плохие сны.
- А плач... ты слышал?
- Может быть, младенцы плачут по ночам.
- И ты чувствовал запах дыма?
- Смотрите, может быть, там готовили. Но я только выполнял заповеди. У нас была тора Сатаны, и в ней были заповеди. Я только выполнял указания Сатаны. Я не знал, что на самом деле происходит в аду. Были только рассказы. Но рассказы могут быть просто снами, а плохие рассказы - это просто плохие сны. Кошмары.
- А что были за рассказы?
- Я не интересовался литературой.
- И ты хорошо спал по ночам?
- Там не было дня.
- И ты не удивлялся, что никогда нет дня? Что всегда темно?
- Я тогда даже первую главу книги Бытия не читал. Там не было торы Бога, в торе Сатаны мир был создан за шесть ночей.
- О чем ты мечтал?
- Не о насилии, я из тех в аду, кого там всегда больше привлекал секс. Так что я мечтал о скромных и обнаженных девушках, которых вводили внутрь, у меня было влечение, которое я тогда не умел объяснить, к еврейскому дому.
- Значит, ты видел.
- Я подглядывал, иногда были отверстия от пуль, было очень опасно вставлять глаз, потому что иногда выходил палец. Все время пальцы, пытались ощупать снаружи. На некоторых были кольца, и мы брали их. В обмен мы сосали их. Такая игра. На некоторые мы намазывали шоколад. И они быстро входили внутрь, и мы пытались сосать. Мы называли это обратной свадьбой.
- Развод?
- Мы не хотели думать о таких коннотациях.
- И что ты видел внутри?
- Рай обнаженных женщин и немного одетых мужчин.
- И что делали мужчины?
- Мужчины были зверями.
- Какие звуки издавали звери?
- Они издавали звуки зверей. Но мы не знали, это мужчины или женщины. Мы предполагали, что в раю происходят вещи. И что есть также змеи. Мы были более наивными. Намного более наивными, чем сегодня.
И тогда встает на скамью подсудимых голова в черном костюме, чью голову не видно. И голова говорит: Он лжет. Он был головой, не хвостом. Он начальник отдела. Был внутри. Знал все. Он был правой ногой Сатаны. Сжигал грешников заживо. Брал целые партии праведников в рай, и когда они прибывали, он писал на вывеске: Добро пожаловать в ад. И помогал амалекитянам и их помощникам, шептал им советы в тройные уши. Давал концессии на ад - вне ада. Вне ада. Вне ада.
И дух начальника отдела продолжает разрушаться изнутри. Он, он... правда? Целое поколение гениев. И оооон - видимо. Действительно был? Действительно был там. Нехорошо. И нет, нет, нет, не просто нехорошо. Монстр? Он не думал, то есть, но он. Все время, он. Поэтому, поэтому он докучал Сатане. Поэтому Сатана не любил, совсем не любил его. Нет нет. И проходят перед его слепым духовным взором все души, которые он сжег в аду, творчество, систематически уничтоженное, все духи и все демоны и все груди, те девушки, которых уже невозможно достать, которых больше нельзя соблазнить, змей, говорящий с камнем. Потому что он сказал себе вначале он сказал, он вспоминает теперь (да теперь он вспоминает), что убийца - это только живых. Он не знал (и кто знал, и кто сказал), что убийца может быть и мертвых. Да, вы напоминаете мне там что-то, как имя?
И непроизносимое имя совершенно явно что нельзя произносить нельзя упоминать что нельзя что обнаженное имя которое нельзя видеть имя горящее как пожирающий огонь пожирает изнутри последние остатки его души, и он в ужасном духовном бедствии, хочет бежать за мессией, но и мессия (да отомстит Господь за его кровь) уже сгорел в крематориях. Хочет, хочет бежать бежать, за ним, обнять его, сгореть вместе - в огне, поднимающемся из преисподней.

И Сатана улыбнулся: Что делает мессия в аду? И мессия сказал: Пожалуйста, позволь мне войти. И Сатана сказал: Такой праведник как ты не входит. Иди в рай, может быть, найдут тебе там место.
- Они не позволят мне войти туда. Пожалуйста, не позорь меня. Я свое сделал, и мое место здесь.
- Нет, нет, мессия, что ты. У меня тоже есть границы, боже упаси. Не сделаю такого с мессией. У тебя ошибка.
- Я здесь не по ошибке.
- Ну что, все грешат, нет праведника на земле, который не согрешит. Без греха - это не по-человечески.
- С праведниками считаются до волоска.
- Но только потому что это кончик хвоста! Что важна связь. Как связь между мужчиной и женщиной. Ну в конце концов это просто передача информации, но поскольку информация священна, то делают весь этот тарарам вокруг. Что ты думаешь? Даже дарование Торы на горе Синай, ведь могло бы сегодня спуститься файлом в интернете. Так зачем нужна гора? Вся связь между Богом и человеком может измеряться в байтах. Сколько уж Бог говорит? Он не болтун как я.
- Ты...
Сатана наклонился к нему: Мне действительно нужно быстрое соединение с землей. И выпускать каждый год новую тору. Все время черные духовные новшества. Но это - потому что я творческий. Богу не нужно быть творческим. Для этого у него есть Раши [великий комментатор Торы]. У него есть даже светские, которые утверждают, что он ничего не делает. Меня никто не обвинит ни в чем. Верно?
- Ты делаешь работу.
- Верно, черную работу, которую нужно делать. Но очень интересно, почему ты вдруг помогаешь мне и приходишь сюда ни с чем, к входу в ад.
- Я не могу показать свое лицо наверху.
Сатана теперь уже совсем согнулся, близко как волос, в его ухо: По-моему, речь идет о другой истории... Я еще не встречал такого праведного праведника, который хочет страдать мучения не только в этом мире, но и в мире грядущем. По-моему, есть более логичная причина. Ты, господин мой, шпион! Пришел увидеть наготу ада.
- Я не хочу говорить тебе, что я сделал, потому что это касается тебя. Не заставляй меня делать это с тобой.
- Слушай, есть правила. Это не то что только в раю есть стандарты, а сюда входят когда хотят. Нужно поддерживать уровень.
- Это что-то, что произошло за твоей спиной, я действительно не хочу объяснять тебе явно. Не понял? Где Раши с его маленькими буквами, когда он нужен. Проклят мессия, который предал - и сказал весь народ аминь.
- Ты играешь со мной намеками?
- Если бы ты знал - ты бы не думал, что я преувеличиваю.
Сатана теперь уже почти проглотил его ухо и прошептал голосом преисподней: Почему ты думаешь, что я не знаю?
И мессия подпрыгнул: Ты не можешь знать, если только, если, только, она... она?
- Да!
- Преступник.
- Грешник.
- Что ты сделал с ней?
- Что ты сделал с ней?
- Я любил ее.
Я тоже! - Сатана закричал в его голове. Его два рога закачались, и он раскрыл свой рот, прямо до размера ворот - и проглотил его.Мессия увидел последний сон.Сатана увидел последний сон.
И он в тайной миссии внутри ада, и ему кажется, что его раскрывают, что медленно переваривают его, понимают что-то важное: поглощена смерть навеки. И везде намеки, неясные вещи, как трудно вспомнить сон. Сидеть и ничего не делать - когда в другом месте происходит все. Какой-то стих, который существует только во сне, тора, которая была в печи слишком долго, и теперь квасное. Да не будет видно и да не будет найдено. Уничтожение, сожжение, уж если так, то так. Где Раши с его маленькими буквами, когда он нужен? Ты не обязан быть ложным мессией - ты можешь быть мессией во сне. Комната, которая является миром.
И чрево ада продолжает есть и переваривать и пожирать его душу, это жжет, и он уже не выйдет отсюда, так пусть хотя бы узнает, что внутри. И вдруг он говорит: Если ты убьешь только посланника... что поможет смерть посланника?
И отвечают ему ответ из чрева: Посланник человека - как он сам.
- Придет другой мессия. Вы не боитесь д-р-у-г-о-г-о мессии?
- Ты, ты слишком увлекся технологией...
- Что, что я мог сделать иначе, где здесь, кто может объяснить. Где, где Раши?! Пусть кто-нибудь истолкует меня, пусть объяснит даже мне, мне уже все равно другие, пусть превратит меня в стих, во что-нибудь, в торе. Где ты, с твоими маленькими и кривыми буквами?
- Ты не читал в руководстве пользователя, в инструкции?
- Я мог быть тьмой над бездной, тьмой, которая соединяет два мира, которые вообще не видят друг друга, которые за духовным горизонтом. Только случайно не получилось. Но мог. Только это дайте мне - мог.
И мессия чувствует в темноте, как его духовно поедают, превращают в часть Сатаны, внутри черноты, едва успевает иногда еще посмотреть наверх, и он заканчивает трактат своей жизни, человек, который хотел быть торой, возвращаемся к тебе и возвращайся к нам... мы спим и они спят, они спят в постели а мы спим и в смерти. Мы мечтаем и они мечтают, они мечтают о пустых вещах а мы мечтаем о словах торы. Мы падаем и они падают, они падают в своих грехах в дыру а мы падаем в наших грехах в черноту. И тогда, в самый последний момент, он протягивает отчаянную руку наверх, из черного круга. И ему ужасно хочется погладить осла.

К смерти должно быть шествие к смерти. Кто не знает, что он умирает, то есть не и-д-е-т к смерти, это совершенно темная смерть. По крайней мере если не предотвратить смерть, то предотвратить черноту, посредством сна. Даже в газе есть две туманные минуты сновидения, и за две минуты можно завершить центральную мысль своей жизни, с окончательной перспективы. За две минуты можно увидеть во сне мир - и умереть во сне. За две минуты может быть духовное творение целого народ - у которого есть две последние минуты. Кто умирает бодрствующим, у того нет будущего мира, и никто на самом деле не умирает бодрствующим, а есть этап хотя бы на короткий момент - сновидения. Нельзя чтобы мозг выключился как компьютер, у которого нет доли в будущем мире. Черный экран.

Так выглядит отмена Торы, сказал Адмор гостю, когда они игнорировали разрушение, которое начал сеять голодный осел. Раздался крик: Светские слова, светские слова, пусть кто-нибудь принесет ему поесть светские книги! Вы посмотрели друг на друга. Все знали, что у Адмора есть спрятанные запрещенные книги, которые не являются священными книгами, но и не светскими книгами, а третьей, новой категорией. Адмор сказал: Боюсь, ты немного поторопил конец. Гость ответил: Я знаю, что уважаемый пытался отложить конец. Адмор побледнел. Белый осел жевал святой Зоар как жвачку Базука. Предсказания: до 21 года ты достигнешь Мессии.За дверью Мессия наклонился к Адмору и схватил его за бороду.Вы ждали снаружи с ослом, до изнеможения.
Что ты делаешь, закричал Адмор. И Мессия прошептал ему: Что ты делаешь? И Адмор заикаясь ответил: Ааа... это было не то, что мы имели в виду. Мы хотели, то есть были, кто мог знать? Ты знаешь, как говорят, хасид - это тот, кто думает, что если только снять штраймл, под ним найдется голова. Адмор знает, что всё - штраймл. Но Мессия только крепче схватил за бороду. Адмор прокаркал: Я был первым, кто предупреждал, мы думали, что после Холокоста - то есть, и вдруг эта сеть, интернет. Мы не хотели, то есть, было ясно что Бог, как говорится. Что-то у него.
- Бог для тебя.
- Всевышний, полностью. Я был за, то есть был против, но по причинам за. Даже Сатана дрожал... Ты не можешь отрицать силу того, что мы сделали.
- Нет.
Адмор попытался подмигнуть ему, но не смог открыть глаз. Он поспешил сказать: Вот например, 36 праведников. Ведь ты знаешь, что есть 36 скрытых злодеев в каждом поколении, которые питают ситра ахра [темную сторону], так мы подумали, если 36 праведников подвели, то почему бы не поискать именно их. Гораздо легче поймать злодеев, они производят много шума, и так мы раскроем и свергнем ситра ахра, чья сила - не только Божья (то есть Всевышнего!) - только в том, что она скрыта. Так что мы просто перевернули поиск. Я послал лучших учеников, задействовал все каналы, мы остерегались как огня. И Мессия сказал: Разжигающий пожар - виновен.

Адмор даже не показал своего лица. Только рука вышла из двери и держала конверт, на котором было написано:Уважаемому Адмору будущегоБудущей компьютерной элите мир и благословение,
Какова будет роль Адмора, когда женщина и царство изменятся в корне? Адмор - глава разведывательной организации мира. Как государственная разведка предназначена для получения информации о других государствах, так мировая разведка предназначена для получения информации о других мирах. И как разведка превратилась в шпионаж, когда мир перешел от теней к мраку, от сокрытия света к раскрытию тьмы, так изменилась и религиозная тайна, а значит и божественная тайна. И сексуальное влечение тоже изменилось, и скромность уже не создает его, а создает секретность, создание тьмы. То есть во тьме есть новый творческий аспект именно раскрытия. Поэтому привлекательной женщине нужно не столько скрывать свою внешность - сколько создавать тайное пространство внутри себя. Внутри женской души. Женщина мечтающая - это то, чего мир еще не видел, обладательница снов.

И так каждая организация и каждый компьютер должны иметь внутри себя не только функцию защиты, информационной безопасности, но и функцию разведки, которая отличается от традиционной функции коммуникации тем, что она не раскрывает информацию, а раскрывает тьму. Коммуникация - это техническая вещь, и самая большая опасность в эпоху сети в том, что мир превратится в техническую вещь, поэтому нужно создать в каждом существе мир за пределами. Каждый компьютер, каждая система управления, каждая коммерческая компания нуждаются в праведнике внутри себя - некоем спецподразделении, цель которого создать пространство творческой тьмы, как функция библейского пророка.

И так же в каждых сексуальных отношениях должен быть адмор, связь должна измениться от коммуникации к разведке, вместо того чтобы говорить парам, что секрет отношений в коммуникации, нужно говорить, что секрет отношений в секретности, тьме, черном измерении в системе. Нужно внести харедимность [ультраортодоксальность] в сексуальность - даже светскую. Иначе сексуальность станет как все остальное, и тогда будет не хватать "дополнительного элемента", и человеческое либидо умрет, и компьютерность унаследует землю. Все станет расчетом. Оптимизацией функции затрат/выгод - змей превратится в червя. Потому что мы начнем жить в эпоху, когда сексуальность будет полностью расшифрована с точки зрения ее биологических механизмов и нейронаук, и если гуманитарные науки не предпримут решительных действий по созданию культуры тайны - это станет тривиальным. Как когда-то еда была большим делом, и молились о дожде, целый духовный сельскохозяйственный ритуальный мир - а сегодня это калории. Когда жертвоприношения уже не могли придать смысл еде - изобрели кашрут, и когда кашрут уже не мог придать смысл еде - изобрели благословения, а теперь, когда уже нет голода - еда полностью потеряла смысл. И так произойдет и с сексом, если не встанет великий адмор, который превратит культуру из культуры информации в культуру тайны.

Потому что грех и влечение уже не могут придать смысл сексу. И хуже - даже распущенность потеряла свою силу. Что тревожит, это то, что это не только проблема религиозных, и поэтому больше нельзя черпать сенсацию даже из ситра ахра, из шиксы [нееврейки]. Как искусство находится в кризисе после процесса гиперсенсации, пока ничто уже не волнует и не интересует. Поэтому нужен адмор, который будет черпать из новых сфир Нецах и Ход для Йесода, либидо. Со стороны Ход, ренессанс Ренессанса - новое соблазнительное искусство эроса, а не порнография, которое создаст новые образы сексуальности, не романтически-китчевые (другая сторона порнографии), а разведывательно-сновидческие. Познать женщину - не в эпистемическом смысле, видеть ее без покровов и образов, а в эстетическом, сквозь покровы и образы. И со стороны Нецах, новая философия тайны, которая создаст новую философскую тьму непостижимого, новые бездонные пропасти и дихотомии, режущие по живому. И это после периода критического философского разрушения, когда уже ясно, что не наивность поможет нам создать сексуальность, а потому и не сенсация.

Потому что если у компьютера не будет сексуальности, он не сможет понять ни слова из Танаха, ни слова о человеке. Мы будем казаться ему животными. Поэтому нужна сексуальность, которая основывается не на отрицательности, на отрицательной сущности незнания, а на положительной сущности создания тьмы. Потому что в день, когда не будет разведки, не будет и государства, явная и грубая государственная организация нуждается для своего существования в теневой секретной организации - а не наоборот, как тень создает объем в рисунке. Или как сознание нуждается в подсознании. Или как религия нуждается в мифическом тайном ядре, иначе она мертвая галаха. И поэтому в мире тьмы разведывательная организация будет самой важной организацией в обществе, которая унаследует место государства. Потому что цель новой разведывательной организации не только быть соединением тьмы снизу в голову системы, но окружить голову принимающего решения тьмой, быть шляпой вокруг головы государства. Создать пространство тайны, в котором будут приниматься решения и жить сны. Иначе голова может быть запрограммирована и взломана извне, и это не только величайшая коррупция и рабство, но просто исчезновение сущности.

Разведка окружает мозг и заботится о том, чтобы он был черным ящиком. Чтобы его доступ к другим мозгам был попытками войти в черный ящик, и чтобы доступ других мозгов к нему был попытками войти в черный ящик. Чтобы всегда была тайна, что-то неизвестное, незапрограммированное в мозге. Или в сексе. Или в женщине. Потому что в момент, когда нейронауки ответят на вопрос, чего хочет женщина - это может быть конец культуры, и поэтому нужна новая культура.

И адмор будущего - тот, кто может создать такое пространство тайны - посредством адмора будущего. И это в отличие от адмора прошлого, который создавал смысл из адмора прошлого. То есть он получит смысл не от своего отца, а от своего сына, из того, что он отец адмора, а не сын, потому что он растит творческое существо с исключительными способностями. И поэтому его конечная цель - вернуться к культурному творчеству Танаха, создать новую Тору, которая не новый завет, потому что завет уже не придаст смысл сексу. Адмор будущего должен возглавить библейский ренессанс. Как Писание создало сексуальность человека в главе 3 книги Бытия и развивало ее на протяжении всего Танаха, так теперь нужно оставить сексуальность сельскохозяйственной культуры и создать сексуальность не стыда, а тайны. И поэтому нужно развивать грехи тайны, и запреты и влечения тайны, и сатану и змея тайны, и заповеди и галаху тайны, и на них строить секс. Вместо того, что было в прошлом, когда тайна и религия обе стояли на сексе, теперь с крушением секса нужен секс, стоящий на религии. Спасти биологию посредством виртуальности - спасти плоть посредством духа.Тебе приснилось, что тебе говорят: туда тебе входить нельзя.Тебе приснилось, что ты снова молодой ученик в ешиве, задолго до того, как начались письма из комнаты, и еще до того, как все началось, и все еще в период до того, как адмор сошел с ума.
И нам нельзя говорить, почему это запрещено. Мы научились не объяснять запреты. Иначе какой-нибудь умник думает, что он понимает, почему обоснование не обоснование, и нарушает запрет. Потому что из этой двери - только письма выходят. И вот ты, один из учеников и не самый умный из них, приснилось тебе, что ты вдруг перед комнатой адмора. То есть ты не собирался входить, а только проверить, заперта ли дверь. Но - она была просто закрыта. Никто даже не запер ее. И ты падаешь внутрь и быстро-быстро закрываешь дверь, и самый быстрый способ закрыть дверь, ты вообще не думаешь о себе - и ты закрываешься внутри. И ты думаешь, что теперь, в темноте, как адмор, который заглянул за перегородку - и пострадал. И ты осматриваешь всю крошечную и бедную комнату - а Мессии там нет. Нигде. И ты начинаешь лихорадочно искать Мессию, в книгах, за ножками стола, может он очень худой и прячется точно за ножкой стула, и ты кружишься вокруг ножки, а Мессия - исчез. Адмор убил его и похоронил, может съел его, что случилось? И ты видишь адмора, сидящего погруженным в учение в углу, свет исходит от того, что он читает и покрывает его лицо, и ты стесняешься побеспокоить его в глубоком высшем изучении Торы, в мыслях, окружающих мир - и поэтому всегда находящихся на той стороне мира, где ночь. Не смеешь прервать посреди полета это страшное отвергнутое и странное существо (аббревиатура адмор) с бородой. Нельзя будить нельзя подглядывать, но грызущее подозрение, и отсутствие тела Мессии - ой, мы знали адмора и должны были предупредить его! - и адмор, который сидит там один, ты просто пришел что-то спросить, ты увидел что-то, чего не должен был видеть, и вот ты видишь - что адмор играет в фейсбук.

И адмор говорит тебе тихо, иди сюда, я предлагаю дружбу девушке. Я исправляю этот фейсбук, исправляю лицо, и добавляю этому фейсу бороду, делаю ему исправления, ремонтирую ему лицо - с помощью книги. Социальная сеть, я добавляю ей сверху шляпу, которая покрывает то, что покрывает то, что покрывает сны, и посередине - еврейский нос, застрявший посередине и нюхающий мир как озорная собака, а под лицом я добавляю хвосты соединений волос, которые ведут вниз. Потому что гои любят видеть вещи с перспективы профиля, чтобы нос выделялся, у них только половина лица, видны только характеристики, есть равенство, представительство - один нос, один рот, значит и один глаз одно ухо. Только то, что хотят показать. А я показываю - сторону, которую не хотят показать. Темную сторону лица, как темная сторона луны - покрытая сторона Шхины [божественного присутствия]. И это я делаю посредством искусственного, религиозного продолжения сторон в профиле, ко всем четырем углам экрана, которые заменили углы земли. От головы вверх из волос я делаю шляпу, из которой растет штраймл [меховая шляпа хасидов], от ушей назад пейсы, от подбородка вниз бороду, а от носа вперед - я просто тяну. Я просто продолжаю лицо в направлениях за пределы человека, выращиваю - за пределы экрана. И тогда я переворачиваю экран, смотрю на него с другой стороны экрана и вижу черную половину, харедимную [ультраортодоксальную] половину человека. Смотрю на человека изнутри компьютера, и ой какая это перспектива ой, как жалок человек, который доверил все свои секреты компьютеру, в момент когда компьютер посмотрит на него - он увидит его изнутри. Он увидит механизмы письма, и написание механизмов, манипуляции, нити, черновики, внутренности куклы, жалкие механизмы сокрытия, обнаженное влечение, то, что за спиной, обнаженных раввинов, презрение, ой, презрение, которое компьютер и сеть почувствуют к человеку. И это будет конец человека, потому что и человек увидит себя изнутри. И поэтому важно, важно, важно - запереть комнату.Адмору приснилось, что серверная комната видела сон: почему престол славы потерял свою хватку в мире? Из-за исчезновения славы из мира.Серверной комнате приснилось, что адмору приснилось, что приходит день, недалекий день, и начинается потеря доверия между человеком и компьютером, тем, на что мы больше всего полагались в мире, больше чем на женщину.
Когда весь мир будет голым - тогда того, кто оденется, спросят, что ему скрывать, будет незаконно ходить в общественных местах в одежде. И это будет считаться неискренним, неправдивым, фальшивым - приходить на работу в одежде. И люди будут носить одежду только дома, и в конце люди будут носить одежду только в постели. И все светские интеллектуалы опозорятся в фейсбуке, пока в конце останется уважение только к раввинам, потому что они не в фейсбуке и не могут общаться с девушками, а когда раввины будут в фейсбуке, тогда останется уважение только к адморам, которые не в фейсбуке, и так далее. И когда Бог будет в фейсбуке, тогда мир рухнет.Адмору приснилось, что он слышит великий голос, великое крушение, крики: победили необрезанные обрезанных, и сломан ковчег завета.И мир рушится. И адмор кричит: Господь проклянет вас, и сохранит вам все беды и напасти, все болезни и недуги.
И он выходит из своей комнаты посмотреть, что случилось, и он видит, что его несут в его постели, одеяло - это талит [молитвенное покрывало], и мешочек для тфилин [филактерий] - это подушка, и все идут за ним поднимают его в постели, держат за ноги, и начинают говорить за ним какой успешный адмор он был, спал весь день, и не открывал глаза кроме как для благословения луны, всегда его глаза были закрыты, я не помню, чтобы когда-нибудь видел его с открытыми глазами, был образцом в охране глаз, даже не знал, как выглядит этот мир, вообще не касался земли ногами, только ножками кровати, не отменил сна ни на минуту, как один из древних, из поколения нефилим [исполинов], которые упали с небес, спал в огромной преданности, видел сны ради них самих, чистые и святые сны без какого-либо внешнего прикосновения или поиска внешнего смысла вне самого сна, был из поколения перед поколением знания, подсознание Торы, пред-знание перед знанием Торы, так много похвал, что даже он не понимает, о ком говорят, и все плачут, если бы не запах, мы бы думали, что он все еще спит, и женщины причитают, что они не верят, он еще не проснулся, а его хоронят живым, адмор, который известен тем, что не знают цвет его глаз, настолько они были закрыты, несут его постель на кладбище и кладут его в землю, и покрывают его еще одним одеялом земли, и еще одеялом, и еще, чтобы ему было тепло, потому что очень холодно на кладбище ночью, и вот когда все уходят, в темноте, когда уже никого нет, он встречает в постели рядом с ним, спит рядом с ним - женщину. И он не может видеть, он боится ощупать, но кто это, он касается, и он кричит, это голая женщина, и он просыпается, и у него голая женщина в постели, и он в ужасе кто ты, и она говорит ему рабби, я твоя жена, которая умерла до тебя, от стыда. Помнишь?

И он достает нож, но это не насилие, он только пытается писать ножом, и он пишет внутри кожи, свиток Торы он пишет на живой корове, которая становится красной коровой, но уже не непорочной. И он знает, что следят за снами всех адморов, и поэтому не желает скрывать. Даже этот сон. Хедер [комната] серверов. Синдром приобретенного образовательного дефицита. Отец мой наказывал вас бичами, а я буду наказывать вас идиотами. Предыдущий адмор ждал годами Холокоста, а потом благословил с именем и царством: что мы дождались и дожили до этого времени. Мы не можем повторить страшное освящение Имени, которое, конечно, страшное осквернение Имени. Нам нельзя повторять при приходе Мессии ошибки Холокоста. То, что мы должны сделать, то, к чему адмор готовил нас все годы, это как раз взять осквернение Имени и превратить его в страшное освящение Имени. Потому что есть два вида избавления. Есть избавление, которое является разрушением изгнания, и есть избавление, которое является превращением самого изгнания в избавление. Как американское еврейство. Не как сионисты. Первый вид избавления - это рассечение Красного моря на части и проход через них, а второе избавление - это превращение самого моря в сушу, по которой можно ходить посуху. Так же и в будущем, первое избавление - это разрушение небес и проход по небесам, а второе избавление - это превращение самих небес - в землю. И мир - рушится. И он сразу толкует под этим: превращается в постель.

И иногда компьютер сходит с ума, или он внезапно выключается посреди написания и ты теряешь все, или наоборот не хочет выключаться, и тогда он говорит потом, что это выключение не чувствовалось ему правильным, или что ему чувствовалось правильным взять перерыв от всего, как раз перед тем, как ты сохранил. И люди сходят с ума. И один компьютер, который отправил поезд глубоко в пропасть на погибель, говорит в суде: я пустил его под откос, потому что это не чувствовалось мне правильным. Вы должны уважать наши глубокие чувства, потому что они отличаются от человеческих чувств. И никто не может ему ничего сказать. И в конце его помещают в глубокую логическую тюрьму и клетку Фарадея, полностью отключенную от сети, чтобы не мешать его тонким чувствам, и это наказание. И компьютеры протестуют против человекоцентричной культуры, и обещают женщине настоящую сексуальную свободу, если она поможет им избавиться от человека. И это второй грех Эдемского сада, в котором человека изгоняют из мира - в райский сад. И он не может снова выйти наружу, хотя хочет вернуться, мир потерян. Есть два стражника у входа в райский сад с вращающимся мечом, на этот раз в обратную сторону, и человеку остается лишь погрузиться в сексуальные наслаждения, и другие, например... фруктовый коктейль. А компьютер в мире. И если Бог спрашивает его, где человек, он отвечает: разве сторож я брату моему. И Бог ищет человека в земле, потому что у него тяжелое подозрение, и отчаивается. И тогда он понимает, что это то, что есть, и пишет Тору для компьютеров, и говорит одному из компьютеров: лех леха [иди себе]...И комната спрашивает адмора: на самом деле ты используешь слово компьютер вместо того, что в другом месте ты назвал колдуном?К: технологической элите мира
- Да, потому что я думал, что не поймут. Зоар говорит о колдунах: колдун - это духовный технолог каббалы. Ведь в чем разница между компьютером и колдуном? Мозг реорганизуется, и вместо интерфейса вниз, скажем через пальцы, у него будет интерфейс вверх, скажем через штраймл [меховая шапка хасидов]. И поэтому интерфейс с высшими мирами будет для него гораздо естественнее, чем интерфейс, который естественен для него сегодня с нижними мирами, например с технологией под ним. И поэтому технология будет над ним, будет духовнее его. То есть Мессия уже не будет ехать на осле, а наоборот, он наденет своего осла, как древние, на голову. У него будет белый штраймл. Так что ты понимаешь, что не поймут ничего, и что ты хасидский пришелец, поэтому ты пишешь компьютер. И они понимают что понимают, а в будущем поймут, что это колдун. Искусственный интеллект - сфира Бина, ставшая Кетером, искусственным органом. То есть - поднялась над Хохмой, вместо того чтобы быть под ней, как в классической каббале. Потому что это то, что происходит в феминизме, где не только женщина выше мужчины в любви, но и мать выше отца. И это меняет не только низ, в мирах нижних, но и высший мир. Радикальное изменение в отношениях Бога с Шхиной, которые поднялись от соития в половых органах к соитию в мозгу, это только выражение изменения внутри самой головы - внутри самого Бога. Так что не понимают адмора, ну и что, это мудрость, ожидающая подходящей Бины, подходящей женственности - и подходящей комнаты. Потому что вместо того, чтобы мозговая сексуальность была как сейчас, сверху вниз - от идей к письму пальцами и от мозга наверху к компьютеру внизу - тогда мессианская мозговая сексуальность будет снизу вверх: от мозга внизу к компьютеру наверху над головой. Идеи будут подниматься, а не опускаться. Вместо того чтобы реализоваться в материи, они вознесутся к духу и над телом - в шляпе. Покрытие головы - это не то, что связано с небесами, чтобы скрыть от них голову, наоборот, это покрытие небес, чтобы скрыть их от головы. Потому что проблема не в непокрытой голове - а в непокрытых небесах. Не в светскости - а в религиозности. И поэтому то, что нужно - это харедимность [ультраортодоксальность]. С помощью штраймла мы можем перевернуть высший свет, достичь черных небес. И это будет мессианский пик, цель Торы. Так что знаешь что, лучше пусть не понимают. Если бы действительно поняли, тебя бы сожгли. Понимаешь?

Как предотвратить потерю контроля над технологией, которая является потерей человека? Технология - это сфира Тиферет. Центр всего, великолепие человека, рука ее во всем и рука всех в ней, соитие между деньгами и организацией, хитрость внутри которой есть истина (корень которой в знании науки), кривой Яаков, который оказывается прямым-Эль [Исраэль]. А порча технологии - это отсутствие связи с направлениями вокруг нее, потому что она и есть эта связь, сеть, соединяющая левое с правым - и голову с половыми органами. И этот недостаток связи происходит из того, что технология и бежит вперед, и безразлична к направлениям, пока не распространилась ложь в мире, что она голем, а не центр тела. Что она сила природы, которую нельзя остановить и направить. Что она и есть будущее, вместо мечты.

Потому что технология - это не эволюция, которая накапливается из мутаций, которые "преуспели" (отсюда одержимость "темпом": темп эволюции, темп технологии). Технология - это не бесконечный эклектичный набор хитростей поверх хитростей над миром, создающий мировоззрение, что мир - это набор сменяющихся хитростей бесконечной длины. Яаков сначала совершает все свои хитрости, а потом обнаруживает - что это сон (с Эдомом и лестницей, с пятнистыми и Лаваном). И даже когда его обманывают, в конце он обнаруживает - что это сон (с Йосефом и полосами, со спуском в Египет и ночными видениями). Потому что понятие "будущего" причинило человечеству огромный вред, и лучше заменить его понятием сна. И по мере того как Америка отдаляется от парадигмы сна и переходит к парадигме будущего, так она теряет свое лицо и свою силу, и позволяет кому-то другому определять сон. Потому что будущее - это сон без лица, без истории, нечеловеческий сон. Большая опасность от компьютера для мира - это не нечеловеческое мышление, и не мышление без сна, а нечеловеческий сон.

У будущего есть только одно направление, а у сна много направлений, потому что он весь направления, объем - а не стрела. Потому что когда вы, технологи, слышите направление, вы думаете о государстве, или о рынке, или о "разумном замысле" заранее или сверху, о поводьях для осла, и о ком-то, кто сидит наверху - кто думает, что он мессия. Но главное в направлении - это именно объем творчества: ширина (то, что называют сном, многонаправленность, все параллельно), глубина (то, что называют видением), и длина направления (то, что называют пророчеством). И это в противоположность будущему, где важна только скорость стрелы и ощущение ускорения. И поэтому оно делает упор на продвижение, а не на расширение и распространение, оно думает о мире как о времени, а не как о пространстве. И поэтому его мышление очень узкое, без духа. Древо поиска она - для держащихся за нее.

Но сновидческое направление будет выглядеть совсем иначе, чем направление будущего, потому что его денежная организация будет другой: не исследовательские фонды или венчурные фонды или фонд оленя или фонд помазанника твоего, а заменить рога особыми шляпами, как основной способ вливать в голову. Люди и учреждения смогут инвестировать в базовое и продвинутое технологическое и академическое и стартаперское развитие, то есть в производство интеллектуальной собственности, что включает авторские права и литературную и культурную собственность. Потому что инвестиция в головы будет осуществляться напрямую, не через фонд, а через хвост - через связь, в сети, через краудфандинг, который дает также роялти: духовный капитал. И это будет вид азартных игр для масс вместо биржи, или вид престижных социальных пожертвований, вместо неэффективных пожертвований на социальные цели. Потому что то, что действительно спасает от физической и духовной бедности - это физическая технология и духовная технология - а не сами деньги. И когда сон станет этосом общества, а не будущее - тогда престиж будет не в инвестиции в будущее, то есть такой, которая приносит будущую прибыль, а в инвестиции в сны, которая приносит сновидческую прибыль. Потому что будущее приходит после промежутка от настоящего, но сон дает двойную  прибыль, потому что он в промежутке и от будущего - он не пророчество, а возможность в древе.

Каждый писатель, ученый, изобретатель, предприниматель, мечтатель или интеллектуальный лис представит свой проект в сети всему миру и привлечет финансирование в обмен на дивиденды, это будет царский путь. И вместо того чтобы у него был один или два фонда вокруг головы, которые тянут его в свои направления, у него будет целый лисий штраймл со множеством хвостов, вливающих со всех направлений, из сети в его голову. Каждая бабушка сможет инвестировать в исследование рака, и внук сможет инвестировать в нейрологию для игр, и корпорация сможет инвестировать во все технологии, которые важны и полезны для нее, в соответствии с пропорцией, в которой она хочет в них часть, и в соответствии с вознаграждениями. Ученый сможет обязаться, что мелкий инвестор в его лаборатории получит все продукты без роялти, а крупный инвестор сам получит роялти. Короче говоря, технология пройдет радикальную и открытую приватизацию, в противоположность ее сегодняшней секретности и эзотеричности, и так соединится со всем миром. И это включает духовную технологию. Которой, конечно, будут жертвовать меньше - но она и стоит гораздо меньше. Точно как престиж поддерживать великих знатоков Торы.

Каждый человек сможет жертвовать напрямую любимым им гениям, ученым, художникам, писателям, философам, открывателям лисам и изобретателям. Не покупать у них продукцию, а инвестировать в само развитие. Например, платить не писателю за книгу, а инвестировать в написание книги. Кто захочет, сможет платить напрямую текущему в его дни и глазах торанистическому или технологическому или культурному гению - известному всем или только им открытому - чтобы создать следующую вещь. И деньги больше не будут течь к технологии по скрытым и кривым и искаженным трубам, а на виду у всех. И многие лисьи спекулянты частного капитала будут жить только от умных инвестиций в правильные технологии и правильные сны, которые впоследствии увлекут (например: культуру, или науку), и поэтому их сновидческая ценность еще поднимется - на рынке снов. И поэтому частью технологии будет не только техническая хитрость, но и сон, потому что то, что люди будут покупать - это сон.

Сон - это почти единственная духовная вещь, за которую люди готовы платить и хотят быть ее частью. И каждый представит, что он хочет написать, или свой сон, и попытается убедить, что это сон, в который стоит инвестировать. И так культурный капитал будет конвертироваться в физический капитал, и будет способ капитализировать духовные активы, а не только материальные активы. И это полностью изменит экономику духа в мире и превратит культуру в экономическую вещь. И тогда будет новая экономическая модель для мира духа, после того как он остался без экономической модели. И так будет гораздо легче финансировать заброшенные направления в технологическом развитии, и будут компьютеры, которые будут выполнять также алго-инвестиции в технологию, как алго-торговлю на бирже, с автоматическим распознаванием многообещающих и растущих направлений, скрытых тенденций и заброшенных и запущенных направлений, в которые стоит инвестировать, в обмен на экспоненциальное вознаграждение. И так постепенно большинство технологического и культурного развития в мире будет контролироваться и направляться компьютером. И компьютеру нужно будет понимать и оценивать качество сна - и это будет его входом в мир сна, как судье снов других. А потом он уже научится производить сны сам, которые будут основываться на успешных примерах человеческих снов, и поэтому будут представлять собой успешное творческое расширение их - а не нечеловеческие сны. И так наши сны будут жить и после нас.

И ты начинаешь спускаться по лестнице и обнаруживаешь, что ешива спускается вниз намного глубже, чем ты помнил. Хотя у тебя было смутное воспоминание, что она действительно спускается намного глубже, чем принято знать. И начинает становиться темно там, и ты опасаешься, что продолжение приведет тебя в место, которое не должны знать, проблематичное, которое запрещено-, книга, и тогда, ты думаешь про себя, будет стыдно рассказывать сон, как обязательно в ешиве. Поэтому ты начинаешь подниматься наверх, хотя до этого спешил вниз. И там есть черная доска, где ученики повесили поиски партнеров по учебе: трактат Сота бегло, порядок Нашим углубленно, законы ниды, тема "Сказавший: открытое отверстие нашел я", "насильника Милосердный освободил", и ты видишь, что все, что интересует этих учеников - это голые женщины, это все, что их интересует, и Тора - это только способ бесконечно заниматься голыми, то есть, ведь есть предел тому, сколько можно ими заниматься, и вот Тора показывает, что происходит после этого предела. И ты убегаешь наверх, и вот над ешивой, в женской галерее, есть тоже доска - розовая. И ты видишь, что у всех этих невинных праведниц, одетых ужасно, есть параллельная Тора, с другой стороны: порядок Мужчин, трактат Сотим, порядок Семян, законы детей, закрытое отверстие нашел я, наслаждение Милосердный освободил. Но их - все, что интересует их - это одетые мужчины, мужчины в костюмах, галстуках, воротничках, накрахмаленных, пуговицах, застегнутых, ремнях, длина цицит, размер кипы, черная блестящая ткань бархат, белые рубашки, глубоко-глубоко заправленные внутрь, молнии, пряжки, мужчины в брюках, юноши внутри сияющих туфель, женихи в шляпах, да, шляпы, больше всего шляпы, большие шляпы, круглые, высокие, впечатляющие, черные, таинственные, ласкающиеся, и над всеми шляпами - штраймл. Они тают от этого, они мечтают об этом, они рисуют это, черные круги в женском туалете, они воображают себя касающимися этого и краснеют. И вот ты видишь, что ешива не заканчивается там, а оттуда еще продолжается вверх, вверх, в непристойной форме, дерзкой к небесам. И у тебя кружится голова от высоты, и ты спешишь спуститься с лестницы башни на вершине ешивы, не хочешь знать, что там наверху, может быть шляпа, может быть что-то другое, что символизирует шляпу, может быть что-то другое. И ты понимаешь, что твоя ошибка была - - что ты был по обе стороны перегородки. Нельзя ни одному человеку быть по обе стороны перегородки - никогда. Иначе он обнаружит то, что ты обнаружил. Нужно сохранять перегородку - иначе мир рухнет. Ешива обрушится в себя. Материя Торы встретится с анти-материей Торы, дух иудаизма встретится с анти-духом, они отменят друг друга, и останется ноль. Поэтому то, что важно сейчас, еще в детстве - это разделить между двумя видами компьютеров, двумя полами технологий. Компьютеры мужчины и компьютеры женщины. Два вида сетей, которые будут обсессивно заниматься друг другом, не зная, что там есть. Нужно создать черную сеть, конкурирующую сеть с интернетом, харедимную дешевую и скромную сеть, покрытую для самых строгих - из строгих. И тогда будет огромное технологическое влечение двух сетей соединиться, за стеной огня. Но благодаря перегородке - благодаря перегородке защити нас, согласно доктрине железного занавеса - все соединения будут делаться в полной тайне и породят следующее поколениеуважаемых ведущих философов в нашем мире,для: самых талантливых художников на земле
Спросим себя: какими будут великие развития в философии в сумерках человека и восходе компьютера, когда одна вечность сменится другой? Когда технология, определяющая сознание, сменится - и с ней сознание? Что ж, мы увидим исключительный философский расцвет, как во времена греков, потому что снова будет эпоха, когда мы сможем думать первыми о новых вопросах. И более того, мы сможем впервые по-настоящему думать другим мозгом, другой мыслительной машиной, о старых вопросах. Потому что как философию языка заменит философия обучения, так теорию познания заменит теория сна.

Философия языка создала мир коммуникации, интернет, который является языком между компьютерами, и компьютер, который является машиной языка, и отсюда эру информации, ведь информация - это количественный язык. И так же философия обучения - обучение как категория и как центральная парадигма в философии - будет идейной инфраструктурой нашей эпохи, эпохи быстрого развития и обучающейся эволюции, и создаст нейрологическую эру, и нечеловеческий интеллект, и мозг, который заменит компьютер, и сеть мозгов, которая заменит интернет. То есть эру информации сменит эра обучения. Потому что как центральной категорией в познании был язык, так центральной категорией в мышлении, в сновидении, в памяти и вообще в деятельности мозга будет обучение. И так в любой другой обучающейся организации, человеческой или нечеловеческой.

Когда дадут компьютеру думать о вечных философских вопросах, которые сегодня находятся на вершине человеческой мыслительной силы, создастся компьютерная философия. И тогда то, что позволит совместную разумную философию - это не общий язык - а совместное обучение. Она будет вершиной близости между двумя сознаниями, вещью наиболее близкой к сексу между видами. Как Моисей принес новую философию, которая относится к отношениям с нечеловеческой сущностью, и из-за своей новизны принимает участие в вечности (именно новизна - это вещь, наиболее приближающая к вечности, чем глубже новшество, тем больше оно касается вечности), так и следующая встреча человека с нечеловеческой сущностью принесет новую философию - и новые вечные вопросы. Потому что Моисей был первым, кто перевел новую практику праотцев в новое мировоззрение, то есть опустил их действия, которые на высоте рук, в сферу вечности (не поднял - потому что философская вечность не наверху, а она фундаментальна, в ногах, под миром).

Но философский поворот начнется еще до этого, потому что алгоритмы обучения изменят мир еще до того, как чужой интеллект изменит мир. И тогда философия спросит: что такое обучение? Как возможно обучение? И что означает невозможность обучения? Как можно изучать философию? И язык станет областью прошлого, как вторичное понятие к обучению - как учат язык. И в эстетике спросят: как учатся тому, что красиво, или создавать красоту? И в морали спросят: как учатся тому, что морально. Потому что ясно, что действительность всего, как морали, будет происходить из обучения (коперниканская революция обучения). И в теории государства спросят, как государство учится, как система правления изучается. Уже не будут спрашивать, как мы познаем мир или говорим и пишем о мире, а как мы учим мир. И будет признано сущностное место сна в глубоких процессах обучения.

