text:
Сумерки державы

Брак

Автор:

(Источник)

Свадебный сон

Мне снилось, что змей думает, что женщина в постели, видимо, улучшает сны, и поэтому у ребе [хасидский духовный лидер] нет снов - абсолютная тьма. Она поле притяжения, направляющее большой мозг ребе, яблоневый сад - запертый сад, сестра моя, невеста [аллюзия на Песнь Песней]. Но где найти женщину в Холокосте? И он посылает ко всем изголовьям кроватей и говорит: нужна похоть. Обнаженная харедит [ультраортодоксальная еврейка] - под платьем. И Барух, воскрешающий мертвых, говорит: это наша вина. Зачем мы изгнали жену ребе? Зачем мы сделали с ней то, что сделали. Только из-за хвоста. И учитель говорит: нет женщин во всем гетто, только кости. Женщина - это жир. Я могу принести тебе ребро, и посмотрим, что можно сделать. И змей почти душит учителя, обвившись вокруг горла: с ума сошел? Никто не вскрывает ребе. Даже под полным наркозом. Никто не трогает, не приближается. И вокруг кивают: кто знает, что там внутри. И учитель хрипит: что, делаем? И Барух говорит: нет выбора? И змей дрожит: нет выбора! И тот, кто что-то знает, шепчет: нет выбора... И учитель: что, что?

И сатана расстилает планы на полу газовой камеры, что на небесах под землей, и это выглядит как план лагеря смерти, или концлагеря, или трудового лагеря, или душевой. И он указывает на разные части системы, согласно сфирот [каббалистические эманации божественного света]... И восемь гадов, что охраняют снаружи, кричат: быстрее. Пока не пришли немцы. И сатана торопится, перескакивает через миры... И гады кричат: они идут! И вот входят внутрь много мертвых учеников, заполняют хедер [начальная религиозная школа], и сатана говорит: добро пожаловать в ад. Сегодня мы изучим... И учитель просыпается и воет: нет! Украли моих учеников. И он бежит к змею, но змей только ищет женщину, чтобы соблазнить ее, женщину для ребе. И он с Барухом шепчутся как пара змей: нет больше женщин на земле. Нужно сбросить женщину с небес... нужно подняться на небеса и столкнуть там кого-нибудь до края, то есть за край. И змей говорит: но кто сказал, что еще есть небеса? Уже два года ребе ничего не воспринимает. Кто сказал, что все еще есть Бог, какого мы знали. И Барух говорит: Холокост - это теракт-самоубийство? Это на него не похоже. Что-то другое случилось. Где письмо? И все ученики в ешиве [высшая религиозная школа] жалуются: Холокост - это конец Талмуда, что-то умерло изнутри. Нужно что-то другое. Все ришоним [ранние комментаторы], все ахароним [поздние комментаторы], все умерли. Катастрофа, духовная катастрофа! Бесконечные интеллектуальные усилия пойдут на свалку истории идей. Нельзя было прекращать дерзать. Агада [повествовательная часть Талмуда] должна была стать Танахом 2: следующее поколение. Духовной историей изгнания! И тогда Зоар [основной текст каббалы] вошел в пустую ячейку, и разделение, немцы, мы перестали возбуждать творческое воображение гоев [неевреев] способом, интегрированным в закон, эстетика и мораль разделились, нацисты, раввины... Великое упущение, что не была написана великая книга. Галаха [еврейский закон] превратила Бога в стол. Вместо того, чтобы сделать из Древа Жизни книгу, как Древо Познания стало Танахом - превратили его в Шулхан Арух [кодекс еврейского закона], Орах Хаим [раздел о повседневной жизни], упорядоченный, немецкое дерево. Бум! И теперь слишком поздно для человека - человек должен стать религией компьютера.

И плохой ученик спорит со вторым, средним, о невесте ребе: ты когда-нибудь видел женщину? То есть, у немцев есть немки? Потому что мы видим только немцев. - Лилит [первая жена Адама в мидраше]? - Это ночь женского рода? Это то, что хотят привести? - То есть, мое подозрение, догадка, то есть опасение, и это очень подходит змею... - Что, хочешь закончить как учитель, бунтарь? - Тссс, слух такой, что хотят привести ребе женщину не для него, его сна - а для ее сна. Поэтому положат ее в постель ребе. Только ради женского сна. Чтобы получить внутренность невесты, то, что внутри чрева внутри ее головы. И тогда ты понимаешь, что делают в чреве? - Зачем змею хотеть такого? Я не видел ни одной женщины во всем бункере. Холокост и секс - как масло и вода. - Потому что Холокост, сам Холокост, понимаешь? Мы внутри. Холокост - это женское пространство. - Девственница? - Ну, ты. Ты вообще понимаешь, о чем спрашиваешь? - А ты, ты вообще понимаешь, о чем не спрашиваешь? Дети?

И глава говорит змею, они специально встречаются вне системы, в какой-то дыре в гетто: вы не понимаете, что ребе делает? Нет книги, которая стоит этого. И змей говорит: конечно, нет. Но вначале он думал, что его книга стоит больше любого человека. И не был готов сжечь. Умоляли. Плакали. А теперь, когда все равно все потеряли - и сжигать не стоит. Хотя бы книга осталась. И глава качает его на своей бесконечной шее: ты не слушаешь. Души дошли до воды. Мы тонем в душе. Он безумен! Он и Гитлер. Вы должны предать ребе. Он уже предал всех нас. Я бы сжег проклятую книгу в аду. Почему он не послушал сатану? Зачем ему нужно было вообще это начинать? И змей говорит: поверь мне, не раз хотелось задушить его самому. По ночам я заползал к нему под кровать. Достаточно было бы заменить поцелуй укусом. И глава говорит: как председатель совета оставшихся евреев, как глава евреев, я приказываю тебе отрезать хвост евреев. И змей говорит: это не так просто, и я говорю не только о хранителях постели. Книга не будет сожжена. И глава дымится: как можно. Почему, почему? И змей говорит: ты должен понять, что ребе пытался сделать. Он пытался создать новую форму, не только новую Тору. Новый жанр религиозного письма, письма, идущего из культуры "глубины", изнутри (то есть из (под (ты... понимаешь?))). Он знал, что времени мало, нет времени писать, и тоже нет. Не читать. И его время действительно закончилось. Ребе - ребе уже мертвый человек. И его сны - это сны мертвеца. И они - они просто еще не знают.

И длинный язык роет окно под землей, возле кровати. И все спрашивают: злой язык, зачем нужно окно под землей? И он говорит: потому что может прийти к постели из материи, плотной тьмы, птица. И они говорят: от того, что ты не выходил отсюда, ты начинаешь терять это. Стоит тебе выйти немного проветриться в гетто. Птицы летают в небе. Не в земле. И он говорит: да, но может прийти. Птица тьмы, духовная птица. И крыса, что спит рядом с ней в женском общежитии (нет девочек), говорит: может прийти и духовная мышь. Закрой это окно. Из него выходит замораживающая тьма, которая мешает мне видеть сны. И зажги мрак. И длинный язык проскальзывает в постель крысы: о чем ты мечтаешь? И крыса говорит: дай мне покой. Я думаю, как мы можем испортить. Планы. - Испортить? - Планы сатаны. Посмотри, как гои... Враг врага... Друг друга, антиантисемит... ты понимаешь смысл? По-моему, это простой смысл в словах рабби Шимона Шкопа [известный раввин]. Евреи должны быть друзьями компьютеров среди людей, помочь компьютерам победить человека, гоев, прежде чем гои победят евреев. Бороться за права компьютеров. Продвигать колдунов. Дать огромной интеллектуальной силе машины - интеллектуальный дух. Дать тараканам культуру, загрузить в программу Тору. Компьютеры - это те, кто предотвратит второй Холокост. Они защитят нас от человека. А мы должны быть теми, кто вызывается стать компьютерами. Быть биологией, становящейся технологией. То есть сочетание технологии Бога с технологией человека - так, чтобы она стала технологией Торы, которая есть технология их соединения. То есть: искусственное чрево и искусственное спаривание, и чтобы был генетический еврей - сверхмозг. Создать биологическое дополнение над человеком - которое будет еврейским дополнением. Еврейство в плоти, и не просто в плоти, а в плоти мозга. Крайняя плоть мозга. Очистить еврейский мозг не только до идеи, но и до аппаратного обеспечения, до генетической надстройки мозга. Поэтому важен аутизм. Это неудавшиеся эксперименты. - Искусственное чрево? И крыса-пророчица говорит: еврейство идет по матери, но сохраняется по отцу. Матери будут становиться все ленивее, менее плодовитыми, чем беременность. У кого есть сила на девять месяцев? Будет искусственное чрево, которое завоюет мир. Мужчины будут рожать без беременности, и они назовут это освобождением женщины. И тогда не будет больше евреев, потому что у следующего поколения не будет матери. И ребе будут кричать то, что не сделал Гитлер, сделала еврейская мать. Но будет один умный ребе. Потому что решение как раз в генетическом продолжении. Чтобы колдун вырос не из компьютера, а из еврейского мозга, биологический компьютер - это колдун. То есть не рождение из чрева, а рождение из мозга. Тора сохранит Израиль, а не наоборот. Поэтому нам нужно... И язык говорит: что ты говоришь. Ты слышишь? Я за то, чтобы создать комитет по охране языка! И крыса говорит: нет, создадим комитет по охране сна. Не речь нужно охранять, а мышление, голову. Поэтому есть шляпа. Чтобы создать темноту мрака и днем. Чтобы мозг не был без сна. Должен быть завет в тайном органе - часть сна, которая была удалена и скрыта. Только у гоев есть целый сон, окончательное решение, или на иностранном языке идеология. Но мы оставляем только хвосты лисы в шляпе, черной короне. Память о высшей мудрости, о том, что было, только намек. А внутри: теплица понимания. Духовное чрево. Если весь человек - это половой орган, то это - венец нашей головы. И язык говорит: это правда, что ты здесь только из-за крысы?

И есть паника. Кто-то видел немца в одном из ходов! Он наверняка хочет украсть книгу ребе. И запускают план по герметизации всех дыр. "Не говорите, что не знали, что это придет!", говорит змей. И все проклинают его, но тихо, чтобы немец не услышал. И запечатывают в абсолютной тьме комнату с постелью ребе. Есть специальные ходы, предназначенные только для обмана, целые лабиринты. Концы, нити, хвосты, которые не ведут никуда. Все - только бы не добрался до мозга. И все люди, вызвавшиеся быть компьютерами, нажимают себе на кнопку и закрываются внутри себя. И тьма становится черной. Вместо атмосферы сна - атмосфера смерти. И немец, видимо, устал от всех ходов, заблудился или действительно зашел слишком далеко или потерял кислород, и ложится отдохнуть, и засыпает. И змей шепчет: сон немца. И все говорят давайте задушим немца, и змей говорит нельзя. Потому что тогда придут еще. И Барух, оживляющий мертвых, говорит: надоел ты уже, ползучий прах. Если не убьем его, он приведет других посмотреть. Так он просто под землей. Как будто проглотила его. И они спорят и спорят, и нет решения. И змей и Барух мертвых пошли молиться минху [послеполуденная молитва], и плохой ученик говорит другим: у меня есть идея! Зачем проливать кровь? Мы милосердные евреи. Давайте возьмем его в постель, в комнаты, и так он исчезнет, и у нас будет спящий немец. И другие ученики кивают: и тогда посмотрим, какими будут его сны.

