abstract: В статье в сравнительном аспекте рассматривается эволюция языковой политики в Молдове, Латвии и Украине в постсоветский период. Билингвистическая структура населения этих стран идет вразрез с официальной политикой использования лишь одного языка в качестве официального. Наиболее острые конфликты по языковой тематике характерны для стран с «монолингвистической» стратегией, значительная часть населения которых использует другой («нетитульный») язык в повседневной практике. При этом данное население, как правило, проживает компактно и способно мобилизоваться для отстаивания своих интересов (Приднестровье в Молдове, Крым и Донбасс в Украине, Латгалия в Латвии). Цель статьи посредством сравнительного анализа определить способы отстаивания языковыми группами (меньшинствами) своих интересов, в условиях проведения «монолингвистической» стратегии политическими элитами на общенациональном уровне и при наличии многочисленного населения, использующего «не титульный» язык в повседневной практике. Для достижения цели в статье проводится сравнительный анализ языковой политики рассматриваемых государств на предмет отношения к русскому языку и определения его статуса, а также характеризуются методы противодействия проводимой политике со стороны политических объединений, отстаивающих интересы русскоязычной части населения изучаемых стран. Делается вывод о стремлении ряда правящих политических элит сформировать единое в языковом плане пространство, что приводит к мобилизации русскоязычного населения и формированию политических сил, отстаивающих повышение статуса русского языка в изучаемых странах. «Языковая политика» в сознании участников превращается в борьбу за идентичность и сохранение самосознания народа, что придает бескомпромиссный характер языковому вопросу. Результатом «языкового противоборства» является обострение социальных расколов и делегитимация государственных институтов. Националисты-государственники, выступающие инструментом подобной политики, на практике способствуют подрыву легитимности государственных институтов и создают предпосылки для распада государства (уже свершившиеся в Молдове и Украине). Альтернативой подобного рода стратегии может выступать «интегративная» (полиили биязычная) языковая политика, позволяющая гражданам разных культур ощущать себя полноправными членами собственных обществ. Противостояние проводимой в стране политике моноязычия происходит посредством сплочения иноязычного населения вокруг политических сил, ставящих целью придание русскому языку официального статуса. Некоторые из представителей этих политических сил имели или имеют крупные фракции в парламенте. Благодаря деятельности этих политических сил были инициированы меры, направленные на повышение статуса русского языка в Украине (Закон об использовании региональных языков, проведенный депутатами Партии Регионов) и Молдове (упоминание русского языка в Конституции страны, в которой закреплено стремление государства «охранять право на сохранение, функционирование и развитие русского языка»). Латвийские политики настояли на проведении референдума о придании русскому языку статуса государственного. Вместе с тем, несмотря на некоторые успехи, в настоящее время наблюдается стремление значительной части правящих украинских и латвийских элит ограничить сферу применения русского языка, искусственно вытесняя его из СМИ, сферы образования и делопроизводства. Налицо стремление части украинского правящего класса заимствовать практику административных штрафов за использование русского языка, которое имеет место в Латвии. Отсутствие компромиссов по языковому вопросу порождает отчуждение части общества, что не способствует благополучию и процветанию указанных стран.
keywords: языковая политика, постсоветское пространство, идентичность, политизация языка