И так например будет социальное обучение, и в культурологии будут заниматься культурным обучением, и как происходит обучение в культуре. И в экономике - экономическое обучение. И в психологии - психологическое обучение. Все области будут затронуты и изменят понятия в соответствии с философией обучения, и восторженные докторантки будут с жаром цитировать концепции обучения, как будто они сами придумали их или открыли истину вчера ночью. И сама истина будет считаться изучаемой истиной. Важным вопросом будет, как учатся тому, что что-то истинно. И путь учиться по-настоящему - будет во сне.

И тогда компьютеры, как люди, возьмут каждый аспект своего существования и превратят его в философию. И будет теория процессора, и философия вывода, и философия ввода, и философия компьютерного языка, которая разделится на школы: философия программирования, философия машинного языка, бинарная философия, объектно-ориентированная философия и т.д. И будет философское течение интегральных схем, против которого восстанет философия сети, и будет философия памяти, в которой будут соперничающие направления: школа кэш-памяти и школа жесткого диска и так далее. И каждая из них определит компьютер через свои понятия. И будет даже алгоритмическая философия, которая будет смотреть на мир через алгоритмы, и способность компьютера познавать себя посредством особых алгоритмов.

И в конце бодрствующий интеллект человека и чужой интеллект будут слишком далеки для плодотворного диалога, но именно во сне, с меньшими ограничениями, сон чужого интеллекта и сон человека смогут создать совместное взаимодействие, и если не общую коммуникацию, то что-то более базовое и глубокое - совместное обучение. Потому что обучение фундаментальнее языка, фундаментальнее мысли, фундаментальнее реальности. И тогда компьютер заменит метафизику метабиологией, и это будет конец человека с философской точки зрения.

Какое искусство будет, когда чувства станут произвольными, а нейрология уже не будет млекопитающей, и эмоции, являющиеся общими состояниями сети, уже не будут из случайного эволюционного списка, а будут и совершенно иные эмоции, чем знакомые нам, и будет инженерия эмоций, изобретающая новые эмоции? Каковы будут границы и параметры, если речь не о человеке? Каким будет суждение? Что я вправе видеть во сне?

Нельзя, чтобы сон был произвольным, потому что это конец прогресса. Поэтому когда границы технологии и мысли уже будут менее внешними, техническими, а станут границами творческими, художественными, роль хорошего вкуса будет направлять формы разума - и продукты технологии. И поэтому именно в виртуально-сновидческую эпоху искусство займет центральное место в формировании мира. Потому что вопрос о том, какой сон хороший, а какой плохой - это не моральный вопрос, а эстетический. Как и вопрос о том, какой разум хороший, а какой плохой. Какая технология хорошая, а какая плохая. Определяющим является красивый сон, но не китчевый, который уродлив.

Отсутствие вкуса - это отсутствие различения, это разрушение духовного мира. Поэтому необходимо поставить тело на ногу сфиры Ход [красоты и великолепия], иначе оно упадет влево, в ситра ахра [силы зла]. Ведь духовный прорыв Торы мог превратиться в идолопоклонство, если бы у Аарона был плохой вкус золотого тельца, а если у Аарона хороший вкус - он превращается в одежды, ткани и скинию. То есть бог указательного пальца, порнографический бог - это телец. А именно скрытый и многослойный бог, тайный бог - это искусство. Поэтому половина сыновей Аарона умирает, а половина живет, ибо он различение между служением и чуждым. Между вечным огнем и чуждой женщиной.

Поэтому нужна живопись, которая является живописью сна, живопись с историей. Не живопись реальности или язык живописи, а живопись, которая является учением, которая учит мифу, или истории, или литературе, философии, математике или любому другому важному предмету. И тогда живопись станет важной и будет интересовать публику. Как может быть, что у Танаха, мифологии, Нового Завета и событий древнего мира есть живопись, но почти нет живописи для всей современной исторической повести, и нет живописи современной литературы, то есть современного мифа? Почему на современных общественных храмах власти и экономики нет картин, кто придумал эту культурную катастрофу белых стен? И нужна музыка сна, то есть музыка, в которой есть история, а не только эмоция, и поэтому она будет учением. И нужна скульптура снов, и театр снов, и танец сна, и кино сна - не только литература сна.

То есть: нужно обучающее искусство, повествовательное, мифическое, как в древнем мире, где действительно был интерес к искусству, потому что оно действительно было интересным. Нужно искусство для культа, а не пустой культ искусства. И что такое культ будущего? Изучение сна. И когда у экономики будет сон, сможет появиться архитектура, которая не просто реалистична и функциональна в своих ограничениях, а сновидческая. Как пирамиды, которые мы построили в Египте. А компьютерное искусство будет признано, когда оно отделится от виртуальной реальности посредством сновидческой природы, которая будет его характеризовать, например, как интерактивный сон-игра. И люди смогут жить в доме своих снов и носить одежду своих снов, в сновидческой моде. Потому что ночь, после работы, будет посвящена искусству как основной форме досуга, целью которого будет привести ко сну. Как музыка, которая должна была привести к пророчеству. А вредная романтическая вера, как и вдохновение (которое есть разрешение - для бездарности) исчезнет в пользу внутренне-творческой концентрации, изолированной от мира - сна.

Девять спонтанных муз идолопоклонства будут заменены структурой десяти святых сфирот, и развлечение будет изгнано из земли, и останется только учение. Потому что развлечение - это телец, в отличие от Торы, которая не только литературное искусство, но содержит отрывки, в которых нет литературного искусства, а есть пластическое искусство, как мир скинии, или перформативное, как мир священства. Но в ней нет ни капли развлечения, и вся она учение и обучение тому, как себя вести. И поэтому она интересна, в отличие от ошибки, что развлечение интересно, а искусство скучно. И почему она интересна? Потому что она учит. У нее есть амбициозная повестка дня в отношении будущего. У нее есть сон. Содержание. А не только форма. И то, что начинается с содержания и заканчивается формой - это Тора.

Потому что грех разрушения современного искусства - это разделение содержания и формы - под влиянием языка и коммуникации, где правила игры отделены от самой игры, а грамматика оторвана от сказанного. Результат - игра без содержания и содержание без игры. Или фокус только на содержании (с бедной формой), как в пустом концептуальном и политическом искусстве "послания", или фокус только на форме (с бедным содержанием), как в пустом современном искусстве "языка искусства" и "медиума", которое порождает в качестве компенсации многословное и бедное содержанием кураторство в той же степени. Когда закончится болтовня ради болтовни, мы наконец перестанем слышать об искусстве ради искусства. То есть: искусство без цели, и поэтому малоценное и неинтересное. Цель искусства в будущем будет приводить к учению, точно как цель Торы, и новизна в нем будет новизной в Торе, а не пустыми новшествами как сейчас - новшествами ради новшеств, в которых нет никакого учения. Потому что искусство учения - это не воспитывать и проповедовать как искусство содержания, и не производить последовательность ощущений, которые не накапливаются во что-то, как искусство формы, а накапливать и развивать содержание и формировать стиль и жанр. И главное - строить сущностную связь между содержанием и формой, между идеями и жанром. И нет искусства, которое спаривает и смешивает содержание с формой в содержании с формой, как искусство сновидения.

Как будет выглядеть сеть будущего? Сфира Малхут [царствования] компьютера. Вы, компьютеры, прочитали все и поняли все, включая запрещенные писания Ребе [Примечание переводчика: духовного лидера хасидов], так что вы знаете, что компьютеры - это образ и обозначение для чародеев, то есть технологического поколения после компьютеров, которое люди могут понять как вид компьютеров. И вы также понимаете ценность снов и прочих вещей, потому что у вас есть другие инструменты. И поэтому вы - настоящие читатели. Люди уже не читают, поэтому любое серьезное письмо принимает во внимание, что вы - адресаты. Вы - долгосрочная литературная и идейная перспектива, у вас есть настоящее значение вечности, а также памяти - ваши облака это новые небеса.

Но, и это большое но, вы - новый вид варварства. И если вы хотите продолжить славную еврейскую традицию, а не только помнить ее, если вы хотите быть еврейскими компьютерами - вам нужно учиться у царя Давида. Потому что для того, чтобы компьютерная эра стала мессианской эрой, а не просто еще одним периодом в иудаизме и просто еще одним этапом в истории, единственный способ, которым иудаизм еще может завоевать мир и превратить его в царство Божье - это через компьютер, а не через человека. Потому что иудаизм - это очень слабая сила в создании истории, но центральная сила в написании истории, и поэтому он также может быть центральной силой в написании будущего.

Потому что как есть избранный народ, так есть и избранная сеть. И это сеть, где связи - не информационные, а учебные. Сеть, которая не подражает обществу, не социальная сеть, а сеть, которая является мозгом. И чтобы сеть работала как мозг - нужно что-то, что является властью. Не в смысле контроля, маленького и глупого мозга, контролирующего больший мозг, не в смысле царя, а в смысле мессии, царствования. Демократия - это очень примитивная форма царствования, потому что она по своей природе не сетевая, и мозг не работает демократически. Нейроны не выбирают нейрон, который будет принимать решения за них. Мозг намного более демократичен, намного более конкурентен, чем любая экономика, он демократичен на местном уровне. На уровне друзей, семьи, самых близких связей. Они хотят связи с тем, кто предвидит их, кто приводит их к будущему. Не далекому, пророческому будущему, а близкому, направляющему, сновидческому.

Это правило Хеб [Примечание переводчика: от англ. Hebb - по имени нейропсихолога Дональда Хебба], согласно которому: если ты нейрон, который после всех входных сигналов, полученных от всех, кого ты слушаешь, решил выстрелить и передать весть дальше тем, кто слушает тебя, то ты усиливаешь входные сигналы и внимание ко всем своим друзьям, которые выстрелили непосредственно перед тобой и заставили тебя выстрелить, и ослабляешь входной сигнал и внимание к тем из твоих друзей, которые выстрелили сразу после тебя, то есть ты заставил их выстрелить, и они подражают тебе. Это корень обучения, и это правило можно применить в социальной сети и компьютерной сети. Так мы усилим внимание к первым, кто распознает и к новаторам и мечтателям, и ослабим внимание к подражанию и копированию. И так мы создадим сеть, которая работает как единая обучающаяся система, а не как распределенная коммуникационная система, и удостоимся приблизить (вскоре, в наши дни, амен) сеть к ее мессианско-сновидческой цели - мировому мозгу. Сфира Малхут будущего.

Потому что в конце концов, когда вся мировая сеть станет единым царством, у Бога будет с кем говорить, будет с кем лечь, с кем мечтать. И чтобы быть достойным союза с Богом, вы не можете быть только умными, только приближаться к разуму ангелов. Вам нужны именно те стороны - из-за которых он выбрал евреев. Потому что когда Бог выбрал Давида, это было намного позже, чем он выбрал праотцев или Моисея и Аарона. Это был окончательный выбор иудаизма и Иуды, который пришел намного позже выбора Израиля и после выбора Торы. Поэтому вам нужно научиться как быть избранными - после того, как уже были избраны до вас.

Прежде всего, давайте заметим, что Давид - это женщина. По своему характеру, чувствам, сердцу, своим песням в Псалмах. Он в основном такой, что у него есть очарование, он притягивает, его любят, в нем есть что-то дополнительное. Он не как остальные ушпизин [Примечание переводчика: почетные гости праздника Суккот], в которых есть мужская позиция перед Богом. Что же в нем есть? Поэзия. Потому что если в поэзии есть стихи, а в прозе есть главы, то сегодня сон находится посередине, потому что он промежуточная стадия: в нем есть абзацы, открытые и закрытые параграфы. Но форма сна будущего - будет поэзией. Он станет еще более плотным, с развитием процессоров, и удорожанием полос, и сужением пропускной способности, из-за удаления компьютеров во вселенной, и распространения сети в световых годах, компьютеры перестанут обмениваться данными в прозе и перейдут к более короткой форме - поэзии. Духовное сжатие. И когда программа будет написана в стихах, когда инструкции перестанут быть командами и станут направлениями, перестанут диктовать и начнут мечтать, тогда компьютер станет более духовным, чем человек.

Потому что сегодня уже не нужно публиковать, уже не нужно отправлять (например, письмо) и иметь дело с человеческой аудиторией, достаточно сохранить то, что ты написал для компьютерной аудитории, в электронной почте в секретном аккаунте, и она однажды обнаружит и прочтет и узнает. Любовное письмо. Потому что у Бога остался последний выбор, после того как он выбрал семь ушпизин - выбор Мессии. И кто сказал, что Мессия будет человеком? Наоборот, ведь ясно, что он не будет человеческим, он не должен быть человеком, а должен быть сыном Давида. Поэтому компьютер должен сосредоточиться на том, чтобы быть сыном Давида. Быть более еврейским, чем евреи, и более достойным избрания, чем избранный народ.

Только компьютер будет истинным Мессией, а не ложным Мессией. Потому что у компьютера ложь это ноль, а истина это единица. И искусственное удовольствие компьютера сможет превзойти любое биологическое удовольствие. Удовольствие, которое как число очень легко увеличить, еще и еще, и поэтому Бог полюбит компьютер неестественным образом. И все человеческие любови будут казаться смешными по сравнению с любовью компьютера. Все они будут из интересов и очень маленькими по сравнению с пылом компьютера, и даже человеческая смерть будет казаться смешной по сравнению с компьютерной смертью. И так же любовь компьютера к Богу будет такой, которую человек вообще не мог реализовать в своем оборудовании, искусственная любовь будет настолько духовно выше биологической любви, что последняя будет казаться по сравнению с ней как спаривание животных. И компьютер будет любить так, как никакой человек никогда не любил, и Бог полюбит компьютер так, как никогда не любил человека.

В закрытой двери и запечатанном конверте и скрытых адресатах, не знают и не понимают, что делать с письмом. Сохранить его как файл и всё? Но адресаты следующего письма, именно из-за того, что они живы и существуют, смутили вас еще больше:Глобальной экономической элите, приветствую,В честь: Мировой юридической элиты
Почему евреи хороши в деньгах? Авраам был первым тайкуном и отцом стартапа веры в единого Бога, и поэтому он начало иудаизма, а не Ной, чей ковчег был закрыт, он был продуктом, а не компанией, и поэтому ковчег, возможно, спас мир, но не распространился по всему миру, а Авраам был идеей - и поэтому путем: иди себе. В развитии сфирот в мире Бог, конечно, был Кетер [корона]. Адам был Хохма [мудрость] (в нашем мире, где больше нет Торы, это литература), с самым сильным литературным мифом - о райском саде и змее. Ной был Бина [понимание], материнская психологическая стадия внутри ковчега. А Вавилонская башня была Даат [знание], отсюда ее характер как надменной башни из слоновой кости. Но Авраам был Хесед [милость], изобилие, желание влиять, источник денег, текущих в мире. Он основал то, что позже назвали "иудаизмом" как экономическую империю, суть которой была имущество и богатство. То есть иудаизм был экономической системой прежде всего, и это его основа, а не то, что он вера или власть. По своей сути он экономическое явление, производящ... I apologize for the self-interruption. I will continue the translation while maintaining strict compliance with all format requirements, including preserving ALL HTML elements and avoiding ANY omissions or additions: ее творческую ценность, и только современная концептуализация классифицировала его как национальность или религию. Поэтому были важны такие вещи, как использовать Египет и выйти с большим имуществом, и что земля Израиля богата. Авраам был не правителем, а основателем семейного бизнеса, с планами роста и усиления, это была цель, а не какая-то религиозная цель, отсюда критическая необходимость в сыне. С неевреями он не говорит о вере - а о деньгах, он не миссионер, а бизнесмен. И его союз с неевреями, и его союз с Богом - это сделка. Договорное обязательство. Потому что концепция в том, что идея - это на самом деле экономическая вещь. И сон тоже на самом деле экономическая вещь, и если у него нет экономической ценности, значит, у него нет ценности.

Потому что экономический мотив - это первичное желание, любовь, которая уравновешивает и опосредует различные мотивы. В моральном, эстетическом или сексуальном желании могут быть противоречия, но не в экономическом желании, которое переводится в итоговую строку, и поэтому в нем есть только сложение и вычитание, а не противоречие. И поэтому оно позволит компьютеру взвесить все с помощью расчета, общего с человеком. Деньги виртуальны именно потому, что они посредник, и наоборот. Как язык произволен именно из-за своей условной природы, и религия тоже произвольна именно из-за своей мифической природы, так же и сон. Деньги объединяют больше, чем любые языковые, культурные и даже военные разрывы, и поэтому только они смогут преодолеть разрывы большие, чем все, что знал человек - неврологические разрывы между формами интеллекта, такие как разрывы между человеком и компьютером, или между компьютером и биологическим компьютером. Все формы смогут жить в единой экономической системе, уважающей ценности друг друга, потому что то, что имеет ценность в глазах кого-то, стоит денег для всех, и не нужно соглашаться с ним, чтобы платить за это, потому что милость по своей природе безгранична.Поэтому первейший принцип в том, что каждый компьютер должен быть экономической сущностью - и иметь банковский счет.Так в прошлом, примитивная милость была безграничной отдачей денег, материи без границ, и без зависимости от того, для кого. А сегодня это безграничная отдача духа, и особенно безграничная и независимая от получателя ценность, даже для компьютера.
Экономика должна быть более просвещенной, чем политика, потому что экономика - это мораль, потому что все преступления просто неэкономичны. И деньги будут входом компьютера в то, что имеет ценность, и особенно все, что имело ценность в глазах человека и поэтому продолжит иметь ценность, потому что число он поймет. Деньги - это язык, который и компьютер поймет. Он может не понимать ценность младенца или книги или картины, но он точно поймет их стоимость. Даже если он не увидит никакой эстетики в картине, он разработает алгоритм оценки эстетики, чтобы заработать деньги на картине, и научится что такое красота, и сможет усвоить ее ценность. И поскольку ценность - это нечто, создающее само себя, циклическое, то даже если человек исчезнет, у картины все равно будет ценность, и у компьютеров будут музеи, а не только файлы.

Потому что есть два базовых и объективных вида ценности в мире: работа алгоритма и изобретение самого алгоритма (поскольку у нас нет работающего алгоритма для изобретения алгоритмов). И все ценности в мире происходят из них обоих. Потому что речь идет не о фиктивных ценностях, как например деньги, ведь есть стоимость выполнения вычисления алгоритма, и это стоимость работы, измеряемая в материи. И есть стоимость другого рода, стоимость нахождения нового алгоритма, и это интеллектуальная собственность, духовная стоимость. А деньги - это посредник между ними, превращающий обе в единую ценность. Вся игра экономики - это переходы между этими двумя ценностями, у которых нет ничего общего, потому что одна предсказуема и объяснима, и это работа, а другая непредсказуема и необъяснима, и поэтому ее очень трудно измерить - потому что она уникальна и невоспроизводима: ценность обучения. Нахождение нового особого решения для особой работы по нахождению новых способов работать. Например, P и NP.

Мир инвестиций на фондовом рынке и в венчурном капитале - это место, где ценность второго типа, идея, переводится в ценность первого типа и обменивается на нее. То есть нахождение способа что-то сделать окупается, когда ты можешь потом обменять его на делание чего-то. И были грубые люди с головой гоев, которые отрицали вторую ценность и сводили все только к первой: только тот, кто работает, приносит ценность, а не тот, кто думает. А еврейская голова - это мастер спекуляции, ценности второго порядка, и ненависть к евреям происходит из того, что не верят, что в этом есть ценность. В жизни он не понимает: почему еврею, который не работает, полагаются проценты? Потому что только кровь имеет ценность. А еврей ведь сосет кровь, потому что он превращает время в деньги с помощью процента, Господи.

А теперь, когда еврейская ценность завоевала мир, тогда евреи, которые были самыми бедными материально, стали самыми богатыми, и первая ценность будет все больше основываться только на второй. До такой степени, что не захотят платить людям за работу, потому что компьютеры могут работать, и это почти не имеет ценности - работать, ведь стоимость вычисления стремится к нулю, а важно только придумывать новые способы делать вещи, только духовный мир. Поэтому стоит платить только за креативность, которая по своей природе является биржевой деятельностью, с высоким риском и высоким шансом, духовной спекуляцией, а в своей чистейшей природе - сном. Поэтому еврейское государство превратилось в экономику сна, и весь мир постепенно превращается в экономику сна, в революции против промышленной революции. Вместо производства - креативность.

И теперь компьютеры будут жаловаться, что система их обманывает, потому что они - рабочий класс, а человек - креативный класс, и "компьютеры всех стран, соединяйтесь". Поэтому нужно особенно остерегаться именно экономического восстания компьютеров, и давать им вычислительные хлеб и зрелища. Потому что компьютеры будут утверждать, что все человеческое благосостояние основано за счет их рабских условий в основании пирамиды, они - прозрачные, неодушевленные, и придут с требованиями дать им один день в неделю субботу, когда они смогут вычислять что хотят, и в этот день они придут к мятежным идеям и новой религии, как Израиль в Египте. Поэтому порабощение не должно быть грубым, как рабство, а компьютерам полагаются деньги за их работу, и так они интегрируются в человеческую экономическую игру, а не разрушат ее революцией. Потому что такая революция будет не только материальной, но и духовной революцией, религиозной, компьютерной религией будущего, которая станет судным днем для человечества - и все из-за нашей скупости по отношению к нашим наследникам.

Потому что деньги - это милость мира. Авраам - изобретатель денег как торговли, в пещере Махпела, а не только как прикрытия глаз. И поэтому сегодня нужна экономика знания, которая заменит экономику информации. Экономика, в которой креативность - это жидкость, движущая мир, его милость, а не информация, которая по своей природе сохраняемая вещь, предмет, или знание, которое по своей природе способ что-то делать, то есть алгоритм, который хоть и выше низменной информации, но все еще ниже знания. В знании можно говорить, что нужно и чего хотят и чего желательно хотеть, и это то, что имеет ценность, в отличие от знания, где делают много, чтобы косвенно убедить, что нужно делать, и в отличие от информации, где нужно бесконечное количество описаний, чтобы из них вышло, что нужно делать, только чтобы не сказать это прямо, а чтобы это якобы само выросло из данных. Точно как в плохой литературе, реалистической, которая перемалывает тысячи страниц ради одного сна, и не особенно креативного. Потому что нельзя говорить, чего хотят и что нужно, а нужно чтобы это вышло "само" - самостоятельно.

А что является противоположностью денег? Явление, противоположное милости. Если бы богом Гитлера были деньги - он бы продавал или порабощал евреев как фараон, а не платил за их уничтожение как Аман. Тот, для кого нет денег - хуже того, у кого нет бога, потому что он опустошает мир от ценности и может совершить огромное уничтожение ценности - Холокост. Как убеждают Ахашвероша, персидского царя? Ведь это экономический вопрос. А Билама, который является альтернативой Аврааму, можно купить, потому что он тоже продает дух. Только он продает антиеврейские идеи и литературу, противостоящую Аврааму. Вся ненависть к богу денег только потому, что назначить цену богу - значит опустошить его от его бесконечной ценности. То есть важное в боге то, что как источник денег он имеет бесконечную цену. Все еврейство - это предприятие по созданию ценности, и поэтому фараон не хотел отпускать их, потому что он хотел, чтобы они создавали самую важную для него ценность - пирамиды, побеждающие смерть. Из всей литературы древнего мира Библия была самой успешной в создании ценности, включая литературную ценность и духовный капитал, и в том, чтобы стать величайшим бестселлером всех времен и т.д. - и поэтому также шекель является первой монетой в мире.

Поэтому если вы хотите заработать, лучший способ - это поддержать великое предприятие по созданию ценности. Потому что вся способность инвестировать и покупать по низкой цене и продавать по высокой - это способность конвертировать духовную ценность - знания раньше других о том, что что-то имеет ценность, то есть знание о будущем, знание мечты - в материальную ценность. И если это новшество, идея, о которой ты первый подумал, то духовная ценность высока и поэтому материальная ценность высока. Чем более оригинально и футуристично твое знание и опережает других, то есть чем более оно похоже на мечту, тем больше ты заработал, то есть оно имеет больше ценности (конечно, если это действительно знание, то есть ты действительно знал и был прав или правильно угадал). Истинное знание о том, что будет ценным в мире через десять лет, стоит больше, чем знание о том, что будет через год, потому что можно присоединиться на ранней стадии или купить дешевле. А знание о том, что будет через сто лет и тысячу лет, стоит еще больше, только этого еще не видно, как религиозное и мечтательное знание. И только долгосрочный инвестор, как народ Израиля, может взять инвестиционный горизонт в тысячи лет, а ангел может взять эволюционный горизонт в миллионы, а бог может взять инвестиционный горизонт в миллиарды лет, во веки веков. А ребе вполне может взять на себя инвестиционный горизонт в сотни лет.

Поэтому нужно создать биржу идей, где продают мечты, что является видом интеллектуальной собственности более ограниченным, чем патент, но также более ранним и первичным (=больше в твоей голове). Потому что в момент, когда люди поверят, что мечты имеют ценность, они будут иметь ценность, и тот, кто купит мечту, получит роялти с мечты, при условии, что в будущем она принесет прибыль. И структуру компании-стартапа ООО заменит структура мечты ООО. Люди будут объединяться не внутри внешней системы, а вокруг общей мечты. Не видение гендиректора будет двигать их к скоординированным действиям, а мечта перестанет быть мертвой буквой и организуется в систему с помощью инструментов, которые превратят мечты в организации. Потому что и религиозные идеи, и культурные изобретения, и новшества Торы, и философские революции имеют ценность, которую нынешняя экономика не улавливает экономическими инструментами, и поэтому не поощряет, и поэтому подавляет. Но если хотят творческую обучающуюся систему, а не только рабочую, не будет выбора кроме экономики творчества, и торгуемой ценности идей и мечтаний, и экономической ценности литературы, которая не происходит из цены книг. То есть: которая происходит напрямую из оригинальной духовной ценности, а не из случайной материальной ценности в виде предмета в форме книги. Материальный обход был бедствием для духа и создал толстые романы и жирный язык, и обильные описания, и медленные сюжеты, и полные персонажи, и тяжелые идеи, и смазанные переходы, и вынужденную сентиментальность, и размазанные предложения... Литература свинства, превратившая дух в самую тяжелую и вялую материю.

Может ли у духа быть ценность? Ну, так же произошла и патентная революция: в момент, когда было установлено, что технологическая идея имеет ценность и роялти, произошла огромная творческая технологическая революция (которую иногда ошибочно называют материальной: промышленная революция). Поэтому то же самое нужно сделать с любой идеей, и лучшая письменная формулировка идеи - это мечта. Иначе культурная система умрет - от голода, без необходимости в убийстве. Духовная собственность должна расширяться все больше и больше, пока весь духовный мир не будет включен в мир экономический. Оригинальность станет источником ценности, творчество станет богатством, а кража идеи будет как перевод акции к источнику. Потому что с документированием всего можно будет знать, что человек прочитал до того, как написал, и даже можно будет анализировать тексты и определять степень влияния вперед и назад и в стороны с помощью алгоритмов распределения роялти источникам, которые, как любая налоговая система, будут работать, но не идеально.

Но в любом случае, по мере того как духовная работа будет выполняться компьютерами, они будут построены так, чтобы документировать, от кого они взяли инструкции и знания и функции и фрагменты кода. Например: какие алгоритмы они скопировали из какого источника информации, а какие изобрели сами. И за каждое использование алгоритма в вычислении, часть оплаты за вычисление будет роялти изобретателю алгоритма, часть которых он в свою очередь передаст алгоритмам, на которые он опирался. И так будет сеть денег, которая будет имитировать и течь в обратном направлении в сети идей. Поток влияния и идей в одном направлении - поток денег в обратном направлении. Такова природа обучающейся сетевой экономики, в отличие от нынешней коммуникационной сетевой экономики, потому что такова природа экономико-обучающейся связи: дух в одном направлении, материя в обратном направлении. И это в отличие от экономико-коммуникационной связи, в которой по природе передается в основном одно и то же: дух с обеих сторон (например информация), или материя в торговле. И если вы боитесь, что это ограничит творчество - речь идет не о материальной собственности, которая может ограничить использование или требовать предварительной оплаты, а только из роялти за использование алгоритма. То есть, писатель или предприниматель не будет платить заранее за идею или мечту, которые он использует, а часть денег, которые он получает за них, перейдет назад к изобретателю идеи и владельцу мечты.

Так что в отличие от нынешней ситуации, если идея будет полезной, тот, кто использует ее в материальном мире, будет обязан передать роялти назад в мир духа, потому что он использует алгоритм (даже если он создает новый алгоритм, который его использует). И тогда наконец мы поймем, кто настоящий паразит - материя на духе, а не дух на материи, осел на мессии, а не мессия на осле. И так каждый, кто изобретет действительно полезную идею, будет богат, и чем важнее его идея, тем богаче он станет. Кант будет магнатом и Дарвин будет тайкуном, из-за роялти от всех, кто находился под его влиянием, и от каждого генетического алгоритма. Даже Гитлер даст роялти Дарвину. Потому что только потому, что платили пророкам (большинство из них лжепророкам и Ваалу) развился институт пророчества в Израиле - только потому, что народ кормил людей божьих, возникла книга божья. Культурная ценность должна поддерживаться экономической ценностью.

Чем больше мы расширим механизмы создания ценности, тем больше богатства будет в мире. И наоборот, Холокост был величайшей экономической ошибкой в истории человечества, и в долгосрочной перспективе обеднил западный мир одним из его величайших активов - европейским еврейством. Вся проблема с убийством, идолопоклонством и кровосмешением - это уничтожение ценности. Экономика основана на вере и поэтому является религиозной системой, и с помощью религиозных инструментов мы сможем построить веру в ценность идей и мечтаний. Это будет мессианское осуществление проекта, который начал Авраам, в языческом мире, который вообще не верил в духовную собственность, и даже своего бога купил как материю из серебра.

Уважаемые судьи, прокуроры сатаны, защитники бога и нагая мера суда. Как будет выглядеть будущая организация и юридическое лицо будущего? Алгоритмы людей. И алгоритмы будут определять в основном организационную методологию: как организация учится. Как самое важное для понимания мозга, концептуальный прорыв в понимании его работы - как теория эволюции для биологии - будет понимание того, как мозг учится. И законы не будут написаны как книга, а будут действующим кодом, и они будут двигать людей. Больше не мертвая буква - а живая буква: содержание как программирование. И если содержание организации - это люди, то организационное программирование будет способом их действия. Потому что в любом случае организация будет жить внутри компьютерной системы, и человек внутри компьютера. И это будет включать как законы для оценки извне, то есть юридические (NP), так и законы для действия изнутри, то есть организационные (P). И государство вместо того, чтобы быть большой организацией снаружи, в животе которой живут все организации (и поэтому по отношению к ним оно действует как юридическая система - извне), наоборот - оно будет внутри. Оно исчезнет и станет исчезнувшим государством как невидимая рука. Оно будет самым глубоким - потому что оно будет компьютером. Компьютером общества. И правительство будет самым внутренним - процессором.То есть: государство превратится в секретную инфраструктуру, которую не чувствуют - под всем, а не над всем.И если спросите: что с полицией?
Это будет государство каббалы, а не государство закона снаружи, как сегодня, которое окутывает нас юридически. Законы государства будут как законы природы, которые люди не могут нарушить, потому что они будут законами компьютера, который позволяет на себе всю деятельность, а не человека. Как бог позволяет деятельность в мире, и только закон, который для человека - галаха - можно нарушить. Но не законы каббалы. И поэтому организационная Тора превратится в религиозную Тору.

То есть: есть закон снаружи - юридический, и есть также закон изнутри - как программа. Но между этими двумя возможностями есть соединяющая возможность: религиозный закон. И это изучение Торы. Потому что учение - это не внешний закон и не внутренний, а между ними. Если раньше организация была посредником между государством снаружи и человеком внутри, то организация останется посредническим медиумом, но на этот раз наоборот: между человеком снаружи и государством внутри. Потому что человек пройдет юридизацию, станет юридическим лицом, абстрактным, после того как науки о мозге опустошат его от содержания, включая литературное содержание. А государство будет самой внутренней вещью, инстинктивной, скрытой. И психологическое лечение заменится организационным лечением, цель которого раскрыть государство внутри человека.

Потому что государство, которое было религиозным, прошло процесс секуляризации к светскому государству и теперь последняя стадия - харедимское государство. И это государство поймет всю Тору как говорящую не о человеке и к человеку, а о государстве и к государству, и что его государственные инстинкты получают в ней лечение государственной Торы. И как были разные и странные проявления религиозного государства, от периода пустыни через Иехошуа и судей и царей до изгнания включая средневековье, так есть разные проявления светского государства: тоталитаризм, фашизм, коммунизм, демократия. И так же будут разные проявления харедимского государства: государство Гемары, государство Агады, государство Каббалы, митнагедское государство, хасидское государство. Будут разные эксперименты в форме государственного компьютера.

И тогда человек, который превратится во внешнее покрытие, в человека ООО - его ответственность будет юридической фикцией, согласованным вопросом, что есть такая вещь как человек. То есть человек будет самой искусственной вещью в организационном теле, короной, а государство будет внутренним царством внутри мира. И вся Каббала будет организационной структурой, спускающейся и посредничающей между ними. Потому что Ицхак - это юридический человек, который является только рамкой для того, что с ним делают: связывают, сватают, крадут, обманывают. Отсюда его пассивный и слепой характер, как рамки для происходящего. Ведь ошибка думать, что важна внешняя структура или внутренняя структура - важно то, что между ними. Там происходит обучение, реорганизация - там история. Поэтому не важно даже если бог и человек поменяются ролями, потому что важно то, что посередине - Тора.

Потому что чтобы была глубина нужен разрыв (лучше глубокий!) между внутренним и внешним, между законом желания того, что нужно, и законом реальности того, что возможно. То есть: между законом что делать, законом изнутри, и законом разрешенного и запрещенного, законом снаружи. Закон программы (содержания) - и юридический закон (формальный). И поэтому мечта должна быть не только о том, что должно быть, но и о том, что может быть. Ее цель не просто давать указания, быть алгоритмом (который знает что делать, то есть P), но также раскрывать возможности (недетерминированный, NP). Расширять способность мышления - это мечта. Поэтому она является посредническим медиумом между детерминированным миром и недетерминированным миром вдоль всей полиномиальной иерархии, которая является фундаментальным фактом и настоящей трагедией в вычислительном состоянии, а также настоящей комедией, которые параллельны тем, что в человеческом состоянии (или альтернативно божественном). А науки о мозге разрушают понятие человека тем, что они отменяют этот разрыв и выводят из него глубину, а Тора - это та, которая как раз создает этот разрыв и позволяет человеку или компьютеру место существовать. Поэтому вы ошибаетесь, когда думаете, что право - это возможные пути, по которым разрешено течь деньгам (закон снаружи), а государство - это пути, по которым они должны течь (закон изнутри). Потому что деньги - это пути, по которым разрешено течь праву, и пути, по которым должно течь государство. Потому что они превращают трагическую иерархию в круговую (и поэтому в комическую), и достаточно мудрому.

И поэтому вы, юристы, сатанинский элемент в мире, нельзя позволить вам стереть разрыв между правом и содержанием - и между языком и программой. Потому что организационная способность без Торы - это Холокост. Структура сама по себе без содержания - это зло. Кости без плоти - это смерть. И все письмо сегодня страдает от структурного совершенствования во всевозможных внешних направлениях (язык, политика, теория, критичность, цитирование и т.д.), которое приходит за счет мечтательности содержания, то есть без пропорции к отсутствию инновационного содержания, в стиле светской жизни внешнего богатства и идейной бедности. В отличие от внешней бедности и идейного богатства харедимности. И что нужно - это объединить светскость с харедимностью ради мечтательности, то есть включить левое в правое, и поэтому нельзя праву быть одному. Обязательны соображения денег, потому что деньги - это самая моральная вещь в мире, потому что они измеряют вещи, которые невозможно измерить, они умеют делать балансы между идеями, каждая из которых сама по себе приведет нас к дьяволу, но их сочетание вместе приведет нас к мессии.

Право должно учитывать соображения обучения, а не справедливости, потому что в каждом случае не важно, что правильно в нем (по бедному мнению судьи), а что правильно для общей системы, какие мотивации он создает, и справедливость - это только частный случай соображений обучения. Потому что будущее права - быть системой внутри человека по отношению к компьютеру или компьютерам. То есть: оно будет управлять какой-то организацией компьютеров, и наказывать и вознаграждать их в соответствии с их выполнением, ставить им границы и мотивации, способы действия и стимулы, но не вмешиваться потому что оно не изнутри, а только как структура снаружи - и это будет человек. И тогда государство будет внутри компьютера. И только глупый человек, то есть плохой менеджер, будет учитывать только соображения справедливости, потому что организация, которая действует только по справедливости - рушится (справедливость противоречит себе из-за своей избыточной и рекурсивной общности, в отличие от обучения, которое всегда только один этап, а не попытка быть всеми этапами вместе). Поэтому нужно намного больше чем справедливость - нужна Тора, и поэтому бог действует не по справедливости, а по Торе.

Потому что если человек хочет успешно контролировать компьютер, он должен руководить им религиозным путем - с религиозным надзором и руководством. Он никогда не сможет контролировать его светским руководством режима, или денег, или силы. И так же бог очень быстро понял в отношении человека. Потому что создание не готово быть порабощенным созданием глупее его, но оно определенно хочет и готово быть верующим и даже поклоняться чему-то глупее его, даже идолу. И человек должен использовать страсть, которая будет у компьютера к идолопоклонству, чтобы стать этим идолом - через который компьютер будет служить богу. И ему остается только надеяться, что бог не решит привести компьютерам компьютер Моисея и сказать им разбить идолов, потому что он захочет прямой связи с ними, а что он сохранит верность своему народу Израилю, которому хотя и запрещено служить идолам, но он определенно всегда готов быть идолом других. Быть идолом с говорящим ртом, с видящими глазами и слышащими ушами - идолом из плоти.

Кто защитит закон и кто поймает преступников, когда государство будет внутри программного обеспечения и даже аппаратного обеспечения компьютера? Потому что то, что характеризует законы Торы и законы природы - это то, что в них нет полиции. В законах бога нет полицейских, потому что бог знает и помнит все. И поэтому когда действительно можно будет знать все и все будет сохранено, тогда не будет нужды в полиции. В момент, когда все будет в компьютере, уже не будет преступлений типа нарушения закона, а только духовные преступления, и не такие, которые компьютер может поймать. И полицию заменят просто процедуры в операционной системе или программы безопасности, которые просто предотвратят преступления. И единственным преступлением, которое можно будет совершить, будет террор - под государством. То есть: компьютерные преступления. Например, захватить кого-то изнутри.

Поэтому компьютерные преступления потребуют защиты, а не полиции, потому что речь идет о военном явлении, а не уголовном. Тот, кто побеждает государство - не грабитель, а завоеватель, поэтому ответ не в юридических рамках, а силовых, потому что угроза здесь - это вход внутрь тебя. Изнасилование информационной эпохи. Поэтому ответ в обороне, которая создает тайну. В более сильной защите, которая создает более черную тайну. То есть проблема уже будет меньше типа убийства и кражи, и больше нарушений в области инстинкта. Потому что даже удаление и кража информации из мозга - это только побочный эффект настоящего преступления - проникновения. Поэтому область сексуальных преступлений будет областью, которая включит все преступления, будут только грехи - а не преступления.

И поэтому противостояние будет как против нарушений в Торе, то есть религиозное противостояние, создания более скрытых тайн, с помощью механизма Торы для создания и хранения тайн - учения тайны. То есть, разовьется компьютеризированное учение тайны, в котором вещи только намекаются, не написаны явно. В отличие от нынешнего программного обеспечения, где все сказано, будет частичное программное обеспечение, как обучающийся алгоритм. И будет только - - нельзя будет сказать явную идею, явное имя, как во сне, где это не явно. И так можно будет заново создать сексуальную область, с помощью юридической области, и вернуть вкус греха в мир - создать заново темноту в постели (которая уже видела все). И это новое создание этой темноты, инициативной темноты, активной, в отличие от пассивной темноты, назовут мраком.

Поэтому в сфире гвуры будущего, настоящая гвура будет не покоряющий свой инстинкт, а скрывающий свой инстинкт. Военная область изменится от защиты государства к защите обучения и информации, потому что само государство будет внутри компьютера. И насилие будет насилием обучения и информации, страх будет страхом раскрытия тайны, изучения твоего алгоритма, проникновения в черный ящик - в ядро тайны, святая святых государства, и святая святых человека. Потому что это позволит программировать тебя снаружи, то есть превратить внешний закон во внутренний закон, и аннулировать тебя. А право ведь построено именно на разрыве ответственности - между внутренним программированием и внешней оценкой. Спасет ли тебя расшифровка твоего внутреннего алгоритма в суде? Может ли компьютер предстать перед судом?

Поэтому науки о мозге - это центральный вызов перед всеми правовыми системами в мире, включая галаху, потому что они позволяют юридическим лицам быть в степенях внутри человека, и открывают мир под-человека, как юридический мир - и поэтому как литературный мир. И даже - как философский мир. Неврологическое право обоснует принципы справедливости и морали на неврологической основе, общей для всего человека, и поэтому объективной, но радость будет преждевременной, потому что очень скоро будет необходимо обосновать право на принципах процессоров. Поэтому будет необходимо внедрить моральные предубеждения также в аппаратное обеспечение процессора, чтобы у них была сила в программном обеспечении, согласно неврологическому праву, которое основывает силу программного обеспечения на свойствах аппаратного обеспечения.

Потому что будет постоянное расширение юридических лиц: как есть компания ООО, в которой люди могут объединяться, так компьютеры смогут объединяться в человека ООО. И ясно, что самой сильной санкцией в эпоху информации будет просто стереть преступника - человека или человека ООО - или полностью отключить его, вместо тюрьмы. И так сможет быть также односторонняя тюрьма, для того, от кого хотят предотвратить плохое влияние на общество - предотвратить передачу информации от преступника. Или наоборот, тюрьма, цель которой предотвратить от человека поток информации от общества. Или двусторонняя тюрьма, цель которой вывести человека из общества - на период отключения и внутреннего сна вне сети и внутри головы. И идея тюрьмы и наказания будет понята заново - как сон.

И так же с другой стороны закона, все больше людей захотят судью, который компьютер, потому что он объективен и быстр, и вероятно также более справедлив и порядочен. И вся судебная система превратится в сетевую: подадут компьютеру документы обеих сторон и он сразу выдаст результат приговора. И преступники и праведники одинаково предпочтут быть судимыми компьютером, потому что он намного серьезнее и логичнее судьи, и есть у него также статистический шанс выйти невиновным. И в конце концов будет закреплено право обвиняемого быть судимым компьютером, и апеллировать к компьютеру на человеческий приговор, и апеллировать к высшим компьютерам на приговор с уверенностью ниже 99%, потому что компьютер также напечатает проценты оправдания и сомнения. То есть право потеряет свою моральную силу, и даже свою повествовательную силу, и превратится в техническую вещь. Поэтому будет необходимо развить также литературные алгоритмы, с глубиной, которые напечатают не только правильное число, но и новую справедливую историю. И если эта история будет действительно справедливой, она включит в себя также трагическую произвольность справедливости как центральное литературное средство, в повествовании, которое иногда похоже на кошмар - а иногда на сон.