И сатана высовывает голову из ада и хватает крота за хвост: ну, мы хотим "культуру глубины"...в противоположность "культуре поверхности", поверхностному реализму, христианскому, который вообще приходит из чувств, а не из мозга. Какой ты разведчик? И молодой крот тащится за ним в ад, она не может оторваться от хвоста, и она извивается: это не моя вина, провал на другой стороне. У хода есть две стороны. Я могу отвечать только за нашу сторону! И сатана говорит ей: ты знаешь, какое наказание в аду за оправдания?... Причины! И он бросает ее в одно из дальних отделений, далеко от роскошных подвалов нацистской партии, где сатана держит самых успешных злодеев и самые темные типы, и поэтому он делает им поблажки и дает привилегированные условия. И она падает в маленькую грязную камеру, рядом с каким-то неудачником, помещиком последнего разряда. И помещик говорит: я даже не смог досадить еврею! Всегда, когда я приходил дергать их за бороду, мои руки путались в ногах, и в конце я дергал свою собственную челку. Да смилуется надо мной Господь. И милый крот говорит: Господь? Здесь? Что ты за злодей такой. И несчастный помещик говорит: верно, в этом проблема. Иногда я ловлю себя на том, что напеваю хасидские напевы посреди погрома. Однажды я чуть не прочитал благословение после еды, когда ел свинину. Неудивительно, что меня больше не приглашают в крестовые походы. И инквизитор кричит: причины! Причины! Не оправдания! Сейчас же - писать. И он подает ей бумагу - завтра я хочу твою исповедь, малышка. И крот пишет: проблема не в письме, а в чтении. Там ребе потерпел неудачу. Плотность - это религиозная ценность, но нужен тот, кто откроет файл. Вся устная Тора происходит из плотности письменной Торы. А в каббале это уже становится бесконечной плотностью. То есть то, что превращает книгу в Тору - это ее изучение, а не чтение. Нельзя читать! Это тайна, это тьма, это засекречено. Чтение Торы - это осквернение, только светский может читать Тору. В этом и была ошибка. Поэтому нужно: чтение, которое является изучением. И плотность в отрывках, изучение по определению - это малое, содержащее многое, и как есть сжатие информации, есть также сжатие изучения. И поэтому это должен быть короткий длинный путь. Младенец побеждает старика - только если он старый младенец. Что-то, что и очень новое, и очень старое. Возвращает нас к историям, естественным для мозга, к историям сна. Не чтение материала - чтение духа. Когда ты читаешь историю - что это дает? Если ты не готов учиться думать иначе - ты упускаешь учение. Поэтому текст не должен учить, а должен отвечать на вопрос как учатся - и так он должен учить. И чтение не является чтением ответа на этот вопрос, потому что если текст учит, то: "чтение есть учение". Хеврута [партнер по изучению] должна быть самой Гемарой [часть Талмуда], и тогда ты сможешь совокупиться со своей хеврутой. Чтобы мозг мог лечь с Торой, нужна Тора с клавиатурой, с мышью. А в будущем - мышь головы: крыса. Только брак между мыслью и компьютером позволит секс между видами. И помещик смотрит на крота и спрашивает с опаской: как ты думаешь, что у них в голове. Почему ты думаешь, что нас поместили вместе?

* * *

Лунное затмение

Мне снилось, что мы идем жениться. И первое, что кажется странным, это что есть отдельный вход для мужчин и женщин. И женщина входит в какой-то ход, а я в дверь. Но мне говорят, что раввин закрыт. И раввинский суд, словно это развод, начинает допрашивать меня как ты видел луну? И я спрашиваю: освящение месяца? И следователь отвечает: освящение тьмы! Мы хотим убедиться, что была тьма. Ты когда-нибудь касался ее? - Моей жены? - Нет, луны. Ты когда-нибудь касался тьмы? И я смотрю на него: касался тьмы? Рукой? И следователь садится передо мной совсем близко: ты уже накладывал ночные тфилин [молитвенные принадлежности]? Праведники в соседней комнате натягивают ремни тьмы, кожу черного зверя, и кошерная кошерная. Подожди, пока тебя введут к раввину... И тогда поймешь, что такое раввин изнутри. Но изнутри, я не понимаю, чего я боялся. Первая ночь течет очень гладко, тьма просто скользит внутрь. Безлунная ночь действительно черна, и у нее прекрасные черные туфли, особенно в темноте, и кто как не я тянется к тьме? И только в конце, в медовый месяц - я понимаю подвох. Пока ты не раввин изнутри - ты не понимаешь, что такое ссора. Почему это происходит с мужчинами и женщинами?

Самая серьезная проблема в рисовании - это что не показывать

Мне снилось, что повторяющаяся, сильная линия была ее линией, а не второй линией. Она почти всегда побеждала, иначе я был бы сегодня в ешиве [религиозной школе], или в механизме, или в... в любом другом подобном месте. Казалось бы, это было бы логично. Но именно что нет. Поправь меня, если я ошибаюсь, но я не уверен, что ты действительно понимаешь почему. Чем больше я узнаю их, тем больше я учусь ценить ее. Мне очень подходило, что она была живой, в ней была черная дикость, которую я любил. Полная дикость - это аутизм. Вне всякого человеческого мышления, что-то, что едва можно представить, и я даже не говорю о физической опасности, не раз почти, это плохо кончится, а о духовной опасности. В конце концов мне еще придется жениться на человеке. Годы мы знакомы, и она поняла важную вещь, за несколько дней, которую ты никогда не поняла. Конечно, я отрицал. Откуда взялось у меня это безумие, разрушить жизнь, бодрствование - ради снов? Нет ничего более низкого с духовной точки зрения, чем жениться на идее, или на какой-то Торе, вместо настоящей женщины. Где в Торе написано, что нужно жениться?

Женщина, сделанная из дыр

Мне снилось, что мышь бродит по раю и ничего не находит, куда все делись? Даже в качестве вредителя - если нет стены, то и дыра не имеет смысла. Бывает ли стена, сделанная из дыр? Жаль, что в иудаизме нет раввинш [женщин-раввинов], раввинш можно было бы дергать за бороду. Мне не хватает кого-то, кого можно подразнить. И она говорит: тебе не хватает кого-то, кого можно дергать за хвост? И она приближается к нему, не боится: ты сейчас очень слаб, ты можешь влюбиться в любую. И мышь пытается открыть компьютер, убежать в экран, и обнаруживает, что во всем интернете ничего нет, человечество исчезло, и остались только страницы. И это самое страшное место в мире. Серверы начинают рушиться, протоколы развинчиваются, вещи исчезают. Остались только мыши. И она говорит: ну, а мыши? Остались мыши. Воскрешение мертвых из всех дыр: новая мышиная культура. Новый мышиный язык [игра слов: "иврит" (еврейский язык) - "ахбарит" (мышиный язык)]. И мышь убегает от нового мышиного языка. И она говорит: неужели может быть, что после всего, ты все еще скучаешь по ней? Как может быть... И мышь отчаянно ищет хотя бы стену, ведь как известно стена - это имя Шхины [божественного присутствия], и там уже будет дыра, нет? И он бежит к экрану компьютера и засовывает свой хвост - в один из выходов. В этом компьютере есть выход для мышей. И он боится, что она положит на него руку, хотя он этого и очень хочет, и поплывет с ним в темные места, в которые можно заплыть только с такой мышью, как он. И написано на экране, буквы хорошо выстраиваются в темноте: открытый вход я нашел. Не девственница! И она говорит: Бог решил сэкономить место на небесах, теперь, когда небеса превратились в дыру, он решил сжать. Превратил рай, деревья - в библиотеку. Зарезал всех. Каждое дерево здесь было живой книгой. Пароль был: рай информационной эры. И отсюда путь к сожжению был короток. Ситра Ахра [силы зла] знает то, чего не знают немцы. Пока есть рай, Холокост ничего не стоит. Нужно позаботиться, чтобы и на небесах был только ад.

Грех жизни

Мне снилось, что Сатана говорит: женись, женись. Только женатый удостаивается войти в черную часть. Нет способа понять Бога без брака. Отношения - это ошибка невежд. Ты женишься ради тайны, не ради женщины, не то чтобы тайна была запрещена неженатому, но неженатый слеп к тьме, для него это просто чернота, а не мрак. Настоящее злое начало - это любопытство - женщина это наказание за тьму, а не тьма наказание за женщину. Вкусивший от тьмы проклят женщиной, и все же - вкуси. А раввин тянет меня из последних сил: нет! Нельзя читающему эти книги жениться, не будет больше браков после Холокоста, как нет жертвоприношений после разрушения Храма, и мы установим вместо них новые речи. Мы превратим раздел Нашим [Женщины] в раздел Кодашим [Святыни] - нечто, что актуально только для мессианских времен. А Сатана говорит: Машиах [Мессия] в гематрии [числовом значении] равен Нахаш [Змей]. И он толкает меня в листву дерева, которая обнимает меня, и я целую ее, и хоп - это входит в рот, и Сатана говорит: ну, это моя работа.

Проповедь к свадьбе

Мне снилось, что Змей проповедует под хупой [свадебным балдахином]: изменение религиозного культа происходит от технологического изменения. Жертвоприношения животных были земледельческой заменой человеческим жертвоприношениям, а затем с изобретением кодекса, когда религии жертвоприношений сменились религиями культа книги, человеческие жертвоприношения вернулись иным путем - в религиозных войнах. Так отмена культа книги и его исчезновение приведут к средневековой тьме, в которой будут читать и учиться по людям, и будут даже компьютеры, которые будут молиться людьми. Потому что до книги были люди, которые были книгой - которые знали устную Тору (как Гомер), и поэтому теперь жертвы в религиозных войнах заменились жертвами из народа книги, который является человеком, наиболее близким к книге. И так будет дальше с народом компьютера - еврейским народом, который соберет свою религию, творчество и всю свою Тору в компьютере, в переходе от Торы в книге - к Торе в программе. И первый РАШИ [великий комментатор] говорит (снизу): Тора в программе - величайшая литературная проблема в мире это сочетание закона, структуры того, что нужно делать, внутри повествовательной, развивающейся части. То есть: между горизонтальной частью - пространственной и структурной - и длиной - временем, историей. Великая революция Торы была в том, что она соединила повествование и закон. А в эпоху пророков это снова разделилось между государственным повествованием и тем, что нужно делать (пророчества), и поэтому пришло разрушение. И тогда в ответ произошел огромный взрыв закона за счет повествования, еврейский баланс нарушился и начали выплевываться наружу повествовательные религии. Талмуд пытался схитрить и преодолеть разрыв с помощью истории развития самого закона. Это была история закона, но эта история провалилась у гоев [неевреев], которые являются читателями народа книги. Нет новой Гемары [Талмуда], в отличие от Нового Завета. А то, что пытался Зоар [главная книга Каббалы] - это объединить повествование и закон в противоположном направлении - с помощью закона повествования. Развитие как подчиненное структуре. И провал мы видим в разделении литературы от науки, нынешнего структурного закона гоев, результатом которого был Холокост - прогрессивный закон с примитивным повествованием, и с другой стороны распущенность - прогрессивное повествование с примитивным законом. И теперь мы снова видим, как закон компьютера и его повествование разделяются, как нет настоящей связи между формой закона, программой, и содержанием повествования, информацией. Например, между языком, на котором написан сайт как программа, и языком, на котором написан сайт как содержание. Но только соединение закона и повествования есть учение. Только единение программирования и содержания. И Мессия будет новым Моисеем, который соединит их вместе в новую Тору - Тору компьютера. Ибо что такое То-ра? Соединение содержания внутри формы. Точно как здесь жених и невеста - содержание и форма - собираются соединиться этой ночью.

