abstract: В статье рассматриваются лингвофилософские взгляды С. Т. Кольриджа, прежде всего в области эпистемологии и герменевтики. Философские и эстетические воззрения Кольриджа получили неоднозначную оценку у исследователей его творческого наследия. Некоторые авторы готовы видеть в Кольридже центральную фигуру лингвофилософской мысли посткантианского периода, сопоставимую с В. фон Гумбольдтом, и предтечу философско-лингвистических движений ХХ в. Однако, на наш взгляд, в философии языка Кольриджа следует видеть попытку перехода от взглядов периода Просвещения к идеям Романтизма попытку, которая так и не была окончательно завершена. Ряд рассуждений Кольриджа, в том числе и в его знаменитой «Литературной биографии», отражают раннее увлечение поэта Дж. Локком и вписываются в характерную для эпохи Просвещения философию лингвистического скептицизма, для которой характерно сомнение в гносеологических возможностях языка. Хорошо согласуется с этими взглядами и его предложение о «десинонимизации» слов: о необходимости четко определить и разграничить значения слов писали еще Гоббс и Локк; свое практическое воплощение это положение нашло в нормативной традиции своего времени. Однако, несмотря на так и не изжитую связь с предшествующей традицией, философия и эстетика Романтизма не могли не оказать влияние на взгляды Кольриджа на язык. С переходом Кольриджа в тринитарианскую веру поэт стал видеть в языке божественное начало, связывая язык с божественным духом (Логосом) как частью божественной Троицы. Значение языка для мышления Кольридж подчеркивал в своем труде «Логика», где он утверждал, что вопросы эпистемологии не могут быть разрешены без предварительного анализа лингвистических структур. Новой является и трактовка Кольриджем содержания языковых знаков: в его интерпретации слова как «живые силы» обозначают не фиксированные идеи или устойчивые образы, а движение мысли и воображения. Поэт акцентировал подвижный характер контекстуального значения слова, которое, по его мнению, помимо денотативного значения, могло также передавать настроение или намерения говорящего. Такой подход делает границы значения зыбкими и нечеткими. Используя термины В. фон Гумбольдта, можно сказать, что Кольриджа интересовал язык не как эргон, а как энергийя. Еще более определенно идеи романтизма повлияли на отношение Кольриджа к вопросам герменевтики. Он разрабатывал концепцию креативного чтения, которое подразумевало не пассивное усвоение чужой мысли, а сотворчество, диалог автора с читателем. Концепция креативного чтения имела несомненное сходство со знаменитой гумбольдтовской антиномией понимания / непонимания, акцентировавшей субъективный характер понимания чужой мысли. Герменевтические воззрения отразились и на литературном стиле прозы Кольриджа усложненном, местами сумбурном и фрагментарном. Отказавшись от характерного для поэтики неоклассицизма принципа ясности, Кольридж культивировал фрагмент как литературный прием и развивал теорию символа, интерпретация которого опирается не только на рациональное начало, но и на интуицию. Хотя усложненный стиль его прозы не находил поддержки у большинства современников, Кольридж полагал, что таким образом он воспитывает читателя, заставляя его внимательно вчитываться в текст.
keywords: кольридж, философия языка, эпистемология, эстетика, эпоха просвещения, романтизм