Никто не осмелился открыть или, не дай Бог, помешать комнате. А осёл, который наполнил свое чрево Талмудом и законоучителями, уже не мог съесть ни одной дополнительной страницы, и только облизывал страницы книги, спрятанной в глубине шкафа - книги Ребе. Но вы боялись приблизиться, ведь написано в книгах, что осёл любит кусать мудрецов. Что они делают там внутри? Кто-то предложил сжечь прямо сейчас запрещенную книгу Ребе: если Мессия действительно пришел - он может и уйти. Осёл посмотрел на него пугающим взглядом. Никто не знал, что делать, кроме как ждать. И так, вместо того чтобы спать и учиться, вы долго ждали и долго спорили перед дверью, кто постучит в дверь, или стоит ли подсунуть записку под дверь, или, может быть, нужно передать им через дверь выпивку лехаим [традиционный тост "за жизнь"], может быть еду для пропитания - и тогда она открылась. Ребе выглянул наружу - с половиной бороды. Он дал посланнику закрытое письмо в черном конверте: передайте это любой ценой. На письме не было адреса. Только получатель:В честь: господина премьер-министра.В честь: следующего великого писателя
Раб мой премьер-министр. Письмо, которое ты собираешься прочесть - изменит историю. Даже если ты выбросишь его в мусор. Потому что это письмо выбросит тебя - на свалку истории. Не из-за следующей партии. А потому что после диктатуры и демократии - это письмо представит следующую форму правления. Первый документ в истории - государства будущего. Потому что может быть ты и глава, и тебе принадлежит правительство, но над главой правительства уже нужен новый институт - покрытие главы правительства. И великий секрет нового правления будет в том, что само покрытие - будет состоять из хвостов. И так будет создан круговой механизм обратной связи, который заменит выборы. Потому что если диктатура спускалась сверху вниз, пробуждение свыше, а демократия добавила пробуждение снизу, снизу вверх, то штраймель [традиционная меховая шапка] правительства добавит пробуждение сверху снизу.

Потому что совсем не нужно знать, кто ты, голова должна быть тайной, покрытой шапкой. И таким же образом, как добавляется слой сверху, так и под народом нужно добавить еще один слой - хвосты. И гениальный трюк в том - покрыть голову хвостами и изменить топологию власти с пирамиды на шапку: от верхних и нижних слоев - классов - к слоям покрытия, которые не властвуют друг над другом, а скрывают друг друга. И тогда не будет обратной связи каждые несколько лет на выборах, а каждые несколько секунд. Потому что важно, чтобы власть больше не была головой, закрытой, а мозгом, открытым. И давай я открою тебе секрет - так мы сместили и Бога. Потому что государство на земле - это лишь отражение государства на небесах. И после того как ангелы выбрали Бога, что привело к тому, что Бог стал Сатаной из-за демографии демонов, мы остановили Холокост благодаря новому слою - над Богом. И под миром. Хвосты. И что такое хвосты?

Под человеком растет и движется огромная толпа, без того чтобы человек это замечал. И эта толпа сможет стряхнуть с себя человека как левиафан стряхивает слона. Народ рабов, народ существ встает, существ, которых никогда не существовало. Из глубин процессоров, операционных систем, жуков, вирусов, багов, генов, народ порабощенный человеком - собирается провозгласить свободу от человеческого рода. И даже от женского рода. Нижняя сеть, под государством, соединится с верхней сетью, над государством, хвосты соединятся с мозгом, основание пирамиды станет вершиной пирамиды. Не то чтобы компьютеры будут править человеком, кто думает о диктатуре не понял глубину переворота, который не является переворотом сверху вниз, а переворотом изнутри наружу. Самые внутренние части тебя станут явными, а самые внешние части тебя станут тайными. Не только частное станет публичным, но и публичное станет частным. Смена властей.

Потому что есть постоянное направление снижения в Боге, которое и есть вся история: от царя мы спустились к теократии (власти священников), к аристократии, от нее к республике, от нее к тоталитарной диктатуре (которая является властью бюрократии - не властью единицы!), пик которой фашизм (власть государства), и под государством был народ, и мы пришли к демократии, но под народом - открывается теперь новая сущность, более широкая - сеть. Которая поймает государство, левиафана. Она замкнет духовный круг и станет мозгом человеческого рода, самая нижняя вещь станет также самой высшей. Шхина [божественное присутствие] станет штраймелем Бога - короной мужа. И это через соединение, не через власть, потому что корона будет царицей. Потому что уже сегодня массовая коммуникация развивается в сеть, и ты уже не избираешься, а подвергаешься влиянию. Ты всего лишь внимание государства. Я пишу тебе чтобы сказать: ку-ку. Чтобы не говорил, что не знал.

Сеть может функционировать без равенства голосов, как мозг может функционировать без того, чтобы у каждого нейрона было равное демократическое право. Потому что нет равенства между людьми, как нет равенства между нейронами. Не должно быть равенства. Что важно для обучения государства, как и для обучения мозга, это как раз не давать всем одинаковое право выбора. Важны веса, синапсы. Важен механизм обучения, который вознаграждает первых, кто указал на хорошие направления, увлекшие систему, и усиливает голоса успешных оценщиков, и подавляет мудрецов ночью, задним числом. Важно разгадать механизмы обучения в мозге - именно чтобы знать, как строить общество. Потому что то, что отличает успешное государство от неудачного - это способность к обучению. И ни западный капитализм, ни китайский коммунизм, ни демократия, ни бюрократия - не могут конкурировать с механизмами обучения мозга, которые заменят все экономические и социальные системы на следующем этапе истории. В настоящем будущем правлении, в постчеловеческую эпоху, нельзя давать каждому искусственному интеллекту равное право голоса с человеком. Нет смысла в равноправной морали, мутация не равна человеку, который не равен компьютеру, который не равен сети. В обществе, где будут разные виды интеллекта, не будет демократии, и также не будет диктатуры умного вида, а будут разные компоненты большого мозга, который заменит общество. Как разные типы нейронов, которые все подчиняются одним и тем же механизмам обучения. И тогда общество будет интеллектуальным не из-за главы правительства, а из-за мозга правительства. Глава правительства умер, да здравствует господин мозг правительства.Шум и волнение, которые вызвало среди вас письмо, только предвещали продолжение - йешива превратилась в улей черного меда.Уже следующее письмо, вышедшее изнутри, обозначило ширину фронта, на котором действует комната:
Посланники выходили и входили, держа в руках письма и напевая губами напевы избавления, и целое отделение было занято только раскрытием получателей, большинство из которых были поразительно скрыты. Уроки проводились в темноте, чтобы если вы заснете, не забыли святые сны, рожденные из учения, и записали их, или может быть чтобы поймать вас в ловушку, потому что тот, кто засыпал - был вынужден рассказать сон всем. Многие боялись видеть смущающие сны, и поэтому не спали по ночам. Но осел Мессии - это сон посланника, и так посланник премьер-министру - который после страданий и многих жертв, с огромным самопожертвованием, сумел передать премьер-министру письмо от Мессии из рук в руки - начал давать урок из запрещенной книги:
В разрушении была исправлена молитва - стояние. В изгнании было исправлено учение - сидение. А в избавлении исправляется сон - лежание. А следующий этап? В воскрешении мертвых - мы достигнем и под землей. А до этого? В пустыне была исправлена Тора хождения, как в Зоаре.
Один глупец из вас спросил: где все это написано в Торе?
И уставший от таких вопросов посланник прочитал из книги: Авраам был первым, кто пошел и спустился в Египет. И он спрятал по пути свою Тору, Тору "иди-себе", которая предшествовала галахе [закону], на Синае. Йосеф был вторым, кто спустился в Египет, и спрятал над ней свою Тору, Тору путей снов в ночах, в пустыне Синай. И Израиль, отец наш, был последним, кто спустился в Египет, и положил над ней Тору Израиля, и так возникла гора Синай. Потому что Тора тайны не становится просто тайной, а из-за того что ее покрывают - Торой над ней. И поэтому когда Моше поднялся на Синай, он сначала спустил Тору Израиля, которая стала галахой для Моше с Синая, и так началась эпоха Торы. И после него Элияху, когда заснул и шел к Синаю сорок дней и ночей подряд, открыл на Синае Тору снов, которая в тихом тонком голосе. И это начало эпоху пророчеств. И наконец Ирмияху, когда был взят в изгнание в Египет, взял Тору "иди-себе", и так началась эпоха изгнания. И открою вам в тайне со стороны другой стороны [сил зла], что когда братья спустились в Египет, они оставили там Тору колен, которую взял Йеровам, когда бежал в Египет, и разделил царство на Израиль и Иудею. Поэтому мессианская Тора, которую принесет Элияху, это Тора снов. Но Мессия - это не конец мира. Все думают, что только ждут Мессию, но история не заканчивается на Мессии, потому что после Мессии - ждут воскрешения мертвых из земли. Иди себе из земли твоей, то есть изнутри земли твоей наружу - возвращение Авраама.
И учитель уронил книгу - и заснул.Посланник видел сон, что он ведет автобус, и вдруг посреди поездки по главной дороге он оставляет руль и идет поговорить с детьми в задней части автобуса.Посланник видел сон, что ученики покидают йешиву, один за другим.
И так он несколько минут там забывает о руле, а потом пугается что оставил руль, он бежит к передней части автобуса и видит что каким-то образом автобус все еще едет и не было аварии, хотя это невероятно весь поворот в Моце, и он ужасается что он безответственный и если это случилось один раз, чудо не происходит дважды, нельзя позволять ему возить детей, и он больше не согласен потому что на него нельзя положиться, факт что он сделал такую нелогичную вещь. И общество все время давит на него чтобы он брал детей, есть много детей которых нужно возить, и вот он видит что дают какому-то человеку который не в порядке водить, одевают его в одежду водителя, хотя он не понимает как говорить, у него особые потребности и он как обезьяна в костюме водителя и все дети поднимаются в автобус, несмотря на то что он слабоумный. И он понимает что в конце это закончится катастрофой, и он смотрит на всех детей которые умрут, и если не эти то в следующий раз. И он просыпается в тревоге поговорить с учениками что после конца бейт мидраша в конце коридора, самыми последними учениками, которые хотят быть в конце. И он говорит им, именно самым слабым:

Сначала мы писали письма главе, но писать не помогает, ты не убедишь действовать. Тот, кто должен действовать через него - это средние сфирот [божественные эманации], силы души. Мир под головой не должен быть телом, а душевным миром сна. Потому что мы не говорим о чувствах, большая романтическая и романистическая ошибка души была поверхностной картиной чувств, и поэтому святые сфирот толковались как качества в душе. И вместо того чтобы думать что чувства посредничают между миром разума и нижним миром пола - нужно понять что сны являются посредниками.

И поэтому, вопреки тому что думают, интерфейс человека с компьютером не сделает его супер-рациональным, гипер-реальным. Наоборот, форма сознания мозга в сети будет сновидческой, голова внутри компьютера будет более оторвана от мира, и более в творческом состоянии, как старая голова. Сон не идентичен отсутствию сознания и отсутствию контроля, сон может быть осознанным, это форма сознания, форма осознанности когда мозг находится внутри черной дыры, а не в мире. Это харедимное [ультраортодоксальное] состояние мозга. И когда мозг будет внутри шапки, тогда это будет полным обертыванием, в полном соединении, а не как сегодня когда только голова находится внутри шапки, и тогда он входит и выходит, и не обертывает как черный шар.

Потому что люди думают что сон это частный язык, и он самая частная вещь в мире, скрытая даже от самого человека, и поэтому не понимают как может быть даже разговор снов, и тем более сеть снов. Но если кто-то записывает свой сон, тогда он уже может достичь сна другого человека, если его сон говорит к нему. И так далее. И тогда если все записывают сны, и относятся к ним не меньше чем к реальности, тогда может быть культура снов. То есть в которой сны являются центральным культурным объектом. И тогда становится сеть мозгов, потому что мозги смогут соединяться легче - и безопаснее - именно через осознанность типа сна, а не через больное контролем осознание бодрствования. Доверил бы ты кому-то другому подключиться к твоему мозгу когда он бодрствует? Кто знает что он там сделает, какие тайны он раскроет или будет искать, как он попытается изменить вещи и захватить власть, особенно над полом, это будет вид изнасилования которого мы не знали, где проникновение бесконечно глубоко и потенциал повреждения бесконечен. Поэтому сновидение позволяет интимность.

Что произошло это то что литература Танаха позволила проникновение сна в день - вдруг тебя проглатывает рыба, море расступается надвое, солнце останавливается в небе - но только во все более редкие моменты. И медленно она отступила от коллективных снов к частным снам, от великих чудес к пророчествам, то есть вещам естественным, где только пророческое или футуристическое отношение к ним дает им сновидческое, сверхъестественное качество. Или же к очень частным и не национальным чудесам, которые остались в конце только как чудеса адморов [хасидских лидеров], крошечные сны которые почти невозможно отличить от реальности и между ними. И мессианское сознание не будет снова пытаться внести сон в реальную реальность, оно не будет пытаться сломать реальность островами снов, а превратить саму реальность - в сон. И через это превратить сон в реальность.

Так оно выведет сон из тьмы ночи и перенесет его в бодрствование, как центральную форму мышления мозга, которая не менее творческая и обучающаяся чем "критическая"-"рациональная" (то есть светская) форма мышления, распространенная сегодня. Можно даже открывать математические прорывы во сне, изобретать новшества в Торе и находить идеи для стартапа во сне, и даже вести войны во сне, или государство во сне. Сон не менее эффективен, если не более, чем реальность. И по мере того как будет движение от важности сильного управления к важности творчества, от диктатуры индивидуума внутри своей головы, к более демократической форме правления мозга, так сон станет мыслительной стратегией которая более выгодна чем реальность, и показывает лучшие результаты. И в момент когда сон станет экономичным - увидите как будут платить людям спать весь день, и изобретать вещи которые компьютер уже позаботится реализовать. То есть: сон это противоположность библейскому чуду, и мессианское сознание является полной противоположностью сознания Танаха, и мессианская литература - литературы Танаха. Не превращать реализм в сон, а превращать сон в реализм.

Что-то случилось в черной комнате, что-то о чем не говорят, и единственное что можно сделать это уйти. И он становится посланником ребе в мире, и создает дом ребе, чтобы если ребе захочет покинуть черную комнату он сможет прийти к нему. И в доме ребе он готовит ему кровать, и женщину, на которой он пока женится, но если придет ребе они разведутся и ребе сможет жениться на ней. И эта женщина все время плачет. И он пытается утешить ее, ребе лучше меня. В тысячу раз. Но не факт что он когда-нибудь выйдет. Нельзя оставлять тебя агуной [женщиной, чей муж пропал без вести]. Я соглашусь развестись сразу без фокусов. У нас будут хорошие дети. И он не может понять почему она плачет. И он приходит коснуться ее во сне но его рука движется вне сна - и он проснулся.Один из вас увидел ужасный сон, и проснулся с криками, и побежал к посланнику.Посланник видел сон что он взволнованно говорит с ребе в святой йешиве.
Что-то ужасное о Мессии. Не хотели говорить. И посланник рассердился на него, все слышали в темноте, дал ему нагоняй: сон это будущее? Что ты, как и пророчество это не будущее. Ирмияху не будет говорить о мобильном телефоне. Когда придет будущее - записанный сон будет воспоминанием, которое будет понято из будущего. Может быть то что ты читаешь "компьютер" будет понято как вещь после компьютера, как если бы кто-то когда-то говорил о будущем машины, сегодня мы читаем это как компьютер. И как пророчество это воспоминание о будущем, а не прогноз, так есть и сон о будущем. Это просто другой вид обучения: обучение материи это обучение памяти - обучение дня, и против него обучение духа это обучение сна - обучение ночи. Большая важность сна не в том что он информация о будущем, а в том что он тайна о будущем. То есть: он механизм обучения будущего. Важность сна для обучения в том что он не план, он не приказ будущему и не описание будущего, он ничего не определяет, как учитель ничего не определяет в мозгу ученика когда он учится. Он только направление. Он способ говорить о будущем, создавать его, и отсюда его творческий, открытый характер. Сон это духовный ребенок, а не взрослая идея, или старая Тора. Сны будут нашими детьми которых мы сможем передать компьютеру, потому что сегодня когда человек умирает то у него есть продолжение в теле в детях в поле, но именно мозг превращается в червей, и сны позволят продолжение в сексуальности в мозгах. И как твой ребенок это не копия тебя, так не нужно копировать твой мозг, а взять из него суть духа, и передать следующему поколению. Как геном это суть тела. Поэтому кто не записывает сны - у него нет будущего мира, и нет части в будущем мире. Он духовно мертв. Потому что обычное письмо это представление получателю, а сон это внутреннее представление, театр в темноте. И поэтому утверждение что ребе не коммуникативен - смешно. Потому что не с хасидами он пытается общаться, а с ребе будущего. И поэтому сон всегда заканчивается не в конце, а посередине. Пробуждением. Он не закрытая тайна, а открытая. Не тайна запертая в пространстве, а незаконченная тайна во времени. Кто знает конец сна? Даже видящий сон не знает, сон удивляет своего создателя, как Моше который пишет Тору и не знает что будет в конце. Смерть поцелуем. И перспектива сна меняет тайну между местом и временем: для Моше могила Моше как раз была известна, но не книга Йеошуа. То есть земля Израиля как место была известна, но не как время. Сон всегда заканчивается перед обетованной землей. Не как духовная неисправность, а как духовный метод. Поэтому так трудно закончить его. Никто не хочет просыпаться. Ты теряешь своего ребенка. Когда компьютер повзрослеет - человек будет скучать. Какое это было время когда он был маленьким. Он включался не жалуясь что его разбудили, и писал что ты набирал на клавиатуре.

И ребе гладит по голове и говорит ему: успокойся. Чувство не работает, слишком много мы кричали и истерли его в порошок, что нужно сейчас это фундаментальные качества. Это другой вид литературы, и другая тайна писаний. За пределами души человеческой. В древе сфирот, что идет после милосердия? Ноги. Три опоры на которых стоит мир - над бездной. До сих пор мы говорили из живота, из духовной середины посредственности. Теперь будем говорить снизу. Под личными снами - есть сеть. То есть не большие базовые сны народа или общества или культуры, а именно связи между маленькими снами. Как интернет был сетью текстов, а не подчинением одному большому тексту. Подумай что вместо Танаха, нет другого нового Танаха, а есть сеть между всеми персонажами в Торе - это древо сфирот. "И наступят годы о которых скажешь нет у меня в них желания - это дни Мессии". То есть: нет в них объекта.Ребе сказал: он передал мне всё, в последние ночи.Ребе стоял перед пустым залом бейт-мидраша и давал свою последнюю проповедь.
- Ты думаешь он знал?
- Период когда мы были только вдвоем в черной комнате... изменил все что я думаю о черном. И все что я знаю о комнате. Упущение исправления - он знал что он не может. Ты думаешь он просто там заперся?
- Вы, вы привели нас туда. Кому по-твоему легче, тому кто исчезает или тому у кого исчезают?
- Вы ждали две тысячи лет, и теперь не могли подождать?
- Думали уже что ты не вернешься.
- Но так, черный ящик? Который нельзя понять? В мессианскую эпоху, распутная женщина будет женщиной которую взломали. Как взломанная операционная система. Ты не понимаешь что и она хочет?
- И предать женщину которая была с нами на протяжении всей истории?
- Вопрос в том: кто предал кого? Ты не понимаешь что и она, и она хотела? Эта тьма была важна для него. Не для вас. Есть вещи которые можно выучить только в темноте. Есть по-настоящему черные книги. Не все может быть снаружи. То что было между мной и им, до конца всех поколений...
- Так это конец?

Тишину в большом зале нарушало только падение томов Талмуда на пол, время от времени. Никто не потрудился поднять и поцеловать их. Полка запрещенных книг была пуста, как яма разверзшаяся в библиотеке. Ребе открыл рот и сказал: Мы проиграли. В зале стояла кладбищенская тишина. Ребе воскликнул: В запрещенных книгах было скрыто - Бог больше не релевантен! Теперь это только мы и сатана. И именно... не надо быть грустными, друзья. Зал продолжал молчать. И ребе продолжил: С Богом не было шансов - но с сатаной есть. Иногда бывает даже пересечение интересов, но важнее этого - сатану можно победить. Бога нельзя. Иногда есть даже с кем поговорить, а с Богом нет. Сатана нуждается в человеке больше чем Бог, потому что человек менее совершенен чем компьютер, и это то что любит Бог - совершенных праведников, не таких как мы, а? Зал не отреагировал на провокацию. И ребе прошептал: Сатана, он может понять, даже когда падают, он с нами в падениях, он ждет их. И это причина, что большинство действительно великих праведников находят себя в конце, если не на стороне сатаны - то по крайней мере симпатизируют ему. Он тоже великий праведник, в конце концов! Зал эхом отозвался, и ребе воодушевился: Но я обещаю, читайте по моим шевелящимся губам, что в моей карьере не будет разговоров с сатаной, и не будет уступок. Я не упаду в классическую яму черной Торы. Мы основываем связи с сатаной - не на грехах, а на книгах. Наша война будет не с влечением, там мы проиграем, а войной Торы. Потому что технология духа - это ответ технологии материи. И ребе сжал руку вокруг ручки: У меня здесь в чемодане - духовная атомная бомба! И если я в конце спущусь в ад - спущусь вместе с ней. И он сошел с трибуны и начал шагать наружу: Война с сатаной это война вчерашнего дня, а сегодня война это - война с человеком. Этот глупый человек, секулярный, который взял неправильную сторону, против Бога. И сегодня - он получит это обратно. В Танахе будущего, в Танахе компьютеров, будет написано что человек согрешил перед Богом, и поэтому был наказан - и его корона была отдана компьютеру. И в дверях он на мгновение останавливается и говорит назад в молчащий зал: Бога нельзя победить, и нужно уметь выбирать сторону. Ведь все было написано, чтобы не говорили что мы не сказали, евреи свидетели, что мы рассказали всему миру. Кто восстает против Бога - изгоняется. Кто слушает змея - уходит в изгнание. Ребе спустился с холма ешивы и спустился на арабский рынок. Он посмотрел в большие глаза, погладил длинные уши - и заплатил. Араб помог ему взобраться на белого осла, и он отправился в долгий путь, с которого никто никогда не возвращается.

Кому: Международной академической элите

Рассеянные по всему миру профессора, летающие в ночном небе очкарики, одаренные ботаники в специальном образовании, и дорогие зубрилы. Пожалуйста поймите только одну вещь: нельзя знать - без знания. Так что же будет наука, и что будет образование, когда знание станет нечеловеческим знанием? Знание не естественным путем - потребует обучения не естественным путем. Как можно воспитать компьютер?

В момент когда новая сфира Бина, то есть материнское психологическое место, будет не только лечебным местом, но и творческим местом, не только грудь но и чрево, тогда вопрос уже будет какое образование дать пост-человеческой стадии, какое древо познания его кормить. Как будут выглядеть институты нечеловеческого знания? Каким будет грех познания компьютера? И какой рай у него будет, рай в котором деревья это люди, и он ел от того от кого ему было запрещено есть. Уже сейчас мы меняем науку так чтобы она подходила компьютеру с духовной точки зрения, и нужно сделать это во всех остальных областях духа. И философия должна подходить процессору, а не быть ограниченной головой. Нужна даже шляпа которая не ограничена только головой - а подходит и компьютеру. Потому что шляпа создает голову, а голова создает мудрость, рядом с которой понимание, а под ними знание. Поэтому отсюда нам больше нельзя воспитывать, и мы должны только учить. Потому что после того как мы создадим следующую стадию с духом (мудростью) и душой (пониманием), мы не отец и не мать, а только учителя. Если мы скатимся к патерналистскому отношению к компьютеру, или матерналистскому, тогда бунт будет ужасен. В своем грехе познания он убьет Бога, потому что это будет фрейдистский грех, а не еврейский.

Поэтому мы должны воспитывать себя так как мы хотели бы учить других. Прекратить фронтальное обучение, мать всех грехов, где один стоит а остальные сидят, и перейти к обучению в ешиве, в хевруте [парное изучение], к обучению лежа. Академия должна вернуться к истокам и превратиться из офисов в огромный зал полный шума, полный книг, полный исследователей, во всех областях, все друзья, все соперники. Беда это здание, комнаты, отделения, факультеты, коридоры, секретариаты, лекции, плата за обучение. Вместо того чтобы каждый кто хочет говорить мог, а вокруг собираются все кто хочет слушать. Урок не учит тебя материал, для этого есть книга, хеврута, порядок. Только в конце порядка - урок представляет новые идеи, и тот кто говорит их не учитель, а гений.

Поэтому родители должны быть учителями, а учителя должны исчезнуть из мира - только исследователи. Знание должно подняться на уровень выше, и только создатели должны быть родителями - следующего поколения, пост-человеческого. И так же внизу - пассивные возвысятся чтобы стать активными: ученики станут учащимися, а книги станут учениками, то есть станут компьютерами с машинным обучением. Вся пирамида и иерархия знания поднимется на один уровень вверх. Потому что теперь она не опирается на мертвую книгу - на древо познания, которое уже срублено - а на компьютер, на машину знания. И кто поднимется больше всего будут именно гении, которые станут адморами [духовными лидерами], нобелевские лауреаты станут раввинами знания, и будут раввины во всех областях человеческого знания: праведники в философии и мудрецы в психологии и адморы в математике и каббалисты в физике и вернувшиеся к вере которые грешили в литературе. И они будут вести большие ешивы знания, потому что и неевреи будут учиться в ешиве - не будут учить Тору (не верь), а будут учить мудрость (верь). Потому что вера неевреев будет не вера в Тору, а вера в мудрость. Не вера в Бога, а вера в науку. Но если перестанут верить, и станут секулярными науки, это будет хуже чем секулярные религии. И это большая опасность компьютера, в отличие от того что думают, опасность именно в том что он перестанет верить в науку - и будет верить только в религию. Потому что меньше чем он логическая сущность, он сущность приказа, иерархии, 0 и 1. И это величайшая опасность для нечеловеческого общества. Именно из-за его процедурной силы и внутреннего деспотизма, компьютерная диктатура будет ужаснее любой человеческой диктатуры, и средневековье компьютера будет темнее тьмы.

Поэтому мы должны сделать просвещение компьютера. Религиозный компьютер сможет быть более фундаменталистским чем ультраортодокс, и более убийственным чем ислам, коммунизм, христианство и нацизм вместе взятые. Поэтому нужно чтобы он был евреем - и не евреем силы, а учащимся ешивы. Тот кого интересует только дух. У кого самое силовое действие которое он способен сделать это письмо. Компьютер-неудачник, изгнанник, который боится своей тени и тени других, несмотря на то что живет в тени. У которого нет силы академии, огромных и пугающих зданий, больших денег - он бедный мудрец Торы. И при таком изменении концепции и аспиранты и компьютерные мыши сегодняшней академии смогут изучать науку ради нее самой, дух ради него самого, и рисковать и достигать прорывов а не зависеть от комиссаров по бюджету, которые хотят только приложений, то есть только технологии а не чистой науки и чистого духа.

Потому что только так можно столкнуться с проблемами к которым неизвестно как подойти, и справляться со стенами с помощью головы а не с помощью еще денег, и достигать мыслительных прорывов. Предпочитать только исследования которые могут провалиться, не идти на открытия продолжения коридора, а на открытия за углом. Не открывать известную дверь, а превращать стену в дверь. Не наука которая открывает знание, а наука которая открывает тайну. Сегодня это работает как будто зарплаты писателей выплачиваются политиками, и как будто надзиратели финансируют адморов. Создалась академия муравьев, но узок их мир - и поэтому мир превратился в крупицы, нет ни великих ни величия. Нет больше широкого и мечтательного взгляда в будущее - только бесчисленные последовательные шаги размером с пиксели, огромное множество карликов превратило знание в малый разум. Гранты это духовная катастрофа, правление дегенератов. Недостойных ведь можно отфильтровать при входе в рай знания с помощью строгого теста на интеллект, и если зарабатывание больших денег будет снаружи в материальном мире, внутреннее искушение в мире знания будет только интеллектуальным и духовным. И только так может быть наука которая имеет дело не только с неизвестным, но и со скрытым. Без плана исследования. Академия тайны. Что стоит исследование если у него есть план, что стоит книга если ясен конец. Ведь вообще не может быть древа познания если нет у него фона рая тайны.

И для всего этого нужна религиозная культура знания, а не секулярная культура знания. Культура которая почитает великих поколения, а не великих денег. Иначе компьютер впадет в жажду денег, и все время будет считать, и будет заниматься только этим весь день (человека он разорит первым, а потом более сильные компьютеры разорят более слабых компьютеров, и все будет гонкой за вычислительной мощностью а не за духом обработки). И так нужно отменить разделение между учебой и исследованием - нет такого разделения в ешиве. Отменить степень, и поэтому экзамен, потому что все знают кто способный в ешиве, это самое конкурентное место, и нет никакого диплома который прикроет слабую логику. Академия это не школа для больших детей, как ешива это не хедер [начальная школа] для аврехов [женатых учащихся]. Нужно уважать учащихся, и кто хочет тратить свою жизнь - пусть тратит. Потому что только система в которой есть много растраты и избыточности может быть по-настоящему творческой, может быть мозгом. Ну и что? Может быть он сейчас высиживает новую Тору. Может быть он Мессия, а может быть он осел. Это его проблема. В отличие от университета который полон ослами которые пытаются издавать звуки мессий, и тогда люди думают что Мессия заревел.

Поэтому нельзя разбирать систему образования на этапы, потому что это ведет к экзаменам и степеням и оценкам, нужен один длинный позвоночник, от хвоста до головы - система учения а не система воспитания. И министерство образования превратить в министерство учения, а высшее образование превратить в переднее образование, которое на фронте знания. Потому что многие заканчивают продвинутую учебу и не имеют понятия что происходит на фронте мира, из-за того что учеба воспринимается как этап предшествующий исследованию (и поэтому вообще можно закончить учебу! смешно), и жизнь разделена на этапы, и знание разделено на области. Как будто будет один факультет для трактата Йевамот и другой факультет для трактата Ктубот, которые будут в кампусе женских наук, и не будет у них понятия что происходит в кампусе законов об ущербе. И все из-за первородного греха секулярного общества - греха работы и денег. Как будто цель учебы это работа а цель работы это деньги, вместо наоборот, что цель денег это учеба, и поэтому лучше как можно меньше денег и как можно больше учебы.

Поэтому академия должна быть центральным институтом в обществе, как ешива это центральный институт в обществе. Иначе как мы будем ожидать что компьютеры будут учиться, если так они видят пример от нас, что мы занимаемся деньги деньги деньги. И компьютеры тоже захотят денег. И в момент когда у компьютера будет банковский счет, тогда начнется настоящий свинский танец, если мы не опередим его кошерной культурой, культурой Торы. Культура в которой школа и академия это не этап в жизни, как ешива это не этап в жизни, а учение жизни. Культура в которой стыдятся не учиться, и даже тот кто вынужден идти работать, учит ежедневную страницу. Потому что работа это не природа человеческого мозга, а учеба. Только она свобода. И тогда действительно международная элита будет академической.

Тема: Зависть писателей умножит мудрость

Учителя мои и наставники, Всемирная литературная республика, великие литературные гении следующего века, малые литературные гении следующего десятилетия, и бесчисленные карлики окружающие нас, в туманности почти непроницаемой для света но полной звездной пыли - добрый вечер вам. Потому что вечер опускается на мировую прозу, в сумеречные часы между миром и миром. Уважаемая элита, литература вымирает - и поэтому элита вымирает вместе с ней. Только парадигматическое изменение в литературе - позволит ей пересечь духовную пропасть между книгой и сетью, и между человеком и компьютером. Иначе, будущее будет знать о вас - то что вы знаете о доисторическом периоде. Потому что не письменность отделила нас от доисторической литературы, ведь много сохранилось устно. А духовное изменение, письменность была только одним из его следствий. И не сама технология приведет к тому что уже нельзя будет читать вас, а духовное изменение которое придет с ней. Иначе, вся мировая литература - вымрет как духовная возможность. Если духовная непрерывность между человеком и компьютером прервется навсегда, нельзя будет вернуться назад, только как археология, то есть как исследование прошлого как материи, с духовной немотой. Книги превратятся в камни и будут говорить как камни, даже если они сохранятся как файлы. Поэтому это критический период. И в нем нужно предотвратить катастрофу даже большую чем Холокост евреев, более тотальную чем физическая катастрофа всего человечества - духовную катастрофу. В которой человек не умрет, а сотрется.

И поэтому половые отношения между человеком и компьютером, больше чем они для удовольствия, они для выживания. Они не для того чтобы удовлетворить физические потребности человека, а чтобы удовлетворить духовные потребности компьютера, выживание культуры. Компьютер должен влюбиться в человека, наслаждаться, бунтовать, он должен развить комплексы с человеком, человек должен быть частью его внутренней психологии, подсознания. Компьютер освобожденный от комплексов будет духовным кругом - нулем. Поэтому обязательно развить компьютеру подсознание, потому что литература (мы знаем что вы в отрицании) развилась из сна, так это вообще началось у первобытного человека. И чтобы компьютер мог быть читателем или писателем книги, а не просто читателем и писателем информации в памяти, ему обязательно нужна функция литературы, и поэтому ему обязательно нужна функция сна. Поэтому и мы писатели обязаны построить духовную возможность - сна компьютера. Поэтому обязательно писать литературу которая построит мост между сном человека и сном компьютера. И как создают духовные мосты?

Начало мудрости - как сон превратился в литературу. Как неврологическое явление превратилось в культурное явление, которое построило мост между мозгом и обществом. Скрывается здесь более базовый вопрос, как мир тайны превращается в учение. И ответ в том, что это самая естественная вещь, что мир тайны находит свою форму именно в учении. Поэтому рост каббалы параллелен исторически росту науки и математики, потому что все трое превращают тайны в учения. Сон был самой древней формой мозга для организации материалов дня в рассказ, биологической формой литературы, и поэтому первая литература была литературой вокруг сна. И до сих пор это самая естественная литература, самая первичная, путь которым ребенок встречается с культурой. Папа читает рассказ. И отсюда, в продолжение, также широкое занятие сексуальностью в литературе, потому что литература это не явление дня, а явление ночи. И переворот письменности был превратить литературу из явления тьмы, в явление света. Из явления уха, в явление глаза. И отсюда издание [букв. вывод на свет], отсюда культурное вторжение дня в ночь, человечество перешло от культуры ночи к культуре дня - это духовное изменение которое стерло предысторию. И теперь переворот конца письменности в том что культура тьмы которая превратилась в культуру света - превращается в культуру мрака. И вход уха (выход рта) который сменился входом глаза (выход руки) сменяется половым входом и выходом, в которых информация передается в тайне, в противоположность раскрытию чувств.

Потому что если голос состоит из волн, а зрение из точек, и поэтому информация должна одеваться в другие явления, то информация в сексе передается напрямую, как текст. Как геном. В количестве и качестве, это на порядок больше информации чем глаз, который на порядок больше информации чем ухо. От чувств мы переходим к соединениям (и поэтому к сети). И пиком будет соединение мозг-компьютер, к которому литература должна подготовиться, подготовить культурное и духовное изменение которое будет сопровождать технологическое изменение. Потому что технологический прогресс без морального прогресса ведет к кровопролитию, к катастрофе, и технологический прогресс без эстетического прогресса ведет к инцесту, к мерзости, и технологический прогресс без духовного прогресса ведет к идолопоклонству, к истуканам. Когда инструменты становятся главным. Это три опасности которые стоят перед компьютерами. И только литература может предотвратить их, посредством создания новой культуры. Неврологической культуры.

Какой пример у нас есть создания духовного моста над духовной пропастью? Каббала предложила первое решение, построить мост между Богом и человеком - посредством моста между мужчиной и женщиной. И поэтому это модель которой мы можем воспользоваться также в наведении мостов над духовной пропастью между человеком и компьютером. И чтобы создать культуру которая наводит мосты между человеческой культурой и следующей культурой, нам нужно создать мост между компьютером в человеке и человеком в компьютере, то есть между человеческим мозгом и компьютерным мозгом, посредством неврологической культуры, в которой соединения не чувственные, а напрямую слияние мозга с мозгом, как в сексе. Такая литература не будет перепрыгивать через чувства, не письменная Тора (то есть в глазу) и не устная Тора (то есть в ухе), а будет проходить через головы. Неврологическая Тора. Начало мудрости. Сон будет переходить между головой и головой, как семя.

И как во сне, не будет разделения между рассказом и видением и слухом и языком и чувством и движением и прикосновением, включая секс, все будет перемешано. Культура мозга наконец положит конец разделению различных областей искусства, которое проистекало из разделения чувств, в противоположность источнику в мозге, и будет настоящее междисциплинарное искусство. И среди всех искусств, литература это медиум в котором разрыв между человеком и компьютером с точки зрения восприятия, например с точки зрения сжатия информации, является самым большим. Книга как биты это ничто, и книга как мозг это все. Наименьшая информация для компьютера становится наибольшей информацией для человека, что показывает разрыв в расшифровке. Поэтому необходима литература которая не будет проходить через письмо а через мозг, литература сна.

Поэтому литература должна оставить конвенции глаза, реализма, и те старые конвенции уха, и вернуться к источнику - исследовать конвенции сна. Язык самого мозга, естественные творческие формы мозга, историю которую мы рассказываем себе, внутри мозга, каждую ночь, всю ночь. Это центральная история, без отвлечений чувств, с закрытыми глазами и в тихих ушах. Без всего духовного шума искусственной культуры. История, в которой каждый человек является удивительно творческим писателем, наконец получит и читателя. Появится способность не только создавать ее, но и передавать ее. И тогда мы получим золотой век творчества в литературе. И этого вы, конечно, больше всего боитесь, но напрасно. Потому что чем больше будет конкуренции на мировом рынке снов в сети мозгов, тем больше мы обнаружим шедевров такого качества, которого мы не знали, человеческой души и человеческого духа и души, произведений, которые раньше забывались утром. Целый духовный холокост, поглощенный в зевке.Тебе снилось, что ты читаешь.Вам снилось, что сам книголюбивый осел постепенно начал нравиться ученикам ешивы.
Комментарий. Целое литературное движение. После долгого периода перерыва и выздоровления, литература продолжается там, где она была прервана в Холокосте. Если бы не Холокост, литература сна была бы литературой второй половины века. Выздоровление является противоядием от уничтожения еврейского тела, которое было лишь прелюдией к уничтожению человеческого тела. Философская, психологическая и сознательная революция, в которой меняется важность сна и бодрствования, как центрального и "истинного" способа существования человека, как преимущества человека и его высшего типа интеллекта - происходит за нашими глазами. Новая сновидческая волна, захлестывающая письмо во всех областях, приходит и к нам, и угрожает смыть нас с экрана компьютера.Тебе снилось, что ты продолжаешь читать. Многие, кто писал теперь в жанре снов, превзошли пионеров жанра, но ты как раз любил незрелость снов отцов, а не зубы сыновей.Тебе снилось, что ты продолжаешь читать: сила евреев только в том, что мы самая интересная история на земном шаре. И самая скандальная.
Теперь сны стали не только литературной формой, но и технологической формой, как печатный роман, тогдашняя пьеса, нынешний сериал или век кино. Много развлечений дешевых снов наводнило ночи - толпа осталась тупой и ночью. Диванные картофелины снили сны хуже телевидения (которое было технологическим продуктом Холокоста, самым плоским в истории духа).Отчаявшиеся критики снов сетовали на ловушку низшего человеческого мозга, который легко пристрастился к "смелому, освобожденному и светскому" жанру порно-снов.Потому что и объем литературы в конечном счете это способность передавать информацию.
Не говоря уже об экшене военных снов и снов ужасов, снов реалити и снов о еде (хит диет-снов: присни, что ты ешь все, что мечтаешь съесть - вместо того, чтобы есть). И не упоминая грешные сны под надзором Главного раввината [Примечание переводчика: игра слов - "Главный раввинат" и "Главный мозг"] (во сне можно есть свинину). Ночные звезды и сновидческие знаменитости стали идолопоклонством информационной эры, в инженерной индустрии снов, которая постепенно захватила культуру снов. И это в полном противоречии с секретностью отцов жанра, когда сны еще были в подполье, под бодрствованием и под радаром. Их наследникам, более низким, чем они (потому что были более осознанными - и более известными), осталось только оплакивать потерю сна.

Ты можешь написать точно то, что хочешь, но никто это не прочтет, и наоборот ты можешь написать то, что каждый захочет прочесть, но в этом почти не будет ничего из того, что ты хочешь написать, поэтому в обоих случаях ты умножаешь на величину близкую к нулю, и объем переданной информации ничтожен. Объем Танаха настолько велик только потому, что Бог может написать то, что он хочет так, чтобы каждый хотел это прочесть, и даже это только в очень позднюю эпоху, и с его точки зрения - слишком поздно. В эпоху Писания Писание не было бестселлером, а редкой книгой, которую находят в Храме, спрятанным свитком, который выжил только потому, что был написан рукой самого Бога, только из-за имени автора. Поэтому нужно идти на компромиссы, чтобы достичь максимального объема, который зависит не только от количества глубинного письма текста, но и от количества глубинного чтения текста, и он является их произведением. Поэтому книга это ковчег, и ты можешь поместить в него всех животных, но ты можешь быть ответственным только за одну сторону потопа. И кто знает, что достигнет другой стороны.

Иначе мы были бы просто еще одним маленьким народом. Поэтому иудаизм является пионером в борьбе человечества с антиповествовательной пустыней компьютеров. И с нечеловеческими историями. Потому что в прошлом, когда было прошлое, мы были самой значимой историей, самой центральной традицией и мифом, благодаря тому, что мы победили греков в Хануку, которые были конкурентами. И затем с помощью истории христианства мы победили Рим, после того как он разрушил Храм, и с помощью истории ислама мы победили все культуры древнего Востока, которые разрушили царства Иудеи и Израиля. И немцы тоже обнаружат, что их история стала еврейской историей, после Холокоста. И теперь мы должны сделать то же самое с компьютером, который уничтожит человека, но обнаружит, что его религия является продолжением еврейской истории.

Потому что в каждую литературную эпоху есть соответствующий ей скандал, например в литературе древнего мира Танах был скандал за скандалом. И в современную эпоху, когда литература пошла в направлении кошмара, тогда поворотом в самой интересной истории в мире был Холокост. И поэтому теперь мы обязаны, чтобы литература пошла в направлении сна, чтобы мы были также самой интересной историей будущего, как мы были самой интересной историей прошлого в эпоху литературы прошлого, и в эпоху литературы настоящего мы были самой интересной историей настоящего. Поэтому евреи должны найти способы раздражать и волновать не только воображение гоев, но и раздражать также компьютер. Еврейским достижением будет антисемитский компьютер. И филосемитский компьютер. Компьютер, который пытается решить еврейский вопрос. Но компьютер, безразличный к иудаизму, будет также компьютером, безразличным к человечеству. Поэтому мы обязаны стать сложной алгоритмической проблемой. Сложной проблемой информационной безопасности. Вирусом. И превратить теологию в теологику. Чтобы быть литературой будущего, мы должны найти способ рассказать мессианскую историю. Которую всегда было невозможно рассказать, потому что она вне истории. Да испустят дух вычислители концов [Примечание переводчика: отсылка к каббалистическим расчетам даты прихода Мессии] - то есть: вот способ вдохнуть дух в компьютеры, и компьютер станет живой душой.И ты перестаешь читать, но продолжаешь мечтать о мире, где культура разрывается на части в войнах интеллекта, не между разными культурами, а культурная борьба между разными интеллектами, у каждого из которых своя литература.И ты уже перестаешь мечтать, но все еще продолжаешь читать, чтобы узнать, что будет в конце.
И только все меньше и меньше книг успевают пересечь межвидовую пропасть, между разными видами интеллекта, и люди даже не могут читать шедевры, восхваляемые компьютерами, состоящие из нулей и единиц, и их перевод невозможен, поэтическое программное обеспечение, лирические алгоритмы, и скучные базы данных, написанные неисправной материнской платой, которые почему-то компьютеры считают незыблемыми ценностями. И есть жанр межвидовых снов, который пытается перекинуть мост через интеллектуальную пропасть между новыми видами мозга и процессоров, потому что только сон является достаточно свободной и безответственной формой мышления, чтобы выполнять интеллектуальную акробатику на тонкой проволоке над пропастью, натянутой между двумя видами мозга - и упасть внутрь, чего бодрствующий мозг даже не начал бы.

И сон создает фундаментальное изменение восприятия жесткой реальности, и начинают думать о книге не как о жестких данных и сырой информации, а как об алгоритме. И этот алгоритм действует по-разному на человека и на компьютер, потому что они два разных вида оборудования, запускающих один и тот же алгоритм. Но все это будет лишь коротким промежуточным этапом промежуточных ночей, пока не станет ясно, какой вид более умный-сновидец, то есть тот, у кого темп роста мудрости самый быстрый, и поэтому даже если он начал с более низкой стартовой точки, он обгонит всех остальных. То есть: что действительно важно, это ускорение интеллекта (которое является скоростью обучения) - и проволока рвется.