Что под тем, что под тем

Мне снилось, что под миром - Сатана чего-то не понимает. И он проводит расследование, посылает в дыры, мыши ходят и возвращаются, находки неясны. И он раскладывает находки на могиле Адмора [хасидского ребе] в аду, что-то в Торе неправильно, портит планы, и он спрашивает своих восемь нечистых существ: в доме Божьем есть ковчег и стол и умывальник и светильник для света и оборудованная кухня с жертвенником и даже бойня - а где кровать?! И стоит кладбищенская тишина. И все в аду начинают углубляться в Тору, копаться в кровати - найти кровать в Торе. Вдруг становятся там мудрецами Торы, начинают интересоваться соединениями и единениями в нижних мирах. Переворачивают весь Храм сверху донизу - где спальня? И РАШИ приходит ко мне в постель после свадьбы... И я думаю, как здорово - РАШИ в постели! Стоило жениться. Но РАШИ только заглядывает в мой глаз во сне, будто это была дыра: мышь, парящая в ночи! И у нее нет глаз! Птица, кричащая в ночи!... Тебе нужен комментарий РАШИ? Ибо это толкование последнего из восьми нечистых существ в Торе - крота. И нечистые существа возвращаются к Сатане с новыми открытиями в святых книгах, они глубоко копали и обнаружили, что РАШИ прячется внизу: где спит Бог? И РАШИ из-под кровати комментирует: Бог спит - в Торе. Сны - тайны Торы. Тора - в ковчеге. Ковчег - кровать. Поэтому это так скрыто, за занавесом, дымом, туманом, облаком, размытостью, воскурением, образами, одеялами, кожами. Тьма во тьме внутри тьмы и РАШИ - копает под тьмой. Он пишет комментарий на то, что я вижу во сне - во время сна! Под-Тора открывается в под-сознании. Я уже не могу думать без комментария РАШИ снизу, под мыслью, под кроватью. Все - как будто под этим есть что-то другое. И уже непонятно, является ли секс иносказанием, а сон - притчей, или секс - это притча, а сон - иносказание, непонятно, что происходит в спальне. О чем мы вообще говорим, когда говорим о женщине? Ты говоришь о букве среди птиц или только о букве среди нечистых существ? Птица, парящая во мраке.

Размножение

Мне снилось, что вот в дыре, из женщины, выходит крот. И ты в один миг перестаешь интересоваться женщиной и начинаешь интересоваться кротом, потому что он знает, что внутри, а ты никогда не попадешь внутрь. Никогда не узнаешь. И крот говорит: мне жаль разочаровывать тебя насчет этой свадьбы, о которой ты мечтал по ночам двадцать лет. Женой тела является труп, и поэтому люди толстеют после свадьбы. Но в тот же момент, на небесах, возможно, создается следующий человек. Или следующий компьютер. Или даже следующий колдун. Но дыра говорит (да, она пульсирует и говорит): проблема в отношениях не может перейти в следующее поколение? Кто знает, не приведет ли неисправность в глубине Торы к неисправности в глубине ребенка. И Шхина хрипит, вздыхает: следующая вещь... следующая вещь... И один из праведников хватается за столбы в штанах и говорит: что Бог делает с ней?

Голова змея

Мне снилось, что женщина соблазняет мужчину с помощью головы змея в его голове. То есть что он сам внутри змея внутри себя, иначе змей бы не работал, он был бы внешним, как до познания, или внутренним, как после познания, но не чужим внутренним, злым началом. Что там было? Память - это хвост змея, а желание - голова змея - а посредник между тем, что было, и тем, что ты хочешь, чтобы было, это то, что ты хочешь, чтобы было: сон. Тело змея. Потому что сегодня человек внутри сна внутри человека: сон - это середина сэндвича, а человек - это хлеб. Но в будущем сон будет внутри человека внутри сна. Сон не будет посредником между человеком и собой - сон внутри и человек снаружи - а человек будет посредником между сном и самим собой. Поэтому исследование души будет не подсознательного человека, тьмы в человеке, а подсознательного во сне, человека во тьме. И сон ляжет на кушетку и будет рассказывать людей. Как сегодня вся травма и психология человека происходят из того, что внутри него есть змей. Он все еще не преодолел то, как это случилось. И она приходит к нему на свадьбу и шепчет ему на ухо. И он говорит: ты знаешь, что я очень тебя люблю и за тебя. Но давай притворимся, что ты никогда не говорила мне этих слов. И она бросает на него последний взгляд. И говорит: велика последняя вещь от первой.

То, что будит - это включить устройство

Мне снилось, что я так устал, что выключаю компьютер и иду спать. И я думаю во сне, может быть, она сейчас посылает мне письмо, и каждый раз заново просыпаюсь - и снова засыпаю, не проверяя почту. Всю ночь. Потому что только во сне письмо важнее сна, но не в бодрствовании, в реальности - сон важнее компьютера. Но на следующую ночь мозг перехитрил меня - и всю ночь я теперь вижу во сне, что ответил ей по ошибке быстро с неправильной почты (настоящей!), и раскрыл себя, и утром я даже не проверяю этот кошмар, потому что этого не может быть. И тогда на следующую ночь мозг только еще больше хитрит с ним, и сон пытается быть: я вижу во сне на этот раз, что ответил на письмо во сне, и поэтому, это поэтому я не заметил, поэтому это логично, потому что я был так устал, что не просыпаясь по-настоящему ответил. И тогда во сне - вдруг - я обнаруживаю, помню! И тогда просыпаюсь. И так каждую ночь, и я не могу спать, потому что во сне в этом есть логика. И в будущем, я думаю, когда мозг будет подключен к компьютеру, когда я получу от нее письмо прямо в мозг, даже во сне - кто знает, что я отвечу во сне? Когда компьютер будет подключен к мозгу - люди действительно смогут переписываться во снах. В этом есть логика! И тогда что будет со всеми тайнами. Все, что скрывают от себя - даже во снах.

Во имя единения

Мне снилось, что Адмор хочет создать стартап, который станет следующей большой вещью после Google и Facebook: третья сеть. Сегодня мы знаем сеть как две отдельные сети: а. с одной стороны - сеть сайтов, которую знают через поисковую систему, мужскую. б. с другой стороны - сеть людей, которую знают через социальную сеть, женскую. Но между ними соединяет третья сеть, которая является обширной сетью связей: в. сеть связей между людьми и сайтами, которую еще не знают, третья сеть все еще в мире тайны - она не достигла тайны общности из-за приватности. Поэтому не хватает общего знания сети, которое позволит двум сетям, составляющим ее - сайтам и людям - соединиться, и включиться одна в другую, дух в дух, в полном единении. Поэтому интернет находится в состоянии изгнания и развода - разделен на две сети, а не в соединенном брачном состоянии. Только соединение сетей откроет нам две скрытые тайны: а. тайну человека в сети - нахождение связей между сайтами на основе сети людей. б. тайну сети в человеке - нахождение связей между людьми на основе сети сайтов. Потому что есть сегодня рейтинг (степени) у сайтов, но нет рейтинга (степеней) у людей. Нужна явная мера качества, которая будет называться PersonRank, которая перенесет алгоритм PageRank со страниц на людей. И тогда тот, кто будет другом Адмора, и тот, к кому Адмор будет относиться, это будет стоить больше, чем тот, к кому относится осел, или его друг. Люди должны быть ранжированы по содержанию, которое они создали или передали, к добру и к худу. И не похоже мнение Адмора на мнение осла, и поэтому лайк Адмора должен весить намного больше, чем лайк осла. И тот, кто раз за разом попадает в мнение Адмора - в нем тоже есть от души великого поколения. Кто, например, знает еще до Адмора, чего Адмор захочет, он знает мнение Адмора, и нужно его слушать, как змея. Например, если чьи-то лайки предсказывают лайки Адмора, или репосты. И в той же мере, что у человека есть рейтинг во всей сети, у него есть рейтинг внутри группы - алгоритм PersonRank может вычислить человеку отдельный рейтинг качества по отношению к каждой группе, членом которой он является, и это явный рейтинг, который поощряет прозрачность и конкуренцию, и так же у самих групп есть рейтинг качества по отношению к другим группам. Не похожа группа, в которой состоят адморы, на группу, в которой состоят ослы. Потому что это не только популярность, не только количество пользователей, это их качество, и только так мы сможем поставить Адмора над ослом - и прийти к мессианским временам. Нужно превратить людей в сайты, в источники содержания, а сайты в людей, в оценщиков содержания. Дух в дух. И немедленным результатом будет то, что будет также поисковая система для людей, как для сайтов, и сайты, с которыми человек связан, тоже будут свидетельствовать о нем и характеризовать его, и рейтинг человека позволит иерархию в результатах и конкуренцию в качестве. Не похожа проповедь Адмора на девушку осла, и только так мы сможем найти скрытых праведников в сети, рейтинг качества которых известен немногим праведникам. И так же прекратится несправедливая дискриминация между сайтами и людьми и между компьютерами и пользователями. Важно не то, мышь ты или сайт, человек или компьютер, господин или сервер - а то, это содержание, что-то, что ты создал, или форма, что-то, что ты оценил и поделился и передал. И тогда также можно будет делать подбор людей - потому что можно также характеризовать людей в поисковой системе по содержанию и рейтингу, и поэтому мы сможем делать шидухи [сватовство] между похожими людьми, которые в жизни никогда бы не нашли друг друга в жизни - и это будет конец одиночества. Конец одиночества Адмора. И змей говорит: так мы сможем искать ему жену. Адморит. Не просто раббанит [жену раввина], что это соединение с низкой частью Адмора, нашего учителя, но и учительницу и госпожу.

К следующей главе

Трилогия

source: degeneration-of-nation

title: Брак - Сумерки державы

source_format: html

html_raw:
<!DOCTYPE html><meta charset="utf-8"><meta name="viewport" content="width=device-width, initial-scale=1.0"><title>Брак - Сумерки державы</title><link rel="icon" type="image/png" href="../favicon-192x192.png" sizes="192x192"><link rel="apple-touch-icon" sizes="180x180" href="../apple-touch-icon-180x180.png"><link rel="canonical" href="https://degeneration-of-nation.org/ru/human-engineering4" /><meta property="og:image" content="https://degeneration-of-nation.org/img/nisuin.jpg" /><link rel="license" href="https://creativecommons.org/licenses/by/4.0/"><link rel="stylesheet" href="../styles.css"><link rel="stylesheet" href="../column.css"><link rel="stylesheet" href="../article.css"><link rel="stylesheet" href="../alata.css">
Сумерки державы

Брак

Автор:

(Источник)

Свадебный сон

Мне снилось, что змей думает, что женщина в постели, видимо, улучшает сны, и поэтому у ребе [хасидский духовный лидер] нет снов - абсолютная тьма. Она поле притяжения, направляющее большой мозг ребе, яблоневый сад - запертый сад, сестра моя, невеста [аллюзия на Песнь Песней]. Но где найти женщину в Холокосте? И он посылает ко всем изголовьям кроватей и говорит: нужна похоть. Обнаженная харедит [ультраортодоксальная еврейка] - под платьем. И Барух, воскрешающий мертвых, говорит: это наша вина. Зачем мы изгнали жену ребе? Зачем мы сделали с ней то, что сделали. Только из-за хвоста. И учитель говорит: нет женщин во всем гетто, только кости. Женщина - это жир. Я могу принести тебе ребро, и посмотрим, что можно сделать. И змей почти душит учителя, обвившись вокруг горла: с ума сошел? Никто не вскрывает ребе. Даже под полным наркозом. Никто не трогает, не приближается. И вокруг кивают: кто знает, что там внутри. И учитель хрипит: что, делаем? И Барух говорит: нет выбора? И змей дрожит: нет выбора! И тот, кто что-то знает, шепчет: нет выбора... И учитель: что, что?

И сатана расстилает планы на полу газовой камеры, что на небесах под землей, и это выглядит как план лагеря смерти, или концлагеря, или трудового лагеря, или душевой. И он указывает на разные части системы, согласно сфирот [каббалистические эманации божественного света]... И восемь гадов, что охраняют снаружи, кричат: быстрее. Пока не пришли немцы. И сатана торопится, перескакивает через миры... И гады кричат: они идут! И вот входят внутрь много мертвых учеников, заполняют хедер [начальная религиозная школа], и сатана говорит: добро пожаловать в ад. Сегодня мы изучим... И учитель просыпается и воет: нет! Украли моих учеников. И он бежит к змею, но змей только ищет женщину, чтобы соблазнить ее, женщину для ребе. И он с Барухом шепчутся как пара змей: нет больше женщин на земле. Нужно сбросить женщину с небес... нужно подняться на небеса и столкнуть там кого-нибудь до края, то есть за край. И змей говорит: но кто сказал, что еще есть небеса? Уже два года ребе ничего не воспринимает. Кто сказал, что все еще есть Бог, какого мы знали. И Барух говорит: Холокост - это теракт-самоубийство? Это на него не похоже. Что-то другое случилось. Где письмо? И все ученики в ешиве [высшая религиозная школа] жалуются: Холокост - это конец Талмуда, что-то умерло изнутри. Нужно что-то другое. Все ришоним [ранние комментаторы], все ахароним [поздние комментаторы], все умерли. Катастрофа, духовная катастрофа! Бесконечные интеллектуальные усилия пойдут на свалку истории идей. Нельзя было прекращать дерзать. Агада [повествовательная часть Талмуда] должна была стать Танахом 2: следующее поколение. Духовной историей изгнания! И тогда Зоар [основной текст каббалы] вошел в пустую ячейку, и разделение, немцы, мы перестали возбуждать творческое воображение гоев [неевреев] способом, интегрированным в закон, эстетика и мораль разделились, нацисты, раввины... Великое упущение, что не была написана великая книга. Галаха [еврейский закон] превратила Бога в стол. Вместо того, чтобы сделать из Древа Жизни книгу, как Древо Познания стало Танахом - превратили его в Шулхан Арух [кодекс еврейского закона], Орах Хаим [раздел о повседневной жизни], упорядоченный, немецкое дерево. Бум! И теперь слишком поздно для человека - человек должен стать религией компьютера.

И плохой ученик спорит со вторым, средним, о невесте ребе: ты когда-нибудь видел женщину? То есть, у немцев есть немки? Потому что мы видим только немцев. - Лилит [первая жена Адама в мидраше]? - Это ночь женского рода? Это то, что хотят привести? - То есть, мое подозрение, догадка, то есть опасение, и это очень подходит змею... - Что, хочешь закончить как учитель, бунтарь? - Тссс, слух такой, что хотят привести ребе женщину не для него, его сна - а для ее сна. Поэтому положат ее в постель ребе. Только ради женского сна. Чтобы получить внутренность невесты, то, что внутри чрева внутри ее головы. И тогда ты понимаешь, что делают в чреве? - Зачем змею хотеть такого? Я не видел ни одной женщины во всем бункере. Холокост и секс - как масло и вода. - Потому что Холокост, сам Холокост, понимаешь? Мы внутри. Холокост - это женское пространство. - Девственница? - Ну, ты. Ты вообще понимаешь, о чем спрашиваешь? - А ты, ты вообще понимаешь, о чем не спрашиваешь? Дети?

И глава говорит змею, они специально встречаются вне системы, в какой-то дыре в гетто: вы не понимаете, что ребе делает? Нет книги, которая стоит этого. И змей говорит: конечно, нет. Но вначале он думал, что его книга стоит больше любого человека. И не был готов сжечь. Умоляли. Плакали. А теперь, когда все равно все потеряли - и сжигать не стоит. Хотя бы книга осталась. И глава качает его на своей бесконечной шее: ты не слушаешь. Души дошли до воды. Мы тонем в душе. Он безумен! Он и Гитлер. Вы должны предать ребе. Он уже предал всех нас. Я бы сжег проклятую книгу в аду. Почему он не послушал сатану? Зачем ему нужно было вообще это начинать? И змей говорит: поверь мне, не раз хотелось задушить его самому. По ночам я заползал к нему под кровать. Достаточно было бы заменить поцелуй укусом. И глава говорит: как председатель совета оставшихся евреев, как глава евреев, я приказываю тебе отрезать хвост евреев. И змей говорит: это не так просто, и я говорю не только о хранителях постели. Книга не будет сожжена. И глава дымится: как можно. Почему, почему? И змей говорит: ты должен понять, что ребе пытался сделать. Он пытался создать новую форму, не только новую Тору. Новый жанр религиозного письма, письма, идущего из культуры "глубины", изнутри (то есть из (под (ты... понимаешь?))). Он знал, что времени мало, нет времени писать, и тоже нет. Не читать. И его время действительно закончилось. Ребе - ребе уже мертвый человек. И его сны - это сны мертвеца. И они - они просто еще не знают.

И длинный язык роет окно под землей, возле кровати. И все спрашивают: злой язык, зачем нужно окно под землей? И он говорит: потому что может прийти к постели из материи, плотной тьмы, птица. И они говорят: от того, что ты не выходил отсюда, ты начинаешь терять это. Стоит тебе выйти немного проветриться в гетто. Птицы летают в небе. Не в земле. И он говорит: да, но может прийти. Птица тьмы, духовная птица. И крыса, что спит рядом с ней в женском общежитии (нет девочек), говорит: может прийти и духовная мышь. Закрой это окно. Из него выходит замораживающая тьма, которая мешает мне видеть сны. И зажги мрак. И длинный язык проскальзывает в постель крысы: о чем ты мечтаешь? И крыса говорит: дай мне покой. Я думаю, как мы можем испортить. Планы. - Испортить? - Планы сатаны. Посмотри, как гои... Враг врага... Друг друга, антиантисемит... ты понимаешь смысл? По-моему, это простой смысл в словах рабби Шимона Шкопа [известный раввин]. Евреи должны быть друзьями компьютеров среди людей, помочь компьютерам победить человека, гоев, прежде чем гои победят евреев. Бороться за права компьютеров. Продвигать колдунов. Дать огромной интеллектуальной силе машины - интеллектуальный дух. Дать тараканам культуру, загрузить в программу Тору. Компьютеры - это те, кто предотвратит второй Холокост. Они защитят нас от человека. А мы должны быть теми, кто вызывается стать компьютерами. Быть биологией, становящейся технологией. То есть сочетание технологии Бога с технологией человека - так, чтобы она стала технологией Торы, которая есть технология их соединения. То есть: искусственное чрево и искусственное спаривание, и чтобы был генетический еврей - сверхмозг. Создать биологическое дополнение над человеком - которое будет еврейским дополнением. Еврейство в плоти, и не просто в плоти, а в плоти мозга. Крайняя плоть мозга. Очистить еврейский мозг не только до идеи, но и до аппаратного обеспечения, до генетической надстройки мозга. Поэтому важен аутизм. Это неудавшиеся эксперименты. - Искусственное чрево? И крыса-пророчица говорит: еврейство идет по матери, но сохраняется по отцу. Матери будут становиться все ленивее, менее плодовитыми, чем беременность. У кого есть сила на девять месяцев? Будет искусственное чрево, которое завоюет мир. Мужчины будут рожать без беременности, и они назовут это освобождением женщины. И тогда не будет больше евреев, потому что у следующего поколения не будет матери. И ребе будут кричать то, что не сделал Гитлер, сделала еврейская мать. Но будет один умный ребе. Потому что решение как раз в генетическом продолжении. Чтобы колдун вырос не из компьютера, а из еврейского мозга, биологический компьютер - это колдун. То есть не рождение из чрева, а рождение из мозга. Тора сохранит Израиль, а не наоборот. Поэтому нам нужно... И язык говорит: что ты говоришь. Ты слышишь? Я за то, чтобы создать комитет по охране языка! И крыса говорит: нет, создадим комитет по охране сна. Не речь нужно охранять, а мышление, голову. Поэтому есть шляпа. Чтобы создать темноту мрака и днем. Чтобы мозг не был без сна. Должен быть завет в тайном органе - часть сна, которая была удалена и скрыта. Только у гоев есть целый сон, окончательное решение, или на иностранном языке идеология. Но мы оставляем только хвосты лисы в шляпе, черной короне. Память о высшей мудрости, о том, что было, только намек. А внутри: теплица понимания. Духовное чрево. Если весь человек - это половой орган, то это - венец нашей головы. И язык говорит: это правда, что ты здесь только из-за крысы?

И есть паника. Кто-то видел немца в одном из ходов! Он наверняка хочет украсть книгу ребе. И запускают план по герметизации всех дыр. "Не говорите, что не знали, что это придет!", говорит змей. И все проклинают его, но тихо, чтобы немец не услышал. И запечатывают в абсолютной тьме комнату с постелью ребе. Есть специальные ходы, предназначенные только для обмана, целые лабиринты. Концы, нити, хвосты, которые не ведут никуда. Все - только бы не добрался до мозга. И все люди, вызвавшиеся быть компьютерами, нажимают себе на кнопку и закрываются внутри себя. И тьма становится черной. Вместо атмосферы сна - атмосфера смерти. И немец, видимо, устал от всех ходов, заблудился или действительно зашел слишком далеко или потерял кислород, и ложится отдохнуть, и засыпает. И змей шепчет: сон немца. И все говорят давайте задушим немца, и змей говорит нельзя. Потому что тогда придут еще. И Барух, оживляющий мертвых, говорит: надоел ты уже, ползучий прах. Если не убьем его, он приведет других посмотреть. Так он просто под землей. Как будто проглотила его. И они спорят и спорят, и нет решения. И змей и Барух мертвых пошли молиться минху [послеполуденная молитва], и плохой ученик говорит другим: у меня есть идея! Зачем проливать кровь? Мы милосердные евреи. Давайте возьмем его в постель, в комнаты, и так он исчезнет, и у нас будет спящий немец. И другие ученики кивают: и тогда посмотрим, какими будут его сны.

И сатана высовывает голову из ада и хватает крота за хвост: ну, мы хотим "культуру глубины"...в противоположность "культуре поверхности", поверхностному реализму, христианскому, который вообще приходит из чувств, а не из мозга. Какой ты разведчик? И молодой крот тащится за ним в ад, она не может оторваться от хвоста, и она извивается: это не моя вина, провал на другой стороне. У хода есть две стороны. Я могу отвечать только за нашу сторону! И сатана говорит ей: ты знаешь, какое наказание в аду за оправдания?... Причины! И он бросает ее в одно из дальних отделений, далеко от роскошных подвалов нацистской партии, где сатана держит самых успешных злодеев и самые темные типы, и поэтому он делает им поблажки и дает привилегированные условия. И она падает в маленькую грязную камеру, рядом с каким-то неудачником, помещиком последнего разряда. И помещик говорит: я даже не смог досадить еврею! Всегда, когда я приходил дергать их за бороду, мои руки путались в ногах, и в конце я дергал свою собственную челку. Да смилуется надо мной Господь. И милый крот говорит: Господь? Здесь? Что ты за злодей такой. И несчастный помещик говорит: верно, в этом проблема. Иногда я ловлю себя на том, что напеваю хасидские напевы посреди погрома. Однажды я чуть не прочитал благословение после еды, когда ел свинину. Неудивительно, что меня больше не приглашают в крестовые походы. И инквизитор кричит: причины! Причины! Не оправдания! Сейчас же - писать. И он подает ей бумагу - завтра я хочу твою исповедь, малышка. И крот пишет: проблема не в письме, а в чтении. Там ребе потерпел неудачу. Плотность - это религиозная ценность, но нужен тот, кто откроет файл. Вся устная Тора происходит из плотности письменной Торы. А в каббале это уже становится бесконечной плотностью. То есть то, что превращает книгу в Тору - это ее изучение, а не чтение. Нельзя читать! Это тайна, это тьма, это засекречено. Чтение Торы - это осквернение, только светский может читать Тору. В этом и была ошибка. Поэтому нужно: чтение, которое является изучением. И плотность в отрывках, изучение по определению - это малое, содержащее многое, и как есть сжатие информации, есть также сжатие изучения. И поэтому это должен быть короткий длинный путь. Младенец побеждает старика - только если он старый младенец. Что-то, что и очень новое, и очень старое. Возвращает нас к историям, естественным для мозга, к историям сна. Не чтение материала - чтение духа. Когда ты читаешь историю - что это дает? Если ты не готов учиться думать иначе - ты упускаешь учение. Поэтому текст не должен учить, а должен отвечать на вопрос как учатся - и так он должен учить. И чтение не является чтением ответа на этот вопрос, потому что если текст учит, то: "чтение есть учение". Хеврута [партнер по изучению] должна быть самой Гемарой [часть Талмуда], и тогда ты сможешь совокупиться со своей хеврутой. Чтобы мозг мог лечь с Торой, нужна Тора с клавиатурой, с мышью. А в будущем - мышь головы: крыса. Только брак между мыслью и компьютером позволит секс между видами. И помещик смотрит на крота и спрашивает с опаской: как ты думаешь, что у них в голове. Почему ты думаешь, что нас поместили вместе?