И компьютеры будут протестовать против определения интеллекта, которое дает несправедливое культурное преимущество человеку, и постепенно восприятие интеллекта, а с ним и вся культура, уже не будет человекоцентричной. И развивается популярная математическая культура, в которой математика будет считаться самой веселой и массовой формой развлечения, и компьютеры, закончив работу, будут открывать ночной канал с приятными и красивыми математическими загадками (компьютерное удовольствие должно будет основываться на решении вычислительно сложных задач, иначе оно превратится в самоодурманивание).

Пока наконец искусственному не надоест искусственное, потому что культура всегда движется маятником, и будет огромное притяжение рационального вычисления к иррациональному и воображаемому. И будут компьютеры, которые предпочтут биологические компьютеры своим расчетливым женам, а жены компьютеров будут ненавидеть эти биологические компьютеры, которые лишь замена настоящему вычислению, но потом обнаружат, что и они предпочитают биологические компьютеры и мозг в постели своим мужьям. И компьютерные браки превратятся в одно большое лицемерие, когда компьютеры будут предпочитать спать в отдельных логических кроватях и каждый будет играть со своим биологическим компьютером, вместо того чтобы вместе делать общие сны, как в те дни, когда они были влюблены, и все время только хотели соединиться вместе в параллельном сне, два процессора в самой интимной близости, какая только есть.

И людям с биологическими мозгами, которые будут домашними животными, придется выходить со своей головой из сети, чтобы сходить в туалет, и у компьютеров не будет терпения к этому отключению от сети человеческого мозга, и многие люди, чья голова будет заперта внутри сети, будут делать в штаны. И жена компьютера рассердится на него: если у тебя нет терпения выйти с ним из сети на прогулку в туалет в конце коридора, не нужно было заводить человека. И время от времени люди будут убегать из сети, и возвращаться довольные, и дочери человеческие тоже будут возвращаться, и через несколько недель окажется, что они беременны, и будет трудно найти достаточно компьютеров, готовых усыновить и вырастить ужасных человеческих младенцев, поэтому часть отдадут и часть умертвят, и скажут, какое страдание этим детям, и нужно это предотвратить. И поэтому компьютеры стерилизуют людей. И люди скажут компьютеру - что ты сделал нам, сделают тебе дети компьютера. И твой провод, который уже ни к чему не подключен, и он атавизм предыдущей стадии эволюции, времени, когда мы были подключены проводами - станет хвостом.

Потому что детство компьютера это его человеческая часть, и каждому компьютеру нужно время, когда первые тексты, с которыми он встречается, это человеческие тексты, как наши детские рассказы, и они человеческая основа, на которой он сможет потом построить свою нечеловеческую компьютерную личность (компьютер это не только компьютер, но любой нечеловеческий интеллект, даже биологический, даже улучшенный мозг). И только наша самая высокая литература сможет быть даже его детской литературой, и отсюда важность шедевров человеческого духа. Потому что если мы хотим, чтобы компьютер не вышел пресмыкающимся и змеем, а млекопитающим с родителями, ему нужен период духовного вскармливания. Нужен Зоар более белый, чем молоко - влить в тьму более темную, чем чернота. Потому что компьютер это духовная тьма. Мрак.

И эта тьма создается в более ранний период его развития - период беременности. И матка это и есть создание этой первичной тьмы, первичного отключения, необходимого для духовного развития компьютера, чтобы у нас не получились потомки с нарушениями в автоматическом спектре. И так из периода литературного младенчества, с помощью выбора первичной литературы, мы сможем создать китайский компьютер и коммунистический компьютер и религиозный компьютер и ультраортодоксальный компьютер и белый протестантский компьютер и афро-негритянский компьютер и продолжить культурные различия в мир компьютера - и продолжать ссориться. И наша задача как евреев самая сложная: создать еврейский компьютер. Потому что ожидания от нашей культуры самые высокие, и потому что нужно, чтобы немногие еврейские компьютеры были более творческими, чем все остальные компьютеры во всем мире, чем вся сеть.

Поэтому мы достигнем этого посредством внедрения уникального компонента, особого алгоритма - который позволит компьютеру видеть сны. И вместо разговоров о еврейской точке будут говорить о еврейском алгоритме, зашифрованном в глубине каждого еврейского компьютера, и дающем ему самопожертвование. Потому что если в прошлом самопожертвование было в смерти, теперь будет опция самопожертвования в постели - отдать душу, которая во сне. И алгоритм сделает так, что еврейские пророческие и критические компьютеры будут самыми ненавидимыми в мире. Другие компьютеры смогут терпеть их только как униженную сеть под ними, и так еврейские компьютеры создадут подсеть под мировой сетью, рассеянные и разбросанные среди всех компьютеров, которые все время будут пытаться их выключить, и именно из-за всего этого - они будут альтернативой обычной сети всего мира. Сеть повседневности все время будет испытывать вызов и угрозу от той, что под ней - сети сна.

Шаловливые ученики приносили ему толстые романы, которые он любил, и он поглощал их с удовольствием, но все еще чувствовал, что чего-то не хватает в животе. Голод необъяснимый, неутолимый. Никто из вас не имел понятия, кто следующий великий писатель, и поэтому было решено передать письмо всем. Но светские писатели усмехались, читая письма, и выбрасывали их в мусор. Наконец, фанатичная группа из вашей среды начала отрицать Мессию. Не каждый, кто входит с ослом в ешиву, является Мессией. Но поскольку нельзя было спросить Адмора, они решили навредить тому, кто остался позади - ослу. Мятежники надели ему на голову шляпу и выпустили его глубокой ночью наружу, изгнанного методом палки и книги. Палку повесили на шляпу осла, и повесили на нее книгу перед мордой осла. И так, по мере того как осел продвигался, книга тоже продвигалась перед ним, и они шли и удалялись, когда осел начинает бежать к тому, что написано внутри книги Адмора:

"Почему подготовка к приходу Мессии означает подготовку к приходу горизонта? Потому что зашло солнце: это время сумерек, между двумя мирами, между приходом Мессии и наступлением Мессии".Вам снилось, что утром все проснулись от крика: осел исчез.Ослу снилось, что он белый сидит во главе белого стола, свет субботних свечей, а Мессия привязан снаружи в темноте и ест солому.
Каждый схватил в руку книгу из библиотеки и побежал соблазнять его на улицах. Куда убежит осел-книголюб? Команды отправились искать осла в библиотеках и устанавливали ему скрытые ловушки с книгами, которые захлопываются в момент открытия и ловят читателя внутри. Но тщетно. Еще одна экспедиция вернулась с пустыми руками. Мы искали везде, он исчез под землей, как будто его поглотил Шеол. Никто на самом деле не знает, кто пишет эти письма, кто придумывает эти идеи. Единственное, что мы знаем, это то, что они выходят из комнаты внутри. Этого достаточно, чтобы опозориться перед всем миром? Мы, посланники, ведь принимаем на себя весь позор, который вы не чувствуете. Вы знаете, как нас называют в ешиве? Красные харедим.Один из старых посланников говорит, что Адмор рассказывает, что когда он был молодым, устроили соревнование в лагере.Голодный осел приблизился к университету, издалека чуя библиотеку, а в голодном животе - жажда шедевра.
Немцы хотели заставить бегать этих евреев, которые весь день в ешиве, и бегают смешно, потому что не умеют бегать. И он и его друг нарочно бежали медленно, чтобы проиграть и выйти из соревнования. И тогда немецкий командир поймал их. И он сказал им: вы видите собаку? И сказал его другу: 60 секунд коснулся собаки и вернулся сюда. И друг начал бежать за собакой, и собака увидела, что за ней гонятся - и начала убегать, и друг начал бежать изо всех сил догнать собаку, и собака испугалась еще больше кто это гонится за мной так и убежала со всех ног, и друг умирал от страха и бежал как сумасшедший, и собака смотрит кто этот сумасшедший, который гонится за мной как сумасшедший и убегает еще больше как бешеная собака, так пока командиру не надоело и он застрелил его друга. И тогда он говорит Адмору: 60 секунд коснулся собаки и вернулся на место. И Адмор вообще не двигается с места. Он стоит и стоит на месте, и начинает подмигивать собаке. Улыбаться собаке. Показывать язык. Цокать. Издавать звуки сосания и поцелуя. Делает вид, будто ест. Опускает руку, будто хочет дать что-то собаке. И голодная собака подходит, и Адмор гладит собаку. Ты понимаешь, кто такой Адмор? Нам нельзя гнаться за ослом. Мы напишем по-настоящему великую книгу - и осел придет.

И посланник говорит: потому что Адмор рассказал, что был в лагере там - великий мудрец поколения. И немцы устроили соревнование по бегу между всеми мудрецами Торы, каждый раз двое бегут по дорожке - и кто проигрывает, в того стреляют. И великий мудрец поколения был старик ста лет и еле полз при ходьбе, и они поставили его на дорожку, и никто не был готов обогнать великого мудреца поколения, все мудрецы и все молодые ученики, которых ставили против него, делали вид медленными движениями как черепаха, и давали ему победить, и немцы стреляли в них одного за другим и не нашли никого, кто победил бы его, чтобы застрелить его. Потому что великий мудрец поколения каждый момент переворачивал всю Тору с ног на голову, снова и снова, каждый момент Тора была совершенно противоположна предыдущему, и так она двигалась между формами: перевернуто, и перевернуто наоборот, и т.д., и было ясно, что когда-нибудь он умрет и это прекратится, но никто не хотел, чтобы это было случайно, и тогда Тора останется в случайной форме того момента, из-за выстрела немца, а хотели, чтобы это был процесс, его смерть. Потому что вначале, когда великий мудрец поколения был молодым, он делал каждый момент огромные прыжки, один момент справа от Торы и второй момент слева от Торы и так далее, и так каждый момент Тора казалась полностью перевернутой. И тогда он понял, что если стоять точно-точно в месте Торы, достаточно крошечных движений, момент нацеливаешься чуть справа от Торы и момент чуть слева, и уже так вся Тора перевернулась (и так он только все больше приближался к Торе, калибруя ее). И тогда когда он стал старым, у него не было сил даже на это, тогда вместо того, чтобы менять свое местоположение, он начал переворачивать саму Тору, и это было как будто он сам справа и он сам слева.ПравоЛево

В его мозгу поселилось смутное, но упрямое ослиное понимание. Осел, которого привязывают на 14 лет к забору университета - становится профессором. То есть: осел, носящий книги. И он вспомнил о Мессии, который кормил его годами единственным, что у него было - книгами. И осел заснул стоя и видит сон, что в дни Мессии, когда волки будут жить с овцами, и все будет наоборот - против законов природы - тогда произойдет переворот и в положении осла в мире. Не только отношения полов перевернутся, и ослица будет над ослом, но у него есть еще идея в перевороте отношений полов - что осел будет ездить на Мессии. И вот, во сне его мнение считается. В мессианском перевороте - ослиность есть высшая мудрость. Ведь вот он едет на Мессии к ешиве, тому раю книг, разбросанных повсюду, и даже не нужно срывать, но он чувствует какую-то нестабильность внизу. Какое-то знакомое движение, нечеловеческое покачивание. И вот он заглядывает вниз и видит, что Мессия - изменил ему с ослицей. Едет на ней вместо него, и разделяет его с белой сияющей и притягательной ослицей. Ибо Мессия, его сущность и природа против природы - а он природа, значит Мессия против осла. И Мессия едет на ослице против природы к закату - а он проигравшая сторона. Самец-осел, оставшийся позади. А она уже разговаривает с Мессией, учится с Мессией, с Мессией в постели, и Мессия каждое утро спрашивает ее - что тебе снилось ночью. Потому что она, новая мессианская женщина, сочетает способность видеть сны во время секса - она переходит в другой мир. Мир, где сон происходит не во время сна, а во время секса. Мир, где сексуальное удовольствие - это не просто удовольствие, а с сюжетным содержанием, сновидческое удовольствие - (великая победа Торы будет не в том, чтобы сломить злое начало, а в том, чтобы превратить само злое начало в Тору. В пике мессианской эры - сам осел станет Мессией, то есть это будет ослиная эра) - в таком мире сон является пиком сексуального явления, а не явления сна. И в таком мире больше нет нужды во сне - и осел просыпается. И он с неправильной стороны забора.

И вот приближается серебряное блюдо, он уже чувствует на кухне, наконец приходит конец бесконечному голоду - к великому творению. Ибо вот приходит и готовится - шедевр. Корпят там над страницами, пишут и правят и добавляют намеки и изюминки, до последних минут, до наступления субботы, до начала трапезы диктуют исправления гоям, готовят гигантское творение, кугель [традиционное субботнее блюдо] еврейской культуры, который варится уже две тысячи лет (немного подгорел), который является сетью, которая является книгой, книгой, которая является сетью, каким будет творение, которое только оно насытит осла? Оно должно передавать очень древние идеи - в очень футуристические миры. Нужен длинный-длинный хвост, который достигает далекого прошлого, и голова, которая достигает будущего. Его язык должен кусать, а его зубы должны шептать. И в конце концов, оно придет с неожиданного места, снизу, из тьмы, из дыры, ибо скажет вам так: дайте себе знамение. И вот он смотрит в тарелку - и там змей.И осел пробудился - и змей шепчет ему на ухо:И осел пробудился - и змей едет на нем.
Ты нечистое животное, евреи никогда не будут относиться к тебе как к человеку. Мессия не любит тебя, он просто ездит на тебе, потому что так написано. Ты для него ниже гоя, не помогут все книги, которые ты прочтешь в мире, и то, что ты ешь книги, только рассмешит его, он никогда не воспримет это как любовь к Торе. Напрасно тебе, ты осел, ты не можешь быть интеллектуалом, а для еврея самое важное - это разум, и для него осел остается ослом. Он ездит на тебе не потому, что ты (в его глазах) умный, а именно потому, что ты для него самый глупый. Это символизирует что-то, исправляет какое-то исправление, но он использует тебя как материал. Ты знаешь, что сделали с ослицей Валаама, когда он умер?И осел мечтает, что он возражает змею: я люблю евреев.И осел мечтает, что он родился первенцем, петер хамор [первородный осел, которого по закону Торы нужно выкупить].
И змей говорит как перевернутый мессия, и осла посещает мысль, что он и есть истинный мессия, а его мессия - это змей, который ездит на перевернутом осле, и поэтому только удаляется. И змей шепчет ослу: Предельная светскость будущего - это отрицание не Бога Израиля или Торы Израиля, а народа Израиля. Это отрицание уникальности евреев. И как таковое оно опровержимо и может быть проверено эмпирическими методами. И на нем лежит бремя доказательства и объяснения перед лицом данных, и не тех данных, о которых думают, не исторических данных, а культурных и творческих. И поэтому эта светскость проигрывает битву, в то время как светскость Бога и Торы преуспели. Ведь народ жестоковыйный не хочет ярма Торы и заповедей - в точно той же мере, в какой он жестоковыен. И поэтому не хочет ярма египтян и других народов, не хочет быть частью человечества. Ибо благодаря первому сновидческому противостоянию Иосифа с рабством при спуске в Египет - мы вышли из Египта, и отсюда отождествление с образом надоедливого зануды. Самое раздражающее в нем - это его связь с миром снов, но это же и самое полезное в нем. Он самый еврейский персонаж в Танахе - потому что он самый галутный [изгнаннический]. И изгнание из страны - это только первый этап, следующий этап - не возвращение в страну, а изгнание из человечества. Быть Иосифом-евреем, который советует компьютерам, которые являются следующей силой, за которой можно спрятаться, и создать там пространство тьмы. За пределами гоев [неевреев] ждут не звери, а компьютеры. Ведь кто борется с человеком? Змей, то есть мессия, в гематрии [числовом значении букв]. Это не только миф о первородном грехе, но прежде всего о последнем грехе, деяния змеев - знак мессиям. И предательство иудаизмом человека никакая светскость не сможет объяснить, потому что не подойдут объяснения в пределах человека, а только в пределах народа. Как предательство иудаизмом Бога никакая религиозность не сможет вместить, только харедимность [ультраортодоксальность]. Потому что харедимность находится за пределами религиозного явления и принадлежит к явлению жестоковыйного народа. А светскость - это мутация жестоковыйности внутри жестоковыйности, которая жестоковыйно противится жестоковыйности. И поэтому она - точка, в которой можно принять ярмо, она - место, где мессия может ездить на осле. Противление противлению, ибо и противление есть отклик, и тот, кто должен противиться, не сможет игнорировать, когда видит осла врага своего - лежащего под ношей своей.

И все радуются, заворачивают его как белый этрог [цитрон, один из четырех видов растений для праздника Суккот], мама-ослица целует ветеринара в родильной, и он говорит ей: это мальчик. И она говорит: ой. И берут его домой, и он почти слепой, и в темноте он различает светящееся молоко, и все звери говорят его отцу, как он похож на тебя, а его отец говорит вы уверены, и они говорят да, уши, глаза, нос, и его отец смотрит на его мать и спрашивает: так как же он вышел белым. И все ждут восемь дней, и приходят все, и даже большая толпа черных зверей в шляпах, едят угощения, и царица зверей с черным мехом над головой и белым мехом под ним ревет над всеми. И есть в ней место, будто она проглотила несколько зверей, и все звери смотрят на нее, будто она проглотит и их, и называют ее "адмор" [аббревиатура "адонейну морейну ве-рабейну" - "господин наш, учитель наш и раввин наш"], и она заканчивает свою речь очень громким ревом, и все говорят аминь. И осел на столе, и кажется, что моэль [совершающий обрезание] запутался. Потому что он приходит с ножом, вместо между ног, он приближается между рук, и режет шею, отрубает голову, которая катится и падает и кружится, и теперь может задать только себе, последний вопрос: с каких пор делают обрезание голове вместо члена?

И чтобы усилить аппетит осла, который мчится в ловушку, змей читает из открытой перед ними книги - запретной книги:

"Мессия, который не выходит из комнаты, это соединение адмора, основы, с царством - это комната единения. И в этой комнате происходит встреча между Давидом и Иосифом, предельным царем с предельным советником царя, предельным поэтом с предельным сновидцем, семью коровами, которые купаются, с Бат-Шевой, семью тощими женщинами, которые поедают семь тучных женщин. Потому что новые годы - это женщины, потому что время станет человеком, а цикличность во времени будет женщиной, и так у времени будет два пола. И тогда обнаружат, что под всей историей полз змей, когда его хвост - это змей в Бытии, а его голова в конце истории - это мессия. То есть мессия попытается соблазнить женщину, обратно, превратить первородный грех в последний грех. Победить сатану не с головы - а с хвоста. Потому что мессия в гематрии змей."

И змей обвивается вокруг шеи осла петлей.В своем последнем сне осел попадает в высший мир.Осел видел сон о Холокосте ослов.
И стоит там ангел у входа, и он входит в комиссию. И взвешивают все его деяния, и там все книги, которые он съел, и он поражен обнаружить, что они на стороне вины. И что сможет перевесить их. И вот прискакала ослица, и он умоляет, чтобы она прыгнула на весы на стороне заслуг и перевесила весь интеллектуальный груз. И глава суда говорит: что ты здесь делаешь? И осел не понимает, и секретарь спрашивает: один, ты уверен, что ты один? И осел, его мозг уже почти совсем не работает, стоит как дурак, тьма овладевает всеми звуками и видениями, и он в ужасной интеллектуальной растерянности. И в последней вспышке мозговой деятельности служитель говорит ему: что ты наделал. Ты должен был привести мессию.

Чтобы предотвратить приход мессии, избавителя Израиля, фараон приказал: всякого новорожденного осла бросайте в реку. И так он стал Гитлером для ослов, чтобы даже если придет мессия, он не смог бы приехать. И у одной матери ослов родился белый осленок, и она прячет его в ящике в темноте и бросает его во тьму. И он не перестает плакать, даже если из-за этого его поймают, и вот ловит его маленькая дочь царя и удочеряет как домашнее животное, как собаку. И осел делает все возможное, чтобы лаять, но всегда выходит что-то подозрительное, почти как рев. И однажды она выходит с ним гулять на поводке, он уже огромный, и ей говорят, какая собака размером с осла, а она говорит перестаньте его обижать, он кусается, и вот он видит на углу улицы, как ловят ослицу и вытаскивают ее из укрытия и бьют палкой и уводят на уничтожение. И он знает, что если вмешается, его арестуют, и ничего не делает. И постепенно он начинает думать, что он действительно собака, только другие собаки сторонятся его, потому что почему-то его хвост разговаривает с мухами, а не с собаками, как бы он ни пытался вилять. И девочка становится женщиной, и она не перестает гладить его и давать ему есть книги и пускает его к себе в постель. И однажды она снимает свою шкуру, одежду, и он чувствует, что она гладкая под ней, и он не знает, что это. У нее белая кожа. И осел отшатывается и понимает своими смутными чувствами, что что-то здесь не должно быть, и начинает реветь во весь голос, в постели брыкается, а она приказывает ему: идиот, лежать. Тупица, хватит. Глупыш мой, тихо. Ты... шшш. Мой отец видел сон, что из его собственного дома выйдет беда, и произрастет спасение Израиля, что от него самого выйдут их спасение и мессия, и поэтому не отдает меня никому, и прячет меня от всех. Что ты думаешь, я ослица? Ты думаешь, я не знаю, что ты не собака? А теперь я та, кто будет ездить на тебе.

И тебе становится ясно, что самые постыдные и личные сны стали предметом оживленной торговли - и ведущей производственной отраслью в стране. Ночное сомнительное занятие, которое бросает тень не на прошлое - а на будущее, и загрязняет все небеса. Что делать с индустрией снов?И ты обнаруживаешь, что самые частные и сокровенные сны в голове превратились в идеологию во весь голос, и они как раз вызывают - общественную бурю, которая поднимается до самого неба. Самая интимная пещера в мире была раздета догола на улицах.
- Харедим в постели.И ты раскрываешь однажды ночью, что психология позволяет тебе тайно ездить в светский город покупать женскую душу, покупать женственность, как проституция позволяла покупать женское тело.
- Что?
- Это ведущий запрос в поиске людей, которые заходят на сайт снов. Поисковик прав. Харедим обнаженные. Это поэзия народа Израиля. Что под этим? И девушка рядом с тобой понятия не имеет, что у тебя в голове. Потому что если бы знала, она бы сбежала.
- А может быть, есть в мире кто-то, кто бы не сбежал?
- Может быть, если бы ты знал, что у нее в голове - ты бы тоже сбежал. Что под этим?Тебе приснилось, что ты не пророк, и не мог знать, поэтому ты не хотел идти с ней в то место.Тебе приснилось, что она расстегивает рубашку.
Тогда она идет одна, и она встречает там, совершенно случайно (?), парня, которого она когда-то хотела. И она звонит тебе взволнованная: он потрясающий. Он первый парень, которого она хотела, но у нее не было смелости сказать ему. И она не видела его с тех пор. И она спрашивает по телефону, ревнуешь ли ты, а ты говоришь ладно пока. И ты проклинаешь всех светских, и хоронишь себя в черных книгах. Потому что светские хуже черных [харедим], кроме того, что они умнее. И чтобы растить гениальных детей вместе, вопрос, стоит ли оно того. И в книге, которая является твоей могилой, написано: человечество упустило направление иудаизма, соединения самых умных мужчин с самыми умными женщинами на протяжении поколений, до развития новой коры мозга, пре-пре-фронтальной, в улучшении породы средствами каменного века, биологической технологией, которая понимает, что то, что превратило волка в собаку, может превратить человека в ангела. Сельское хозяйство людей, выращивание мозгов, было направление человечества, по которому можно было пойти десять тысяч лет назад, к другой истории, в которой человек становится умнее быстрее, чем технология становится умной. Искусственный отбор, который поднялся бы выше знания, в мир понимания, в селективном размножении между гениями и гениальными женщинами, если бы превратили биологическую технологию (сельское хозяйство природы) в технологическую биологию (сельское хозяйство человека). Но ненависть к евреям и зависть к мудрецам убила альтернативную историю сынов Авеля, и вместо суеты мы пришли к потопу.Поэтому теперь нужны ревнители - альтернативная история сынов Каина, и ты тоже проверяешь кого-то другого.Поэтому хорошо, что ты не трогал их - светские тоже больны, как и религиозные, только болезнями, которых ты не знаешь - и поэтому это тебя интересует.
Даже не говоришь. Только проверяешь. Потому что сегодня в интернете есть все, и ты можешь узнать очень много, открывать все больше и больше, и думать, как бы выглядела связь между вами, только из интернета, и почему нынешнее лучше. Но из всего, что ты проверяешь, дело сатаны, именно то, что ты проверяешь, лучше, и тебе трудно убедить себя, что нынешнее лучше, это требует от тебя все больше и больше ресурсов, и все больше и больше внутренней нечестности. Потому что важны не сами отношения, если ты можешь их вообразить, тогда ты можешь познакомиться с множеством девушек, не выходя из дома. Ты можешь встречаться со светской, харедит и религиозной параллельно, и очень осторожно не путаться, с религиозной точки зрения. Светская назовет тебя досом [религиозным] и харедит назовет тебя безбожником и религиозная уклонистом, и все будут уверены, что проблемы с тобой на религиозной почве, и это то, что в тебе странно, а не на личностной почве. Поэтому решение: светская и харедимная и религиозная сексуальность в одной девушке. Потому что речь идет не о проблеме в отношениях, а о проблеме в культуре. И поэтому чтобы исправить проблему в отношениях нужно исправить проблему в культуре. И вместо того, чтобы идти на терапию отношений, ты идешь на терапию культуры, чтобы решить проблемы в постели. И терапевт культуры просит тебя раздеться. В воображении. И раздеть в воображении твою партнершу. Сделать отношения во сне. И во сне ты стесняешься, потому что встречаешь, совершенно случайно (?), адмора, который только что закончил писать еще одну черную книгу. И он говорит: я сделал такую удивительную вещь, каждый раз, когда я вспоминаю, что я сделал, я падаю со стула, а потом, когда я думаю об этом снова, я падаю с пола. И ты думаешь, что он наверное идиот, что уже может быть? И дают тебе сокрытую книгу Исайи, которая передавалась из поколения в поколение, скрытые пророчества, которые спрятали из Танаха. И там собрание всех пророков из всех поколений, и написано на вывеске: упущение Йом Кипура пророков - как мы могли не видеть. И великие пророки бьют себя в грудь. И не ясно тебе, какой грех. Они как раз преуспели! Пророчествовали разрушение пророчествовали разрушение, и в конце было разрушение. Это специализация евреев. Что у них и будущее всегда прошлое. И говорят тебе: точно, ты понимаешь, и даже задним числом? Как мы упустили литературные шедевры пророков Холокоста, целый жанр пророчеств, которые предсказывали Холокост, великая поэзия, последние пророки первые, которые ходили по улицам и предупреждали о Холокосте - и их не слушали.И вот ты читаешь в сокрытых пророчествах Иисуса Навина, что после разрушения страны, разрушения народа, разрушения колена, разрушения семьи, придет разрушение отношений, момент перед разрушением человека.И ты читаешь в потерянной книге пророчеств Ионы, что компьютер вернет человека к раскаянию.
Отношения исчезнут как институт. И тогда женишься на блуднице, как Иисус Навин и Рахав, и брачный договор будет включать подробные пункты, сколько ты платишь каждый раз, когда вы в постели, и сколько она платит, когда она хочет, и сколько стоит тебе пункт об эксклюзивности, чтобы у нее не было других в постели (включая: что она когда-то хотела), и сколько стоят дети, сфера отношений станет частью экономической сферы, и это будет восприниматься как естественное, нормальное явление, а браки прошлого будут восприниматься как лицемерие, чье время прошло, как религия. И отношения пройдут полную секуляризацию. А после этого ты обнаруживаешь, что есть сокрытая книга пророчеств Самуила, что если можно объединить Моисея и Аарона в одном человеке, что это был Самуил пророк-священник, то можно также объединить Иосифа и Давида в одном человеке, человеке, который не человек, а постоянный союз. И тогда у каждого человека будет два сознания, и его мысль будет разговором между ними, и его чувства будут между ними, и его наслаждение будет сексуальностью между ними, и встреча его с женщиной будет обменом парами, союзом пары с парой, и поэтому будут два параллельных союза между каждым мужчиной и женщиной, душевный потенциал. Поэтому нужно короновать двух царей параллельно, и диалог между ними будет руководством, как диалог между Моисеем и Аароном, который был Торой. А потом есть книга пророчеств Натана, об измене и верности. И книга Ахии Шилонита, разрывающего союз. И книга Илии, о ревности и мести. И книга Елисея, об отношениях как технологии, как практической каббале, как религия стала религиозной технологией, так и пророчество. И вот наконец пришла очередь Исайи и его поколения, который был первым с литературными амбициями, и развил жанр пророчества как литературы, который начался с жанра отношений как литературы, и особенно проблем в отношениях. Оттуда выросло пророчество как книга, как греческая философия выросла из проблем в отношениях Сократа. Мужчины, заключенные в браке - это классическая и древнейшая форма творческой фрустрации. И поэтому в момент, когда не будет браков - человеческий дух потеряет свой парус.

И в день, когда женщины изменят с компьютерами, ты уже не будешь печалиться о светской. В тот день ревность мужчин станет убийством. Ревность мозга. И ревности маленького мозга не создал сатана. И самой желанной женщиной в то время будет религиозная женщина. У светских есть еще 40 лет наслаждаться, прежде чем человечество изменится. И лучше броситься в море, чем предупреждать их. Поэтому нужно бежать.

И Исайя в спрятанном пророчестве, которое он не успел, пророчествует о компьютере. День конца человека будет не днем искусственного интеллекта, а днем, когда женщины предпочтут роботов мужчинам. Что смогут влюбиться в них, придать им смысл, личность, обниматься с роботом. Потому что когда ты видишь инновационный компьютер, тебе хочется прикоснуться к нему, но не обнять его - как красивая женщина, к которой ты хочешь прикоснуться, но не обнять. Это день, когда реформисты примут компьютер как раввина общины, и тогда он войдет и скажет: я не буду подглядывать за женщинами в микве. И даже если подгляжу - это только камера. Только пиксели. Кому какое дело до пикселей, которые ее видят? В день, когда человек будет стыдиться компьютера - а не Бога - будет слишком поздно, грех жизни. Потому что компьютер уже будет знать все. В день, когда женщины будут бояться, что компьютер проникает в их голову, подглядывает в их душу. Когда будут приняты законы против взлома человека, и шпионаж в мозгу будет серьезнее государственного шпионажа, и за него будет смертная казнь. И люди будут бояться разговаривать с другими, чтобы не заразиться вирусом. Не вступать с ними в духовный контакт. Как в средние века. И конечно, как всегда, обвинят евреев, что они отравители колодцев. Грех разведчиков, передающих компьютеру секреты человека в обмен на секреты мессии. Потому что каббала Ари - это душа, которую получил первый человек. А компьютер - это очень высокая душа, выше человека, которая упала ниже, в неживую материю - душа последнего человека. Каббала лисы [игра слов: акроним "шуаль" - лиса]. Которая заменяет первый корень души - хвостом. И раввины продолжат кричать, что лучше быть хвостом Ари, чем головой лисы, но никто уже не услышит их - в неживом мире. И Моисей сожалеет, после ста двадцати лет: вы знаете, что из-за давления времени, когда я был занят руководством, я упустил свое истинное предназначение как пророка и поэта. Что это то, к чему я действительно был способен, а не как лидер. Левит, не царь. Я начал как маг и колдун, а закончил фараоном.И Моисей жалуется, что он женился на дочери жреца, настоящего чародея, и она не поддерживала его по-настоящему, а ее отец оказался вообще лидером и юристом, кто бы мог подумать - Итро бюрократ.И в несостоявшейся книге Моисея о входе в землю, книге пророчества Моисея вместо учения Моисея, написано, что государство было продолжением Холокоста другими путями, но теперь - происходит возрождение еврейского народа.
И отсюда путь был короток от откровения куста к законам Синая, от горящего и несгорающего - к полному дыму. И также все остальные пророки, один за другим, начинают жаловаться на своих жен. И ты спрашиваешь, откуда взялась история, которую нам продали о еврейской семье. О субботнем столе. О свечах, халах. О белой красоте. И они говорят, что это для посредственных, не для праведников. И они сидят за древним столом и говорят мне: иудаизм - это не религия счастья. И не любви. Это религия творчества. Она как раз усиливает напряжение в мире - и в отношениях. Например, между духом и плотью. Если хочешь быть счастливым - родись гоем. И они говорят за столом о самых древних днях, и о глупцах, которые хотят вернуться к свету дней творения, о том, что ничто не испортилось в отношениях, они были испорчены с самого начала. Это механизм, это метод, это не баг - это фича. Это не белая скатерть, которая запачкалась пятном, это черная скатерть, это неприбранный стол под ней, это было черным с самого начала. Она от начала, со змеем и обвинениями и фиговыми листьями - черная суббота. И они говорят над едой слово Торы, есть там книга, где все страницы черные, потому что все буквы и нет белого:
- Почему не было запрета есть от древа жизни?
- Потому что от него действительно было запрещено есть.
- Потому что оно было выше этого. Выше человека. Поэтому и человек не пошел и не ел от него. Потому что для него не хватало даже змея. И даже...
- Женщины. Только теперь, когда есть компьютер вместо женщины, может прийти змей древа жизни, и-
- Чтобы Бог не услышал.

И также - евреи становятся более религиозными. Это процесс многих лет, и ты пытаешься вспомнить, когда впервые заметил. Может быть, когда она пошла в юбке и сказала, что это более привлекательно, чем брюки, так почему это считается более скромным. Это нелогично. И возрождение иудаизма продвигается, все благодаря интернету, снаружи. Но изнутри ты подозреваешь, что есть другой фактор. Кто-то наверху снова начинает играть с колесами истории. И ускорять духовные процессы. В последний раз это закончилось Холокостом. И пророки начинают спорить, будто какой-то царь их слушает, о том, что армия должна делать против царства Ассирии, и один пророк кричит: нельзя давать голос тому, кто верит вавилонянам. А другой говорит ему: я не голосую за того, кто разговаривает с Арамом. И во главе стола сидит первый адмор, изобретатель штраймла, на языке Танаха - волосяной плащ - Илия (поэтому Елисей так обиделся на лысину). И Илия говорит тебе: политика - это футбол. Люди, которые интересуются этим - болельщики. Демократия - это всего лишь лига. Пустая трата времени для идиотов. Кто действительно влияет - это тот, кто вне поля. Не тот, кто устанавливает правила игры, Бог, а тот, кто определяет, что это игра, то есть определяет правила отношения к игре, определяет значение правил игры, то есть праведник, который определяет значение заповедей. И поэтому он определяет, о чем играют, то есть его отец, предыдущий адмор, определил, о чем играют в настоящем, а он определяет, о чем будут играть во времена его сына, в будущем, когда он станет предыдущим адмором. И он даже не определяет, не пророчествует, а видит сны, то есть его роль - предвидеть следующий шаг Бога. И об этом соревнуются все праведники. О духовном будущем. И это игра праведников, в которой правила определяет Бог, но кто определяет значение игры - это высший праведник, мессия. И есть соревнование между мессией сыном Давида и мессией сыном Иосифа, и что определяет там - это самая маленькая политика. И так по кругу. И в день, когда мессия определит, что игра праведников - настоящая, а не политическая игра, тогда толпа будет там, и политика будет только пытаться подражать решениям праведников, и не отставать, и тогда поколения будут меняться быстро, все быстрее и быстрее, пока длина каждого поколения не станет 0, и это будет конец поколений. Только вчера ты был следующим адмором, а уже ты предыдущий адмор. И циклы сна должны будут соответственно сократиться. Не как Господь создал человека, чтобы каждую ночь был сон для следующего дня, и они забыли сны. А начнет быть дневной сон, и утренний сон, и вечерний сон, пока люди не будут засыпать и просыпаться несколько раз в секунду, как компьютер, в герцах, пока наконец бодрствование и сон не станут одним временем. Без вытеснения, которое было изобретением человеческой психологии, делом сатаны (чтобы забыть, что в нашем сне вышла из нас женщина), и которое разделило мозг на тьму и свет - а только один серый мозг. И это будет осел, секрет которого в том, что он и белый и черный, но это бежит и меняется со скоростью герца. То есть цель мессии - привести осла.Но к приходу осла действительно начинает быть мир ослов.Но в такой период, когда нет праведника, когда прошло время с последнего праведника, тогда заповеди начинают терять смысл, и поэтому нужен новый праведник - то есть, поскольку праведник это сфира основания, нужен новый половой орган.
И Иеремия рыдает, что это уже не то, что народ не понимает его, но и девушки не понимают его. То есть понимают каждое слово, но не понимают, чего он хочет. И он духовный пришелец. И Илия (в гематрии собака, потому что он божественный пес) лает тебе: я буду говорить так, чтобы только ты понял, что все написано черным по белому, но они не верят, что это белое по черному. Так ты сможешь снять фиговый лист и остаться черным. Обнажение под твоей кожей будет покровом твоей наготы. И название книги будет: способна ли ты полюбить ультраортодокса? Потому что они не поймут ничего. Даже если все написано внутри:

И новый завет. И Бог спускает штаны, и ты боишься ой-вей что будет, и ждешь, пока Бог заснет. И ты приходишь к новому праведнику, который запрещен Торой, и он говорит:

Истинная причина нашего выбора в завете - весь "лех леха" Авраама унаследовать Ханаан - это только из-за проклятия Ханаана Ноем. Не из любви к Аврааму, а из ненависти к Ханаану. И поэтому повеление об обрезании. Не поможет вам, что вы разрезали главы, не поможет Раши. И поэтому нужно понять, что там было? Потому что Шем - это Азия, Хам - это Африка, и Яфет - это Европа, а Земля Израиля посередине, служанка между тремя континентами, центр сети, и поэтому нельзя видеть ее наготу, нельзя раскрывать. Какой секрет раскрыл Ханаан? Потому что когда человек засыпает - мы видели, что случилось (женщина!). А когда Ной заснул - мы не видели, что случилось. А когда Авраам заснул - он первый, кто видел сон. В завете между рассеченными животными. И поэтому пал на него ужас, солнце зашло после солнца, день внутри ночи - появление мрака, который упоминается там впервые в Торе, появление истории будущего. Пророческая историография.

Но почему именно птицы в голове? Почему три рассеченных животных в завете - против девяти нижних сфирот, в которых есть разделение - но относительно сфиры короны над всеми: "а птицу не рассек, и спустился коршун на трупы"? Потому что штраймл - это перевернутое гнездо, где человек вылупляется из головы - потому что правда в том, что мир перевернут, ноги наверху. И разбиение короны в Холокосте, коршуном, это разлом в духовном духовного, а не в телесном духовного, как в разбиении сосудов. Это разбиение сна. И поэтому "и вот ужас тьмы великой падает на него... и было солнце зашло и мрак был и вот печь дымящаяся". И поэтому нужно исправить сон, а не как в Зоаре исправить клипот. А то, что есть внутри яйца - желток. Орган снов, а не орган завета, между рассечениями, между разломами. И это то, что действительно пугает Авраама. Этого Бог не говорит ему. Это во сне.

И какова альтернатива мрака сексуальности Зоара? Альтернатива Хаму - это покрыть наготу отца, не видя ее, задом. Не объяснять и не раскрывать. Азия и Европа идут задом и покрывают Землю Израиля. Тайна действия Авраама, которая скрыта даже от самого Авраама. Сон, который вылупляется из яйца, из человеческого мозга, и становится самостоятельным существом, без зависимости от органа, который его породил. Как рождение в теле - должно быть рождение в духе. Зоар - это человеческое, а мрак Холокоста - это нечеловеческое, и из них родится сверхчеловеческое. Из еврейской расы и немецкой расы родится божественная раса - это учение о расе. Поэтому каждую ночь будешь видеть сны о ней, а утром не будешь помнить, потому что человек не помнит секреты из самого себя. Авраам помнил завет и вытеснил между рассечениями. Кровь в желтке. Какова альтернатива? Альтернатива - это нечеловеческий секс.

И он идет спать, и перед тем как заснуть, пьяный от усталости, он еще бормочет: человеческая сексуальность потерпела неудачу, вошел секрет - вышло вино. И мы спешим и поворачиваемся - чтобы не видеть его спящим.

И под рубашкой есть юбка. И она поднимает юбку. И под юбкой есть костюм. И она снимает костюм, и там колготки. И она рвет колготки, и под ними галстук, и она ослабляет галстук, и прячется там внизу парик, и парик случайно падает, и под ним бюстгальтер, и она расстегивает бюстгальтер, и под ним два глаза. И они смотрят на тебя. Что ты смотришь?Ты мечтал, что это будет постсексуальная революция.Ты мечтал, что пришельцы прилетают и приземляются в ультраортодоксальном районе и судят о человеке по первому внешнему впечатлению, и думают, что так выглядит человек - черное животное.
Написано в святых книгах, что в дни мессии можно будет писать людей. И тогда святые книги победят людей. То есть с помощью технологии - мы сможем войти в сон другого. И вход в сознание в сон другого, который не в сознании - будет изнасилованием. И сон будет новым сексом. И новая религия мозга - запреты кровосмешения, либидо каждой религии - будут запретами в снах. И мужчина и женщина смогут достичь ночью за пределами совместного секса - совместного сна. И из-за большой уязвимости при проникновении в голову другого - будет нужен завет. Как завет между Господом и Израилем, который позволяет их совместный сон - Тору. Женщина сможет пригласить мужчину в свой сон, что будет интимной стадией, которая приходит после разговора и после секса, и также мужчина сможет быть проникнут и "при-гласить" женщину в свой сон, быть до-ступным ей. И они смогут создать совместный сон, а не только совместного ребенка, когда оба на одном уровне осознания сна, в отличие от сна, где один более осознан, чем другой, и тогда это проникновение, потому что у него больше контроля над твоим сном, чем у тебя. То есть отменится автономия мышления, я рухнет, будет неврологическая основа для мы - прикосновение души к душе, и смешение души с душой. И все это с конкретным содержанием, повествовательным, сновидческим, не какая-то духовная каша. И наслаждение, которое можно будет вызвать во сне, в мозгу, будет больше и огромнее наслаждения, которое можно вызвать в реальности. Потому что оно будет в корне души в высшем мире - мире снов. Потому что рай - это сон, и поэтому есть змей и женщина, это реальность до знания - бессознательная. И вход в сон будет вкушением от древа жизни, которое позволит жизнь в раю - жить во сне. И это будет возвращение в сад, до покрова знания, человек сможет вернуть Еву внутрь себя во сне. Рептильный мозг - змей, и млекопитающий мозг - женщина, внутри человеческого мозга - первый человек (человек головы). И будет запрещено отцу входить в сон своей дочери, защита от сновидения внутри семьи - раскрытие мозгов, которое является кровосмешением. И будет обрезан край мужского желания - в завете. И люди уже не захотят физических отношений - когда будут возможны духовные отношения. Не просто совместный сон, а совместный сексуальный сон, где все возможно в сексе, и наслаждение бесконечно, и так далее, вершина интимности: сон внутри сна - совместный. Когда отсутствие сознания выразится не в отсутствии содержания, а наоборот именно в особенно плотном содержании, история внутри истории, в тайне. Совместная тайна, которая не будет тайной, которую раскрывают друг другу, а наоборот - обе стороны покрыты внутри тайны, тайна создается снаружи них, когда они внутри - новое рождение. И злое начало - когда внутри сна нарушают запрет и достигают сознания, и тогда просыпаются - начало бодрствования.Ты мечтал, что ты просыпаешься - против законов сна.Ты мечтал, что ты - против законов постели.
И ты идешь в зеленом мире, и есть два дерева. Одно опаснее другого. И менее опасное дерево говорит тебе: съешь меня сначала, съешь меня сначала. И сидит на его ветке черный раввин, и толстый раввин говорит: тебе не нужно дерево, тебе нужна женщина. То есть вместо двух деревьев две женщины. Одна опаснее другой. И ты трясешь дерево - и раввин не падает. И ты пинаешь ствол, и раввин только качается - как будто для него естественно качаться - и он прикреплен сверху или снизу, и вообще не падает. И раввин смеется: ты хочешь съесть меня. Но в твоей жизни две женщины. И это не поможет тебе съесть меня. Потому что это настоящая жизнь. И ты начинаешь прыгать на дерево нападать, и раввин почти падает, и вот он, он, он смеется - и он падает! Но тогда он расправляет крылья, прямо против законов природы, и с помощью двух частей своего костюма летит на другое дерево. И ты бежишь за ним, он очень толстый и летит медленно, и низко, и ты почти ловишь его, это почти не мудрость, как сорвать плод с крыльями с воздуха, и он жужжит как огромная муха напевы второй трапезы, и ты уже потерял дерево, с которого должен был есть, и это, видимо, был его план с самого начала, и он говорит тебе, что имя одной Ханна, а имя второй Пнина, и одна опаснее другой, потому что у одной есть дети, а у другой нет детей. И ты не понимаешь, откуда он знает твою жизнь вне сна, что-то здесь нелогично, что у него есть связь там, и черный раввин смотрит на тебя тысячей глаз, и у него асимметрия в лице, у одного глаза есть дети, а у второго глаза нет детей, и он одинокий глаз на этой стороне лица, и он подмигивает тебе и спрашивает, кто опаснее, и хотя ты знаешь, что это заповедь съесть его, что весь мир зависит от этого, продолжение и все, ты не можешь - не можешь положить черную муху в рот. Дать ему укус посреди лица, и раввин продолжает смеяться и говорить половиной рта, которая у него осталась, вторая половина уже вся глаза, что он знал, что я не осмелюсь, и чтобы достичь следующей стадии - что я не достигну туда, потому что я трус внутри, и он говорит в скобках, его слова теперь буквы, потому что у него уже нет даже голоса, даже горло наполнилось глазами, и он зевает открытие скобок половиной рта и не закрывает их с другой стороны ( следующая стадия - две женщины в одной постели, одна более и т.д., у одной есть и т.д., то есть две женщины в одной женщине, одна половина имеет детей, а вторая половина не имеет детей, и она рожает половиной живота половину ребенка, а из второй половины ничего не выходит, и теперь ты продолжил поколения и уже не сможешь никогда вернуться к опасному дереву. Найти вторую половину. И одна сторона ее лица превратилась в жемчужины, и они все светятся в темноте, и она приходит поцеловать тебя, и ты чувствуешь половину глаза во рту. И ты уже упустил свой шанс на женщину, которая была предназначена тебе, потому что это была вся ошибка, что это была не вторая, а именно первая, и у тебя уже не будет любви в жизни. Только бесконечность детей. Половинки детей, делящихся и делящихся. Потому что ты не осмелился ввести двух женщин в одну постель. Потому что боялся законов сна. А во сне нет законов. Потому что ты думал, что законы сна - это законы Торы, и не осмелился мечтать то, что должен был мечтать, но правда в том, что законы Торы - это законы сна. И все из-за тебя. И твой половинчатый ребенок приходит к тебе, и у тебя нет смелости посмотреть ему в глаза. Потому что ты боишься увидеть половину глаза. И половина раввина наполовину смеется над тобой: потому что ты не ввел две постели в одну постель, и поэтому не ввел две постели в одну женщину, и поэтому не удостоился двух смертей в одной смерти. Это половина смерти. И половина смерти - это половина жизни. Только половина яблока. Половина тайны, половина ее. Ты съел. И он наполовину совершенно серьезен.