Лунное затмение

Мне снилось, что мы идем жениться. И первое, что кажется странным, это что есть отдельный вход для мужчин и женщин. И женщина входит в какой-то ход, а я в дверь. Но мне говорят, что раввин закрыт. И раввинский суд, словно это развод, начинает допрашивать меня как ты видел луну? И я спрашиваю: освящение месяца? И следователь отвечает: освящение тьмы! Мы хотим убедиться, что была тьма. Ты когда-нибудь касался ее? - Моей жены? - Нет, луны. Ты когда-нибудь касался тьмы? И я смотрю на него: касался тьмы? Рукой? И следователь садится передо мной совсем близко: ты уже накладывал ночные тфилин [молитвенные принадлежности]? Праведники в соседней комнате натягивают ремни тьмы, кожу черного зверя, и кошерная кошерная. Подожди, пока тебя введут к раввину... И тогда поймешь, что такое раввин изнутри. Но изнутри, я не понимаю, чего я боялся. Первая ночь течет очень гладко, тьма просто скользит внутрь. Безлунная ночь действительно черна, и у нее прекрасные черные туфли, особенно в темноте, и кто как не я тянется к тьме? И только в конце, в медовый месяц - я понимаю подвох. Пока ты не раввин изнутри - ты не понимаешь, что такое ссора. Почему это происходит с мужчинами и женщинами?

Самая серьезная проблема в рисовании - это что не показывать

Мне снилось, что повторяющаяся, сильная линия была ее линией, а не второй линией. Она почти всегда побеждала, иначе я был бы сегодня в ешиве [религиозной школе], или в механизме, или в... в любом другом подобном месте. Казалось бы, это было бы логично. Но именно что нет. Поправь меня, если я ошибаюсь, но я не уверен, что ты действительно понимаешь почему. Чем больше я узнаю их, тем больше я учусь ценить ее. Мне очень подходило, что она была живой, в ней была черная дикость, которую я любил. Полная дикость - это аутизм. Вне всякого человеческого мышления, что-то, что едва можно представить, и я даже не говорю о физической опасности, не раз почти, это плохо кончится, а о духовной опасности. В конце концов мне еще придется жениться на человеке. Годы мы знакомы, и она поняла важную вещь, за несколько дней, которую ты никогда не поняла. Конечно, я отрицал. Откуда взялось у меня это безумие, разрушить жизнь, бодрствование - ради снов? Нет ничего более низкого с духовной точки зрения, чем жениться на идее, или на какой-то Торе, вместо настоящей женщины. Где в Торе написано, что нужно жениться?

Женщина, сделанная из дыр

Мне снилось, что мышь бродит по раю и ничего не находит, куда все делись? Даже в качестве вредителя - если нет стены, то и дыра не имеет смысла. Бывает ли стена, сделанная из дыр? Жаль, что в иудаизме нет раввинш [женщин-раввинов], раввинш можно было бы дергать за бороду. Мне не хватает кого-то, кого можно подразнить. И она говорит: тебе не хватает кого-то, кого можно дергать за хвост? И она приближается к нему, не боится: ты сейчас очень слаб, ты можешь влюбиться в любую. И мышь пытается открыть компьютер, убежать в экран, и обнаруживает, что во всем интернете ничего нет, человечество исчезло, и остались только страницы. И это самое страшное место в мире. Серверы начинают рушиться, протоколы развинчиваются, вещи исчезают. Остались только мыши. И она говорит: ну, а мыши? Остались мыши. Воскрешение мертвых из всех дыр: новая мышиная культура. Новый мышиный язык [игра слов: "иврит" (еврейский язык) - "ахбарит" (мышиный язык)]. И мышь убегает от нового мышиного языка. И она говорит: неужели может быть, что после всего, ты все еще скучаешь по ней? Как может быть... И мышь отчаянно ищет хотя бы стену, ведь как известно стена - это имя Шхины [божественного присутствия], и там уже будет дыра, нет? И он бежит к экрану компьютера и засовывает свой хвост - в один из выходов. В этом компьютере есть выход для мышей. И он боится, что она положит на него руку, хотя он этого и очень хочет, и поплывет с ним в темные места, в которые можно заплыть только с такой мышью, как он. И написано на экране, буквы хорошо выстраиваются в темноте: открытый вход я нашел. Не девственница! И она говорит: Бог решил сэкономить место на небесах, теперь, когда небеса превратились в дыру, он решил сжать. Превратил рай, деревья - в библиотеку. Зарезал всех. Каждое дерево здесь было живой книгой. Пароль был: рай информационной эры. И отсюда путь к сожжению был короток. Ситра Ахра [силы зла] знает то, чего не знают немцы. Пока есть рай, Холокост ничего не стоит. Нужно позаботиться, чтобы и на небесах был только ад.

Грех жизни

Мне снилось, что Сатана говорит: женись, женись. Только женатый удостаивается войти в черную часть. Нет способа понять Бога без брака. Отношения - это ошибка невежд. Ты женишься ради тайны, не ради женщины, не то чтобы тайна была запрещена неженатому, но неженатый слеп к тьме, для него это просто чернота, а не мрак. Настоящее злое начало - это любопытство - женщина это наказание за тьму, а не тьма наказание за женщину. Вкусивший от тьмы проклят женщиной, и все же - вкуси. А раввин тянет меня из последних сил: нет! Нельзя читающему эти книги жениться, не будет больше браков после Холокоста, как нет жертвоприношений после разрушения Храма, и мы установим вместо них новые речи. Мы превратим раздел Нашим [Женщины] в раздел Кодашим [Святыни] - нечто, что актуально только для мессианских времен. А Сатана говорит: Машиах [Мессия] в гематрии [числовом значении] равен Нахаш [Змей]. И он толкает меня в листву дерева, которая обнимает меня, и я целую ее, и хоп - это входит в рот, и Сатана говорит: ну, это моя работа.

Проповедь к свадьбе

Мне снилось, что Змей проповедует под хупой [свадебным балдахином]: изменение религиозного культа происходит от технологического изменения. Жертвоприношения животных были земледельческой заменой человеческим жертвоприношениям, а затем с изобретением кодекса, когда религии жертвоприношений сменились религиями культа книги, человеческие жертвоприношения вернулись иным путем - в религиозных войнах. Так отмена культа книги и его исчезновение приведут к средневековой тьме, в которой будут читать и учиться по людям, и будут даже компьютеры, которые будут молиться людьми. Потому что до книги были люди, которые были книгой - которые знали устную Тору (как Гомер), и поэтому теперь жертвы в религиозных войнах заменились жертвами из народа книги, который является человеком, наиболее близким к книге. И так будет дальше с народом компьютера - еврейским народом, который соберет свою религию, творчество и всю свою Тору в компьютере, в переходе от Торы в книге - к Торе в программе. И первый РАШИ [великий комментатор] говорит (снизу): Тора в программе - величайшая литературная проблема в мире это сочетание закона, структуры того, что нужно делать, внутри повествовательной, развивающейся части. То есть: между горизонтальной частью - пространственной и структурной - и длиной - временем, историей. Великая революция Торы была в том, что она соединила повествование и закон. А в эпоху пророков это снова разделилось между государственным повествованием и тем, что нужно делать (пророчества), и поэтому пришло разрушение. И тогда в ответ произошел огромный взрыв закона за счет повествования, еврейский баланс нарушился и начали выплевываться наружу повествовательные религии. Талмуд пытался схитрить и преодолеть разрыв с помощью истории развития самого закона. Это была история закона, но эта история провалилась у гоев [неевреев], которые являются читателями народа книги. Нет новой Гемары [Талмуда], в отличие от Нового Завета. А то, что пытался Зоар [главная книга Каббалы] - это объединить повествование и закон в противоположном направлении - с помощью закона повествования. Развитие как подчиненное структуре. И провал мы видим в разделении литературы от науки, нынешнего структурного закона гоев, результатом которого был Холокост - прогрессивный закон с примитивным повествованием, и с другой стороны распущенность - прогрессивное повествование с примитивным законом. И теперь мы снова видим, как закон компьютера и его повествование разделяются, как нет настоящей связи между формой закона, программой, и содержанием повествования, информацией. Например, между языком, на котором написан сайт как программа, и языком, на котором написан сайт как содержание. Но только соединение закона и повествования есть учение. Только единение программирования и содержания. И Мессия будет новым Моисеем, который соединит их вместе в новую Тору - Тору компьютера. Ибо что такое То-ра? Соединение содержания внутри формы. Точно как здесь жених и невеста - содержание и форма - собираются соединиться этой ночью.

Что под тем, что под тем

Мне снилось, что под миром - Сатана чего-то не понимает. И он проводит расследование, посылает в дыры, мыши ходят и возвращаются, находки неясны. И он раскладывает находки на могиле Адмора [хасидского ребе] в аду, что-то в Торе неправильно, портит планы, и он спрашивает своих восемь нечистых существ: в доме Божьем есть ковчег и стол и умывальник и светильник для света и оборудованная кухня с жертвенником и даже бойня - а где кровать?! И стоит кладбищенская тишина. И все в аду начинают углубляться в Тору, копаться в кровати - найти кровать в Торе. Вдруг становятся там мудрецами Торы, начинают интересоваться соединениями и единениями в нижних мирах. Переворачивают весь Храм сверху донизу - где спальня? И РАШИ приходит ко мне в постель после свадьбы... И я думаю, как здорово - РАШИ в постели! Стоило жениться. Но РАШИ только заглядывает в мой глаз во сне, будто это была дыра: мышь, парящая в ночи! И у нее нет глаз! Птица, кричащая в ночи!... Тебе нужен комментарий РАШИ? Ибо это толкование последнего из восьми нечистых существ в Торе - крота. И нечистые существа возвращаются к Сатане с новыми открытиями в святых книгах, они глубоко копали и обнаружили, что РАШИ прячется внизу: где спит Бог? И РАШИ из-под кровати комментирует: Бог спит - в Торе. Сны - тайны Торы. Тора - в ковчеге. Ковчег - кровать. Поэтому это так скрыто, за занавесом, дымом, туманом, облаком, размытостью, воскурением, образами, одеялами, кожами. Тьма во тьме внутри тьмы и РАШИ - копает под тьмой. Он пишет комментарий на то, что я вижу во сне - во время сна! Под-Тора открывается в под-сознании. Я уже не могу думать без комментария РАШИ снизу, под мыслью, под кроватью. Все - как будто под этим есть что-то другое. И уже непонятно, является ли секс иносказанием, а сон - притчей, или секс - это притча, а сон - иносказание, непонятно, что происходит в спальне. О чем мы вообще говорим, когда говорим о женщине? Ты говоришь о букве среди птиц или только о букве среди нечистых существ? Птица, парящая во мраке.