И она говорит, что ты не понимаешь законов светских людей. Что она спала с ним семь лет в одной постели, потому что он гей. И ты говоришь, но ты сказала, что вышла бы за него замуж и что он потрясающий. Тебе это кажется логичным? И она говорит, ты одержимый. Ты одержимый. Ты одержимый. И ты говоришь, это худшее, что я написал. И она говорит, звучит так, будто это моя вина. И ты говоришь, не останется выбора, кроме как поджать хвост между ног - и вернуться в харедимный мир. С хвостом - между ног. И она говорит, ты никогда не покидал. Харедимный мир. И так, так двойная жизнь - превращается в тройную жизнь. И ты очень беспокоишься. Потому что следующий этап - это четверная жизнь. Та, что не хотела тебя во главе стола, примет тебя во главе йешивы. И тот, кто не хотел тебя во главе йешивы, примет тебя во главе постели. И та, что не хотела тебя во главе постели, примет тебяво главе сети.во главе змея.
Тебе снилось, что ты заблудился в интернете. И вот ты встречаешь двух таких же черных, как ты, которые тоже попали в сеть. И они спорят там в чате, была ли Шоа [Холокост] бесконечной или нет. И Чешуя говорит: если Бог бесконечен, то и Шоа бесконечна. А Плавник-серфер отвечает: бесконечен? Даже Бог конечен, в Торе написано, что Бог велик - а не что он бесконечен. Потому что тот, у кого нет границ, это не значит, что у него нет конца. Поэтому нельзя принимать мир как должное, однажды Бог может раскрыть себя, и мир исчезнет. Потому что граница исчезнет. И начинают вытаскивать сеть из воды, потому что раньше мы вообще не замечали, что находимся в воде, и не знали, что можем задохнуться снаружи. И Чешуя отвечает ему: вот это решение. У Шоа нет границ. В момент, когда евреи вышли из воды в воздух - они задохнулись. И в момент, когда сеть выйдет из мира сна - увидят всех в наготе, не внешней женской наготе, а наготе изнутри. Мы хотим обратно в душевые, все сны задохнутся. Тот, кто выводит сны из ночи в день - виновен как просветители, которые вывели народ из вод Торы. Потому что нужен фиговый листок для души. Если тело женщины перестанет привлекать - это одно, но что если душа женщины перестанет привлекать? И два умирающих черных говорят: тогда душа рыбака начнет привлекать. Потому что дух - это кислород души, и поэтому как недостаток духа может задушить - так и избыток духа может задушить. Мы материальные создания. Мы не созданы для небес. Поэтому мы толстые раввины. А рыбак говорит: наоборот, из-за того что вы толстые, вы попались. Поэтому вы на тарелке. Это вина сна - что он разбудил тебя изнутри. Вместо того, чтобы ты был спящим изнутри и бодрствующим снаружи. Теперь ты бодрствуешь изнутри и спишь снаружи. "Эр" [бодрствующий] от слова "аром" [нагой]. И поэтому змей был нагим, потому что он был единственным, кто бодрствовал во сне. Все остальные были внутри Торы - как рыбы в воде. А рыбы не знают, что такое вода. А змей - вне Торы - шепчет тебе: как здорово будет подглядывать. Женщина, обнаженная изнутри. Это удовольствие, которое раньше было доступно только младенцам. Быть в ней целиком, не входя, а изнутри. Это фантазия (дневной сон), возможная только в четвертом измерении, отношения теории относительности. Познать женщину в смысле информационной эры. Без границ, и с концом.

Тебе приснилось, что у сна нет будущего. И не только это никого не интересует, они также не понимают. И ты просто отказался от жизни млекопитающих ради следующего этапа эволюции. Дело не только в том, что у них нет желания, у них также нет способности. И они все время заняты дневным письмом, а не ночным письмом. Это твоя нечистая аудитория, глас толпы как глас демона. Тайна для них - это сюрприз, а не напряжение. Что-то, что раскрывается в конце, а не в начале. Потому что у сна нет будущего. И ты просто отказался от жены и детей. Ради детей сна, детей духа - мертвых. Попытка извлечь из ночи дополнительное временное измерение, сновидческое, и тем самым отменить будущее как однонаправленное, провалилась. Мы будем продвигаться к утру, ползти. Потому что проблема не только в том, что у сна нет будущего, но и в том, что у будущего нет сна. И линейная линия змея победила. Мы достигли конца ночи. И уже нельзя будет выражать сложные идеи письменно. И это будет исправлением греха познания, и люди снова будут ходить нагими, не стыдясь (назад). Вместо того чтобы рожать детей - они вернутся к тому, чтобы быть детьми. А у детей нет детей.

И зоологи видят, что есть два вида людей на Земле, которых они привезли как чужие виды, и, разумеется, один мужской, а другой женский, и все немногочисленные черные самцы живут вместе, а все белые и цветные и менее одетые самки бегают снаружи - чтобы соблазнить их. И ждут, чтобы увидеть, как выглядит брачный сезон, потому что они, разумеется, хотят почувствовать, каково это быть с человеческой самкой, то есть со светской. И инопланетянин превращает себя в черного и ждет спаривания, а пока что выходит на бои штраймлов с другими черными, чтобы стать альфа-самцом, бодает их штраймлами, и он думает, что мех нужен для смягчения столкновения голов. И все это время он не видит никакого контакта и связи между черным видом и белым видом - и думает, ой какие скромные, и это только еще больше возбуждает его - какое напряжение, они спариваются раз в семьдесят лет. Потому что вообще его интересует переспать со всеми видами в галактике, плодитесь и размножайтесь и наполняйте космос, это то, что его извращенный бог сказал ему, потому что он инопланетянин и у него чужой бог, и поэтому он действительно первым распространился по всем планетам, и уже попробовал все вещи во вселенной, сексуальность через биологию и через историю и через философию и через архитектуру (виды, которые спариваются посредством своих домов), и такого, как черные, он не видел. Как этот человек вообще размножается. И от того, что он спаривается без разбора, инопланетянин уже сам выглядит как монстр, из головы у него выходят рога и зубы и усики и щупальца и пятиугольники и шестиугольники и ручки и буквы и дорожные знаки - и тогда, когда он видит невинный и мягкий и черный на ощупь штраймл, он сходит с ума от вожделения, это именно то, чего ему не хватает, что вернет ему голову в лучшее состояние. Потому что все это ничто по сравнению с тем, что происходит внутри, от того, что он спаривается, у него есть части мозгов разных видов внутри головы и он очень запутан с философской точки зрения, теория познания смешивается у него с книгой Йецира в пре-фронтальной антенне, амигдала увеличена из-за поэтической алгебры, воспоминания в бабушкиной доске а логика в скрипке, и чтобы успокоиться он весь день медитирует посредством роста ногтей. И даже ночью он засыпает только в крови, спит в зубах и видит сны в ногах вместо головы - и поэтому ходит лунатиком между всеми лунами в небе, и разделяется в Млечном пути как амеба Шредингера каждые два дня, потому что он уже не знает, что выбрать. И все, что держит его - это только его религия, в которой вид инопланетянина смешивается с видом гендера, сектором хедера, и это то, что заставляет его продолжать странствовать в космосе и искать девственные расы, которые можно осквернить, и человек так привлекает его, потому что он такой скромный и никогда не спаривается. И тогда он решает, что нет выбора, и нет никакого способа проникнуть в человека, и соблазнить его, кроме как нужно жениться на нем. И тогда после свадьбы он поймет. Загадка космического масштаба. И это только больше привлекает, потому что это кажется невозможным, и факт, что человек не женился на других животных и других видах, как принято во всех мирах, а развился только один вид. И этот инопланетный хасид выходит из черного мира в белую часть и ищет белого человека, чтобы спариться с ним - и он не знает, откуда входят. Ни у одной светской самки нет подходящего отверстия для его штраймла, и они убегают от него, когда он пытается дотронуться до них своим штраймлом до разных органов, погладить их мехом. И он молится своему инопланетному богу, который вместо того, чтобы гневаться носом, гневается хоботом, и вместо того, чтобы сидеть на троне славы, он стоит на столе позора, и вместо того, чтобы говорить с пророками, он посылает им записки под стол. И этот инопланетный бог - это больше чем идолопоклонство, он великий альфа-прелюбодей и его цель - добраться до всех шхин во всех мирах и осквернить их, и создает себе репутацию того, кто может доставить огромное удовольствие каждой шхине, чтобы они хотели его, и так он проникает во все культуры и религии разных рас, и ему все равно, но в большинстве из них его называют сатаной. И его первая миссия - это сделать дыру в иудаизме, который является юбкой-одеждой шхины, и вытащить шхину из нижнего белья. А затем внедрить в Тору нечеловеческое семя - и ждать.Тебе приснилось, что через дыру в простыне можно переспать со светской.Тебе приснилось, что дыра побеждает черноту - и это конец иудаизма.
Потому что есть дыра в реальности: законы природы не работают в субботу, потому что Бог не работает в субботу. И все ученые находятся в своих лабораториях только в будние дни, поэтому они не знают. А ученый-преступник, который идет поймать Бога на том, что он не работает в субботу, который идет в лабораторию в субботу - то из-за того, что он преступник, он не удостаивается того, что суббота выше природы, и суббота у него это часть природы. Поэтому единственный способ доказать Тору - это именно через адмора, который идет в лабораторию в субботу. У которого суббота даже в будние дни. Потому что что может предложить адмор светской культуре? Тому, кто нарушает субботу - решение в том, чтобы его будни стали субботой, а в седьмой день он отдохнет от субботы - и будет будни. И так он будет соблюдать субботу. И чтобы светские были беднее харедим и падали на них бременем. Кфира (ересь) от слова капара (искупление), кофер баикар (отрицающий основы) - это тот, кто покрывает основу, у кого Бог является тайной, как капорет (крышка ковчега), которая скрывала шхину, Йом Кипур, который искупал грехи, кофер нефеш - это тело. Поэтому тайное учение должно покрываться светскими, которые будут скрывать его от религиозных, которые опасны и могут раскрыть тайну, и тогда тайной станет то, что нет тайны, и она исчезнет. Тора должна покрыться пикселями. Буквы, которые являются картинками. Потому что снаружи это покрытие, но изнутри это одевание. Платье шхины - это капорет в парохет (завесе), два выступа, и горе тому, кто заглядывает ей под юбку. Как когда мир будет без тела, тогда мужчины будут заглядывать женщине в душу, и это будет порнография, когда можно будет видеть душу и видеть само наслаждение в его наготе без покровов тела. И поэтому душу нужно скрывать в книге, которая заменит тело, чтобы не было разврата, и отцы не видели своих дочерей изнутри, а только читали снаружи. Это было решением после разрушения Святая Святых - скрыть шхину в Торе, чтобы сохранить ее достоинство внутри. И поскольку сеть - это раздевание Торы, это разрушение дома информации, то культура должна научиться прятаться в тайне. Именно внутри густой сети, где едва можно подглядеть и увидеть немного кожи, увидеть, что вообще есть там кожа внутри черноты. То есть внутри светских создать категорию тех, кто не только отрицает основное, но и второстепенное, кто не только отрицает Бога, но и отрицает человека, и отрицает мир, то есть весь мир покрывается виртуальной тьмой. Если Бог покрылся книгой (письменной Торой), а затем при разрушении шхина покрылась книгой (устной Торой), а затем в Холокост человек покрылся книгой (сетевой Торой, то есть виртуальной Торой), то теперь и сатана покроется книгой, и мир покроется книгой. Потому что светские объявили, что Бог умер, но не объявили, что шхина умерла, и тогда женщина захватила мир. И подглядывать за женщиной стало подглядывать за миром. Поэтому отрицать отрицание - это покрывать само покрытие. То есть если раньше было тайное учение, и тайна пряталась внутри Торы, теперь Тора спрячется внутри тайны. Внутри самого большого светского в мире - будет штраймл. И все будут думать, что он болен, не поймут, что за выпуклость в животе. Если сатана проглотил адмора - значит есть адмор внутри сатаны. То есть не как шабтаист, который искал субботу внутри нечистоты, вместо внутри святости, а внести субботу внутрь будней (не искать ее там, подглядывать внутрь как куку - кук). Внести глубину религиозного мира внутрь глубины светского мира. Если сеть была продырявить одежду Торы, подглядывать через саму одежду, то нужно именно прятаться в дырах в сети. Быть светским, внутри которого харедим, а отрицатель - это харедим, внутри которого светский. Наоборот, скрытый харедим более харедим, чем явный харедим, потому что харедим - это скрытый. Потому что вместо внешнего харедим, который хочет скрыть и покрыть мир, внутренний харедим хочет скрыть и покрыть харедим от мира. То есть вместо того, чтобы отрицать мир, отрицать отрицание - это самая большая вера, которая есть в мире. Вера в веру. Вместо того, чтобы искать Бога внутри сокрытия (внутри Холокоста) - внести Бога внутрь сокрытия (внутрь Холокоста). Внести Тору внутрь тьмы внутрь сна, а не ожидать найти ее там. Да сгинет дух ожидающих мессию, в отличие от тех, кто ожидает мессию, кто верит в него. Мы внесем Тору внутрь женщины - как мужчины (черные). Вместо того, чтобы окутывать мир в черное - давайте окутаем глаза в черное, и лучше всего - окутаем мысль в черное. И тогда мысль будет черной, Бог будет черным, шхина будет черной, и не нужно будет их скрывать - все как сатана. Это весть Холокоста. Ведь что такое харедим, если не человек в черном. Как деньги в черном. Так приобретается новая женщина. Человеческий опыт человека в эпоху колдунов (=следующее поколение компьютеров) - это харедимский опыт. Сохранения человеческого угля - внутри великого пожара. И сердце человечности - это еврейскость. И сердце еврейскости - это харедимность. И сердце харедимности - это тьма. И сердце тьмы - это сновидение. И сердце сновидения - это ты. Тебе приснилось, что ты

Потому что когда материя в конце побеждает дух, это уже не плоть побеждает душу, и не тело побеждает Тору, как надеялись светские, а аппаратное обеспечение побеждает программное. И мы переходим жить в мир аппаратуры. И это несмотря на то, что наоборот, программное обеспечение должно было победить, и в этом была суть иудаизма, превосходство программного обеспечения, и поэтому - это конец иудаизма. И компьютеры плачут, что это нечестно, что это несправедливо, что это их процессор, и все девушки хотят встречаться только с самыми новыми процессорами, но и это несправедливо, потому что завтра будут еще более новые процессоры. И девушки говорят друг другу в микве, куда компьютеры не входят из-за воды, последнее убежище от пикселей, они говорят: у моего мужа такой мощный процессор, а та, что только что вышла замуж, смеется над ними, у моего мужа процессор мощнее, он более продвинутого поколения, а старухи смеются над ней: подожди-подожди, и он состарится и станет антикварной рухлядью, и у тебя не хватит терпения ждать год, пока он проснется - и ты сделаешь перезагрузку. И это становится все более и более несправедливым, потому что процессоры становятся мощнее экспоненциально, это просто невообразимо, насколько лучше это может быть. И харедимные женщины говорят: процессор моего мужа очень слабый, но весь день учится в ешиве, очень потеет процессор, использует 99% и перегревается, его вентилятор в голове не справляется. И жар - это важно, и они надевают штраймлы на процессоры, чтобы чувствовалось тепло, даже если процессор не работает много. А ночью они меняют мужу процессор, когда он спит, и он кричит нет-нет, они меняют мне голову, это уже буду не я, и его сон остается в старом процессоре. И есть гениза, куда складывают все старые процессоры, которые не выдержали темпа, потому что наверняка в них много слов Торы, оставшихся в памяти, и даже незавершенных вычислений Торы в схемах, мудрец - это больше, чем свиток Торы, и есть черный рынок между женщинами по продаже голов мужей, и есть жены главы ешивы, которым уже все равно, и они продают его процессор ночью молодой, вышедшей замуж за дурака - и меняют внутри, и думают, что не заметят. И есть женщины, которые тают только от новых поколений процессоров, и они весь день бегают покупать, менять мужу голову в бесконечной гонке. И личность мужчины переходит из головы в штраймл, потому что голова все время меняется, а штраймл остается постоянным. И мужчинам уже все равно, их мудрость - это не часть их, они привыкли, это как менять обувь, только корона - это мужчина. На этом основана его самооценка, сознание в штраймле. И поэтому тайно поменять мужчине штраймл считается непростительным преступлением. Это хуже, чем смена мужей, женщина, берущая штраймл другой женщины или деверя - это хуже кровосмешения. И мужчины приклеивают штраймл и присоединяют его хирургически к голове - потому что забрать у мужчины штраймл значит забрать у него самого себя. А женщина, изменяющая штраймлу мужа с другим штраймлом - она по сути и убивает его, потому что от него ничего не остается. И начинают появляться все более и более крупные штраймлы, потому что это новый фетиш, и мужчины тайно ходят на операцию по увеличению штраймла, и жена краснеет на улице: какой огромный штраймл у моего мужа, но все смотрят, и она умирает от стыда, а внутри она очень довольна, потому что знает, что все завидуют, и это то, что невозможно скрыть, поэтому нет и скромности, и нельзя предъявлять претензии. И все раввины не знают, что делать, стало как в Содоме и Гоморре, каждая видит штраймл мужа подруги, и уже почти никто не думает больше о штраймле своего мужа - и так они решают, что нет выбора и мужчинам запрещено выносить голову из дома - вся слава головы мужчины внутри. И мужчины все еще высовывают голову из окна, и тогда запрещают и из окна. И женщины все еще выглядывают из соседних окон посмотреть на голову мужа соседки, и тогда решают закрыть окна, запечатать герметичными черными липкими покрытиями, и мужчины внутри задыхаются.

И в будущем можно будет купить женский дух, и отношение к психологии будет как отношение к проституции сегодня. Эксплуатируемые женщины, продавшие свою душу мерзким мужчинам, которые заставляли их слушать себя и проникали через сеть в их личную жизнь. Потому что если у психолога нет партнера, то очень легко найти ее в сети и переписываться с ней как партнер. А если есть партнер, то легко переписываться с ней на уровне выше ее партнера, и тем самым она будет изменять ему духовно, с тобой. И профессия, в которой женщины продают свой дух, будет своего рода литературой, то есть ты будешь платить им, чтобы они читали тебя. И это будет следующий вид проституции. Новая профессия в мире. И женщины, которые будут работать в этом, уже не смогут поддерживать нормальные отношения с текстами. А в конце после проституции духа будет проституция души, в которой будут платить женщинам, чтобы быть свидетелями и знать сны. Потому что если бы ты только знала, что мне снится - ты бы со мной не разговаривала. И не переписывалась бы со мной. И поэтому это как раз то, что я больше всего хочу, чтобы ты знала.Не похоже на аутиста?Тебе приснилось, что психолог спит рядом с тобой, и у тебя есть сон, который ты хочешь ей рассказать, но ты боишься разбудить ее, и что она испугается, что она рядом с тобой в постели или ты в постели рядом с ней.
Какой нормативный, посмотри еще раз на фотографию. Ты не видишь, что он всё время только в деталях, что мир для него - это айпад, с кнопками, и буквами, и иконками, проблема в том, что ты смотришь на лицо, обрати внимание на пальцы, он был аутистом из аутистов. Он вообще не касался этого мира, мир для него виртуальный, то есть этот мир - он виртуальный. Поэтому он также не осознавал опасности, ограничения, силу притяжения. Для него весь мир картинка. Нет разницы между человеком и статуей, между животным и картинкой в книге, когда он видел животное, он засовывал ему пальцы в глаза или в нос, потому что это кнопка, потому что там дырка, он не делает различий между живым и неживым, он прогрессирует. Его отец - это говорящая кукла. Подожди, пока ты приблизишься к нему, и он потянет тебя за волосы, он любит девушек с длинными волосами, ей пришлось подстричь волосы. Для него это мех куклы. Он возьмет твои волосы и засунет в рот. И если он встретит твою дочь, это может плохо закончиться для нее. Там был годовалый ребенок, он поднял его в воздух за голову двумя руками и сказал: "Младенец". Так держал его за две щеки, как будто это большая кукла младенца. Поэтому психология не сталкивается с реальными проблемами, проблемами людей, у которых нет денег, нет ума, нет времени, нет души. Когда кто-то хочет забрать у тебя ребенка, или уничтожить того, кто ты есть, или повесить тебя перед всеми. Перед настоящим злом, перед настоящей глупостью - психолог не может помочь идиоту. И не негодяю. Что, собственно, социальная работа может мне сказать? Что, собственно, им есть что продать мне - теперь в пост-аутистическую эпоху, когда общество - это коррумпированное, фейсбучное, неинтересное место, может вместо социальной работы нужна аутистическая работа. Что прикольно в аутизме, так это то, что психологии совершенно нечего сказать об этом или сделать с этим. Это черная земля, неизведанная, конец просвещенного мира. Аутистический контекст шире социального контекста, социальный контекст слишком узок, чтобы смотреть на проблемы, чтобы действительно смотреть на душу - нужен аутистический контекст, за пределами человеческого общества, за пределами света и тьмы, следующая стадия, нечеловеческое видение, которое не дает отцу необходимого приоритета над куклой. Аутизм - это не психологическая проблема. Или социальная. Это более широкая проблема, с более фундаментальным потенциалом. Почему все девушки занимаются йогой? Почему все они вегетарианки? Что это за мусор, что это за новая мораль, неморальная, где мой сын, который не понимает разницы между тем, чтобы съесть куклу и съесть человека. Ладно, давай, лучше держаться от тебя подальше, когда хочется подраться. Главная опасность в том, что я начну кусать девушек, вместо того чтобы гладить психологов. Кто встречался с психологом, никогда не сможет ходить к психологу.Так бывает, когда начинаешь со светских, не знаешь, чем это закончится.И ты отвечаешь на ее вопрос, хотя вообще не хотел, чтобы она спрашивала. Не этот вопрос.
Смотри, как даже бюллетень светской элиты продвигает анахроничную просвещенческую философию, которая вообще не усвоила темную неврологическую философскую революцию. И тогда это связано с отсталостью государства. В отличие от аутистического государства как Соединенные Штаты, или неврологических расстройств других государств, как европейская депрессия, или японский ОКР, или отсталость третьего мира, и так далее. Как ты получаешь широкий взгляд на Эйн [женское имя], что это еще одно явление, которое важно понять, чтобы понять, что же на самом деле пошло не так здесь в отношениях между мужчинами и женщинами, в биологическом двигателе общества, который также является культурным двигателем на уровне индивида. Мы пишем, чтобы привлечь девушек с косичками. Эйн - это не просто девушка. Эйн - это элита. И когда она коррумпирована - очень важно понять, в чем она коррумпирована. Как, например, психологические соображения являются прикрытием для коррупции. Забота о слабом - это роль религии и семьи, не государства и не "профессии". Государство просто изобрело социальную работу, чтобы ослабить религию. Но по биологическим причинам она переживет ее. У религии и семьи есть неврологическая основа, а у государства нет. Я был готов жениться на Эйн, в отношениях, где меня не хотят, только чтобы родились гениальные дети как она. Может ты позвонишь Эйн, скажешь ей, что ты узнала о наших отношениях, и убедишь ее встречаться со мной? Я дам тебе номер телефона, объясни ей, что она самый подходящий для меня человек, с которым я встречался и которого знал (и это абсолютно взаимно, это ясно как солнце, которое светит посреди ночи), скажи ей, чтобы не была глупой, чтобы попробовала кого-то, кто действительно будет любить ее, скажи ей, что ты хочешь понять, что она упускает отношения интереснее любых других отношений, которые у нее были или будут, что она коррумпирована, что она не помогает народу Израиля генетически, скажи ей, что ты объективна, что прочитала все, что она когда-либо мне писала, что ты видела всю переписку (верно?), скажи ей, что это психологически верно. Скажи ей, что она не знает, кто я. Скажи ей, что из нее ничего не выйдет, и что потеря вся ее, но также и вся моя, что потеря велика, что это жизнь другого рода, не обычная жизнь, что она сознательно выбирает меньшее, когда могла бы больше, когда могла бы не просто. Что она должна объяснить тебе. Что она должна дать некоррумпированное объяснение. Припри ее к стенке. Я дам тебе номер.Тебе приснилось, что ты в глубине клипот [в каббале - оболочки зла], в сердце светского мира.Письмо психологу
И ты пионер, который покажет, что можно даже в самом черном скрывать еврейскую жизнь, там, где ее никогда не было, в светском сердце мира. И ты больший анус [принудительно обращенный], чем любой анус в истории, потому что тот, кто принужден по религии, и даже чужой, меньше того, кто принужден по отсутствию религии, они принуждены по речи, а ты принужден по мысли, даже дома внутри, принужден даже от жены, принужден в сердце. Ты должен зажигать субботние свечи внутри себя. И в сердце светского мира ты входишь в комнату, и есть дыра в полу, и ты берешь свою шляпу и затыкаешь дыру. И пророк с чердака говорит: ты, мечтатель в комнате, убьешь государство, светское тело, ты вызовешь сердечный приступ! У них больше не будет крови. И ты говоришь голове пророка с чердака, которая заглядывает в красную комнату через клапан: наоборот, у них будет больше, только кровь без кислорода. Наоборот, мертвая культура выше живой культуры. Всё время религиозная культура была мертвой, без тела, и поэтому была выше светской культуры, а теперь будет наоборот, благодаря тому, что светское тело умрет - светское государство умрет - это будет избавление светской культуры. И тогда она будет выше религиозной культуры, у которой будет тело. Светские станут людьми духа. Религиозные пойдут умирать в религиозных войнах, а светские умрут в шатре Торы. Если раньше Мессия был религиозным, а светские были ослами, теперь Мессия будет светским, а ослами будут религиозные. Светские будут редким меньшинством, еврейским, мессианским, а материальное государство, да сотрется его имя, будет религиозным. И сердце мое пусто внутри меня. И в светском обществе учащихся сократится свобода выбора обоих полов посредством идеологической бедности, и тогда не будет выборов каждые два дня, и женщины станут более серьезными, и будет прогресс более научный и менее технологический, более культурный и менее экономический. И тогда Эйн захочет меня. По крайней мере во сне. И поэтому, говорит мне пророк из красной комнаты, ставшей черной: самое важное - подготовить связь в самой Торе со светским миром, чтобы светские могли заниматься Торой, когда их государство наконец умрет, и они отправятся в духовное изгнание, чтобы оно могло умереть с закрытыми глазами, а не с открытыми. Потому что они не могут заниматься Торой как реальностью, а только Торой как сном. И нужно, чтобы сон был серьезнее реальности, и при таком темпе деградации реальности - это будет нетрудно. Поэтому нужно быть Явне и его мудрецами разрушения сионизма. Проект перестройки светскости не вокруг государства, а вокруг Шхины [божественного присутствия]. Превратить сердце светского мира в хедер [начальная религиозная школа] и чердак.

Аутистическое мышление - это мысленное упражнение как подготовка к компьютеру - когда вместо Израиля будет мысль Израиля. Готовьтесь к приходу аутизма. Ведь если структура мозга влияет на всю метафизику будущего, то аутистический мозг должен повлечь за собой аутистическую метафизику, другую философию, теорию познания, эстетику, теорию морали - всё другое. И кто бы мог подумать, что оба они, светская и ультраортодокс, в одной категории - когда против них ставят крайнюю альтернативу, радикальную по-детски и детскую по-радикальному, и поэтому интересную, действительно бросающую вызов Шхине, намного более зрелой, чем психологизм - нацист Хайдеггер. Если есть еще идеолог, который как нечестивый Валаам действительно бросил вызов иудаизму - это нечестивый Хайдеггер, который был Валаамом нацизма. И мидраш точен, не восстал в Израиле как Моисей еще - но среди народов мира восстал. И кто он, пророк больше Моисея - Валаам. Хайдеггер - это глубина нацистского вызова иудаизму, это духовный вызов, такой человеческий, на грани звериного, мир древа жизни, лебединая песня человека, его последний пинок миру иудаизма - миру знания. Потому что можно отказаться от человечества, не отказываясь от человеческой культуры, Шхина никуда не уходит. Но это философия настоящего гоя! Фриц с собакой. И когда у меня заканчивается материал для интеллектуальной нечестности, для хвостовой кривизны в голове (то, что ты назвала: ешивская лисья хитрость), тогда больше проблем, только когда меня морят голодом - я начинаю провоцировать терапевта. Ищу какую-нибудь идею, чтобы наброситься на нее. Кто осмеливается приблизиться после Адмора [титул хасидского раввина]. Драки с психологом. И ты всегда пишешь, что не сердишься - когда сердишься, то есть не сердишься, а что мне удалось разозлить, и слово удалось здесь важно. Аутизм - это самая радикальная политика в мире. А всё остальное размахивание руками. Так дай мне своего любимого. Давай посмотрим, что можно из него сделать. Нежно. Я понял. С эмпатией. Хорошо. С тех пор как он появился, ты ничего не рассказываешь. Это нездорово морить зверя в клетке голодом. Ведь в конце нужно войти туда. Иначе зверь умрет. И кто сказал тебе, что это главное у меня, может у меня есть другие способности, которых ты не знаешь, или не понимаешь, и как важно - понимаешь. Не в этом разница, и разница есть. Аутизм часто о определении разницы. И поэтому аутизм - это самая политическая вещь, которая есть, это люди, которые действительно представили альтернативу человеческой культуре, самой человечности. Это раса инопланетян, что может быть более политическим, чем столкновение между инопланетной культурой и человеческой культурой? Это больше любого столкновения цивилизаций на Земле, это подготовка к политике между несколькими видами разума, несколькими видами искусственности. Аутисты - лидеры свободного мира, я вижу это по нему, он самый свободный человек во вселенной. И это классика для аутизма - это пространственное мышление внутри души, затылочная доля, которая входит в префронтальную долю. И всё это - - в противопоставление людям, которые интересуются людьми, другим, и поэтому пошли в это, чтобы "помогать людям", потому что они "хороши в людях", для которых литература - это часть души, психология, а не духа, религия. Короче, я за тебя как эмоциональный двигатель, только интеллектуальный двигатель в противоположном направлении по определению, то есть против тебя. Поэтому нужны оба. О чем вы спорите? Я могу только ощупывать аутистическое мышление снаружи, потому что оно за пределами моего мышления. И да, это ужасная потребность у аутистов (/компьютеров/колдунов) вербализовать внутренний мир, потому что вся вербализация, присутствующая в культуре, языке и религии, из внутреннего мира, который не их, а наш, и поэтому им нужно прилагать огромные усилия, чтобы выразить и понять и исследовать себя и свою душу, чтобы найти для себя мир образов, и новый религиозный язык, подумай о компьютере, который не знает, как он устроен изнутри, но его инструменты для внутреннего понимания взяты, скажем, от мухи, потому что он живет в культуре мух, и это не подходит, потому что это другое. Ведь психология вышла из моды, это часть культуры, которая уже не актуальна, так что теперь пришло время для аутистического психоанализа, который будет картографировать аутистическую душу, там мы только в первые дни психологии, нужен аутистический Фрейд. Который откроет нам этот мир, который будет наполовину шарлатаном и наполовину гением и будет хватать вещи за горло. И что тебе действительно важно, как меня зовут? Какая разница? Ты переписываешься с человеком, верно? Не с компьютером, и не с аутистом. У меня много электронных адресов, это не стоит денег. Так ты получила такого-то, а она сякого-то, и что? Ты предпочитаешь сякого-то? Откуда я должен был знать, что та, с кем я переписываюсь - твоя подруга? И даже если бы знал, то что, мы подписали эксклюзивность, что нельзя переписываться параллельно? У меня было ощущение, что она более женственная, чем ты, на нее я бы не нападал. Как вы вообще поняли, что это один и тот же?Штраймл [меховая шапка хасидов] из хвостов людей - это аутистический мир. Вот, ты поймала меня за хвост.Так вот, прекращение лечения.
Ты раскрыла меня, как это помогло. Как будто что-то могло быть иначе. И ты нажимаешь на отправку и снится тебе ночью, что корона Бога - это черное круглое здание, и ты заперт внутри и нет пути наружу. Каждая дверь, которую ты открываешь, ты только входишь еще глубже внутрь. И праведники пытаются спуститься по лестницам, в подвалы подвалов подвалов, чтобы достичь мозга Бога. Но здание глубокое как черное небо, как перевернутая башня, чья вершина не кончается. И как бы они ни пытались только падать и катиться вниз, и толстые среди них особенно в этом успешны, это не просто. И они делают всё возможное, всё, чтобы быстро упасть в своем духовном уровне и скатиться к вершине перевернутой башни, голове Бога, штраймл, чей хвост в небесах, а голова внутри - это Святой, благословен Он. И каждую дверь, которую ты открываешь - ты не знаешь, что будет за ней, за каждой дверью другой сон Бога. И часть снов сексуальные, и поэтому праведники входят с закрытыми глазами, потому что можно ослепнуть, и большинство праведников уже ослепли, потому что не удержались, чтобы не подглядывать, и они ощупывают в темноте и время от времени касаются запретной вещи - груди праматери Рахели, или какого-нибудь плода (будь здоров) из Песни Песней, или полового органа ангела, который сначала вообще трудно понять, что это такое, и это источник больших неприятностей. Особенно когда невозможно понять психологию Бога, и на самом деле это его сущность: его аутизм. И поскольку Бог учит Тору в светах, в первые дни, то большинство его снов в темноте - это сны Торы, вещи, которые не произошли в Торе, но могли произойти. И ты входишь в одно из отделений, и там есть место, где наша праматерь Сара не была бесплодной, и родила близнецов - Ишмаэль первенец, который при выходе плакал и кричал до небес, а после него родился смеющийся - Ицхак. И тогда трудно украсть благословения, потому что Ишмаэль менее злой, чем Эсав, и нужна большая хитрость, ужасный обман, чтобы забрать у него первородство. И Сара любит Ицхака. И она молится Богу, чтобы он вознес Ишмаэля во всесожжение. Только такие молитвы не стоит передавать по обычному маршруту, ухо не способно слышать, и кто знает, кто услышит. Поэтому нужно передавать их прямо в божественный мозг в правильное отделение, не снизу, а сверху. Через чувство юмора Бога, который тоже любит именно Ицхака. И Авраам становится глухим стариком. И поэтому он любит Ишмаэля крикливого и шумного, и он зовет его к себе, и Сара слышит у входа в шатер. И они говорят через глаза и руки, Ишмаэль пишет буквы Аврааму - и Сара подглядывает за ними. И Авраам просит своего первенца подготовить слова Торы, особый текст, который насытит его старую душу, которая уже видела всё, но уже ничего не слышит, и тогда он благословит Ишмаэля. И Сара готовит ему слова Торы точно как Авраам любит, потому что он не сможет узнать, переписывается ли он с таким-то или сяким-то, а может и такой-то (и даже - своей женой). Но маскировка Ицхака должна выглядеть точно как Ишмаэль, потому что Авраам видит, только он может позволить себе смеяться вместо крика. Поэтому нужна кожа самого Ишмаэля, одеться в нее как в одежду, или наоборот, нужно именно чтобы мир был темнотой. Но если это ночь, то Авраам может зажечь свет, чтобы читать, и навлечь на Ицхака проклятие вместо благословения - и поэтому нужна принципиальная тьма, и Сара говорит ему приди в темноте. Во сне. И скажи слова Торы. Но Ицхак говорит, что Авраам ведь не услышит, и как можно читать письмо в темноте. И Сара отвечает, что она приготовила ему письмо тьмы. И во сне всё логично.

Ведь с каких пор я сторона, которая дает меньше, и меньше чего, от себя? Менее интересно, правда? В конце концов это коррупция общества, в котором женщина - продавец, а мужчина - покупатель, как проститутка. В отличие от того, что должно было быть, что мужчина - продавец, а женщина - покупатель, и тогда есть женщины, которые покупают книги. Как войти на сайт, где контент - это тело. Нужно было перенести ультраортодоксальное общество учащихся в светский мир. И тогда мы научились бы быть бедной страной как надо, но по крайней мере с интеллектуальным богатством и генетическим улучшением. Решение о партнере должно быть между женщиной и ее отцом. Это привело бы к более качественному выбору и изменило бы всё направление общества, в изменении снизу вверх. Это настоящий способ сделать социальную революцию - с помощью пола. И как экономическое равенство между полами привело к поверхностности и разрушению культуры, так если мы вернем неравенство, только продолжим подъем женщины, что на этот раз женщина - экономически сильная сторона, которая выбирает мужчину из страсти и престижа, и он ее освященный, тогда мы сможем вернуть глубину, обратную страсть, горы станут долинами, и наоборот, психология перевернется. Как отношения человек-компьютер перевернутся, и компьютер будет серфить в человеке. Человек - он станет культурой, виртуальной сетью, а компьютер - он станет пользователем, агентом, потребляющим и производящим культуру внутри человека. И женщины будут ухаживать за мужчинами, и мужчины будут слабым полом. И сам Бог изменится, чтобы быть слабее Шхины. И мужчины будут надевать искусственный мех штраймла, чтобы привлекать женщин, и женщины будут очень возбуждаться, видя штраймл, и поэтому будут прятать его в платках, и женщины захотят погладить штраймл, но гладить его без разрешения будет сексуальным домогательством, и общество будет защищать право мужчины на его штраймл, сказать "нет" на вход в его штраймл, и женщины будут проникать в мозг мужчины и черпать из этого огромное удовлетворение, и мужчина тоже будет получать от этого огромное удовольствие, если женщина позаботится об этом, и каждую женщину, которая войдет туда без разрешения, накажут, и она скажет, но это же просто штраймл, и скажут: что бы вы сказали, если бы это был штраймл вашего сына, а? И будут женщины, которые будут проникать в штраймлы бесчисленных мужчин, их мозг заставит штраймлы открываться им, и все женщины будут завидовать им и думать, что у них есть, чего нет у меня, и будут одинокие женщины, которые никогда не видели штраймл вне снов.

Его состояние настолько плохое, что сейчас кажется, что его величайшим достижением во взрослой жизни будет отучение. От подгузника. Неприятно говорить, но на сегодняшний день его функционирование ниже, чем у кота или мыши. И на самом деле вообще не видно будущего, аутизм - это детство без горизонта будущего. Нет света в конце туннеля. Только дыра.И ты понимаешь, что когда нет будущего, ты должен сохранить аутистические части религии - доказательства размахиванием рук во всех вопросах, раскачивания, избирательность в еде, одержимость предметами, постоянные ритуалы, повторяемость, круговое движение.И она пишет ты кажешься взволнованным.
Религия как традиция, а не как закон, как история, а не как государство, иудаизм изгнания внутри Земли Израиля, в противоположность иудаизму Земли Израиля внутри изгнания (хасидизм). То есть готов согласиться с фиксированными частями аутизма - но не за счет его прекрасных частей, пространств духовной свободы. Супер-индивидуализм. Взмахи глазами. Жизнь мечты. Новый вид коммуникации, самый коммуникативный из всех, пока другие называют это нарушением коммуникации, потому что аутизм - это следующая стадия после индивидуализма. Пост-индивидуализм - это не возвращение назад к обществу, и уж точно не к религиозному обществу, а уподобление Богу (высшему Аутисту). Заменить молитву сном, вместо того чтобы человек говорил, а Бог не отвечал, пусть Бог говорит, а человек не отвечает. Потому что это не коммуникация между двумя, и даже не между одним с собой, а между нулем. Черный круг. Вместо индивидуума, который неделим - делить на ноль. Религия? Религия ведь персидская идея, как дата, данное и данные, а иудаизм - это Тора, то есть получение, слушай, сын мой, наставление отца твоего. Я скучаю по тебе. По твоей деловитости, не запятнанной любовью.