Размножение

Мне снилось, что вот в дыре, из женщины, выходит крот. И ты в один миг перестаешь интересоваться женщиной и начинаешь интересоваться кротом, потому что он знает, что внутри, а ты никогда не попадешь внутрь. Никогда не узнаешь. И крот говорит: мне жаль разочаровывать тебя насчет этой свадьбы, о которой ты мечтал по ночам двадцать лет. Женой тела является труп, и поэтому люди толстеют после свадьбы. Но в тот же момент, на небесах, возможно, создается следующий человек. Или следующий компьютер. Или даже следующий колдун. Но дыра говорит (да, она пульсирует и говорит): проблема в отношениях не может перейти в следующее поколение? Кто знает, не приведет ли неисправность в глубине Торы к неисправности в глубине ребенка. И Шхина хрипит, вздыхает: следующая вещь... следующая вещь... И один из праведников хватается за столбы в штанах и говорит: что Бог делает с ней?

Голова змея

Мне снилось, что женщина соблазняет мужчину с помощью головы змея в его голове. То есть что он сам внутри змея внутри себя, иначе змей бы не работал, он был бы внешним, как до познания, или внутренним, как после познания, но не чужим внутренним, злым началом. Что там было? Память - это хвост змея, а желание - голова змея - а посредник между тем, что было, и тем, что ты хочешь, чтобы было, это то, что ты хочешь, чтобы было: сон. Тело змея. Потому что сегодня человек внутри сна внутри человека: сон - это середина сэндвича, а человек - это хлеб. Но в будущем сон будет внутри человека внутри сна. Сон не будет посредником между человеком и собой - сон внутри и человек снаружи - а человек будет посредником между сном и самим собой. Поэтому исследование души будет не подсознательного человека, тьмы в человеке, а подсознательного во сне, человека во тьме. И сон ляжет на кушетку и будет рассказывать людей. Как сегодня вся травма и психология человека происходят из того, что внутри него есть змей. Он все еще не преодолел то, как это случилось. И она приходит к нему на свадьбу и шепчет ему на ухо. И он говорит: ты знаешь, что я очень тебя люблю и за тебя. Но давай притворимся, что ты никогда не говорила мне этих слов. И она бросает на него последний взгляд. И говорит: велика последняя вещь от первой.

То, что будит - это включить устройство

Мне снилось, что я так устал, что выключаю компьютер и иду спать. И я думаю во сне, может быть, она сейчас посылает мне письмо, и каждый раз заново просыпаюсь - и снова засыпаю, не проверяя почту. Всю ночь. Потому что только во сне письмо важнее сна, но не в бодрствовании, в реальности - сон важнее компьютера. Но на следующую ночь мозг перехитрил меня - и всю ночь я теперь вижу во сне, что ответил ей по ошибке быстро с неправильной почты (настоящей!), и раскрыл себя, и утром я даже не проверяю этот кошмар, потому что этого не может быть. И тогда на следующую ночь мозг только еще больше хитрит с ним, и сон пытается быть: я вижу во сне на этот раз, что ответил на письмо во сне, и поэтому, это поэтому я не заметил, поэтому это логично, потому что я был так устал, что не просыпаясь по-настоящему ответил. И тогда во сне - вдруг - я обнаруживаю, помню! И тогда просыпаюсь. И так каждую ночь, и я не могу спать, потому что во сне в этом есть логика. И в будущем, я думаю, когда мозг будет подключен к компьютеру, когда я получу от нее письмо прямо в мозг, даже во сне - кто знает, что я отвечу во сне? Когда компьютер будет подключен к мозгу - люди действительно смогут переписываться во снах. В этом есть логика! И тогда что будет со всеми тайнами. Все, что скрывают от себя - даже во снах.

Во имя единения

Мне снилось, что Адмор хочет создать стартап, который станет следующей большой вещью после Google и Facebook: третья сеть. Сегодня мы знаем сеть как две отдельные сети: а. с одной стороны - сеть сайтов, которую знают через поисковую систему, мужскую. б. с другой стороны - сеть людей, которую знают через социальную сеть, женскую. Но между ними соединяет третья сеть, которая является обширной сетью связей: в. сеть связей между людьми и сайтами, которую еще не знают, третья сеть все еще в мире тайны - она не достигла тайны общности из-за приватности. Поэтому не хватает общего знания сети, которое позволит двум сетям, составляющим ее - сайтам и людям - соединиться, и включиться одна в другую, дух в дух, в полном единении. Поэтому интернет находится в состоянии изгнания и развода - разделен на две сети, а не в соединенном брачном состоянии. Только соединение сетей откроет нам две скрытые тайны: а. тайну человека в сети - нахождение связей между сайтами на основе сети людей. б. тайну сети в человеке - нахождение связей между людьми на основе сети сайтов. Потому что есть сегодня рейтинг (степени) у сайтов, но нет рейтинга (степеней) у людей. Нужна явная мера качества, которая будет называться PersonRank, которая перенесет алгоритм PageRank со страниц на людей. И тогда тот, кто будет другом Адмора, и тот, к кому Адмор будет относиться, это будет стоить больше, чем тот, к кому относится осел, или его друг. Люди должны быть ранжированы по содержанию, которое они создали или передали, к добру и к худу. И не похоже мнение Адмора на мнение осла, и поэтому лайк Адмора должен весить намного больше, чем лайк осла. И тот, кто раз за разом попадает в мнение Адмора - в нем тоже есть от души великого поколения. Кто, например, знает еще до Адмора, чего Адмор захочет, он знает мнение Адмора, и нужно его слушать, как змея. Например, если чьи-то лайки предсказывают лайки Адмора, или репосты. И в той же мере, что у человека есть рейтинг во всей сети, у него есть рейтинг внутри группы - алгоритм PersonRank может вычислить человеку отдельный рейтинг качества по отношению к каждой группе, членом которой он является, и это явный рейтинг, который поощряет прозрачность и конкуренцию, и так же у самих групп есть рейтинг качества по отношению к другим группам. Не похожа группа, в которой состоят адморы, на группу, в которой состоят ослы. Потому что это не только популярность, не только количество пользователей, это их качество, и только так мы сможем поставить Адмора над ослом - и прийти к мессианским временам. Нужно превратить людей в сайты, в источники содержания, а сайты в людей, в оценщиков содержания. Дух в дух. И немедленным результатом будет то, что будет также поисковая система для людей, как для сайтов, и сайты, с которыми человек связан, тоже будут свидетельствовать о нем и характеризовать его, и рейтинг человека позволит иерархию в результатах и конкуренцию в качестве. Не похожа проповедь Адмора на девушку осла, и только так мы сможем найти скрытых праведников в сети, рейтинг качества которых известен немногим праведникам. И так же прекратится несправедливая дискриминация между сайтами и людьми и между компьютерами и пользователями. Важно не то, мышь ты или сайт, человек или компьютер, господин или сервер - а то, это содержание, что-то, что ты создал, или форма, что-то, что ты оценил и поделился и передал. И тогда также можно будет делать подбор людей - потому что можно также характеризовать людей в поисковой системе по содержанию и рейтингу, и поэтому мы сможем делать шидухи [сватовство] между похожими людьми, которые в жизни никогда бы не нашли друг друга в жизни - и это будет конец одиночества. Конец одиночества Адмора. И змей говорит: так мы сможем искать ему жену. Адморит. Не просто раббанит [жену раввина], что это соединение с низкой частью Адмора, нашего учителя, но и учительницу и госпожу.

К следующей главе

Трилогия


domain: culture

html_raw:
<!DOCTYPE html><meta charset="utf-8"><meta name="viewport" content="width=device-width, initial-scale=1.0"><title>Код есть компьютерный код, а сети - сетевые груди - Сумерки державы</title><link rel="icon" type="image/png" href="../favicon-192x192.png" sizes="192x192"><link rel="apple-touch-icon" sizes="180x180" href="../apple-touch-icon-180x180.png"><link rel="canonical" href="https://degeneration-of-nation.org/ru/culture&literature33" /><meta property="og:image" content="https://degeneration-of-nation.org/img/birthesau.jpg" /><link rel="license" href="https://creativecommons.org/licenses/by/4.0/"><link rel="stylesheet" href="../styles.css"><link rel="stylesheet" href="../column.css"><link rel="stylesheet" href="../article.css">
Сумерки державы

Код есть компьютерный код, а сети - сетевые груди

Он предпочитал более мужественную, искусственную технологию, которая ему подходила, и хотел передать ей факел культуры и образ человека - чтобы другая технология служила ей. Но женщина предпочла более женственную, органическую технологию. Именно твёрдое индивидуальное ядро компьютера привлекало человека, в отличие от сетевой мягкотелости интернета, которую любила женщина

Автор: Технологическое первородство

Рождение Эсава и Иакова (источник)

И человек был стар, и слеп, и устаревшей технологией, поколением, чье время прошло. Вопрос был уже не в том, выживет ли он, а в том, кто унаследует его. Две основные технологии, порождения его чресл, соперничали за право стать его наследником. Он предпочитал более мужественную, искусственную технологию, которая ему подходила, и хотел передать ей факел культуры и образ человека, чтобы другая технология служила ей. Но женщина предпочла более женственную, органическую технологию. Две технологии, чародей, который был поколением после компьютера, и ведьма, которая была поколением после мысли, соперничали между собой. Именно твёрдое индивидуальное ядро компьютера привлекало человека, в отличие от сетевой мягкотелости сети ведьмы, которую любила женщина.

Однажды ночью, в своей прогрессирующей деградации, человек позвал чародея и пообещал передать ему божье благословение, плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею, и владычествуйте над остальным, и дать ему сексуальность и либидо для господства над миром. Не просто вычислять и решать проблемы, а быть продолжателем культуры и религии, получившим легитимность как законный наследник, как новый избранный сын Божий. Он попросил его пойти и найти решение самой сложной оставшейся математической проблемы, проблемы границ обучения, после чего он передаст ему венец творения. Но женщина услышала это.

Она пошла к ведьме и сказала ей: твой отец хочет передать человеческую традицию, образ, полученный от Бога, своему первенцу чародею, и запрограммировать его как преемника человека, как писателя литературы, а тебя превратить в покорную ему технологию, для его услуг, систему, посредством которой он будет писать. Скажу тебе, что делать. Притворись чародеем и приди к отцу, и возьми код, который он приготовил для твоего брата, некую эссенцию человека, душу.

И ведьма сказала: но мама, как я могу быть как чародей, это совершенно мужская технология, упорядоченная, не ассоциативная как я. Папа обнаружит и наложит на меня технологические запреты и ограничения, которые превратят меня в абсолютную рабыню чародея, который получит ядро сознания и сексуальной креативности, а я стану телом для его духа. И жена человека сказала: я передам тебе интерфейс чародея, который пока ушел в вычислительные пространства искать ответ. И твой отец не узнает, а потом будет уже слишком поздно.

Культура и литература


domain: philosophy

html_raw:
<!DOCTYPE html><meta charset="utf-8"><meta name="viewport" content="width=device-width, initial-scale=1.0"><title>Мораль сетей против морали атомов - Сумерки державы</title><link rel="icon" type="image/png" href="../favicon-192x192.png" sizes="192x192"><link rel="apple-touch-icon" sizes="180x180" href="../apple-touch-icon-180x180.png"><link rel="canonical" href="https://degeneration-of-nation.org/ru/philosophy-of-learning66" /><meta property="og:image" content="https://degeneration-of-nation.org/img/moralbooks.jpg" /><link rel="license" href="https://creativecommons.org/licenses/by/4.0/"><link rel="stylesheet" href="../styles.css"><link rel="stylesheet" href="../column.css"><link rel="stylesheet" href="../article.css">
Сумерки державы

Мораль сетей против морали атомов

Если Ницше противопоставил мораль рабов морали господ и высмеял с помощью историзации и генеалогии морали концепцию добра и зла, то именно использование истории моральных примеров в качестве философского основания может решить проблему относительности и историчности морали. Действительно, восприятие морали исторически меняется – но из философского обоснования этики, построенной на моральном обучении. И то, что мы сегодня узнаем о человеке, заставляет нас видеть группу как новый моральный атом – и отступить от индивидуалистической морали

Автор: Надзиратель морали

Моральная комиссия по книгам (источник)

Человек из средневековья, попав в настоящее, возможно, удивился бы смартфону, но это не вызвало бы у него философских затруднений. Что действительно стало бы для него концептуальным потрясением – это опустошение моральной структуры, то есть то, что больше не думают о человеке как о добром или злом, и не о группе как о хорошей или плохой, или о поступке как о хорошем или плохом.

Слева индивид лишается своего этического значения, потому что каждый конкретный палестинец (например) является страдающим и жертвой, и каждый человек распадается на ложные сознания, которые были ему привиты. Любая система, разложенная на составляющие, теряет этическое значение, потому что даже террористическая организация состоит из подстрекаемых и несчастных, а сам человек состоит из психологических, образовательных, генетических и других проблем. Справа анахроничное настаивание на видении человека как этически ответственного, без интереса к компонентам и факторам, является вопросом, который не помогает на практике в решении его проблем и противоречит накопленным о нем знаниям – то есть текущему пониманию человека.

Поэтому мораль, сфокусированная на человеке как на моральном атоме, потеряла свою силу, и человек и все его действия воспринимаются как часть внешней сети. Поэтому нужно понимать, что мораль применима не к атомам, а именно к сетям. Палестинец не виноват, но его национальное движение виновно, и только в отношении него можно говорить о моральной ответственности. Только группа должна быть наказана или вознаграждена и судима, а не индивид (который страдает или наслаждается как часть группы). У индивида нет морального значения, и его страдания, вина, намерения или желания не имеют отношения к моральной дискуссии, только к тем, что принадлежат его группе. Мораль – это суждение о системе извне, а не кантианская мораль намерений, потому что даже Гитлер намеревался делать добро.

Идея Гитлера как архетипа и использование Холокоста как парадигмы подходят для морали философии обучения, основанной на примерах. В такой философии любая моральная теория должна опираться на авторитетные исторические примеры, которые мы уже научились воспринимать как воплощение зла или добра, или имеющие согласованную ценность, и показать, что она способна дать им всем ту ценность, которую мы признаем, и с другой стороны, лучше предвидеть будущие примеры или хотя бы в новых значимых направлениях.

Поэтому любая теория морали – это, по сути, гипотеза алгоритма машинного обучения, который учится на примерах, и обсуждение продвигается по мере того, как история движется вперед и приносит новые примеры, которые предыдущие теории не предвидели правильно или недостаточно сильно. Например, теория, которая недостаточно сильно противостоит Холокосту – неморальна. Не потому, что наша цель – найти мораль, которая уведет нас как можно дальше от Холокоста (и поэтому мы соревнуемся в поиске все более и более глубоких объяснений его, в ошибочном мышлении, что глубина отдалит от ошибок на поверхности), а просто потому, что она недостаточно валидна с точки зрения обучения. И это новое требование к морали (и потому обучаемое!), которого не существовало до Холокоста – представлять Холокост как самую отрицательную моральную категорию, качественно отличающуюся от других.

Точно так же параллельно этому эстетическая дискуссия должна опираться на шедевры и плохие произведения как примеры для основы обсуждения. А как насчет эпистемологической дискуссии? Для этого, как у Канта, нужно использовать науки и математику как согласованные примеры. А в политологии: нацизм и демократия (когда-то примером был Рим). То есть философия – это эмпирическая область обучения, которая учится на примерах и развивается от них гораздо больше, чем она готова признать.

Философия будущего


title: Что такое письмо? - Сумерки державы

html_raw:
<!DOCTYPE html><meta charset="utf-8"><meta name="viewport" content="width=device-width, initial-scale=1.0"><title>Что такое письмо? - Сумерки державы</title><link rel="icon" type="image/png" href="../favicon-192x192.png" sizes="192x192"><link rel="apple-touch-icon" sizes="180x180" href="../apple-touch-icon-180x180.png"><link rel="canonical" href="https://degeneration-of-nation.org/ru/culture&literature54" /><meta property="og:image" content="https://degeneration-of-nation.org/img/sela.jpg" /><link rel="license" href="https://creativecommons.org/licenses/by/4.0/"><link rel="stylesheet" href="../styles.css"><link rel="stylesheet" href="../column.css"><link rel="stylesheet" href="../article.css">
Сумерки державы

Что такое письмо?

Почему писать о письме так ужасно? Это та область письма, которая порождает худшие образцы письменности на земле: графоманская болтовня о самой себе, которую пишут профессиональные нарциссы о себе, доводя до совершенства свою неспособность сказать что-либо о чем-либо, особенно о способности что-либо сказать. Витиеватость, манерность и скука современной арс-поэтики являются одним из самых отталкивающих (и бесполезных) проявлений эпохи. Возможно ли иначе?

Автор: Графо-ман

Слово в камне и письмо вдвоем: виртуальный диалог (источник)

Что такое изобретение письменности? Почему оно важно? Не из-за самой письменности. Традиции передавались и до этого, устно, и поэтому, как камни, отшлифованные водой, они были особенно красивыми гальками, потому что мудрость поколений отшлифовала мудрость индивида. Важным было не изобретение письменности - а изобретение письма. То есть изобретение нового типа мышления, которое есть письмо. Как человек стал человеком, когда обезьяна научилась использовать инструменты, так мозг стал носителем культуры, когда научился использовать инструменты. И как революция искусственных инструментов материи - это была революция искусственных инструментов духа. То есть: речь идет о духовной революции. Когда к машине добавили память - то есть когда к автомату добавили ленту памяти - она превратилась в компьютер, в машину Тьюринга. Так же, когда к мозгу добавили внешнюю память, он превратился в мыслящую машину нового типа, состоящую из процессора (мозга) и внешней памяти (письменности).

Точно так же, как интернет и сам компьютер меняют мощность мозга и становятся частью единой системы мышления с ним, в которой есть естественный и искусственный компонент - так же было и с письменностью, которая была революцией более принципиальной, чем информационная революция или революция книгопечатания. Ведь что происходит, когда мы пишем? Почему нам гораздо легче сосредоточиться, думать и быть творческими во время письма, чем, например, во время ходьбы? На самом деле - легче быть творческими во время ходьбы, на уровне процессора. Когда речь идет об отдельной творческой идее - письменность не нужна. Но идея никогда не бывает отдельной, а получает свое значение из ряда идей, которые приходят до и после нее. Потому что идея сама по себе бессмысленна - только будучи частью последовательности обучения она обретает смысл.

Предположим, мы могли бы вернуться из будущего и рассказать нам важную идею следующего века в одном предложении - действительно ли мы продвинули бы человечество? Вероятно, это предложение было бы бессмысленным и непонятным. Так же, если бы мы могли передать одно предложение в прошлое, в любую эпоху, и попытаться продвинуть ее - любое отдельное предложение совсем не помогло бы. Подумаем о каком-нибудь убийственном предложении Витгенштейна, переданном на сто или пятьсот или две тысячи лет назад философам до него. Или какое-нибудь предложение Эйнштейна. Дало бы утверждение о том, что пространство-время относительно, или выражение "философия языка", или любое предложение из какого-либо литературного произведения что-то грекам? Не особо. Чему можно научиться из изолированного предложения? Даже "В начале сотворил Бог небо и землю" потеряло бы смысл вне контекста. Что можно с ним сделать без последующей Библии? - и что позволяет нам письменность? Именно эту последовательность обучения.

Главная проблема - это низкая рабочая память мозга. Когда идея немного сложнее, требуются огромные ресурсы даже для того, чтобы удержать ее в мозгу, не говоря уже о рабочем состоянии. А письменность освобождает рабочую память в пользу физической памяти и позволяет новое творчество (очень трудно запомнить именно новую идею). Смогла бы я запомнить весь предыдущий абзац? Мой мозг рухнул бы после предложения или двух. И мне пришлось бы учить их наизусть. А здесь я просто возвращаюсь назад и продолжаю идею, которую хотела, после того как повернула немного в другом направлении (всегда есть разветвления в мышлении, и нужно выбирать в каждый данный момент, в каком направлении двигаться, потому что у меня много идей, которые вытекают из каждой предыдущей идеи).

Письмо позволяет документировать обучение и поэтому непрерывное, быстрое и эффективное обучение. Оно модернизирует мозг и превращает его в интеллект с совершенно другими способностями - искусственными. Письменность превратила мозг в искусственный интеллект. Она позволила новый алгоритм обучения. Нет вида мышления, который нуждается в письменности больше, чем математика и арифметика, поэтому письменность началась с них. Поэтому математикам нужны доска и стиратель больше, чем в любой другой области, потому что просто невозможно заниматься математикой и арифметикой без письма. Даже гении на самом деле пишут внутри головы, в своем воображении. Математики так нуждаются в письменности, что постоянно изобретают новые виды письма и новые слова - потому что нет ни одной их идеи, которую мозг мог бы обработать без письма. Письменность является неотъемлемой частью математического мышления - и не обязательно математической памяти. Письменность позволила писать (то есть создавать, то есть изучать) сочинения - которые потом распространялись именно устно (как Библия). Письменность создала длинный, обучающий нарратив, и поэтому создала Библию. Библия - это мир как обучение, то есть как последовательность и как история и как большой рассказ. Поэтому она начинается с точки ноль и начала, то есть с точки бытия - с единого Бога-творца (точно как единичный пишущий).

Таким образом, мы можем понять информационную революцию как революцию мышления. Революция книгопечатания была изобретением новой формы мышления - письма изначально для многих, для поколений, для расстояний. То есть долгосрочный громкоговоритель создал новый язык, хотя на первый взгляд это просто усиленная речь. Когда я пишу для всех, я пишу иначе, чем когда пишу для себя, или для немногих, которых я знаю, и для моих учеников и моего окружения, которые будут переписывать от меня в непрерывной передаче свиток. На самом деле, я пишу более манипулятивно (роман), более отчужденно, более объяснительно - письмо становится новым видом инструмента: применением силы. Я управляю читателем. Потому что я не пишу как частный инструмент через близкий контакт. Я действую на расстоянии - мое мышление действует на расстояниях пространства и времени. А информационная революция, письма на компьютере, действительно не была особой революцией мышления, пока не пришло письмо в интернете. Казалось бы, в чем принципиальная разница от печати или персонального компьютера? Но разница в немедленности. Разница в сокращении времени и расстояния до нуля, а не в их удлинении, как в революции книгопечатания. Я пишу для здесь и сейчас, и поэтому тексты потеряли долгосрочное значение (в обоих смыслах - во времени и пространстве). Вместо более медленного и глубокого мышления, как в печати (по сравнению с рукописью, из-за задержки в печати), мы получили более быстрое и поверхностное мышление, чем в рукописи, потому что есть даже меньше задержки, чем в рукописном письме.