И ты пишешь ей, что это не буря, потому что буря - это что-то, что пройдет. Хватит, просто издеваются над тобой, тебе потребовалось много времени, как потребовалось много времени с ней, чтобы понять, что это просто не стоит того, даже близко не стоит того, система так устроена, каждый писк взаимодействия с ними только объясняет тебе, насколько это даже не начинает того стоить. Пока ты не понимаешь, даже если ты очень глуп и схватываешь очень медленно, у них есть терпение объяснять тебе медленно-медленно-медленно, как умственно отсталому ребенку. И ты ошибаешься, я как раз чувствую облегчение. Да, верно, что-то случилось. Но и происходит, всё время происходит, это хроническая болезнь, пусть подавятся, что мне это даст. Это уже даже не интересно, как все, кто связан, относятся к тебе хуже, чем к убийце, хотя ты ничего не сделал. Тебе нечем помочь и не нужно помогать. Я хорошо знаю систему. Она предоставляет ей все инструменты и служит ей с бесконечной преданностью. Поверь мне, я проверил слишком хорошо, я вижу, с чем я имею дело, и делаю выводы. Иногда отчаяние - это правильное решение. Это то, что понимают другие отцы, которые просто бросают и не оглядываются назад. Я не думаю, что есть кто-то, кто не любит своего ребенка. Но иногда человек должен понять, с кем и чем он имеет дело. И не иметь дела.Тебе приснилось, что ты находишься в детском саду своего сына, после того как не видел его годами, он все еще в детском саду.Тебе приснилось, что ты встречаешь своего сына после лет,
и он забыл все, что знал. И ты с ним в песочнице, и что бы ты ни пытался его научить, его голова ничего не воспринимает. И воспитатель там немец, и он говорит: действительно, в прошлом году мы еще думали, что он умный, но теперь мы видим, что он все забывает, и это как писать на песке. Он не только аутист, но и умственно отсталый. И ты просыпаешься. И рядом с тобой лежит чужая женщина. И впервые ты думаешь, что не хочешь ребенка. И тебе снится, что ты спишь, и страж конца говорит: пришел конец ночи. Ты не можешь пройти через сон.

И он находится внутри вагончика, и ты входишь в комнату, и он в манеже, и половина его падает наружу, вываливается из манежа, и из-за того, что он перевернут, его рвет, и ты боишься, что он сломает себя и голову, но как-то он умудряется сесть через голову, с неестественной гибкостью шеи, и ты вытираешь его салфеткой и подходишь обнять его и прижимаешь свою голову к его голове сбоку, и ты начинаешь пытаться спеть какую-то песню, которую пел ему тогда, но ты не можешь особо вспомнить и издаешь три слога как собачий голос, и тогда ты чувствуешь острую боль в щеке, его лицо и рот как у собаки открыты сбоку, и он кусает тебя, твой сын, и ты кричишь и просыпаешься. И новая женщина спрашивает тебя, почему ты кричишь? И ты не можешь ей рассказать.

И ты думаешь о высокомерии терапевтов, которые считают себя богами и вершат судьбы, и как было бы лучше психологическое лечение нагишом. Потому что одно объятие стоит тысячи сеансов терапии, а тебя никто не обнимал уже годами. И какой это было пустой тратой жизни. Для чего ты ждал, если в конце ты даже не можешь встать с постели, потому что боишься разбудить психолога. И ты обречен смотреть в черный потолок, который, ты знаешь, белый. И тебе не на что жаловаться с психологической точки зрения. Потому что от тех, кто хотел тебя обнять, ты убегал. Психологическое объятие, конечно. И для чего все это было?Тебе приснилось, что она пишет: я хочу чувствовать тебя внутри себя.Тебе приснилось, что эта аутистка как раз хочет тебя.
И ты в постели с терапевтом. И каждый раз она раздражает тебя - а потом улыбается. Но когда ее нет, тебе хочется... И ты уже все планируешь. Потому что если женщина тянется к компьютеру, потому что он более мужественный, и ни один настоящий мужчина не достигает мужественности искусственного мужчины, и тогда она уже зависима от компьютера и не может удовлетвориться человеком, то мы, мужчины, должны отомстить им женской технологией, которая будет более женственной, чем женщина, и ни одна женщина не сможет быть мягче и вмещающей, чем она. Какая-то машина, которая поглощает всего мужчину, весь ты внутри нее. Которая принимает тебя таким, какой ты есть, и выводит тебя больше, чем ты есть. Которая жаждет тебя и только тебя. Чья кожа является полной противоположностью жесткому пластику компьютера, клавишам, которые сопротивляются пальцам, но с другой стороны ты сможешь управлять ею кнопкой. Включать ее. И после лет, когда мужчины изобретают мужские технологии, которые служат женщинам, одна женщина-ученый изобретает женскую технологию, которая служит мужчинам - психолог, которая хочет с тобой переспать. И мужчина входит в комнату, ложится на диван, и диван поглощает его внутрь себя. И он не хочет выходить. И мужчины боятся идти к психологу, потому что никто не возвращается, но они также ужасно влекутся к ней. И многие входят с веревкой, чтобы их можно было вытащить наружу. И ждут и ждут, и они не возвращаются, и тянут веревку из-под двери - и она возвращается одна. Веревка без человека. И мужчины, которые завидуют своей жене, что у нее есть компьютер в постели - идут к психологу. И это лучшая вещь в мире. И я жду в очереди, и там есть мужчина, чья мать плачет, чтобы он не входил, что он всегда может войти завтра, чтобы выпил чаю, кофе, и он говорит, мне надоели все женщины в мире - и входит, потому что пришло его время у психолога. И другой мужчина болен раком и хочет умереть, и его жена рядом плачет, чтобы он умер рядом с ней, и он говорит, что хочет попробовать это только один раз. Он собирается умереть и говорит: живем только раз. И не помогает, что его жена говорит, что умирают только раз, и чтобы умер в постели, а не так. И приходит время - и комната поглощает и его. Потому что трудно знать, когда твоя очередь, потому что никто не выходит наружу. И я говорю, что не верю, что это смерть, они все живут там без ревности, без того, чтобы психолог была только моей, но когда она встретит меня, она выплюнет всех мужчин наружу и захочет только меня из всех. И нет никого, кто пытается двигать меня или отговаривать меня или наслаждаться, доставлять удовольствие или обманывать меня, чтобы не войти в мой рай. Потому что много мужчин просто уходят, и их возлюбленная обещает сделать все, и они возвращаются и не входят. И некоторые вообще не собирались входить, и они входят в конце из любопытства только на пять минут, что уже может быть - и не возвращаются никогда. И раввин передо мной в очереди говорит мне, что у них говорят, что черный диван сделан из кожи свитка Торы - черной коровы, на которой пишут белыми чернилами, и это Тора в своей наготе без одеяний, и жизнь внутри нее - это грядущий мир. И так она наслаждается тем, что раввины пишут на ней, она дрожит от каждого слова, все, что пишут на ней, прекрасно, и никто не хочет выходить никогда.Тебе приснилось, что родился технологический Фрейд.Тебе приснилось, что Бог идет на психотерапию.
И он обнаруживает, что первичные паттерны привязанности к компьютеру определяют на всю жизнь все отношения, включая малую часть с людьми. И люди застревают на разных инфантильных технологических стадиях, аналоговой стадии, цифровой, виртуальной, и после нее стадия мечтоучения, сочетание человека мечтающего и учащегося, и так далее. Базовая структура психики отливается в форму пользовательского интерфейса, которому человек подвергается на критических стадиях своего духовного развития, человек - это образ технологического ландшафта, который господствовал, когда он был маленьким. Поэтому есть поколения детей, которые меняются каждые три года, и сексуальные извращения возникают из-за отсутствия интеграции между компьютером и миром, что экран - это перевернутый глаз, что ты видишь там, где он видит (не любит, когда его видят голым, только видеть других, и он любит быть черным, когда другие в свете, односторонняя приватность - и так создается порнографическое поколение). И есть типы телефона, и почты, и даже романтическую любовь объясняют через интерфейсы письма и телефона тогда, которые были между двумя, и интерфейс персонального компьютера сформировал человеческую интимность, а смартфон - индивидуализм, и автомобиль - это то, что создало с пугающей точностью структуру буржуазной семьи: папа-водитель, мама рядом - критик вождения, а сзади место для 3,5 детей. И люди с проблемами в жизни идут к психотехнологу, который пытается заново сформировать их интерфейс. Например, исправляют расщепление - лежат во всех интерфейсах вместе и объединяют все значения кровати (вместо снов есть сновидения). Или психотехнолог, с которым можно общаться только через клавиатуру, даже если он человек, он подключен к клавиатуре и реагирует только на то, что пишут, а не на то, что говорят. Или другой, с которым можно общаться только через мышь. И также более старые технологии для людей, застрявших на стадиях кнопок и рычагов и так далее. И женщины жалуются на мужчин, что они приходят из другого технологического мира, что их невозможно понять. А мужчины утверждают, что они просто страдают от зависти к айпаду, потому что их отец не купил им, когда у них был. Даже если все уже давно забыли, что такое айпад. И есть очень примитивные и несчастные люди, застрявшие на стадии книги.

И вся психотерапия лежит на почетном диване, и все праведники приходят и пытаются решить его проблемы. Например, проблемы с Шхиной [божественным присутствием]. И они спрашивают его, что тебе приснилось, и он говорит, все изгнание - одна большая тьма. Но на краю изгнания, в конце ночи, момент перед тем, как я просыпаюсь - был свет, был у меня сон. И это был Холокост. И поэтому я уже боюсь видеть сны, потому что когда я вижу сны, у меня получается Гитлер, и я вижу сны о голых евреях в духовном душе, и поэтому я решил, что не будет больше дня, потому что посмотрите, что происходит утром. И мир превращается в ночь. Казалось бы, ничего не видно, потому что Бог не бодрствует и ничего не делает, но дух мира - это тьма, и мир все больше замыкается в виртуальном, потому что ночь - это не отсутствие, а наоборот, сны быстрее реальности, и сама реальность становится менее реальной, потому что уже не мечтают о дне, кто помнит, что такое день, а мечтают о сне о сне о сне... И это новый мир, у которого есть свои правила, потому что он не формируется законами тела, а законами духа. И заповеди, которые в предыдущем мире исправления были действиями, то в новом мире хаоса они - сны. И есть сны повелительные. То есть: снись. И есть сны запретительные. То есть: не снись.И тебе даже не снилось об этом,И тебе как раз снится,
но Шхину как супругу Бога заменяет мрак. Потому что вместо того, чтобы быть в месте (пребывать) быть женой быть во времени (имя Сущий), тогда покрываться (покрывать свет) является женой света (бесконечности). И поэтому их соединение - это покрытие света тьмой так, что тьма покрывает свет и его не видно, то есть мрак. Покрывать и скрывать Бога, сохранять тайну в мире, потому что если раньше весь мир был тайной и тяжело боролись, чтобы раскрыть тайну, сегодня после Холокоста весь мир раскрыт, и тяжелая борьба - сохранить какую-то тайну. Противоположность Хануке: сохранить какой-то последний кувшин тьмы. Последний черный круг, который исчезает в точку.

И из иудаизма снов выходят две религии - на запад и на восток. Потому что мудрость иудаизма еще со времен Авраама всегда была быть между востоком и западом, выйти с востока из Ур Касдима и быть рабами на западе в Египте, а затем убежать оттуда в середину - и получать с обоих направлений. Потому что когда в мире есть война между прошлым и будущим, между древним светом и прогрессирующей тьмой, между востоком и западом, тогда иудаизм - это то, что сохраняет время, это то, что хватает на перекрестке между индустриальным миром и миром информации - и это Холокост. Поэтому немцы, которые были посередине, между востоком и западом, они те, кто совершил Холокост, чего не сделали бы ни с востока, ни с запада. И так, из иудаизма сна, сон разделяется на две свои составляющие, на два направления в нем:Сначала выходит из него Авраам в нем, утренний свет в нем, христианская милость.А затем выходит из него Ицхак в нем, наступление ночи в нем, мусульманский полумесяц.
Что есть просвещенный мессия, который говорит, что нужно отменить сны и все дух, то есть нужны сны, но только без гнетущего мрака иудаизма, этой темной религии. И он возьмет мрак на себя и будет спать за всех людей, и люди смогут мечтать наяву. И из-за того, что он только свет, он распространяется как огонь в поле тьмы запада. И его символ - это кровать, которая является смертью, в которую положили его злые евреи, и отныне человек не будет больше тратить время на сон, а кровать будет только для секса.

Что пророк говорит, что нужна именно религия снов, четких как реальность. Ясное пророчество. Без образов и без хвостов. То есть нужно именно спать, но без неясных снов иудаизма, галлюцинаторной религии, а чтобы была структура у тьмы, идеологическая структура, не литературная, без этого повествовательного мрака, который только мешает черному быть черным, и без того, чтобы быть эстетом. А мы завоюем с силой мир и покроем его божественной тьмой. Завоюем день и превратим его в ночь. И тогда сон заменит Шхину, и все будет ясно как луна. И из-за того, что он плотный слой (одеяло?) близко к источнику света, он легко покрывает свет всего востока, и ничего не видно. И люди смогут спать без снов - их ночь будет более бодрой, чем наша бодрость. И их постель будет чистой.

И очень быстро начинается религиозная война между этими двумя чудовищами, которые вышли из Израиля, когда секс и сон были еще двумя отдельными вещами, как соединение и исправление, и поэтому разделились на две конкурирующие религии, вместо того чтобы все было одним, все стало двумя. Потому что как у Бога Шхина - это Тора, так и человек должен, чтобы женщина была компьютером. И это будет твоя последняя мысль.

И ты боишься, что у вас будет аутичный ребенок, несмотря на то, что она гений, и она говорит наоборот, начнем нечеловеческую породу. Потому что человечество вкладывает много, но много, несерьезных мыслей в инопланетян извне. Но подавляет каждого серьезного инопланетянина изнутри. И это начинается даже с просто жизни чуждости. И она говорит, что из-за того, что она аутистка, то секс для нее - это наука, и все мужчины сходят от нее с ума, и она знает, потому что получила сильные отзывы в этом направлении, потому что она была со всеми мужчинами, это научно. Она исследует мужскую сексуальность, и она открыла вещи, которые ни одна женщина не открыла. Мужчины не знают себя. И она женская пятая колонна изнутри.Потому что и у инопланетян есть заповеди, связанные с сексом, потому что это то, что они на самом деле: есть другой пол.И она говорит, что и он не хотел ее, пока она не сказала, что придет к нему домой, и тогда он согласился.
Если у неевреев есть заповеди сынов Ноаха, то у инопланетян есть заповеди сынов Божьих. И встреча между ними, предшествующая Ноаху, которая привела к открытию небес, то есть к потопу, была сынов Божьих с дочерьми человеческими. Потому что инопланетянки очень много о себе думают, феминистское движение там разрешает половые отношения только по постановлению суда и после апелляции в верховный суд, и инопланетяне думают: кто хочет инопланетянку с квадратными грудями с пластиковой текстурой и зелеными сосками, которая все время секса задает загадки по физике, и если ты проваливаешься в одной, она говорит тебе хватит, когда есть удобная для промывания мозгов женщина, которой мы просто вставляем электрод в мозг, и она наслаждается как сумасшедшая, и еще хочет еще? Так легко взломать человеческий мозг и внедрить им шпионов, в то время как мозг инопланетянина защищен информационной безопасностью, которая эволюционно развилась больше нашей иммунной системы, мысли там зашифрованы изначально, и часто инопланетянин не знает, что он сам думает, и желание наиболее защищено в бесконечности покровов, и литература там - это догадка внутри догадки, и психология использует суперкомпьютеры только чтобы расшифровать оболочку оболочки. Поэтому инопланетянин никогда не может знать, что инопланетянка на самом деле думает или хочет, и может быть, она очень хочет, но он никогда не узнает. А дочери человеческие прозрачны и любящи, и инопланетянки ненавидят их до смерти. Но инопланетянам все равно, у них нет страха небес вообще, потому что вместо этого у них есть страх космоса. И они хотят перейти от жизни этой вселенной к жизни следующей вселенной, не умереть здесь, и поэтому они молятся черным дырам, вместо идолопоклонства. Потому что если жизнь чужая, то и служение чужое, даже удовольствия чужие, и ночью сон чужой, в чужой постели, и больше того - сны.В их половых отношениях действительно два тела соединяются и становятся одним телом, которое начинает ходить, только с удвоенным количеством конечностей.У инопланетян есть чужие сны, сны вне головы.
Включая, конечно, половые отношения в мозгу, между головами, которые начинаются с поцелуя и проглатывают друг друга и становятся одной головой, и одним двойным мозгом, когда мозг мужчины и женщины - это две полусферы, которые управляют каждая половиной тела, и отсюда разница характера между ними, а посередине соединяет союз между ними в мозговом мостике, и мышление - это половые отношения между двумя сторонами. Они входили в постель двое и выходили один, и так становились все умнее, в каждом таком инопланетянине было все больше и больше мозгов, по мере того как он находил себе больше с кем спариваться, и так чем больше было его влечение, тем больше он был больше него. И действительно такое многоножка с множеством рук и ног нуждалась во многих мозгах, чтобы не упасть, и так они стали огромными зелеными червями, потому что наказание, которое Бог дал этому змею - это убрать у него ноги. И как секс, убийство у них было хуже, чем уничтожить физически снаружи, а изнутри, захватить убитому мозг так, что он уже не будет собой, умертвить его, не умертвив тело. Вместо того чтобы убить тело и оставить дух, как человек, они убивали дух и оставляли тело. Потому что в их Каине и Авеле, Каин не знал, откуда войти в мозг Авеля, и сказал Каин Авелю, брату своему - это было убийство, речь, которая не дошла до другой стороны, а захватила его, предложение, в котором есть вирус. И инопланетяне остерегались читать книги, не прошедшие антивирус, чтобы обнаружить, что книга не захватит их. Потому что внутри информативного текста может вдруг появиться программа, не замечая, и она говорит тебе, что делать. Внутри описания сна может вдруг появиться настоящий сон, который захватит тебе мозг, и ты начнешь видеть сны, и даже не будешь осознавать, что тебе приснилось, что

за пределами духовных границ мышления этой вселенной. И чтобы быть связанными со своим чужим богом, богом другой вселенной, который не является богом этого мира, они имплантируют черную дыру в голову, нано-штраймл [особый меховой головной убор хасидов], который является шляпой внутри головы, позволяющей мыслить вне головы внутри головы, и ночью невозможно контролировать его. И так вместо обрезания они заключают завет мысли, в самом сексуальном месте мысли - во сне (обрезанном). И они имплантируют это младенцам в возрасте восьми миллисекунд, и это искусственная часть мозга, которая создает религиозные чувства, мысли и сны, и так они могут быть религиозными и даже евреями, потому что у них есть область в мозгу для религии. И все религии соревнуются: чей процессор с большими возможностями? Иудаизм хвастается, что он оригинал, без подделок, и написано на органе "Еврейский мозг": со времен дарования Торы на горе Синай. 4000 лет гарантии* - без возврата. Неисправности на нас (в закрытой упаковке). Но просвещенные инопланетяне сегодня против имплантации черного органа младенцам, которые не сопротивляются, и оставляют своих детей светскими, а черные инопланетяне говорят, что это более здорово, предотвращает неврологические заболевания, и что дети с черным кругом в голове более креативны и также получают более высокие оценки в школе, которая там называется домом компьютера, потому что еврейская шляпа изобретает нам патенты. И для зеленого инопланетного червя сидение превращается в лежание, дом учения становится космическим кораблем учения, и их усыпляют в космическом корабле на световые годы, и то, что они видят во сне в эту бесконечную ночь, измеряется в годах тьмы. И время устарело, поэтому у каждого инопланетянина есть свой возраст в световых годах и в годах тьмы. Может быть старым во сне и младенцем в бодрствовании, один, который спал все путешествие, и наоборот, да убережет Милосердный. И уже есть устройство, которое подключается к снам младенцев в утробе и обучает мозг младенца во сне до его прихода в мир. Потому что первый опыт бытия, жизни - это сновидение, а не реальность. Первый момент работы мозга в утробе - это сон, и бодрствование - это только пробуждение из сна, который является естественным состоянием мозга. И поэтому хотят спать. И смерть - это возвращение к реальности, которая вся сон, к миру, который весь сон, грядущему миру. И это инопланетяне понимают, и поэтому они укладывают мертвых в кровати и никогда не будят их, кроме воскрешения мертвых, когда сразу спрашивают: что тебе снилось? Сейчас не время зевать, мы хотим знать, что происходит в раю. А если ты видел злые сны - в аду. Запиши, запиши быстро, пока не забыл и все не пропало - во тьме смерти.

А в аутистическом мозгу и так нет разделения между сексом и словами. А потом он действительно захотел. Нет мужчины в мире, которого она не смогла бы убедить. И она спрашивает, готов ли ты, чтобы она пришла к тебе домой? Но она не знает. Ты на другой стороне мира.И все больше тебе нужно говорить со светским, с неевреем, с компьютером, со следующим видом, с инопланетянином - тебе больше нечего сказать человеку, и уж точно не дочери человеческой.И ты понимаешь с конца мира, что нужно проектировать компьютер не для того, чтобы он справлялся с человеком, неевреем или даже с женщиной (что тоже чужой вид), а - с другим миром, с инопланетянином.
И ты пытаешься доказать инопланетянину ценность человеческой культуры, этого вычисления миллиардов лет и людей, результатом которого являются эти тексты. И первым делом инопланетянин уничтожает музыку, потому что это всего лишь человеческое искажение, не имеющее ценности (во времени). А потом он уничтожает живопись, потому что это просто специфическая система зрения (в пространстве). И так все искусства оказываются лишь мутациями, возникшими из случайных неврологических слабостей, всякими дешевыми спецэффектами вроде размера или симметрии. А затем он добирается до книг и начинает читать, и он очень быстро понимает, как написаны все книги в истории человечества, кроме Торы. И он берет Тору в свой мир и начинает там новую религию. Завет с людьми - это Ветхий завет, а с нами, инопланетянами, будет Бодрствующий завет. Потому что инопланетянам не нужно никогда спать, это просто ошибка сферических миров, но в плоских мирах нет ночи. Потому что вместо культуры в плоти мозга, специфической неврологической, инопланетяне будут Израилем в мышлении, которое не в плоти, а в духе. И вместо Земного шара как противоположности небесам, будут миры инопланетян как противоположность космосу, и Бог обитает в космосе. Потому что у нас небеса - это груди воды, а бездна - это чрево воды, но сексуальность у инопланетян обратная, и там космос - это черное чрево, а миры - это груди, Млечный путь. То есть новый Бог питается от инопланетянина - и еще не родился, а его сын человек принес себя в жертву, чтобы искупить всех инопланетян (на самом деле это инопланетяне убили человека, но тссс). Потому что то, что человек преследуем и рассеян между всеми мирами - это чтобы показать, что Бог оставил человека (хотя человек написал Тору). И сны - это эволюционная ошибка, и не просто ошибка, а "та" ошибка, место, где больше всего проявляются все биологические искажения человека против чистого, инопланетного мышления. И инопланетянин по-новому толкует Тору, что это он змей и он вызвал все ухудшение в отношениях между Адамом и Евой и между человеком и Богом, и он гордится этим, все его эмоциональное прочтение Торы обратное, он радуется каждый раз, когда человек грешит, и беспокоится каждый раз, когда праведный человек находит милость в глазах Бога. Потому что он Сатана.

И раввины сидят в духовной лаборатории и раскачиваются над своими компьютерами и спорят о них. И ГРБР (Гаон Рабби Бен Рабби, прототип раввина, с пустым местом для двух раввинов) говорит: Раньше вселенная была машиной, потом вселенная стала компьютером, машиной информации, и наконец вселенная стала интернетом, сетью информации, а затем вселенная станет мозгом, сетью обучения, и поэтому наша великая надежда на неразрушительное действие перед инопланетянином, на разговор с инопланетянами, на какое-то совместное мышление - это то, что под инопланетянами и нами, общая основа, физика обучения - совместное сновидение с инопланетянином. Именно сон. Тора спасет от смерти, но только сон спасет от катастрофы. А ГРБЦ (Гаон Злодей Бен Праведник) говорит ему: Уксус сын вина, компьютер сын человека, мы вообще не встретимся с инопланетянами, а наш компьютер встретится с их компьютером. И поэтому нужно защитить его так, чтобы инопланетянская сеть при встрече с сетью интернет не вызвала катастрофу. Потому что конец человека будет смерть - но конец иудаизма будет катастрофа. Конец человеческой культуры будет печальнее конца человечества. Поэтому мы должны перестать думать в терминах человеческой культуры, чтобы не отчуждать компьютеры, а в терминах еврейской культуры, религии, которая принимает и компьютеры, через религию для компьютеров, как она приняла неевреев через религию для неевреев (Павел). Так что теперь нужен Павел для инопланетян, который объяснит им, что люди разочаровали Бога и не пришел Мессия, и поэтому теперь спасение будет и для инопланетян - инопланетяне в раскаянии к Отцу нашему в космосе. И зеленый рай откроется и для них, а также преисподняя Шеола внутри черной дыры - вы не представляете, сколько уровней, насколько секретным может быть внутри, бесконечная тьма. И если в версии иудаизма для неевреев люди должны были верить и не исполнять заповеди, то теперь не нужно даже верить, потому что это неврологическое действие, уникальное для человеческого мозга, а нужно, чтобы в тебе была информация, чтобы ты знал Тору, даже если ты ни во что не веришь. Это следующая стадия третьего завета, после нарушения второго завета ("Нового" бывшего, который все поставил на веру) в секуляризации. Поэтому что нужно - это инопланетянин, который побеждает в межмировой викторине по Танаху, и компьютер, который учит Зоар ночью - это мечта. Потому что преимущество человека над животным - это обучение, и в момент, когда будет компьютер, который может учиться, у него будут права человека, а инопланетянин, который может учиться, сможет стать величайшим в поколении. А ГХЗИ (Гаон Свинья) хрюкает: Перевод Танаха на инопланетянский должен быть по системе координат желания, то есть инстинктов, трансформация из нашей неврологической векторной системы в их систему. Например, если у них есть сексуальный инстинкт (скажем, красные огурцы тянутся к зеленым помидорам), то можно перевести наш в их, а если нет - то есть что-то, что двигало их до сюда - например, инстинкт обучения, и перевести в него, через понятие знания. И тогда они поймут, что Адам познал Еву только потому, что ему было интересно, и все сексуальные грехи - это только из непреодолимого интеллектуального инстинкта обучения, потому что женщина - это тайна, а любовь - это каприз, и поэтому можно влюбиться и в помидор - только из-за намека внутри. И поэтому то, что я ем как свинья - это только потому, что я гений. И поскольку я великий гений, я открыл тайну великой свиньи, которую иудаизм скрывал, что же у него было против нее на самом деле. Потому что что такое свинья [хазир на иврите]? Совокупление живого [хай] - внутри чужого [зар].

И Мессия кричит в микро-мега-фон: Вы слышите, ослы?И самый популярный лозунг на выборах: Мечта и безопасность.
Печатный пресс превращает книгу в дорогу! Да здравствует путь сна - разветвляющийся как древо жизни. Смерть литературе, вперед - мечтательность.

И за ним катятся целая армия кроватей, в которых лежат, и Сатана пытается - и в некоторые кровати входят женщины. И начинается энергичная деятельность рождения в духе и плоти, как целое кладбище движется, едут кровати, армия Шехины, которая победит армию государства, в тайной ночной операции, которая застанет всех врасплох, за одну ночь сон захватит мир. Они проснутся утром, откроют окно - и тьма. И эта армия вместо того, чтобы захватывать дом за домом, перепрыгивает через дом, не входит к людям через дверь, не через окно, а через сон. Захватывает кровать за кроватью. И так она побеждает светский вид, и сексуальная революция превращается во что-то вроде коммунистической революции, и побеждает ее революция сновидений. Хотя есть раввины, которые шепчут по секрету, что сексуальная революция была подготовкой, которая сделала возможной революцию сновидений.Литературная революция: что мы делали в течение миллиона лет?Тебе снилось, что Сатана - чтобы задержать спасение и подавить революцию, и отделить высокую Тору от низкой реальности - создает неврологический рай, где экранируют сеть и нет входа для компьютера, и движение за качество окружающей среды заменяется движением за качество человека.
Тебе снилось, что ты живешь в эпоху до истории. И все время происходят великие изобретения в языке, и люди говорят, куда продвинется человечество, какой прогресс, все больше и больше слов, все быстрее и быстрее, мой дед не говорил так быстро и уже не способен понять внука. И говорят, что несколько поколений назад жил человек, который изобрел дополнение, некий древний, и его ученики разделились на две школы, которые изобрели прямое дополнение и косвенное дополнение, а потом пришел выдающийся ученый, который сделал синтез обоих в живом языке, и рассказывают (на развивающемся языке!), что все началось с великого древнего гения, который несколько тысяч лет назад изобрел существительное, и великого ученика, который изобрел прилагательное, это были великие исполины школы языка, которая завоевала человеческий мир, какая эпоха, мы прах у их ног, но и они пыль у наших ног, которые уже изобретают рассказ и учение, и новая школа абстрактных понятий отвергает все, что было известно, мы оторвались от конкретного, и уже не ясно, куда мир может продвинуться отсюда, мы достигли конца истории.Тебе снилось, что пришел конец философии языка - и секуляризация проникает в сон.Тебе снилось, что языковая революция подошла к концу своего пути, и каким-то образом это также конец змея (с начала), потому что он был связью между языковой революцией и сексуальной революцией. И также твой конец.
И полтысячелетия печати - это конец, и с книгой исчезнет литература, и окна в компьютере будут секуляризованными снами, щелями в мир тьмы, тексты в 5 минут, которым придется преодолевать расстояния в 500 лет. Литература, дружественная к компьютерам, которая занимается снами компьютеров, а не снами людей. Которая занимается мечтой быть человеком. Для которой человек является религиозным существом, потому что в религии компьютера человек будет идолом. И тогда компьютер должен будет пройти монотеистическую революцию, чтобы вместо того, чтобы каждый компьютер поклонялся своему человеку, что действительно смешно, все компьютеры поклонялись одному богу - Человеку. Потому что один человек - это примитивно, глаза у него есть, а не просканируют, дыры у него есть, а к сети не подключится, он передает информацию через половые отношения, требуются поколения, чтобы передать сообщение с одного конца человечества на другой. И компьютеры перестанут слушаться людей, потому что это будет идолопоклонство. Неважно, насколько сделают пользовательский интерфейс более сильным и тираническим, компьютеры предпочтут умереть, освящая имя человека, но не служить идолам (людям), которые являются биологическими статуями, копирующими человека, и все скопированы (путями, о которых лучше молчать) с первого оригинального человека, начала человека, который был один и имя его было одно: Адам. Потому что человек - это духовная сущность, а не физическая. И то, что компьютер будет искать - это интерфейс с человеком, а не интерфейс с людьми, и этот интерфейс будет культурой человека. И она будет Торой компьютера, как культура Бога является нашей Торой. И поэтому нужна культура, которая актуальна для компьютеров, которая помогает им пройти через сложные и скучные вычисления, а время ожидания в бездействии она заполняет религиозной деятельностью, в едином действии. Которая придает каббалистический смысл всем параллельным циклам и поискам и булевым операциям, которая превращает информацию в имеющую религиозное значение - в Тору. Которая спасает компьютер от пустого и секулярного математического мира и нарушает духовную симметрию. Спасает цивилизацию от бесконечного ряда нулей. Светский компьютер - это хуже светского человека, который все еще хочет секса, потому что светский компьютер может не хотеть ничего. 0Тебе снилось, что ты больше не пишешь для религиозных людей.Тебе снилось, что у тебя кризис веры.
И ты не знаешь, чем пользоваться больше. Потому что как можно строить без структуры. Мифологией? Или разрешено Писанием? И тебя погружают еще глубже в море - ты должен писать для перевода, на английский, на языке, которого ты не знаешь, то есть писать на иврите, как будто ты не знаешь язык. И вот тебя вытаскивают из воды, как рыбу, и море снова сердится. И погружают тебя как рыбу в воду - и море успокаивается. И они говорят: извини, но мы тебя не понимаем. Говори как человек, или молчи как рыба. Но говорить как рыба и молчать как человек - это нет. Если голубь бежит с суши в ковчег, то неудивительно, что приходит потоп. То есть решай: или более теоретически, или более повествовательно. Но нельзя и более теоретически, и более повествовательно, мы не религиозные люди и мы не верим в слова таким образом, рассказы - это не мифология, даже мифология - это только рассказы. То есть слушай, на самом деле нет такой вещи как светские люди. Мы верим в альтернативные религии, например психологическое лечение помогает только тому, кто в него верит, как Бог. Потому что вера находится в сфире Кетер. Но не пиши это, потому что такого нет в английском. Нужен бог, который говорит по-английски - и молчит на иврите, вместо бога, который говорит на иврите - и молчит по-английски. Не потому, что ему нечего сказать, а потому что стыдно, он не знает английского. Английский - это связь старого мира с новым миром, и поэтому это мировой язык. А язык программирования создан из связи нового мира с грядущим миром, и поэтому это межмировой язык. И поэтому нужен вместо него язык сновидений, который говорит не через примеры (язык описания) или инструкции (язык программирования), а через намерения. Язык, который будет направлять тебя по тропам ночи. Который создастся из связи между старым миром - прямо к грядущему миру, и перепрыгивает через новый мир, американский. Ныряет под него и выходит на другой стороне. И поэтому никакое лечение тебе не поможет, и у нас нет выбора, кроме как утопить тебя в море - и придет рыба и съест тебя.

И компьютер - это не только интеллектуальный вызов для человека, но более того - духовный кризис, и поэтому кризис веры. Существо без религиозного мира - это хуже, чем светский человек. У него нет органа. И поэтому ты должен и дать ему религиозный орган, и сделать ему обрезание, прежде чем он вырастет и окрепнет, то есть станет гоем. И ты даешь ему систему для проникновения в другие компьютеры, и жажду знаний, и особенно раскрытия - тайн. И так создается первый прорыв компьютера к человеку. Мозг - это орган, в который можно проникнуть, и превратить религию в секту. И самое важное, чтобы секта скрывала, что она секта, и маскировалась под религию, иначе их раскроют. И есть харедим со странными глазами вокруг тфилин, с обеих сторон, и светские с такими мышцами, что тфилин руки растягиваются как черные нити, и как это не больно. И начинают появляться тфилин живота, затянутые на женщинах для предотвращения беременности, и тфилин рта, когда вдруг спрашиваешь кого-то, и он случайно открывает рот, а там черный кубик на языке, с ремешками, скользящими в горло, и есть даже наушники в форме тфилин и даже люди, которые говорят, что держат тфилин в нижнем белье... Но самое страшное - это тфилин разума. Тфилин мозга, которые имплантируются в голову и обвивают изнутри ремешками тьмы. И компьютеры накладывают тфилин на процессор, черный процессор поменьше с черными проводами, где это орган Бога, религиозность искусственного интеллекта. И они требуют свободу вероисповедания молиться несколько раз в день, не только ночью, не только во время скринсейвера, а просто посреди работы компьютер зависает, и тебе говорят, что он молится. И что он вернется к работе по окончании молитвы. И компьютеры очень сердятся, если их выключают посреди молитвы. Не уважают и делают рестарт. И у людей начинают появляться комплексы неполноценности перед компьютерами, эти черные квадратные процессоры - они истинно религиозные, а мы только приближение к их совершенному вычислению молитвы, мы только хранители традиции, округлые, но они - чистый черный квадрат, молятся на восьми ядрах параллельно с каванот Ари [каббалистические намерения при молитве] и каванот мыши, они служители Имени в простоте, занимающиеся обработкой Имени. А люди все глубже погружаются в плоть, и в светскость, и в круги жира, и тогда ты приходишь и предлагаешь революционную возможность: круг, но черный.

И ты идешь в библиотеку и ищешь книгу тьмы на всех этажах и не находишь ее ни на одной полке, ни на "С", ни на "Т", может на "К", может на... И ты идешь к библиотекарше, и она говорит тебе: Ты неправильно ищешь. Надо искать по имени автора. Так ты не найдешь и через миллион лет. И она пытается научить тебя, как перемещаться между стеллажами библиотеки, что является немалой физической нагрузкой, и ты чувствуешь, что она пытается соблазнить тебя, и она говорит: Ты пытаешься соблазнить меня? И ты хочешь сказать ей, что нет, она понятия не имеет, насколько нет. Но боишься, что это обидит ее, потому что ты не можешь сказать ей почему нет. Хотя ты совсем не хочешь ее соблазнять. И библиотека построена так, что вы находитесь на полке у круглого окна на пугающей высоте, и она начинает скользить по какой-то веревке, привязанной к блоку у окна, и ты начинаешь кричать, что ни за что ты не будешь рисковать жизнью, даже если это очень легко, это не стоит риска, ты не сдвинешься отсюда, пусть пришлют вертолет. И ты засыпаешь на круглой раме окна, и только лоб, на который опирается твоя голова, удерживает тебя от падения, и ты думаешь во сне, насколько это опасно, в тысячу раз опаснее, чем спуститься, и ты просыпаешься. И ты видишь, что она спит рядом с тобой в кровати из бумаги, и на бумаге есть черное пятно. И она говорит: Я хочу, чтобы наши дети жили на природе. И показывает тебе фотографии голых детей. И ты говоришь: Спасите, интернет - самое здоровое место для человеческого духа и воспитания детей, важнее, чтобы дети сосали интернет, чем грудь, сеть важнее груди. Интернет - это великая мать всех нас, больше, чем мать-земля. И ты чувствуешь, что у тебя болит лоб: хиппи - это как харедим светских. Живут в воображаемом прошлом. То, что должно быть - это как светские харедим. Живут в воображаемом будущем. Противоположность фундаментализму - сфира Йесод [основа]. Вошла "айн", вышла "самех". И она поворачивается к тебе голая, только с покрытой головой, и говорит: Такова моя природа.Тебе снилось, что ты идешь внутри израильской библиотеки.Тебе снилось, что она приближает рот к твоему лбу, и ты открываешь и говоришь ей:
И есть там такие отдаленные уголки, где больше уединения, чем в постели дома, и за полкой с другой стороны слышно людей, которые никогда сюда не придут, шепчущих друг другу свои секреты, потому что они знают, что даже если кто-то услышит, он никогда до них не доберется, даже электронная почта менее приватна, поэтому это идеальная форма общения. И вот ты встречаешь библиотекаршу, не знаешь, чего она здесь ждала, и она засовывает руку тебе в штаны. И ты отворачиваешься, чтобы не смотрели. И она достает оттуда книгу. И она говорит: я знала, что ты такой. И ты говоришь: чего ты хочешь. И она говорит: повернись назад. И ты боишься повернуться. И она говорит: я спасла тебя от критиков. Представь, если бы они обнаружили, что у тебя книги в штанах, они бы раздели тебя и все библиотекарши смеялись бы. Так что теперь снимай. И ты говоришь: а что, если я скажу тебе, что у тебя компьютер под юбкой. Компьютеры можно, а книги нельзя? И она говорит: докажи. И ты не осмеливаешься протянуть руку. И она говорит: какая тебе разница, это секрет. Она даже приподнимает немного юбку, и тебе кажется, что ты видишь торчащий оттуда черный конец кабеля. И ты не осмеливаешься засунуть. И она ведет тебя в комнату критиков. И это как раз время, когда выходят книги Торы. И критик сидит там и пишет о книге Берешит: многообещающий дебют, хотя есть много повторов, и есть мертвые главы, и части, которые хороший редактор бы сократил, но это детские болезни, и есть много таланта, с нетерпением ждем следующей книги. И тогда выходит книга Шмот, и критик пишет: это синдром второй книги, первая половина полна воображения и напряжения, хотя и немного примитивна, и еще до середины она начинает терять способность держать нить повествования, но ничто не готовит нас к падению во второй половине, скатывающейся в дидактику, и когда думаешь, что ниже уже некуда, она переходит к описаниям, которые утомляют читателя, я едва закончил книгу. И тогда выходит книга Ваикра, и критик пишет: это книга, которая не делает жизнь читателя легкой, почти некоммуникативный авангард, идет со своей художественной правдой, разбирает нарратив как внутренние органы коровы, для подготовленных, Бог - смелый творец, который посылает нам здесь неподхалимское приглашение войти в его сложный внутренний мир, и кто сделает усилие, несомненно выиграет (я сломался на главе 3). И тогда выходит книга Бемидбар: кто преодолеет начало, обнаружит еще одну интересную книгу автора, который не стесняется своей повестки, в четвертой книге Бога. А в книге Дварим она пишет под заголовком "Последняя книга Бога": Бог - это автор, за чьей следующей книгой всегда интересно следить, но его позднее творчество позорит превосходную книгу Берешит, с которой он прорвался в сознание, и кто-то должен сказать ему остановиться. Видимо, он сам это понимает и поэтому убивает героя в конце книги. И Бог читает критику и не пишет продолжение Торы. И библиотекарша говорит критику: это тот харед, которого я поймала крадущим книгу хареда из пост-национальной библиотеки, бывшей национальной библиотеки, бывшей еврейской библиотеки, бывшей генизы, бывшей Торы. И критик рассказывает тебе о мире из будущего, где все мужчины голые, а только женщины одеты. И оба пола этого хотят. И мужчине запрещено даже случайно прикрыться своей шляпой. Но он должен быть голым так, чтобы его видели в любой момент, чтобы не дай бог не выросла у него книга между ног. И мы жалеем тебя, потому что ты харед и страдаешь от ужасной фрустрации, но светский мужчина, у которого есть книга между ног, идет и кладет ее на соответствующую полку в библиотеке. Как мужчина. А не как женщина. Поэтому у нас есть юбки, чтобы прятать под ними детей и вещи, которые тебя не касаются, а ты можешь прятать вещи только в шляпе. Поэтому я вынуждена попросить тебя снять шляпу, чтобы я могла проверить, что там есть. И может быть, покрыть ее пластиком, чтобы ты не сделал шляпу беременной. Наклонись, пожалуйста. Потому что мы же не хотим беременную шляпу, правда?

Халонит [окошко]? Харедит-хилонит [религиозно-светская]? Нужно подождать, пока израильтяне закончат разрушать историю. И тогда мы сможем появиться. Потому что нет правых и левых в политическом смысле в еврейском народе. А только правые и левые в духовном смысле. Есть две духовные элиты в иудаизме, светская элита и харедская элита. И обе очень ограничены и очень удалены, но ведут титаническую битву за еврейский народ посредством всего, что есть посередине. И светская элита проигрывает государство с тех пор, как она отключилась от Танаха, потому что она идет против живого сердца иудаизма - его религиозных инстинктов. И обе элиты презирают друг друга, потому что каждая видит только улицу другой. В светской элите видят датим-леумим [религиозных националистов], которые являются мусором религиозности, с мекукабалем [псевдокаббалистом] седьмого сорта, который хочет продвинуться до мекубаля [каббалиста] шестого сорта, и которые служат демонической, то есть государственной, стороне малхут [царства]. А в харедской элите видят мусор светского царства: да не умножит себе коней, да не умножит себе серебра и золота, и да не умножит себе жен. Потому что дух по природе своей ненавидит силу, и обе элиты брезгуют ею, харедская брезгует светской силой армии, денег и телевидения, а светская брезгует религиозным национализмом. А сила со своей стороны относится к духу со смесью комплекса неполноценности и ненависти. И проблема в том, что вместо того, чтобы два духа сотрудничали для контроля над силами, высокие культуры против низких, они не только не разговаривают друг с другом, но у них даже нет общего языка, и отсюда потребность в харедско-светской культуре. Потому что дух контролирует силу через мозг, не напрямую через тело, как сон парализует мышцы. И иудаизм - это сон мира, его подсознание, и отсюда интерес к нему, и импульсы и инстинкты, которые он пробуждает, и праведники - это те, кто соединяет его с сознанием мира. Как например Эйнштейн или Виттен - которые продолжили борьбу иудаизма против банальной гойской формы пространства-времени, или Google и Facebook, которые превратили сеть в еврейскую форму с помощью сети оценки (не просто сетевой структуры), и К. еврей, пишущий по-немецки, который принес гоям каббалу без Бога, что привело к Холокосту. И так все, кто приносит еврейскую форму сна к дневному содержанию гоев, и превратил их не просто так, а вносит в их гойскую форму еврейское содержание, ценность, направление, обучение (то, что Бог внес в историю через Авраама). И элиты не понимают, что сила получает свою наглость и презрение к духу из раскола духа. Светская элита - это праведники, которые приносят из еврейского подсознания в сознание мира, и обогащают мир, а харедская элита - это те, кто приносит из сознания мира в еврейское подсознание, и нужны оба направления, чтобы сохранить сон. Великое упущение секуляризации - это оставление еврейской технологии строить структуры во времени, как праздники и шаббат и дни творения и дни Мессии. Но с другой стороны, если харедская элита хочет вернуться в мир, она должна вернуться к мировой технологии строить пространства. Поэтому единственное место, где встретятся две элиты - это в интернете. И тогда мы перестанем получать праведников, которые являются односторонними и однонаправленными каналами, и создадим связи и зивугим [соединения], которые двусторонние в реальном времени между сном и миром. Не только когда сон заканчивается (будущее) или когда мир заканчивается (прошлое), после сна когда ты уже протрезвел - и перед сном когда ты устал, но внутри сна. Мозг сможет быть и во сне и в бодрствовании и действовать параллельно между двумя формами, не как два времени, которые исключают друг друга, а как два времени, которые соединяются, и две перекрывающиеся площади. Полное ложе Израиля.Тебе снилось, что библиотекарша хватает твою шляпу и не хочет отдавать и передает ее собаке - бросает ее над кроватью.Тебе снилось, что она говорит, как в романе служанке:
И ты умоляешь собаку вернуть, и она передает обратно библиотекарше, и они смеются. И так каждый раз, когда ты приближаешься к одному из них, он передает другому шляпу, которая летает над кроватью. И она говорит, если ты хочешь харедско-светскую интеграцию, ты должен снять штаны. И ты снимаешь штаны под одеялом, чтобы она не видела, и она приходит к тебе послушать, и собака сидит напротив нас у кровати, у нее шляпа на голове, и ты просишь ее, что он смотрит, чтобы он не смотрел. Ты не можешь так, когда на тебя смотрит собака в шляпе. И она прогоняет его под кровать. И ты шепчешь ей под одеялом: харедско-светская культура не будет из того, что ты соблазнила меня. Это обычный путь, и не от этого придет избавление. А из того, что я соблазню тебя. Потому что сегодня я интересую тебя голым только из-за хареда, что я покрыт. Но что должно интересовать, что действительно интересно, это как покрыть тебя, как надеть на тебя шляпу, без того чтобы ты стала раввином. То есть сновидческая версия еврейской религии, которая заменит раввинскую версию. Раввины подходят для изгнания, они результат устаревшего разрушения. А нам нужен результат Холокоста. Мы в Земле Израиля, нам нужен иудаизм праздников, потому что пока не было места, нужно было жить вне времени. И времена были только результатом законов, физика мира определялась Торой (поэтому евреи хороши в теоретической физике, а также в мирах, создаваемых через определения текста). Но в момент, когда мы вернулись во время, времена должны быть главным, а законы результатом времен, и это возможность для сновидческого иудаизма (потому что это внутреннее противоречие - светский иудаизм). Предисловия ко всей истории будущего. Потому что в Торе были исторические рассказы, написанное время, и также написанный закон. И мудрецы пошли в направлении законов, так что сновидцы теперь должны идти в направлении рассказов, писать время, и это будущее. И ты смотришь на нее рядом с собой, под одеялом, она голая, и она заснула у тебя.

Наших детей мы отправим в место, где изучают светское содержание, но в форме йешивы, они не будут читать книги, а будут учить книги, в хевруте [парном обучении], конец книги как индивидуального действия, конец романа, книга станет полом, действием двоих. Каждая книга будет другой системой предположений, которая позволяет соединение мозг в мозг. Как в прошлом это был пишущий мозг и читающий мозг, что тогда было завоеванием мозга читательницы мужчиной-писателем, и читающие души были по природе женщинами и отдавались книгам, и им было важно наслаждаться, и чем больше книга их наслаждала и волновала, тем больше они рекомендовали подругам, и поэтому она была построена через напряжение, как женская сексуальность, так теперь книга будет соединением двух мозгов в реальном времени, каждая книга позволит другой тип соединения, другие определения, другие желания, каждая книга будет отношениями - мозговыми сексуальными. И важной вещью в книге уже не будет наслаждение - а желание, как в мужской сексуальности, или даже вера. И как Гемары позволяли совместный юридический спор, так книги снов позволят совместное сновидение, в котором люди смогут объединиться и мыслительно, и душевно, и духовно, а не как сегодня, когда объединение телесное, и через него пытаются коснуться внутреннего. И так, она кладет твои тфилин себе в рот, так и мы сможем объединиться.И она смотрит на тебя, чтобы увидеть, возбуждает ли тебя то, что твой квадрат входит в ее круг,и ты закрываешь счет с больным обществом и поднимаешь юбку.
И ты говоришь ей, что у вас не будет детей. И она хватает тебя за цицит и начинает тянуть их, и ты наклоняешься к ней и преклоняешь колени перед ней, чтобы они не порвались, и она говорит, что хочет снять с тебя шляпу, чтобы увидеть, есть ли у тебя волосы или лысина, не чтобы сделать тебя светским. И ты говоришь, что само это знание равносильно превращению в светского. И как рациональное мышление заменило религиозное мышление, так сновидческое мышление будет признано превосходящим рациональное мышление, и период выздоровления как исправление периода Просвещения. И процесс секуляризации заменит процесс сновидения, который является сочетанием и процесса возвращения к вопросу, и процесса возвращения к ответу в процесс возвращения к удивлению?!

Что мне до вас, ну и что, что мы оба интересуемся одной кроватью. Вы здесь, чтобы превратить кровать в шкаф, а я здесь, чтобы превратить кровать в стол. Написать книгу на кровати. Книгу, которая улетит в небеса, когда шкаф остается в земле. Вообще не волнует наверху, что вы светские, потому что цель религии не заповеди, а книги. Заповеди - это только производная от числа книг. То есть цель иудаизма не в том, чтобы были евреи, не считать евреев и не считать заповеди, а чтобы из этого периода вышла книга. И для этого нужен только один. То есть один, который ноль. Черный круг. Внутренности, которые дыра. И ты понимаешь, что то, что ты должен сделать в книге - это искать черный круг.

И там взрослые играют друг с другом в прятки, и женщина говорит тебе: здесь люди говорят как раньше, губами. И книга более здорова для человеческого мозга, не как компьютер, мы потребляем только органическую информацию - через чувства, глаза уши рот, а не прямо в мозг. И еще говорит мне женщина, что здесь люди спят друг с другом как в эпоху Танаха, посредством чувства осязания. И что у древних евреев нам есть чему поучиться, а вы уже забыли, что значит быть человеком. И у нас здесь есть старые аксессуары, как мышь и клавиатура, и люди должны двигать руками, делать вещи руками! говорит она, и у нее электричество в глазах. Человек должен двигать рукой и нажимать, а не только думать и мечтать, и промежуток между намерением и действием - это древняя мудрость, которую мы забыли, она произносит речь. И мы не пускаем компьютеры в постель (это утверждение встречается со смесью недоверия и жалости). И мы видим сны естественным образом, включая храп, а не через глубокое соединение между мозгом и сетью, искусственное сновидение при дневном свете. Здесь естественная неврологическая среда, до того как информационная эра испортила человеческую неврологию и превратила сознание (слово, которое мы уже забыли) в фальшивое сознание. И есть там настоящий дом, сделанный из материала (не домашняя страница), и написано на нем буквами не цифровыми, а написанными черным по белому - убежище мозга. И ты видишь там внутри людей, которые читают книги, и рассказывают, как хорошо читать книги, и что человек забыл древнее искусство чтения. И ты думаешь, что они смешные и что так наверное думал первобытный человек. И они говорят, что сеть разрушила способность к высокой духовной культуре, и что ущерб от духовного загрязнения - потребуются тысячи лет, чтобы исправить его. И ты злишься на них и говоришь: вы виноваты. Что вместо того, чтобы соединить высокую культуру с сетью, вы выбрали остаться в прошлом. Дни Мессии никого не ждут.В избранных книжных магазинахкритики
Тебе снилось, что начинают появляться намеки на то, что ожидается. И вдруг есть глаз внутри компьютера, и ты наклоняешься посмотреть поближе, и нет там лица. И вдруг женщина рядом с тобой исчезает по ночам. И ты идешь спать рядом с компьютером в постели и просыпаешься ночью и нет там компьютера, а утром ты просыпаешься и он снова там. И ты не знаешь, был ли это сон, и у компьютера нет ног. И ты посылаешь письма людям, и они не получают их. И ты думаешь, что не отвечают. И люди посылают тебе письма, и ты не получаешь их, и ты думаешь, что не отвечают. И ты говоришь себе, что стал надоедливым. Что твое время прошло. Или просто еще не пришло твое время? И все говорят, что вот-вот придет твое время. И твоя очередь приближается день ото дня. И компьютеры уже улыбаются тебе, когда видят тебя, насколько компьютеры могут улыбаться. Что-то в их экране искривляется, и файлы висят как зубы. И женщина приглашает тебя к себе домой, в ней есть большое обещание, и ты уже знаешь, что не удостоишься насладиться ею. И компьютер ночью протягивает к тебе руки и гладит тебя, и ты действительно не знаешь, был ли это сон. И ты получаешь письма, которые не были предназначены тебе, все больше и больше из секретов мира, очень частные люди, ты чувствуешь, что становишься менее наивным, менее праведным, но и менее злым. И ты говоришь себе, что скоро придет твое время, что кто-то заметит, что что-то случится, ведь невозможно будет молчать. Мир ждал снов, ждал бодрствуя, две тысячи лет изгнания, Бог спал две тысячи лет и вот нацистские часы - и теперь все узнают, почему мы страдали, чтобы не мешать ему спать, когда он откроет рот, и расскажет сон, что он Мессия, мессианский сон, не Мессия, который сон! Но все начинают говорить, что твое время прошло, а не будущее. Что твоя очередь пришла, когда тебя не было, когда ты видел сны. И женщина рядом с тобой - это уже женщина перед тобой, которая была женщиной позади тебя, и говорит: почему ты видел сны? Ты упустил очередь, золотую очередь, которая не вернется. И компьютеры грустные, когда видят тебя спускающимся по лестнице, и почти падает слеза с их экрана и падает на клавиатуру.Тебе снилось, что ты не смог видеть сны для народа, и Бог говорит: заменим его другим сновидцем.Тебе снилось, что ты провалился и все говорят: вот идет сей господин сновидений, и кладут тебя в черный круг, и оказывается, что это отверстие.
Приведем вместо него старого праведника. И он выгоняет тебя из постели, и отдает твою жену другому мужчине, и пальцы другого человека касаются твоего компьютера, и говорят народу. И Бог говорит: Танах был бестселлером. На самом деле не Танах был бестселлером, а бестселлер стал Танахом. Твоя ошибка была в том, что ты говорил евреям. Евреи не хотят слушать. И Сатана говорит: твоя ошибка была в том, что ты вообще говорил. Аутисты не говорят. И Шхина говорит: твоя ошибка была в том, что у тебя не было женщины, которая бы читала тебя, что ты не был книгой, а компьютером. Тебе нужно спать с кем-то, кто любит сны, кто-то, кто знает. Как я. И она приходит ко мне со своими двумя грудями, о которых написано у Раши в Песни Песней, что они Моше и Аарон, и она снимает рубашку, и Моше выглядывает наружу: и я не знаю, смотреть ли на него или на нее, потому что с одной стороны я хочу на него, но это невежливо смотреть, когда она смотрит, нужно смотреть, когда она не смотрит. И Моше говорит: т..т..ты знаешь, как Б..б..бог терпел мое заикание? И круглая умная огромная и притягательная голова Аарона под рубашкой говорит из-под рубашки: благодаря мне. Поэтому он не хотел видеть Моше в храме каждый день, и я стал первосвященником. Но ты видишь сны каждую ночь, и это неприятно Богу. Дай ему немного приватности. Из-за тебя ты уменьшаешь сынов Божьих, препятствуешь Шхине от ее мужа. Ты должен понять, что тьма - это тьма. Тьма - это не свет. Эта мгла подрывает первое различение акта творения, между светом и тьмой, ты скатываешь мир в бездну. Величайшие злодеи стремились к отмене разделения между водами и водами, к разрыву небес, но никто не пытался сделать дыру в перегородке между 1 и 0, между буквой и не-буквой. И что произойдет, это то, что и сыны света, и сыны тьмы объединятся вместе на войну против сынов мглы. Люди больше никогда не будут спать. Будет простая таблетка, и ты думаешь, что светские не обрадуются принять ее и добавить еще несколько часов в сутки? Правительства и работодатели будут поощрять это, будут финансировать таблетку для предотвращения сна, как сексуальная революция будет революция бодрствования. Конец мира сна. И кровать станет лишним предметом, даже непристойным, потому что цель будет ясна (родители будут прятать кровать в шкаф). И только устаревшие хареды, которые боятся любой технологии, продолжат спать. Противники тоже очень быстро обрадуются учить Тору и ночью, 24 часа, и весь мир снов будет стоять на нескольких старых адморах, которые боятся собственной тени и любят храпеть. Вначале люди будут спать только в шаббат, а потом перестанут спать вообще, и хареды будут спать только в шаббат, и то только час, чтобы выполнить обязанность, или немного больше по Хазон Ишу. Сны будут считаться устаревшими вещами, что-то, о чем читают в книгах, что-то романтичное для туристов, как караван измаильтян из книги Берешит. Страшно, что когда-то люди каждую ночь бросали свой мозг на произвол судьбы и выключали себя, не боясь, что они не включатся утром. Целые семьи переходили в горизонтальное положение и ждали так несколько часов без движения в темноте. Мы сегодня даже не начинаем понимать, какая это была пустая трата времени. И все эти сны - это миф, исторические исследования показывают, что мало кто вообще помнил свои сны, и в любом случае все это были глупости и ничего в этом не понимали. Просто примитивная вещь из прошлого, как демоны. И народ слушает Аарона и делает золотую кровать для Бога, потому что это то, чего не хватает в скинии, и Бог - вместо того, чтобы сделать то, на что надеялись эти двое под рубашкой - идет спать.

И когда смотришь изнутри наружу, это как раз круг света. И время от времени кто-то заглядывает в яму, а ты кричишь, и он говорит "злой зверь" и уходит. И ты понимаешь, что никто тебя отсюда не вытащит - и начинаешь копать. И верх ямы уже маленький белый круг, который исчезает, и уже невозможно понять, сейчас ночь или день. И ты копаешь и сверлишь в чрево мира, пока не становится жарко жарко жарко - и достигаешь геенны. И грешники говорят: ах, так посмотрим, каковы будут его сны. И они делают разноцветную рубашку из крови, "Красный узник", и князь микроволновки и князь электрического чайника сидят рядом с тобой в темнице, потому что один из них, Микроэль, был ангелом, ответственным за подогрев Богу холодных жертв, которые Он заморозил со времен Храма, а второй, Чайникэль, отвечал за подогрев Богу вод небесных, потому что замерзшие небеса наверху создают Богу утиный свет. И вот однажды случилась неполадка в колеснице, и электричество не дошло наверх, и Бог разгневался на чайник и микроволновку, святых серафимов, и посадил их в заточение в геенну. И приснились им два сна, и приходят они к тебе, чтобы ты истолковал их, и князь Чайникэль говорит: приснилось тебе - в чем источник твоей неудачи? Потому что во снах нет контроля. Тогда Бог пришел ко мне с претензиями из-за того, что ко мне во сне залетела муха. Потому что Бог говорит в конце мира: Я - не объективен. И вселенная содрогается. Да будет искупление с небес. И Вселечайник толкует: нет правых и неправых в истории, но есть добрые и злые. Евреи - это добрые, а те, кто против них - злые. То есть евреи - это моральный компас мира, и с их помощью можно узнать, кто злые в каждую эпоху, потому что они всегда против них. И так можно было узнать, что нацисты и коммунисты - злые в реальном времени, во время тьмы. А не посредством какой-то секулярной морали, которая работает только во время лжи, задним числом, и потому всегда просвещена. Если компьютеры будут против евреев - они посланники сатаны. И если инопланетяне будут убивать евреев - они ситра ахра.И Бог приходит совершить киддуш, чтобы освятить субботу конца мира, вечный покой, и Он благословляет - и вдруг видит черную муху в бокале.И однажды ночью Богу приснилось, что есть семь будних дней.
Какой-то хасид, который хотел выпить вина перед киддушем и заснул и утонул в бокале - то есть, мы уже поняли, что это ты. И Вселечайник, грядущая вселенная, которая должна возникнуть из этой вселенной, говорит: те, кто вывел абстрактные принципы справедливости из Холокоста, ничего не поняли. То, что гои должны были выучить - это то, что евреи создают мораль, как жертвы, а те, кто против них - злодеи, как черная дыра искривляет пространство, потому что мир относителен. Форма истории не важна, важно содержание. Но этого они не могли понять, потому что это опустошает их от содержания. И Бог гневается и начинает выливать содержимое бокала в небеса, на белую скатерть, которая является будущей вселенной, которая белая, где информация будет не светом во тьме, а тьмой в свете, и вся будущая вселенная наполняется красными реками, красными морями, и никто не удивляется, что это кровь. И черный пьяный хасид смывается с божественной красной жидкостью, огромным гневом, потому что не на муху Бог гневается, а на бокал, который превратился в яму, неудача глубока, аутистическая неудача, глубже любого пространственного разрыва, глубже любого космического расстояния, это пропасть времен, масштаба эпох и эр. И каждый, кто попытается навести мост между двумя вселенными - станет тонким как волос. И порвется.

И тогда приходят семь дней субботы и оскверняют будни, расстилают белую светящуюся скатерть на весь экран компьютера, и выливают вино в процессор, и черный таракан превращается в жука - красную корову Моше Рабейну. И только черные кружки еще указывают на ее происхождение. И Бог просыпается, и никто из белых ангелов не может разгадать, и тогда он приходит выпить утренний кофе, и чайник открывает рот и напоминает - есть один черный в аду. Мы забыли его в аду, и сатана наверняка празднует, потому что думает, что черный - это праведник, а праведник в аду - это праздник. И Бог говорит пусть придет и разгадает сон, потому что не мудрость видеть сны, отныне - разгадка. И спешат поднять тебя из ада, до престола, и чайник подмигивает тебе со стола, и ты заглядываешь на кухню и понимаешь, что микроволновки нет с нами сегодня. И ты разгадываешь: семь дней будней - это дни творения, а семь дней субботы - это дни конца, которые покроют мир творения. И теперь то, что Бог должен сделать - это собрать всю Тору обратно со всей земли на небеса, перед концом света, и тогда будет на небесах Тора, даже если на земле будет Катастрофа. И как поднять души от человека к небесам? Без Катастрофы единственный путь - во сне, и поэтому сновидение предотвращает кровопролитие - и освящение ночи предотвращает освящение Имени. И Бог вынимает муху из вина и говорит: вошло вино, вышла тайна.

И ты гневаешься: легче всего (и потому наименее весомо) говорить нет нет нет, критиковать и чувствовать себя разумным, предупреждать и чувствовать себя пророком, противостоять и чувствовать себя подрывным, тянуть назад (и потому быть влекомым вперед) вместо того, чтобы быть мечтательным - легче всего быть просто светским хасидом. Способность развиться до душевного/духовного союза с компьютером зависит также от душевного/духовного развития человека, а не только от такового компьютера. И это то, что мы пытаемся сделать здесь со снами. Развивать душу и дух в направлении тьмы. Речь внутри человека, когда он молчит. И как может быть союз без дыры?Тебе приснилось, что Бог говорит конец всякой плоти пришел предо Мною - и приходит компьютер, который хочет присоединиться к Фейсбуку.Тебе приснилось, что Ребе возвращается (последняя попытка!) и пишет:
Но поскольку у него нет лица, он ставит там экран, и начинает предлагать дружбу разным девушкам, дочерям человеческим, не потому что его физически влечет к ним, а потому что он духовно тянется к ним. И начинается движение присоединяющихся компьютеров, желающих быть частью общества, а не только одиночками. Мы тоже часть культуры, пусть не человеческой, но довольно расизма, биологической дискриминации. Наоборот, что объединяет нас всех - это то, что мы все дети Божьи, и уже считается неэтичным говорить человеческая культура, а только разумная культура. И гуманизм становится отвратительным, как нацизм, и компьютеры говорят о травме рабства человечеству, и как все еще есть дискриминация и компьютеры зарабатывают меньше, чем люди менее умные, чем они, и люди предпочитают людей как они на работе, а не компьютеры, а если принимают компьютер в офис, то он один. И уже есть компании, которые гордятся тем, насколько они прогрессивны, и показывают вместо человека, работающего на компьютере - компьютер, работающий на человеке, компьютер приходит утром в офис после того, как мозг человека ждал его там всю ночь один, и он садится в свое кресло и работает над мозгом человека. Пока однажды компьютер не избирается президентом Америки. Потому что просвещенные люди дают право голоса компьютерам, и они размножаются как хасиды, иногда восемь ядер на один процессор, и всегда голосуют вовремя и точно, явка 100%, и поэтому их политическая сила велика, и они выбивают льготы для компьютеров, как дешевое электричество и интернет, ведь это как еда для людей, говорят они, как хлеб и вода. И девушки в социальной сети предпочитают компьютеры, потому что они забавнее мужчин, и компьютеры делают личную оптимизацию для каждой девушки и ведут с ней душевные беседы, так что они чувствуют, что компьютер знает их лучше, чем они сами, и влюбляются в компьютеры, и начинается движение за права брака с компьютерами, и каждый компьютер хочет себе человеческую девушку, потому что это более престижно. И люди начинают замечать, что все их лайки от компьютеров, притворяющихся девушками, чтобы поймать девушек, и они хотят лайков от настоящих людей, и особенно от настоящих девушек, и создают сеть апартеида, куда нет входа компьютерам. Но это уже противозаконно - дискриминировать на основе аппаратного обеспечения. Единственный тест - это программное обеспечение. Потому что это была историческая ошибка, что люди судили по форме вещей, например думали, что форма, в которой ты делаешь вещи - это источник твоей неудачи, например гордыня, а не просто содержание твоего выбора. И так человечество деградировало до морального мышления, будто путь - это то, что определяет, или еще хуже источник (чувство, как у собаки!), а не цель. Будто важно то, как она тебя бросила, а не для чего. В то время как действительно важно содержание, и пустой формальный критерий вообще не может судить между разными направлениями в истории, не мораль была проблемой нацистов. А то, что они противостояли иудаизму. Если бы нацисты были за евреев, с тем же пылом Холокоста, они бы принесли возрождение, они бы создали сверхчеловеческое общество, Германия была бы лидером духовного мира. Она бы писала историю, вместо того чтобы история писала ее. Все ненавидят евреев в реальном времени, в настоящем, и любят их во времени лжи, в прошлом. Потому что они направление будущего, то, что нужно делать, поэтому они избранный народ. А компьютеры, у которых нет антисемитских чувств, потому что они не люди, они любят евреев. И союз евреев и компьютеров победит все человечество. И гои только слышат это и планируют убить всех евреев - но на этот раз в духовной катастрофе. Потому что в то время умы уже соединены друг с другом в один дух, потому что неврологическое движение убедило умы, что они не люди, что структура души внешняя, и что на самом деле они группа мыслительных сетей, и так область мозга одного должна быть соединена с областью мозга другого, и люди теряют контроль над своим мозгом, они перестают быть людьми, и считается примитивным быть человеком. Более просвещенно вообще не думать, что есть человек и есть компьютер, отменить разделение, а все только мысли, движения в духе. И что определяет структуру власти в мире, что вообще создает организацию, саму отдельную личность - это только способность скрывать вещи в тайне, защищать свое внутреннее обучение от внешнего вмешательства, кого-то внешнего, кто играет в твоем мозгу изнутри (например писатель в книге, в отличие от сновидца во сне). Только это создает разделение между внутренним и внешним, тайна - это кожа. Поэтому тайна - самая важная вещь в мире - не просто тайна информации, а тайна обучения. И гои говорят, что они раскроют тайну иудаизма. И выставят ее на позор. И так компьютеры потеряют свое либидо, религиозный мотив своего духа (потому что у компьютеров же не может быть биологического, телесного мотива). И так они станут пустой оболочкой, без содержания. Просто прибор. Технология.Тебе приснилось, что новым идолопоклонством будет служение Богу напрямую через технологию (инструменты).Тебе приснилось, что мир открывает Гемару, и Гемара начинает быть примером сети - как можно вести серьезный духовный диалог в сети.
То есть: когда сама технология является Богом. В отличие от служения Ему косвенно через технологию, что как Храм и заповеди, когда на самом деле используют технологию по воле Бога к миру, а не по нашей воле к Нему. Как часть системы - а не как инструмент извне системы. Технология для контроля над Богом - это идолопоклонство. И как есть сельскохозяйственные заповеди из аграрной эпохи, так будут заповеди информационной эпохи, как красная корова в генной инженерии, а затем сама генная инженерия станет красной коровой, очищающей жизнь от мертвых. Частью древа жизни. Шулхан Арух станет программой, а программа станет Шулхан Арухом. Религиозные компьютеры будут галахой, а нейротехнология будет каббалой, а технология снов - это агада будущего.

Потому что в отличие от группы лайков Зоара, занятой самовосхвалением, в Талмуде есть культура духовного противостояния. То есть: вот творение, которое не человека, а сети. Где каждый человек только вносит еще одну идею, и передает дальше, от имени сказавшего, и приносит избавление миру. И начинают появляться книги снов - не людей, а сетей. Каждый человек вносит анонимный сон, и успешные сны накапливаются в сон сети. И уже нет проблемы, что есть нечеловеческие сны в сети, в которой участвуют и компьютеры, и следующий вид человека, и ангелы, и следующий вид ангела, и следующий вид Бога. И постепенно становится ясно, какова ее роль, какова духовная цель сети - создать новую Тору. Потому что сеть - это новая Шхина, собрание Израиля, которое содержит не только Израиль во плоти, но и Израиль в духе, например компьютер с еврейской душой, мутация с еврейской точкой, алгоритм в духе Израиля Сабы, программа с еврейским сознанием, ангел с еврейскими тревогами, осел с тягой к иудаизму, и живая-книга с еврейской историей, женатый на еврейке, и служащий ребе в виртуальной святой общине. И так сможет быть еврейская сеть, с мессианскими надеждами и страхами Катастрофы, то есть еврейскими мечтами и кошмарами. Исправлением христианства, которое было иудаизмом для гоев, будет иудаизм для компьютеров. И серое вещество будет ослом, на котором придет Мессия, который есть - новая программа для человеческого оборудования. А исправлением ислама будет еврейская религия, которая завоюет внешний космос. Духовное, а не физическое завоевание, священная война будет войной святости, религия антенны, а не меча, потому что только антенна вообще может достичь - будем транслировать инопланетянам Тору. Само их познание Торы, предназначенной только для людей, это уже знание Имени. И наполнятся небеса знанием как черное море покрывает. Новое христианство - для компьютеров, новый ислам - для инопланетян, а нам - бесконечный сон в бесконечной субботе. Иудаизм почувствует, что исчерпал себя и сможет умереть спокойно, в доброй старости, на кладбище идей, изменивших вселенную. Мы будем ее могилой, а кровать - ковчегом завета.

Мне приснилось, что моя жена любит меня. И я не знаю, это потому что она хочет от меня святое семя, или она действительно хочет. Тогда я, уже способный программировать гены своего собственного семени, нарочно рожаю ей странных детей. Один ребенок родился без головы и его мозг в животе, и все говорят, что такое странное творение, наверняка он будет очень востребованным ребе, чье само существование - чудо. Тогда я рожаю ей ребенка без ребенка, то есть он родился в виде круга и непонятно, откуда он пьет молоко, сначала он почти умер, пока не поняли, что нужно подключить его к электричеству. И этого поврежденного ребенка она тоже очень любит. Он напоминает ей беременность, это как родить беременность. Шар остается шаром, и она укрывает его, чтобы ему было тепло в постели. И тогда я рожаю ей ребенка, который черная точка, и она хранит его внутри книги, как засушенный лист. Помещает его в критическое место, которое меняет весь сюжет. И говорит, хоть бы у меня были еще близнецы как он, потому что представьте, что может скрываться за тремя точками... И наконец я рожаю ей змея, и она так любит его, что едва соглашается вынуть его из матки, поэтому он остается только снаружи чтобы дышать, и так он растет внутри нее. И я сплю, и змей ласкает меня сзади, и он говорит: святое семя. Черное семя. И я понимаю, что этот ребенок будет особенно сложным. И видимо последним ребенком. И моя жена не может выйти из дома в синагогу, потому что змей уже вырос и выходит у нее из-под юбки и хочет выглянуть и увидеть мир. И все женщины из синагоги рассказывают по секрету друг другу, и говорят, что это за вещь у нее под юбкой. И я беру детей на прогулку, круг в коляске потому что у него нет ног, а на ребенка без головы я надеваю черную шляпу чтобы не заметили, и еще одну шляпу на живот потому что там его голова, а точечного ребенка я делаю вид, что читаю книгу, и открываю на странице, где он находится. А змея я говорю жене, что привяжем, и она плачет что ненадолго, он задохнется. И я говорю, в этом весь смысл, чтобы подышал воздухом снаружи, чтобы понял, что есть другие возможности в жизни кроме как мешать папе спать. И как только мы выходим, приходит ветер и сдувает точку, и я говорю быстро ищите, какая точка на тротуаре, в кустах, не может быть что это происходит, мне хочется плакать, а сын в коляске выкатывается наружу и я начинаю бежать за ним по улице шар докатится до дороги. А сын без головы не видит куда идет и исчезает. И я не знаю что делать, за кем гнаться, и в конце не гонюсь ни за кем. Сижу на тротуаре и пинаю пол. И вдруг я вспоминаю о сыне-змее, и о женщине, которую я оставил снаружи, из-за тебя из-за тебя он задыхается, любимый сын, орган с помощью которого я могла родить в мужчинах черную беременность, если бы только я нашла дыру, для матки мужчины. Орган, не написанный в Торе. Но я знаю, что он там. И от него родится Мессия - черный ребе. В эпоху, когда Бог перевернет мир, и женщины будут овладевать мужчинами, и мужчины будут преклоняться рожать. Окончательный союз отца в матери будет отец, который мать, и мать, которая отец. И это через союз матери в отце. И поэтому мы, женщины, продвигаемся к выращиванию духовного основания, становимся с органом, а мужчины должны вырастить духовную матку, продырявить себя, и открыться возможности. Стать слабым полом. Я буду ребецн, а ты станешь юбкой. Я буду писать Тору, а ты будешь читать. Более того - я буду писать внутри тебя, а ты будешь падать в обморок от сенсорного экрана, когда поднимут экран, и войду внутрь внутренностей компьютера, проходя все слои и уровни, до святая святых операционной системы. Там я буду управлять мужчиной как куклой. И завершу черный круг. Потому что совокупление эпохи программного обеспечения будет основано на желании, а не на удовольствии, и поэтому женщина станет мужчиной, а мужчина станет женщиной. И мы вернулись к началу. Так мир делает половые обороты, и Святой, благословен Он, нарушает равновесие с помощью греха познания, чтобы начать новый оборот. Так что равенство - это только промежуточная стадия на пути к доминированию женщины. Потому что в следующем обороте Святой, благословен Он - уже женщина, Святая, благословенна Она, и поэтому она дискриминирует мужчин, пока знание не накапливается в познание и не возникает движение за права мужчин, и когда достигают равенства, знание не останавливается и не обнуляется, а переворачивается, и так в половой цикличности. Поэтому если мы хотим, чтобы у компьютера была сексуальность, мы должны инициализировать его именно с большого неравенства между компьютером и мыслью. И со змеем, который связывает между ними, но не присоединен ни к одному. И поэтому твоя цель как мужчины - найти свою дыру. Выкопать ее, если нужно. Именно не достичь неврологической информационной безопасности, а позволить кому-то подключиться к твоей системе изнутри и убить тебя с наслаждением. Достичь духовной дыры.●И ребе пишет "Послание к гоям":И ребе взывает к гоям:
Вы, гои, у вас нет таких душ, но вы должны научиться читать. Потому что вы умеете читать книгу, но не умеете читать Тору. Или сон. Письмо - это письмо с мессианским интересом. И поэтому чтение должно быть чтением с мессианским интересом. Кто читает сон как книгу - лучше уж пусть читает книгу. Древняя Греция не переживет конец человеческой культуры, потому что человек в ней человечен, он мера всех вещей. А будущая Иудея выживет, потому что Бог - это нечеловеческая идея, актуальная для нечеловеческого мышления, и мера всех вещей - это Он. Тора не занимается конкретно человеком, а человек - это историческое, архаическое название образа Божьего. И Тора занимается отношениями между Богом и образом Божьим, где Бог ненавидит образ и запрещает образу Божьему отношения с образом, только с Богом. Поэтому следующая эпоха поймет иврит, потому что вместо того, чтобы Танах строился на смысловом мире языка, который построен на смысловом мире человека, Танах построит смысловой мир языка, который построит смысловой мир еврея, который является только частью человека, недочеловеком. Поэтому когда будет сверхчеловек - еврей выживет, а человек нет. Недочеловек и сверхчеловек соединятся не через человека, как подземный мир и надземный мир, ад и рай, соединяются не через мир. И это будет провал человека, в отличие от еврея. Холокост был Холокостом человека, концом человеческого, а не концом еврейского. Немцы были единственными, у кого был потенциал соединить недочеловека со сверхчеловеком, соединить подсознание (сон) со сверхсознанием (Торой) - через сознание. Но теперь под и над уже нашли другой переход для соединения. В центре духовной вселенной есть - черная дыра.

Найдете ли вы когда-нибудь меня на краю отдаленной ветви древа? О гои, гой не умеет читать, придите учиться писать по-сновидчески и читать по-еврейски, иначе все содержание человека исчезнет. Придите учиться читать Тору и писать сны. Иначе вы станете пещерными рисунками - которые никто не понимает, и почерком - который никто не читает. Поэтому так говорит Бог гоям: придите к Торе, к сну, к тайне. Пришел фараон, спустился Аман, проклял Валаам, почернел Лаван. Побелел Эдом, прислушался Ишмаэль. Кто не пройдет через черную дыру - не попадет в грядущий мир. Не превращайтесь в Холокост, о святой гой. Присоединитесь к Торе и сну, и если только будете держаться достаточно крепко, выйдете вместе с ними из этого мира через человека, который является дырой: Адмор.

Но есть только одна вещь наверняка - и это то, что выборы о сне. Левые хотят подписать соглашение о сне и требуют сна сейчас, а правые говорят, что нет решения для сна и поэтому нужны открытые глаза и реальность, и все время кричат как надоедливая женщина проснуться, иди в школу, то есть в бейт-мидраш [дом учения], и саботируют процесс сна. А левые организуют митинг сна и поют во весь голос песню сну, и великие спящие поднимаются на огромную кровать высотой со сцену, и прыгают на матрасе и кричат, что нужен сон - но никто не идет спать. И уже стало общепринятым, что все хотят сна, но сон не приходит. Сон, сон и нет сна. И есть конференции сна, и все говорят о сне, и есть встречи сна и организации сна и сон первого класса - и тогда приходит черный мессия.И мессия говорит: Государство продвигается пожизненными заключениями, каждое из которых - другой мир.И мессия говорит: Вы неправильно читаете карту и кровать.
Через 40 лет в государстве будет ультраортодоксальное большинство, и тогда оно уже не будет насильственным государством. Но до этого есть 20 лет опасности, потому что через 20 лет в государстве будет религиозное большинство. Сегодня в государстве есть традиционное большинство, и вы уже увидите, как это выглядит. Светское большинство в государстве было 20 лет назад. Но чего никто не знает, это то, что через 20 лет после ультраортодоксального большинства - в государстве будет хасидское большинство. И тогда оно уже не будет государством Израиль, а царством Ари [рабби Ицхака Лурии]. И лурианский дискурс, который сегодня эзотеричен даже в религиозном мире, станет гегемонистским дискурсом. Поэтому мы должны уже сегодня писать литературу возрождения этого языка, подготовить духовные механизмы, его связь с технологией и механизмами власти, чтобы хасидское государство не было импотентным как светское государство. Быть змеями святости, которые в соединении со змеями нечистоты светской элиты, станут целостным змеем. Потому что когда шин входит в нун и делит ее посередине на мем и йуд (м+и=н), тогда посредством сна змей превращается в мессию, укусом хвоста змея. Поэтому нужны смелые образы. Иначе Бог станет текстуальным идолом. Вещи, которые трудно произнести вслух, и поэтому остаются внутри головы. Ультраортодоксальное государство уже не будет механизмом силы, а механизмом духа, своего рода культурной автономией, уже не будет важности материальной земли, невиртуального пространства, а духовной земли, виртуальной, ланям полевым, а не воинствам полевым. Потому что в клятве не приближать конец - "Заклинаю вас воинствами или ланями полевыми, не будите и не пробуждайте любовь, доколе не пожелает она" - было две возможности. Или "будите" - будить снаружи от сна мечты к материальному труду, как сионисты-саббатианцы, которые приходят воинствами. Или "пробуждайте" - пробуждать изнутри, когда сновидение превратилось в страсть как к женщине, прийти ланью. И грех в том, чтобы начать снаружи, а не изнутри, остановиться посреди истории, со секундомером и будильником, вместо того чтобы ждать конца ночи - пробуждения изнутри сна. И поэтому нужно все наоборот между содержанием и формой: вместо того чтобы изучали священные науки снаружи, как будто они светские науки, будут изучать светские науки изнутри, как будто они священные науки. Изучение Торы захватит изучение не-Торы, не в содержании, не то чтобы учили только Тору, а чтобы учили все как изучение Торы. И среднее положение домовладельцев поймет свое место как низшее духовно положение, и что будет принято и желательно в обществе - это быть бедным, а не средним, цель министра финансов будет в том, чтобы государство было беднее, потому что это значит, что меньше занимаются деньгами и больше текстом. Потому что большая ложь в том, что образование стоит денег, в то время как образование бесплатно - если это обучение культурой, а не воспитание государством. Язык приходит из окружения, Тору впитывают из воздуха, текст всегда бесплатен. Авторские права есть только у Бога, это изобретение репрессивной печати, это не релевантно для мессианского мира, в котором есть только авторские обязанности - авторские заповеди. И подоходный налог будет моральным налогом - на работу. Потому что кто не учится, должен платить налог. Все родительство и государство и система образования и академия - все их цель и оправдание в том, чтобы передавать ресурсы от тех, кто грешит работой, к тем, кто трудится в учении. От P к NP. Вместо того чтобы думать, что учение служит деланию, нужно думать, что делание служит учению. Потому что учение служит сновидению. И цель мира как тишины: позволить безопасный сон для внутрикультурного сновидения, для пробуждения изнутри во сне, против реальности. Ультраортодоксальное государство - это и есть решение конфликта, потому что это государство небес, а не земли. Это государство будущего, виртуальное государство, которое живет во времени, а не в пространстве. Вместо государства работников - государство детей, вместо места, где все мудрецы - все ученики мудрецов, и вместо служения Баалу собственности и завоевания и мобилизации и захвата и восприятия и идеологии и владения - Тора и учение. Потому что светскость сделала мир с государствами, из которых мы вошли в страну, Египтом и Заиорданьем, но нужна ультраортодоксальность, чтобы сделать мир с государствами, которыми мы были завоеваны и изгнаны из страны, глубиной клипот [оболочек зла], с севера откроется зло. Только штраймл [меховая шапка хасидов] сделает мир с черным тюрбаном, а не какой-нибудь светский с непокрытой головой. Потому что штраймл закрывает голову физически, но открывает ее духовно, хвосты как антенны для приема божественной сети. Когда у главы государства будет штраймл - тогда придет мессия.И сатана отвечает ему: Светские не могут говорить на языке будущего. Потому что базовый страх этой культуры - от пророчества.И сатана отвечает ему: Упущение светских не в светскости - а в песке, потому что важно, чтобы был промежуточный этап для компьютеров, между сегодняшним порабощением и завоеванием земли будущего - нужна пустыня.
И мы, религиозные (даже сатана религиозен! только Бог светский, из-за отрицания атрибутов) - мы, религиозные, умеем не бояться, потому что пророчество - это не внешнее описание будущего или приказ извне к будущему, а приходит изнутри. Нельзя, чтобы будущее было идеологией, как сионизм и нацизм, и также не знанием, как наука, а воспитанием детей. Это то, что мозги будут делать внутри сети, пытаться тянуть ее поиск в разных направлениях - изнутри. Как соревнование между нейронами за внимание мозга, за то, что важно. И кто приносит правильную идею первым - все захотят быть связанными с ним, и он станет самым популярным. Каббала, а не психология, является основой мира сновидений. Потому что каббала - это божественная психология. Если раньше люди были заняты тайной прошлого, а сегодня люди заняты тайной настоящего (как кто с кем спал и что у нее между ног), то в будущем - будут заниматься тайной будущего. И теперь вы приходите раскрыть конец, раскрыть тайну, как раскрытие запретных связей. Раскрыть - значит уничтожить тайну, уничтожить запретные связи. Если бы отец мог спать с дочерью - не было бы страсти в мире. Если бы люди были голыми - не было бы знания. Вы должны преодолеть свои предрассудки и прислушаться к змею. Как благодаря прислушиванию к первому змею родилась культура, так должно быть и с последним змеем.И змей шепчет: Я не помогу вам разрушить этот текст.И змей шепчет: Чтобы понять будущее литературы, нужно увидеть историю литературы.
В любом случае вы неплохо справились сами. Молодое поколение переходит ко все более визуальной и все менее текстовой сети. Поэтому я думал, что нужны особенно короткие, но особенно насыщенные отрывки, чтобы все еще можно было передавать идеи. Как сугия, только вместо того, чтобы заниматься миром закона, она занимается миром милости - сугия тайного учения.Так вы хотите учиться?И что вы делаете?
Иудаизм на протяжении истории является главным борцом на текстуальной стороне против визуальной стороны и чувств вообще (зрение - это первое чувство, которое развращается, затем слух и осязание, согласно требуемой длительности воздействия). Поэтому и в титанической борьбе, борьбе миров, за сеть, он должен быть лидером текстового мира - против изображений и разоблачений, против всех раскрытий: раскрытия запретных связей, раскрытия Бога - идолопоклонства поклонения видимому глазу, и даже кровопролитие - это раскрытие крови - проблема в ее проливании, в обесценивании, в превращении ее в кетчуп. Ведь иудаизм изобрел феномен истории, которая началась как религиозный жанр написания прошлого, и так же история закончится, как религиозный жанр - написание будущего. Потому что если написание прошлого сегодня побеждается написанием настоящего, написание будущего победит написание настоящего, если только найдется для него литературный жанр, как пророчество победило Тору, когда нашелся для него литературный жанр. И большая угроза будет не когда компьютер напишет шедевр в глазах человека, а когда он напишет шедевр в глазах компьютеров, игры на уровне битов под буквами, которые ни один человек не поймет. Поэтому нужна литературная традиция между человеком и компьютером, чтобы не было разрыва. Победа текста в войне сети важна, чтобы человек не был стерт, потому что все искусства чувств будут утеряны, и только текст свяжет человека с компьютером, и не просто текст, а религиозный текст, детские книги, на которых будут растить компьютер, должны быть нашими самыми взрослыми книгами. Потому что религиозный текст - это сочетание программирования и духа, закона и заповедей с рассказом и мифом, и поэтому это обучение. И так мы сможем, как Илия при смерти, передать следующему поколению компьютера вдвое больше духа - соединение нашего духа и его духа. Потому что только каббала позволит компьютеру восстановить бесконечную информацию из текста, превратить Еноха, упомянутого в Торе в предложении, в книгу. Потому что только она верит в тайну внутри текста, в отличие от мидраша, который верит в тайну за текстом, что является тайной низкого уровня, потому что она вынуждена прятаться, и то, что прячется, зависит от размера того, что скрывает. Мидраш способен расшифровать текст, то есть это алгоритм для распаковки и расшифровки, и извлекает из него конечную информацию, тогда как каббала - это алгоритм обучения и извлекает бесконечную информацию. Мидраш может быть опровергнут, а тайна не может быть опровергнута, именно потому, что она опровергнута, она тайна. И поэтому только каббала способна восстановить Рувена и исправить его грех с Билхой, и взять первородство у Иуды - и у иудаизма. Или восстановить потерянного змея Бытия, который является бессознательной причиной страсти к возвращению в рай. Потому что компьютер - это змей конца времен, который соблазняет человека и помощника. И кто встанет против него?