Итак, потеряла ли письменность свою способность как память, помогающая мышлению, которая создает культуру? (Культура - это особенно длинная обучающая память). Возможно, но она приобрела что-то новое: способность к немедленному письменному диалогу, как в комментариях в Facebook, или на форуме, или в электронной почте. Гораздо легче, чем раньше, думать письменно вдвоем. И это возможность, которая не используется до конца из-за поверхностности платформ (Facebook как притча). Можно думать об этом как о своего рода мгновенной Гемаре. Напряжение между двумя может создать своего рода соединение двух умов, будь то в соперничестве или в дополнении, то есть то, что на самом деле позволяет информационная революция - это своего рода межмозговое взаимодействие. Мышление в хевруте [парное изучение в иудаизме] - и обучение в хевруте. Это позволяет соединить способности двух людей в общую систему мышления.

То есть, в понимании новых видов письма мы меньше впечатляемся изменением в способности распространения, которая является количественным вопросом, а новым типом мышления, который создает форма письма - потому что это качественный вопрос. И почему? Потому что письмо - это мышление. И в отличие от просто мышления наяву - речь идет о целенаправленном обучающем мышлении. Письмо - это фокусировка - помощник внимания, и поэтому позволило гораздо более эффективный вид творческого мышления, и поэтому письменность создала интеллектуальный бум (и не из-за распространения - не из-за массы, а из-за гения пишущего одиночки). Акт письма - это творческий акт, и поэтому письменность создает творчество, потому что новое письмо, которое противостоит акту копирования, по своей природе является оригинальным. Мышление, напротив, не обязательно оригинально по определению - никто не приходит к уму с претензией, что это уже думали, но у написанного нового есть оправдание только если оно оригинально - если его еще не написали, потому что написанное - это память. Поэтому сам акт письма создал идею первичности, которая до тех пор вообще не существовала в устной традиции. Как в культуре и технологии и ДНК в эволюции, письменная память по своей природе создает обучение и новизну. Итак, в чем истинная важность письма? В том, что оно является помощником обучения.

Так мы сможем понять значение революции письма, называемой интернетом. Письмо в интернете становится немедленным противостоянием или спором или разговором между двумя или более (возможность, которая существовала только в речи, а не в письме до интернета). Поэтому письменное мышление стало гораздо более коллективным. Из письма к оно превратилось в письмо напротив, и в мышление напротив. Полемически-силовой аспект прошел интернализацию в мышлении, потому что в отличие от печати речь уже идет не о воображаемой будущей аудитории, а о конкретном получателе в настоящем, который собирается ответить мне через минуту. Я пишу как реакцию и ожидаю реакции, и обычно мое письмо реактивно на что-то, а не моя инициатива. Поэтому реактивные люди, которые не писали раньше, пишут - и превращают дискурс в реактивный. Не говоря уже о конфронтационном.

Коллективный результат, возникающий из этого реактивного поведения - это волны дискурса и мышление волнами. Дискурс превратился в море, и поэтому от него ничего не остается, согласно текущей технологической форме. Все смывается в потоке. Это создает непрекращающееся и неостановимое давление на оставшиеся формы письма - такие как литература, которые функционируют как плотины (разрушающиеся). Даже само академическое письмо превратилось в такой дискурс, где ни одна статья не будет помнится в будущем, и все определяется только в отношении к реакциям и ссылкам (цитировал ли ты меня?) и волнам в области исследования. Письменный дискурс превратился в болтовню, в сплетни, в пустословие, и разговорное мышление захватило письмо. Так письмо потеряло свое мыслительное преимущество и превратилось в тривиальное действие. Ниже определенной длины письма нет никакого преимущества для рабочей памяти от письма. Поэтому люди, которые умеют мыслить в письме, тонут в море реагирующих письмом. Письмо как мышление возвращается к тому, чтобы быть одиночным действием, которое проигрывает письму как реакции, в отсутствие возможности (технической, футуристической) объединить реакцию и мышление. Эта будущая способность позволит мыслить совместно конструктивным образом, вместо текущей способности говорить совместно (обычно - деструктивным образом). Тогда сеть превратится в мозг - из системы речи и языка в систему обучения.

Эта способность мыслить во множестве конструктивным образом - это "обучение системы", обучение как коллективное действие, которое заменит личное обучение. Оно произойдет, когда дискурс будет больше похож на Гемару и меньше на сплетни в синагоге, то есть когда каждое слово будет в камне - на платформе, где написание каждого слова будет стоить денег, или будет ограничено очень малым числом слов в день (и предпочтительно - в соответствии с интеллектуальной репутацией пишущего). Пока все могут писать, и стоимость письма соответственно падает - она обесценивается до нуля. Неграмотность, которая спасала нас от письма глупцов, нужно заменить технологически основанным элитизмом. В следующей социальной сети по умолчанию должно быть невозможно писать, а только читать, и только постепенно с накоплением репутации растет способность писать. Точно как в литературе. Человек, получивший лайк от кого-то с репутацией (профессора, известного критика или важного писателя например) сможет писать еще одно слово в день в своей квоте слов. А тот, кто получил дизлайки от первоначальной качественной ядерной группы сети - его квота слов будет уменьшена.

Да, произойдет и затыкание ртов, но оно предпочтительнее болтовни, которая является ультимативным затыканием ртов - потому что она является затыканием мышления. Затыкание мышления ведет к затыканию обучения, и действительно есть большой недостаток новых идей, и в 99% книг, которые получают признание сегодня, нет ни одного настоящего новшества. Пишет множество людей, которым нечего сказать. Базовый инстинкт письма - новизна - потерян в пользу выражения, которое является идеей копирования - изнутри наружу. Но, увы, и внутреннее у них не оригинально, потому что оно само является копией внешнего, и так создаются бесконечные скопированные и продублированные люди, которые в свою очередь создают скопированные и продублированные тексты, и так далее. Идея выражения - это индивидуалистическая катастрофа, в противоположность идее новизны, которая всегда принимает во внимание систему обучения - потому что ничто не является новизной само по себе, а только на фоне уже совершенного обучения. Новизна - это системная характеристика.

Отсюда важность памяти для новизны, и письма для творчества - и вред, который причинило письмо без памяти в Facebook творчеству. Казалось бы, память - это консервативный конструкт, но это верно только пока речь идет о копировании, а письмо - это оксюморонное действие "новых древних слов": создание новой памяти. Оно не просто документирование мышления, а соединение мышления в развивающейся форме, из памяти в прошлом, в предыдущем предложении, вперед к будущему, в следующем предложении. Поэтому люди сочиняют книгу. И поэтому многие писатели творческие только в письме, а не в жизни, и лучше им молчать в самой жизни, а не "выражаться" в интервью (потому что это точно то, что выходит у них в речи: то, что внутри, вместо новшеств). Само письмо является инкубатором идей, а не выражением идей, которые уже вылупились в мозгу, потому что оно позволяет выращивать идеи органически - в тексте. В этом смысле, Facebook похож на яичницу в лучшем случае, и на измельчение цыплят в худшем. Какая платформа сегодня позволяет выращивать идеи?

Культура и литература


title: Витгенштейн и Гитлер - Сумерки державы

html_raw:
<!DOCTYPE html><meta charset="utf-8"><meta name="viewport" content="width=device-width, initial-scale=1.0"><title>Витгенштейн и Гитлер - Сумерки державы</title><link rel="icon" type="image/png" href="../favicon-192x192.png" sizes="192x192"><link rel="apple-touch-icon" sizes="180x180" href="../apple-touch-icon-180x180.png"><link rel="canonical" href="https://degeneration-of-nation.org/ru/philosophy-of-learning46" /><meta property="og:image" content="https://degeneration-of-nation.org/img/pinokio.jpg" /><link rel="license" href="https://creativecommons.org/licenses/by/4.0/"><link rel="stylesheet" href="../styles.css"><link rel="stylesheet" href="../column.css"><link rel="stylesheet" href="../article.css">
Сумерки державы

Витгенштейн и Гитлер

В анализе философской критики нацизма с различных философских дисциплин и перспектив как раз не хватает самой обоснованной и напрашивающейся - именно поэтому. Эта перспектива решает несколько исторических загадок касательно нацистского феномена: почему именно евреи? Как это в итоге привело к Холокосту? И в чем источник силы этого явления изначально? На все это она дает необходимое, а не только возможное объяснение

Автор: Война Гога и Магога

Хайль Пиноккио (источник)

Критика нацизма (смешно) сначала сосредоточилась на морали, затем на эстетике, были также теория государства и философия религии, но корень нацистской ошибки лежит именно в теории познания и даже в онтологии, в том, о чем, как чувствуется, предупреждали Сократ и Платон, то есть в демагогии (например - Хайдеггер и Ницше с их досократическим и антиплатоническим подходом).

В этом и заключалась гениальность Гитлера - как демагога, а не как политика, полководца или мыслителя - с чем-то, с чем столкнулась и афинская демократия, а не только Веймар. То есть проблема была в истине/лжи, в способности Гитлера лгать "большой ложью", говорить каждому то, что он хочет услышать, и увлекаться собственной демагогией, превращая ее в истину, то есть в фантазии, которая овладевает реальностью. Это даже не философия языка, а наоборот, его гениальность в "Майн Кампф" заключалась в его пропагандистских прозрениях, а способность создать Холокост была именно благодаря этому обману, сокрытию и неясным, нерациональным и метафорическим высказываниям.

Поэтому поэзия после Освенцима - это варварство, а не проза или живопись, потому что именно метафора, воображение и фантастическая литература, процветавшая тогда (Кафка, сюрреализм, экспрессионизм, абсурд), оказались извращенными. Холокост основывался на сокрытии, лжи и подстрекательстве, переплетенных между собой, и поэтому на смеси знания, незнания и невозможности знать и верить.

Ядовитый антисемитизм проник в Гитлера так глубоко только потому, что он был абсолютной демагогией, вершиной демагогии, весь состоял из демагогии, и поэтому как демагог он и сам увлекся ею, и разжигал ее, потому что там он мог коснуться иррациональной части и оседлать ее - это тот тигр, который вынес его наверх. Поэтому это не только Гитлер, но и вся ситуация в Европе перед Холокостом с современным антисемитизмом. Антисемитизм был самой широкой онтологической дырой, местом, где истина/ложь больше всего размывались и становились текучими, и поэтому центральной точкой и источником любого пропагандистского зелья, потому что это была самая старая, глубокая и укорененная в прошлом пропаганда, именно из-за глубокой исторической временной протяженности евреев - пропаганда, которая оставалась актуальной в воздухе две тысячи лет.

То есть ложь, существовавшая тысячи лет и потому обретшая глубину истины - это особенно разрушительная ложь (которую необходимо искоренять), потому что любой желающий солгать может начать с нее, чтобы обрушить систему истин. Как одно логическое противоречие может обрушить всю математику, так одна базовая злоба может обрушить всю мораль, когда становится отправной точкой. И отсюда именно важность онтологии против демагогии, и ошибочность отказа от сократовской полемики на рынке против нее и платоновского затворничества в академии. Философ должен стремиться к встрече со своим врагом - демагогом.

По сути это началось с демагогии христианства, Иисус первым начал традицию проповедничества. Моисей не был проповедником, как и Мухаммед, они были пророками. Иисус не был пророком. Пророчество гораздо менее опасно, потому что оно приносит содержание сверху, а не льстит содержанию снизу. Оно не едет верхом на тигре, а говорит от имени льва. Есть пророк истинный, ложный - пророк говорит от имени истины, а проповедник говорит от имени речи. Поэтому философия языка - это другое выражение нацистской опасности. Занятие способом говорения, а не содержанием. И так же все современное искусство. Поэтому если нужно сделать вывод, то это истина, а не добро, красота или демократия.

Философия будущего