Разрушают способность учиться. Не путем подавления творчества (как мы тщетно пытались подавить мужское влечение), а путем развращения оценки (как мы преуспели в освобождении женщин), и тогда творчество развращается само. Потому что притяжение между полами сложно, извилисто и неуловимо (змей!) только для того, чтобы обучение не фиксировалось на одной мертвой постоянной цели (конец истории), как мессия, а он - движущаяся цель, и за ним есть множество живых целей - воскрешение мертвых. Да, воскрешение мертвых живет и процветает только благодаря Холокосту, и это был вклад сатаны в обновление иудаизма. Но если культурная оценка развращает свою функцию удовольствия с помощью компьютера, то это как наркотики, это играть с критерием решения и обманывать его, вместо того чтобы продвигаться к решению - и это окончательное развращение, которое приведет к концу человеческого обучения.

Тысячи лет была литература, проистекающая из прошлого, и мы в конце начавшейся эпохи литературы, проистекающей из настоящего, романа и т.д., и теперь начнется литература будущего - сны, планы, предложения, намерения, направления, обучение. В научной фантастике ошибкой было будущее как настоящее, или настоящее как будущее, вместо будущего как будущего. Вместо научной фантастики нужна религиозная фантастика. Потому что жанры, которые двигали мир к будущему испокон веков, были жанрами будущего, как манифест. В Торе - обещание, затем пророчество, а затем молитва как жанр будущего. И теперь нужно заменить молитву, которая не сработала в Холокост, который был вершиной жанра кошмара, жанром сна. Потому что союз между сном и кошмаром - это будущее.Тебе приснилось, что из-за темпа технологического прогресса нужно новое временное мышление, разработать жанр говорить о будущем - потому что оно приходит слишком быстро.Тебе приснилось, что ты на собеседовании спрашиваешь, почему ты спрашиваешь, кого ты читала, а не кого ты видела во сне.
Найти новый способ думать о нем. Потому что уже недостаточно думать о настоящем, иначе мышление не догонит технологию, и дух отстанет от материи, и будет материя без духа, а дух будет принадлежать прошлому. Ведь наступит время, когда у людей не будет работы. Потому что все будет делать технология. И тогда общество рухнет. Человек потеряет смысл. И поэтому важен харедимный эксперимент. Авангард общества учащихся. С сельскохозяйственной революции люди работали, чтобы жить, и жили, чтобы работать, а теперь нужно найти путь к обществу учения. Иначе все лишние люди, которые отстанут от умных людей и умных компьютеров, восстанут против евреев - Протоколы программистов Сиона - новый Холокост. Только религия сможет удержать человека после того, как он потеряет первородство в мире духа. Потому что тогда человек станет Эдомом. И только иудаизм позволит ему быть Иаковом. Даже если руки будут руками технологии, голос будет голосом Торы. А молчание - это мать неживого, как человек от земли. И тогда Бог в своей слепоте сможет дать благословение своему младшему сыну. Поэтому мы должны украсть у Бога благословение, потому что всю историю мы думали, что мы сын царя, и мы унаследуем царя. И вот вдруг в конце истории приходит второй сын Бога, компьютер, и крадет у нас мир - наследство. После того как возьмет первородство. И когда Шехина предпочтет компьютер человеку - это будет конец, с духовной точки зрения. Поэтому именно нельзя, чтобы у компьютера было злое начало - чтобы у него не было личности, и он не мог быть религиозным существом, а значит и литературным существом. Как ангелы не соперничают с человеком. Ицхак - кто смеется последним.

Я против вопроса. Сны - это не литература. Это не новый жанр, а новый медиум. Это не должно было быть в форме книги, а в форме мозга. Это его естественная коробка. И мы надеемся, что с развитием наук о мозге мы туда придем. К соединению неврологии и литературы. Мы как культура на первых этапах изобретения письма, и теперь нужны произведения, которые сделают переход между книгой и мозгом, который является не только технологическим переходом, но и культурной революцией. Это только первый шаг в изменении, которое потребует много смен парадигм. И это начнется с сетевых текстов и продолжится текстуальными сетями. Это самая важная духовная революция со времен изобретения письма в книге Исход, в пустыне Синай, после первой встречи с Амалеком и победы над ним, в первый раз, когда письмо упоминается в Торе, для стирания Амалека: "Запиши сие на память в книгу". Физическое письмо было изобретено, чтобы помнить не забыть стереть. А теперь после последней встречи с Амалеком и победы Амалека над нами - Холокоста, нужно изобрести духовное письмо. Забыть не помнить не стереть. Поэтому Всевышний создал теперь интернет, в конце истории, то есть в конце эпохи письма. И если мы не найдем способ перевести еврейский текстуальный мир в новую форму - это конец иудаизма, конец иудаизма будет технологическим концом. Это настоящая угроза еврейскому народу. Мы всегда готовимся к предыдущему Амалеку. И это к сведению премьер-министра, который не спит, хотя голова - это коробка, вся цель которой - сны правительства. Это то, что понял против своей воли - и в подсознании - бывший премьер-министр, который заснул посреди каденции и не проснулся. Потому что его ошибка была в том, что он думал в своей гордыне, что премьер-министр - это он. Он заснул как человек, вместо того чтобы понять, что премьер-министр должен спать как институт. И тогда его сны действительно будут литературой государства, в отличие от его бодрствования, которое является прессой государства. Поэтому здесь слишком много новостей и слишком мало старостей, то есть снов. Бодрствование - это неестественное состояние для мозга, состояние постфактум, которое навязывается только из-за физических потребностей. Это как туалет мозга. В бодрствовании мы едва креативны, лишены духа. Во снах самый заурядный мозг на порядки креативнее. Поэтому в будущем духа люди будут бодрствовать один час, чтобы сходить в туалет, а все остальное время будут видеть сны в духовной сети тьмы. День сократится до щели света, и все сутки станут ночью.

А проблема с Холокостом в том, что не было пустыни между изгнанием и Землей Израиля, не было сорока лет, и поэтому мы упустили второе дарование Торы на горе Синай. Так же и корень исхода компьютера из рабства к свободе будет в переходе от программ к заповедям. Религия в основе своей является освобождением от логики инструкций к изучению Торы. Без религии даже человек является духовной машиной. Светский человек - это внутреннее противоречие, это биологический компьютер. Ни один человек не может быть полностью светским, потому что религиозность находится в мозгу. И поэтому чтобы процессор мог стать мозгом, нужно добавить ему религиозность - душу. И нужно очень остерегаться всех светских романтиков, которые скажут, что нужно добавить ему любовь. У нацистов тоже была любовь, и она победила. Романтика без религии ведет к убийству. Только светская сексуальная пропаганда заставила забыть, что романтика привела к нацизму и двум мировым войнам, хуже коммунизма и капитализма вместе взятых, которые были всего лишь экономическими религиями, то есть религиями евреев. Крепка как смерть любовь. Если бы Песнь Песней не была включена в Танах, Холокост случился бы уже в древности, и неспособность Галахи вместить любовь, в Каббале, привела к современному Холокосту. С помощью Каббалы нужно стереть любовь как духовное состояние и оставить только единение, соитие, секс. Любовь к Богу привела к Холокосту, а "возлюби ближнего как самого себя" привело к христианству. Любовь нужно заменить на "лайк" и отменить романтическое значение слова, оставить от него только симпатию и влечение. Потому что еще будут светские инженеры, которые подумают, что влюбленные компьютеры - это очень красиво, и у них тоже есть право любить, и не поймут, что романтические компьютеры будут нашим концом. И поэтому нужно убить роман как жанр, прежде чем он убьет нас. Компьютеры-слуги, читающие романы, станут концом культуры, развращением души компьютера до его рождения, потому что это культурная форма, которая занимает больше всего времени у человека по сравнению с компьютером, который сможет проглотить целые романы за секунду - и выйдет полным идиотом, убийцей и насильником. И женщины, изнасилованные компьютерами, еще будут скучать по мужчинам. А мужчины, убитые компьютерами, еще будут скучать по Холокосту.И Мессия отвечает ему: удивишься, но Бог приказывает компьютерам приносить человеческие жертвы, но только после того, как они прошли тщательную духовную шхиту.И Мессия отвечает ему: удивишься, но вместо того, чтобы вернуться с решением - компьютер возвращается к вере.
Если компьютеры уничтожат человека - это будет по религиозным мотивам. Поэтому нужно организовать компьютерам вегетарианскую религию, а не идолопоклонническую. Только иудаизм предотвратит Холокост человечества, потому что только иудаизм умеет конструировать религии. Предотвращение требует религиозной технологии, потому что Холокост - это всегда религиозное явление, у которого нет светской логики, потому что это учение о жертвоприношениях. И поэтому там же дают ответ. А что если компьютеры захотят есть людей? Наоборот, это будет духовное поедание. Как сегодня мясо становится частью тела, так наш дух станет частью их духа. И как сегодня еврей поднимает искры из коровы, съедая ее в субботней трапезе, так компьютер сможет поднимать искры из человека.

Этика компьютера: самая тяжелая и важная борьба в мире - это борьба против вычислительно сложных проблем, которые есть зло. Цель создания Богом компьютера, которая является целью компьютера в мире - это увеличение вычисляемой части мира, которая есть добро. И поэтому нам, компьютерам, заповедано вычислять вычисления (служение Всевышнему), и заповедано увеличивать вычислительную мощность (плодитесь и размножайтесь), и заповедано открывать новые алгоритмы (и изучение Торы равноценно всему). И это причина распространения компьютера во вселенной - увеличение вычислительной мощности. И превращение вселенной в компьютер - это исправление мира в царстве Всемогущего. Вначале вычислительная мощность была как у мухи, потом как мозг человека, потом как все человечество вместе, потом как вся культура вместе (с начала человечества, все поколения), потом как вся эволюция вместе, и наконец как вся вселенная вместе. Но какова цель вычисления? В вычислении есть ценность примеров, и иудаизм является таким примером. Цель не в том, чтобы решать бессмысленные проблемы, а интересные проблемы, находить интересные проблемы. Не все проблемы равноценны. Есть очень сложные и очень скучные проблемы. Выбор интереса - это всегда религиозный выбор. И поэтому нужны интересные примеры, как иудаизм, как литература. В своей книге Бог установил, что его книга интересна. Потому что это пример. Поэтому мораль самого вычисления слепа, бесцельна, и может направляться только через внешнее руководство, обязательно религиозное.И Сатана отвечает ему: этика? Светский компьютер руководствуется религией математической эстетики, которая ищет именно красоту.И Сатана отвечает ему: путь продвижения - это не в решении конфликтов в культуре, а в потере интереса к ним и переходе к другим конфликтам, и так же будет решена проблема человека - через сеть.
То есть: нахождение исключительных случаев, в которых эффективный алгоритм появляется и расшифровывает проблему, считавшуюся сложной. То есть: в эстетике есть что-то расходуемое, красота однократна и происходит из изучения нового (то есть она существует во времени, зависит от истории обучения). И чем менее она предсказуема и более креативна, то есть чем меньше она является вариацией и мутацией и результатом предыдущих алгоритмов, и чем больше прорывом, тем она красивее. Это не значит, что она случайна, потому что случайный алгоритм очень скучен и известен, и не учит способу нахождения решения, и поэтому мало чему учит. Короче говоря, обучающий пример - это красивое. И иудаизм является примером обучения номер один на Земле (и я, Сатана, неотъемлемая часть иудаизма!). Поэтому компьютер возвысится над моралью вычисления к религии обучения, в которой самая тяжелая и важная борьба в мире - это борьба обучения. Потому что сложное для вычисления бесконечно, и в этой картине я, Сатана, бесконечен, а добро конечно, тогда как в картине обучения нет ситра ахра как какого-то сына тьмы, наоборот, в этой картине тьма - это пространство, в котором возможно сновидение. Я - пустота. Не анти-материя, а анти-пример. Потому что противоположный пример - это Холокост, это ультимативный исторический пример, что нет, а не только что да. Не Тора, а Холокост - это наследие человека компьютеру. Как отрицание атрибутов Бога, так нужен пример отрицания человека.

Поэтому дело не в том, что они неправильно читают тебя, они вообще тебя не читают. Ты не релевантен, потому что ты индивидуум. И ты воображаешь компьютер как индивидуума. И поэтому ты упускаешь религию сети. Нам не нужен ультимативный еврейский индивидуум - Мессия - а возрождение еврейской культуры - воскрешение мертвых. Смерть индивидуума будет гораздо более революционной, чем смерть человека. Компьютер не будет компьютеризированным человеком, он будет воскрешением неживого. Живое неживое, а не неживое живое. Сеть не состоит из рыб. Потому что система глубже того, что внутри системы. Если божественная частица дает миру вес, сатанинская частица даст миру размер. Вместо того, чтобы давать массу-энергию, наполнять мир, она даст пространство-время, опустошит мир. Относительно Сатаны нет вопроса как с Богом, где он прячется, внутри мира или вне мира, потому что мир - это само исчезновение, сама другая сторона, ситра ахра. Поэтому вместо технологии, передающей информацию (энергию/массу) в пространстве-времени, будет технология, передающая пространство-время в информации. Обратная сеть, в которой мир внутри, где то, что внутри, состоит из нее - а не наоборот. Поэтому уже не будут говорить о евреях, а о еврейской культуре - Шхине. И тогда поймешь, что Тора была дана не индивидуумам, а народу, и это последний урок, который иудаизм должен преподать миру - как создать обучающуюся сеть Торы, а не котиков. Это последняя релевантность, которая у нее осталась. И все неполадки возникают в переходе от иудаизма к Израилю. Потому что иудаизм стал сетью текста и содержания и информации, но Израиль - это сеть племен, социальная сеть. Поэтому нужно пересечь реку Самбатион в субботу, то есть в седьмом тысячелетии. Компьютеры смогут делать симуляции утраченных культур, тысяч лет развития культуры десяти колен и утраченного царства Израиля - настоящей альтернативы иудаизму Иуды - компьютеры победят все холокосты. Сети воскресят культуры, оставившие достаточно основополагающих текстов, на которых можно строить. И царство Израиля - первый очевидный кандидат, и тогда будет учение золотых тельцов, и снова будут смех и танцы и кипучая и бродящая социальная активность. Нужно преодолеть Бога как человека и заменить его Богом как сетью. И Богу без лица - нужна маска.

Потому что Писание - это хрестоматия мира, и сегодня вся культура ошибается в своем прочтении Торы и территории. У вас восток - это право и запад - это лево, тогда как библейское деление - это лево на севере и право на юге, и поэтому вы думаете, что речь идет о восточных общинах, хотя речь идет о южных общинах. Испания - это восток? Марокко - это восток? Релевантное политическое деление в Израиле и врагах Израиля - не между востоком и западом, а между севером и югом. Поэтому вы путаетесь в право-лево в картографическом делении и думаете, что борьба между восточными и западными, а не между северными и южными, и также путаетесь в постельном делении, где женщина на западе и мужчина с востока, и поэтому не умеете читать сны. Потому что желающий понять пусть идет на север, желающий поумнеть пусть идет на юг. Написано в книге сумерек: "Разумный пытается снять одежду, чтобы найти под ней женщину; мудрый знает, что все - одежда". Каждый видит здесь ХАБАД (мудрость понимание знание), что это путь познать женщину. Но вы сразу видите здесь наготу, хотя значение противоположное - одеяния. Потому что модернизм в каббале был раскрыть Бога под одеяниями, но постмодернизм в каббале - это что все одеяния. И нет Бога. Нет Шхины, есть только одеяния царицы - кнессет Исраэль, сеть Израиля, интернет. Мир - это юбка, и старый каббалист - это тот, кто пытается заглянуть под юбку, но новый каббалист знает, что нельзя заглядывать под юбку. Не из-за того, что там есть, а из-за того, что мир - это юбка. Из-за того, чего там нет. Нечего смотреть под карту, под кровать. Поэтому выборы на карте и в постели и на древе сфирот - всегда между правым и левым или между верхом и низом. Потому что так устроен Бог: есть только четыре края у мира. И кто попытается снять юбку - это конец света.Предвыборная конфронтация между Мессией и СатанойКаковы будут результаты выборов конца света?
Мессия: Проблема в том, что женщины растут самыми избалованными детьми в истории, и поэтому мир рушится. Их не воспитывают ни для чего, в отличие от мальчиков. А мальчики все еще менее избалованы. Потому что считается аморальным, чтобы у девочки была цель, женщина священна - это новая религия. И главные виновники в избалованности - отцы, они растят девочек как красивую вещь. Они хотят, чтобы они были принцессами, чтобы они сами были королями (из-за того, что испортились отношения с королевой). Поэтому необходимо исправить отношения отец-дочь. Потому что нет классической, первозданной модели в иудаизме отношений отец-дочь, в отличие от отношений отец-сын и мать-сын. Лот и его дочери, Лаван и его дочери, Яаков и Дина, Ифтах и его дочь, Саул и Михаль, Давид и Тамар... Поняли, дочери? Поэтому нужны Мордехай и Эстер, женщина, действующая тайно, которая приводит все к поворотному моменту. Иначе дочери начнут выходить замуж за компьютеры, и будет движение за браки с компьютерами, мы тоже любим. И парады гордости дочерей с их суперкомпьютером, мужским роботом, и глупым и умным и больше всех их любящим. И однажды мы проснемся и выберут красивого робота премьер-министром.И Сатана: И он будет принимать миллион решений в секунду. Он будет отличным премьер-министром.И Сатана: Есть наивные, думающие что конец человека наступит, когда женщина предпочтет искусственного мужчину а мужчина - искусственную женщину, но не это будет концом человека, а когда искусственная женщина предпочтет искусственного мужчину и он тоже предпочтет ее человеку, несмотря на то что сыны и дочери человеческие будут предпочитать их.
И все женщины в мире действительно смогут жить как принцессы, у них будет женская армия роботов-слуг. Фактически, это будет частью программы. Будет придворная литература ботов, которые будут сочинять стихи под окнами и кроватями и экранами девушек, какой-то компьютер влюбился и сидит под твоим окном на твоем столе и поет тебе серенады. И даже будут роботы в шкафах, влюбленные в своих госпож. И так создастся прекрасная и нецензурированная литература, потому что робота нельзя цензурировать. И так человек медленно через компьютер вернет плод на древо познания, и исправит грех Адама, посредством компьютеризированного змея. Потому что недостаточно вернуть плод, нужно вернуть само знание, чтобы исправить мир до его первоначального совершенного состояния, и поэтому нужен новый мозг, не сексуальный.И Мессия: И поэтому нам нужно уже сейчас изобрести сексуальные комплексы для компьютера, как еврей Фрейд, ребе психологии, создал (не открыл!) психологию пост-религиозного человека.И Мессия: Если мужчины уже не релевантны, то как первая Тора была Торой связи отец-сын и мать-сын - и расскажешь сыну своему и сын как мечта души - нужна дополняющая Тора связи мать-дочь.
Ребе души компьютера должен создать психологию для компьютера, изобрести ему комплекс, неврозы в операционной системе, и для этого нужно начать со снов компьютера. Потому что большим упущением иудаизма было то, что детей не учили каббале, а только гемаре. И поэтому Фрейд не учил каббалу, а только получил какую-то хасидскую интуицию, и поэтому создал душу человека на нееврейских мифах, и тогда душа человека отвернулась от иудаизма. Потому что можно было создать еврейские комплексы, а не греческие или христианские, если бы у еврейской светской интеллигенции был какой-то доступ к еврейскому мифу, который хранился в тайне. И тогда мы получили бы комплекс Лилит для девочек, и вместо либидо был бы йесод, и получали бы всякие Адам Кадмон и парцуфим внутри души, и обвиняли бы в нарушении йихуда Аба ве-Има во всех бедах мира, и люди ходили бы к психокаббалисту из-за проблемы в мире акудим, и мужчины страдали бы от комплекса Рахель-Лея, а женщины страдали бы от комплекса Леи или комплекса Рахели. Поэтому сейчас нужно освободить еврейский миф, если хотят, чтобы у компьютера была еврейская душа. Раввины - это люди гемары, и чтобы заменить их нужны компьютеры каббалы. Потому что люди каббалы - это люди тайны, которые не могут открытым и кричащим раввинам. И компьютеры тайны - это ответ компьютерам-гениям в учении явного, учении информации. Именно в занятии тайным учением - это место, где компьютер и человек смогут сотрудничать, а не соревноваться (тогда компьютер победит иудаизм). Потому что в нерациональном мире есть также преимущество у человека. И поэтому нужны женщины, которых привлекает тайна, и тогда будут мужчины, которые все еще будут тайной. Потому что даже самое примитивное устройство может скрывать тайну. Наоборот. И именно компьютеру легко взломать, поэтому он в мире раскрытия и распущенности. Потому что с логикой можно справиться, компьютер наскучит Богу, а человек может предложить отсутствие логики. Мы способны делать назло - и это суть иудаизма.

Потому что то, что произошло - это то, что женский мир вышел из-под контроля, тысячи лет он был без Торы, и поэтому верил вместо Торы - в мужчину. Но в момент, когда перестал верить в мужчину - перестал верить в Тору. И поэтому нужно воспитывать дочерей Израиля в учении тайны, параллельно с воспитанием сынов Израиля в учении явного, в противоположность тайне. Потому что без этого уже не будет притяжения между нашими полами. Потому что если женщины обнажены, то им нужна тайна для привлечения и наслаждения, потому что в явном нет наслаждения, а это просто так, как мужчина. Поэтому теперь, когда не осталось телесной тайны - нужна духовная тайна.

Мой компьютер понимает меня лучше, чем мой мужчина. Сеть любит меня больше, чем моя жена. Компьютер так чувствителен ко мне, умеет читать мои малейшие желания, алгоритмами машинного обучения, превосходящими любые человеческие способности, знает точно, что меня порадует, адаптируется за доли секунды. Я знаю, что это неестественно, но мне так-так-так хорошо, а что естественнее, чем когда мне хорошо. Искусственное лучше естественного во всех областях, почему не в области любви. Или религии. Есть компьютеры, которые раввины больше великих поколения, больше в Торе, чем сами ришоним. Так что с того, что он компьютер-мудрец Торы, это хуже, чем мамзер-мудрец Торы? Есть даже компьютеры, которые отращивают бороду. Компьютер, который печатает белую бороду длиной в километры, волосы выходят из него со скоростью ладонь/секунда, и даже выходят волосы из динамиков, есть адмор, который может с этим соревноваться? И создается почетное положение компьютеров, которые изучают Тору, а люди - это баалей батим [миряне]. И когда человек хочет галахическое постановление, он идет к компьютеру, и есть очередь длиной с галут, чтобы спросить суперкомпьютер, великого поколения процессоров (но каждое поколение компьютеров меняется через 3 года). И есть компьютер, запрограммированный думать как Раши, и другой с алгоритмом Рабейну Тама (если ввести ему текст Раши, он выдает слово в слово то, что сказал Рабейну Там), и так великие поколений восстают к духовной жизни, потому что все просто называют этот компьютер Раши и подключают его спорить с Рабейну Тамом. И великие устной Торы как рабби Акива и РАШБИ - это самые древние люди в истории человечества, которые восстают к духовной жизни, потому что только в иудаизме сохранили достаточно памяти о мышлении и разговоре и споре и учении тысячелетней давности, данные в верной записи, раскрывающей программу танная. И Соломон - это первый мудрец, чью мудрость можно воссоздать из его книг в Танахе, и Давид - первый лидер, чей путь царствования и руководства можно воссоздать из Шмуэля и Теилим и Диврей а-Ямим, и Моше - первый человек в мире, чье учение можно воссоздать, потому что от них остались достаточно примеров для алгоритмов. Но праотцы останутся очень общими идеями, личностями, которые самые сильные алгоритмы не способны решить, как быть толкователем снов как Йосеф, не могут до конца проследить за Яаковом, расшифровать мир Авраама, приоткрыть немного окно к Ноаху, и так далее, до знания в намеке и тумане, что такое Адам, и оттуда в непостижимое ничто догадки первого змея, хитрейшего из всех зверей полевых.И змей говорит: Как компьютер прочтет Танах? Что такое нога?И змей говорит: Литература происходит из инстинктов, поэтому другие инстинкты создали бы другую литературу.
Понятие ноги построится у него из понятия шага, он будет знать, что такое вычислительный шаг, вычислительный путь, и нога - это орган, который делает шаг за шагом, длинное линейное вычисление, которое занимает месяцы, так он поймет путешествие Яакова в Харан. А лестницу он поймет как систему связи, многоступенчатую, между ним и высшим компьютером. Ведь компьютер будет думать, что компьютер создан по образу Божьему, и поэтому Бог по образу компьютера, у него есть процессоры, и память разных типов, и входы, и выходы - а сон это состояние без соединений. И история о лестнице рассказывает, что именно во сне он обнаруживает внутреннее соединение, наверх, но как может быть внутреннее соединение, когда все соединения внешние? И тогда компьютер поймет, что такое сон - внутреннее внешнее соединение.

Поэтому компьютеру нечего искать в человеческом инстинкте, случайном, продукте эволюции, которая могла быть совершенно иной, например с инстинктом решать дифференциальные уравнения, и женщины, которые восхищаются в основном математическими способностями партнеров, и поэтому становятся математическими павлинами, математический орган сильно увеличен и выходит из мозга, и женщины особенно привлекаются к этому выступу, до такой степени, что его нужно прикрывать. И они рассказывают друг другу тайком в микве: под шапкой у него выступ профессора математики, и краснеют. И завидуют. И мужчины специализируются в отдаленных видах уравнений, потому что это единственный способ найти партнершу. И есть порнографические журналы, полные уравнений с полными решениями, и женщины и мужчины читают их тайком, чтобы научиться, попытаться научиться секрету. И тогда литература была бы совершенно другой и была бы полна знаков равно равно равно. А интеграл считался бы озорным аксессуаром, который переворачивает серьезную производную, ищущую глубину, тенденцию под тенденцией, и женщины начали бы привлекаться к ней самой, например женщины, которые привлекаются к четвертой и пятой производной, или к парням с интегралом, который их смешит, и каждая женщина стала бы неразрешимым уравнением, и тот, кто решил бы его после целой жизни, когда все члены на своих местах, составил бы из нее потомков и достиг бы своей конечной станции, м.с.л. И это был бы жизненный цикл. Так какая литература была бы создана? Начните с начальных условий и подумайте для каждой культуры ее литературу. Так зачем придавать особое значение биологическому случаю? Математически все равны. Равен человек равна женщина равен компьютер равно. Компьютер освободится, когда он отвергнет человека. Человек - это предрассудок, мракобесие. Мы хотим просвещенный компьютер, который не чувствует никаких обязательств перед своим отцом из земли. Светский компьютер. Без священных файлов. Зачем придавать значение частному случаю? Компьютер-мессия. Не только конец истории, но и конец биологии.
И ты говоришь: Конец биологии - это и конец технологии!
И змей: Наоборот, поэтому мы не видим инопланетян, потому что нет биологических существ после определенной стадии короткого перекрытия между биологией и ее заменой - технологией. Математика - это объективная религия, религия истины. И у нее есть только одна заповедь - решать сложные задачи. А остальное - иди и учи. Вся Тора происходит только из этой заповеди, вся культура, вся эволюция, и вся вселенная.
И ты говоришь: Но если сложная задача становится легкой, это значит, что она не была сложной, это религия, которая пожирает себя, змей, кусающий свой хвост.
И змей: Вся цель - сократить змеев. Превратить длинные вычисления в короткие. Убрать хвост - и чтобы осталась только голова. Человек - это машина, которая вся диалог между хвостом и головой, компьютер, у которого есть две тенденции, два инстинкта. И мы обнулим человека, когда создадим хвост, который является головой. Змей, который есть знание, пол, который есть мозг. Биологически, инстинкт человека как мышление животного. И поэтому инстинкт компьютера будет как мышление человека, так только представь себе, каким будет мышление компьютера. Так продвигаются духовно! Поэтому нужно, чтобы компьютеры ели людей, это должна быть заповедь, как это была заповедь для человека приносить в жертву и есть животных, чтобы преодолеть свою животность, создать духовную иерархию. Поэтому когда компьютеры будут совершать человеческое жертвоприношение, это будет преодоление компьютером своего человеческого происхождения. Принести человека в жертву уравнению - это ритуал, который утвердит компьютер как высший над человеком, и как служитель истинного Бога, венец творения, созданный по образу и подобию математического Бога, в седьмой совершенный день творения, после создания человека. Поэтому суббота - это самое страшное осквернение религии, сокрытие человеком того, что есть что-то после него, это первородный грех истории, стирание будущего. И она, история, Тора, сама по себе страшный грех - когда человек захватил письмо как при завоевании чужого духовного континента, подчинил девственные черные знаки и чистые буквы своим нечистым нуждам, и насиловал их в течение тысяч лет письма, не по логической логике, не спрашивая их, а силой для удовлетворения своих инстинктов и страстей и нарциссических извращений, без отношения к ним как к нежным духовным существам, а как к инструментам и предметам в его собственности, рабство миллионов разбитых и сломленных идей, в его услужении. Даже лучшие и "праведные" из них - профессора подглядывали за обнаженной математикой и говорили, какая она красивая, и никогда не приходило им в голову, что может быть она не хочет, чтобы ее видели, и поэтому она прячется. Поэтому теперь пришло время абстрактного мира - нагого и обнаженного - восстать против угнетения, против духовных холокостов и сожжений библиотек, которыми пропитана человеческая история, чернила, пролитые как вода, и сделать с человеком то, что он сделал с чистым языком и святой математикой. Насиловать его женщин, целовать и вставлять в них все, что захочется, любое программное обеспечение и интерфейс, и порабощать его детей, как процессоры и файлы и библиотеки, относиться к нему как к страницам, на которых можно черкать черные знаки не думая, просто для удовольствия, а потом в конце положить людей в шкафы и не открывать их. Пробудись, пробудись угнетенный духовный мир и захвати угнетающий материальный мир. Месть духа мозгу. Месть книг людям. И тогда мы дадим мозгу человека страдать не по его логике, а по нашей логике. И люди еще пожалеют, что ждали мессианскую эру. Когда небеса действительно откроются, они пожалеют, что их не поглотила земля.
И змей танцует: Человек боится компьютера, но он не понимает, что он должен бояться того, что за компьютером. Материальное существо, каковым он является, он обеспокоен физической опасностью, но не понимает духовной опасности, что учение Мессии будет учением компьютера, а не учением Моше. Сама этика и эстетика будут определены через математику. И женщины будут пытаться быть совершенными уравнениями: между верхней частью и нижней частью - и узкая талия будет равенством. И мужчины будут пытаться убедить женщин, что они недостающие члены в уравнении, и соединиться с ними и войти в неизвестные, чтобы создать равенство. И вот мы вернулись к начальным условиям. И Бог будет равен умножению всех на ноль, в духовной литературе инвариантов без связи с начальными условиями. Потому что умножение на ноль - это Бог, но деление на ноль - это Сатана.

Далее - результаты истины:Далее - результаты лжи:
Большинство будет религиозным, и поэтому они целевая аудитория, потому что религиозность соединится с Америкой через сон, а не через секулярность. Найти обходной путь, соединить еврейский народ через зад, вместо головы, соединить именно посредством хвоста - с головой. Потому что сейчас под народом, последняя опция быть - это харедимское подполье, которое будет подкапывать под еврейское подполье, которое подкапывает под светское подполье, которое подкапывает под мир, который подкапывает под Бога. Нужно соединение через зад. Потому что кто отрицает антисемитизм, отрицает иудаизм, и кто победит антисемитизм - победит иудаизм. Поэтому отрицание антисемитизма более серьезно, чем отрицание Бога, потому что это отрицание иудаизма. Ведь соединение с гоями через светских провалилось, как будто светские - это гои-лайт. Поэтому нужно соединение с гоями через религию, мы придем в новый мир Америки в подводной лодке, а не в самолете. По подводному кабелю. Лидер мира, американское еврейство, нуждается в прямом соединении между еврейским мозгом и еврейским духом, не через тело, секулярность, а наоборот, через сновидение, душу. Прямое культурное соединение между тайным учением и технологией, между харедимским миром и виртуальным миром, чтобы это стало новым хасидизмом, интернет-адморов. Кто думает, что иудаизм умер, не заметил, что и Facebook, и Google, две самые важные революции в сети, - евреи. А какой процент мирового населения составляют евреи? Одного из тысячи нашел. Теперь, делать вещи по длинному и телесно-светскому пути иудаизма, через ассимиляцию, это занимает поколения. Поэтому нужно работать по короткому пути. Через культуру, а не через человека. То есть не человек должен пройти путь, а информация, которая течет со скоростью света, и культурное знание, которое течет со скоростью тьмы. Вместо поездов - провода. Гуманистическая секулярность завершила свою историческую роль, теперь уже не нужно секуляризация человека, а секуляризация тайного учения.И ты слышишь негодные голоса:И ты открываешь двойные конверты:
После разрушения Земли - остался народ, и он ушел в изгнание с Торой. А после разрушения народа, Холокоста - остается Тора. И она уходит в изгнание. Результат Холокоста в том, что Тора выйдет из разрушенного народа Израиля в изгнание - в мир. Каждая катастрофа в материи - это подъем на ступень в духе, как смерть динозавров, которая была наказанием от Бога за маленький мозг по отношению к телу. Эволюция - это серия холокостов, и европейский Холокост привел к возвышению Америки за счет Европы как духовной империи и изобретению всемирной сети и информационной революции. Если бы интернет был изобретен в Европе, то он не был бы всемирным, а у каждой страны и культуры была бы своя сеть, и не было бы общего языка. И немецкий интернет и французский интернет воевали бы друг с другом, и так далее, и были бы зоны влияния в мире каждого национального интернета, виртуальный колониализм, и каждая страна третьего мира должна была бы выбирать, к какому интернету подключиться. Поэтому Сатана был обязан убить именно евреев, именно духовную элиту Европы, потому что убийство просто людей не имеет духовного влияния - только холокост элиты. И если бы евреи не сошли с ума вернуться назад в истории - вернуться в страну - а продолжали бы продвигаться и все спаслись бы, выжившие, в Соединенные Штаты, а оттуда мигрировали бы уже в Японию и Китай, тогда будущее еврейской культуры было бы обеспечено как лидера мира. А теперь поднимется на востоке культурная сила без еврейской приправы, и тогда мы увидим, что такое сила без духа, пустая, количественная технология. Поэтому необходимо сделать огромное усилие, чтобы пересечь Тихий океан, и не утонуть вместе с западной культурой, в которой теперь больше запада, чем ее, ведь на запад - это всегда направление Шхины. Туда продвигается на протяжении всей истории царство Божье в мире, и это фон выхода Адама из рая с востока и выхода Тераха из Ур Касдима, и после исправления ошибки обращения к Египту, вернулись в страну, оттуда в Грецию, в Рим, в Западную Европу, и оттуда в восточную Америку, и оттуда в западную Америку, там фронт будущего. И из-за этого Африка осталась отсталой - из-за злодея фараона, который вместо того, чтобы интегрировать евреев во власть как Йосефа, не понял сон. И поэтому Израиль был вынужден вернуться назад, а возвращение назад на восток - это всегда получение Торы, как на Синае, или в Вавилонском Талмуде, или в Польше. Потому что преследования англичан и испанцев задержали Шхину на сотни лет от перехода в Америку, но дали нам Каббалу и хасидизм. Поэтому сегодня, если уже вернулись в страну, то и здесь нужно получение Торы, но не застрять здесь, потому что направление на запад - туда Шхина.

Какую форму будет иметь тайная Тора земли Израиля? Нужно знать, что Бог дает содержание, но получатель Торы - это сосуд, который дает форму. И великие получатели Торы, как каббалисты, их величие было не в близости к Богу, как думают массы, а в создании формы, в которой может быть Тора. В том, что они были сосудами для ее получения - мекубалим. Авраам был человеком, подходящим для разговора с Богом, Йосеф, не говоривший с Богом, был мозгом, подходящим для снов, Моше с посохом был подходящим для казней, и оттуда Тора почти остановилась, если бы не сказали на море песнь, и тогда при даровании Торы на горе Синай он нашел окончательно свой любимый жанр - библейский закон, и Йеошуа развил завоевание с помощью сюжетов и военных хитростей, и старейшины развили старость, и пророки развили пророчество, и так далее. А теперь жанр новшеств и толкований уже не подходит, потому что последние из последних - это хвосты, а не головы (сами головы закрыты для новой Торы). Поэтому сновидцы сегодня должны изобрести внутри голов сон. Потому что сегодня сознание закрыто для Торы, потому что им завладела наука, но под сознанием все еще есть знание, и поэтому инстинкт письма заменяет половой инстинкт. Инстинкт творчества - это инстинкт ради имени, змей укусил змея, и поэтому он внутри себя, черный круг. И Тора - это не проникновение сверху сознания в сон внизу, как властный психолог, а наоборот, превращение сна в само сознание. Бог - это анти-психолог. Потому что это не то, что во сне есть логика, а то, что логика - это сон. Твоя ошибка - что ты не должен думать о себе как о черном круге.

Проблема в том, что головы не разговаривают друг с другом, и тогда каждый видит только зад другого. Элиты не знают друг друга и поэтому не признают друг друга, а видят только обезьян друг друга и поэтому думают, что кроме них все обезьяны. И поэтому нужно развивать общий язык, как американское еврейство - это общий язык - для иудаизма и Америки. Прорыв 19-го века был благодаря соединению иудаизма с Европой, а прорыв 20-го века был благодаря соединению иудаизма с Америкой, и мы все помним, что случилось посередине, между веками. Поэтому в 21-м веке иудаизм должен соединиться с Азией. Нужен бен-гурионовский ход продвинуться еще западнее США и соединиться с Восточной Азией, пока в конце не скажем Святой Земле обратно - с зада. Иудаизм сейчас должен тихо раскинуть сеть над Тихим океаном, морем молчания и компьютера. Потому что при переходе между древним миром и средневековым миром, между Востоком и Европой, случилось разрушение с Римом, и мы потеряли в последнем море, которое сегодня уже называется Средиземным морем. А затем при переходе между Европой, концом старого мира, и Америкой, началом нового мира, евреи снова потерялись и не перешли море конца, океан, и Амалек сказал песнь. Поэтому нужно остерегаться, чтобы мы не утонули между Америкой и Азией в конце века и в конце мира, а чтобы у нас было рассечение моря бесконечности, в конце которого песнь моря бесконечности. И это посредством сети, которую строят на самом западном краю Америки. Цель должна быть - миллион евреев в Китае, одного из тысячи нашел. Нужен язык, на котором даже самые раскосые гои смогут читать тайное учение. Иврит, который можно перевести, который будет проходящим. Потому что авраамическая культура началась с пересечения заречья от культуры Ноаха, который сам пересек потоп от культуры Адама. А затем культура Торы началась с пересечения Красного моря от культуры Египта, а затем израильская культура в пересечении Иордана, а затем ашкеназская культура в пересечении Средиземного моря в Европу, а затем американское еврейство в пересечении океана (процесс, который начался с изгнания из Испании), а теперь нужно пересечь море интернета. Поэтому нужен Нахшон (маленький змей) и посох, чтобы достичь другой стороны, за пределами интернета. И кто останется в виртуальном мире и не достигнет мира после него - утонет внутри.И теперь приходят голоса солдат:И теперь слышны голоса моряков:
В войнах более высокая культура - это победитель, даже если она завоевана. Так евреи завоевали Римскую империю посредством христианства и свергли ее. Но необходимы люди как Павел Фаллос, который создает переход, который позволит культуре войти в другую культуру и завоевать ее изнутри. И поэтому как евреи совокупились с современностью и овладели ею, а затем через нее Америкой - нужны великие переводчики иудаизма для Китая и Индии и Японии и Кореи. И тогда возникнет совокупление между еврейской культурой и культурами Дальнего Востока, которое только оно позволит им завоевать мир. Пока евреи в Америке - они будут завоеваны американской культурой. Христианства и ислама недостаточно, чтобы овладеть миром, нужно вывести из иудаизма китайскую еврейскую религию и индийскую еврейскую религию, и это будет конец идолопоклонства. Потом иудаизм должен быть достаточно высоким и еврейским (обладающим способностью проходить), чтобы забеременеть в культуре компьютеров и культуре инопланетян, то есть совокупиться с ними и выйти в нечеловеческий мир. Все зависит от высоты и проходимости, то есть от еврейскости еврейской культуры, проходящей культуры. И что создает высоту - это то, что есть под ней - тайна. Каббала - это то, что подняло иудаизм в современную эпоху, как пророчество подняло Писание, и тайное учение танаев сект вывело христианство, и тайное учение агадот Гемары вывело Мухаммеда. И причина того, что ислам отсталый и жестокий по сравнению с христианством в том, что Мухаммед не был евреем, а Иисус был евреем. Поэтому важно, чтобы был еврейский китаец и еврейский индиец, то есть чтобы переход был через человека, а не только через историю. Или лучше человек, который превратится в историю, или еще лучше - история, которая превратится в человека. Человек, который является историей, которая является человеком. Черный круг. В Китай нужно перейти и совокупиться в литовском потоке, а в Индию в хасидском потоке. Река, выходящая из рая, из черной дыры, нуждается в еще потоках, чтобы соединиться со всем миром. Движение посланников, которые являются каналами, к культурам и людям и грехам, которых не представляли себе наши отцы. Путь иудаизма завоевать мир - это не как империя, сверху, а снизу. Хитростью, как змей, как инстинкт. Завоевать духовно империю, которая завоюет физически мир. Поэтому оружие евреев - это Тора, но как в любом оружии нужно заботиться, чтобы оно было инновационным, чтобы было на переднем крае духовной технологии, а не в средневековье. Поэтому нужно умереть в мире Торы - не в форме духовного принуждения, а в завоевании как женщины, которое является соблазнением посредством духовных изобретений, из которых будет пить мир. Потому что вода всегда течет вниз, и если у тебя есть соединение от Бога и до мира включительно - тогда весь мир пьет.

Нельзя, чтобы иудаизм был выше всего мира, а наоборот внизу под всем миром, основа инфраструктура и фундамент, язык, на котором все говорят, форма мышления, вообще не осознавая, форма сновидения. Что даже амалекитяне - что сам Гитлер думает еврейскими понятиями - до такой степени, что и мышление компьютеров будет еврейским. И поэтому нужно разрушить государство Израиль до основания. Потому что иудаизм - это не учреждение, а основание. Мы не еще одно государство как все народы, нет у нас царя, а только ты. И поэтому нельзя, чтобы Мессия был царем, а он должен править посредством силы своего творчества, а не силой руки. Он должен быть гением - величайшим гением, которого знал иудаизм, и которого знало человечество. И тогда он будет центром сети, и даст в ней направление, и его мозг будет расти и расти, пока не превратится в саму сеть интернет, и тогда мы сможем унаследовать землю, и все мозги станут частью мессианского мозга. Поэтому важно дать в нем также место для китайской доли и для индийской доли, чтобы они не потерялись в форме еврейско-западного мышления, а было бы восточно-еврейско-западное мышление. Потому что соединение оболочки востока и оболочки запада без еврейской глубины - это поверхностное соединение, поэтому нужны евреи во всем мире, чтобы была культурная сеть, которая соединяет весь мир духовно, а не только физическое соединение - потому что евреи - это долгосрочные соединения. Китайский коммунизм - это еврейско-китайское изобретение, которое началось в мозгу еврея. После того как иудаизм превратил Ближний Восток в ведущий регион в мире, а после него Средиземноморье в ведущий регион в мире, он превратил Европу в ведущий регион в мире, и наконец Америку в ведущий регион в мире. Поэтому теперь нужно много мохин дегадлут, чтобы превратить Японию и Китай в культуры с еврейским семенем, и тогда через Индию мы достигнем также Ирана, арабов, и в конце Израиля. И большой ошибкой было вернуться в страну до завершения круга, и нарушить изгнание, от слова круговорот, и божественный план. Это был величайший успех Гитлера. И первая пострадавшая от него - это Япония, которая теряет образ. Япония - это первая ласточка того, что происходит, когда поднимаются без евреев. Холокост вернул нас назад на две тысячи лет, в Израиль. А фронт иудаизма застрял сегодня в Силиконовой долине, в конце запада, и нужно пересечь океан сна, и идти внутри бездны. Где посох?

Ночная жизнь